Рассвет новой Эры

Тропою Зла

По палубе Наковальни Флинта прогуливалась Блистер. За несколько недель, проведенных на корабле, она загорела дочерна, и от этого ее синие глаза стали казаться еще более яркими.

На ней были темно-синяя туника и такого же цвета перчатки с острыми металлическими крючочками, нашитыми на фаланги и кончики пальцев. Блистер соорудила себе сложную прическу и укрепила над правым ухом небольшой гребень в виде морской раковины. Она собиралась на прогулку в незнакомый город и потому хотела выглядеть как можно более привлекательно..

– Дамон, теперь, когда мы в Палантасе, что нам предстоит сделать? Ты ведь за всю дорогу и слова не сказал, мы так и не знаем, что тебе велела Золотая Луна.

Она поправила пояс большими пальцами. Помимо двух набитых сумок с голубого кожаного пояса свисал на петле хупак – оружие кендеров, которое она до той поры прятала среди вещей, – небольшой топорик с отверстием для пращи в топорище.

– Золотая Луна сказала, что недалеко от Палантаса сгущается Зло, – ответил воин. Он оглядел ее с ног до головы, задержав взгляд на топорике.

Дамон успел переодеться в черные кожаные штаны и темно-зеленую рубаху с пышными рукавами, одну из тех, что Риг купил в Звездном Порте. Открытый ворот рубахи был расшит серебряной нитью. По мнению Дамона, это была самая практичная и наименее вычурная из трех рубашек, приобретенных для него капитаном. Ярко начищенный меч он подвесил к поясу слева, и старая рукоять поблескивала в лучах раннего солнца.

– Ну и… – Блистер ждала продолжения.

– Я бы хотел выяснить, что это за Зло такое, ответил воин. – Но для начала нам предстоит сделать остановку. В местечке под названием Одинокая Обитель.

– А что если нам побродить для начала по городу… прежде чем отправляться куда-то? – радостно предложила Блистер. – Вдруг мы наткнемся на что-то нехорошее или услышим чей-либо разговор о каких-то зловещих событиях. Или, может быть, нас попытаются обокрасть. Тогда мы выследим воришку и накроем всю шайку. и потом, посмотри, какой это огромный город. И какой красивый. Мы могли бы все здесь осмотреть. Каждый закоулок. Конечно, мы будем соблюдать осторожность.

Дамон проследил за взглядом Блистер. Наковальня Флинта причалила к северо-западному краю доков, которые окружали побережье Палантаса запутанным лабиринтом в форме лошадиной подковы. Ближайшие к берегу дома были выстроены из камня. Если не считать ставен и вывесок, на них почти не было краски – чтобы ее не разъедал соленый воздух. Крыши покрывала черепица – зеленая, красная, но в основном серая, – а дорожки между домами были просто утрамбованы, с редким деревянным настилом.

Взглянув на центр города, Дамон увидел более внушительные постройки – башни из светлого камня и дворцовые шпили из слоновой кости. Казалось, центр Палантаса прорезан старой стеной, смыкавшейся в круг.

– Когда-то город достигал вон того предела, мореход, неслышно подошедший сзади, вытянул руку и указал на западную оконечность старой стены. – Но город продолжал расти, и новые постройки пришлось сооружать за пределами стены, прорубив в ней несколько дыр. Теперь город простирается до самых гор. Больше ему расти некуда. Разве что чуть немного на восток и то это вряд ли.

Дамон увидел горы, возвышавшиеся позади зданий. Ему показалось, что Палантас со всеми его домами, лавками и пустыми храмами уместился на гигантской ладони, окаймленной горами.

– Откуда тебе так много известно об этом городе?

– Не так уж много я знаю. Я побывал здесь лет десять назад, еще совсем зеленым юнцом, и не помню, чтобы тогда тут было так много доков. Зато запомнил одну таверну под названием КуРятникМиртала. Отличные бифштексы. Там я выпил свою первую кружку рома. Я бы и сегодня не отказался от выпивки… если, конечно, таверна сохранилась. – Риг надул губы и покачал головой, словно отгоняя какое-то назойливое воспоминание. Надеюсь, ты быстро управишься с делами, чтобы я снова стал здесь полноправным хозяином. Не обидишься, если я позже изменю название корабля на что-нибудь более легкое?

– Погоди минуту. – Дамон прищурился. – Это и так твой корабль, и мне абсолютно все равно, как ты поступишь с его названием… после того как мы с Джаспером уйдем. Но мы договорились, что ты немного подождешь нас в порту, помнишь? На тот случай, если нам понадобится быстро убраться.

– Сколько ждать?

– Несколько дней. Может быть, неделю. На всякий случай.

Мореход застонал.

– А можно ему доверять? – вмешалась Блистер. – Мы пойдем прогуляться в город, он возьмет и отчалит.

– Я ему доверяю, – ответил Дамон, шагнув на сходни. – Полагаю, он человек чести.

– Снова эта честь, – заныл Риг, но тут он поймал взгляд Дамона. – Так и быть, подожду… какое, то время.

– Погоди! – Ферил быстро поднималась по трапу из трюма, за ней следовал Джаспер. – Я пойду с тобой.

– А я не пойду, – проворчал гном. – Во-первых, до Одинокой Обители чересчур далеко. А я не собираюсь неизвестно зачем тратить силы. Кроме того, чутье мне подсказывает, что лучше остаться здесь.

– Но Золотая Луна говорила, будто ты знаешь, как туда добраться, – резко заметил Дамон. – Она сказала, что ты поможешь.

– А я и помогаю. Вот карта, которую я собственноручно нарисовал. Сверяйся с ней и дойдешь, куда надо. Считай своего рода страховкой, что я предпочел остаться на корабле. Уж я позабочусь, чтобы он не покинул порт.

– Я же сказал, что подожду, – огрызнулся Риг. – А я на всякий случай прослежу, чтобы ты так и сделал, – сказал Джаспер и кивнул эльфийке, которая, проскользнув мимо Дамона, поспешила вперед. Блистер последовала за ней.

Дамон бросил быстрый взгляд на карту, потом сердито посмотрел на гнома и присоединился к Ферил и Блистер, которые уже подходили к шумной толпе, наводнявшей доки. На палубе Наковальни Флинта остались Риг, Ворчун и Дикий – все они глядели вслед уходившей троице. Сзади к ним подошла Шаон.

– Пожалуй, мне лучше пойти с ними, – сказала она.

– Что? – встрепенулся мореход. – Но тебе ведь даже не нравится ходить по земле, ты сама мне говорила об этом.

– Ты прекрасно знаешь, я предпочитаю море, резко ответила она, – именно поэтому я должна пойти с ними. Мне хочется помочь им отыскать то, что они ищут, и как можно скорее. Я потороплю их. Потом мы все быстро вернемся сюда, и тогда корабль станет нашим.

Не дожидаясь ответа, Шаон пристегнула меч, которым кендер оплатил проезд до острова Шэлси, и влезла в одну из просторных желтых рубах Рига.

– Не уходи из порта без меня, – с усмешкой сказала она, проходя мимо капитана.

Риг успел схватить ее за руку и притянуть к себе.

– А почему ты так уверена, что я этого не сделаю?

Пристально глядя ему в глаза, она улыбнулась: – Скучай без меня хоть немного, ладно?

– Скучать? Да я лучше с тобой пойду.

– А кто присмотрит за Наковальней? Ворчун, который ничего не слышит? Или Джаспер, который ничего не смыслит в кораблях? Ты ведь ни за что не оставишь судно на эту парочку… или на новых матросов, о которых нам почти ничего не известно. – Она слегка надула губы. – Кроме того, я не собираюсь задерживаться. Ты же знаешь, я неуверенно ступаю по твердой земле.

– Тогда будь осторожна, – предостерег ее моряк. – И постарайся управиться поскорее.

– Постараюсь. Мне пора, иначе они уйдут далеко.

Риг снова потянул ее за руку и, обняв за талию, крепко прижал к себе. 'Их губы встретились.

– Только не попади в беду, Шаон, – прошептал он.

Она медленно отстранилась Н, хитро улыбнувшись, устремилась вниз по сходням. Дикий неслышно соскользнул с корабля и потрусил за ней.

– Итак, значит чутье тебе подсказывает остаться здесь? – обратился Риг к гному.

Джаспер, отыскавший пустую корзину возле кормовой мачты, с удобством устроился, чтобы позагорать.

– Ага.

– Ты, что же, не доверяешь мне?

– Доверие тут ни при чем, – ответил Джаспер.

Помимо всего прочего, я хочу лишний раз поучиться у Ворчуна языку жестов.

Мореход недовольно заворчал, подтянув к себе корзину: – в одном я вижу дурной знак: стоило Дамону покинуть корабль, как все бабы увязались за ним.

Первая остановка путешественников оказалась неожиданной. Не успели они покинуть порт, как им пришлось подвергнуться досмотру со стороны Рыцарей Тьмы.

Сначала остановили Ферил, которая возглавляла компанию. как только Дамон увидел, что вокруг эльфийки сомкнулось кольцо рыцарей, он бросился вперед, положив руку на рукоять меча.

Шаон тут же догнала воина и уцепилась за его руку так, чтобы он не смог вытянуть меч.

– Не возражаешь? – спросила она. – Кажется, я растянула ногу.

– Нам не нужны неприятности, – быстро проговорила Ферил.

– Отлично, – произнес высокий Рыцарь Тьмы, окидывая критическим взглядом всю компанию. Увидев Ферил, он удивленно приподнял бровь. Итак, что же вы ищете? – спросил он, делая шаг к эльфийке.

– Кому есть до этого дело? – вступила в разговор Блистер, уперев в бока кулачки в перчатках.

Трое караульных двинулись было на нее, но тотчас остановились, когда высокий рыцарь поднял. руку, призывая их к молчанию.

– Это желает знать Келлендрос, – ответил он. А если будут еще вопросы, то вы заплатите двойную пошлину.

– Какую еще пошлину? – возмутилась Шаон.

– Тогда тройную, – решительно произнес Рыцарь Тьмы.

Дамон сердито посмотрел на своих спутниц.

– Я буду говорить за всех, – сказал он и, отодвинув Ферил, занял ее место перед высоким рыцарем.

Пока путников обыскивали одного за другим, Дамон отвечал на вопросы старшего караульного, который все-таки получил тройную пошлину, закончив допрос.

Дольше всех обыскивали Блистер. К ее вящему восторгу, рыцари обследовали каждый кармашек, каждую сумку, не пропустив ни одной безделушки.

Когда компания наконец покинула таможенный пост Рыцарей Тьмы, Блистер больше не могла хранить молчание:

– Тебе следовало дать мне возможность самой вести переговоры. Ты так и не научился врать. И какое дело синему дракону до того, куда мы направляемся? И… а кстати, куда мы направляемся?

– В Одинокую Обитель, – ответил Дамон, останавливаясь перед лавкой картографа, которую заприметил еще издали.

Карта, нарисованная Джаспером, была правильной, но неполной. Дамону хотелось иметь нечто более подробное и надежное. А на карте гнома только и было нарисовано, что порт в виде лошадиной подковы, крестик, обозначавший Палантас, да пунктирная линия, которая вела к другому крестику на северо-восток от города. Ни масштаб, ни какие-либо ориентиры обозначены не были. Дамон сунул карту в карман и шагнул в лавку. Блистер засеменила следом, а Шаон и эльфийка остались ждать снаружи, стоя на деревянной мостовой и ловя на себе любопытные и оценивающие взгляды прохожих.

– Пошли, – вдруг сказала Шаон, указав на ближайшую таверну. – Пока ждем, можно горло промочить.

Ферил сморщила носик, но из любопытства пошла за ней.

Войдя внутрь, Дамон подошел к низкому прилавку, захламленному скрученными свитками и пузырьками чернил. Стены заведения были увешаны старыми пожелтевшими картами морских побережий, городов, островов и даже зданий. Под отдельным стеклом находилась карта Палантаса, выполненная еще в те времена, когда город не выполз за круглую каменную стену. В порту растянулось всего несколько доков, а надписи по краям выделяли самые важные достопримечательности, такие. Как Башня. высшего Волшебства или Великая Палантасская Библиотека. Рядом с ней висели городские карты Нераки, Квалиноста, Тарсиса, все выполненные очень умело, с сохранением мельчайших деталей.

– Взгляни сюда. – Блистер показала на потолок.

Прямо над их головами была приколота карта приблизительно в шесть квадратных футов. Это был рисунок горы, выполненный черными, коричневыми и зелеными чернилами. Внутри горы было множество уровней – всего тридцать пять, – заполненных крутыми лестницами, большими и малыми помещениями, гигантскими шестеренками и много чем еще. Самый нижний уровень был назван „Мусорной свалкой“. Прищурившись, Дамон смог разглядеть на куче всяких обломков крошечный стол без ножки. Были на карте и другие надписиСельскохозяйственная,Геотепловая станция,Исследовательская,Испытания гномопо. г.ъемника. Из находившегося по соседству Кратерного озера выходило множество труб, которые питали каждый уровень.

– Гора Небеспокойсь.

Это произнес хозяин – престарелый сутулый человек с коричневыми печеночными пятнами на почти лысой голове. Он появился из-за холщовой занавеси и пошел к прилавку, на ходу растирая чернильное пятно на своей белой рубахе.

– По всей вероятности, самая точная карта этого места на всем Крине, на ней даже учтены все переделки, которые производят гномы.

– Вы сами ее составляли? – Блистер настолько увлеклась, рассматривая сложную карту, что запрокинула голову, отчего ее аккуратный узел на макушке развязался.

– Один гном, который когда-то работал на меня. Он там родился. Кроме этой карты он сделал и другие. – Старик со вздохом махнул рукой; указывая на самые сложные творения в своей лавке. Скончался пару лет назад. Никак не привыкну.

Дамон уставился на карту на стене за спиной старого хозяина. На ней был изображен V – образный кусок суши – с пустошами Танита слева, горами снизу и побережьем Палантаса справа. В правом верхнем углу значилось: Cеверные Равнины.

– Имея столько карт, вы, должно быть, много знаете обо всех этих землях, – заметил Дамон. Повидали, наверное, немало.

– Я прожил здесь всю свою жизнь, – ответил старик. – Никогда не путешествовал, однако за точность своих карт могу поручиться.

– Значит, вы отлично знаете город.

– Я наблюдал Палантас в период расцвета, наблюдал и в тяжелые времена. На моих глазах Башню Высшего Волшебства поглотило странное землетрясение случившееся около тридцати лет назад у меня был подробный план Башни. Теперь это бесполезная вещь. Никому не нужна карта черного пятна. Да, с тех пор много чего случилось…

– у вас много интересных карт, – оборвал старика Дамон, меняя тему разговора. – А нет ли случайно такой, что привела бы к Одинокой Обители? Старик изумленно поднял белые как снег брови.

– От этого места остались одни руины. Зачем вам туда идти?

– Чтобы увидеться Палином Маджере, – вмешалась в разговор Блистер и сразу отпрянула в сторону, так как Дамон ткнул ее локтем в бок. – Мы должны найти его. Во всяком случае, именно это, как я слышала, Золотая луна велела сделать Дамону. Старик посмотрел на Дамона и тихо присвистнул:

– Палин Маджере. На Крине почти не осталось магии, а если и остались какие-то крохи, то лучше всех об этом известно Палину. Он чародей, один из немногих и самых могущественных.

– Так вы его знаете? – поинтересовалась Блистер, не отрывая глаз от чудесных очертаний огромной горы Небеспокойсь.

– Нет. Но я его видел пару раз. После Войны Копья он жил в Башне Высшего Волшебства.

– А как же Одинокая Обитель? – подсказал Дамон.

– Ах да. Так вот, с трех сторон Обитель окружает пустыня, а с четвертой – каменистый морской берег у мня есть карта этой местности, и на ней указано, где находятся руины… впрочем, не могу гарантировать, что это место до сих пор сохранилось. С вас пять стальных монет.

Дамон не сумел скрыть удивления, услышав стоимость карты.

– Налоги, – пояснил старик, показав на отряд Рыцарей Тьмы, проходивший мимо лавки.

Дамон пошарил в кармане и выложил монеты на прилавок.

– Три, – начала торговаться Блистер.

– Я уже заплатил хозяину, Блистер. – Дамон спрятал свиток в заплечный мешок. – Пошли.

– К Одинокой Обители?

– Сначала раздобудем кое-какие припасы. Блистер обрадовалась тому, что у нее появилась. возможность еще немного побродить по городу.

Несмотря на яркий дневной свет, внутри таверны стояла тьма, а узкие окошки были закрыты занавесками. Здесь обслуживали в основном матрасов, которые всегда, в любое время суток, готовы были выпить кружку эля.

Заведение состояло из одной большой комнаты, забитой старыми столами и стульями и пропитанной винными парами, смешанными с потом. На стенах красовались корабельные штурвалы, маленькие ржавые якоря, фонари, сломанные подзорные трубы и всевозможные крюки. С потолка в разных местах свешивались обрывки сетей, а посредине висела огромная люстра из кованого железа, с толстыми свечами.

Морской воздух; врывавшийся через дверь, добавлял свой оттенок к разнообразным ароматам таверны. Шаон и Ферил уловили запахи рома, пота, жареных пшеничных лепешек и табачного дыма – и не поняли, какой из них был сильнее. Завсегдатаев было немного – всего полдюжины матросов. Четверо пытались сыграть в кости, остальные двое храпели, уткнувшись лицами в стол. Поодаль сидели двое мужчин грубого вида, с обветренными лицами и длинными нечесаными волосами. Они наблюдали за матросами, уминая каждый по огромной порции жареных яиц с мясом. На них были жилеты из кожи ящериц, бриджи из домотканого холста и сандалии.

Ферил поморщилась.

– Запах хуже, чем в хорьковой норе, – прошептала она.

– Что ж, здесь ты найдешь немало хорьков, ответила Шаон. Она плавно проплыла в глубину зала, где вдоль стены вытянулась стойка бара из красного дерева. За ней стоял молодой человек и вытирал стаканы.

– Добрый день, дамы – приветствовал он посетительниц. Быстро оглядев Шаон в ее цветистом одеянии, он затем перевел взгляд на эльфийку. Что закажете?

Шаон бросила на стойку стальную монету.

– Эль.

– Так рано? – прошептала Ферил, недовольно морща нос.

Хозяин заведения ловко подхватил монету.

– Налью вам лучшего, что у меня есть, – пообещал он и, наполнив кружку, выставил ее перед морячкой. – Лучшее пиво для самой симпатичной клиентки. Клиенток, – поправился он.

Шаон отхлебнула и прополоскала теплой жидкостью рот, прежде чем проглотить.

– Хорош, – вынесла она приговор. – Слышал когда-нибудь о местечке под названием Одинокая Обитель? Где-то за городом.

Хозяин покачал головой:

– Мне незачем шататься за пределами Палантаса. И вам не советую покидать границы города.

Темнокожая женщина наклонила голову, с удивлением выгнув бровь.

Хозяин таверны подался чуть вперед и едва слышно зашептал:

– А еще лучше вам вообще уехать отсюда. Дамы вроде вас обязательно привлекут внимание. В последнее время в городе начали исчезать люди… особенно путешественники. – Он указал на пару здоровяков в кожаных жилетах. – Спросите хоть у них. Они живут в северо-восточной части города. По их словам, тамошние жители напуганы. Здорово напуганы.

Шаон подошла к тем едокам и выдвинула стул. Ферил осталась у стойки. Запах мастики, которым хозяин натирал темные доски, хоть как-то перебивал зловоние.

– Вон они – воскликнула Блистер, указывая на другую сторону улицы пальцем с металлическим наконечником.

Из таверны появились Шаон и Ферил.

– Мы отправляемся по магазинам, – объявила Блистер. – За покупками.

– Достали карту? – поинтересовалась Шаон. Дамон кивнул, и мореплавательница тут же протянула руку: – Дай посмотреть. – Она развернула свиток и провела пальцем вдоль ряда деревень на северо-востоке. – Вот здесь, – сказала она, указав на какую-то деревушку. – Варвары, живущие на этой пустоши, в последнее время пропадают как и путешественники, и даже пастухи, пасущие стада в предгорьях. Крошечная деревушка между Палантасом и местечком под названием Пепел – это должно быть здесь – вообще опустела. Никто не знает, куда делись люди. Дракон здесь ни при чем: все постройки целы и невредимы. Исчезли только люди. И пропадают не только те, кто живет за границами Палантаса.

– Как ты столько всего узнала за такое короткое время? – фыркнула Блистер: ее гордость была немного уязвлена.

– Нам рассказали об этом двое жителей Пепла, – ответила Ферил. – Пепел, видимо, большая деревня, милях в ста отсюда.

– Те, с кем мы говорили, даже не хотят туда возвращаться, – добавила Шаон. – Они очень напуганы.

– Их деревня находится по дороге к Обители, рассуждал Дамон. – Мы могли бы там сделать остановку и хорошенько оглядеться. Нам предстоит путь мимо нескольких мелких поселений. Их исследование много времени не займет, дня два – два с половиной. Я думаю, это стоит сделать. – Он убрал карту и пошарил в карманах, чтобы подсчитать, сколько у него осталось денег. – Пойду приценюсь к лошадям. Если хотите ехать со мной, встречаемся через час у западных ворот.

– Брошенная деревня, – с сомнением произнесла Блистер. – Звучит жутковато. Я, конечно, не против иногда как следует испугаться, но все-таки…

Затишье перед бурей

– Я пришел к решению, Маджере, – едва слышно проговорил некто, кого все называли Темным Чародеем. Он был облачен в то же самое черное одеяние, которое Палин видел на нем, когда они впервые встретились почти три десятилетия назад. Оно не сносилось, не выцвело, на нем никогда не было ни одного пятнышка грязи – всегда чистое, всегда полностью скрывающее фигуру. Серебряная маска на лице Темного Чародея не позволяла судить о владевших им чувствах;

Палин давно перестал гадать, кем был этот маг, являлся он мужчиной или женщиной. Темный Чародей не раз доказывал, что он надежный союзники умелый исследователь, и ничего другого Палин за все эти годы так и не выведал. Его дядя Рейстлин в свое время был довольно скрытен, и если Темный Чародей по-прежнему желал оставаться в тени, то Палину нечего было против этого возразить. Чародеев вообще отличала любовь ко всему таинственному, и они зачастую окружали себя завесой секретности. Палин, напротив, во всем был открытой душой и с тайнами предпочитал не иметь дела.

– Это было нелегкое решение, – продолжил Темный Чародей.

– И оно сводится к тому, что мы должны сохранить в тайне наше открытие, – печально констатировал Палин. Его глаза по-прежнему сияли проницательностью, а на лице, несмотря на возраст, морщинки едва наметились. Аша любила повторять, что эти морщины появляются только от волнения, и он соглашался. Ему действительно часто приходилось волноваться. Он хорошо загорел, так как взял себе за правило прогуливаться несколько раз в день – пусть даже только для того, чтобы поразмышлять.

– Вы проницательны, Палин, – сказал Темный Чародей. – Хотя должен признать, еще позавчера я не знал, каково будет мое решение. Но вы правы. Я принимаю сторону Хозяина Башни. Тайна остается с нами.

– Я так и думал. Мог бы сразу догадаться. Палин отошел от длинного стола, за которым сидели Темный Чародей и Хозяин Башни.

– Я долго обдумывал ваше предложение, – услышал Палин за спиной голос Темного Чародея, но как раз сейчас сделать этот шаг было бы неразумно.

A когда же будет разумно его сделать? – мысленно спросил себя Палин. – Когда я превращусь в глубокого старика, которого ничто не волнует, или когда все это вообще потеряет смысл?

Палин тяжело вздохнул и уставился в окно с самой высокой точки обзора Вайретской Башни. По крайней мере, Ансалон вновь открыл для себя магию. Палин передавал ее своим ученикам в Академии Волшебства, располагавшейся в предместье Утехи. И все же он стремился к чему-то большему. В нем теплилась надежда, что-либо он сам, либо избранники Золотой Луны сумеют отыскать хоть какую-то трещинку в драконьей броне и тогда всем волнениям придет конец.

Чародеи уже давно изучали царство Малис сквозь магический кристалл. Внимание Палина особенно привлекла одна высокая гора. Она возвышалась неподалеку от Устричного, И острые скалистые зубцы обрамляли ее вершину, точно корона. Глядя на нее сейчас, он задавался вопросом, кому понадобилось туда лезть. Месяц назад он наблюдал, как гоблины цепочкой движутся по извилистым тропам на вершину. Он хотел тогда же все выяснить, но другие маги его предостерегли. Наблюдайте издали, – посоветовал Хозяин Башни. Палин был вынужден с ним согласиться.

– В глубине души вы знали, что другого решения и быть не может, – продолжал Темный Чародей, прерывая мысли Палина. – Мы изучаем владения красной драконицы почти два месяца. Она преобразила все свои земли, а этого не позволяли себе даже Боги. Все магические предметы должны остаться в нашем – и только в нашем – распоряжении на тот случай, если нам будет грозить опасность со стороны Малис или любого другого дракона. Мы-то знаем, что будем пользоваться магическими артефактами мудро, но ведь за других мы поручиться не можем.