- -
- 100%
- +
3
Однако время шло. Бренде не хотелось терять его даром. К тому же ей хотелось побыстрее отделаться от непрекращающихся взглядов незнакомца, сидящего за «сталагмитом». Время от времени поднимая руку, в которой был зажат низкий и широкий бокал (это Бренде рассмотреть удалось), незнакомец делал глоток.
Бренда сделала вид, что изучает книжечку с картинками коктейлей. Впрочем, она, пробежав по строчкам глазами, и впрямь заинтересовалась диковинными сочетаниями фруктовых соков и различного алкоголя.
Пролистав всю книжечку, Бренда уже хотела было поискать официанта взглядом и сделать заказ. Но вместо этого наткнулась глазами на худощавого юношу, который только что поднялся по ступенькам лестницы, ведущей в зал бара. Он чуть растерянно обводил взглядом помещение. Казалось, что он кого‑то высматривает. Бренда быстро оценила ширину его плеч, блестящие каштановые волосы и хорошую обувь…
Она считала, что в искусстве флирта и соблазнения нет ничего особенно сложного. Достаточно невинного и одновременно притягательного взгляда. Ухоженного вида. Немного смущенной и чуть лукавой улыбки.
Хотя, впрочем, дело могло быть лишь в неотвратимой уверенности Бренды в самой себе и своих способностях.
Она знала, что не стоит перегибать палку ни с трепетностью, ни с хищной сексуальностью. Не всегда получается доподлинно определить, насколько «погорячее» предпочитает тот или иной джентльмен. Можно изобразить опытную и страстную тигрицу, в результате отпугнув потенциального спутника. А можно переборщить с добродетелью и не зацепить, не заинтересовать в итоге…
Бренда кинула на молодого человека взгляд из‑под длинных, тщательно подкрашенных дорогой тушью ресниц. При этом ее поза была вполне расслабленной. У юноши не должно было возникнуть даже тени мысли, что она как‑то предметно заинтересовалась им и этот интерес проявила…
На ее лице появилась легкая улыбка. Она едва заметно кивнула в сторону молодого человека.
Сработало: он чуть вопросительно приподнял брови и направился в сторону ее грота.
– Простите, мы с вами знакомы? – произнес он негромким, но вполне звучным и приятным голосом.
– Нет, думаю, что незнакомы, – кокетливо улыбнулась Бренда.
– Но вы… Простите, значит, мне показалось.
– Показалось что?
– Вы мне кивнули, не так ли?
– О, – объяснила Бренда, – я действительно приняла вас за одного из друзей моего брата. Но, видите ли, тут такое освещение… Очень легко ошибиться. Извините. Конечно же, я не хотела вас обеспокоить.
Казалось бы, вопрос должен был быть исчерпан на извинениях Бренды. Но парень не спешил уходить и следовать по собственным делам.
– Вы кого‑то ждете? – поинтересовался он, видимо, окончательно почувствовав себя в своей тарелке.
– Нет, – улыбнулась Бренда, – что, хотите составить мне компанию?
Конечно, это было слишком прямолинейно даже для нее.
Но дело в том, что всего несколько секунд назад мужчина из‑за колонны в очередной раз обжег Бренду взглядом. Ее начинало раздражать и злить это. Казалось бы, чего проще? Если женщина понравилась тебе, подойди и познакомься. Если вы уже знакомы – подойди и поздоровайся, возможно, напомни о себе, если она тебя уже забыла. Поболтай…
Но разыгрывать сцены из шпионского детектива и заставлять девушку нервничать – по мнению Бренды, это попахивало странностью натуры, и вообще было дурным тоном.
Поэтому Бренда не имела ничего против того, чтобы как можно скорее обрести компанию на сегодняшний вечер. А этот парень выглядел милым и привлекательным. Может, он был чуть более смущенным, чем подобало, но это лишь добавляло пикантности ситуации. И, кстати, делало его более легкой и уязвимой добычей…
– Я думал, что вы кого‑то ждете, – признался парень.
– Уже не жду, – Бренда улыбнулась, и ее собеседник чуть покраснел.
– Ясно, – кивнул он.
– Я просто зашла в этот бар немного отдохнуть после работы, – объяснила она. – Никто из подруг на этот вечер не смог составить мне компанию. Но мне все равно очень хотелось посидеть, выпить пару коктейлей, поболтать с кем‑нибудь…
– Может быть, я смогу вам в этом помочь?
– Ну конечно, – и Бренда снова улыбнулась, – садитесь же.
– Спасибо.
Парень сел. Бренда легким движением подтолкнула к нему меню через столик.
– Выбирай. По‑моему, тут довольно вкусно.
– Знаю. Я тут уже третий раз. Не замечал раньше этого места, и, по‑видимому, зря.
– Вот как?
– Да, это новый бар.
Бренда засмеялась:
– Ну, в нашем городе новые бары и рестораны открываются каждую неделю.
– Да, а некоторые так же скоропалительно закрываются, – разулыбался собеседник. – Кстати, я Патрик.
– А меня зовут Бренда.
– Мне очень приятно познакомиться, Бренда.
– Мне тоже.
– Почему ты ничего не пьешь?
– Я недавно пришла, – объяснила она, – еще не успела сделать заказ.
– Может, я смогу тебе помочь в твоем выборе?
Ох уж эта вечная мужская самонадеянность…
Бренда подумала: «В конце концов, ну откуда ты можешь знать, чего мне сейчас захочется? Ты не можешь основываться на знании того, что я люблю. И почему вам всем так хочется неизменно чувствовать, что вы лучше понимаете потребности женщины, почему вам хочется быть главнее и сильнее?»
Но вслух она не сказала ничего подобного. Она лишь очаровательно улыбнулась и переспросила:
– Может, ты знаешь, какие коктейли пользуются тут особым спросом?
– Да это неважно, – засмеялся Патрик и махнул рукой. – В конце концов, исходить нужно из того, что тебе самой больше нравится. Давай я попробую угадать, какой из коктейлей придется тебе по вкусу, а если это у меня не выйдет, то мы прочитаем каждую строчку меню и выберем наиболее подходящее.
Это было уже лучше. Намного лучше. Бренда улыбнулась и кивнула:
– Начинай.
Эта маленькая игра уже стала забавлять ее. Флирт, пусть даже и самый поверхностный, самый робкий, как всегда, запускал в кровь тысячу мелких пузырьков, прохладно колол мятными иголочками, позволял чувствовать себя живой. Живой и желанной…
Желанной хотя бы для общения, а там уж как сюжет повернется…
– «Небесный кристалл»? – предположил Патрик.
– А что это такое? – изумилась Бренда.
– Так‑так… Давай‑ка я уточню для верности. – Он прочитал вслух: – В состав входит ром, кокосовый сироп, сок личи, сок лайма, гренадин, мякоть клубники. Украшено вишней. Пойдет?
Бренда пожала плечами.
– Звучит неплохо, а вот как на вкус…
– Готова рискнуть?
– Готова.
Подошедшему официанту Патрик озвучил заказ – для себя он заказал просто коньяк.
Просто «Хеннесси».
Коктейль и бокал с коньяком на маленьком подносе с ажурными ручками доставили почти мгновенно. Впрочем, скорость выполнения заказа вполне соответствовала бессовестной цифре, красовавшейся возле каждого из наименований коктейлей. Бренда, как выяснилось, выбрала не самый дешевый бар…
Впрочем, и ладно.
– А чем ты занимаешься, Патрик? – спросила Бренда, потянув коктейль через высокую полосатую соломинку. Вкус ее не разочаровал. Он был в меру терпким, в меру сладким, в меру кружил голову.
– Я работаю дизайнером в довольно крупной фирме. Еще немного, и, думаю, доработаюсь до поста главного дизайнера. В планах стать арт‑директором. По крайней мере, я уже выбил себе послабление относительно графика работы.
Бренда засмеялась. Этот мальчик определенно был очарователен. Хотя… Возможно, не такой уж он и мальчик? И первое впечатление оказалось обманчивым.
С коктейлем угадал, карьерные амбиции, кажется, наличествуют, одет не слишком дорого, но однозначно со вкусом… Да еще и симпатичен. Что ж, все это означает, что с Патриком можно пообщаться какое‑то время. Посмотреть, к чему это приведет.
– Что за дизайн?
Бренда обнаружила, что ее бокал с коктейлем как‑то подозрительно быстро опустел.
Патрик среагировал мгновенно, тут же подозвав официанта.
Официант застыл напротив, его рука с поднятым над блокнотом карандашиком замерла в воздухе.
– Повторить? – спросил Патрик, повернувшись к Бренде.
– Пожалуй, нет. Лучше я теперь попробую «Индийский сорбет».
«Индийский сорбет». Банан, банановый ликер, лайм, снова личи, шоколадный сироп и кольцо ананаса.
Посмотрим, что это за штука…
– Ну, я занимаюсь дизайном мебели, различных интерьеров, – объяснил Патрик, отпустив официанта.
– Как интересно, – вежливо сказала Бренда.
– А ты чем занимаешься?
Бренда улыбнулась.
О своем детище она могла говорить часами.
Впрочем, не стоило так уж сразу озвучивать тот пост, который она занимает в своей компании. Некоторых мужчин это вполне может и отпугнуть.
– В основном моя деятельность связана с рекламой, – объяснила она. – Тут и дизайн рекламы, и создание рекламных роликов, и буклеты, билборды, постеры… Словом, широкий спектр рекламной продукции. Занимаюсь из этого списка всем понемножку.
– Курируешь? – догадался Патрик.
– И это тоже. Но, бывает, и подключаюсь к процессу.
Бренде принесли очередной коктейль.
– Ясно, – кивнул Патрик. Сам он даже и половины содержимого своего бокала еще не выпил. Наверное, не хотел торопиться. Или же просто мало пил. – А чем еще увлекаешься?
«Чем еще?»
Бренду редко можно было загнать в тупик или застать врасплох. Но сейчас она озадачилась корректным ответом…
– Знаешь, – осторожно начала она, – кажется, все мои увлечения составляет работа…
– Вот как?
– Я же не могу назвать воскресный шопинг серьезным хобби, – засмеялась она. – Однако ведь надо как‑то одеваться, соответствовать бизнесу, следить за собой… Знаешь – перчатки, ручки, туфли, кардиганы… Все это не приносят на дом. Приходится затрачивать на поиски необходимой продукции какое‑то время.
– Знаю‑знаю, – кивнул Патрик. – Карандашики для век, блески, лаки и шарфики.
Он что, гей?
Бренда решила, что, должно быть, Патрик читает мысли, или же просто на ее лице слишком очевидно отразилась эта мысль. Он засмеялся:
– Нет, я всем этим не увлекаюсь. Просто, знаешь ли, у меня есть младшая сестренка. Ее зовут Джессика. Иногда вместо футбола и бассейна мне приходилось опекать ее, ходить с ней по магазинам, когда этого не могли делать мама или тетя. А Джессика не могла не советоваться со мной в процессе покупок. Вот и пришлось волей‑неволей слегка научиться разбираться в том, чем помада отличается от блеска, а подводка – от туши.
– Сочувствую, – с улыбкой произнесла Бренда.
– Ничего страшного. Иной раз это помогает лучше понять женщин.
Вот как…
– И что же? Действительно помогает? – спросила она с искренним интересом.
– Конечно, нет, – Патрик засмеялся. – Но с тех пор мне куда легче было делать подарки на дни рождения и на Рождество знакомым девушкам.
– Да, это неоспоримый плюс.
Кажется, второй коктейль подошел к концу.
– Еще?
– Подожди. Сначала выберу что‑нибудь в меню.
– Может, классический «Космополитан»? – предложил Патрик.
– А, может, «Секс на пляже».
Патрик уже высматривал официанта.
– Сам‑то ты ничего не пьешь, – заметила Бренда.
Патрик смущенно развел руками:
– Я не любитель крепких напитков, откровенно говоря.
– Зачем же пьешь?
– Я пришел в бар отдохнуть… Не тянуть же мне сладкие женские коктейли?
Бренда с иронией вскинула брови.
– А пить в баре сок или минералку – это для подростков.
– Верно. Для подростков… Которых в бар и не пустят.
– Ну и ладно, – засмеялся Патрик. – Так чем еще ты занимаешься, кроме работы?
А ведь действительно. Кроме работы, Бренда больше ничем и не занималась…
До настоящего момента это ни капельки ее не смущало.
Она сделала неопределенный жест, покрутив в воздухе изящным запястьем:
– Я же говорю, ничем особенным… Так… Шопинг иногда, на неделе пару раз стараюсь выбираться в тренажерный зал. Беговая дорожка… При сидячей работе полезно. Ну, и иногда встречаюсь с подругами.
Патрик улыбнулся:
– А я занимаюсь серфингом. При первой же возможности уезжаю куда‑нибудь на южное побережье, и покоряю волны.
В лицо Бренде словно ударило морским ветром, солью, свежим, свободным дыханием морских просторов. На мгновение она позавидовала Патрику. Хоть он и не возглавлял собственную фирму (а на ее взгляд, в его возрасте уже было бы пора!), зато он носился по волнам, ничем не сдерживаемый, и проверял себя на прочность, а океан – на щедрость.
– Я никогда не занималась ничем подобным, – медленно проговорила она.
– А какой спорт ты предпочитала в колледже?
– Плавать вдоль дорожки бассейна, – мрачно ответила Бренда. – И еще я выступала в группе поддержки.
– Скакала с разноцветными помпонами?
– И это тоже.
– И наверняка встречалась с капитаном баскетбольной команды?
Он что, смеется над ней?
– Никогда не встречалась, – проговорила Бренда, уже готовая к тому, чтобы замкнуться в себе. – Я так предсказуема?
– Вовсе нет. Я не хотел тебя обидеть… Наоборот, ты кажешься мне интересной. И необычной девушкой…
– Что ж, и на этом спасибо. А ты, наверное, вдоволь прыгал с парашютом, покорял горные вершины?
– Я вовсе не такой экстремал, каким мог тебе показаться, – Патрик покачал головой. – Нет, моя давняя любовь – это именно серфинг. Он в моей крови с того времени, как мы с семьей жили на юге страны.
– Наверное, это очень здорово – чувствовать себя одним целым со стихией?
– Да, это действительно здорово. Но этого не так‑то просто добиться. Хоть и звучит это легко и смело. Нужно сначала научиться стоять на доске, потом – чувствовать волну. Нужно, чтобы это стало частью тебя. Но и тогда ты не сможешь до конца чувствовать себя в безопасности.
– Думаю, я хотела бы попробовать, – выпалила Бренда неожиданно даже для самой себя.
– Вот и замечательно, – засмеялся Патрик. – Если ты оставишь мне свой телефон, то я как‑нибудь позвоню тебе и приглашу с собой на побережье.
«Как‑нибудь?»
Это Бренду не слишком устраивало. Мужчина не должен был хотеть «как‑нибудь» звонить ей. Он должен быть уверен в том, что непременно захочет снова увидеть ее.
И чем скорее, тем лучше.
С одной стороны, не стоило торопиться… Не стоило никуда торопиться.
А с другой…
Что мешает ей привязать к себе Патрика проведенной вместе ночью, дурманящей и безудержной? Тогда мысли о случайном звонке ей, Бренде, начисто выветрятся из его головы. Вместо них там будет жить навязчивая мысль, навязчивое желание вновь увидеться с ней.
Но с другой стороны…
Почему‑то Бренде не хотелось поступать с этим мальчиком так же, как с Виктором. В голове у второго день и ночь жили цифры, схемы, таблицы и планирование собственного бизнеса. Выходы с Виктором в свет превращались в любование Бренды на декорацию – от ее спутника словно оставался «фасад». За пристойной внешностью не скрывалось каких‑то глубоких помыслов, особенно честолюбивых побуждений.
Бренда сильно подозревала, что и она сама является частью декорации для престижного появления Виктора на презентациях или вечеринках. На самом деле она бросила его еще и потому, что отчаялась увидеть в нем что‑то человеческое, живое, теплое.
Кажется, Патрик был не таким. В нем понемногу сочеталось все то, что и должно присутствовать в нормальном человеке. И Бренде так понравилось его стремление к свободе, которую тот пытался отыскать в экстремальном увлечении…
Да, соблазнить нетрудно, но что, если и Патрик быстро наскучит ей? Действительно, на этот раз, по мнению Бренды, торопиться не стоило. А, может, и Патрик не так прост, как показалось ей в самом начале…
Патрик между тем небольшими глоточками допивал свой коньяк. Его лицо было спокойным, он слегка улыбался.
Бренда поймала очередной взгляд незнакомца из‑за колонны. Ее начинало утомлять это вмешательство в ее отдых, пусть и предельно ненавязчивое, и вроде бы незаметное. Пара‑другая коктейлей расслабили девушку, но она не могла выкинуть мысль о нем, словно назойливую пчелу – в форточку, из головы. Она нетерпеливо тряхнула головой и передернула плечами.
– Что такое? – удивился Патрик.
– Нет! Нет, ничего…
– Так что там насчет телефона?
– Да, конечно…
Бренда продиктовала ему номер, который Патрик сразу же записал в память своего мобильного, а потом набрал. В сумочке Бренды заиграла мелодичная мелодия.
– Есть контакт, – удовлетворенно улыбнулся Патрик. – Что ж… Посидим еще или поедем по домам?
Бренда механически отметила, что он не сказал «домой». Кажется, она в нем не ошиблась… Впрочем…
Незнакомец за колонной внезапно поднялся, показавшись Бренде легкой тенью, и, оставив на столе несколько купюр, столь же стремительной тенью растворился в полумраке бара.
Невольно Бренда вздохнула, и это был вздох облегчения.
Впрочем, расслабляться было рано. Неожиданное, непрошенное внимание, тревожащее Бренду на протяжение всего вечера, могло и не прекратиться с уходом мужчины из бара.
«Он вполне может поджидать меня где‑нибудь на улице, на стоянке, и так далее», – подумала Бренда. Она поежилась. Ей вовсе не хотелось вечерних приключений.
Смысла сидеть в баре и дальше она не видела. Конечно, можно было еще поболтать с Патриком. Кино, автомобили, пляжи, серфинг, концерты, диски из домашней коллекции и книги – список был неисчерпаемым. В конце концов, помады, лаки и каблуки – тут Бренда засмеялась над собственной мысленной шуткой.
Но, с другой стороны, если этот тип твердо решил дождаться ее у выхода из бара, незачем пытаться тянуть время. Лучше будет уйти отсюда вместе с Патриком. Безопаснее, это уж точно.
Она повернулась к своему собеседнику.
– Вряд ли, – начала она нерешительно, – я смогу сейчас вести машину.
– После стольких‑то коктейлей? – весело уточнил он. И подтвердил: – Ну, разумеется, не стоит тебе сейчас садиться за руль… А ты приехала сюда на машине, да?
Бренда кивнула.
– Я приехал на такси, – сообщил Патрик. – Я ведь и предполагал, что в баре буду пить…
– Будем считать, что ты предусмотрительнее, чем я.
– Возможно. Но тогда я мог бы отвезти тебя домой, если не возражаешь.
– Я возражаю!
– Но почему?
– Ты же пил. Сейчас. Коньяк.
– Ах, да… Видишь ли, я уже и забыл об этом. Он не подействовал на меня, я почти что и не почувствовал его. Можно считать, что я практически не пил.
Бренда с сомнением смотрела на него.
– В случае, если нас остановят – штраф, – предупредила она.
– Если ты так боишься, давай возьмем такси, – усмехнулся Патрик.
– Впрочем… Поехали.
– Поехали.
Патрик поднялся, одновременно вкладывая в принесенный официантом счет несколько купюр.
– Счет такой смешной, – пояснил он, – что нелепо было бы расплачиваться кредиткой.
Бренда пожала плечами.
– Как знаешь…
Они спустились по лестнице на улицу. Патрик шел впереди. Бренда пользовалась этим и оглядывалась, высматривая своего недавнего незнакомца из бара. Но нигде не было видно никого, хоть сколько‑нибудь напоминающего того мужчину. Бренда с облегчением вздохнула. И села на пассажирское сиденье.
К вечеру начался дождь. Его хлесткие струи заливали ветровое стекло. Включились дворники.
И отопление тоже. Бренда пристегнулась и со вздохом умиротворения обмякла на сидении.
Вечер, по ее мнению, прошел неплохо и послужил достойным завершением насыщенного дня в офисе. Сейчас она приедет домой, примет душ, помоет голову… Может быть, лучше будет принять ванну с пеной?
Завтра ей надо быть во всеоружии. Завтра на переговоры должен явиться Лэнгдон. Это будет их первой деловой встречей. Нужно постараться произвести впечатление безупречного профессионала.
Конечно, Бренда была вполне уверена в себе. Но не мешало лишний раз подстраховаться.
Подстраховаться от любых возможных неурядиц и осложнений.
По правде говоря, Бренда была настолько уверена в себе, что о неурядицах и прочих осложнениях вспоминала лишь для проформы. Чтобы быть, так сказать, в тонусе.
Как сладко будет засыпать под шум дождя в своей изящно декорированной спальне… Знать, что ты красива, обеспечена, преуспевающа.
И что завтра будет новый день, наполненный интересной работой, удовольствиями, какими‑то материальными благами, возможно – общением с семьей; какими‑то неожиданными событиями и маленькими забавными приключениями наподобие сегодняшнего… Да, Бренде определенно нравилось быть самой собой. И она благодарила жизнь за все имеющиеся у нее блага. За красоту, за ум, за целеустремленность. За характер и вкус, воспитанные в ней благодаря отцу и троюродному брату Бренту.
Патрик почему‑то не торопился заводить машину. Краем глаза Бренда покосилась на него и натолкнулась на встречный взгляд. Ресницы Патрика подрагивали; он пристально смотрел на нее. Темное тепло его глаз, казалось, представляло собой сплав, плещущий через край. Сплав нежности и страсти, неотделимых друг от друга.
«Кажется, я ему нравлюсь».
Да, определенно она ему нравится. А, может, Патрик уже успел и влюбиться? Кажется, романтизм вполне в его духе. Да и Бренда из тех женщин, которые встречаются не столь уж и часто.
Кажется, он уже на крючке.
Что ж, для Бренды это означало только одно – ей удастся узнать, что такое серфинг, и не с помощью равнодушного инструктора с официальной улыбкой, а с помощью влюбленного в нее юноши‑дизайнера. Будущего арт‑директора.
Нет, не только одно.
Это означало еще и то, что очередная проверка Брендой своих чар прошла более чем успешно.
Жаль только, что интерес к очаровываемым ею мужчинам у нее всегда более чем мимолетен…
Но разве в этом ее вина?
4
Встреча с Лэнгдоном была назначена на раннее утро.
Бренда частенько выбирала это время для переговоров.
Она считала, что в это время потенциальные партнеры больше всего настроены на деловой лад. Все мысли их в это время должен занимать лишь бизнес.
А если у кого‑то из них в голове и теснятся видения подушки, если у кого‑то хронический недосып, не позволяющий ему сконцентрироваться на обсуждаемых вопросах – что ж, спасет крепкий кофе.
Уже без пяти восемь Бренда была в своем офисе.
Она на удивление хорошо выспалась. У нее не было ни малейших признаков похмелья или же недосыпа (спасибо кудесникам‑барменам из вчерашнего бара! спасибо ванне с лавандовой пеной!). Она поднялась в прекрасном настроении, облачилась в светло‑лимонный, может быть, чуть более легкомысленный, чем требовалось для делового совещания, костюм с приталенным жакетом и юбкой‑карандашом, вдела в уши серьги из опала, позавтракала йогуртом с хрустящими хлопьями.
Являя собой образец уравновешенной во всех отношениях деловой (и привлекательной!) женщины, Бренда спустилась во двор дома, завела машину и отправилась в офис, не забыв по пути и посетить заправочную станцию.
Гленн пришла на работу всего лишь на несколько минут позже своего изысканного и шикарного босса. Она удивилась, обнаружив Бренду на рабочем месте. Было слишком рано даже для нее. Гленн сразу же, не откладывая, занялась подготовкой совещания. Она сервировала на переговорном столе воду, соки, крекеры, шоколадные конфеты, раскладывала буклеты, распечатки с презентациями, образцы рекламной продукции.
Все было готово к важной встрече наверняка даже раньше, чем Лэнгдон выдвинулся на переговоры.
Вопреки ожиданиям Бренды, он не стал брать с собой каких‑то сотрудников, многочисленных помощников или же соратников по бизнесу. Он не взял даже референта. Лэнгдон приехал один.
– Ральф Лэнгдон тут. Говорит, что ему назначена встреча с вами на девять пятнадцать, – прощебетала в трубке юная секретарша с ресепшн.
– Да. Пусть Гленн проводит ко мне, – ответила Бренда и положила трубку. Она поднялась из‑за своего необъятного рабочего стола из полированного красного дерева, обходя его, чтобы встретить гостя в дверях кабинета.
Но Лэнгдон опередил ее, и Гленн распахнула для него двери еще тогда, когда Бренда находилась возле стола.
– Мисс Маршалл, – произнес он с легким кивком головы.
– Доброе утро!
Это приветствие вырвалось у Бренды словно помимо ее собственной воли.
Потому что ее воля в этот момент была парализована. Растоптана, растерзана, помножена на ноль.
Бренда страшно жалела в этот миг лишь об одном.
О том, что стоит сейчас возле своего стола, а не сидит в кожаном директорском кресле, надежно защищенная барьером монитора, надежно застрахованная от подгибания коленок. И от дрожания голоса, чего уж там.
Таких пронзительных синих глаз она не видела ни разу в своей жизни.
Нет, такие глаза она, может, и видела, вернее, вспомнила бы, если бы хорошенько покопалась в памяти. Но никогда раньше синие мужские глаза не производили такого впечатления на Бренду Маршалл.
Она была потрясена, повержена в смятение, обезоружена начисто и неотвратимо.