Клятва мести

© Тулаев В., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. Издательство «Эксмо», 2025

О книге

Внезапное появление на первой паре недавно погибшего жениха способно испортить самый идеальный день – лучше способа не придумаешь.

Когда отец договорился о моем браке по расчету с наследником первой очереди мафиозной семьи Коста, я поклялась: пойду на все, лишь бы избежать подобной судьбы. Я готова предложить семье гораздо больше, чем просто стать официальной спутницей мужа, производить для него потомство и появляться на свадьбах и крестинах.

Да, я помолвлена с Марчелло Костой, но моим мужем ему не стать.

И тут вдруг выпадает счастливый билет: Марчелло со своим отцом погибают при покушении – под их автомобилем взрывается бомба. Теперь мне не нужно превращаться из мафиозной принцессы в типичную жену; я могу поступить в академию «Сикуро» – элитную частную школу для детей мафиози.

Я в полном восторге. Заселяюсь в общежитие академии в одну комнату с самой близкой подругой, получаю форму и уже готова приступить к учебе, однако мои планы внезапно рушатся: Марчелло появляется в кампусе живой и здоровый, задавшись целью отомстить тем, кто пытался его убить.

Видеть шокированное лицо невесты при моем появлении в аудитории академии «Сикуро» куда приятнее, чем я ожидал.

Мирабелла ясно дала понять: выходить за меня замуж она не желает, и с этой проблемой следует разобраться. Впрочем, пока передо мной стоит задача поважнее.

В «Сикуро» я оказался по одной-единственной причине – нужно выяснить, кто погубил моего отца и едва не убил меня, подорвав нашу машину. Следы ведут в академию.

Пусть Мирабелла учится, пока я разыскиваю убийцу, однако, как только негодяй будет подвергнут моему личному суду, заберу ее из академии и немедленно женюсь.

Никакие мольбы с ее стороны не заставят меня изменить решение.

Примечание автора

Данное произведение содержит тяжелый для восприятия рядом читателей контент. В книге встречаются сцены, связанные с употреблением алкоголя, покушениями, домогательствами и убийствами, физическим насилием и применением огнестрельного оружия. Используется грубая брань, присутствуют сцены сексуального характера. Уверены, что хотите продолжить?

Плейлист

Вот список песен, которыми мы вдохновлялись в процессе написания этой книги.

K. Flay – Blood in The Cut

She Wants Revenge – Tear You Apart

The Acid – Ghost

The Cure – A Forest

K. Flay – High Enough

Depeche Mode – World in My Eyes

Nine Inch Nails – Closer

The Cure – Fascination Street

Nine Inch Nails – The Hand That Feeds

Nick Cave & The Bad Seeds – Red Right Hand

Echo & the Bunnymen – The Killing Moon

Lorde – Liability

Billie Eilish – when the party’s over

The Cure – Love Song

Итальянские мафиозные кланы, представленные в академии «сикуро»:

Основная деятельность – оружейный бизнес

Марчелло Коста

(глава семьи Коста)

Основная деятельность – фальшивомонетничество, мошеннические операции с недвижимостью

Антонио Ла Роса

(наследник первой очереди главы семьи Ла Роса)

Основная деятельность – наркоторговля, отмывание денег

Данте Аккарди

(наследник первой очереди главы семьи Аккарди)

Основная деятельность – мошеннические операции с ценными бумагами, кибератаки

Габриэле Витале

(наследник первой очереди главы семьи Витале)

1

Мирабелла

Внезапное появление на первой паре недавно погибшего жениха способно испортить самый идеальный день – лучше способа не придумаешь.

Сперва я не обращаю внимания на стук в дверь посреди занятия, однако сокурсники вдруг начинают шушукаться. С любопытством поднимаю голову от тетради и замираю с отвалившейся челюстью. Пытаюсь сморгнуть морок – бесполезно. У входа в аудиторию стоит Марчелло Коста. Живой…

Марчелло – новый глава семьи Коста…

Марчелло, за которого меня решил выдать отец…

Марчелло, похороненный три месяца назад…

В голове у меня раздается истерический визг: «Черт возьми, теперь он мне все испортит!»

– Чем могу помочь? – слегка склонив голову к плечу и бросив взгляд на Марчелло поверх очков, спрашивает миссис Эдвардс.

– Я – Марчелло Коста. Только что к вам перевелся.

Он подходит к преподавательнице с обычным своим уверенным видом и вручает ей записку.

Могу поклясться, девчонки следят за ним во все глаза, и у каждой между ног становится влажно. Врать не буду: Марчелло – потрясающий самец, такие в жизни встречаются нечасто.

Я еще не пришла в себя, а он уже разворачивается к аудитории и встречается со мной взглядом. По его лицу растекается самоуверенная улыбка, и мой шок сменяется раздражением.

– Какого хрена он здесь делает? – шепчет мне на ухо София.

Вероятно, на лицах у нас застыло одно и то же выражение – мы обе в ужасе. София точно в курсе, что означает для меня воскрешение Марчелло.

Оно ставит под угрозу мою дальнейшую учебу в академии «Сикуро». До того как Марчелло убили, я считалась его будущей женой – верной спутницей жизни настоящего мафиози. Мне предназначено было засесть дома и рожать детей – и желательно мальчиков! Его же дело – жить полноценной жизнью, не иметь отказа ни в чем и ни в ком.

В гробу я это видела!

Я им не просто смазливая спутница для воскресного похода в храм! Семейному делу могу предложить никак не меньше, чем любой из сидящих в аудитории парней.

Еще пять лет назад «Сикуро» была школой исключительно для юношей. Теперь учиться в ней разрешили и девушкам – но только с особого дозволения отца или мужа. По сути, получается, что мы можем развиваться лишь при милостивом согласии главы семьи, а иначе – выполняй роль жены и матери.

Разумеется, у девушек в учебном плане не будет ни отмывания денег, ни подготовки к уличным схваткам. Боже упаси! Не станут нас учить и взламыванию чужих компьютеров или ручной сборке бомб, а ведь парни в академии эти предметы осваивают. Что значит – мы хотим продвигаться по рангу наравне с ребятами? Куда продвигаться, если нам и самого низшего ранга никто не присвоил… Бесит такой подход!

– Пожалуйста, садитесь, – предлагает миссис Эдвардс.

Марчелло сканирует глазами аудиторию. Единственное незанятое место его не интересует. Он идет по проходу, останавливается у моей парты и бросает сидящему рядом со мной парню:

– Выметайся!

Я в кампусе всего несколько дней и даже не знаю, как зовут соседа, однако, судя по ярко-рыжей шевелюре, он наверняка из ирландской мафии.

Ирландец окидывает Марчелло оценивающим взглядом, гадая, стоит ли связываться. Будь на месте рыжего кто-то с нашего восточного побережья, моего жениха послали бы подальше. Марчелло Коста тот еще гад. Если парнишка вздумает перечить, сегодня он ему вряд ли отомстит – ни в аудитории, ни в кампусе у него шансов нет, но в свое время точно найдет способ ударить побольнее.

Видимо, ирландец мыслит в том же направлении: быстро собирает манатки и пересаживается за пустую парту через несколько рядов.

Марчелло опускается на освободившийся стул и ощупывает меня внимательным взглядом темных глаз.

– Ну, чао, fidanzata [1].

Повезло ему. Академия «Сикуро» считается нейтральной территорией, иначе я задушила бы его на месте.

Остальные ученики, заметив, как скрестились наши взгляды, переключаются на преподавателя. Никто не хочет попасть в разряд противников Марчелло. Только мне плевать – одним своим существованием он едва не разрушил мою жизнь. Подобного больше не случится!

Занятие продолжается, но Марчелло большую часть времени пялится на меня. Наконец звенит звонок. Я встаю, в спешке собираю вещи и вылетаю из аудитории ко всем чертям.

А ведь сегодня ожидался такой волнующий, веселый день… Первый день учебы, шаг навстречу новой жизни, которую я себе придумала! Теперь же прекрасное будущее вновь обращается в черную дыру, куда меня стремительно засасывает в соответствии с планами моего папочки и жениха.

София ждет в коридоре, но не успеваем мы пройти и пары метров, как Марчелло хватает меня за запястье и тащит обратно.

– Все вон из класса, – спокойно говорит женишок, не отрывая от меня глаз.

Даже не оглядывается – все ли прислушались к приказу. Знает, что прислушались.

У, stronzo… [2]

Выдергиваю руку из его клешни и половчее забрасываю рюкзак на плечо.

– Думала, ты помер…

– Хм… – Он подступает ближе и заправляет мне за ухо выбившийся локон длинных темных волос. – Надеюсь, ты была в трауре, dolcezza? [3]

Марчелло стоит почти вплотную. Все-таки хорош, до жути хорош… Волосы аккуратно подстрижены, короткая бородка ухожена, жгучие черные глаза обрамлены длинными ресницами. За такого большинство женщин пойдет даже на убийство. Марчелло высок, широкоплеч и мускулист. На нем сегодня школьная форма – серые брюки, белая рубашка на пуговицах и галстук в тон моей юбочке в красную, зеленую и белую клетку. Пиджак, естественно, не надел – как же, системе мы не подчиняемся! Черт, враг ведь, однако на таком микроскопическом расстоянии производит просто неотразимое впечатление… Приходится напомнить себе: этот человек хочет заманить меня в жизнь, которой я противлюсь всеми силами.

– Марчелло, я серьезно. Все считали, что…

Он слегка склоняет голову к плечу, разглядывая мое лицо.

– Все, да не все.

– Что ты хочешь сказать? – хмуро спрашиваю я.

– Nonno [4] знал, что я жив.

На мгновение впадаю в ступор. Дед ведь присутствовал на похоронах, говорил со мной. Еще вздыхал – о-хо-хо, Марчелло умер совсем молодым, а ведь у вас могли бы народиться такие прекрасные ребятишки… Ваш союз, дескать, укрепил бы связи между семьями Коста и Ла Роса…

Семья Марчелло контролирует северо-восток Штатов, а Ла Роса – юго-восточные территории. Коста занимаются торговлей оружием, а мой клан работает с фальшивомонетчиками и практикует рейдерские захваты. Объединение двух семей дало бы моему отцу больше власти, а Коста получили бы больше портов вдоль береговой линии – прекрасная возможность для отгрузок оружия. И мой папаша имел бы взаимообразно процент с их барышей.

– Ничего не понимаю, – признаюсь я, сжимая лямку рюкзака. – Как насчет твоего отца? Он мертв или?..

Все ведь предполагали, что взорвавшаяся в машине бомба разнесла в клочья Сэма Косту вместе с сыном.

Марчелло кивает, поджав губы:

– Отец погиб.

– Сочувствую тебе.

Я искренне ему соболезную, хотя ненавижу и его, и ту роль, что он отводит мне в своей жизни. Меня, например, потеря отца просто сокрушила бы, а Марчелло всего-то двадцать один. Готов ли он возглавить семью Коста?

Он пожимает плечами и вновь задерживает на мне долгий взгляд, пока я не начинаю нервничать.

– Ты вообще был в машине во время взрыва?

Оглядываю его стройное тело с головы до ног. Люди видели Марчелло у дверцы автомобиля, однако никто не заметил, чтобы он спасся. Хотя бы следы от ожогов у него должны быть?

– Непохоже, что ты побывал в такой переделке.

Он снова поджимает губы:

– Ну да. Но мы поговорим об этом позже.

– Позже? Когда? Дождемся, пока подъедет твоя машина, чтобы отвезти меня домой? Даже не думай, Марчелло. Из академии я не уеду.

Я повышаю голос, вспоминая о распакованных еще на прошлой неделе сумках. То есть их сейчас соберут обратно и кинут в багажник лимузина, где меня будет ждать Марчелло, развалившись на заднем сиденье?

Он снисходительно усмехается. Я тут доказываю с пеной у рта, что хочу распоряжаться собственной жизнью, а ему мои заявления, похоже, кажутся не более чем женским капризом.

Женишок обводит глазами комнату и вновь упирается взглядом в меня.

– Ладно, пока можешь остаться. За пределами академии нам обоим грозит опасность, пока я не разберусь, кто убил отца. Мы уже поняли, что бомбу активировали через компьютер, но еще не выяснили, кто ее подложил и кто написал программу для детонации.

– Боюсь, свое задание они выполнили не слишком умело.

В глазах Марчелло зажигаются веселые искорки, хотя я открытым текстом пожалела, что он не подорвался вместе с папой.

– Буду рад узнать тебя как можно ближе, amore. Мы ведь теперь не только однокурсники, но и соседи по общежитию…

Я остаюсь спокойна как танк, хотя мне смертельно хочется пнуть его по яйцам.

Наше общежитие Рим-хаус рассчитано на студентов обоих полов, правда, девушки и юноши занимают разные этажи. Ну надо же как-то оберегать девичью добродетель, верно? Если Марчелло надеется ночью тайком проскользнуть ко мне в комнату, мое колено и его яйца точно встретятся.

Нет, при иных обстоятельствах я не возражала бы против мужчины типа Марчелло в моей постели – горячего, сильного парня, знающего, как не запутаться в твоем сладком месте. Одно смущает – он уверен, что имеет полное право туда вторгнуться?

Нет уж, простите.

– Извини, Марчелло, но считай, что мы официально расстались. Я за тебя не выйду.

Похоже, он здорово озадачен. Проводит пальцем по моей щеке и осведомляется:

– Интересно, какие соображения по этому поводу у твоего отца?

Открываю рот, однако осадить Марчелло не успеваю – дверь аудитории распахивается настежь.

Он в гневе вскидывает голову, и я вспоминаю: к этому человеку следует относиться с опаской. Впрочем, выражение лица Марчелло быстро меняется – его жесткие черты смягчает улыбка. Обычный студент колледжа, ни дать ни взять – спокойный, приветливый парень. В жизни не догадаешься, что он глава крупнейшей мафиозной семьи.

Оборачиваюсь. Ах, вот оно что… В аудиторию вваливаются его двоюродный брат Джованни и пара самых близких дружков – Николо и Андреа. Судя по изумленным взглядам троицы, воскрешение Марчелло шокирует их не меньше моего.

Начинаются объятия и похлопывание по спинам, а я тем временем протискиваюсь к выходу, однако не успеваю переступить порог.

– Fidanzata! – окликает меня Марчелло.

Останавливаюсь и бросаю взгляд через плечо. Каждый раз вздрагиваю, когда он называет меня невестой. Все четверо смотрят в мою сторону.

– Что?

– Вечером продолжим.

Я закатываю глаза и хлопаю дверью. Увы, вечно убегать от Марчелло я не смогу – он знает, где меня искать.

2

Марчелло

– Какого черта?! – пихает меня в грудь Джованни.

Он уже не улыбается, да и Андреа стоит с выпученными глазами. Думал, парни будут радоваться куда дольше, что меня не разорвало на куски тем взрывом. Впрочем, понятно: первый шок прошел, и теперь они злятся – я ведь три месяца не пытался разубедить их в своей смерти.

Бросаю тяжелый взгляд на Джованни, и тот мигом извиняется:

– Э-э-э… прости.

Ладно уж. Учитывая обстоятельства – прощу. А вообще, даже кузену не дозволено меня по-хамски пихать.

– Я просто… черт, дружище… Слушай, мы были уверены, что ты покойник, – продолжает Джованни.

Николо и Андреа дружно кивают.

– Хотелось бы знать подробности, – подает голос Андреа.

Никаких подробностей они не получат. Да, друзья, и все же это не значит, что я им полностью доверяю – особенно теперь, после того как кто-то вознамерился прикончить главу семьи Коста и его прямого наследника. С отцом они преуспели, однако расправиться со мной я никому шанса давать не собираюсь. Все мои мысли теперь о мести. Возможно, за последние годы я практически потерял уважение к отцу, вот только никто не может так просто уничтожить члена мафиозной семьи и не поплатиться.

В дверь заходит другая группа студентов, и их преподаватель отправляет нас на занятие по расписанию.

– Расскажешь после уроков, хорошо? – говорит Николо, и они с Андреа устремляются трусцой по коридору.

Мы с Джованни небрежно шествуем на следующую пару.

– С каких это пор они смотрят в рот учителям? – спрашиваю я кузена.

Окончить среднюю школу нам четверым помогло только имя. Мы стали там рекордсменами по количеству прогулов, однако директор до смерти боялся наших отцов, потому и не призывал нас к порядку, к тому же наверняка не желал оставлять таких ученичков на второй год.

Джованни ухмыляется.

– Ты пропустил установочную сессию, но скоро поймешь: опоздания здесь недопустимы. Несколько прогулов – и тебя вышибают из академии.

Я лишь смеюсь, а кузен останавливается и качает головой:

– Я не шучу, Марчелло. Твоя – то есть наша – фамилия здесь никакого значения не имеет.

Позволяю себе усомниться в его утверждении. Впрочем, я никогда не планировал поступать в это жалкое училище, где нужно притворяться, будто вновь попал в детский сад, и быть паинькой. Без пистолета и ножа чувствую себя голым, особенно когда встречаю детишек других мафиози и политиков.

Академию «Сикуро» итальянская мафия основала три десятка лет назад после ряда кровопролитных битв за сферы влияния. Тогда погибло огромное количество подающих надежды мафиози, и главам семей пришла в головы блестящая идея: создать школу на нейтральной территории. Для этих целей выделили небольшой участок в самом сердце страны. В принципе, там находились владения Витале, однако этот кусочек обособили на уровне закона.

Мафиозным бизнесом в Соединенных Штатах заправляют четыре итальянские семьи: Коста контролируют северо-восток, Ла Роса, к которым принадлежит Мирабелла, – юго-восточную часть. На северо-западе обосновались Витале, на юго-западе – Аккарди. Каждая из семей имеет право посылать своих детей в академию по достижении ими восемнадцати лет, не испытывая беспокойства, что кто-то снесет им башку. Такая здесь политика – нулевая терпимость к насилию. Никакого оружия – разве что на занятиях по боевой подготовке.

В конце концов услугами академии разрешили пользоваться и другим мафиозным семьям – ирландцам, русским и даже членам наркокартелей. Потом опустились до того, что стали принимать детишек политиков – исключительно из финансовых соображений. Астрономическая плата за обучение позволяла четырем семьям основателей набивать карман, поэтому и начали допускать исконных врагов, давая нам возможность оценить их потенциал.

– Ну мне-то ты все расскажешь? – заглядывает в глаза Джованни, и я выныриваю из воспоминаний.

– Что-что?

Мы выходим из здания, хотя следующая пара должна вот-вот начаться на втором этаже. Что ж, посмотрим, какой вес тут имеет фамилия моей семьи.

– Как, черт побери, ты умудрился остаться в живых и почему твой брат вынужден теряться в догадках вместе со всеми, вот что.

Джованни злится – оно и неудивительно. Разумеется, он оскорблен в лучших чувствах. Пусть кузен, но он мне и правда как родной брат. Его родители погибли в автокатастрофе – их машину спихнул с моста другой автомобиль, и мы приняли парня под свое крыло. Так и должна поступать настоящая семья.

Спускаемся по внешней лестнице, и я осматриваю двор.

– Где тут можно поговорить?

Он указывает подбородком направо, и я следую за ним. Сейчас трудно доверять даже брату – ведь у него тоже могут быть свои резоны желать мне смерти. Nonno советовал относиться с подозрением к каждому, не исключая Джованни. Здесь, в академии, я безоружен. Другое дело, что могу убить и голыми руками – это не проблема.

Кузен ведет меня к забору из металлических штырей, за которым мы сидим словно в ловушке в этой школе типа Хогвартса. Правда, разница есть: здесь учат не волшебству, а умению нарушать закон. Я, например, записан в кружок по ножевому бою. Видать, кто-то решил надо мной подшутить.

– Это самый дальний угол кампуса. Надо только быть начеку, чтобы не попасться на глаза охранникам.

Главная часть кампуса, где находятся учебный корпус и общежития, огорожена упомянутым железным забором, за которым простираются сотни акров пустынной холмистой местности. Из растительности там только трава да редкие деревца. С проходящей вдалеке проселочной дороги кампус не видно, а уж понять, что здесь происходит, – и подавно никто не поймет.

Джованни достает пачку сигарет и, прикурив, выпускает из уголка рта струйку дыма.

– Ну как тебе удалось выжить?

– Я фартовый сукин сын, другой причины нет.

Беру паузу, прежде чем изложить свою историю. Надо изменить кое-какие подробности – ни к чему Джованни знать все в точности.

– Отец вызвал меня на нашу яхту в одной из гаваней Нью-Йорка. Вроде бы намечался разговор о моей женитьбе на Мирабелле и укреплении связей с семьей Ла Роса. Было уже поздно, и я злился, тем более папаша заставил меня ждать, пока дотрахает свою шлюху. Потом вышел в шелковом халате, с поясом, затянутым под висячим брюхом.

Джованни ухмыляется, у меня же этот образ вызывает лишь отвращение. Папаша вечно разгуливал с таким видом, словно он – мистер Олимпия. Никогда этого не понимал. Конечно, люди вокруг него трепетали за свою жизнь, денег и власти – хоть отбавляй, а в остальном отец был всего лишь тучным мужчиной среднего возраста.

– Сильва, его последняя пассия, появилась минут через пять, тоже в шелковом халатике.

Сильва ничем не отличалась от остальных шлюх – алчная потаскуха, всегда готовая отсосать отцу, лишь бы быть при нем. Не думаю, что она врубалась, как делаются дела в нашей семье.

Мать безвылазно находилась в семейном особняке, и папаша, поимев Сильвию, возвращался домой. Всегда возвращался – и никогда от матери не ушел бы. О разводах в семье Коста не было и речи. Разводы могут нарушить бизнес, противоречат принципу преданности, поэтому в семье царит полное понимание. Полагаю, мать знала, где отец проводил тот вечер, во всяком случае, отдавала себе отчет: он кого-то трахает. Честно говоря, подобное положение вещей ее, вероятно, устраивало.

– Сильва? – переспрашивает Джованни, снова выпуская дым изо рта. – Она была на похоронах твоего отца.

– Ну да, дерзкая чертовка, тут и говорить нечего. – Мы медленно продвигаемся по тропинке вдоль забора. – Так вот, папаше поступил чей-то звонок. Он ответил – мол, буду в десять – и ушел переодеваться в каюту.

Сотый раз вспоминаю, как развивались события дальше. Неужели я что-то упустил, какую-то зацепку, которая может указать на убийцу?

Сильва сидела напротив меня, раздвинув ноги, – давала возможность рассмотреть ее бритую щелку.

– Эй, Марчелло, я слышала, ты женишься на этой девчонке Ла Роса?

Никогда не мог понять, почему Сильва постоянно крутится рядом. Отец в ее присутствии обо всем говорил открыто – считал ее просто тупой, ничего не соображающей шлюхой. Грустно сознавать, каким сибаритом он стал к концу жизни.

– Ну да, – кивнул я.

– Она красивая.

Халатик Сильвы распахнулся, обнажив округлые сиськи.

Господи Иисусе… Неужели думает, что я собираюсь делить ее с папашей?

– Да, красивая, – кивнул я, встал и допил виски.

– Ты знаешь, куда обращаться, если она вдруг будет не в настроении…

Сильва перегнулась через стол, подхватила виноградинку и медленно, игриво отправила ее в рот.

Слава богу, переодевшийся отец соизволил появиться на палубе и избавил меня от необходимости поставить эту шмару на место. Наклонившись, чмокнул ее в щеку, однако Сильва тут же заставила его пригнуться, впилась ртом в губы и протолкнула язык ему прямо в горло, не переставая наблюдать за мной. Папаша помял ее грудь, и шлюха, застонав, взяла его руку и сунула себе между ног.

Отец довольно заворчал.

– Хочу, чтобы ты была мокрой, когда я вернусь. Буду трахать тебя до рассвета.

Он поднял ее из кресла, и теперь она красовалась в полностью распахнутом халатике.

Я демонстративно уставился в другую сторону. Хватит с меня этого дерьма.

– Марчелло, не отводи глаз, – скомандовал отец. – Ты уже не мальчик!

Я медленно повернулся. Папаша встал за спиной Сильвы, схватил ее за сиськи, потом провел руками по телу до промежности. Фигурой она обладала потрясающей, однако мне было по барабану.

– Можешь ею пользоваться, когда захочешь. Я разрешаю, сынок.