Путь сердца. Рассказы

1. Пробуждение

Грохот улицы звучал набатом в голове молодой девушки: цокот копыт по брусчатке, скрип колес, окрики возничих, шум с рынка.

Энн торопилась домой после ночной смены в аптечной лавке. Одна из посетительниц случайно разбила флакончик с пахучим маслом, запах никак не выветривался и сейчас Энн мучала головная боль. Между крышами домов выглянуло яркое солнце, ослепив девушку в тот момент, когда она решилась перебежать дорогу.

Раздался грубый окрик и заржали лошади, в это же мгновение, чьи-то руки мягко легли на талию девушки.

– Стоит быть внимательнее, красавица, – произнес мягкий голос над ее ухом.

Энн не поняла, что произошло, но она уже стояла на тротуаре с другой стороны, а солнце снова скрывали крыши. Девушка удивленно подняла глаза на своего спасителя.

– Благодарю вас. – молодой мужчина ласково улыбался ей.

– Ты выглядишь бледной, давай я провожу тебя до дома? – предложил незнакомец.

– Не стоит, я в порядке, – смутилась Энн.

– У меня выдалось свободное утро. И мне будет приятно убедиться, что спасенная мною девушка, все-таки дойдет домой без приключений.

– Вы очень любезны, – выдавила из себя Энн, ей было непривычно мужское внимание, а предложение прогуляться с незнакомцем заставило ее оробеть.

– Я не кусаюсь, красавица, – мужчина слегка потянул девушку за локоть, они и так уже стояли на одном месте слишком долго, притягивая к себе внимание.

– Я Энн Феймиц, – решила соблюсти приличия Энн.

– Рад знакомству, Энн, – мужчина так и не назвал себя. – Кажется, я видел тебя в лавке Хелера?

– Да, я там работаю.

– Я загляну на днях, у меня закончились кое-какие травы. Вот мы и пришли, не правда ли? – незнакомец остановился у порога небольшого домика.

– Да, благодарю за… – девушка замялась, не зная, за что именно благодарить, то ли за прогулку, то ли за спасение.

– До скрой встречи, Энн Феймиц. Будь осторожнее. – мужчина чуть поклонился и направился прочь.

Энн же, вошла в дом, мечтая только о долгожданном отдыхе. Во второй половине дня, вернулись домочадцы, и шум разбудил девушку. Заспанная, она вышла на кухню.

– Энн! Это правда? Скажи, что правда? – младшая сестра тут же налетела с вопросами.

– Что правда, Джун? – потирая глаза, спросила Энн.

– Марта уверяет, что видела тебя с господином Вальтером ван Мальдирам?

– Да что ты такое говоришь, Джун! – матушка всплеснула руками. – Какое дело волшебнику может быть до нашей Энн.

– Вот пусть она и расскажет!

– Я не знала, что это он. – растерялась, уже в который раз за этот день, девушка. – Я никогда его не видела.

– Так это правда?! – почти визжала от восторга Джун.

– Я не знаю, тот незнакомец так и не назвал своего имени.

– Конечно не назвал. Разве он мог подумать, что кто-то в городе его не знает.

– Энн, что волшебнику от тебя понадобилось? – строго спросила матушка.

– Ничего. Я просто неудачно перебегала дорогу, у меня так сильно болела голова, а этот господин предупредил меня, и потом проводил до дома.

– Я всегда говорила, что эти ночные смены у Хелера не доведут до добра! Старик заставляет тебя работать без отдыха!

Следующие три дня прошли для Энн как обычно, она работала в аптеке днем, уже почти забыв о незнакомце, оказавшимся волшебником. Но, на четвертый день, звон колокольчика в лавке оповестил девушку о приходе Вальтера.

– Добрый день, Энн Феймиц, – мужчина, как всегда, мягко улыбался.

– Добрый день. Вы пришли за травами?

– Нет. За тобой.

– Простите?

– Я попросил Хелера уступить мне свою помощницу, и он любезно согласился.

– Но, почему я?

– Способ приготовления лекарств и зелий очень похож и требует одинаковых навыков. А мне нужен человек с опытом. Закрывай лавку и пойдем, волшебство само себя творить не будет.

Абсолютно растерянная, Энн собрала свои вещи и вышла в след за магом. Хоть его голос был мягок и дружелюбен, в нем было и что-то такое, от чего желание спорить или перечить просто не приходило в голову.

Так, незаметно, жизнь Энн Феймиц изменилась. Если, работая в лавке, она часто оставалась на ночную смену, то теперь она и вовсе жила на своей новой работе. Вальтер ван Мальдирам придерживался свободного графика, он мог работать несколько ночей подряд, но ничего не делать днем, или же наоборот. А порой, его работа зависела от настроения, положения звезд, влажности воздуха или же времени цветения какого-либо цветка. И девушке пришлось подстраиваться под причуды своего нового работодателя, так она постепенно переехала в маленькую комнатку при волшебной лаборатории, а ее матушка про себя ворчала от неудовольствия, но никогда не решилась бы пойти против воли волшебника.

Новая работа Энн нравилась, хотя каких-то особых чудес она и не видела. А еще, рядом постоянно был маг, он всегда улыбался, рассказывал странные и непонятные вещи и помогал девушке осваиваться. У нее по телу пробегали приятные мурашки, когда мужчина клал свою руку на ладонь Энн, показывая, как плавно надо перемешивать содержимое пробирки, или наоборот, резко взбалтывать, чтобы достичь нужного результата.

– Магия любит точность, Энн. Иначе можно получить нечто хоть и удивительное, но совсем не желательное. – объяснял маг.

Не было ничего неожиданного в том, что девушка привязалась к волшебнику. И Энн было сложно понять, почему жители города относятся к нему с таким пугливо-настороженным почтением. Конечно, девушка знала о магической войне и о том, что выжили в ней лишь сильнейшие маги, но представить Вальтера в пылу битвы, ей никак не удавалось.

Однажды, дела привели ее в аптечную лавку, где господин Хелер уставился на нее с плохо скрываемым ужасом.

– Что случилось, почему вы смотрите на меня, как на призрака? – удивилась такой реакции Энн.

– Я все не могу забыть ту ночь, когда посреди моей гостиной появился волшебник и заявил, что забирает тебя. Честно говоря, я уже и не чаял увидеть тебя среди живых.

– Но как же… Господин Вальтер всегда такой добрый и обходительный. – изумилась Энн.

– Девочка моя, Вальтер сильнейший маг нашего времени, другого бы и не стала держать при себе королевская семья. Он ни с кем не считается и всегда получает то, что ему нужно. И упасите Боги, кого-нибудь перейти ему дорогу. Если он добр к тебе, благодари небо, значит он доволен тобой. Но не будем заставлять мага ждать, что ты хотела?

Вернулась в лабораторию девушка в глубокой задумчивости.

– Господин Вальтер, – обратилась она к волшебнику, – почему все-таки я? Ведь дело не только в том, что я работала в аптеке.

– Да, есть более веская причина. Я не сказал тебе, чтобы не напугать. Надеюсь, ты не будешь меня за это винить. Мне нужен ученик. Я долго искал кого-нибудь, но все было тщетно. Тогда я решил обратить внимание на род Феймиц, дело в том, что множество веков назад он произошел от народа фей. Я несколько поколений наблюдал за женщинами вашей фамилии, ожидая, когда древняя кровь пробудиться.

– Несколько поколений? – не поверила своим ушам Энн.

– Да, я немного взрослее, чем выгляжу. – пошутил волшебник.

– По-вашему, во мне есть магия? Но я никогда ничего не замечала.

– Есть росток магии. Очень слабый, но его можно развить. В любом случае, других кандидатов у меня просто нет.

– Вы могли бы спросить у меня, хочу ли я всего этого.

– Спросить? – удивился Вальтер. – Кто в здравом уме откажется от владения магией?

– Но было бы справедливо, дать мне хотя бы ощущение выбора.

– Я не хочу тратить свое и твое время на интриги, Энн. Лучше принять очевидное и двигаться по уготованному тебе пути, чем сопротивляться, только ради того, чтобы обстоятельства все равно вынудили тебя встать на этот путь. Просто поверь моему богатому опыту. С магией нельзя договориться или обмануть ее, она все равно заберет то, что ей предназначено. Но давай не будем тратить время на слова, я хочу показать тебе кое-что, – Вальтер посмотрел на циферблат своих волшебных часов. Что они показывали Энн не знала, но точно не время в понимании обычных людей. – Пойдем, а то опоздаем.

Маг подвел девушку к двери портала и выставил на механизме нужные значения, после чего открыл дверь.

Энн взволнованно сделала первый шаг, перед ней простиралось ночное поле, мягкий ветерок касался прядей ее волос. Волшебник шел следом, он сотворил из воздуха плащ и укрыл им девушку, оставив свои руки лежать на ее плечах.

– Сейчас начнется, смотри, – прошептал Вальтер.

Темное поле еще мгновение оставалось прежним, а потом то там, то тут стали загораться яркие звездочки, белые, синие, красные, желтые, словно кто-то рассыпал осколки хрусталя, преломляющего в себе свет, и чем больше расцветало этих удивительных цветов, тем отчетливее становилась слышна музыка, напоминающая перезвон серебряных колокольчиков на ветру. Вскоре, все вокруг мага и девушки мерцало.

– Что это? – едва дыша от восторга, спросила Энн.

– Этуаль. Согласно легенде, когда-то сюда упала звезда и рассыпалась на тысячи осколков. Эти цветы расцветают лишь раз в году и только в это время. Сорви себе несколько, они не завянут, если твоя душа всегда будет нести в себе свет.

– Едва ли я осмелюсь. – Энн колебалась, ей было страшно даже прикоснуться к такой красоте.

– Это всего лишь цветы, хотя и пропитанные магией. Магия – это сила, а сила это власть, а так же, магия это красота стихии и источник множества чудес. Тебе нечего бояться, Энн из рода фей. Я не позволю тебе оступиться на этом пути.

Девушка посмотрела в зеленые ласковые глаза мага, ее сердце трепетало от приятного теплого чувства, заполняющего все внутри. Вальтер наклонился, сорвал цветок и заправил его в волосы своей спутницы.

– Они почти так же прекрасны, как и ты.

– Но я не красавица… – слегка разочарованно произнесла Энн.

– Разве? А я вижу перед собой очаровательное и светлое создание, чья душа мерцает как бриллиант. Скоро цветы закроются, лучше уйти сейчас, чтобы запомнить это место таким.

Этой ночью Энн не спала, странный трепет так и не покинул ее душу, а перед глазами стояло мерцающее поле и зеленые глаза волшебника.

С того дня, ежедневные обязанности девушки стали интереснее, а Вальтер, порой, пытался обучать ее чему-то более серьезному, чем составление зелий, но магия не просыпалась, Энн не чувствовала никаких потоков, о которых рассказывал ей маг. Время шло, и девушка все сильнее сомневалась в своих способностях, но больше всего ее печалило то, что она разочарует волшебника и ей придется в конце концов покинуть его.

Однажды, Вальтер ван Мальдирам, отправился через портал на поиски очередного редкого ингредиента. И не вернулся, ни на следующий день, ни после. Энн стала беспокоиться, никаких указаний маг ей не давал и предупреждений никаких не делал. Прождав еще один день и окончательно убедив себя в том, что с Вальтером что-то случилось, девушка накинула на себя плащ с капюшоном и открыла дверь портала, к счастью, значения на нем стояли те же, что вводил в последний раз маг.

Вышла Энн в пещере. Среди серого камня повсюду встречались красные кристаллы, которые освещали грот теплым светом. Девушка решительно двинулась вперед, заметив проход, но вскоре тоннель разделился и Энн остановилась, не знаю куда идти.

«Мне так сильно нужна сейчас помощь магии! Надо сосредоточиться и снова попробовать почувствовать» – подумала Энн, ей очень хотелось скорее найти мага, ведь он мог быть в опасности. Девушка стояла, закрыв глаза и мысленно сконцентрировавшись на своих ощущениях, в какой-то момент, что-то теплое стало обвивать ее руки и тянуть вправо.

– Получилось! – воскликнула Энн и двинулась за слабым, но все-таки существующем потоком энергии.

Лабиринт из пещер постоянно петлял и разделялся, но магия уверенно тянула девушку вперед, пока перед ней не открылась пугающая картина. Раскинув руки, маг застыл внутри большого оранжевого кристалла, казалось, он был мошкой, попавший в смертельный плен янтарной смолы. От ужаса у девушки подкосились ноги. Но тут, ее взгляд упал на осколок скалы, валяющийся под ногами. Взяв камень, Энн подошла к кристаллу и стала отчаянно бить по нему. Гранитный кусок раскрошился в песок у нее в руках, а на поверхности кристалла не было даже крошечного скола.

В отчаянье Энн прижалась лбом к холодной гладкой поверхности.

«Пожалуйста, помоги мне!» – обратилась девушка к слабому потоку внутри себя. Ее руки слегка нагрелись, но больше ничего не произошло. Из глаз Энн покатились слезы.

– Нет, я не позволю тебе остаться здесь! – девушку охватил гнев от собственного бессилия, и она ударила кулаком по кристаллу.

Едва веря своим глазам, Энн увидела разбежавшуюся от удара паутинку трещин. Ликуя и ощущая в себе подымающуюся волну, девушка стала изо всех сил молотить руками по камню, от каждого ее удара он крошился и осыпался, пока не раскололся на несколько крупных частей, освобождая мага.

Тело Вальтера упало на пол пещеры. Энн подбежала к нему и стала искать пульс. Ни биения сердца, ни дыхания, девушка ни обнаружила, тогда она решилась задействовать «прием оживления», которому учили всех еще в школе, надо было вдохнуть воздух в рот пострадавшему и несколько раз нажать на грудную клетку, а потом повторить процедуру снова.

Энн только припала к губам мага, как вдруг, он открыл глаза. Девушка в испуге отпрянула.

– Признаюсь, на такое приятное пробуждение я даже не смел надеяться. – Вальтер улыбнулся так, словно вообще ничего страшного с ним не произошло.

– Вы живы! – с облегчением выдохнула Энн, стирая последние слезы.

– Меня не так просто убить. – маг уже поднялся и протянул руку девушке.

– Но что это было?

– Всего лишь гриб Эсклефайзер. – Вальтер указал на небольшие оранжевые светящиеся грибы на стене пещеры. – Стоит к ним прикоснуться, и грибница выпускает ловушку. Незадачливая жертва навсегда остается в плену кристалла, пока гриб питается ее силами. Но его легко обезвредить. Стоит всего лишь посыпать грибы сонным порошком. – маг достал из внутреннего кармана мешочек и аккуратно посыпал его содержимым коварные грибы.

Оранжевое свечение поблекло, и маг беспрепятственно сорвал несколько грибов.

– Эти грибы очень ценны и их сложно найти.

– Вы сделали все это специально? – от подступающего чувства обиды у девушки снова защипало глаза.

– Я видел, как ты теряешь веру в себя, а твоя магия прячется все глубже. Мне нужно было пойти на крайние меры, чтобы пробудить твои силы. И я настолько был уверен, что у тебя все получится, что доверил тебе свою жизнь, – волшебник мягко обнял Энн за плечи. – Ты сможешь простить меня, Энн из рода фей?

Девушка молча кивнула, не смотря на все произошедшие, Энн чувствовала к Вальтеру доверие и что-то еще, заставляющее ее сердце становиться больше.

– Волшебство само себя не сотворит, нам пора выбираться и приступать к более серьезным занятиям. Ты, ведь, согласна, следовать за мной и дальше? – маг посмотрел в глаза девушки.

– Согласна, но при условии, что вы больше не будете ничего от меня скрывать. – Энн слабо улыбнулась.

– Теперь, когда твоя магия проснулась, у меня и не получиться это сделать. – Вальтер сжал руку девушки и потянул ее к выходу.

2. Духи предков

Ветике пробежал по рыночной площади, гремя доспехами, завернул за угол, пронесся по улице ремесленников, ему на глаза сполз, слишком большой для него, шлем старшего брата. Вдруг, мальчик налетел на что-то мягкое и шлепнулся на пятую точку.

– Ай! – раздался тонкий голос.

Ветике приподнял шлем и увидел напротив себя девчонку, невзрачная как мышка, она сидела на земле и с тоской смотрела на оброненную большую корзину: только что выстиранное в реке белье, валялось в пыли.

– Ну вот, мне теперь все перестирывать. И куда это ты так несся? – недовольно произнесла мышка, поднимаясь на ноги.

– Я сын конунга, не мне перед тобой отчитываться. – гордо произнес мальчик, поднимая щит, меч, лук и рассыпавшиеся стрелы.

– Простите, юный господин, не признала, – ответила мышка, демонстративно отворачиваясь.

– Впредь лучше смотри куда идешь, – раздосадовано бросил Ветике и вновь пустился бежать, до начала посвящения в воины совсем не осталось времени.

Выбравшись, наконец, за ворота, мальчишка добрался до каменного Круга Предков, где уже собрались остальные ребята и те, кто будут проводить испытание: старая шаманка, первый воин Грессдала, он посвящал еще отца Ветике, и главный коневод Рутер.

– Я надеюсь, что передо мной сегодня собрались самые достойные отпрыски нашего гордого народа и каждый из вас пройдет все испытания, – начал Хенгив, – да прибудет с вами сила и мудрость!

– Вы все выросли в степи и ветер был каждому из вас братом. Но хороший всадник не только тот, кто любит свободу, но и тот, кто заботиться о своем коне. Заботьтесь о своем питомце и однажды, он позаботиться о вас. – произнес свое напутствие Рутер.

– Будьте достойны своих предков! – коротко сказала старуха Виксена.

И, наконец, состязание началось! Оседлав своих коней, юные воины поскакали в степь, натягивая короткие луки. По всюду были расставлены мишени, нужно было попасть в каждую из них с первого раза, перья их стрел были выкрашены в разные цвета, что бы было удобно вести подсчет. После, ребята бились на коротких тупых мечах. Так как пораниться о них было сложно, и никто не хотел сдаваться, по традиции, бой с оружием переходил в битву кулаками. Ну а под конец, весьма помятые, но довольные юноши, приносили кровавую клятву предкам, разрезая ладонь и прикладывая к камням, как и многие поколения до них, заверяя духов в том, что они будут чтить традиции и всегда будут достойны своего рода.

– Я рад приветствовать новых воинов Грессдала! Носите гордо свой меч. – сказал первый воин Хенгив.

– Да прибудут с вами ветра! – произнес главный коневод.

– Духи предков гордятся вами, юные воины. Но, этой весной, среди вас есть сын нашего Великого Конунга. Для него остался еще один обряд, – сказала Шепчущая.

Четвертый сын конунга гордо выпрямился и выступил в перед.

– Ветике, как один из наследников, ты должен не только обладать силой воина, но и мудростью правителя, знающего и любящего свой народ. Твое последние испытание даруют тебе предки. Выпей это зелье и усвой все полученные уроки. – Вискена протянула юноше чашу с тягучей мутной жижей.

Юному воину понадобилось не мало мужества, чтобы проглотить этот мерзкий напиток, но он не мог дрогнуть под взглядами своих соратников. К тому же, Ветике с нетерпением ждал этой церемонии. Каждый из его братьев уже прошел ее и это заметно их изменило, но никто так и не рассказал младшему, в чем именно будет заключаться испытание духов, а потому, сейчас парень был готов даже к тому, что из под земли выпрыгнут тролли и ему нужно будет победить их в одиночку. Однако, ничего не происходило. Все стали расходиться, а Шепчущая только пристально посмотрела на сына конунга, но не дала ни одной подсказки.

На своем коне Ветике вернулся ко дворцу, передав его на попечение мальчишке конюху. В зале приемов, сына уже ждали отец и мать, чтобы вручить ему настоящий меч, украшенный символами их дома. Потом, мальчик отправился мыться и переодеваться, чтобы через час присутствовать на пире. В этот вечер он был счастлив и доволен собой.

Утром Ветике проснулся от крика:

– Юбески! Ты долго еще собираешься валяться в пастели? А ну поднимайся!

«Юбески? Это кто такая? Почему мой матрас такой твердый… Ох, это же не моя комната! Неужели меня похитили?» – с ужасом, Ветике подскочил на узкой кровати, больше напоминавшей лавку, и на его лицо упали длинные русые пряди волос. «Это еще что такое?» Парень увидел перед собой тонкие девичьи руки и грубую ночнушку. «Это что, я? Девчонка? Не уж-то заворожили степные ведьмы… Или это шаманка? Ох, да это же духи предков!»

– Юбески, ты меня слышишь? – снова закричала женщина.

– Иду! – непривычно звонким голосом ответил Ветике.

Наспех одевшись в невзрачное платье, кое-как заплетя волосы в кривенькую косу, сын конунга решительно вышел из своего чуланчика, чтобы высказать крикливой женщине все, что он о ней думает и заявить о том, кто перед ней стоит. Но, стоило ему подойти к дородной суровой женщине, открыть рот и … ни единого слово произнести парень не смог.

– Что рот разинула, как птенец? Завтрак ты проспала, съели уже все. Иди кур накорми, да собери яйца. А потом возьми корзину с бельем, да отправляйся на речку. И шевелись давай, стоишь как истукан! – женщина подтолкнула девочку в спину.

Не понимая, как ему быть, Ветике в теле девочки вышел на улицу и направился в курятник. Лучше заняться делом, чем злить эту женщину – здраво рассудил он, а уж потом что-нибудь да придумаю. Странно, но парень знал, где лежит корм, где корзинка для яиц. Он ловко рассыпал зерна перед курятником, давая птицам долгожданной еды, а потом собрал яйца. Когда он вернулся к дому, на крыльце уже ждала большая корзина. Взяв ее, сын конунга отправился к реке, которая протекала не далеко от стен Грессдала.

От ледяной воды судорогой сводило руки, а кожа неприятно трескалась, стирка больше напоминала пытку. Выстирав все белье, парень сложил его в корзину, и понес обратно. Для худенького девичьего тела, корзина полная мокрого белья была слишком тяжелой ношей, лоб Ветике быстро покрылся испариной, а спину заломило. До дома оставалось уже совсем близко, когда вдруг из-за поворота выскочил какой-то парень и сбил Ветике с ног.

Больно шлепнувшись, юноша увидел, как перевернулась корзина, и только что выстиранное с таким трудом белье упало в пыль и грязь дороги.

– Тебя что, не учили смотреть куда идешь? Мне же теперь это все перестирывать! – тонким голосом воскликнул Ветике.

– Я сын конунга, и ты должна уступать мне дорогу! – ответил парень, поправляя шлем на голове.

С изумлением Ветике увидел перед собой самого себя. «Да как такое возможно! Я же здесь! И неужели это все тот же день посвящения? Ох духи, что же вы творите!»

– Простите, не признала, – сдавленно проговорил юноша в девичьем теле.

– Впредь лучше смотри, куда идешь! – сказал сын конунга и бросился бежать дальше.

«Так вот я какой… Грубый и неприятный мальчишка, возомнивший себя важным господином» с досадой, подумал Ветике, ему было крайне неприятно увидеть себя со стороны. А еще неприятнее было снова отправляться на речку. Глаза защипало от обиды, но юный воин не мог позволить себе слез.

Когда измученный и уставший, сын конунга вернулся в дом Юбески, то получил еще и нагоняй от крикливой женщины за то, что так долго провозился на реке. И был вынужден снова выполнять поручения по хозяйству, вечером же, за скудным ужином, у Ветике едва хватало сил держать ложку, а заснул он сразу, как только его голова коснулась соломенного матраса.

Следующее утро сына конунга началось с влажного ощущение на щеке и запаха свежего сена. Открыв глаза, парень увидел перед собой лошадиную морду, которая настойчиво тыкалась ему в лицо. С трудом он приподнялся на стоге, вспоминая, что с ним приключилось вчера, случившееся казалось ему дурным сном. Оглядев себя, Ветике понял, что он мальчик, но по-прежнему не он сам. Судя по всему, сейчас он был в теле конюха. Долговязый мальчишка Фёль, с вечно растрепанными черными волосами, в которых застревала солома, принадлежал к некогда захваченному племени, и теперь должен был всю жизнь прислуживать доблестным сынам Грессдала.

– Ей, парень, поднимайся-ка! – раздался окрик одного из конюхов. – Пора кормить лошадей. Потом вычисти подковы коня юного сына конунга, у него сегодня посвящение в воины.

– Уже встаю, – вздыхая ответил Ветике.

«О, духи предков, когда же это закончиться? Сколько раз мне придется снова проживать этот день?»

Лошади ласкались и тянулись к мальчику, а Ветике в свою очередь чувствовал любовь и привязанность к ним, которая была ему не свойственна. Сын конунга любил лошадей, особенно своего Гратиса, но такой нежности, как Фёль, к ним в своем теле не испытывал. Только выполнив все поручения, Ветике отправился на кухню для слуг, где получил свою порцию молока с хлебом. А дальше весь его день был посвящен лошадям. Он поменял воду, вычистил конюшню, пару раз подготовил лошадей для тех, кому сегодня нужно было отправиться в путь, а к полудню, отправился на городскую стену, чтобы посмотреть на состязания юных воинов. Как ему хотелось тоже поучаствовать! Ведь и он достиг того возраста, когда мог бы пройти посвящение, вот только, детям из завоеванных племен, не разрешалось становиться войнами. Казалось, Ветике совсем забыл, что он на самом деле там, внизу успешно проходит испытание. Сейчас, он по-настоящему был мальчишкой-конюхом по имени Фёль.

Парень вернулся на конюшню раньше, чем приехал четвертый сын конунга и принял его лошадь. Хотя они были ровесники, сын конунга словно бы вовсе не замечал конюха. Взяв под уздцы Гратиса, Ветике отвел его в стойло, снял сбрую, обтер бока и накормил коня. А после, он отправился на площадь, где обычные жители Грессдала чествовали своих новых воинов.