Случайная в академии невест

Случайная в академии невест

Глава 1

– Убирайся отсюда! Нищебродкам вроде тебя тут не место!

Кто-то с силой толкнул меня в спину, и я упала, выронив из рук корзину с выстиранным бельем. Соблазнительные кружева разных цветов рассыпались по полу. Теперь мне придется снова идти и поласкать одежду, ведь, если на тонких изящных вещах обнаружится хоть соринка, я выслушаю много «лестного» в свой адрес. И нет, я не служанка, я горемычная попаданка в тело нищей студентки, которой и правда было здесь не место. Вот только, никто и не думал спрашивать моего мнения на этот счет.

Я торопливо собрала предметы чужого богатого гардероба и отправилась обратно в постирочную. Время и так уже позднее, а ранние занятия никто не отменял. Вообще-то, студентки сами должны стирать свои вещи, ведь, идеальная жена должна уметь все, но, на практике, многие не хотели тратить на это свое время. А использовать магию можно было только на последнем курсе и то, в пределах аудитории. Полноценное владение магией – это привилегия мужчин. Но я и вовсе не представляла, каково это, владеть магией. Зато, я получала возможность заработать несколько монет стирая вещи и выполняя другие мелкие поручения.

Второй раз за этот вечер закончив со стиркой, я отправилась в свою комнату, в коридорах было уже темно, и когда от стены отделилась высокая тень, я чуть снова не выронила корзину, а сердце испуганно забилось в груди.

– Хорошие девочки в это время должны уже спать в своих кроватках. – раздался мужской голос и внутри меня все заледенело.

Неприятности мне были не нужны, но ничего другого ожидать от студента, пробравшегося ночью в женский корпус не приходилось. Не трусы же постирать он сюда пришел.

– Это ты, та самая Адель, которая готова сделать все что угодно за пару монет?

– Нет, – я старательно замотала головой в разные стороны, из-под повязанной мною косынки выпал светлый локон.

– Неужели? А мне сказали, девушка с корзинкой белья – это Адель. – студент медленно подошел ближе и провел пальцем по моему лицу, убирая прядь волос.

– Я могу постирать одежду, сделать уборку в комнате, сходить за посылкой, переписать конспект или подготовить доклад, но в мужском корпусе другие предметы…

– Ты очень трудолюбива, но мне нужна услуга иного характера. – большой палец студента надавил на мою пухлую нижнюю губу, намекая на нечто непристойное.

– Я такими вещами не занимаюсь, – испуганно попятилась назад.

– Напрасно. Доход будет больше, и клиентов я тебе гарантирую. – парень продолжал наступать. – Хорошая жена должна уметь ублажить своего мужа. Но на лекциях вас такому не научат. Ты будешь мне еще благодарна.

Я торопливо шагнула назад в постирочную и хотела закрыть дверь, но обнаглевший студент уперся в нее ладонью. Он прошмыгнул следом за мной, и только после этого затворил тяжелую деревянную дверь за своей спиной. После этого он выдернул из моих рук корзину.

– Если ты приблизишься, то я закричу, – предупредила дрожащим голосом.

– У меня другие планы на твой ротик…

– Тебя за это отчислят!

– Сомневаюсь. Я из влиятельной семьи, а ты – никто.

К сожалению, в этой Элитной Королевской Академии это была моя основная проблема, здесь буквально каждый был из влиятельной семьи, а я – пустое место. О чем мне регулярно и напоминали.

– И все же насилие – это серьезное обвинение.

– Никакого насилия. Я, ведь, тебе заплачу. Да и на твою девственность я не претендую.

– Мужчинам из высшего света не подобает такое поведение!

– Это нелепое заблуждение, ты даже не представляешь, что мой папаша делает с горничными. Но кое-какие трюки я могу тебе показать…

Нащупав рукой таз, я замахнулась и не жалея сил ударила им по голове обнаглевшего парня. Раздался гулкий дребезжащий звон. Студент что-то замычал, но я толкнула его в сторону и бросилась прочь. Не чувствуя ног, добежала до своей комнаты, заперла дверь и осела на пол. От пережитого стресса тело стало дрожать. Если этот избалованный представитель золотой молодежи нажалуется на меня, то меня точно отчислят. Наверняка же, он главный наследник, на которого возложены большие надежды. Но я буду только рада оказаться за стенами этого заведения. Хотя я ничего не знаю о мире снаружи, и там у меня никого нет. Но, возможно, я смогла бы найти простую работу, это куда лучше, чем терпеть домогания. А если мне в следующий раз не повезет и под рукой не окажется таза? Пусть скопленных мною денег ничтожно мало, и все же на несколько дней скудной пищи мне хватит.

Мой взгляд упал на испуганное отражение в зеркале. Раньше, в своем мире, я думала, что всему виной моя некрасивая внешность, что из-за этого со мной все так жестоки, я мечтала быть красивой, искренне считая, что красота открывает все двери. Но вот, я попала в тело красивой девушки. Но меня по-прежнему травят. Видимо, дело не во внешности, похоже ярлык «жертвы» висит на моей душе, и куда бы я ни попала, все будет одинаково.

Хотя, есть небольшая вероятность, что я сама привлекла к себе нежелательное внимание своим потерянным видом.

В день, когда я попала в этот чужой, незнакомый мне мир, я была в институте, я доделала свой доклад в библиотеке и побежала на лекцию, чтобы сесть поближе и вызваться отвечать. Мне не хотелось, чтобы мои старания пропали даром. Но в коридоре я споткнулась и упала, листы с моим докладом разлетелись в разные стороны, но самое страшное – с меня слетели очки, отскочив под ноги в толпу студентов. Без очков я была слепа как крот. Я ползла по коридору, пытаясь нащупать их руками, и когда, наконец, нашла и надела, то увидела мир через паутины трещин. Кто-то наступил на мои очки, и даже не заметил этого. Слезы глубокой обиды поступили к моим глазам. Хлюпая носом, я стала собирать свои бумажки. На нескольких из них уже красовались следы чьей-то обуви. Вишенкой на торте были порванные на коленке колготки, а я ведь их первый раз надела! Помню, как я тогда вопрошала: почему никто не остановился? Почему никто не помог? Если бы на моем месте споткнулась красивая девушка, ей бы бросились помогать. Но чем я хуже? Я, ведь, не выбирала свою внешность при рождении!

Пока я собирала свой доклад, лекции уже начались, и в коридоре стало пусто. Утерев слезы, я поднялась и поспешила дальше. Трещины на очках очень мне мешали, а мысль о покупке новых еще больше расстраивала. Очки с такими толстыми линзами стоили недешево, и в мои ближайшие планы такие траты никак не входили. Новые слезы жалости к самой себе подступили к глазам, еще больше искажая картину мира, и моя нога соскользнула с верхней ступеньки лестницы, я кубарем покатилась вниз, прижимая к себе мой настрадавшийся доклад.

Очнулась я уже в этой комнате. Сложно передать какой я испытала страх. Все незнакомое, а в зеркале отражается совершенно другая девушка. А главное, на носу нет, привычных мне с детства очков, и я все вижу четко и ясно!

Устав метаться по комнате, я осторожно открыла дверь и вышла в коридор. Мимо меня прошла группа красиво разодетых девушек.

– Прошу прощения, вы не подскажите, где я? – вежливо обратилась к ним.

– Там, где тебе не место. От счастья, неверное, свихнулась? – грубо ответила мне одна из них.

Я замерла, нелепо приоткрыв рот. Я, ведь, была красивой, так почему они вновь сочли меня недостойной своего общества? Что на этот раз я сделала не так?

– Клюв свой закрой, нищебродка! – бросили мне напоследок, и компания удалилась.

Уже позже я поняла, что в тот день наткнулась на старшекурсниц. Они свысока смотрели на большинство девушек. И все же, студентки Элитной Королевской Академии принадлежали к высшему свету, и знали друг друга если не лично, то хотя бы представляли, кто и какое место занимает в светской иерархии. Но Адель Феймиц к этому миру не принадлежала, это я уяснила быстро, вот только как, а главное, зачем девушка попала в академию – для меня оставалось загадкой.

Глава 2

Я пыталась по кусочкам восстановить жизнь Адель. Рылась в ее вещах, в поисках подсказок, но не находила ничего. В маленьком камине я нашла только золу от сгоревшей бумаги. Хозяйка этого тела замела за собой все следы. Я не могла понять, что с ней произошло и почему. Хотя неприятные догадки у меня были. Возможно, травля так измотала ее, что Адель не выдержала. Но почему же я заняла ее место? Все эти мысли лаконично подводили меня к тому, что именно случилось со мной. Тугой комок слез сдавливал горло. Неужели, моя жизнь оборвалась, и моя семья теперь переживает горечь утраты? Я всхлипывала, обнимая свои колени, мне так хотелось домой. Пусть дома я была некрасивой, у меня не было личной жизни, меня или игнорировали, либо обсмеивали, но дома я, хотя бы, была не одна!

В таком вот плачевном состоянии меня и обнаружила госпожа Дармантиш, куратор моего потока. Но никакого сочувствия эта женщина ко мне не выразила. Она отчитала меня за пропуски занятий со словами, что «таким, как я» оказана огромная честь, учиться в ЭКА, потому, я обязана быть благодарной и прилежно учиться. А если я не буду соответствовать высоким требованиям и буду проявлять неуважение, то меня с радостью выставят вон.

Видя мое заплаканное лицо, женщина даже не спросила, что со мной случилось, может я заболела или получила трагичные вести? Ей было все равно на меня. Тогда я поняла, что от меня будут только рады избавиться, и мне стало страшно, ведь я не представляла, куда мне идти, и что ждет меня за этими стенами. Сейчас мало что изменилось, но я хотя бы стараюсь скопить деньги, чтобы не оказаться на улице с протянутой рукой.

Превозмогая страх, следующим утром я пошла на занятия, конечно же, я заблудилась и опоздала, чем вызвала неодобрительный косой взгляд лекторши по светскому этикету. Дальше я ходила, ни на шаг не отставая от группы. И наслушалась много «лестных» шепотков у себя за спиной. Ко всему прочему, если в своем мире я гордилась хотя бы своими знаниями и прилежной учебой, то здесь я слушала, хлопая растерянными глазами, а каждая из преподавательниц решила именно в этот день проверить мои знания, которым просто неоткуда было взяться. Таким образом, первые дни сильно подпортили репутацию Адель Феймиц, какой бы она ни была до меня. И каждый вечер, засыпая на узкой кровати в своей комнате, я надеялась проснуться дома, молила, чтобы все это оказалось дурным сном, но дни шли, а ничего не менялось. Новая реальность все больше поглощала меня, вынуждая приспосабливаться и выживать.

Вот только, подобное домогание со мной произошло впервые. Видимо, слухи о том, что я стараюсь заработать, доползли до мужского корпуса, и это меня совсем не радовало. Сидя на полу и дрожа, как осенний лист, я нисколько не сомневалась в том, что этот студент найдет способ мне отомстить за сегодняшний облом. А значит, моя жизнь станет только сложнее.

Но что мне остается, кроме как решать свои проблемы по мере их поступления? Здесь ни одна живая душа не заступится за меня. И портала назад, домой, у меня нет.

Заснув, как уже не раз бывало в слезах, я проснулась разбитая и без всякого энтузиазма поплелась сначала на завтрак в столовую, а затем на занятия. Первым предметом сегодня была история. Многие девушки откровенно зевали, но я слушала лекции с интересом, для меня это было возможностью узнать побольше о мире, в котором я оказалась. Хотя я часто ловила себя на мысли, что воспринимаю все скорее, как пересказ фэнтези-книги. Мне было сложно поверить в существование магии и магических существ. Да и в стенах женского корпуса ничего удивительного я не видела. Сегодняшней темой лекции была масштабная война, которая уничтожила практически всех волшебных существ этого мира. В войне победили маги, и теперь все подчинялось созданному ими разросшемуся королевству.

После лекции, мой курс ждала конная прогулка. Кататься на лошадях нас никто не учил, предполагалось, что девушки из высшего света умеют это еще с пеленок. Конные прогулки нужны были для поддержания здоровья будущих лучших невест королевства. Неспешная прогулка по большому парку, свежий воздух, гордая осанка и очередная возможность перемыть кому-нибудь косточки, была одним из любимых занятий для сокурсниц. Особенно долго и медленно они шли мимо спортивной площадки, где занимались парни из мужского корпуса. Многие из ЭКА были помолвлены родителями еще с рождения, но волнения и легкие влюбленности – это неизменный спутник юности.

Первую свою конную прогулку я с треском провалила. Я впервые вживую увидела дамское седло и совершенно не понимала, как мне на нем уместиться, да и не подумала о том, что нужно переодеться. Сокурсницы смеялись и закатывали глаза, пока я воевала с юбкой, своими ногами и с торчащими луками, как потом я узнала название выступов для удержания ног. Управлять лошадью я тоже не умела, имея только поверхностное представление из фильмов и книг. Я ужасно боялась упасть, высота на лошади оказалась весьма внушительной. Конечно, никакой речи о прямой осанке быть не могло, я сгибалась вперед, ища, за что бы покрепче ухватиться. Сопровождавшая нашу прогулку госпожа Седоран вконец разозлилась, и проезжая мимо от души треснула меня своей плеткой по спине.

– Если вы исполняете роль шута, то будьте готовы, что вас закидают яблоками! – произнесла она.

Тогда я искренне порадовалась, что мы гуляем по парку, а не яблоневому саду, иначе, вполне возможно, что мои сокурсницы так бы и сделали. Их ненависть ко мне вызывал не только мой безродный статус, но и внешность. Теперь я была слишком красивой, и совершенно не понимала, что мне с этим делать. Тренирующиеся на площадке студенты провожали меня задумчивыми взглядами, и, хотя в жены я им не годилась, зато в любовницы – вполне. Другие девушки об этом догадывались и чувствовали во мне скрытую соперницу, которая может в будущем нанести вред любой из них.

Сегодня мне удалось сесть на коня без затруднений, юбка подходящего кроя существенно облегчала задачу. Но стоило нам углубиться в парк, как раздался оглушающий взрыв, содрогнувший землю у нас под ногами, перепуганные лошади вставали на дыбы, лягались задними ногами, кружили на месте и уносили своих наездниц в обезумевшем галопе. Я каким-то чудом усидела на своей, низко пригнувшись и вцепившись в ее гриву, в ушах звенело, а сердце колотилось как бешеное от страха. Мне казалось, что прошла целая вечность, прежде чем моя лошадь перестала исполнять родео, и я стала различать какие-то звуки.

– Тише… успокойся… – кто-то пытался сдержать перепуганное животное. – Ты не пострадала? Эти женские седла – полнейшая глупость!

– Кажется цела… – я все еще боялась разжать уже побелевшие от усилий пальцы.

– Давай-ка, я помогу тебе слезть.

Помощь мне сейчас была очень кстати, я попыталась отделить себя от лошади, но колени тоже дрожали, потому я просто свалилась в протянутые руки, словно бесформенный мешок.

– Что произошло? – спросила, глядя перепуганными глазами в невероятно синие глаза мужчины.

– Кажется, взрыв раздался со стороны женского корпуса. – Мужчина опустил меня на землю, но продолжал придерживать, понимая, что самостоятельно на ногах я не устою.

– Какой ужас…

– Думаю, сейчас многим может понадобиться наша помощь. У тебя получится взять себя в руки?

Я кивнула, проникнувшись чувством ответственности, хотя мне совсем не хотелось покидать уютные объятья незнакомца.

Глава 3

Пока мы возвращались к женскому корпусу, я краем глаза изучала спасшего меня красавца. Высокий и статный брюнет казался мне старше, чем должен быть студент, но на нем была синяя форма мужского корпуса, правда, она казалась слегка маловатой ему в плечах. Не слышала, чтобы в ЭКА кого-то оставляли на второй год, возможно, он просто поступил позже положенного.

Мои размышления оборвались, когда я увидела руины вместо здания, в котором жила. От изумления, я даже застыла на месте. Как подобное могло произойти? Академия не карточный домик, не замок из кубиков, который играючи может сломать ребенок.

– Хорошо, что на здании стоял защитный барьер, иначе обломки могли засыпать весь парк, – произнес мужчина.

– Надеюсь, пострадавших немного…

– Думаю, почти на всех были защитные артефакты. Это же элитное заведение.

Я поморщилась. Да, несомненно, заботливые родители снабдили своих драгоценных чад артефактами, которые спасают жизнь в случае смертельной опасности. Но это очень недешевые вещички. У Адель такого просто не могло быть. Если бы я была сейчас на лекции, то точно погибла бы. Получается, смерть второй раз обошла меня стороной.

– Смотри, там из завалов пытаются выбраться. Я должен помочь. А тебе лучше остаться здесь.

Мой спаситель легонько сжал мою руку и улыбнулся, после чего поспешил к развалинам. Туда же бежали студенты из уцелевшего корпуса, а на полянке перед зданиями с каждым мгновением становилось все больше народу. Я услышала голоса своих согруппниц, кажется, большинство из них справились с перепуганными лошадьми.

– Какой ужас! Как это могло случиться?

– Надеюсь, академия возместит убыток? У меня было столько дорогих вещей, украшений…

Девушки стали встревоженно обсуждать свои предполагаемые потери, а я впервые порадовалась тому, что у меня почти ничего не было. Единственная драгоценность Адель – небольшой кулон, постоянно висела у меня на шее. Кошелечек с деньгами тоже был при мне. А вещи… Их было совсем немного.

– Эй, ты! Ты должна заплатить мне за испорченное кружевное белье. – одна из девушек грубо окликнула меня.

– Но я ничего не портила, – ответила ей растерянно.

– Я отдала тебе свои вещи на стирку, но ты мне их не вернула, теперь они пропали. Очевидно же, что это твоя вина.

– Разве это я устроила взрыв?

– А это совершенно не важно! Вещи были у тебя. Ты должна возместить мне ущерб. Кружево было ручной работы, и тончайший шелк. Ты должна мне 150 иллеров!

На мгновение у меня снова потемнело в глазах. Таких денег Адель, скорее всего, за всю свою жизнь не держала одномоментно в руках.

– Если бы у меня были деньги, то я не стирала бы ваши вещи.

– Значит, ты будешь стирать мои вещи до последнего курса! Хотя даже так ты со мной не расплатишься.

– И мои вещи тоже! Мое белье было у тебя!

Я зажмурилась от отчаянья. Одна курица придумала, а остальные тут же подхватили. И что же мне делать? Как дать им отпор?

К счастью, поляну стали активно заполнять те, кто был в академии на момент взрыва и внимание моих сокурсниц переключилось на них. Всем было интересно, что именно произошло. Но, насколько я поняла из услышанных разговоров, никто толком ничего не знал. Я искала глазами того мужчину, что помог мне, но, к сожалению, больше его не видела. Наверное, это и к лучшему. Он точно подберет себе невесту получше, чем я, а напрасно терзать свое сердце надеждой не лучшая идея.

Как бы не хотелось, но без трагедий все же не обошлось. Несколько студенток и преподавательниц не имели артефактов, их тела вынесли из развалин накрытыми простынями. Глядя на болтающуюся бледную руку одной из пострадавших, я явственно представила себя на ее месте. По спине пробежал холодок. Умирать мне не хотелось, даже не смотря на мою не самую счастливую жизнь, а значит, нужно стиснуть зубы и покрепче держаться за этот мир.

Тем временем, между студентками начались волнения, и было просто необходимо, чтобы кто-нибудь прояснил ситуацию. Я стала высматривать ректора, я видела его пару раз, и каждый раз его темный пристальный взгляд меня пугал, казалось, он смотрит мне прямо в душу и знает мою тайну. Но это же невозможно? Я разглядела его широкую спину в толпе помощников. Затем те разбежались и быстро соорудили небольшое возвышение, куда и поднялся управляющий ЭКА. Вокруг сразу стало тихо.

– С сожалением должен сообщить, что этот день принес нам много невзгод. Женский корпус разрушен, и на его восстановление уйдет немало времени. Но это не значит, что занятия прекратятся. Все студентки будут переселены в мужской корпус. Конечно, нам всем придется потесниться. Об отдельных комнатах теперь речи быть не может. Но я уверен, что вы сможете стойко выдержать эти неудобства.

В толпе собравшихся раздался ропот, а в кругу студентов прозвучали весьма неприличные шуточки.

– Я счастлив, что большинство студенток не пострадало. Но, к сожалению, несколько женщин все же погибло. Среди них и декан женского факультета «лучших невест королевства». Мы все будем скорбеть об этой утрате. Теперь я буду внимательнее следить за тем, что происходит на женском факультете. Мне уже давно не нравилась та анархия, которая процветала в женском корпусе. Отныне будет введена обязательная форма, как в мужском корпусе. Запрет на косметику. Ограничение на украшения. Обучение в Элитной Королевской Академии – это не выход в свет, это храм знаний, пусть и не все получают их в том виде, в котором хотелось бы. Многие студентки давно потеряли чувство меры. А многие изначально не владели вкусом. Факультет «лучших невест королевства» должен закрыть и эти пробелы в воспитании.

Девушки возмущенно шептались, мало того, что их сильно ущемили, так еще и недвусмысленно выразили презрение.

– Я понимаю, что всегда тяжело привыкать к нововведениям, но я стараюсь исключительно на благо нашей академии.

– Господин ректор, а будет ли возмещен ущерб за утраченное имущество? – раздался вопрос из пестрой толпы студенток.

– Сожалею, но нет. Если бы вы внимательно прочли договор о поступлении, то увидели бы в нем графу, в которой говорится, что академия не несет ответственности за личные вещи студентов. И это еще одна причина, по которой не стоит перевозить сюда весь свой гардероб и фамильную сокровищницу. Академия просто не в состоянии возместить такие огромные суммы каждому студенту. Но мы обеспечим вас формой и предметами первой необходимости.

Гул возмущенных женских голосов стал настолько громким, что ректору пришлось сделать паузу. Наконец, сквозь них удалось пробиться голосу одного из студентов:

– Уже известно, что произошло? Почему раздался взрыв?

Все тут же притихли.

– Делать поспешные выводы я не стану. Нам понадобиться время, чтобы во всем тщательно разобраться.

– А вдруг подобное произойдет и с мужским корпусом?

– Мы сделаем все возможное, чтобы этого не случилось. Думаю, нужно подвести итог и заняться обустройством, дел на сегодня еще очень много. Итак, несмотря на то что теперь студенты и студентки будут жить в одном крыле, я настоятельно не советую вам заводить интриги и романтические отношения. Запомните: свою репутацию нужно беречь смолоду! Ошибки молодости крайне тяжело и дорого смывать. И напоследок. Мы будем крайне признательны, за любые пожертвования. Сторонние влияния помогут нам значительно быстрее отстроить женский корпус. Все. Спасибо за внимание.

Глава 4

Ректор спустился с импровизированного помоста, а кураторы стали собирать желающих помочь подготовить комнаты. Конечно же, столько прислуги в академии не было, и если возложить всю работу на их плечи, то пару ночей нам бы пришлось ночевать на улице.

Многие парни с охотой соглашались размять мышцы, но среди девушек, желающих помочь, было мало. А я решила, что стоять на полянке плохая идея, лучше занять себя работой. Жаль, конечно, за нее мне никто не заплатит, но, может быть, мне хотя бы удастся занять удачную комнату…

– А ты слишком хорошенькая для служанки! – Ущипнул меня за попу студент, а его товарищи засмеялись. – Может сходишь со мной на свидание?

Я вынула очередную партию постельного белья из сундука и гневно посмотрела на парня.

– Я студентка! Держи свои руки при себе.

Смех стал только громче. Да, мое платье успело покрыться пылью и какой-то грязью, а длинные золотые локоны я бережно спрятала под косынку из пестрой тряпки, найденной тут же на складе. Весьма, между прочим, захламленном. Но это все это должно лишь указывать на мою самоотдачу и трудолюбие, а не быть предметом для смеха.

– Ты-то? Элитная невеста? Будущая гордость и опора мужа?

– Вообще-то, хорошая жена должна уметь все! Я не чураюсь работы…

– И правда сокровище. С такой женой можно хорошо сэкономить на слугах. Эй, Берт, кажется, у твоей семьи проблемы с деньгами, присмотрись к этой замарашке!

Одного из парней грубо толкнули в мою сторону, он налетел на меня, и мы оба повалились в большой открытый сундук, при этом я больно ударилась поясницей и головой.

– Совет да любовь вам, неудачники. – Гогот студентов стал удаляться.

– Прости, я не смог удержаться на ногах. Сильно ударилась? – Парень стал выворачиваться, чтобы вылезти из сундука, но получалось не очень хорошо, ему нужна была опора, а ею могла стать только я.

– Больше пострадала моя гордость, – попыталась я отшутиться.