- -
- 100%
- +
– Прошу прощения, но мне придется к тебе прикоснуться. – Берт покраснел и смущенно заглянул в мои глаза, кажется, в этом мире все-таки остались джентльмены.
– Ладно, главное выбраться из сундука.
Я постаралась не морщиться, когда рука парня надавила мне куда-то в область почек, но уже совсем скоро я почувствовала облегчение, ведь Берт вылез, а затем даже протянул мне руку. Я встала на ноги и, оперевшись на руку студента стала вылазить из сундука.
– И чем же вы занимаетесь?! – Стоило моим ногам коснуться пола, как раздался визгливый голос. – В академии такая беда, а вы только и ищете места, чтобы утолить свою грязную похоть!
Я с удивлением посмотрела на стоящую в дверях кураторшу.
– Какой позор! Слова нашего замечательного ректора для вас пустой звук? Что ж, я сделаю так, что вы оба надолго запомните свой проступок!
– Вы все не так поняли! – попытался заступиться за нас Берт.
– Ну разумеется! Мои глаза мне врут, как иначе?. Живо за мной!
Госпожа Мейбели была куратором старшего курса и славилась своей жесткостью и старой закалкой. Следуя за ее прямой спиной по коридору, я нутром чувствовала, что ничем хорошим для меня эта прогулка не закончится. Тем временем мы стали спускаться в подвалы.
– Госпожа куратор, вы напрасно нас обвиняете, эта девушка просто упала… – испуганный Берт решил еще раз попытаться переубедить женщину.
– Пару раз еще так упадет и с пузом и позором из академии вылетит. Вы мне потом еще спасибо скажите! И так, юный господин, ваши покои на эту ночь.
Женщина указала рукой на самую настоящую тюремную камеру. Я даже не догадывалась, что в ЭКА такое может быть. Берт вздохнул и смиренно шагнул внутрь, позволяя закрыть за собой решетку. Почему-то у меня сложилось впечатление, что парень здесь уже не впервые.
– Ваша комната следущая, – с какой-то неприятной злорадной ухмылкой произнесла кураторша.
Я не стала спорить, решив, что провести ночь в тюрьме – это очень даже авантюрно, но женщина шагнула за мной следом, произнося.
– Подними руки.
– Зачем? – удивленно спросила я, выполняя приказ, неужели меня будут обыскивать?
Но стоило моим рукам подняться, как их оплели тугие магические заколдованный веревки, дергая меня вверх. От неожиданности я охнула.
– Что вы задумали? Зачем это? – Я едва стояла на носочках и отчаянно пыталась освободиться.
Женщина подошла ко мне и стала задирать мою многострадальную юбку.
– Запомни, за похоть мужчины всегда расплачивается женщина.
– Но между нами совершенно ничего не было!
Госпожа Мейбел неторопливо взяла в руку хлесткую розгу.
– Никому не нужна поношенная вещь. Особенно господам, обучающимся у нас.
– Вы же не будете меня бить? Я ничего не сделала!
– Это элитная академия, а не трактир на дороге, где можно зажимать подавальщиц. Поверь, однажды, ты будешь благодарна мне за этот урок.
Совершенно не обращая никакого внимания на мои слова, кураторша замахнулась и ударила меня по обнаженной попе. Я взвизгнула, до последнего не веря, что она это сделает. А за первым ударом уже следовал второй…
Я вскрикивала, старалась увернуться, молила прекратить. Но на моей попе становилось все больше красных полос. И только после того, как я перестала сопротивляться, повиснув на руках и лишь вздрагивая от ударов, госпожа Мейбели остановилась, возможно, процесс порки перестал приносить ей удовольствие. Женщина заботливо оправила на мне одежду, а потом погладила по щеке.
– Ты хорошая девочка, Адель Феймиц, но слишком красивая для своего безродного статуса. Если ты не станешь избегать мужчин, то это наказание покажется легким развлечением, по сравнению с тем, что тебя может ждать в будущем.
Произнеся свое наставление, кураторша удалилась, оставляя меня висеть на немеющих руках. А я кусала губы, борясь с желанием разреветься. В этом мире я быстро уяснила, что если над уродством просто насмехаются, то красоту ненавидят. Женщины за соперничество, мужчины за то, что не могут обладать. И это открытие далось мне нелегко. Но чтобы со мной не происходило, избивали меня впервые, еще и свято веря в то, что действуют мне на пользу. Мне было так жаль себя… Я отправилась помогать, а вместо благодарности получила несправедливое наказание. Что должно случиться, чтобы я перестала быть подушкой для битья? Почему меня просто нельзя оставить в покое? Я не плохой человек, так почему же на мою голову постоянно сыплются невзгоды?
Не удержавшись, я все-таки всхлипнула.
– Мне очень жаль, что все так вышло. Пожалуйста не плачь, не позволяй всему этому победить тебя, – раздался тихий голос Берта.
В ответ я кивнула, забывая о том, что парень меня не видит.
– Ты должна собраться и назло всем своим врагам выбиться в самые верха. Ты очень красивая и трудолюбивая. Уверен, что найдется тот, кто оценит твои качества.
– Ты меня совсем не знаешь, откуда такое мнение? – мой голос звучал сдавленно.
– А ты много видела студенток, согласившихся помочь? Ну, а то, что ты красивая и так видно. Меня, кстати, Берт зовут, а тебя?
– Адель. Ты здесь не в первый раз?
– К сожалению нет. Меня часто наказывают вместо тех, кого бояться тронуть.
– И ты все терпишь?
– А что мне остается? Моя семья хоть и из знатного рода, но почти обанкротилась. Думаю, я последний из Вульдоров, что учится в ЭКА.
– Не спеши ставить на себе крест, может быть, у тебя получится все вернуть своему роду. – в свою очередь попыталась поддержать парня.
Из соседней камеры раздался смешок.
– Ты не понимаешь, как все устроено в высшем свете. Если однажды оступился – тебя задавят насмерть.
– Тогда хорошо, что я не принадлежу к элите королевства.
– Но как ты оказалась в академии?
Я молчала, не зная, что ответить, ведь мне самой было очень интересно, как Адель оказалась студенткой ЭКА.
– Прости, я не имел в виду, что ты не достойна здесь учиться, просто… – Берт принял мое молчание за обиду.
– Это долгая история.
– Понимаю, у каждого есть свои тайны.
Глава 5
К счастью, веревки все-таки отпустили мои руки спустя какое-то время, правда, от неожиданности я шлепнулась на холодный каменный пол с такой силой, что колени гудели. Едва чувствуя свое тело, я доползла до скамьи и уснула, абсолютно измученная своими переживаниями за этот насыщенный на события день.
Утром нас выпустил незнакомый мне куратор, заодно сказав, где искать свою новую комнату. Конечно же, мои надежды выбрать себе комнату поближе и с хорошим видом из окна, не оправдались. Я еле доплелась до нужной мне двери и тихонько отворила, боясь потревожить свою предполагаемую соседку. Но в маленьком помещении стояла всего одна кровать. Это можно считать плюсом, минусом же было то, что комната явно до вчерашнего дня была простой подсобкой. Малюсенькое окошко располагалось почти под потолком, холодные каменные стены местами красовались густым мхом, явно незнакомым с теплом от камина, вместо шкафа на меня смотрели грубые полки, а шатающийся стол занимал слишком много места. Отличия от того места, где я сегодня провела ночь, были столь незначительными, что мне даже казалось, что меня в любой момент могут связать магические веревки.
Стараясь не слишком расстраиваться, я взяла свою новую учебную форму и отправилась искать душ. Мне было необходимо привести себя в порядок перед новым учебным днем, к счастью, в такую рань в коридорах было пусто и в душевых тоже не обнаружилось желающих принять освежающий душ.
Еще влажные, мои золотистые волосы красиво вились, а новая темно синяя форма, сидела очень опрятно, подчеркивая стройную фигуру с хорошими формами, я невольно залюбовалась на себя в зеркало, когда в ванную комнату вошли две студентки.
– О! Это тебя застукали вчера со студентом? Ты правда провела ночь в темнице?
– Это было недоразумение, госпожа Мейбели предвзято отнеслась ко мне.
– Разве? А я слышала, что ты часто уединяешься с мальчиками за деньги. В этот раз, просто не повезло остаться незамеченной.
– Как думаете, если бы это было правдой, разве меня бы не отчислили? – я старалась воззвать к здравомыслию своих собеседниц.
– Может быть, ты здесь для этого и «учишься», чтобы богатенькие студенты спускали пар. Как еще можно объяснить нахождение безродной девчонки в элитной академии?
– Уверена, так и есть, тебя же поселили в отдельную комнату, когда мы все живем теперь с соседками.
– Это не комната, а чулан! Там даже места нет.
– Главное, чтобы была кровать, ведь так?
Не в силах больше выдерживать смешки и надменные взгляды, я постыдно сбежала из ванной. Если теперь вся академия знает про мое наказание, то дела плохи. Вот почему им всем не живется своей жизнью, а обязательно нужно лезть в мою?
С трудом сдерживая внутреннюю нервную дрожь, я отправилась на завтрак. Как бы на меня не смотрели, и чтобы не обсуждали за моей спиной, но питаться мне надо, чтобы выжить и…
Четкого понимания, что именно я буду делать дальше, у меня не было, потому что я не до конца принимала свою новую реальность, и, если бы у меня появился хотя бы малейший шанс вернуться домой, я бы не раздумывала. Лучше быть пустым местом, чем беззащитной привлекательной девушкой.
Вопреки моим ожиданиям, когда я вошла в столовую никто не обратил на меня особого внимания, возможно, я излишне себя накрутила. Взяв поднос, я пошла выбирать еду, и я была очень голодна, ведь вчера осталась без обеда и ужина, и пусть простит меня бывшая обладательница этого тела, но сегодня следить за фигурой я не намеревалась. Да и вообще, нужно подумать над тем, не превратиться ли мне в пышку, может тогда все оставят меня в покое?
Под тяжестью подноса, руки стали предательски подрагивать, сказывалась вчерашняя мучительная пытка, а я все никак не могла найти свободный столик, ведь теперь учащихся стало в два раза больше.
– Эй, ты! Ты вчера специально сбежала? Думаешь, тогда не придется возвращать мне деньги?
Я закатила глаза, только этого мне сейчас и не хватало.
– Девочки, вон эта мерзавка!
Тут же толпа озлобленных девиц окружила меня со всех сторон, толкая меня, то в одну, то в другую сторону.
– Отдай наши деньги за испорченные вещи! Ты должна мне 150 иллеров! А мне 160! А мне 240! Верни деньги!
Новость о том, что компенсации понесенного ущерба не будет, явно побудила студенток искать другой способ вернуть себе хоть что-то, и на ум им пришла только я. Но они же знают, что денег у меня нет!
Я вцепилась в свой поднос, боясь, что если опрокину его, то буду вынуждена перестирывать еще и всю их форму. Но безмозглые курицы не понимали, что делали.
Одна из студенток зло схватила меня за волосы и дернула назад, от этого горячий напиток выплеснулся из чашки, обжигая мою руку, и я не выдержала… Раздался оглушительный звон, а затем и женские визги.
– Как ты могла! Ты это специально? Ты мне за это еще поплатишься!
Угрозы продолжали сыпаться на меня со всех сторон, мне уже казалось, что сейчас меня начнут избивать, но в столовой раздался гневный властный голос:
– Прекратить! Это столовая академии, а не курятник! Разошлись и привели себя в порядок. Кто не успеет до начала занятий – будет наказан!
В моей памяти тут же всплыла темница, в которой я провела ночь, что ж, возможно мне и вовсе не нужна комната, я могу каждую ночь проводить там.
Завидев приближающегося ректора, мои обидчицы разбежались в мгновение ока. А я осталась стоять, запачканная едой, с грудой разбитой посуды у своих ног.
Тем временем ректор надвигался, а в глазах его плясали яростные огоньки, и это вовсе не моя разыгравшаяся фантазия! Мне стало жутко, по спине побежали мурашки. Казалось, мужчина собирался испепелить меня на этом самом месте, но вдруг меня загородила чья-то спина в синем форменном сюртуке.
– Господин ректор, прошу вас не злитесь, эта несчастная девушка – жертва, а не нарушительница, – прозвучал мягкий голос.
Я с удивлением уставилась на затылок смельчака.
– По-вашему, я не в состоянии разобраться в произошедшем? – в голосе ректора звучала угроза.
– Разумеется можете, но этот инцидент явно недостоин вашего внимания. Девушки на взводе, они накинулись на несчастную. Но что поделаешь, женщины – существа хрупкие и впечатлительные, а вчерашний день оставил на всех свой горький отпечаток. Давайте простим им это недоразумение. – Студент стоял на своем, ничуть не смущаясь гнева ректора.
– Я уже сказал, каждая, кто опоздает на занятие – будет наказана. А раз вы решили вмешаться, то помогите студентке навести здесь порядок. – Ректор явно был недоволен, но устраивать спор не стал.
Еще раз сверкнув на меня злыми глазами, мужчина удалился, а заступившийся за меня студент обернулся и одарил лучезарной улыбкой.
– Меня зовут Делиан, а тебя?
Красавчик блондин протянул мне руку для знакомства, но я испуганно отшатнулась. Урок госпожи Мейбели не прошел для меня даром. Сторониться студентов я буду еще долго.
Изогнутые брови блондина нахмурились, а улыбка чуть дрогнула, но он удержал ее.
– Я напугал тебя? – опуская руку, спросил мужчина, назвать его парнем не поворачивался язык, видимо, еще один «второгодник».
– Я тут сама уберу, не нужно мне помогать. – Спрятав руки за спину и стоя на расстоянии двух шагов, ответила я.
– Тогда ты можешь опоздать на занятие, тебе же еще нужно поменять одежду.
Я упрямо покачала головой, лучше наказание за опоздание, чем порка из-за того, что меня заметили вблизи от объекта мужского пола.
– Тогда беги переодеваться, а я уберу поднос, – все еще пытался навязать свою помощь Делиан.
Это было подозрительно. Что он потребует потом взамен? Провести с ним ночь? Ну уж нет!
– Не надо! – Я схватила с пола поднос, и выставила его как щит перед собой. – Я сделаю все сама, буду благодарна, если ты не будешь отнимать у меня время.
Глава 6
Разумеется, на лекцию я опоздала. Прибравшись в столовой, я схватила пирожок и на ходу запихнула его в рот, пока бежала к своей каморке, располагающейся, как назло, дальше всех комнат. Там я осознала, что у меня только один комплект формы. То ли мне просто не хватило, то ли так полагалось, выяснять мне было некогда, потому что я уже спешила в направлении ванной комнаты, чтобы застирывать подсыхающие пятна. Закончив, я полумокрая отправилась на поиски кабинета. Но вчерашний обход корпуса я пропустила, потому теперь тыкалась в разные углы, словно слепой котенок. Нужный кабинет я нашла случайно и сразу же поймала на себе осуждающий взгляд преподавателя.
Возможно, лучше было бы вообще не приходить. Ведь, ректор сказал, что наказание ждет тех, кто опоздает. А если не придет вовсе, это же не опоздание, правда? Но теперь уже было поздно, я стыдливо опустила голову и заняла дальнее место. Я уже давно заметила явное неравенство между женским и мужским корпусом. Преподаватели в мужском корпусе были профессорами, на нашем же факультете просто преподавателями. Хотя смешно было бы представить себе профессора домоводства. Или как сейчас профессора ведения торжественных мероприятий и малых приемов. Уголки моих губ дрогнули, когда я представила госпожу Сибешли, получающую высшую ученую степень за безукоризненно проведенное мероприятие.
– Адель Феймиц, вы услышали что-то смешное? – тут же раздался недовольный голос.
– Нет, госпожа Сибешли.
– Вы, наверное, хорошо знаете мой предмет, раз позволяете себе опаздывать и смеяться? Может быть, вы выйдете сюда и продолжите вместо меня?
– Я прошу прощения. Я не знаю ваш предмет лучше, чем вы…
– Если во время семейного ужина к вам нагрянули деловые партнеры супруга, как вы поступите?
– Попрошу их подождать… – растерянно произнесла я, не понимая, почему я, а не предполагаемый супруг должен это делать.
– Неужели? В таком случае, ваш муж рискует потерять из-за вас все.
– Мне нужно пригласить их к столу?
– Где стоит полурастерзанная индейка и миска с пустым салатом? Они вам что, помойные собаки?
– Простите, но я не знаю, что в таком случае должна сделать.
– Вы должны пригласить их в главную гостиную, приказать слугам вынести напитки и чай, отдать на кухне распоряжение, чтобы срочно готовили легкие закуски. Отправить детей спать и развлекать гостей легкой беседой, пока ваш супруг не сможет к вам присоединиться.
– А почему дети должны отправляться спать голодными? – спросила я и тут же пожалела, что открыла рот.
– Если вы так беспокоитесь о детях, то можете позже отнести им печенье и молоко. Главное, чтобы они находились у себя в комнатах и не шумели. А дети могут вести себя тихо, только когда спят. Ничего не должно мешать вашему супругу во время общения с партнерами. Иначе это воспримется за неуважение.
Вопрос о том, когда бедная жена сможет доесть свой ужин, я не рискнула задавать. Возможно, идеальные жены должны есть как птички, довольствуясь несколькими крошками. Хорошо хоть, в академии нас не ограничивали в пище… Из-за рассуждений о еде, мой живот громко заурчал, один впопыхах съеденный мною пирожок только раззадорил аппетит. На щеках госпожи Сибешли появились красные пятна гнева.
– После урока подойдете ко мне за наказанием. – произнесла она, испепеляя меня взглядом, но разве я виновата, что голодный живот урчит?
Остаток лекции я слушала вполуха, переживая о том, что для меня уготовят на этот раз. На лекциях по ведению торжественных мероприятий и малых приемов, я и раньше была невнимательна, потому что давно поняла, что ни один элитный жених не посмотрит в мою сторону. А значит, никаких приемов и мероприятий мне устраивать не придется, что меня скорее радовало, чем огорчало. В этом мире, кажется, идеальная жена должна посвятить себя служению мужу, но мне такая перспектива совершенно не нравилась. В своем мире я бы предпочла замужеству карьеру, хотя, у меня, скорее всего и не было бы выбора. Вряд ли кто-то захотел бы со мной встречаться, по крайней мере до самого института у меня ни разу не было романтических отношений, а теперь уже и не будет. Я имею в виду себя прежнюю, у той меня уже никогда и ничего не будет…
Лекция, наконец, закончилась, я дождалась, когда все мои согруппницы выйдут, и подошла к госпоже Сибешли.
– Как вы посмели явиться на мою лекцию в таком виде! – тут же гневно воскликнула женщина.
Я виновато окинула себя взглядом: на одежде остались мыльные разводы, и местами она была сильно измята.
– Мне очень стыдно, но я боялась опоздать. А другой формы у меня нет.
– Боялись опоздать и опоздали!
– Да, потому что вчера я пропустила обход корпуса, я просто не знала куда идти.
– У меня складывается впечатление, что вы ничего не знаете и никуда не приходите вовремя. Как вы вообще собираетесь стать идеальной женой? – госпожа Сибешли кипела от возмущения.
– Просто так сложились обстоятельства… – я все еще пыталась оправдаться.
– Насколько я помню, это уже не первый раз, когда вы пропускаете лекции.
– Но я не пропустила вашу лекцию!
– Вы ничего не знаете о ведении торжественных мероприятий и малых приемов! Вы опозорите меня при первой же возможности.
– Этого не случится, госпожа Сибешли…
– Я вообще не понимаю, что вы тут делаете!
«Я тоже», – подумала я, но смолчала.
– Вы совершенно необучаемы!
Услышать такое было обидно, потому что дома я училась хорошо, просто здесь все было иначе, и новая обстановка сильно давила.
– Я не знаю, что вы будете делать после окончания академии. Но назвать вас элитной невестой у меня язык не поворачивается.
– Мне еще долго учиться.
– Знаете, Адель, знания лучше всего усваиваются «в полях». Я придумала вам наказание. Сегодня у нашего ректора будет прием совета директоров. Я отправлю вас вести это мероприятие.
– Но я не справлюсь! – от испуга у меня даже перехватило горло.
– Вам придется. Иначе господин ректор выставит вас отсюда сегодня же. Возьмите книгу и подготовьтесь! И не забудьте найти себе чистую форму.
Госпожа Сибешли бухнула на стол толстенный талмуд. А я смотрела то на нее, то на книгу, все еще не веря, что она серьезно посылает меня к совету директоров. Это же безумие!
– Не тратьте свое время. Оно у вас на вес золота, Адель Феймиц.
Глава 7
Не рискуя нарваться на еще какое-нибудь наказание, я ходила хвостиком за согруппницами, и прикрывала мыльные разводы книгами. А вместо обеда штудировала книгу, в поисках полезной для меня информации, забежав в столовую лишь в самом конце, чтобы перекусить бутербродом. Еще нужно было найти время, на розыск завхоза, чтобы получить новую форму.
Нужно ли говорить, что к вечеру я была выжата как лимон и испытывала нервное напряжение? Хорошо хотя бы, что из-за нервов мне не хотелось есть, потому что на ужин времени уже не было! Я побежала искать завхоза госпожу Ливрену. Женщина нашлась в одной из кладовок, кстати, один в один похожей на мою каморку, только без кровати, а заставленную шкафами.
– Госпожа Ливрен, добрый вечер, мне очень нужна вторая форма! Мне выдали только одну. – обратилась я к женщине.
– Больше нет. – ответила та, поджав губы.
– Ну я вас очень прошу! Сегодня я организатор приема у нашего ректора, я обязана прилично выглядеть!
– А что случилось с вашей формой?
– На ней остались разводы после стирки.
– Вы только вчера получили новую форму, а уже испортили ее! Как я должна доверять вам вещи? – возмутилась завхоз, словно выдавала свои личные сокровища.
– Я выстираю свою форму снова, но сейчас у меня нет времени ее сушить.
– Знаете, когда я училась, мы расписывались за каждый носок! А сейчас, что? Никакого учета! И если бы не моя уникальная память, я бы и не знала, кому и сколько дала. Но вам, неблагодарным все мало! Ко мне второй день бегают без остановки и просят, требуют, умоляют! Кому-то нужна еще форма, кому-то полотенца, кому-то чулки, ко мне приходили даже за трусами! Здесь что, лавка бельевщика? Где я должна все это брать? Когда наш ректор сказал, что академия обеспечит всем необходимым, он имел в виду не это! У меня нет трусов и чулок! Особенно с кружевами! – не на шутку разошлась госпожа Ливрен.
– Госпожа Ливрен, мне нужна только форма, пожалуйста! Я сама постираю и верну ее!
Завхоз тяжело вздохнула и открыла один из шкафчиков. На опустошенных полках лежал один единственный комплект формы.
– Эта последняя. Я вас запомнила. Если с этой формой что-нибудь случится, можете на меня в будущем не рассчитывать.
– Обещаю, я буду очень аккуратна!
Госпожа Ливрен протянула мне одежду, но не спешила разжимать пальцы, видимо испытывая душевные терзания оттого, что расстается с формой.
– Вы очень добры, и я вам невероятно признательна! – я дернула форму на себя.
– Я тебя запомнила! – завхоз пригрозила мне пальцем напоследок.
Наконец, я добралась до своей каморки и стала судорожно переодеваться, застегивая пуговицы дрожащими пальцами, но форма, оказалась мне маловата. Юбка вплотную обтягивала попу, сковывая в движениях, а блузка едва сходилась на груди. Пиджак и вовсе не застегивался. Кажется, здесь все просто сговорились против меня! Мне ничего не оставалось, кроме как стараться не дышать и не вздумать садиться, иначе одежда на мне просто разойдется.
Радовало меня только то, что не нужно искать, куда идти, переговорная, кабинет и покои руководителя академии располагались на самом верхнем этаже и это было известно всем. Но я не ожидала, что лестницы станут для меня испытанием. Я не могла свободно поднять ногу, а мое дыхание неизбежно учащалось от подъема, увеличивая давление на пуговицы блузки. Когда я добралась до верхнего этажа с большими панорамными окнами, то была вынуждена остановиться и дать себе отдышаться. Наш ректор ходит по этим лестницам по несколько раз за день, наверное, у него очень упругая попа. От этой мысли я улыбнулась, почувствовав, что волнение немного отступило. Ректор не ужасный монстр, даже если я оплошаю, он же не убьет меня на месте!
Войдя в переговорную, я огляделась. Это была небольшая комната с овальным столом и массивными стульями с высокими спинками, больше напоминающими кресла. Пока что стол был пуст, и мне нужно было узнать у ректора, как он планирует эту встречу. Одна из дверей переговорной вела в кабинет, как гласила табличка, и я робко постучалась.
– Войдите!
– Добрый вечер господин Мардок…
– Явилась, наконец? Сейчас не подходящее время. У меня встреча.
Я опешила от такого приветствия, но продолжила.
– Меня направили провести встречу с советом директоров.
– Я против!
– Но госпожа Сибешли так наказала меня за опоздание на лекцию.
– Значит, все-таки опоздала?
– Мне жаль, но я пропустила обход корпуса и не сразу смогла найти нужный кабинет.
– Я уже наслышан о твоей вчерашней выходке! – в глазах мужчины снова вспыхнули огоньки.