Тайная жизнь Фиделя Кастро. Шокирующие откровения личного телохранителя кубинского лидера

© Éditions Michel Lafon, Paris, 2014

© Перевод, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Художественное оформление, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Моей матери, светочу моей жизни, образцу скромности и преданности. Моим детям Алиетте и Эрнесто. Их матери, которой в мое отсутствие часто приходилось заменять им отца. Моему дяде Мануэлю, ставшему мне вторым отцом и привившему важнейшие этические принципы. Моим бабушке и деду, Анхеле и Креспо, ангелам-хранителям, чье присутствие я всегда ощущаю. Моим внукам, моему брату. И всем тем, кто поддержал меня в трудные минуты. Да благословит их всех Господь!

Глава 1. Кайо-Пьедра, райский остров семьи Кастро

Яхта Фиделя Кастро рассекает волны Карибского моря. Мы отчалили всего десять минут назад, а белые дельфины уже присоединились к нам в темно-синих водах у южного побережья Кубы и сопровождают яхту. Группа из девяти или десяти этих морских млекопитающих патрулирует у правого борта, совсем рядом с корпусом; вторая группа следует по левому борту метрах в тридцати за яхтой. Прямо почетный эскорт мотоциклистов, сопровождающий прибывшего с официальным визитом главу государства…

– Смена пришла: можешь идти отдыхать, – говорю я Габриэлю Галлегосу, показывая на спины дельфинов, на полной скорости рассекающих поверхность воды.

Коллега улыбается моей шутке. Однако через три минуты непредсказуемые животные меняют курс и вскоре исчезают за горизонтом.

– Ну вот, только пришли и уже сбежали! Какой непрофессионализм! – в свою очередь шутит Габриэль.

В том, что такое профессионализм, мы с ним хорошо разбираемся. Вот уже пятнадцать лет, с 1977 года, оба служим в личной охране Команданте. А на Кубе ничто не устроено более профессионально, чем охрана главы государства. Любой выход Фиделя в море, даже на обыкновенную рыбалку или подводную охоту, сопровождается мобилизацией значительных сил охраны. Так, «Аквараму II» – яхту Фиделя Кастро – постоянно эскортируют «Пионера I» и «Пионера II»: два мощных катера длиной сорок пять футов (семнадцать метров), почти одинаковые внешне, из которых один полностью оборудован под госпиталь, чтобы оказать Команданте помощь, если у него возникнут проблемы со здоровьем.

Десять сотрудников личной охраны Фиделя, этого элитного подразделения, к которому принадлежу и я, распределяются по трем кораблям – на суше мы рассаживаемся в три машины. Все корабли вооружены тяжелыми пулеметами, на них находятся запасы гранат, патронов, автоматы Калашникова AK-47, чтобы можно было среагировать на любую случайность. И это не лишнее: с самого начала Кубинской революции Фидель Кастро живет под угрозой убийства. ЦРУ призналось, что планировало сотни покушений при помощи ядов, вложенных в авторучки и сигары…

Неподалеку дежурит патрульный корабль береговой охраны: он обеспечивает радарное наблюдение за морем и воздухом. Приказ: перехватывать любое судно, приближающееся к «Аквараме II» на расстояние менее трех миль. Не сидит без дела и кубинская авиация: на авиабазе Санта-Клара, в сотне километров дальше, в полном снаряжении, в полной боевой готовности находится пилот истребителя, который вскочит в свой МиГ-29 советского производства, чтобы подняться в воздух и менее чем за две минуты достичь на сверхзвуковой скорости «Акварамы II».

Сегодня хорошая погода. Ничего удивительного: разгар лета Божьей милостью 1990 года, тридцать второго года царствования Фиделя Алехандро Кастро Рус, которому на этот момент шестьдесят три года. Прошлой осенью рухнула Берлинская стена. Президент США Джордж Буш готовится начать операцию «Буря в пустыне»: вторжение в Ирак Саддама Хусейна. А Фидель Кастро плывет на свой частный и совершенно секретный остров Кайо-Пьедра на борту своей личной яхты, самой роскошной в Республике Куба.

Это изящное судно с белым корпусом длиной девяносто футов (двадцать семь с половиной метров) построено в начале 1970-х годов. Оно является увеличенной копией «Акварамы I» – аристократически-изысканной яхты, конфискованной у главы режима Фульхенсио Батисты, свергнутого, как известно, 1 января 1959 года Кубинской революцией, начатой двумя с половиной годами раньше в горах Сьерра-Маэстра Фиделем и шестью десятками барбудос[1]. Помимо двух двойных кают, одна из которых Фиделя, оборудованных отдельными туалетами, на судне достаточно места, чтобы разместить на ночлег еще двенадцать человек. Шесть кресел в большом салоне, которые раскладываются в кровати. Две кушетки в радиорубке. Еще четыре в каюте экипажа, расположенной на корме. Как и всякая яхта, достойная этого названия, «Акварама II» предлагает полный набор современных удобств: кондиционеры, две ванные комнаты, туалеты, телевизор, бар.

В сравнении с роскошными игрушками «новых русских» и саудитов, бороздящими сегодня воды Карибского и Средиземного морей, «Акварама II», несмотря на благородный налет возраста, выглядит скромной и вышедшей из моды. Однако в 1970, 1980 и 1990-х годах эта яхта, полностью обшитая панелями из редких пород дерева, привезенных из Анголы, не имела себе равных среди частных судов, швартовавшихся на Багамах или у Сен-Тропе.

А по ходовым качествам она их значительно превосходила. Четыре ее мотора, подаренные Фиделю Кастро Леонидом Брежневым, аналогичны тем, что установлены на патрульных катерах советского военно-морского флота. Если включить их на полную мощность, они несут «Аквараму II» с невероятной скоростью 42 узла, или 78 километров в час! Такую яхту не догонишь!

На Кубе никто, или почти никто, не знает о существовании этой яхты, порт приписки ее – незаметная и недоступная для большинства смертных бухта на восточном берегу знаменитого залива Свиней, приблизительно в ста пятидесяти километрах к юго-востоку от Гаваны. С 1960-х годов в сердце этой военной зоны прячется частный флот Фиделя. Под строжайшей охраной в городке под названием Ла-Калета-дель-Росарио укрывается также одна из многочисленных его второстепенных резиденций, а в соседнем здании расположился маленький персональный музей, посвященный рыбацким трофеям Фиделя.

Чтобы из этого места добраться до Кайо-Пьедра – райского острова Команданте, – нужно всего сорок пять минут. Я сотни раз проделывал этот путь. И всегда поражался синеве неба, чистоте воды, красоте морских глубин. Практически каждый второй раз приветствовать нас приплывали дельфины, некоторое время плыли рядом, а потом отправлялись, куда им хотелось.

У нас появилась игра: кто заметит их первым, кричит: Aqui están! («Они здесь!»). Также часто бывало, что от кубинского берега до Кайо-Пьедра нас сопровождали пеликаны. Мне нравится смотреть на их полет, тяжелый и несколько неуклюжий. Для нас, членов кубинской военной элиты, эти три четверти часа пути являлись приятным и желанным отдыхом, поскольку обеспечение безопасности охраняемого лица, тем более такого требовательного, как Фидель, требует постоянной бдительности и не оставляет ни мгновения для того, чтобы расслабиться.

Во время путешествия Эль Хефе (Шеф), как мы называем его между собой, обычно находится в большом салоне. Он по привычке устраивается в большом директорском кресле из черной кожи, которого никогда не касались ягодицы ни одного другого человеческого существа. В бархатной атмосфере этой гостиной, со стаканом виски «Чивас Ригал» со льдом (его любимый напиток) в руке, он погружается в изучение аналитических сводок разведслужб, просматривает подборки иностранной прессы, представленные его секретарем, читает телеграфные сообщения агентств Франс-Пресс, Ассошиэйтед Пресс, Рейтер.

Эль Хефе также пользуется моментом, чтобы обсудить текущие дела с Хосе Наранхо, своим верным адъютантом, прозванным Пепин, который делил с ним каждое мгновение государственной деятельности вплоть до своей смерти от рака в 1995 году[2]. Разумеется, здесь же находится Далия. Мать пяти из девяти детей Фиделя, Далия Сото дель Валле тайно разделяла с ним жизнь с 1961 года, но кубинцы узнали о ее существовании только в 2000-х годах! Наконец, там присутствует профессор Эухенио Сельман, персональный врач Фиделя до 2010 года, которого Команданте ценит как компетентного специалиста, а также как достойного собеседника в разговорах о политике. Главная задача этого элегантного человека, пользующегося всеобщим уважением, заключается, разумеется, в том, чтобы заботиться о здоровье Эль Хефе. Но личный врач Фиделя также лечит и все его окружение.

Очень редко на борту оказывается гость – руководитель предприятия или глава другого государства. Но такое может случиться. Тогда Команданте приглашает гостя выйти с ним на верхнюю палубу, откуда можно любоваться панорамой кубинских берегов, в частности залива Свиней, откуда мы вышли. По мере того как «Акварама II» удаляется от берега, Фидель, который является непревзойденным рассказчиком, делится воспоминаниями о высадке десанта, который происходил непосредственно на этом месте, ставшем теперь знаменитым. С мостика мы наблюдаем, как он пускается в подробные объяснения, энергично жестикулируя и показывая пальцем различные места этого болотистого места, кишащего мошкарой. Мастер-класс по истории, урок на месте событий.

– Смотрите, вон там, в дальней части залива, Плая-Лагра! А там, у восточного входа в залив, – Плая-Хирон! Именно здесь ровно в 1 час 15 минут 17 апреля 1961 года подготовленный ЦРУ полуторатысячный отряд кубинцев высадился, чтобы попытаться захватить нашу родину и снова поработить ее. Но здесь никто не сдается! И после трех дней героического всенародного сопротивления интервенты были вынуждены отойти на Плая-Хирон. И сложить оружие.

Спланированная при Дуайте Эйзенхауэре и осуществленная в начале президентства Джона Ф. Кеннеди операция действительно завершилась полным фиаско для нападавших: 1200 участников десанта были взяты в плен, а 118 убиты. Со стороны прокастровских сил погибли 176 человек и несколько сотен были ранены. Вашингтон пережил сильнейшее унижение. Впервые за свою историю «американский империализм» испытал такое обидное военное поражение, а Фидель Кастро стал бесспорным лидером третьего мира. Отныне, открыто став союзником СССР, он на равных разговаривал с великими державами.

На верхней палубе, прожариваемой солнцем, гость Фиделя благоговейно слушает того, кто бесспорно является одним из ведущих действующих лиц Истории. С большой буквы «И».

Увлекшись, он как будто наяву переживает то сражение. Вне всякого сомнения, он на всю жизнь сохранит воспоминание об этих нескольких часах отдыха, проведенных на яхте Фиделя Кастро. Потом оба они возвращаются в салон, где ждут Далия и профессор Эухенио Сельман. Но вот капитан «Акварамы II» сбавляет ход, и вода становится изумрудной: мы приближаемся к Кайо-Пьедра.

По иронии Истории открытием этого места для отдыха Фидель Кастро косвенно обязан американскому вторжению, устроенному Дж. Ф. К.

В апрельские дни 1961 года, последовавшие за неудачной высадкой в заливе Свиней, Фидель осматривал район и встретил местного рыбака, которого все называли el viejo (старик) Финале. Фидель попросил старика Финале показать ему окрестности. Рыбак с пергаментным лицом посадил его на свою лодку и довез до Кайо-Пьедра, известной только местным маленькой «игрушки» в пятнадцати километрах от побережья. На тот момент там жил отшельником один лишь смотритель маяка, который должен был поддерживать его в рабочем состоянии. Фидель тотчас влюбился в дикую красоту этого островка, достойную Робинзона Крузо. Смотрителя маяка попросили покинуть это место, маяк отключили, а затем и вовсе демонтировали.

На Кубе словом «cayo» обозначают ровный песчаный остров, часто узкий и вытянутый в длину. У кубинских берегов таких тысячи. Многие из них сегодня посещают туристы, любители подводного плавания. Остров Фиделя вытянулся на полтора километра с севера на юг, описывая слабо выгнутую дугу. На востоке скалистый берег вдается в глубокие воды темно-синего цвета. На западе защищенный от ветров берег покрыт мелким песком, а море имеет бирюзовый цвет. Этот райский уголок окружен большими глубинами. Все здесь осталось почти таким, каким было во времена великих открытий этих краев европейскими путешественниками. Как знать, возможно, к этому островку причаливали пираты, чтобы отдохнуть или зарыть сокровища?

Чтобы быть совсем точным, Кайо-Пьедра это не один остров, а два: однажды пронесшийся циклон разделил его надвое. Но Фидель исправил это неудобство: он приказал построить между двумя частями Кайо-Пьедра мост длиной двести пятнадцать метров, поручив это талантливому архитектору Османи Сьенфуэгосу, брату героя кастровской революции Камило Сьенфуэгоса. На южном острове, который чуть больше, чета Кастро построила дом на месте старого маяка. Это одноэтажный квадратный дом, с восточной стороны его находится терраса, выходящая на большой пляж.

Очень удобный цементный дом лишен внешней роскоши. Помимо спальни Фиделя и Далии, в нем есть еще общая спальня для детей, кухня и столовая, выходящая на террасу, обращенную к морю; мебель там простая, деревянная; на стенах висят картины, рисунки и фотографии, изображающие сцены рыбалки или подводной жизни.

Через большие окна этой комнаты справа видна вертолетная посадочная площадка. В сотне метров дальше можно видеть дом, предназначенный для нас – телохранителей Фиделя. Напротив него высится казарма, в которой обитает остальной персонал: повара, механики, электрики, офицеры-радисты и десяток вооруженных солдат, которые находятся на Кайо-Пьедра постоянно. Еще дальше расположился склад горючего, запас пресной воды (доставляемой судами с большой земли) и миниатюрная электростанция.

На западе, в стороне, где заходит солнце, Кастро приказали построить дебаркадер метров шестьдесят длиной. Он находится ниже дома, на маленьком пляже с мелким песком, который идет по внутренней стороне «кайо», по форме напоминающего дугу радуги. Чтобы «Акварама» и катера «Пионера» I и II могли там причаливать, Фидель и Далия приказали очистить фарватер длиной в километр, иначе их флотилия просто не сумела бы приблизиться к острову, окруженному песчаным мелководьем, ибо осадка судов в два с половиной метра слишком велика.

Пристань шестьдесят метров длиной является эпицентром общественной жизни Кайо-Пьедра. К ней причален плавающий понтон метров пятнадцати длиной, на котором устроен ресторан с баром и грилем для барбекю. Здесь семья обычно принимает пищу… когда ей не сервируют стол на яхте. С этого плавающего бара-ресторана каждый может любоваться обнесенным оградой участком моря, на котором, к огромной радости детей и взрослых, содержатся морские черепахи (некоторые достигают метра в длину, им суждено рано или поздно оказаться в тарелке Фиделя). С другой стороны пристани находится дельфинариум, два обитателя которого, живущие в неволе, скрашивают повседневную скуку своими прыжками.

Второй остров, северный, практически пуст: помимо пусковой установки ракет «земля – воздух» там стоит только дом для гостей. Более просторный, чем жилище хозяина здешних мест, он состоит из четырех спален и большой гостиной. Между двумя домами, гостевым и Фиделя, стоящими в пятистах метрах один от другого, проведена телефонная линия. Из одного в другой можно попасть на одном из двух кабриолетов «фольксваген». Для перевозки снаряжения и продуктов используется автомашина типа джип советского производства.

У дома на Северном острове есть внешний бассейн длиной двадцать пять метров, наполненный пресной водой, и естественное джакузи. Вырубленное в скалах, оно снабжается морской водой через своего рода акведук, пробитый в камнях, куда вода заливается с каждой новой волной.

Всю свою жизнь Фидель повторял, что не имеет никакой собственности, кроме скромной «рыбацкой хижины» где-то на побережье. Как мы видим, хижина оказалась роскошной резиденцией для отдыха, на охрану и содержание которой тратятся немалые средства. К ней следует прибавить еще два десятка объектов недвижимости, начиная с Пунто-Серо, его огромного гаванского имения возле посольского квартала; Ла-Калета-дель-Розарио в заливе Свиней, где стоит его личный флот; Ла-Десеада, шале в центре болотистого района провинции Пинар-дель-Рио, где Фидель каждую зиму охотится на уток и водную дичь. Не забудем и все прочие резиденции, зарезервированные в каждой провинции Кубы исключительно для его личного пользования.

Фидель Кастро также давал понять, а порой и открыто утверждал, что революция не дает ему никакой передышки, не оставляет времени для отдыха; что он не знает, даже презирает буржуазное понятие «отпуск». Он лжет. С 1977 по 1994 год я много сотен раз сопровождал его в маленький рай на Кайо-Пьедра. И принимал участие в таком же количестве рыбалок и подводных охот.

В курортный сезон, с июня по сентябрь, Фидель и Далия отправляются на Кайо-Пьедра каждый уик-энд. А вот в сезон дождей Фидель отдает предпочтение Ла-Десеаде. В августе семейство Кастро проводит на своем чудесном острове целый месяц. Когда государственные дела или визит иностранного гостя делают необходимым присутствие Команданте революции в Гаване, никаких проблем: он садится на вертолет, стоящий на Кайо-Пьедра все время, что он там находится, и совершает полет туда-обратно в течение дня, если это бывает необходимо!

Примечательно, что до меня никто и никогда не отмечал существования и не описывал Кайо-Пьедра. Если не считать спутниковых снимков проекта Гугла «Планета Земля» (где прекрасно видны и дом Фиделя, и гостевой дом, причал, фарватер и мост, соединяющий оба острова), нет ни одной панорамы этого рая для миллиардеров. Некоторые могут спросить, почему я сам не сфотографировал это место. Ответ прост: подполковник службы госбезопасности, отвечающий за охрану высокопоставленного лица, никогда не разгуливает с фотоаппаратом на шее. Он ходит с пистолетом на поясе! Единственный человек, кому дозволено увековечить Кайо-Пьедра на снимках, – это официальный фотограф Фиделя Пабло Кабальеро. Но тот по должности обязан запечатлевать деятельность Команданте, а не окружающие его пейзажи. Вот почему, насколько мне известно, никто и никогда не публиковал снимков ни Кайо-Пьедра, ни «Акварамы II».

На Кубе частная жизнь Команданте является самой строго охраняемой тайной революции. Фидель Кастро всегда тщательно скрывал любые сведения о своей семье. Так что на протяжении шести десятилетий ничего не известно о его братьях и сестрах, а в семье, кроме него, было шестеро детей. Являясь наследием времен, когда ему приходилось жить в подполье, эта непроницаемая стена между общественной и частной жизнью достигла невообразимых размеров.

Никто из братьев и сестер Фиделя ни разу не получал приглашения приехать на Кайо-Пьедра. Возможно, Рауль, с которым Фидель наиболее близок, бывал там в его отсутствие. Но лично я его там никогда не встречал. Помимо самого тесного семейного круга, то есть Далии и пятерых детей, рожденных ею от Фиделя, очень, очень немногие могут гордиться тем, что собственными глазами видели Таинственный остров. Фиделито, старший сын Фиделя, рожденный от первого брака, бывал там максимум пять раз. А нога Алины, его внебрачной дочери, живущей сейчас в Майами, штат Флорида, ни разу не ступала на берег Кайо-Пьедра…

Я же, помимо нескольких иностранных бизнесменов, чьи фамилии позабыл, и нескольких кубинских министров, прошедших тщательнейший отбор, видел там Альфонсо Лопеса Микельсена, колумбийского президента в 1974–1978 годах, приезжавшего на уик-энд со своей женой Сесилией приблизительно в 1977–1978 годах, французского бизнесмена Жерара Бургуэна, прозванного «королем курятины», нанесшего визит на остров где-то в 1990 году, в ту пору, когда этот предприниматель экспортировал свою технологию разведения птицы по всему миру, владельца CNN Тэда Тёрнера, ведущую и суперзвезду американского канала ABC Барбару Уолтерс и Эрика Хонеккера, коммунистического лидера Германской Демократической Республики с 1976 по 1989 год, бывшего в то время одним из главных союзников Кубы.

Никогда не забуду двадцатичетырехчасовой визит последнего на Кайо-Пьедра в 1980 году. Надо сказать, что за восемь лет до того, в 1972 году, Фидель Кастро переименовал остров Кайо-Бланко-дель-Сур в «остров Эрнста Тельмана». Более того, в качестве символического выражения дружбы между «братскими странами» он предложил ГДР этот необитаемый клочок земли в пятнадцать километров в длину и пятьсот метров в ширину и расположенный в часе пути по морю от его любимого острова.

Эрнст Тельман был главой Германской коммунистической партии в период Веймарской республики, казненным в 1944 году нацистами. И вот в 1980 году, во время официального визита Хонеккера на Кубу, властитель Восточной Германии подарил Фиделю бюст Тельмана. Последний логично решил поместить сие произведение искусства на острове имени того же человека. И мне довелось присутствовать при фантастической сцене: двое глав государств, прибывшие на борту «Акварамы II», сошли на пустынный берег, чтобы установить памятник забытому деятелю на затерянном в море острове, и свидетелями этому были только игуаны и пеликаны. Насколько мне известно, огромный бюст Тельмана высотой в два метра был сметен со своего пьедестала ураганом «Митч» в 1998 году…

На самом деле на острове Кайо-Пьедра было только два постоянных гостя, не принадлежащие к семье Кастро, – Габриэль Гарсия Маркес и Антонио Нуньес Хименес. Первый, величайший колумбийский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 1982 год, как известно, провел значительную часть жизни на Кубе. Второй, умерший в 1998 году, – участник Кубинской революции, который был тогда в звании капитана и в память о которой сохранил густую бороду. Уважаемый человек, антрополог и географ, он принадлежал к очень узкому кругу настоящих друзей Фиделя. Оба они были постоянными жильцами гостевого дома на Кайо-Пьедра.

На Кайо-Пьедра роскошь измеряется не в квадратных метрах помещений и не в яхтах, пришвартованных у причала. Сокровище острова – его сказочные морские глубины. Полностью избавленные от туристов и рыбаков, воды вокруг острова составляют необыкновенный природный заповедник. Перед домом находится личный бассейн Фиделя Кастро, площадь которого превышает двести квадратных километров! Подводная площадка для игр, о которой не имеют ни малейшего представления ни миллионы кубинцев, ни миллионы туристов, ежегодно приезжающих попрактиковаться в погружениях вокруг тех «кайос», где это дозволено министерством туризма.

Исключение составляет знаменитый французский исследователь Жак-Ив Кусто, приплывший сюда на «Калипсо» по особому разрешению Фиделя Кастро; никто другой не имел возможности оценить невероятного богатства животного и растительного мира этого уголка. Рыба-луна, рыба-белка, рыба-кошка, рыба-бабочка, рыба-сейф, рыба-флейта, рыба-труба, гамлет, кардинал, полосатый хирург, тунец, пагр, лангуст: самые разнообразные рыбы – желтые, оранжевые, голубые и зеленые – плавают между красными и белыми коралловыми рифами в зеленых, черных и красных волнах. Феерическую картину этого молчаливого мира дополняют дельфины, тигровые акулы, акулы-молоты, рыбы-меч, барракуды и черепахи.

Фидель Кастро прекрасный ныряльщик. Мне это известно в силу моих служебных обязанностей: за время работы в его охране я неоднократно сопровождал его на подводной охоте. Главной моей задачей было защищать Фиделя от нападений акул, барракуд, рыб-мечей. Убежден: это подводное сопровождение создавало гораздо больше поводов позавидовать мне, чем другие обязанности, такие как ведение его ежедневника или организация мер безопасности при его передвижениях в ходе зарубежных визитов. Для охраны Фиделя не существует большей привилегии, чем эта: быть рядом с ним при погружении под воду. А мне это доводилось делать часто! Если баскетбол или охоту на уток он любит, то подводное плавание – его подлинная страсть. Имея впечатляющие физические данные (рост 1,91 метра, вес 95 килограммов), Фидель способен без малейшего труда совершить погружение на десять метров без акваланга.

Он обладает очень личной манерой вести подводную охоту. Я не могу описать ее в иных выражениях, кроме как сравнив с королевскими охотами Людовика XV в лесах вокруг Версаля. На рассвете, пока монарх еще изволит почивать, команда рыбаков, приведенная стариком Финале, отправляется на разведку. Ее задача: найти рыбные места, чтобы угадать ожидания государя. После эта команда возвращается на Кайо-Пьедра и там ждет пробуждения короля, который редко ложится ранее трех часов утра. И тогда старик Финале заходит сделать свой доклад.

– Ну, что у нас сегодня? – спрашивает Фидель перед тем, как подняться на борт «Акварамы II».

– Команданте, сегодня на встречу с вами должны прибыть тунцы и pargos [дорады]. А если нам повезет, то заявятся и лангусты.

«Акварама II» отходит от берега. На борту проводят все необходимые приготовления: готовят маски и акваланги, а Фидель тем временем садится и расставляет ноги. Кто-нибудь опускается перед ним на колени, чтобы надеть на него ласты и перчатки. Надев снаряжение, я первым спускаюсь по трапу, а Команданте следует за мной. Под водой я плыву рядом с ним или над ним. Мое оружие – пневматическое ружье, стреляющее стрелками с закругленным наконечником, отскакивающими от мишени. Они служат для того, чтобы при попадании в голову слегка оглушать акул и барракуд и обращать в бегство тех из них, которые подойдут к Фиделю на опасно близкое расстояние.