Почему истории заканчиваются

========== Часть 1 ==========

Она шла в полном одиночестве по лесу, у которого нет названия в мире людей. День был в полном разгаре. Небо ласково синело, сосны пытались достать ветками до облаков, – в общем, жизнь кипела.

Она шла, любуясь всем этим. В её глазах горела любовь к миру. Она улыбалась.

Решив остановиться в месте с хорошим видом, она села на траву, прислонившись спиной к толстой сосне.

В её наушниках играла музыка, но она хотела насладиться звуками мира. Она сделала глоток из фляги. Горло обожгло, но она заулыбалась.

Она достала из рюкзака бутылку воды и пузырёк с таблетками. Насыпав горсть в ладонь, она закинула её в рот и запила водой.

Сделала глоток из фляги. Повторила, пока пузырёк не опустел.

Она вставила один наушник в ухо. Песня, которую она слушала с 15 лет. В памяти возник образ. Она сидит в своей комнате и слушает её. Дом. Вереница воспоминаний. Но всё это уже позади. Теперь она тут, в лесу. И её сердце…

– Оно бьётся. Очень слабо, но бьётся. Она будет жить.

Она открыла глаза, приподнялась на кровати. Она была в крохотной хлипкой избушке, в которой только и были, что кровать, если её можно так назвать, да стол, уставленный разными вещами.

У потолка висели травы.

"Что случилось? Разве я не…"

– Ты не умерла. – её мысли прервал хриплый голос старушки, неожиданно оказавшейся в избушке.

– Не понимаю… почему…

– Всё не так просто. Нельзя вот так выбрасывать свою жизнь. Если она не нужна тебе, ей обязательно воспользуется кто-то другой. – говорила старушка, перебирая что-то на столе.

– Так я не умерла… Но… я хотела…

– Не волнуйся, ты умрёшь. Но сначала дождись моего внука. Он увезёт тебя и принесёт в жертву.

Она вскочила с кровати:

– Что? В жертву? Я не хочу!

Старушка медленно подошла к ней, взяла за руки, усадила на кровать и, нежно поглаживая по плечу, начала успокаивать:

– Прости, дорогая, но сама вселенная послала мне тебя. Никто раньше не приходил умирать в этот лес. Но ты пришла именно тогда, когда мы так в тебе нуждались. Скажи мне, как тебя зовут?

Слегка замешкавшись, она ответила:

– Пиам.

– Хорошее имя. – старушка улыбнулась. – А меня зовут Ватолин. Прости, что знакомимся при таких обстоятельствах, но ты мне очень нужна. У меня есть внук. Его зовут Аяма. Один тёмный маг хочет забрать его жизнь. Но если он отдаст чью-то добровольную жизнь вместо своей, то маг уже не посмеет убить его.

– Вы хотите отдать магу мою жизнь…

– Прости меня. Но тебе ведь всё равно не нужна твоя жизнь… прошу тебя, спаси моего внука. Он единственный, кто у меня есть. Я умоляю тебя.

Пиам понимала, что по сути разницы нет, ведь она всё равно умрёт. Да, она хотела уйти спокойно, в летнем лесу, но спасти чью-то жизнь своей смертью тоже неплохо.

Она накрыла ладони Ватолин своими и кивнула:

– Я помогу вам.

Прибыл Аяма. Выглядел он очень недовольным, несмотря на вот-вот спасённую жизнь.

Ватолин обняла его, и при этом его лицо стало сиять теплом и любовью.

– Это Пиам. – оторвавшись от внука, старушка указала рукой на девушку.

Суровое выражение лица вернулось к нему. Ватолин вышла из избы. Пиам напряжённо смотрела на Аяму.

Он сделал шаг в её сторону:

– Я тебе очень благодарен за помощь, но мне противны такие люди как ты. Выкидывающие свою жизнь так просто.

– Если бы таких людей не было, ты был бы мёртв. Так что держи свою неприязнь внутри, пока я ещё жива. Выскажешь всё моему трупу.

Аяма нахмурился, но ничего не ответил. Он отвернулся и хотел было выйти, как вдруг поднялся ветер невероятной силы. Хлипкая избушка дребезжала.

Ребята еле успели выбежать, и она рухнула.

Посреди леса стояла Ватолин, за ней Пиам и Аяма, а перед ними какой-то мужчина.

– Давно не виделись, дорогая. – сказал он, глядя на Ватолин.

– Что ты здесь делаешь, Кои? – спросила Ватолин таким грозным тоном, что у Пиам внутри всё сжалось.

– Я пришёл забрать долг.

– Мы не здесь договорились встретиться.

– О, я прекрасно помню. Но как только я почувствовал, что ты хочешь смухлевать, решил, что надо придти пораньше и прямо к твоему любимому месту. Мне нужна жизнь самого дорого тебе человека и никакие замены не принимаются. Аяма должен умереть сегодня.

Вокруг Кои начала сгущаться магия.

– Аяма, беги! Забери с собой Пиам. – крикнула Ватолин.

– Но, бабушка… – Аяма сделал шаг к ней.

– Беги!

Пиам схватила Аяму за руку и рванула. Вокруг Ватолин тоже начала сгущаться магия. Она рванула в сторону Кои, он ей навстречу.

Удар. Ветер. Пиам и Аяма упали. Их раскидало в разные стороны.

Ватолин и Кои сносили деревья в своей борьбе, словно не замечая ничего вокруг, сосредоточившись друг на друге.

Когда Пиам встала и окинула взглядом местность, увидела Аяму, лежащего на земле с веткой в груди.

В тот же миг, уже почти без сил, Ватолин и Кои оттолкнули друг друга с невероятной мощью.

Ватолин поднялась и было хотела напасть на Кои снова, но Пиам крикнула:

– Ватолин! Аяма! – и указала в его направлении.

Ватолин вскрикнула от ужаса и побежала к внуку.

Кои еле поднялся, но Пиам уже подбежала к нему:

– Пожалуйста, оставьте их.

– Почему я должен тебя слушать?

– Вы хотели, чтобы они страдали, – они страдают. Аяма умирает, тоже как вы хотели.

– Что ж, верно. Но я уверен, что Ватолин спасёт его.

– Правда? Она может?

– Может. Как и все маги. Она отдаст ему свою силу ценой жизни. Но тогда ты умрёшь тоже. Она не сможет поддерживать тебя больше.

– Но вы тоже умираете.

– Да. Я устал жить. Устал ненавидеть её. Ведь я любил её. Когда-то давно.

Пиам взяла Кои за руку:

– Достаточно страданий в этом мире. Хватит с вас. Со всех нас.

– А ты правда хочешь умереть?

– Я, скорее, не хочу бороться за жизнь. У меня нет на это сил.

– Тогда я дам их тебе. Но помни, они поддерживают твою жизнь. Как только ты используешь магию, твоя жизнь сокращается. Живи, пока.

Ком схватил Пиам за голову. Мощный импульс. Боль.

Кои мёртв.

– Значит, я буду жить…

Она закрыла Кои глаза и пошла к Аяме.

Он сидел живой и здоровый, обнимая тело Ватолин.

– Она отдала тебе свою силу, чтобы ты жил.

Он повернул к ней лицо и с ненавистью зыркнул:

– Ты должна была сегодня умереть, а не она!

"Это правда." Он поднялся, схватил её за плечи, начал трясти и кричать.

Пиам оттолкнула его и ударила по щеке:

– Просто прими её жертву, а не ищи виновных.

========== Часть 2 ==========

Наконец выбравшись из леса, Пиам оказалась в небольшом посёлке. Она шла, осматриваясь. Классическое сочетание города и деревни. Низкие деревянные домики соседствуют с многоэтажками (если принимать 4 за много), бабушки в забавных аляпистых одеждах проходят мимо стильных молодых людей, машины пропускают коров. Но смотрится это довольно гармонично, но немного сказочно, учитывая яркие летние краски.

Пиам прошла по улицам. Ближе к центру деревня уступала городу.

За её спиной раздался звук удара.

Она обернулась и увидела, что на дороге лежит парень в чёрном костюме со светло-русыми волосами, раскидавшимися вокруг головы.

Неподалёку стояла машина. Водитель выскочил из неё, схватился за голову, подбежал к лежащему парню и с ужасом выкрикнул:

– Что же делать?!

Пиам рванула к ним:

– Звоните в скорую!

Найдя кровоточащую рану на боку парня, Пиам прижала её, чтобы кровь не вытекала так быстро.

"Если б я только могла воспользоваться магией и спасти его… но я совершенно эту магию не чувствую, не знаю, как ей воспользоваться."

За несколько минут вокруг них собралась толпа. Все что-то говорили, но никто не собирался помочь. Хорошо, что уже слышались звуки сирен.

Из скорой выскочили трое. Парень и две девушки.

Парень присел рядом с Пиам:

– Продолжайте прижимать рану. У вас хорошо получается.

И вместе с девушкой он осматривал парня. Пиам смотрела на врача.

Его тёмные волосы были растрёпаны и мокрые от пота пряди скомкались на лбу. И тут Пиам заметила, что врач похож на парня, крови котрого она сейчас пытается на дать вытечь.

– Можно везти. – спокойно сказал врач.

Каталка была уже готова.

Парня подняли, уложили и завезли в машину скорой.

Тем временем полиция уже разбиралась с водителем и собиралась добраться до Пиам, но врач сказал, что ей нужно поехать с ними в больницу, когда та говорила полицейскому, что не видела сам момент аварии.

В скорой они сидели вчетвером, не считая девушки за рулём: пострадавший, врач, вторая девушка и Пиам.

– Зачем мне ехать с вами? – наконец спросила Пиам.

– Вы неважно выглядите. Нужно вас осмотреть на всякий случай. А ещё я хочу отблагодарить вас чашкой кофе, если вы не против. – ответил врач.

Приборы запищали, прервав беседу. Показатели падали. Врач подскочил к нему, начал делать массаж сердца. Девушка связалась с больницей, предупредила о срочной реанимации и спросила о готовности операционной.

Благо, они уже приехали в больницу.

Двери скорой распахнулись, все оперативно выкатили парня и увезли.

Пиам побежала за всеми, но дальше холла её не пустили. Дальше вход только для врачей. Когда двери перестали мотаться, Пиам заметила, что на них нарисованы ангелы.

Она стояла вся в крови, разглядывая этих прекрасных существ. Только что она пыталась спасти человеческую жизнь, но что ей делать со своей собственной, от которой она отказалась, но которую ей в итоге вернули?

Двери снова дёрнулись. Вышел врач и произнёс только три слова:

– Он не выжил.

И прошёл мимо.

Пиам осталась стоять, глядя на двери, на ангелов, изображённых на них. Из раздумий её выдернула женщина с шикарными крашеными рыжими волосами. Она была накрашена, хорошо, но вычурно, одета.

– Дорогая, я слышала ты зажимала рану моего сына. Я так тебе благодарна. Мы с Адфавом приглашаем тебя в дом на ужин. Иди же умойся, мы будем тут. Уборная вооон там.

Кровь смывалась плохо, но всё же смылась. Только футболку застирывать не было смысла.

Женщина и врач правда ждали её. Вместе они вышли из больницы. Солнце уже село. Женщина вернулась за какой-то забытой вещью, и Пиам с врачом остались у машины вдвоём.

– Кстати, меня зовут Адфав. – он попытался улыбнуться.

– Пиам. Извини, но всё так странно. У вас умер член семьи, а вы хотите меня ужином накормить… И твоя мама так энергична… то есть, это, наверное, хорошо…

Адфав закинул голову назад, положил руку на лоб и прикрыл глаза на пару секунд:

– Просто каждый из нас справляется по-своему. Она делает вид, будто ничего не произошло, пока не осознаёт, не хочет осознавать. И пытается перевести всё внимание на тебя, как и я. Просто позволь нам. Или уйди сейчас. Я маме сам всё объясню.

Сердце Пиам сжалось:

– На самом деле мне некуда идти. И мне правда хочется есть… и попросить какую-нибудь футболку.

Адфав даже немного просиял:

– Ты можешь даже пожить у нас! Останься. Прими душ. Я тебе свою футболку дам, мама не носит. Поешь, переночуешь. Если захочешь остаться в городе, можешь мне в больнице помогать!..

Пиам не знала, что на это ответить, но к этому моменту вернулась мама, и они поехали домой.

После душа, сменив футболку, Пиам вышла на кухню, где сын с матерью уже накрыли на стол.

За едой, что было немного странно, мать говорила только об умершем сыне, хвалила его, начала сравнивать с Адфавом.

Тот напрягся, ведь во всём был хуже брата в глазах матери.

Что-то в её голосе изменилось, стало походить на истерику. Она начала обвинять Адфава в смерти брата, говорила, что лучше бы умер он.

Пиам не выдержала:

– Пожалуйста, перестаньте! Сейчас, в трудное время, разве не лучше поддерживать друг друга? Зачем так поступать с Адфавом, ему ведь тоже больно!

Мать разозлилась ещё сильнее:

– Замолчи! Ты ничего не знаешь о нашей семье, и даёшь советы? Пошла вон из моего дома!

– Спасибо за гостеприимство. – Пиам встала из-за стола.

Мать продолжала что-то кричать, Адфав сказал, что не надо уходить, а Пиам заверяла, что всё в порядке.

Быстро обувшись, Пиам ушла от ссорящихся. На улице уже была ночь. Сделав несколько быстрых шагов, Пиам замедлилась. Идти то некуда.

Из кустов вылез белый котик. Пиам села на корточки. Котик подошёл и начал ласкаться. Она улыбнулась:

– А тебе, котик, есть куда идти?

Сзади послышались шаги.

– Пиам!

Она обернулась. Это был Адфав:

– Ты прости за всё это. Сама понимаешь, она не в себе. У меня есть своя квартирка наподалёку. Лучше остаться там, чем на улице. Понимаю, это будет неловко, но я только хочу помочь. Оставаться с мамой нам не вариант…

– Наконец, я тебя нашёл. – раздался знакомый голос.

Пиам повернула голову в сторону голоса. Адфав тоже. Аяма стоял на дороге:

– Ты правда пойдёшь домой к этому типу?

– Я знаю его на несколько минут дольше, чем тебя. – хмыкнула Пиам.

– Кто этот парень? – спросил Адфав как бы между прочим.

Аяма шагнул ближе к ним:

– Я её друг. Кстати, твои вещи. – он протянул рюкзак Пиам. – Что уцелело.

– Это хорошо. – Пиам обрадовалась хоть чему-то. – Но… друг? Ты же меня ненавидишь.

– Ну что ты! Какая ненависть? Я так, был зол. Но понял, что остался один, как и ты. – он подошёл к Пиам очень близко и шепнул на ухо, – А двум одиноким магам лучше держаться вместе.

========== Часть 3 ==========

– Какой, однако, заботливый молодой человек. – ехидно заметил Аяма.

Но Пиам не ответила. Она вообще была полностью погружена в свои мысли. Только что она могла решить начать новую спокойную жизнь, приняв помощь Адфава. Но Аяма прав, теперь она обладает магией, и сначала нужно разобраться с этим.

– Слушай. – она резко остановилась.

Аяма остановился на шаг позже и обернулся.

– Неужели тебе серьёзно не к кому было пойти? И ты правда хочешь скитаться со мной по миру?

Аяма усмехнулся:

– Скитаться… ну ты и сказанула. Бабушка рассказывала, что этот мир намного необычнее, чем люди привыкли думать. Я многого не знаю и хотел бы выяснить. Тем более, мы маги. Перед нами невероятные возможности. А ты хотела зависнуть тут с этим доктором? Если так хочешь, возвращайся.

Аяма сделал недовольное выражение лица, скрестил руки на груди и отвернулся.

– Я спросила, почему ты ко мне пришёл.

Он снова обернулся:

– О. Ты мне не доверяешь. Это вполне понятно. Отвечая на твой вопрос… – он замялся, отвёл взгляд и будто бы даже смутился. Потом сел на корточки, закрыл лицо руками и продолжил. – Это бабушка меня попросила. Она сказала перед смертью, чтобы я тебя не бросал. Сначала я был зол на тебя, но потом понял, что тебе тоже пришлось тяжко. И это мы втянули тебя во всё это. И мне на самом деле некуда было пойти. Я думал, тебе тоже. Я не доверяю этому доктору, но если доверяешь ты, то…

Пиам тоже опустилась на корточки напротив него. Он убрал руки с лица.

– А ты, оказывается, можешь быть милашкой.

– Ты! – Аяма сделал вид, что рассердился.

Пиам улыбнулась.

Только она стала подниматься на ноги, как, непонятно откуда, резко в неё влетела девушка. Пиам еле удержалась и удержала её. Та выглядела измученной и дрожала.

Ничего не успев сказать, девушка повалилась без сознания, а Пиам пронзила ужасная боль. Но не физическая. Она чувствовала душевную боль, проникающую в сердце и рвущую его на части, и адскую усталость от этого.

Аяма подбежал к ней, прикоснулся. И снова. Боль. от потери близкого человека, от одиночества. Пиам отодвинулась от него.

– Что случилось? – спросил Аяма.

– Не подходи! Не прикасайся! – еле выдавила из себя Пиам сквозь слёзы.

Боль улеглась быстро, но оставила тяжёлый осадок.

– Дай телефон. – попросила Пиам.

– Зачем?

– Позвоню Адфаву. Этой девушке определённо нужно в больницу.

Взяв у Аямы телефон максимально осторожно, без прикосновений, Пиам достала из кармана бумажку, на которой перед уходом Адфав написал свой номер, набрала нужные цифры и позвонила. Дальше передала трубку Аяме, чтобы тот назвал адрес и обрисовал ситуацию.

– Скоро приедет. А с тобой то что?

– Не знаю как, но я словно почувствовала твою боль. А это этого – её. Но для неё одной этого слишком много. Это моя магия? Я волшебный эмпат?

Аяма нахмурился:

– Никогда о таком не слышал. Хотя силы бывают самые разные.

Адфав примчался со скоростью света.

Между прочим, девушка как упала, так и осталась лежать, никто к ней не прикоснулся. Только сейчас Адфав поднял её и уложил на заднее сидение.

Они все вместе поехали в больницу.

– Её зовут Биби. – объявил Адфав Пиам и Аяме, сидящим в палате. – Её организм истощён, на руках порезы, видимо, от множества попыток суицида.

Пиам нервно сглотнула.

– Родственников нет. В графе "опекун" указан детский дом. – отложив её карту, Адфав взглянул на Пиам. – Теперь ты выглядишь ещё хуже. Всё же стоит сдать анализы. – бросив взгляд на царапину на ладони Пиам, полученную при столкновении с Биби, потянулся к ней. – Нужно обработать.

Он уже почти взял её за руку, но Аяма резко, но несильно оттолкнул его назад:

– Не трогай её.

Но лёгкое касание всё же произошло. Пиам на мгновение ощутила боль от потери близкого, от ненависти матери, одиночество.

– То есть, всё в порядке. Я сама обработаю, просто покажи чем. Аяма, будь спокойнее.

В этот момент Биби очнулась, резко вскочила. Адфав ринулся к ней, но та завопила, чтобы он к ней приближался, схватилась за голову и вжалась в спинку кровати.

Но вскоре опомнилась и подняла голову, осматривая свои руки, а потом всех присутствующих:

– Её нет! Я её не чувствую!

– Чего не чувствуешь? – спросил Адфав.

– Боли! Я не чувствую боли!

– Что ж, это прекрасно.

Аяма резко сорвался с места, подошёл к девушке и схватил её за руку. Та сначала забрыкалась и завизжала, но потом успокоилась и радостно воскликнула:

– Даже так не чувствую!

Всё ещё держа Биби за руку, Аяма посмотрел на Пиам. Она тоже поняла.

Выйдя из палаты Биби, Пиам села на скамью. Аяма рядом, но на расстоянии.

– Учитывая всё, что я почувствовала, когда прикоснулась к ней… я не выдержу. Учитывая, в каком она была состоянии…

– Я что-нибудь придумаю. Обязательно.

Адфав тоже вышел.

– Мы ведь можем с ней поговорить? – вскочил Аяма.

– Если объясните мне, ребята, что происходит.

Аяма хлопнул его по плечу, заходя в палату:

– Конечно расскажем. Твоя помощь ещё понадобится.

Пиам вошла в палату осторожно, стараясь не задеть Адфава:

– Спасибо. Снова.

Несмотря на поздний час и события на улицу, Биби была полна энергии и встретила ребят с улыбкой:

– Вы вернулись! Спасибо, что помогли, не бросили на улице ночью одну.

– А теперь нам нужна твоя помощь. – сказал Аяма, разворачивая стул и садясь на него верхом. – Расскажи всё о том, что с тобой произошло.

– Вы имеете в виду…

– Всё! Когда ты начала чувствовать чужую боль, каким образом и всё в том духе.

Биби насторожилась:

– Вы в это верите? Верите мне?

– Ещё бы нам не верить… – буркнула Пиам себе под нос.

– Конечно верим. В этом мире есть много невероятного. Так что, пожалуйста, расскажи! – более настойчиво, но подключив свой шарм, произнёс Аяма.

Биби задумалась, словно отправившись в глубины своей памяти:

– Я выросла в детдоме. Хоть там была тяжёлая атмосфера, и дети совершали жестокие поступки, я всегда могла понять всё. Потому что знала, как им больно. Месяц назад к нам пришла женщина с двумя своим помощницами. Точнее, с подчинёнными. Она оказалась очень богатой, принесла большое пожертвование и забрала меня. Без оформления. Временно. На пробу, так сказать. Когда я пришла к ней в дом, начался ад. Она мучала меня и тех женщин. Била, запирала, морила голодом, спрашивала разные странные вещи. Тем женщинам нравилось, что она делала. Видимо, она их уже сломала. Спустя неделю что-то сломалось и во мне. Поток боли был слишком огромен, что во мне что-то не выдержало. Я начала чувствовать боль от их прикосновений, начала чувствовать склизкую тьму внутри них. Это было невыносимо. Я металась по своей каморке, как ненормальная. После этого она вернула меня в детдом. Но там было слишком много людей, слишком много боли, что мне уже не нужно было касаться их. Боль была в воздухе, и я дышала ей. Я сбежала оттуда и последние несколько дней скиталась и пряталась где только могла, где не было людей. И сегодня я искала еду, но рядом оказались люди. Мне снова стало плохо, я бежала. И вот…

Пиам сидела, закрыв рот ладонью и смотря в никуда. Аяма, облокотившись на спинку стула смотрел на шрамы Биби. Потом резко встал, чуть не уронив стул, и вышел из палаты.

– Но теперь всё хорошо! Я ничего не чувствую и могу вернуться в детдом!

Только сейчас Пиам взглянула на Биби:

– Я рада, что для тебя всё закончилось. Отдохни сейчас.

Пиам тоже вышла и вновь села на ту же лавочку, закрывая лицо ладонями. В голове возились разные мысли. Их было так много, что голова норовила разорваться.

Неизвестно как долго она так сидела, но наконец рядом оказался Адфав:

– Аяма всё мне рассказал.

Аяма выезжал на автобусе из города. Он мог попросить помощи в этой ситуации лишь у одного человека. Но это будет непросто.

Такие люди всегда что-то просят взамен. И это не какой-то пустяк.

Также его мучала ещё одна мысль. Почему он так рвётся помощь Пиам? Они же на самом деле знакомы всего ничего. Ему её жаль? Он считает их похожими? Кто знает…

Спустя пять часов поездки, Аяма вышел у мрачноватого леса над которым то и дело летали и каркали вороны. В лес вела одна единственная тропа, у которой стоял указатель с надписью "Дом Овада Бива".

И правда, немного пройдя по тропе и свернув за высокий холм, Аяма увидел большой деревянный двухэтажный дом. А прямо перед ним из земли торчала огромная верхняя часть скелета. Народ думал, что это высококачественная скульптура, но маги знали, что это настоящий скелет великана ве, которого Овад Бив убил много лет назад.

Пройдя мимо скелета, Аяма встал у крыльца. Ничего не изменилось с тех пор, как они с бабушкой сюда приезжали.

Он поднялся на крыльцо и постучал в дверь. В то же мгновение дверь открыла молодая девушка, уронив свою сумку.

– Аяма! – вскикнула она и обняла его.

– Валентина!

– Надеюсь, ты останешься у нас на какое-то время! Я опаздываю в универ. Кстати, учусь на дизайнера! До встречи! – уже убегая кричала она.

Аяма ошарашенный стоял на крыльце, глядя ей вслед.

– Господин Аяма. – раздался голос за его спиной.

Аяма вздрогнул и медленно повернулся.

На пороге стоял лысый человек с фигурной щетиной в чёрном костюме с тонкими белыми линиями.

– Проходите. Господин Овад Бив ждёт вас.

Помещение походило на магазин одежды. Манекены, вешалки, подсветка и мрачные тона.

– Сюда, пожалуйста. – указал он на лестницу слева от входа.

Поднявшись наверх, Аяма увидел всё ту же серую гостиную с диванами, мягкими стульями и затейливыми люстрами.

На диване сидел он.

Толстенький мужчина с бледной кожей в чёрном цилиндре листал журнал.

Не отрывая от журнала глаз, он сказал:

– Аяма! Каким судьбами? – и наконец подняла на парня глаза. – Слышал, Ватолин умерла.