Почему истории заканчиваются

Он протянул Аяме бумажку.

Попрощавшись с ребятами напарники вышли из дома и направились в сторону леса.

– Мы пойдём через лес?

– Да. Самый быстрый путь. Ты больше сюда не ходила с того дня? И Аяма тебе ничего не рассказывал?

– Мы не говорим о том дне. А что он должен был рассказать?

– Это необычный лес.

Пиам удивлённо взглянула на Оне.

– Он ни чем не привлекателен для людей, потому даже названия не был удостоен. Но магов он привлекает. Они назвали его Тривп. С его помощью мы перенесёмся в другое место силы, которое совсем близко к пункту нашего назначения. Это горы на холодном материке – горы Кхан. Там ты быстро научишься фехтовать, а я вспомню навыки.

– Фехтовать?!

– А ты думала я просто так спрашивал тебя о предпочитаемом оружии. Держи. – он достал из-за спины парные мечи в ножнах. – В городе, куда мы направляемся, всё решают поединками. Эннс… давно я там не был.

Он улыбнулся своим воспоминаниям, но резко вынырнул из них и остановился:

– Перейдём тут. – схватил Пиам за руку. – Тривп, можно пройти в Кхан?

Вокруг них резко закружил вихрь и быстро рассеялся, раскрывая совершенно другой пейзаж. Снег, вьюга, скалы.

Пиам была в восторге. Она раскинула руки, подняла голову, глядя на кружение снежинок, и сама начала тихонько покруживаться:

– А совсем не холодно.

– Потому что это магия. – ответил Оне с довольным видом. – Сегодня останемся тут и будем тренироваться, а завтра пойдём в Эннс.

Они установили палатку рядом со склоном, укрывающим от ветра, и пошли искать более широкое место.

Пиам крепко сжимала рукояти мечей. Оне держал один меч перед собой. Это было странно, непривычно и даже непонятно. Неужели они правда будут драться? Прямо сейчас, когда она держит оружие первый раз в жизни? Даже не тренировочное, а настоящее! Это просто невероятно. Сам этот мир, открывшийся перед ней, невероятен.

– Вдохни полной грудью. Впусти в себя этот магический воздух. И ты поймёшь. Твоё тело само начнёт действовать. Нападай!

И Пиам понеслась на него. Он перехватил её скрещенные мечи. Их взгляды встретились. ОНи улыбнулись друг другу. Кровь закипала. Магия горы Кхан делала их мастерами меча. Это опьяняло. Схватка продолжалась до ночи. Они не могли насладиться, насытиться, но когда стало совсем темно, заставили себя остановиться.

Зайдя в палатку, оба рухнули без сил.

Утром, открыв глаза, Пиам еле поднялась. Всё тело адски болело, ладони совсем стёрлись.

Снаружи веяло свежестью и знакомым укрепляющим отваром.

Она высунула голову из палатки.

– Проснулась. – сказал Оне, помешивая варево. – Спрашивать о самочувствии не буду, просто держи.

Он налил отвара в кружку и протянул ей.

– Вчера было здорово! Мне ведь это не приснилось?

– Не приснилось. Боль в твоём теле – лучшее доказательство. А вообще… это место обращает желаемое в действительное. Чем сильнее ты хочешь, тем быстрее и лучше у тебя получается. Откуда у тебя столь сильное желание драться на мечах?

– Не знаю. Мне просто всегда хотелось быть мечником или магом, чтобы помогать людям. А моих фантазиях. А теперь всё это реально…

– Хорошо. Допивай и идём в город. Там поедим. Заказчик как раз в таверне.

– Прямо в настоящей таверне?

– Ну… в довольно осовремененной её версии.

Эннс оказался действительно близко к горам, прямо у подножия. Совсем небольшой городок, и почти у каждого прохожего было холодное оружие.

Нужна таверна сильно выделялась на фоне остальных привычных домов, выложенных из кирпича. Она была широкая двухэтажная, выложенная из красного камня.

К слову, в городе стало по-настоящему холодно.

У входа в таверну Пиам остановилась, оглянулась.

– Проходи. – поторопил её Оне.

Они прошли сразу наверх. Там стояли двое мужчин довольно сурового вида. Один из них, заметив их, подошёл:

– Детектив Оне, пройдёмте. Стол уже накрыт.

Они дошли до дальней комнаты, по двери которой можно было понять, что это не обычный номер.

Мужчина открыл дверь и пропустил напарников вперёд себя.

Комната была большая и наполненная людьми. В центре стоял большой стол с множеством блюд.

– Садитесь, дорогие, не стесняйтесь. – прозвучал женский голос.

Пиам её не сразу нашла среди присутствующих, но заметила небольшую кровать. На ней лежала женщина с короткими волнистыми волосами. Она лежала на животе, положив голову на скрещенные руки.

– Госпожа Изоипмон. – кивнул ей Оне и сел за стол.

– Здравствуйте. – сказала Пиам и тоже села .

Все приступили к трапезе, и пока всё лежащее на столе не было съедено о деле никто не зарекнулся.

Потом все резко встали и вышли из комнаты, оставляя Изиопмон, Оне, Пиам и двух мужчин, приведших их сюда.

– Кто мог предвидеть, Оне, что твоим напарником будет девочка.

– Мне 21. Я не так и мала. – непринуждённо ответила Пиам.

Изиопмон ей улыбнулась.

– Перейдём к делу. – сказал Оне. – Я не знал, что клиент вы, но полагаю, анонимность оправдана.

– Я не сомневалась в вашем профессионализме. Ваша работа будет хорошо оплачиваться. Задание заключается вот в чём. Среди моих людей есть предатель. Ты должен его вычислить и, разумеется, узнать его мотивы. Мои ребята, Орест и Эдика, всё вам объяснят.

– Мам! – дверь резко открылась и в комнату влетел парень. – Я был в древних горах! Они потрясающие! Там множество пород…

Заметив суровый взгляд матери парень потерял энтузиазм делиться с ней впечатлениями.

– Иллирика! – грозно сказала она. – Я просила тебя не ходить туда. А вы идите.

Она мотнула головой ребятам, и те сразу же ушли, оставляя мать с сыном наедине. Как только они зашла в соседнюю комнату, как оказалось, двойную, предоставленную им на время расследования, Орест и Эдика начали более подробно рассказывать о деле, дополняя друг друга, а порой и заканчивая друг за друга фразы:

– Эннс – маленький город. Все здесь друг друга знают. Большинство владеет холодным оружием. И у нас есть свои правила. Не убивать вне поединков; не обнажать оружие в многолюдных местах и тому подобное. Для магов есть дополнительные правила, вроде "не использовать гору Кхан для тренировок". Но пару дней назад один из наших открыто напал на Иллирику. А он не носит меча. К счастью, мы были рядом и остановили всё это. Нападавшего схватили, посадили в тюрьму, но он так ничего и не сказал. И в первую же ночь заключения его убили. С помощью трав или зелья.

– Могу я поговорить с кем-то, кто хорошо знал убитого? – спросил Оне.

– Конечно. Мы его приведём, как найдём. И если что ещё, так звоните нам сразу! – они оставили свои контакты и ушли.

Оне начал что-то писать в свою книжку.

– Я что-то не совсем понимаю… – осторожно сказала Пиам.

Оне вздохнул:

– Нападавший – маг хотел убить Иллирику, но в итоге его самого убили магическим способом. В этом городе маги состоят при Изиопмон. Это их своеобразная гильдия. Значит, убийца – кто-то из своих. А вот всё остальное, действительно, непонятно. Но это только пока.

Два часа напарники провели в комнате. Оне пил кофе (неизвестно какую по счёту чашку) и постоянно что-то писал. С Пиам он своими мыслями не делился, а она не хотела отвлекать его расспросами, поэтому в своей комнате тренировалась с мечами, хоть и было это не очень удобно.

Она повторяла запомнившиеся выпады и была довольна результатом, но таких эмоций, как на горе Кхан, уже не испытывала. Наконец, в комнату постучали.

Вошёл мужчина с короткими светлыми волосами, который был одет как путешественник:

– Здравствуйте, детектив.

Оне кивнул. Пиам вышла из своей комнаты и тоже поздоровалась.

– Меня зовут Тот-Эич. Я только с гор. Мне сообщили, что вы хотите поговорить.

– Вы друг Нгата?

– Да, мы вместе выросли в Эннсе.

Оне налил ему кофе.

– Я до сих пор не верю… В дороге забываешь о жизни, которая кипит вдалеке. И всегда кажется, что все те, кто ушёл… они где-то есть, просто мы подолгу не видимся. Ах да, о чём это я. Мой друг… мы с ним в последние дни не слишком общались, да и когда всё случилось, мне не было в городе. Он ведь был поваром в таверне. Готовка была его жизнью… В последний раз, когда я возвращался в город, он был немного странным. Пришёл ко мне ночью, сказал, что хочет со мной в путешествие. Но когда я отправился в путь, он не пришёл. Я даже подумал, что это был сон, но он написал мне сообщение, что сейчас не может, но обязательно пойдёт со мной в следующий раз. Но следующего раза не будет…

Казалось, будто Тот-Эич вот-вот заплачет.

– А кто ещё с ним общался? – спросил Оне, словно не замечая, как собеседнику тяжело.

– Да немного со всеми здешними. А чтобы прям дружить… не знаю.

– А что насчёт врагов?

– Вот уж кого точно не было.

Оне задумался снова:

– А к Иллирике он как относился?

– Да как… Мы все здесь как семья. Иллирику знаем всю его жизнь.

– Значит, причин на него нападать не было… А у кого могли быть?

Тот-Эич лишь развёл руками и покачал головой.

– А почему Изиопмон не хочет, чтобы он ходил в горы? – спросила Пиам.

Тот-Эич опустил голову:

– Там она встретила отца Иллирики. И там же от его рук стала такой. И, говорят, он всё ещё бродит где-то там.

– Спасибо за информацию. – Оне встал, явно желая куда-то немедленно отправиться.

– Информация, конечно, скудная, но что имеем, то имеем. – бурчал Оне, несясь к горам.

Пиам еле успевала.

Он резко остановился:

– Если в горах мы не найдём ответа, мы не найдём его нигде, ибо на этом материке все магические следы ведут туда!

– Ты чувствуешь магические следы или видишь их?

– Чувствую. Но это особенность детективов, а не моей души. Это может каждый, но не все развивают.

В горах снова стало тепло, точнее, просто не холодно.

Он шёл по следам уверенно и долго. Постепенно следы становились настоящими, к магическим добавились физические. Стало понятно, что здесь поблизости кто-то живёт.

– Твоя мать была чудесной женщиной. Я правда любил её. Но она оказалась слабой, когда узнала, кто я. Она не захотела остаться со мной. Но ты ведь хочешь остаться? – говорил хриплый мужской голос.

Пиам вытаращила глаза. Оне поднёс палец к губам.

– Она говорила, что не может позволить тебе сделать нечто ужасное. Что это? – настойчиво спрашивал Иллирика.

– Моя цель – отвязать магию от душ! Я уверен, что это возможно. И я уверен, что ты сможешь, сын.

– Что?..

Пиам взглянула на Оне. Тот напрягся и нахмурил брови.

– Не хотите ли перестать прятаться? – обратился голос явно к ним.

Пиам уколол испуг. Оне же уверенно шагнул из-за деревьев, выйдя к деревянным домикам.

– Детектив! – удивился Иллирика.

– Детектив?

– Расследую смерть Нгата. За которой, как обычно, скрывалось нечто большее.

Отей Иллирики улыбнулся:

– Сопутствующий ущерб. Он всё равно был глупцом. Хотел умереть и пришёл для этого на Кхан. Смешно даже. Даже дети знают, что маг, выбрасывающий свою жизнь, да ещё и рядом с другими магами, обречён. Я успел найти его, восстановить и внушить ему свою волю. Но, надо признать, он смог ей противостоять. Хотя, это сделало его лишь по-настоящему бесполезным.

– Чёртовы магические обстоятельства! – процедила Пиам, сжав кулаки.

– Но вы, детектив, должны понять. Не я автор этой идеи. Маги многие века желают вернуть себе контроль над магией. Я это делаю для всего мира, а не только для себя.

Оне смерил его грозным взглядом.

– Ну раз так. – пожал плечами мужчина. – Не жалейте их, ребята.

Резко, непонятно откуда, напарников окружили семеро мужчин с оружием.

Мерзкий тип с Иллирикой куда-то скрылись. Оне и Пиам обнажили мечи.

Сражаться было страшно. Оне держал меч и раньше, Пиам могла что-то лишь блягодаря силе горы Кхан. А эти громилы провели в горах неизвестно сколько лет.

– В путешествиях часто приходится кому-то помогать. – рядом возник Тот-Эич и сразу снёс двоих противников.

Оне и Пиам тоже бросились в бой.

Основное внимание переключилось на путешественника.

Поняв, что она и Тот-Эич и сами справятся, Пиам перехватила нечто похожее на шпагу, направленное на Оне:

– Иди за ними.

Он кивнул и побежал.

Противник оказался высоким и худым. Его длинные слегка волнистые волосы развевались на ветру. Он действительно создавал образ рыцаря, и когда Пиам перехватила удар, замешкался:

– Вы?..

– Простите, наверное, очень невежливо вот так прерывать ваш бой, но это было очень важно, да и мы не на официальной дуэли.

Парень улыбнулся и сложил шпагу:

– Позвольте представиться. Камори, потомственный мечник с исторического материка.

– Пиам. С центрального.

– Тот-Эич, с материка, на котором мы сейчас находимся. – уложив всех противников, он присоединился к разговору.

– Опережая ваши вопросы, скажу, что я тут под прикрытием, как интересующийся идеей отделения магии от души. Участвовать в злодеяниях не собирался, начал драку для поддержания легенды. И, конечно, мне очень жаль того мага-повара.

– Чего же мы болтаем? Нужно за ними бежать! – вскрикнула Пиам и понеслась в сторону, куда ранее убежал Оне.

Слышался шум борьбы. Но ребята не успели.

Всё, что они успели увидеть, это как какой-то человек пронзает отца Иллирики мечом, а бессознательного Оне отшвыривает, забирая Иллирику в вихрь.

Пиам рванула к Оне. Тот, весь избитый, еле открыл глаза:

– Иди за ним, прошу…

– Это человек с исторического материка. Можем переместиться сейчас же. – сказал Камори.

– Я позабочусь о нём. – подошёл Тот-Эич.

– Хорошо. – кивнула Пиам. – Хотя стоп. А какой от меня толк?

Но не успела она осознать весь ужас происходящего, как Камори схватил её руку, произнёс "Кхан, можно пройти в Элиотто?", и вихрь закружился вокруг них.

Они оказались в мрачноватом помещении с каменными стенами. К несчастью, кроме них там было ещё человек 13, включая Иллирику и человека его схватившего.

Камори не успел достать шпагу. Кто-то сзади ударил его по голове и он рухнул без сознания.

– Этого мы возьмём с собой, а девчёнку пусть берёт полиция.

Неожиданно у Пиам в глазах начало темнеть, голова кружилась.

– С ней что-то не так.

– О, вы чувствуете? Запахло смертью!

– Наверное, она одна из этих. И жизнь её покидает, как и должно было случиться в самом начале.

– А мне кажется, это что-то другое…

– Да плевать, забирайте её.

[Люди, обладающие магией, отказывающиеся от своей жизни, но попадающие в руки другого мага, восстанавливающего их жизнь, оказываются во власти его просьбы. Пиам умирала, её восстановили, но просьба не была выполнена, просящий маг умер, восстановление должно было давно рассеятся, но другой маг отдал Пиам свою магию и жизнь. Что же с ней происходит? Что за тёмная магия в её душе? Должна ли она всё же умереть, несмотря на магию Кои?]

Когда Пиам полегчало, она рванула к Камори, но её схватил один из мужчин, заломил ей руку, прижал голову к полу.

Второй сел на корточки перед ней и помахал пакетиком с каким-то серым порошком:

– Теперь ты наркоманка. И что бы ты не сказала, всё спишут на неадекватность.

Пиам не сопротивлялась. Сейчас это было бесполезно.

Ей надели мешок на голову,закинула её на плечо и понесли куда-то.

Она слышала лишь стук множества ботинок о каменные ступени.

Спустя какое-то время поездки с неё сняли мешок. После этого машина сразу же остановилась у серого двухэтажного здания полиции.

Пиам ввели туда в наручниках и усадили на стул около чьего-то стола, заваленного папками.

Через несколько минут за стол сел следователь:

– Наркоманка? А не похожа. И при аресте не сопротивлялась…

– Зачем сопротивляться? Я же знаю, что мне всё подбросили. Но их было больше, они сильнее. Даже если вы сделаете анализ моей крови, результаты всё равно подделаете. Только вот зачем всё это? – она грозно зыркнула на офицера.

– Мы во всём разберёмся, но сейчас у меня нет времени. Посиди, пожалуйста, в камере.

– Думаете, если скажете "пожалуйста", мне будет приятнее там находиться? – кинула она напоследок, позволяя себя увести.

В камере сидел ещё один человек, парень весь в чёрном. В шапке, в капюшоне, пряди чёрных волос падали на лицо, не скрывая лишь зловещую ухмылку.

========== Часть 8 ==========

Пиам долго сидела и улыбалась собственным мыслям.

"И можно же так вечно влипать? Или это всем магам свойственно? Блин, за то время я должна была хоть чему-то научиться."

Смеяться над обстоятельствами – обычная защитная реакция мозга.

Из раздумий её вытащило неприятное ощущение пристального взгляда. Именно ощущение, ведь видеть глаза сокамерника она не могла. Но она пыталась их увидеть, вглядываясь в тень капюшона и волос.

Резкий звук. Пиам вздрогнула. Дверь камеры открылась. Без слов её подхватили под руки двое и вывели.

Оказавшись в безлюдном коридоре, один из них достал мешок и попытался надеть ей на голову. Пиам забрыкалась, и ей сразу же дали по шее.

Очнулась она уже в тёмной комнате привязанная к стулу. Попытки выбраться не увенчались успехом, а через минуты три в комнату вошли двое. Охранник так и остался стоять у двери, другой, со стопкой записных книжек, растрёпанный в странной одежде подошёл к ней:

– Как самочувствие?

Она подняла на него глаза:

– Так, будто я шла своей дорогой, но меня с ней столкнули и начали мучать.

Мужчина улыбнулся:

– А что ты последнее помнишь?

Странный вопрос.

– Как меня вытащили из камеры и вырубили в коридоре. А что я ещё могу помнить? – возмутилась Пиам.

Мужчина вздохнул и отошёл к столу, который Пиам заметила только сейчас, положил на него все свои книжки и присел сам:

– Видимо, придётся знакомиться ещё раз. Я Сугиру. Мне 26. Я учёный-маг, и мне очень хочется понять, что ты за зверь. О, и кстати, – он улыбнулся, скрещивая пальцы у подбородка, – ты здесь уже 4 дня.

Сердце Пиам пропустило удар.

– Не волнуйся так. Не помнить всё произошедшее – это даже хорошо в твоём случае.

Пиам охватил ужас. Она не могла поверить, что с последнего запомнившегося момента прошло целых 4 дня, которых она словно и не проживала. Может, это всё ложь? Психологическая атака?

Она вновь взглянула на Сугиру и прищурилась, словно пытаясь что-то в нём увидеть.

– О, мне незачем врать. – словно прочитав ей мысли, сказал он, поднимая руки вверх. – Я ведь копался в твоей душе, а это адски больно. Но мне это тоже не в радость. Это всё ради науки! А ты необычный экземпляр. Изначально маг, была магически почти что воскрешена, а потом стала заменой жертвы, но в итоге не умерла, а даже чужую магию получила… Нехилый водоворот магических событий. Но надо копнуть глубже. Не стесняйся прятаться от всего этого. И ещё раз, прости.

И он схватил её голову. Чувство тошноты, боль, словно всё тело что-то царапало изнутри, холодный пот, жжение, сменяющееся ознобом, а голову пронзало штырями и ковыряло, ковыряло. Горло охрипло от крика, только тогда она и поняла, что истошно орала всё это время. Перед глазами появилась тёмная пелена.

Открыла она глаза в хижине Ватолин.

Пиам сидела на кровати, Ватолин возилась с травами:

– Проснулась.

– Угу. Хорошо у вас тут.

– Ещё бы.

– Знаете, я всегда хотела у вас спросить. Что значит магическая замена жертвы?

– О. И правда. Я сама вычитала это в своё время в одном древнем магическом сказе. Говорилось там, если маг наметит жертву, то смерть автоматически берёт его на мушку, эдакая магическая сделка со смертью. Но есть ритуал по переносу метки на другого. Если это добровольно, то ритуал проходит проще, чисто магически

– А что происходит, если желающий убить умирает? Метка смерти остаётся на жертве? Но! Кои же тогда сказал, что ничего не вышло, что замена не сработала!

– Если замена не сработала, то метка осталась на Аяме. Хотя, если Кои умер, то даже не знаю… о таком я уже не читала.

– Но если метка осталась, то смерть придёт за своим?

– Она точно придёт. – сказала Ватолин, словно соболезнуя Пиам, словно та уже мертва, потеряла себя.

– Да, древние сказы перечитать не помешает. – прозвучало над её ухом.

Она открыла слезящиеся опухшие глаза:

– Сколько на этот раз прошло дней?

Сугиру улыбнулся:

– Всего минут 15. Сейчас продолжим.

– А нельзя меня сначала вырубить? А то слишком больно.

– Прости, нельзя.

И он продолжил.

На земле в лесу лежал Кои. Прямо как в тот раз. Но не было ни Ватолин, ни Аямы. Она дотронулась до его руки. Ледяная. Вдруг он резко открыл глаза и схватил её руку:

– Почему я сразу не понял, что ты маг? Что ты делаешь с моей силой?

Пиам вырвала его руку и отшатнулась:

– Я не знаю. Не понимаю.

– Господин Кои. – за спиной Пиам появился Оне, подошёл к Кои и почтительно опустил голову. – Я преклоняюсь перед вашей силой и прослежу, чтобы девчёнка ничего не выкинула.

Пиам вытаращила глаза, но потом расслабилась и выдохнула. А чего она ожидала? Что он по доброте душевной будет за ней присматривать?

– Ты возвращаешься назад? В какие-то воспоминания? – спросил Сугиру.

– Не совсем. – тихо ответила Пиам. – Там происходит не то, что было, но в тех же обстоятельствах, что были на самом деле.

– Интересно. И как думаешь, что это такое? Плод твоего сознания или связь с чем-то нам неподвластным?

– Кто ж разберёт…

– Сделаем перерыв. Отдохни. – Сугиру вышел вместе с охранником.

Пиам была совсем измучена и почти лежала на стуле. Верёвки впивались в тело, но она не чувствовала этой боли.

В ушах начало шуметь. Шум постепенно приобретал очертания слов. Подняв голову, она увидела, что комната заполнена какими-то силуэтами. Она летали, что-то шептали, смотрели на неё. Она не узнавала их, но не боялась. У неё совершенно не было сил бояться. И она просто провалилась в сон.

Сквозь него она слышала шум, голоса, чувствовала какое-то движение, но сил очнуться не хватало.

Пиам ощутила тепло и просачивающийся сквозь веки свет. Разлепив глаза, она увидела знакомое лицо Аямы. Как же она была рада. Ей было всё равно, настоящий он или плод её воображения. Плевать. Она приподнялась и потянулась к нему, заключая в объятья. Ладонью она провела по его волосам. Они оказались такими мягкими. Она сжала пальцы.

– Ау. – вскрикнул Аяма. – Больно же.

Пиам моментально отстранилась, вытаращив глаза, ущипнула его за бок, потом схватила его за щёки.

– Да что ты творишь? – кое-как произнёс он.

– Ты что ли настоящий?.. – Пиам удивилась своему тихому голосу, а потом машинально опустила взгляд на руки. Они были в бинтах от запястья до середины предплечья обе.

– Да, я настоящий. – Аяма тоже схватил Пиам за щёку. – Разве не похоже? К чему этот вопрос?

– Если бы ты знал, что творилось у меня в голове последние дни, не спрашивал бы.

Лицо Аямы стало печальным, сочувствующим. Он пересел со стула на кровать и положил голову Пиам себе на плечо.

– Что произошло? Где Оне? Как вы нашли меня? – спросила Пиам тихо, не ожидая ответов, просто давая понять, что накопилось много вопросов.

– Оне в соседней палате. За него не волнуйся. Он больше простудился, чем пострадал.

Пиам улыбнулась.

– А вытащил тебя я! – гордо заявил знакомый голос.

Аяма обернулся, а Пиам подняла голову.

В проходе стоял Камори. Тоже перевязанный, помятый, побитый, но сияющий улыбкой.

Аяма нахмурился.

– Рада, что с тобой всё в порядке. – улыбнулась ему Пиам.

Адфав втолкнул Камори в палату:

– Полбольницы заняли. Нет бы своими магическими штуками лечиться!