- -
- 100%
- +
Ушедшая
"Внимание! Акция для всех самоубийц! Самоубийство за 50 000 единиц! Только в этом месяце! Успейте приобрести!
В этом мире нет самоубийц. Их называют "ушедшими". Государство нашло ещё один способ наживы. Все желающие "уйти" должны заплатить за "Удостоверение ушедшего".
В народе их прозвали "ушедшими" несмотря на то, что они ещё живы, потому что на это решаются только те, кто "вышел" за грань.
Общественный прогресс достиг нового уровня. Сверхтехнологии, освоение космоса, вечная жизнь, чипы с разнообразными функциями, вживлённые в мозг.
Удостоверение ушедшего – устройство, похожее на таблетку, позволяющее чипу открыть функцию самоубийства.
Казалось бы, в этом идеальном мире без преступлений, с вечноживущими нестареющими людьми, кто захочет умереть? Таких и вправду очень мало. Но есть одна девушка…
– Лири! Лири! Тебе пора уходить! Уже почти 5 утра. Если твои родители не застанут тебя дома, тебе не поздоровится.
– И пускай. Утром слишком тихо и красиво, чтобы идти домой. – ответила Лири.
Они вместе с Нилом лежали на крыше и смотрели на угасающие звёзды.
– Нил! Где мне достать денег? На работу меня родители точно не пустят.
– Тебе же дают карманные.
– Этого мало.
– А сколько тебе нужно? Могу одолжить немного…
– У тебя нет такой суммы. Да и ты не захочешь мне одалживать. Мне нужно 50 000. 5 уже есть.
– Опять ты за своё? – разозлился Нил. – Почему ты не можешь жить как все? Быть обычным человеком, учиться, общаться с друзьями, влюбляться, мечтать. Почему ты не можешь?
– Могу… – со спокойным безразличием ответила Лири. – Но у меня нет друзей, любви и мечт. – она не хотела обидеть Нила и ценила его, но просто не могла назвать его другом. – У меня нет даже желаний, чтобы всё это было. А даже если и было бы… Страшно представить! Семья, дети, работа на благо общества. И так вечно. Ты и сам знаешь, что дольше 500 лет не жил никто на свете. И всё потому что они поняли, что больше не могут так продолжать. Да, можно жить в своё удовольствие, путешествовать по вселенной, но мне страшно… мне так страшно видеть, что небо, на которое мы сейчас с тобой смотрим, – это ест всё, похожее на ничто. Это пустота, заселённая существами, которые через 500 лет устают от своей бессмысленной жизни, оставляя после себя одно новое поколение, которое добьётся ещё более высоко уровня прогресса. А всё ради чего? Для развлечения? А мне не хочется развлечений. Мне не нужно 500 лет, чтобы понять бессмысленность своего существования. Мне хватило 17. А впрочем, ты прав! Пора домой…
– А как же я?
– М?
– У тебя ведь есть я! Мы может разделить на двоих нашу вечность.
Лири грустно посмотрела на приятеля:
– Нил…
– Нет! Не надо. Иди домой.
Он спустился с крыши на чердак – свою комнату, а Лири спустилась по лестнице во двор.
Она прошла мимо двух домов, разделяющих их с Нилом, забралась по лестнице на свой чердак и спустилась к себе в комнату.
Она всё думала, где же достать денег. Нужно успеть собрать 45000 единиц, пока не закончилась акция. Мысли её ушли куда-то очень далеко, и она заснула.
Проспав всего два часа, Лири встала. Ей и не хотелось спать. Тёплое солнце светила в окно. А ведь сегодня выпускной. Все экзамены сданы, осталось только поступить в институт.
Одноклассники радовались окончанию школы и началу новой жизни. Только Лири не испытывала особенных чувств. У неё не было мечт о будущем, кроме одной: чтобы всё закончилось.
Школа позади. Институт ещё не начался. Сейчас её жизнь чиста. Идеальное время, чтобы уйти.
В честь окончания школы родители подарили Лири золотую цепочку. Лири сразу решила продать её, хоть и было горько думать об этом. Это подарок, но единственный шанс.
Лири пошла в самый дорогой ломбард в городе, благо они всё ещё существовали, и продала цепочку ровно за 45000. Конечно, мужчина косо смотрел на неё, но когда она сказала, что это не краденое, а подарок, успокоился. Прогресс не стоит на месте, но некоторые вещи остаются неизменными.
Но Лири мучал один вопрос: правда ли, что это удостоверение продают всем, кто платит, несмотря на возраст и остальное. Но так и оказалось. Продавец с удивлением посмотрел на Лири, но продал.
Теперь она близка к концу как никогда. Нужно лишь съесть таблетку и активировать функцию. Лири решила попрощаться с Нилом.
Они встретились на окраине города у реки, где рос большой дуб. Это лето было для Лири последним, и она хотела посмотреть на природу в последний раз.
Нил всё ещё пытался отговорить её, но это было бесполезно. Лири уже давно всё решила. Она уже съела таблетку. Нил обнял её. Они сидели вместе под деревом, смотря на воду в солнечном свете.
– Ну всё. Уходи, – отодвинулась Лири от Нила.
– Ни за что. Я не оставлю тебя сейчас одну.
– Ты уверен?
Он грустно улыбнулся и кивнул.
Лири закрыла глаза. Она слышала все свои мысли:
"Возможно, когда-нибудь в чипе появится функция "не чувствовать собственной бессмысленности", а пока… Активировать функцию самоубийства. Остановить сердце".
Тело ослабло и всем весом подалось на Нила. Он глубоко вздохнул, пытаясь сдержать всхлип и слёзы, и обнял тело Лири, почти вцепился в него, вжал в себя с неистовой силой.
Её сердце остановилось, но разум оказался в тёмном пространстве среди звёзд. Космос говорил с ней:
"У тебя есть право на одно желание. Чего ты хочешь?"
Лири была поражена и в первый момент подумала, что понятия не имеет, чего ей просить, но желание само возникло в её голове и сердце:
– Сотри меня! Чтобы меня не было в памяти мира.
Как только она это произнесла, она стала рассыпаться и исчезать. Последнее, что она сказала перед тем, как окончательно перестать быть:
– Спасибо…
Её тело, её вещи, память о ней были в миг стёрты. Почему космос исполняет желания самоубийц? Кто знает…
– Дорогой, почему мы так и не обустроили этот чердак? Мы уже давно здесь живём!
– Даже не знаю… Может, заведём ребёнка и сделаем детскую?
– Никак не могу вспомнить, откуда взялась эта цепочка… А впрочем, цена – 70000 единиц!
– Не помню, как пришёл сюда… Странно… Но здесь так красиво и спокойно. Речка, дуб… Можно устроить вечеринку. Сегодня же выпускной! Школа позади, а впереди целая жизнь!.
Нечего мертвецу среди живых делать
8 часов вечера. Я горжусь тем, что смог пережить очередной день. В конце каждого дня думаю: сколько я ещё продержусь, коль продолжу так жить? Я знаю, что никто не обладает этим совершенным навыком игнорирования всего плохого. Косые взгляды прохожих, грубость, высокомерие и куча, кучу сложных и неприятных вещей, что наполняют мир. Люди просто живут среди этого, продираются сквозь это.
Наверное, я тоже мог бы… мог, если бы не чувствовал, что всё самое лучшее уже прошло, осталось там, позади. И только там я вижу свет. Его нет впереди, поэтому я и боюсь ступать туда. Там меня ничего не ждёт. А в прошлом было столько людей, столько событий, что наполняли меня. Даже зная правду, я всё равно выбираю его.
Прошлое. Оно умерло. Но во мне остались его гниющие трупы, давно заразившие меня этим ядом, убивающие меня медленно и мучительно. Эти уродливые мертвецы бродят внутри меня, маня светлыми воспоминаниями.
И вот этот день. 8 часов вечера. И я, наконец, утонул. Я чувствую, как чёрная зловонная липкая жижа поглощает меня, я захлёбываюсь ей.
Но эти ощущения были уже так далеко. И всё совсем неважно. Ведь я был ослеплён обманчивым светом воспоминаний и согрет теплом гниющих останков.
Мне было уже всё равно. Я выбрал остаться, утонуть в этой тёплой и мягкой лжи.
Одни
Проститься… Никогда не забуду его лицо.
Оно больше не было… лицом живого дорого мне человека. Я стояла ранним утром в туманном поле среди камышей и даже не дрожала, несмотря на необычную для этого времени года свежесть. Проститься. И духи поля заберут его. Он станет одним из них и будет беречь эти места. Он останется тут, так, может, и не надо прощаться?
Люди закричали. Я даже сначала испугалась, думая, что-то стряслось. Да, стряслось. Он умер. И люди, крепко любившие его, разразились новой волной криков скорби. Каждый в нашем крохотном двухэтажном деревянно-каменном городке знал его.
– Тогда мы все сможем продолжить жить. Выплачьте, выкричьте, выскажите всё здесь.
Но я не могла. И всё оставшееся время простояла молча.
Когда все накричались, похороны завершились. Я в последний раз взглянула на его лицо, выглядывающее среди сухой травы, и пошла домой.
Сняв очки, я долго теребила их в руках. На столе стояла подставка для них.
Каменное основание, витиеватая проволока и искусственный цветок, почти не отличимый от настоящего. Он её создал. Мастер на все руки.
"Хочешь избавиться от моего подарка?"
Я замотала головой. Пришлось бы избавляться от половины вещей в доме. Я посмотрела на металлическое ребристое кольцо на левой руке и сразу же сняла его, повесив на проволочную закорючку. Будет нелегко.
К людям больше не хотелось. Хватило их в поле. По крайней мере, на сегодня. Но и дома среди его вещей оставаться было невыносимо. Переодевшись в широкое коричневое платье и вновь нацепив очки, я пошла в лес.
Территорию города я старательно проходила незамеченной, огибая дома с наиболее разговорчивыми жильцами. Светлая толстая коса лежала на плече, своей тяжестью давая ощущение, что я не одна. Для многих я странная и нелюдимая. Что во мне странного, я не понимаю, а вот со вторым не поспоришь.
Зайдя вглубь леса, я стянула с себя платье, оставаясь перед деревьями совершенно голой. Они, впрочем, и сами всю жизнь обнажены. Пустынной песчинкой затеряться среди всеобъемлющей природной стихии – лучшее на свете чувство.
Я сняла очки и сделала пару шагов по влажному мху. Мой дорогой друг не заставил себя ждать. Лесной кот приластился к моей ноге.
– Давно не виделись, Голос. – я позволила себе такую наглость, как дать ему имя.
«Давненько, Оподдера.» – наверное, подумал он.
Идиллию оборвали звуки трескающихся веток под ботинками. И всего через месяц её спокойного пребывания в этой части леса, кто-то из людей добрался сюда. Голос уставился в сторону, откуда доносился звук. Я быстро подскочила к платью, и через секунду была уже одета. Мы с котом притаились, слушая шаги. Третья минута ожидания, сердце успокоилось. Голос посмотрел в мои глаза и резко рванул в чащу. Державший корзину человек остановился за моей спиной. Запахло цветами. Здоровый парень с умными коричневыми глазами смотрел прямо на меня. Хорошо, что я всё-таки решила одеться. Говорила Надпесобирась, что не получится у меня скрыться от людей, как бы я не старалась, ибо человек не может один, тянется он к другим и другие тянутся к нему, такова наша суть. Перед глазами заплясали картинки памяти, и я поняла, что передо мной стоит Ыхоеохиие. Когда-то мы с ним вместе рассматривали цветы, ходили плавать, гуляли с его собаками и сидели под гигантскими листьями оххтимь. Он был очень умным и постепенно ушёл в компанию других ребят. А я не пошла с ним. А потом и вовсе потеряла его из виду или просто перестала обращать внимание. Он вырос. Что он тут делает, так далеко? Наверное, изучает что-нибудь. А она, пожалуй, пойдёт отсюда.
– Мы несколько лет не разговаривали, и вот сейчас, когда мы в лесу наедине, ты хочешь просто уйти, не сказав ни слова?
Такие фразы действуют на меня безотказно. До сих пор. Он не забыл. Его косички были покрыты коркой песка, а лицо при каждом вздохе слегка подрагивало.
– Что с тобой случилось?
Психология. Может, если он будет со мной честным, я расслаблюсь?
– Они бросились друг на друга. Его ученики. Я проходил мимо и решил вмешаться, но мне самому досталось.
Я сначала ничего не поняла, но потом-то до меня дошло. Его ученики. И правда. Он умер, оставил их без своего мудрого покровительства. Им тяжело.
Он стоял и смотрел в никуда, вспоминая произошедшее у реки. Его дух расстроился, если видел это. Он любил своих беспризорников, а теперь они в отчаянии. "Дети не должны умирать одни" – говорил он каждый раз, когда давал кому-то приют в своём огромном доме-мастерской. "Она взяла себя в руки и не заплакала при Ыхоеохиие. Молодец!" – похвалила я себя.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.