Ужасно тёмный маг

Глава 1. Попадалово

Комната вращалась. Ян ухватился за голову, и карусель нехотя замедлилась. «Веселый шопинг получился, – подумал он, – ничего не скажешь».

Последнее, что он помнил – как вошел в примерочную с джинсами в руках, задернул штору, повернулся к зеркалу… и свет погас. А вместе с ним исчезли и звуки, словно колпак на голову надели. Пространство вздрогнуло, под ногами разверзлась бездна…

Комната, в которой он очнулся, ослепляла белизной: без окон, наполненная холодным светом, она навевала мысль об инопланетной лаборатории. У дальней стены негромко переговаривались два странных типа в хламидах.

– Здрасьте, – произнес Ян. – Не подскажете, куда я попал?

Типы в хламидах переглянулись, затем один из них ткнул пальцем в большую красную кнопку на стене.

Пространство вокруг них замерцало, создав радужную перегородку. Взвыла сирена, а затем послышался душераздирающий рык.

Подскочив, Ян заметался взглядом по сторонам и увидел, что сквозь стену в комнату ломится мерзкая чешуйчатая тварь, покрытая слизью: глаза налиты кровью, раззявленная пасть полна огромных острых зубов.

Парочка за перегородкой смотрела на происходящее с интересом. Еще больший интерес, но уже гастрономического свойства, читался в глазах твари.

«Мама!», – завопил Ян и бросился к маленькой дверце в стене – та, к счастью, оказалась открыта – выскочил в самый последний момент, захлопнул ее и остановился.

Дальше бежать оказалось некуда – крошечная полутемная комнатушка, в которой он оказался, больше напоминала чулан, в который кто-то засунул старый письменный стол, а остальное пространство завалил бумагами.

– Ну, чего зенки выпучил? – бабка в синем клетчатом платке и бурой кофте, сидящая за столом, прямо-таки лучилась дружелюбием. Бумаг перед нею было ещё больше, чем на полу. Шкаф за ее спиной ломился от папок, часть грозила вывалиться ей на голову, но старуху это не смущало. В комнате пахло пылью и древностью.

– Т-там… т-там, за дверью, чудовище! – воскликнул Ян, указывая на дверь позади себя. Бабка не впечатлилась. – Оно сейчас сюда…

– Уймись.

Ян сжался, ожидая удара с той стороны двери, но в комнату почему-то никто не спешил ломиться.

– А-а… вы кто? – спросил он у бабки, слегка расслабившись.

– Хомяк в пальто, – буркнула та. – Давай, садись, – она указала на колченогий табурет, робко притулившийся у стола, – записывать тебя буду.

– Э-э… а зачем?

– Затем. Правила такие, чтобы ни одна живая душа неучтенной не осталась. Прибыл – значится, записываю.

– Куда прибыл?

– Сюда, – бабка достала из ящика листок бумаги и, пристроив его прямо поверх бумажных залежей, взялась за карандаш. – Имя, фамилия, возраст, род занятий.

– Ян Кокошкин… Простите, а где я нахожусь?

– Пока нигде. Лет сколько?

– Как это нигде?

– Стало быть, шестьдесят, – заявила старушенция. – Так и запишем.

– Что? Какие шестьдесят? Мне всего двадцать пять!

– Так бы сразу и сказал. Работал кем?

– Вы на вопрос не ответили.

– Дворником, значится, работал. Или нужники чистил? – бабка приподняла кустистую бровь.

– Дво… что? Дизайнер я, флорист! Цветами занимаюсь.

– Стало быть, цветочник. Так и запишем, – послюнив карандаш, бабка принялась выводить каракули.

Ян махнул рукой, в сложившейся ситуации спорить по мелочам было глупо.

– Уровень владения магией?

– Чего?

Старуха вздохнула.

– Молодой, а глухой. Чего умеешь, спрашиваю. Зелья варить, проклятья накладывать, нежить поднимать?

«А старушка-то не в себе», – подумал Ян и попытался отодвинуть табуретку подальше от стола, вдруг кинется.

Проследив за тщетными попытками, бабка усмехнулась:

– Не надейся, заговоренная. Много вас тут, умников, табуретки тырить. Ты давай, не отвлекайся, на вопрос отвечай. Ну? Чего умеешь?

– Ничего, – рассердился Ян. Бредовость ситуации зашкаливала, а тут еще бабка эта дурацкая…

– Ну ничего так ничего, – неожиданно успокоилась она, – значится, с нуля учиться пойдешь. В магическую академию.

– Да не хочу я ни в какую академию, мне на работу завтра! Как отсюда выйти?

Ян вскочил, огляделся по сторонам, но другой двери не нашёл, обнаружил только крохотное оконце под потолком, затянутое паутиной.

– Сядь, – произнесла старуха. Ноги подкосились, и Ян, вопреки желанию, плюхнулся обратно на табурет. – А теперь послушай, – голос бабки пробирал до костей, заставляя оцепенело внимать. – Забудь о доме, тебе туда не вернуться. Твои магические способности – ключ. Используй его с умом, в новой жизни он тебе очень пригодится.

– Но у меня нет никаких способностей, – наконец «отморозился» Ян.

– Раз ты смог ко мне зайти, значит есть.

– Но я просто убегал и открыл дверь!

– Во-от. Те, у кого нет магических способностей, дверь не видят.

По спине Яна пробежал холодок.

– И что они тогда? Умирают?

Бабка пожала плечами.

– Понятия не имею. Этим проходимцы занимаются. Те двое, что проход охраняют. Я только за порядком слежу. И вообще, – она схватила бумажку и сунула Яну под нос, – хватит языком молоть, на-ка, подписывай – и на выход.

Ян пробежался взглядом по каракулям.

– Вон там, внизу, – перед носом возник карандаш.

Словно во сне Ян подписал бумагу и протянул обратно старухе.

– Вот и славненько, – та упрятала ее в папку. – А теперь марш отседова! – Повинуясь приказу, ноги сами понесли Яна к новой, внезапно возникшей двери – узкой, невысокой и ужасно замызганной. Ладонь сама схватилась за ручку, потянула – и он шагнул в неизвестный мир.

Глава 2. Соратники по несчастью

– О, еще один нарисовался, – послышался ехидный возглас.

Подождав, пока глаза привыкнут к свету, Ян огляделся. И тут же напрягся. Помещение, в которое он попал, напоминало раздевалку в бассейне: ряд кабинок и лавочка, на которой сидели двое парней. Один – пухленький, рыжеватый, похожий на колобка, в пляжных шортах, футболке и сланцах; другой – типичный байкер, в косухе, кожаных штанах и высоких ботинках на шнуровке, на голове – бандана с черепушками. Раздевалки в бассейнах, где нужно прилюдно раздеваться, Ян не любил. Байкеров не любил еще больше. Раздеваться при байкерах – это вообще было за гранью, и он решил, что будет упираться до последнего.

– Ну, чего уставился, красавчик, – произнес тип в косухе. – Проходи, садись, вместе куковать будем, – Ян, глянул на него опасливо и сел рядом с колобком. – Как знаешь, – усмехнулся он.

В помещении воцарилась тишина.

«Дичь какая-то», – подумал Ян. Вспомнил о недоеденной пицце, ждущей дома в холодильнике, о недосмотренном сериале, и загрустил. А тут еще и желудок, как назло, заурчал, и звук этот в тишине оказался подобен грому.

– Там, в крайней кабинке, есть вода и еда, – сказал колобок. Голос у него оказался неожиданно басовитым.

– Спасибо, – ответил Ян и, покинув лавочку, двинулся в указанном направлении.

Дверца кабинки оказалась закрыта, ручки не обнаружилось. Ян сердито уставился на парней, решив, что те издеваются.

– Жаль, не свезло, – погрустнев, произнес байкер.

– Видишь ли, – пояснил колобок, – мы тоже не можем ее открыть.

– Так с чего вы взяли, что там что-то есть?

– А ты понюхай.

Ян подумал, что это еще один прикол, но потом ощутил легкий, едва уловимый запах. Осторожно приблизив лицо к прорезям в дверце, вдохнул поглубже. Пахло жареным. Мясом или пирогами – не так уж важно. Определенно, там, в кабинке, лежало что-то съедобное.

Ян поковырял ногтем замок – тот, естественно, не поддался.

– Даже отмычка не берет, – произнес байкер и вздохнул.

– И давно вы тут сидите? – спросил Ян.

– А фиг его знает.

– Тут часы не работают, – пояснил колобок. – И телефон тоже. Аномальная зона.

– Так, может, обратно вернемся? – предложил Ян. – К бабке. Спросим, что к чему.

И он направился к двери.

– Не-е-ет! – в один голос завопили новые знакомые, бросаясь наперерез. Но Ян уже взялся за ручку и потянул дверь на себя…

В безумном прыжке байкер оттолкнул его в сторону. И вовремя – из приоткрытой двери вырвался поток пламени, словно в заваленной бумагой каморке сидела не бабка, а дракон. Колобок пнул дверь, и она с грохотом захлопнулась.

– Что это было? – воскликнул Ян.

Байкер выдал в ответ длинное непечатное ругательство.

– Магия, – расшифровал его слова колобок. – Эта дверь, похоже, работает только в одну сторону.

– И что нам теперь делать?

– Ждать, – ответил колобок, возвращаясь на лавку.

Байкер тоже уселся на место. Делать было нечего, и Ян к ним присоединился.

– А если кто-нибудь захочет в туалет? – спросил он после некоторого раздумья. И тут же понял, что задал этот вопрос очень, очень зря – организм сразу напомнил о выпитой недавно бутылке воды.

– С этим-то как раз нет проблем, – обрадовал его колобок. – Туалет вон там, – он указал в угол. Ян был готов поклясться, что еще минуту назад никакой двери там не было. Тем более с табличкой «О».

– Почему «О»? – спросил он.

Байкер хохотнул.

– Потому что там офигенно.

– Там что, тоже… это? В смысле, огонь? – Ян подошел к двери, но открывать ее не спешил.

– Огнище, – байкер заржал совсем уж непристойно.

– Вовсе нет, – успокоил Яна колобок. – Открывай, не бойся.

И Ян открыл. Взгляду предстало великолепие деревенского сортира с мощным налетом царственности – деревянный постамент с дыркой был расписан яркими узорами, стены обиты шелком, а кувшин и тазик для умывания украшены драгоценными камнями. Апофеозом стало позолоченное унитазное сидение, украшающее дыру.

Справлять нужду в таком сортире было странно, но Ян справился. А потом, когда попытался вымыть руки, обнаружил, что вода в кувшине не кончается, и в голову пришла замечательная мысль.

– Парни, а давайте в это пламя, что за бабкиной дверью, водой из кувшина плеснем? – предложил он, выходя обратно в раздевалку.

Парням идея понравилась, но воплотить её в жизнь они не успели – в совершенно глухой стене внезапно распахнулась дверь, и недовольный голос произнес: «Вы зачислены в магическую академию для иномирцев. Добро пожаловать».

Последняя фраза была сказана таким оскорбительным тоном, что Яну захотелось сказать в ответ какую-нибудь гадость. Но он не стал, поскольку говорить ее было некому – за дверью обнаружился коридор с каменным полом и белыми стенами, абсолютно пустой.

Парни переглянулись и по одному перешагнули порог.

– Следуйте за белым драконом, – произнес все тот-же голос.

Над головами захлопали крылья, и в воздухе зависло странное существо, похожее на плохо ощипанную курицу.

Байкер расхохотался.

– И это дракон?

Курица открыла клюв и от души харкнула в него огнем.

– Ах ты чучело! – он замахал руками, сбивая с косухи язычки пламени. Ответное клокотание курицы сильно смахивало на смех.

Птица развернулась и устремилась вперед по коридору. Летела она так стремительно, что всем пришлось перейти на бег. Ян со спортом не дружил, и, когда они подбежали к огромной двустворчатой двери, вконец запыхался. Курица, не сбавляя скорости пролетела прямо сквозь деревянное полотно. Байкер тоже попытался, но треснулся головой, пришлось искать ручку.

Ручки не было.

– Да что за место такое дурацкое, – произнес он, потирая ушибленный лоб.

– Может, постучим? – предложил колобок.

– Ногой, – добавил Ян, в котором, то ли от быстрого бега, то ли от странности обстоятельств, проснулся незнакомый ему доселе пласт личности. Он даже отвел ногу назад, чтобы пнуть посильнее… и тут дверь открылась. Наружу.

Чертыхнувшись, байкер чудом успел отскочить. Колобок тоже оказался проворным, Ян сам не понял, как сумел увернуться – столь невероятной ловкости он прежде за собой не замечал.

– Ух ты, – произнес байкер, оценив открывшийся вид.

Глава 3. Отбор

За дверью обнаружился актовый зал со множеством кресел, занята из которых была лишь малая часть. На первый взгляд здесь находились самые обычные парни и девушки, если не считать странного цвета волос и не менее странного цвета кожи некоторых из них. Вдали виднелась сцена, на которой стоял стол, а вот за столом…

Их было четверо: человек с головой ежа, женщина-крыса, старик с огромными рогами, закрученными в спираль, и эффектная брюнетка, в которой чувствовалась какая-то странность, но из-за расстояния Ян не мог разобрать, какая именно.

– Входите! – взревел рогатый старик. Ян и его спутники переглянулись. – Да поживей! Садитесь! – Ян пригляделся к креслам, ожидая подвоха, но те выглядели вполне обычными, и он рискнул – сел неподалеку от входа. Байкер и колобок устроились рядом с ним. Весь зал внимательно наблюдал за происходящим, некоторые даже рты приоткрыли. Под прицелом множества глаз Ян чувствовал себя неуютно, приятели, судя по напряженным лицам, тоже. – Итак, все в сборе. Тогда начнем, – рогатый старик окинул грозным взглядом присутствующих. – Как вы все уже поняли, вы находитесь в академии для иномирцев. Знаю, что вы задаёте себе вопрос: «Почему я?» Считайте, что вам повезло. Меня зовут ректор Хром, эти почетные гроры, – он указал на своих коллег, – деканы. Грора Минха заведует факультетом бытовой магии, – женщина-мышь слегка наклонила голову, – грор Триб – факультетом природных чудес, – мужчина-еж кивнул, – а грора Ривансолия – факультетом магии подчинения. Брюнетка улыбнулась, и Ян вздрогнул, увидев ослепительно-белые вампирские клыки. По залу прокатился вздох ужаса. – А сейчас пару слов о нашей академии и о том, что вас ждет. Прошу, грора Ривансолия, – старик кивнул вампирше.

– Благодарю, грор Хром, – она удостоила ректора ответным кивком и перевела взгляд в зал. Зал вздрогнул. – Итак, мои дорогие, – произнесла она тягучим грудным голосом, – вы попали. Попали к нам, и должны этому радоваться, потому что ваши менее удачливые земляки кончают дни совершенно в другом месте. Покажите им, грор Триб.

Человек-еж взмахнул руками, и перед сценой возник экран, на котором показалось поле, усеянное камнями и палками. Картинка приблизилась, и Ян увидел, что это черепа и кости.

– Вот так, – продолжила вампирша. – Вот какой участи вам удалось избежать. Вас спасли магические задатки, и теперь у вас есть шанс окончить свои жизни в куда более благоприятных условиях. В каких именно – зависит только от вас. Обучение в академии занимает год. Ещё два года будут у вас в запасе на тот случай, если за год пройти программу вы не успеете. Не сможете уложиться в срок – окажетесь сами понимаете где. А сейчас мы будем определять ваши способности и зачислять на факультеты.

Экран исчез, на сцене появилась металлическая тренога с большим стеклянным шаром. Внутри шара что-то посверкивало.

Ректор взял список и принялся вызывать на сцену по-одному. Способности у народа обнаруживались самые разномастные: у кого-то – выращивать цветы (Ян и не думал, что это магическое умение), у кого-то – превращать песок в бумагу, кто-то мог доставать из ниоткуда всякие вещи, а у кого-то был дар выигрывать в щелбаны. Слушая странные имена и фамилии, Ян понял, что под раздачу попал не только его мир.

– Ян Кокошкин, – наконец прозвучало и его имя.

Байкер, которого происходящее изрядно веселило, тихонько хрюкнул. Бросив на него сердитый взгляд, Ян поднялся и отправился на сцену. Положил ладони на шар, зажмурился, ожидая, что вот сейчас мерзкий дребезжащий голосок выдаст какую-нибудь дрянь… и ничего не услышал. Прорицательская штуковина тихо потрескивала и гудела, посылая по телу мурашки, но говорить отказывалась. Ян открыл глаза и ахнул – шар под ладонями с каждым мгновением становился все чернее, словно в его стеклянных внутренностях зрела зловещая грозовая туча…

Подскочив, декан Ривансолия оттолкнула Яна в сторону. Чернота начала таять, и голосок, еще более мерзкий чем обычно, задыхаясь, воскликнул: «Темная магия! Очень, очень темная магия!»

В зале воцарилась тишина. Ректор и деканы переглянулись.

– Чем вы занимались в прошлой жизни? – спросил ректор Хром.

– Букеты составлял, – ответил Ян.

– Колдун, – вампирша приветливо оскалила клыки. – Сильный колдун. Беру его себе!

– Надо ли? – с опаской произнесла мышь? Тот же вопрос, только не заданный, читался во взгляде ежа. На лице ректора отразилась задумчивость.

– А может, вы просто домой меня отпустите? – предложил Ян.

Четверка переглянулась.

– Что мы, по-твоему, звери? – произнесла вампирша. – Ты же там всех угробишь с таким-то даром.

– Да чего я угроблю? У нас там все такие.

Ректор и деканы снова обменялись взглядами, теперь уже откровенно тревожными.

– Какой мир? – спросил ректор ежа. Тот порылся в бумагах, вытащил нужную, провел по строчкам когтистым пальцем и произнес: – 513гин2.

– Закрывайте доступ, больше никого оттуда не берем.

– А с этим экземпляром что? – спросила женщина—мышь. Красные глазки-бусины недобро блеснули.

– С этим? – ректор окинул Яна оценивающим взглядом. – Ну-у… может, тогда…

– Грор Хром, – решительно произнесла вампирша. – Это мой студент, туда он еще успеет.

Ректор нахмурился, еще раз внимательно посмотрел на Яна и произнес: – Хорошо. Под вашу ответственность, грора Ривансолия.

И Яна отпустили.

– Роберт Громыхалов, – заглянув в список, произнес ректор, и Ян, спускаясь со сцены, увидел, как со своего места поднялся колобок. Байкер тихонько заржал, прикрывая рот ладонью.

– Превращения! – воскликнул шар, не успел колобок до него дотронуться. – Сотворение пищи!

Так вот откуда еда в закрытом шкафу, догадался Ян.

– Факультет бытовой магии, – озвучил приговор ректор. И вызвал следующего: – Степан Жучкин-Сомов.

Байкер, бросив на Яна предупреждающий взгляд, двинулся на сцену. По залу пробежал смешок.

– Бабочки! – завопил шар несколько мгновений спустя. – Магия очарования!

– Природный факультет, – заявил ректор.

Байкер оказался последним. Когда он возвращался, на нем лица не было.

– Только засмейтесь, – предупредил он, демонстрируя здоровенный кулак. – Бабочки, блин…

– А я бы с удовольствием с тобой поменялся, – со вздохом произнес Роберт. Бабочки – это красиво. Это лучше, чем колбасу материализовывать.

– Да, я бы тоже с тобой махнулся, – буркнул Степан. – Зачем мне эта летающая фигня?

– С вами хотя бы все понятно, – вздохнул Ян. – А меня вообще чуть на кладбище не отправили. Если бы я и впрямь был могучий колдун, я бы вам помог. Вот так вот взял бы и поменял, – он представил перед собой два светящихся сосуда и, вытянув руки, передвинул один на место другого.

Над головой громыхнуло, вспышка ударила по глазам, потянуло дымом. Со сцены послышался звон разбитого стекла.

– А-а-а! – завопил кто-то.

И только потом Ян понял, что орет он сам. И потерял сознание.

Глава 4. Пробуждение

Очнулся Ян от холода. Обнаружил, что лежит под пушистым, но почему-то абсолютно не греющим пледом… совершенно голый. А еще у него ужасно болит шея. Тронув ее, он почувствовал две глубокие, почти затянувшиеся ранки… и резко сел, холодея от догадки. Хотя холодеть еще больше было некуда – все тело словно льдом набили, колючие куски заполняли грудь, руки, ноги и даже голову. Впрочем, там, в голове, уже начало таять – Ян почувствовал, как по щекам бежит влага.

«Да что за гадский день! – подумал он. – Я всего лишь пошел купить джинсы, а в результате оказался в какой-то жопе, да еще и покусанный вампиршей, и теперь всю оставшуюся жизнь мне придется пить кровь и сеять за собой трупы. Горы трупов!»

– Размечтался, – произнесла грора Ривансолия, словно тень выскользнув из-за полога кровати. – Трупы ему подавай. Раз в месяц по чайной ложке у проверенного донора. Если, конечно, не случится чего-нибудь чрезмерного.

– Вы что, еще и мысли читаете?

– Конечно. А ты как думал?

Ее интонация, тягучая, словно патока, внезапно оказала на Яна очень странное действие… Стянув плед в кучку, он закутался в него, словно в кокон, чтобы предательское возбуждение, так не вовремя давшее о себе знать, его не выдало. Идея оказалась глупой – вампирша, судя по насмешливому взгляду, обо всем догадалась. – Юный девственник, какая прелесть. А я-то думала, почему у тебя такая аппетитная кровь.

Ян был готов провалиться сквозь землю, холод в теле сменился обжигающим пламенем. В коконе из пледа мгновенно стало жарко, захотелось его сбросить, но Ян вовремя вспомнил, что не одет, и делать этого не стал. Грора Ривансолия негромко рассмеялась, отчего Яну стало совсем невмоготу.

Вампирша подошла ближе.

– Вставай.

Тело повиновалось приказу: ноги сами спустились на пол, руки откинули плед. Ян всеми силами старался не думать о том, что стоит обнаженный перед очень красивой женщиной. А тот факт, что она – вампир, делал ее еще более привлекательной.

– Рада, что я тебе нравлюсь, – голос обволакивал, проникая в сознание и лишая способности сопротивляться. – Потому что теперь ты полностью принадлежишь мне. Мыслями, телом и душой.

– А как же учеба? – с трудом выныривая в реальность, произнес Ян.

– Что? – растерялась вампирша.

– Учеба, – повторил Ян. В голове начало потихоньку проясняться. Идея оказаться на кладбище совершенно не грела, а вот ясности мозгам очень даже добавляла. – Вы сами сказали, что окончить академию надо максимум за три года. Как я учиться-то буду, если стану полностью принадлежать вам?

– Невероятно! – восхищенно воскликнула грора Ривансолия. – Такой способности к сопротивлению я еще не встречала! – сводящая с ума чувственность исчезла из ее голоса. – В таком случае стоит обговорить условия, – она протянула Яну шелковый халат, что висел на стуле возле кровати, – одевайся и следуй за мной, – и первая вышла из спальни.

Комната, в которую Ян пришел, оказалась кабинетом. Старинным, с деревянными панелями, массивным письменным столом и камином, на полке которого горели свечи в увесистых канделябрах. Яну представилось, что если таким канделябром съездить по голове, то…

– А вот этого не надо, – остановила его вампирша. – Присаживайся, – она указала на табурет возле стола. Сама же уселась в кресло, достала чистый лист бумаги. – Итак, раз ты у нас такой одаренный, к внушению непригодный, предлагаю следующие условия: ты уступаешь мне часть своей крови раз… скажем, в три дня, а я в свою очередь…

– Извините, – перебил ее Ян. – А разве вампир может пить кровь вампира?

Грора Ривансолия уставилась на него с недоумением, затем поняла, что он имеет в виду, и рассмеялась.

– Наивный юноша, от простого укуса вампирами не становятся.

– А как же тогда? – удивился Ян.

– Вампиром нужно родиться. Или пройти ритуал, тяжелый и опасный, не всякий смертный способен его пережить. Итак, ты уступаешь мне часть твоей крови раз в три дня…

– Извините, – снова перебил ее Ян, – а почему в три дня? Вы же говорили – раз в месяц.

Вампирша поморщилась.

– Раз в месяц – такой была бы твоя норма, а моя – раз в три дня. Не отвлекайся. Итак, ты даешь мне свою кровь раз в три…

– Раз в неделю, – Ян вспомнил навыки продаж, которые пыталась вложить в него начальница, и решил поторговаться.

– Почему это раз в неделю? – нахмурилась вампирша.

– Мой организм должен полностью восстановиться.

– Да твой организм даже не заметит такой потери.

– А-а-а… все-равно. Вы будете меня отвлекать, а мне учиться надо!

– Хорошо, как скажешь. Только потом за мной не бегай и не проси, чтобы я тебя… кх-м, укусила.