- -
- 100%
- +
«Домашние образование никогда не заменит университетское. Основной его упор делается на гуманитарные науки, из математики преподаются только основы. Этого не достаточно, кругозор женщин должен быть дополнен и естественными науками. Кроме того, человек может родиться бедняком, женщиной, но при этом обладать дарованием, наделяющем его способностью познавать науки. Только представьте, сколько таких людей жило на Земле. Возможно, их способности были уникальны, но общественный строй не дал им развить свой дар».
Алекс ожидал подобного ответа. Он смотрел на девушку, как на ребенка, который готов топнуть ножкой, только лишь бы все было по его.
– Возможно, вы правы, Джон. Кстати, вы не интересуетесь политикой?
Джейн политика была не интересна. Из своей комнаты она иногда слышала, как отец говорит с заказчиками о новостях. Нововведения мало касались ее жизни, поэтому она пропускала их мимо ушей. Девушка замотала головой.
– Зря, Джон. Политика определяет систему, в которой мы живем. Присмотритесь к законам и позиции властей, и вы сможете выжить в этом мире, имея даже самые революционные взгляды. Нельзя же вот так просто выйти на улицу и кричать лозунги о бедняках и женщинах, вас попросту сразу упекут за решетку.
Джейн впервые задумалась о том, что произошло бы, если она озвучила бы свои желания и мысли. Нет, ее не ждала бы решетка, она и до площади не дошла бы. Просто отец определил бы ее сразу в монастырь.
«Что же тогда делать? Как изменить этот мир?».
Алекс развернул жеребца, им надо было возвращаться обратно к чулкам и туфлям Джейн.
– Что делать? Зародить зерно сомнения. Заставить увидеть людей мир будущего. Такой мир, каким видите его вы. И я все-таки хочу немного разбавить ваши горькие мысли. Я знаю нескольких женщин, которые занимаются наукой с не меньшим профессионализмом, чем мужчины. Одним из наиболее ярких представителей женского академического труда является Кристина Роккоти. Она имеет ученую степень по философии и в настоящее время является президентом академии наук в Ровиго. И наверняка вы читали «Историю Англии» Кэтрин Маколей, этот монументальный труд тоже нельзя забывать. В моей библиотеке вы можете найти труды замечательного математика Марии Аньези «Основы анализа». Благодаря упорной работе она стала профессором математики, физики и натуральной философии Болонского университета. И немного ранее другая ученая дама в том же университете была назначена профессором анатомии. Однако все эти женщины принадлежали к высшему классу. Для того чтобы возможности женщин расширились, должны измениться устои общества, преломиться взгляд на проблему.
Джейн с интересом слушала Алекса. Ей было известно, каким она хочет видеть этот мир. Как же она может зародить сомнение в умах? Пока девушка размышляла о глобальных проблемах, Алекс наблюдал за ней. Ее волосы высохли и завились кудряшками, слегка вздернутый носик немного покраснел от солнца. Любой, кто увидел бы ее такой, без труда опознал бы в ней женщину. Этого Алекс допустить не мог.
– Нам надо возвращаться, готовы? – мягко спросил он, подняв чулки и башмаки.
Джейн взяла из его рук вещи и кивнула. «Прискорбно. Для того чтобы быть рядом с ним, общаться, я вынуждена молчать! Молчать и притворяться!» – с горестью думала она, натягивая белые гольфы. Ей так хотелось поговорить с Алексом, она чувствовала себя очень комфортно в общении с ним. «А если не смотреть на него, то вообще все замечательно!» – думала она, с замирающим сердцем ощущая, как сильные руки поднимают ее вверх.
Алекс подсадил девушку, и сам, запрыгнув на скакуна, пустил его рысцой вверх по взгорью.
Добравшись до дома, он приказал писарю подняться к себе и привести себя в порядок. Гости должны были прибыть после обеда. Сегодня же Джейн должна была приступить к выполнению своих новых обязанностей.
В три часа дня две кареты подъехали к парадному входу, из первой вышла дама и молодой человек. Они поспешили спрятаться от жары в доме.
Джейн спустилась вниз в тот момент, когда брат и сестра тепло приветствовали друг друга. Встав сбоку от лестницы, она ждала, когда ее представят, и осторожно рассматривала женщину. Без сомнения та обладала отличным вкусом и красотой и несколько отличалась от своего брата. Прежде всего, ростом. Увы, Джейн не видела в ней товарища по несчастью, рост женщины был средним. Она обладала изящными тонкими чертами лица, и, по-видимому, волевым характером. Это чувствовалось подсознательно по тому, как она двигалась, по наклону ее головы, взгляду. Ее темные волосы были заделаны в высокую прическу, карие глаза критично оценивали людей и обстановку. На вид даме было чуть больше тридцати лет.
– Здравствуй дорогой мой, – пропела она, улыбаясь.
– Роуз! Ты прекрасно выглядишь!
Алекс приподнял руку сестры и лишь легким намеком прикоснулся к ней.
– Стоило тебе написать, и вот мы здесь! Неужели ни одной правильно выполненной задачи?
– Увы, это так!
– Франсуа?
Молодой человек сделал шаг вперед.
– Мам, я очень старался, но математика, геометрия – это не мое! – честно признался он.
– Ничего, дядя Алекс нашел тебе учителя. Где он?
Алекс повернулся к Джейн, которая стояла позади него.
– Это Джон, он довольно молчалив, зато в математике соображает не хуже профессора. Джон, познакомься с моей сестрой миссис Роуз Бонье и племянником Франсуа. Франсуа будет твоим старательным учеником.
Роуз задумчиво посмотрела на Джона, который в знак приветствия поклонился ей. Задумчивость, сменилась благодушием.
– Здравствуйте, Джон! Вы поможете нам познать столь трудный предмет?
Джейн достала из кармана лист бумаги и написала карандашом: «Да, миссис Бонье, я постараюсь вам помочь!»
Роус прочитала строки и вопросительно посмотрела на брата.
– Мистер Блэк, вы так молоды, а уже преуспели в математике! Но в преподавании у вас, как я понимаю, нет опыта?
Джейн медленно кивнула головой. И вот тут Франсуа почувствовал облегчение. Мать была очень щепетильна в вопросах образования, поэтому всегда нанимала опытных преподавателей.
– Ну, ничего, вот и потренируйтесь! – сказала вдруг Роуз, и улыбка сползла с лица ее сына.
«Когда мы можем начать?» – спросила Джейн.
– А вот прямо сейчас и начнете! Франсуа, вперед! – сухо сказала Роуз.
Франсуа почтительно относился к матери, но Джейн сразу поняла, этот парень – крепкий орешек.
Джейн открыла перед молодым человеком дверь в библиотеку и пропустила его вперед. Ее ученик бодро прошел в комнату, сел за широкий дубовый стол и со скукой посмотрел в окно.
– Послушай, – сказал он, не глядя на очередного учителя, – давай я тебе просто заплачу, а ты решишь эти задачи.
Франсуа обернулся, и в этот момент перед ним на стол с грохотом упала приличная стопа книг. От испуга он подскочил на месте, а потом удивленно воззрился на Джона, который облокотясь на стопку книг, в упор смотрел на него.
– Не отступишь, значит?
Джон закачал головой.
– Ну ладно, все равно ничего не выйдет.
В это время Роус наблюдала, как ее горничная распаковывает платья из больших коричневых чемоданов.
– Эмми, подготовь, пожалуйста, голубое платье, я надену его к ужину.
– Хорошо, миссис Бонье.
Роуз вышла в сад, она медленно прогуливалась по дорожкам в саду под зонтиком, с благородством чинной дамы читала сочинения Шекспира, в пик жары женщина пошла к пруду и, немного углубившись в заросли, нашла яблоню, полную красных сладких плодов. Воровато оглянувшись, миссис Бонье высоко подняла голову, высматривая удобные ветви для подъема наверх. Важная и порой напыщенная дама, гроза управляющих, рабочих и командующих судов, с ловкостью дворовой девчонки подтянулась на нижнюю ветку.
Франсуа вышел в восемь вечера на веранду. Там его дядя и мать пили чай с яблочным пирогом.
– Он – дьявол во плоти.
Родственники посмотрели на него с полным спокойствием.
– Три часа к ряду он заставлял меня учить параграфы учебника, строча свои каверзные вопросы, а потом предложил перерешать десять задач! За каждую неверную давал еще две дополнительные на ту же тему. Завтра он примется вытрясать из меня душу в час дня. Мам, может, поедем домой?
– Зачем же, мистер Блэк, по-моему, отлично справляется. Ты впервые занимаешься математикой больше тридцати минут. Даже не знаю, как ему это удалось.
– Он запер все двери и окна на ключ. А потом бросил ключи в узкую вазу. У меня туда рука не пролезала, и я застрял.
Алекс захохотал. Девчонка, оказывается, умела закрывать двери тогда, когда хотела. Не то, что прошлой ночью.
– Черт! – прошептал Франсуа. Не найдя союзников, он быстро поел и отправился наверх, отсыпаться после тяжелого дня.
Джейн пропустила ужин, она не хотела вмешиваться в дела семьи, но и к слугам ее тоже не тянуло. После дня притворства ей просто хотелось побыть собой. Она отправилась к себе и больше в этот вечер не выходила из комнаты. Ей было о чем подумать, ведь словоохотливый Франсуа принес ей неожиданную новость. Одна из девушек, навестившая Алекса Бейкера в вечер их первой встречи, пропала. Все в городе видели, как дамы отправились к нему, заметили они и возвращение девиц. Как и в предыдущих случаях, жертвой похищения стала девушка двадцати лет. В этом был какой-то символизм, и все это, похоже, все-таки было связано с Алексом. Дело принимало очень опасный оборот, власти рано или поздно доберутся до Бейкера. Ей надо было спешить. С этих пора она решила вести запись наблюдений за хозяином поместья. И еще ей надо было подружиться с Франсуа, он мог ей дать хоть какую-то информацию.
После ужина Алекс прошел на кухню, предполагая, что Джейн может быть там.
– Где Джон?
Повар в это время выходил из кладовой, а его помощник чистил песком сковороду.
– Не было.
– Отнеси ему в комнату ужин.
Стоило Алексу выйти, и повар коротко скомандовал:
– Слышал, что велено, поторапливайся. Положи ему двойную порцию. Не знаю, где мальчишка раньше жил, но таких худосочных я еще не видел.
Алекс вернулся в библиотеку. Он занял свое любимое кресло, вытянул ноги перед камином. Это был спокойный вечер. Такие вечера редко случались в его жизни. Мужчина задумчиво смотрел на янтарное вино в бокале.
Дверь тихо открылась, в комнату вошла сестра. Роуз подошла к соседнему креслу. Ее благодушное настроение вдруг куда-то испарилось. Теперь перед ним была другая женщина. Женщина, которая в семнадцать лет сбежала с французским капитаном и вопреки родительской воле обвенчалась с ним. Характер Роуз был под стать всем членам семейства Бейкеров. После смерти мужа она вела все торговые дела семьи вот уже на протяжении пятнадцать лет. Так и распределились их роли. Алекс защищал их от власти короны, Роуз следила за порядком в делах. Она была его верным союзником.
Женщина некоторое время смотрела на огонь в камине, а потом строго произнесла:
– Признавайся Алекс, что у тебя в доме делает девица, переодетая в мужчину?
Алекс хитро улыбнулся и перевел взгляд на сестру. Он ждал этого вопроса.
Глава 2
На следующее утро Джейн решила изменить тактику расследования. В отдельной тетради были записаны причины, по которым исчезновения девушек могут быть связаны с Алексом Бейкером. Одна из них гласила, что убийца пытается отомстить графу, подвести его на гильотину. Однако и сам преступник рисковал. И, по-видимому, основание для такого риска у злоумышленника было веское. Причиной могли служить деньги, имущество, кровная месть, женщины. Джейн трудно было вести расследование. Ее объект для наблюдений больше любил поговорить на отвлеченные темы, его жизнь была на виду лишь поверхностно, большая часть оставалась скрытой. И все-таки именно Алекс должен был привести ее к убийце. Джейн решила действовать обходными путями. Она стала ходить к слугам на кухню. Скромный Джон просто сидел за столом, тихо пил чай и прислушивался к разговорам. Между собой работники говорили на хинди, однако знание языка ни в коей мере не помогли Джейн. Люди не обсуждали своего работодателя даже за глаза. Тогда Джейн пошла другим путем, издалека. Вопрос она задала простой: легко ли было устроиться на работу к мистеру Бейкеру? И вот тут ее накрыла волна людских эмоций. Они вообще не устраивались к нему на работу. Эти встречи были спонтанны и судьбоносны. Амита Алекс спас от виселицы, его помощника вытащил из тюрьмы. Они работали на него, получая очень хорошее жалование, и были довольны.
Историю каждого слуги она записывала, после возвращения в свою комнату. Оказалось, что Алекс Бейкер очень часто путешествовал в английские колонии. Его дела там не были для окружающих очевидны. Он мог пропасть, потом неожиданно возникнуть в каком-нибудь отдаленном селении или, наоборот, с легкостью вращаться в местном обществе. При этом все вокруг знали, что он прибыл для расследования, но потом быстро про это забывали, ведь детектив занимался вполне обыденными для аристократа деловыми вопросами торговли, а между ними наносил визиты, принося переселенцам новости из родной страны. До поры до времени все шло тихо и мирно, а потом происходила поимка преступника. И тут уж гостя видели другим, зачастую не очень благодушно настроенным. Такая перемена пугала людей, как и то, что Бейкеру было совершенно неважно насколько богат и титулован преступник. Его задачей было разыскать его, а что с ним делать дальше, решали власти. Так как обычно в его руки попадались убийцы и мучители, то большинство из них отправились на виселицу.
Этот человек был крайне загадочен. У него был фамильный особняк, семья, но он предпочел обустроить свой дом, наполнить его не слугами, а скорее собратьями по оружию. Тот же самый Амит выполнял функцию дворецкого только потому, что в этом доме не могло быть посторонних людей. Когда они снова окажутся в деле, от чопорности индуса не останется и следа. Он опять станет мастером боевых искусств, тактиком.
Чуть больше об Алексе знали только Франсуа и Роуз. Франсуа был более словоохотлив, поэтому с ним она могла говорить практически начистую. Как-то ближе к концу занятий Джейн написала на листе: «Ты знаешь о том, что в городе пропали не одна, а несколько девушек?»
Франсуа резко поднял голову и медленно кивнул.
– Да, но между ними нет никакой связи. Они не общались между собой. Между похищениями разные промежутки времени. Кажется, он действует спонтанно. Власти заявляют, что началось расследование. Мэр и его ищейки допрашивают горожан, дважды говорили с моим дядей на прошлой неделе.
Джейн заволновалась. Пассивные действия не помогали, нужно было действовать более решительно, теперь до Алекса могли добраться в любую минуту.
«Система есть. Всем девушкам было двадцать лет. И накануне исчезновения каждая из них общалась с мистером Бейкером».
Франсуа посмотрел в глаза Джейн.
– Вы подозреваете моего дядю? – слегка возмутился он.
Джейн закачала головой в знак отрицания и начала быстро писать.
«Нет, я думаю, его кто-то пытается подставить. Если рассуждать логично, этот человек должен быть местным. Кому, как не местному жителю, знать точный возраст похищенных! При этом преступник знаком с мистером Бейкером. Ты часто ездишь в город с дядей. С кем он общается, и есть ли у него там давние знакомые?»
Франсуа провел руками по волосам, вспоминая их недавнюю поездку к мэру. Дядя со многими здоровался, но говорил лишь общие фразы, свойственные поверхностному знакомству. Все, о чем он узнал, не очень ему нравилось. Рассуждения учителя казались ему логичными. И так уж выходило, что его дядя может быть теперь обвинен в похищениях.
– Нет, я не замечал людей, с которыми он общался бы как с давними знакомыми. И я думаю, тебе стоит все это рассказать Алексу.
Джейн задумалась. Дело усложнялось, за две с половиной недели она так ничего и не узнала. «Значит, нужна провокация, наживка! Преступник должен узнать, что я нахожусь в поместье Бейкеров!» – думала Джейн, смотря, как Франсуа убирает книги.
«Франсуа, мистер Бейкер учит меня верховой езде, и я хочу еще попрактиковаться. Составишь мне завтра компанию?» – спросила она, положив лист бумаги поверх стопки книг, которую собрал ее ученик.
Франсуа кивнул головой. Он даже представить не мог, что его учитель только что расстегнул воротничок перед эшафотом.
На следующее утро ближе к обеду Франсуа и Джейн выехали из поместья, предупредив всех, что они прогуляются по округе. Каково же было удивление молодого человека, когда его учитель направил Грома не к реке, где обычно проходили конные прогулки, а к городу.
Они проехали по центральной улице нарочито медленно. Большая часть людей не обратила внимания на двух молодых людей. Однако были и те горожан, которые все еще помнили Джейн, или просто хотя бы иногда замечали высокую девушку в плаще с капюшоном, по великим праздникам сидевшую в церкви на самой дальней лавке. Так было задумано. Уже к вечеру весь город будет говорить о дочери священника в мужском костюме, которую сопровождал Франсуа Бонье – юный племянник самого Алекса Бейкера. Ловушка захлопнется, для преступника она станет лакомым кусочком.
Выехав из города, Джейн направила Грома в поля и пустила его галопом. В дороге девушка ничего не говорила, а после того, как они остановились у конюшни, вызвалась отвести скакунов в стоило.
«Отец узнает обо мне только после того, как все будет кончено. Не будет больше приятных бесед, прогулок возле реки. Я попрощаюсь с этим городом, с поместьем и его обитателями навсегда», – думала Джейн, гладя черную гриву Грома. Ее личная свобода и жизнь Алекса Бейкера для нее были равным обменом. Прижавшись лбом к голове жеребца, девушка закрыла глаза, по ее щекам потекли тихие слезы. Она думала о том, что теряет, прежде всего, о вечерах у камина в библиотеке. В эти тихие часы она могла спокойно читать книгу за столом, а Алекс, сидя в любимом кресле, смотрел на огонь и думал о своем. Иногда тихое течение бытия нарушалось, и вот они уже два спорщика, он идет в наступление, и его тут же ждет достойный ответ по любому вопросу. Им обоим было очень хорошо друг с другом. Джейн это чувствовала. Она мечтала о том, чтобы иметь возможность вот так просто быть рядом с ним. И все равно эти мечты были далеки от реальности.
День прошел спокойно, и только ночью Джейн настигла паника. Как бы ей хотелось спрятаться в доме и никуда не выходить. Однако преступник вряд ли решится проникнуть в дом Бейкера, ей придется чаще появляться на улице, стать легкой добычей. Каждый час приближал ее к развязке. Власти могли арестовать Алекса, да и слух о том, что она живет в поместье стараниями местных жителей дойдет до ее отца дня за два. Еще столько же времени уйдет на его возвращение домой. Ей необходимо было узнать истину до того, как она снова вернется к себе домой.
На следующий день девушка угостила Грома кусочком сахара и побрела медленно к пруду. В эти часы природа была спокойна. Джейн медленно обошла водоем по тропинке, у низкого берега присела на корточки и стала наблюдать за водомерками, бегающими по водной глади. Небо и облака отражались в воде, природное зеркало украшали лилии и камыши. Затишье. Именно в этот момент она увидела в отражении знакомое лицо. Это заставило ее вздрогнуть и резко подняться.
– Извините, Джейн, я вас напугал? – мягко произнес молодой священник.
– Немного! – не стала лгать девушка, стараясь вспомнить имя служителя церкви. – Доброе утро, отец Ролан.
– Я слышал, вы теперь живете в поместье. Ваш отец, как я понимаю, не знает об этом? – спросил он, и его лицо приобрело заостренные черты, выплескивая на собеседника поток высокомерия и брезгливости.
Джейн медленно закачала головой. Она была сбита с толку, похоже, отец Ролан пришел сюда так рано, чтобы направить ее на путь истинный. Это значительно осложняло ее задачу.
– Нет, он не знает об этом.
– Джейн, я думаю, вам лучше вернуться домой. В городе уже поползли слухи, мы должны пресечь их, иначе доброе имя отца Грегори будет заклеймено позором, – жестко произнес священник.
– Я не делала ничего предосудительного! Я работала писарем у мистера Бейкера. И практически все это время у него в гостя находится миссис Бонье, приличия были соблюдены!
– Хорошо, просто успокойтесь и следуйте за мной! Вам больше не следует возвращаться в этот дом, иначе мне придется раскрыть правду мистеру Бейкеру.
Джейн обернулась, сожалея лишь о том, что не успела в последний раз увидеть Алекса, попрощаться с ним.
– Хорошо, я иду.
Священник шел впереди, Джейн плелась за ним. Выбранный путь несколько удивил ее. Вместо того чтобы обогнуть город, он шел в его центр, а ведь несколько минут назад этот же человек переживал за ее репутацию.
– Мы только зайдем в церковь! Я хочу отдать вам на реставрацию несколько книг, – сказал он, как будто прочитав ее мысли.
Внутри девушки поднялась волна паники. Догадка осенила ее словно гром среди ясного неба! Это был он, тот, кого она искала. «Он знает их даты рождения из церковной книги!» – размышляла она, смотря в затылок священнику. Она могла поднять шум в городе, позвать на помощь, однако тогда ей не удастся узнать, где он держит пленниц. Оставалось действовать по ситуации.
Улицы этим ранним утром оказались пусты. Он избегал центра города, подойдя к церкви с черного хода. Открыв коричневую скрипучую дверь, отец Ролан пропустил Джейн внутрь.
– Подождите меня здесь, я схожу за книгами, – предупредил он прежде, чем исчезнуть в общем зале.
Эта комната служила складом для церковной утвари. Помещение было совсем небольшим, в нем пахло свечами, которые хранились в открытых ящиках, бумагой и сыростью. Девушка скрестила руки на груди, прошла вдоль стеллажей, рассматривая их содержимое.
Ролан вернулся достаточно быстро. Стоило ему войти в комнату, и Джейн сразу поняла, что перед ней другой человек. Личина абсолютного зла как будто всегда просматривалась в его поведении, выражении лица.
Джейн попятилась к двери. Но было уже поздно, один прыжок и вот ее уже оттаскивают от выхода, сильная рука зажимает рот и не дает кричать. Девушка сопротивлялась до тех пор, пока перед ее горлом не появился нож.
– Не рыпайся. Пошла вперед к кафедре.
Когда нож отошел от шеи, Джейн медленно пошла вперед. Все ее движения были плавными, она не хотела раздражать мужчину. Когда они оказались у алтаря, Ролан ногой отодвинул кафедру. Под ней в каменном полу был небольшой дощатый люк.
– Открывай.
Джейн дернула за кольцо. Люк оказался неимоверно тяжелым, по-видимому, похититель укрепил его и сделал звукоизоляцию. Через кладку пола вниз уходил лаз.
– Давай туда.
Джейн замотала головой. Мужчина схватил ее за шиворот и грубо подтащил к люку. Тут она уже сопротивлялась, как могла, пока не сорвалась в бездну…
Джон не появился к завтраку в поместье Бейкеров. Семейство решило не беспокоить его, считая, что он просто проспал. Ближе к полудню Франсуа как обычно пришел на занятия в библиотеку и к своему удивлению не обнаружил там своего учителя. Прождав полчаса, он поднялся наверх и постучал в первую дверь. Ему открыл молодой индус.
– Где комната Джона?
Слуга кивнул в бок и медленно закрыл створку.
Постучав в дверь соседней комнаты, Франсуа не дождался ответа. Это его беспокоило. Учитель мог заболеть и попросту не иметь сил, чтобы подняться с кровати. Приоткрыв дверь, молодой человек немало удивился. Комната была пуста! Кровать аккуратно застелена, на столе неровной стопкой лежали книги. Вполне мирная обстановка, и все же что-то тут было не так.
Франсуа сел на кровать, он оценил ее мягкость, пару раз качнувшись на матрасе, заглянул под подушку и обнаружил там белье. Покрутив перед собой женские панталоны, он прислонил их к себе, а потом, сложив все обратно, задумался. Его взгляд упал на тазик с принадлежностями для умывания. Встав с кровати, Франсуа присел на корточки и потыкал пальчиком в цветочное мыло. Он обернулся и заметил под кроватью тетрадь. С его ростом достать находку из-под низкого лежака было непросто. Размяв плечи, молодой человек поднес тетрадь к окну. Выражение его лица менялось медленно с отрешенного и задумчивого на ошарашенное. На каждого жителя дома в тетради было составлено подробное досье, отдельная страница была посвящена логической цепочке дела об исчезновении девушек. Франсуа тщательно изучил записи, и, наконец, дошел до последних листов, исписанных очень мелким подчерком. Это был своего рода дневник. Молодой человек дочитал его до конца, а потом буквально сорвался с места. На второй этаж он спустился, перепрыгивая ступеньки, а потом без стука ввалился в комнату дяди и швырнул тетрадь на стол.
– Она, она подставила себя!
Алексу не понравился паническое настроение племянника. Он спокойно отложил бумаги, взял тетрадь и начал ее листать.
– Давай по порядку.
Франсуа стукнул по столу кулаками и зарылся пальцами в волосах, начав мерить шагами комнату.