По краю твоей вселенной

Все герои вымышлены, все совпадения случайны.

Посвящается моей маме Наталье, как соавтору идей и самой лучшей подруге на свете!

Предисловие

– Так интересно,– ты держишь в руках чашку с ароматным капучино, а мне кажется, что моё сердце именно так и излучает свои флюиды. Они похожи на тонкие струи дыма и ты вдыхаешь меня, пробуя каждый раз на вкус, хотя знаешь его давно. Почему так?

– Потому что вкус любви всегда приятно ощущать снова и снова, хотя знаешь его наизусть!

– Значит – я тебя люблю!

– Видимо и я, раз решился и прилетел …

– А может, ты просто влюблён в мои книги? – подмигнув спросила Лера и подставила лицо уютному зимнему солнцу, под лучами которого просто приятно было находиться почти не щурясь.

– Ты умеешь влюбить каждого в свои иронические детективы, с любой страницы! – он сделал небольшой глоток и улыбаясь добавил. – Я помню, что написано в аннотации к каждой твоей книги:« Откройте эту книгу наугад, и начните читать любой абзац. Если первые строчки вызовут у вас какие-либо эмоции, то не сомневайтесь, это книга будет вам интересна». А я бы ещё добавил – что, если вдруг вы потеряли вкус к жизни, то один из способов его отыскать, я вам точно подскажу!…

– Да ты ещё и льстец!… Иди ко мне!… Вот умеешь ты ответить так, что и непонятно ничего: то ли комплимент, то ли лесть или всё-таки признание в любви?!

– А тебе вот так вот прямо в лоб надо, да?! Люблю, жить без тебя не могу!…

– Конечно!

Глава первая

Лера спешила закончить очередную главу нового иронического детектива и вечно делала ошибки. Приходилось стирать, удаляя иногда по целому абзацу, и заново, и снова… Вдохновение или как назвали бы его психологи – доминанта, явно требовала новой порции энергии, сродни экстазу. Единственная подруга Леры, как раз таки и была тем психологом, что часто помогала ей выйти из стопора, если привычные методы не помогали. Но звонить так рано было не комильфо, пить спиртное с утра тем более не хотелось, ничего не хотелось…

– Может просто пора отдохнуть? Сколько я без сигарет – день, два? Как же сложно бросать курить… в очередной раз. Куда деть ненужные мысли? В этом сером дыму, что с глубочайшим энергетическим порывом выдыхают мои лёгкие, всегда находятся нужные мысли и именно те слова, что так необходимы… А так, даже руке нечего делать и глаз не прищурен, и запахи все сразу стали острее ощущаться.

Кондитерская, на первом этаже, сегодня объявила ванильно-сдобную революцию и Лера готова была сдаться первой, и вступить в ряды сладкоежек, и нырнуть с головой в шоколадный фонтан.

Приезд на этот дивный морской курорт, на презентацию своего очередного бестселлера, хоть и был запланирован, но выбивал её из привычного ритма. А ритм был настолько скоростной, что Лера уже не могла остановиться и просто расслабиться. Она гнала, как будто с горы и без тормозов, чтобы забраться на новую вершину с разгону, без дополнительной помощи. Издательство, с которым она заключила договор, больше восьми лет назад, поставило её в жёсткие рамки и условия контракта не оставляли возможности выбора. Выбор конечно был, выбор есть всегда, но в данном случае – это был бы глупый выбор,– расторгнуть договор, когда до окончания контракта каких-то полтора года. Оставалось лишь немного потерпеть и, как говорится, на свободу с чистой совестью.

За окнами во всю разгорался рассвет, обещая тёплый майский день. Ночью была гроза. Окна гостиничного номера выходи на набережную и было видно как она постепенно начинает оживать, предоставляя всем желающим пробежаться или просто пройтись. От дождя почти не осталось и следа, лишь редкие лужицы поблёскивали под уютными весенними лучами. Воздух пах хвоей с повышенной концентрацией кислорода. Лера встала и распахнула настежь окно. Подняв обе руки вверх, она сладко потянулась и от души зевнула.

– Всё-таки есть своя прелесть в том, что бросаешь курить – запахи весны острее ощущаются, и если бы ещё не эта чёртова кондитерская!… Видимо не обойтись сегодня без сладкого,– она замотала неодобрительно головой, протестуя собственному эго. И тут новая волна карамельного дурмана, иначе Лера и не могла назвать этот пахучий невидимый дым, окончательно уверила её в желании спуститься в кондитерскую, и наесться сладостей.

Натянув первые попавшиеся джинсы из нехитрого гардероба, что уместился в небольшой чемодан, она мельком взглянула на себя в огромное зеркало. На фоне дорогой мебели и массивного портрета какой-то дамы эпохи ренессанса, Лера смотрелась современным подростком. Светло-каштановые волосы наспех собраны в неопрятный пучок на макушке и заколоты не чем иным, как простым карандашом. Тонкие черты лица в обрамлении высокого лба и слегка вытянутых скул, смотрелись мило и привлекательно, одни только глаза чего стояли. В этом омуте когда-то утонул Руслан, её муж. Радужная оболочка была окаймлена тёмным кольцом, и в этой бездне густой зелёной листвы хотелось раствориться навсегда. Объёмная белая футболка с огромной надписью на груди «Мне всегда 18, остальное стаж» как нельзя лучше дополняла образ. Никто бы и не дал ей больше двадцати пяти, хотя Лере было уже сорок два, а её сыну девятнадцать.

– Не в коня корм! – сказала она обуваясь и надевая огромные солнечные очки. – Интересно, сколько я ещё продержусь в этом весе? Ох, если бы не боли в спине… Я наверное уже растолстела бы до размеров большой надувной лодки. И судя по габаритам этого гостиничного номера, то вполне комфортно бы себя тут чувствовала! – она впервые огляделась внимательно вокруг и присвистнула от обилия роскоши и комфорта. С владельцем гостиницы предстояло встретиться вечером, на презентации своей собственной книги. Ещё нужно было передать ему увесистый пакет от общих, как оказалось, близких друзей. С Лерой их связывало соседство по даче, с давних времён, когда были живы: и бабушка с дедушкой, и папа. Поколения сменяли друг друга, а семейные традиции оставались неизменными. Дети росли, рожали своих детей, те рожали своих, а дачи стояли и, даст бог, что ещё долго будут стоять, и радовать домочадцев своим теплом, и уютом. Лера не стала уточнять, откуда у её соседей в знакомых владелец огромной гостиницы, а может и не одной, а может и не владелец, а президент какого-нибудь холдинга… Да какая разница, если ей нет никакого дела, до этого маленького, обрюзгшего и лысого старикашки,– она именно так представляла себе владельца: заводов, газет, пароходов… Эдакий Мистер Твистер, бывший министр…

Войдя наконец в кондитерскую, Лера подумала, что зря не надела корсет, ведь это единственное, что сейчас могло её остановить от соблазна попробовать все сладости сразу.

– Придётся плавать на час дольше, – сказала она улыбающееся девушке-продавщице, у которой видимо была аллергия на сладости, выглядела та как тонкая тростиночка. Её хотелось накормить и упаковать пару килограммов еды с собой, про запас, предварительно положив в карманы кирпичи, чтобы ветром не сдуло на улице. – И ещё вот этот эклер, пожалуйста! – добавила Лера и начала нагружать свой поднос всякого рода тарелочками и блюдцами, стараясь не смотреть на тощую продавщицу.

– Если вы всё это съедите, я завтра приглашу вас на завтрак, как почётного гостя нашего города,– раздалось откуда-то с дальнего угла. Лера заметила краем глаза лишь огромный белый колпак не меньше полуметра в высоту. – Верунчик, ну чего ты стоишь как на выданье, помоги девушке с подносом! – скомандовал тот же голос.

– Если это так же аппетитно на вкус как выглядит, то завтра я непременно к вам загляну! – улыбаясь сказала Лера, и вручила поднос той самой Вере-Верунчику. И тут же добавила. – А девушка тоже тут питается или вы держите её на диете?

– На то и расчёт! – неоднозначно ответил белый колпак и наконец вышел из-за огромного прилавка или почти вышел, скорее он выкатился «колобком». Лере захотелось потеребить его за румяные щёчки и поцеловать в курносый носик, до того он был упитанный, как большой малыш. – Добро пожаловать к нам, в «L'аппетит», – именно так именовалось это маленькое заведение. Разрешите представиться – Леонид.

– Очень приятно! Я Лера! – она поправила солнечные очки, которые предательски сползали на краешек носа и показала рукой в самый дальний угол кафе, у огромного окна. К счастью массивная гардина, висевшая явно для декора, прятала сидящего за ней, и с улицы никого нельзя было разглядеть. На витрине весело журчал шоколадный фонтан и притягивал к себе взгляды прохожих. Им было не до того, кто и что там ест, и сидит ли вообще кто-то внутри кафе. Столики были и снаружи, только время едва приблизилось к цифре восемь – слишком рано ещё для наплыва посетителей.

– Прекрасный выбор места! – захлопал в ладоши Леонид провожая взглядом Леру. – Желаю вам приятного аппетита!

– Спасибо!… Мне бы ещё чай, чашек пять-шесть, чтобы запить всё!

– О-о-о, у нас лучший чай на побережье, уважаемая Лера. Один момент и всё принесут.

Откусив от небольшого кусочка вишнёвого кекса, она зажмурилась от удовольствия. Есть в больших солнечных очках было совсем неудобно, пришлось их снять. По контракту ей не разрешалось выходить в свет без макияжа и причёски. На тыльной стороне книг, издательство размещало стильную фотографию Леры, при полном параде, с уверенным взглядом эксперта во всех областях детективного жанра, хоть и с большой долей иронии. Приходилось реже бывать на людях, чтобы не тратить драгоценное время на сборы ради того, чтобы купить буханку хлеба. Благо современный мир изобрёл интернет и с доставкой продуктов, да и всего остального, не было проблем. Но случались форс-мажорные ситуации, например как сегодня и Лера рисковала, потакая своему желанию поесть сладкого. Эта прихоть могла стоить ей контракта, но в последнее время, как ей показалось, за ней перестали так отчаянно следить. Будь она понаглей, то давно бы уже нашла выгодный контракт и совсем с другим, может даже более престижным издательством, но что-то всегда останавливало. Лера была дочерью дипломата и воспитывалась в строгости, привыкла выполнять обещания и держать слово. Она и от других требовала того же, хотя не раз была обманута, её предавали, но это не помешало ей стать мастером в своём жанре на олимпе писательского искусства.

Лера или как её привыкли все называть – Валерия Вольская, дочь российского диплома, советника заместителя министра МИДа в Великобритании, родилась в Лондоне, там же училась в школе, а поступать приехала в Москву. С юных лет её привлекал мир детектива и перечитав всех известных на то время писателей в этом жанре, Лера твёрдо решила самой стать детективом. Отец поначалу долго смеялся и называл её Мисс Марпл, но когда понял, что увлечение дочери серьёзно, то был категорически против. А вот бабушка с дедушкой, родители отца, жившие в Подмосковье, настаивали на получении образования в России и стали подбивать внучку на то, чтобы она всё-таки поступала на юридический факультет, а там видно будет. Лера решила по-своему и рассорившись с родителями переехала в Москву, только поступила не на юридический, а на факультет судебной криминалистики. Отучившись пять лет и с отличием закончив Юридический институт Российского университета транспорта, получила профессию – криминалист.

В то лето, приехав из столицы в очередной раз погостить у бабушки с дедушкой на даче в Подмосковье, она не ожидала, что именно там встретит свою судьбу, правда при очень грустных обстоятельствах.

– Как вам у нас? – прозвучало со стороны и Леру будто выдернули из воспоминаний, сначала об отце, а потом о волшебной стране своего детства. В те редкие дни, а иногда и часы, когда её отец мог позволить себе отвлечься от работы, вся семья шла наесться сладостей и маленькой Лерочке позволялось выбрать всё в неограниченном количестве.

– Знаете, Леонид, – сказала она, вытирая аккуратно рот от сахарной пудры. – В Лондоне, в Сохо, на Грик-стрит, есть очень старая французская кондитерская «Maison Bertaux». Пожалуй, это старейшая кондитерская в Лондоне, ей больше ста пятидесяти лет, но дело не в этом. У меня такое ощущение, что я снова там, как в детстве, и мне очень вкусно! Спасибо!

– Это наивысшая похвала для меня, уважаемая Лера! Простите за бестактный вопрос, вы из Лондона к нам?

– Нет! Я давно живу в Москве, но у меня в Англии учится сын, в Даремском университете, на первом курсе.

– О, такой большой уже и какую же он выбрал профессию? – поинтересовался Леонид будто он знал Валерию с юных лет и только сейчас встретил вновь, спустя много времени, и ему интересно знать о ней всё.

– Сын выбрал факультет общественных наук и здравоохранения, и должен стать первоклассным антропологом прошлого. Ну, то есть – археологом. Я надеюсь! – она улыбнулась и поняла, что далее последует комплимент насчёт её возраста и того, что она прекрасно выглядит. Но тут в кондитерскую зашли две пожилые женщины, явно завсегдатаи покупательницы и Леониду пришлось отвлечься. Лера выдохнула и поняла, что наелась. На столе ещё осталось много всего соблазнительно-вкусного, но пора было заканчивать момент наслаждения и подниматься в номер, и приниматься за новую главу.

Глава вторая

Вечер неумолимо приближался, внося свои коррективы. Город постепенно окунался в яркую иллюминацию курортного празднества. Многочисленные кафе и рестораны наперебой зазывали гуляющих по набережной, чуть ли не на руках готовы были заносить каждого. Чувствовалось приближение лета – поры отпусков, отдыха, горячего песка и тёплых ласковых волн. И даже птицы вовсю радовались: звонко пели, и чистили пёрышки. Запахи шашлыка и кальяна залетали в окно, и отвлекали Леру от важного эпизода в книге. Она долго выстраивала сюжетную линию, главный герой казался немного неуклюжим и даже робким, не подходил типаж. Лера нервничала и позволила себе выпить немного коньяка, потом кофе, и сейчас ей до жути хотелось закурить. Она согласна была даже на то, чтобы рядом просто кто-то сидел и курил, хотя одиночество было её свободой. Только наедине с тишиной Лера могла позволить себе и своим мыслям витать в воздухе, и переплетаться в хаотичном танце друг с другом. Это была магия творения, «живая вода» для героев сюжета, позволяющая им жить вечно на страницах книг. Они рождались специально, для того чтобы существовать в ней до конца времён. Каждый будущий читатель, открывая первую страницу и погружаясь в повествуемый мир, маленькую вселенную, должен прожить часть жизни, иногда и целую жизнь героев или одного героя. И каждый раз это случается заново, герои книг существует параллельно этому миру, но имеют преимущество – существовать вечно. Лера будто вдыхала часть своей души в каждого героя и тот оживал, как до сих пор живут: Шерлок Холмс, профессор Доуэль, Алиса в стране чудес или злой Кащей, чахнущий над златом, Ассоль или Франкенштейн, Александр Лужин – в романе Набокова или Эркюль Пуаро, Ганнибал Лектор или капитан Немо, Людвиг Штирнер – злой гений из «Властелина мира»… как многие вымышленные персонажи или герои былин, те, кого любят всем сердцем или ненавидят всей душой, но они существуют. А простые, обычные люди, знающие, что жизнь – игра, так и живут играя трёх актовую пьесу жизни: родился, жил, умер. Всё! Лишь единицам удаётся оставить после себя вечную память, и чаще всего не самую светлую. Злодеев помнят дольше, чем хороших людей! Мало родиться талантливым, надо уметь ещё этот талант проявить и направить на благо.

Лера выбрала писать именно иронические детективы. Считая, что на любую ситуацию в жизни можно всегда посмотреть с двух точек зрения: плохой и хорошей. Только не всегда плохая сторона хуже, ведь каждый судит по себе, особенно, если человек занудный пессимист или трус. Жертва сама притягивает маньяка, это заложено в подсознании, даже если со стороны всё выглядит иначе. И чтобы это понять, надо обладать не только пытливым умом, но и уметь посмотреть на всё с долей иронии, иногда вывернув и себя наизнанку.

Лера верила, что она сможет увековечить заодно и своё имя, как писательница, а герои её детективов обретут не только вечность, будто выпив эликсир бессмертия, но и их имена станут нарицательными.

Звонок гостиничного телефона вывел её из потока эмоциональных мыслей. Через пять минут Валерию Вольскую ждали в салоне красоты, что располагался на втором этаже и там же находился бутик женской одежды. Платья она с детства не любила, предпочитая удобную одежду, в крайнем случае деловой костюм, но всегда оказывалось наоборот – платье находилось в самый нужный момент и не нуждалось в подгонке, сидело как влитое. Лера устала сопротивляться и спокойно принимала прихоти хозяйки-судьбы. Куда бы она не приехала, платье обязательно находилось где-то в шаговой доступности, будто невидимый портной за ночь успевал сшить его по индивидуальному заказу, специально для Валерии Вольской. В повседневной жизни оно было ни к чему и могло остаться висеть в номере гостиницы, как подарок от популярной писательницы. Леры было неинтересно что с ним будет. Оно могло достаться горничной или кому-то из управления персоналом, или вернуться назад в бутик, но чаще всего Лера сразу предупреждала, что платье на один вечер. Ей шли на уступки, давали напрокат и даже гордились тем, что именно так всё. Ведь платье потом можно продать подороже, просто показав фото, на котором знаменитая писательница в нём же на публике: общается с читателями, даёт автографы, фотографируется со знаменитостями…

– Второй день в гостинице, вечер презентации моей очередной лучшей книги, а я должна тащится с этой огромной коробкой по всем этажам, только для того, чтобы передать этому Мистеру Твистеру презент от старых друзей! – Лера ругалась на чём свет стоит и чуть не упала, споткнувшись на высоких шпильках выходя из лифта.

– Разрешите я вам помогу?! – приятный мужской баритон влетел в правое ухо совсем близко, так, что она почувствовала его каждую ноту, одну за одной и аромат дорогого одеколона.

– Спасибо, вы очень любезны и я с радостью приму вашу помощь!… О-ох! – она вздохнула с облегчением и посмотрела наконец в глаза спасителю.

Это оказался высокий, широкоплечий брюнет, в дорогом светло-голубом костюме от Brioni, подчёркивающем блеск карих глаз, как больших спелых вишен висящих на самой длинной ветке, почти в небе. На ногах, как успела заметить Лера, дорогие светло-коричневые кожаные пенни-лоферы, всё подробно в том и в цвет, вплоть до мелких деталей. Единственное, смущала немного длинная чёлка, она небрежно упала на левую сторону, когда мужчина наклонился, чтобы помочь ей с коробкой. Лера разбиралась прекрасно в мужских стрижках и это был андеркат с косой чёлкой. Ей часто приходилось подбирать образы к мужским персонажам своих книг и она старалась не упустить ни малейшей детали. Гардероб отца был эталоном классического вкуса дипломата МИДа и вся семья должна была соответствовать, поэтому с детства маленькая Лера была приучена к безупречному стилю. Когда незнакомец небрежно поправил чёлку, зачесав её пальцами наверх, она была готова отрезать её тут же, если бы у неё с собой оказались ножницы. «Мог бы гелем уложить,– подумала она. – Или налакировал бы, на худой конец!» – последняя мысль заставила невольно улыбнуться, дополнив её образом.

Шли молча, оба не спросив куда, и даже не представившись друг другу. Дмитрий не знал, кто такая Лера, он не читал иронических детективов, он давно с головой погрузился в работу, да так глубоко, что рядом не было места ещё для кого-то. Его жена умерла при родах, не смогли спасти ни ребёнка ни её. С тех пор работа стала для него всем!

А она, Лера, не знала, что Дмитрий и есть тот самый Мистер Твистер, только лет ему не как динозавру, а всего лишь сорок семь. Если бы он знал, что подарок в руках для него, то оставил бы его прямо тут, в коридоре и прошёл бы мимо, даже такой шикарной женщины. Но Валерия практически выпала из лифта с этой огромной коробкой и загородила ему дорогу. Всё-таки что-то от прежнего, галантного джентльмена в нём осталось, совсем на донышке, как песчинок в песочных часах. Жизнь утекла куда-то вниз и силы почти на исходе, но желания перевернуть «колбу» и начать снова или продолжить жить полноценной жизнью, нет. Смысла нет!

Прошли уже половину длинного коридора. Лера шла гордо, немного впереди, она знала, что выглядит шикарно, пахнет обалденно и не идёт, а едва касается тонкого коврового покрытия, и со стороны это очень впечатляет. Вот только мужчине, напоминающему ей знаменитого актёра Винса Вона из «Мистер и Миссис Смит», нет никакого дела до того как она выглядит.

Высокий голосок молоденького гарсона долетел до них с другого конца коридора, что остался за спиной.

– Дмитрий Сергеевич, подождите! Вы забыли телефон!

Лера продолжила идти, лишь на секунду остановившись и вполоборота глянув на спутника. Она была уверена, что этот самый Дмитрий Сергеевич её узнал и делает вид, будто ему это не очень интересно. «Может, стесняется? – крутилось у неё в голове. – А может у него такая манера знакомиться. Ещё не известно, где он забыл телефон, и кто был рядом с ним всего несколько минут назад. Возможно ещё более роскошная женщина, и не одна… а может он из этих, – женоненавистников или того хуже – другой ориентации?!» Она так увлеклась в своих фантазиях, что когда дошла до конференц-зала и повернулась, чтобы забрать подарок и сказать спасибо, обнаружила перед собой того самого гарсона. Дмитрия Сергеевича и след простыл, он даже не счёл нужным попрощаться.

– Вот козёл! – сказала тихо Лера и попросила занести подарок в зал. При входе её уже ждали организаторы и поклонники, не успевшие занять свои места по разным причинам. Всё оживилось, засуетилось, завелось как на карусели и закрутило в вихре восторженных взглядов, и величественных отзывов, и слов благодарности… Лучи славы грели, но не обжигали и не прожигали насквозь. Это как весеннее солнце, под которым хочется находиться бесконечно долго и пропитываться энергией и делиться ею со всеми!

После официальной части презентации и раздачи автографов, большая часть присутствующих плавно перешла в соседний, банкетный зал, и Лера напрочь забыла про странного спутника. Ей обещали, что директор гостиницы, по странному совпадению тоже – Дмитрий Сергеевич, обещал заглянуть и Валерия старалась не расслабляться, иначе она бы позволила себе выпить чего-нибудь покрепче, чем шампанское.

Прошло около полутора часов, вывезли праздничный трёхъярусный торт, где на самом верхнем ярусе, в обилие тонких, будто бы исписанных, сахарных листках, лежала книга, раскрытая на первой странице. Книга была в миниатюре, вылеплена из мастики, но умело оформлена. Всех нюансов не было видно, поэтому одну из камер, снимающих это мероприятие, приблизили настолько, что на большом экране, располагающемся над сценой, где играли музыканты, были видны все нюансы: название книги, имя автора и даже подпись Валерии. Все в восхищении дружно захлопали, а Лера краем глаза заметила тот самый светло-голубой костюм, в сопровождении главного организатора мероприятия. Мужчины стремительно приближались именно к ней и напоминали близнецов из одноименного американского фильма, где роли этих самых родных братьев сыграли Арнольд Шварценеггер и Дени де Вито. Дмитрий конечно же бы Арни…

Когда оба остановились как вкопанные напротив Лера, она поняла, что хочет провалиться сквозь землю потому что злится, а значит начала краснеть. Она не простила этому наглому светло-голубому костюму по имени Дмитрий Сергеевич, что он позволил себе испариться. Она хотела бы услышать слова извинения или оправдания, но когда до неё долетели последние слова организатора, что Дмитрий Сергеевич директор этой гостиницы, то крылья славы за Лериной спиной упали на пол. Они просто осыпались и оставили голый каркас, потому что были не настоящими, а присвоенными читателями. Только благодаря их отзывам она имеет успех, но оказывается есть те, кто и не знают Валерию Вольскую. «Надо срочно лечиться от мании величия! – приказала себе Лера, точнее, это был её внутренний голос». Она почувствовала себя неуютно, ей было некомфортно среди всей этой мишуры. Захотелось убежать от всех, спрятаться: да хоть под стол, хоть за сцену, раствориться, испариться, уйти в монастырь… в горную пещеру.

Прошло почти полминуты, прежде чем Валерия смогла сосредоточиться и собрать волю в кулак, прийти в себя и протянуть руку для рукопожатия. Взгляд новоявленного директора был холоден и официальный тон склонил чашу весов в сторону: женоненавистников или «голубых», но никак не галантных джентльменов.

Кто-то успел принести ту самую коробку от друзей и Лера наконец отдала её законному владельцу. Ни один мускул на его лице не дрогнул при этом, хотя другой, на его бы месте, возможно нашёлся что сказать или даже пошутить. Во всяком случае один из героев Лериного детектива, если бы возникла такая ситуация, именно так бы и поступил – перевёл всё в шутку. И вечер бы продолжился весело, и беззаботно, и может быть даже подарок-посылка был бы открыт… И Лера узнала бы, что за булыжники там были припрятаны, ведь коробка весила не менее пяти килограмм. Но всё пошло иначе и директор, хоть и оказался относительно молодым, но полным ханжой и невеждой. Дмитрию же хотелось поскорее уйти с этого мероприятия, были дела поважнее и значимее, да и день суетный. Ему вручили прямо в руки ещё и книгу Валерии Вольской. Звонок телефона отвлёк его от всех вокруг и он просто развернулся и пошёл в сторону выхода, сунув книгу машинально подмышку. Один из официантов понёс за ним коробку.