Внебрачная дочь миллиардера

Пролог Агния

Пять лет назад

– Даниил, я хотела поговорить с тобой, – неуверенно начинаю я, переминаясь с ноги на ногу. Честно говоря, не представляю, чем может закончиться этот разговор, но знать правду Воскресенский должен.

Он будто не слышит меня. Смотрит в окно, держа в руках стакан с янтарной жидкостью. Кажется, проходит вечность, прежде чем он наконец замечает меня. Даниил окидывает мою фигуру оценивающим взглядом, после чего его губы изгибаются в кривоватой улыбке. Мой супруг однозначно нетрезв. Я замечаю на его белоснежной рубашке след от ярко-розовой помады, и меня в прямом смысле передёргивает. Я точно знаю, кому принадлежит этот цвет.

– Я не уверен, что мы можем быть ещё чем-то друг другу полезны, Агния. О любви речи быть не может, – он усмехается, после чего отпивает из своего бокала, в котором на дне плещется крепкий напиток, и продолжает, уже не глядя на меня: – а наш договор утратил свою силу. Ты не забеременела до его окончания, поэтому смысла продолжать наши отношения нет. Как ты считаешь? Согласна со мной? А учитывая тот факт, что всё это время ты мечтала сбежать от меня в Лондон… – Даниил резко замолкает.

– Ты прав, изначально наш брак был только сделкой, не более. – Держу себя в руках, но всё тело сковывает спазм боли, от силы которого хочется кричать что есть мочи. – Поэтому развод в нашем случае единственный верный выход. Я получу долгожданную свободу, а ты обретёшь супругу, которая родит тебе наследника.

– Я рад, что мы понимаем друг друга. – На лице Воскресенского мелькает слабая тень улыбки.

Его безразличный взгляд пронзает больнее тысячи кинжалов, оставляя глубокие раны на моём сердце. В голове проносятся те редкие встречи, когда мне казалось, что мы с ним были счастливы. И раз за разом я влюблялась в собственного супруга. Возможно, если бы я рассказала о своих чувствах, исход был бы другим, но разве можно заставить непробиваемый камень полюбить?

– Тогда до встречи. – Я натягиваю на губы улыбку и разворачиваюсь, чтобы уйти.

– Подожди. Документы о разводе здесь. – Он встаёт с кресла и вальяжно двигается по направлению к сейфу. – Забери их.

– Уже готовы? – ахаю я, не скрывая собственного удивления.

Забираю бумаги, кидая беглый взгляд на дату. Три недели назад. В день нашей последней близости. Неприятное чувство разливается в груди. Оказывается, уже тогда между нами всё было кончено. Я втягиваю носом воздух, едва сдерживая эмоции.

– Возможно, ещё когда-нибудь встретимся, Агния. Будь счастлива. – Его глаза становятся почти чёрными, и мне кажется, что он подойдёт ко мне, обнимет или поцелует напоследок, всё же мы не чужие люди, но ничего не происходит.

– Спасибо тебе, Даниил, – тихо говорю я, на что он молча кивает, – что помог с учёбой.

Мне становится душно, я больше не могу находиться в этом помещении, поэтому пулей выскакиваю из него. На ватных ногах я добираюсь до своего автомобиля и плюхаюсь внутрь. Закрываю глаза руками, чётко осознавая, что это конец. Я хочу выдавить из себя хоть одну слезинку, но её просто нет. Поплачь я хоть немного, стало бы чуточку легче, а так… Мелкая дрожь бьёт по всему телу, а сердце стучит в хаотичном ритме. Я люблю Воскресенского и, чёрт возьми, не знаю, что с этим делать теперь.

Ныряю в сумочку, которую по счастливой случайности оставила в машине, и достаю ту самую, связывающую нас с Даниилом нить. Тест на беременность с двумя полосками.

– Ты так хотел ребёнка, Даня, – тихо говорю я, прижимая руки к животу, – но по иронии судьбы мне теперь вряд ли представится случай рассказать тебе о нём. Прощай, Воскресенский. Надеюсь, не увидимся больше.

Глава 1 Агния

Настоящее время

– Я очень рад, что вы смогли выбраться из серого Лондона и прилететь в столицу, чтобы обсудить все нюансы. – Мой новый и весьма прибыльный, если так можно выразиться, заказчик Глеб Ланской по-прежнему не отпускает мою руку.

– Спасибо, я тоже рада нашему личному знакомству, – я аккуратно высвобождаю свои пальцы из крепкого захвата и мягко улыбаюсь. – Всё же одно дело – удаленно обсуждать вопросы, и совсем другое – при личной встрече.

– Совершенно верно. Так, я предлагаю для начала перекусить, а потом уже поедем на объект. Вы располагаете временем? – интересуется он.

– Да, моя дочь сейчас находится у родственников, поэтому до вечера я абсолютно свободна, – дружелюбно отвечаю я, хотя обычно со своими клиентами стараюсь держать дистанцию. Но, к моему удивлению, Глеб располагает к себе.

– Малышка прилетела с вами? Сколько вашей дочери? – Он открывает дверь автомобиля, предлагая мне руку.

– Да, у меня здесь родственники, которые ещё не видели её, поэтому я решила взять дочку с собой. Ей четыре года, малышка ещё. А у вас есть дети? – интересуюсь я, устраиваясь поудобнее в кожаном кресле и утопая в нём.

– К сожалению, пока что нет. Так уж вышло, что я до сих пор холост, несмотря на свои тридцать с хвостиком, – с наигранной грустью в голосе произносит Ланской.

– Уверена, что ненадолго, – вырывается у меня, и я тут же прикусываю язык. Флирт – это последнее, что мне сейчас нужно.

Глеб широко улыбается, но ничего не отвечает. Он включает какой-то современный трек и трогается с места. Пейзаж, который открывается мне за окном, почти не изменился за тот год, что меня не было в столице. Прошлым летом я приезжала сюда по работе буквально на несколько дней и за это время успела познакомиться с сынишкой Кости. И, кстати говоря, о моей дочери знает ограниченный круг лиц, потому как её отец слишком влиятелен, он может по щелчку пальцев отобрать её у меня. Но Кире уже четыре года, и Воскресенского, судя по всему, моя скромная персона совершенно не волнует, раз за почти пять лет я ни разу не получила от него ни одной весточки.

– Агния, простите за любопытство, вы не замужем? – он переводит взгляд на мою правую руку, указывая, что на безымянном пальце отсутствует обручальное кольцо.

– Нет. – Я интуитивно сцепляю пальцы в замок. – И, предвидя ваш следующий вопрос, отца для своего ребёнка я не ищу.

– Вы очень привлекательная женщина, Агния, – по-доброму усмехается Ланской. – И, конечно же, мне бы хотелось, обсудив все деловые вопросы, пригласить вас на ужин в неформальной обстановке. По правде сказать, вы мне очень нравитесь.

– Мне приятно это слышать, Глеб, – отвечаю я, чувствуя, как вспыхивают мои щеки. – Но, думаю, подобные встречи несколько излишни. Я выполню свою работу и вернусь в Лондон, так что…

– Так что это совсем не помеха, – отвечает Ланской, переводя взгляд на меня. Он как раз останавливает автомобиль на парковке ресторана быстрого питания. – Но я не буду настаивать. По крайней мере, пока.

А уже примерно через час я выхожу из машины во дворе элитной многоэтажки, которая кажется мне до боли знакомой, чувствуя, как мои губы трогает улыбка. Честно говоря, внимание этого человека мне льстит, а учитывая тот факт, что после Воскресенского в моей жизни не было никого, то подобные фразы приятны вдвойне. Может, и правда стоит уже наконец выйти из своего кокона и оглядеться по сторонам?

Моё существование в течение этих пяти лет было посвящено дочери и работе, иногда внимание доставалось и близким друзьям, но после так называемых отношений с Даниилом я, сколько ни пыталась, переступить через себя так и не смогла. Наверное, всё дело в том, что до конца выжечь из своего сердца отца моей малышки не получилось.

– Идёмте, Агния, – окликает меня Глеб, и через несколько минут мы оказываемся на нужном этаже.

Меня не покидает какое-то ощущение тревоги, зарождающееся в глубине души. Не могу понять, с чем это может быть связано, до тех пор, пока не оказываюсь возле двери с номером семьдесят пять. Дрожь пробегает по телу, и я невольно ёжусь. Уверяю себя, что это простое совпадение, что это не та квартира. Но следующие действия, а после и слова Глеба Ланского бьют по моим воспоминаниям с непреодолимой силой.

– Бывший хозяин здесь. – Он стучит костяшкой указательного пальца в дверь. – Сейчас передаст мне документы на квартиру и уедет. Это займёт буквально пару минут.

– А кто хозяин? – дрожащим голосом спрашиваю я, поздно спохватившись, что мой вопрос звучит совсем неуместно.

В этот самый момент входная дверь открывается, и я цепенею, распахивая свои и без того большие глаза, в которых наверняка мелькает испуг. Перед нами стоит мой бывший муж – Даниил Воскресенский.

– Дан, здорово! – Глеб улыбается во весь рот, при этом протягивая руку для совсем не обычного рукопожатия. Так чаще всего здороваются близкие люди, и что-то мне подсказывает: эти двое не просто товарищи. – Познакомьтесь. Это Агния Лисянская, дизайнер. А это тот несчастный, у которого я наконец-то забрал чудесную квартирку. Долгое время бодались, он не хотел отдавать её ни при каких обстоятельствах, – усмехается Ланской.

– Здравствуйте, Даниил! – коротко киваю я, пытаясь прийти в себя от неожиданной встречи.

– Привет, Агния! Давно не виделись, – Воскресенский не скрывает факт нашего знакомства, тем самым удивляя Глеба.

– Вы знакомы? – Ланской недоверчиво смотрит то на меня, то на Даниила.

– Да, я… – заминаюсь я, понимая, что не хочу говорить всю правду Глебу. – Я оказывала услуги дизайна интерьера Даниилу.

– Правда? Только не говори мне, – Глеб обращается к Воскресенскому, который по-прежнему не сводит глаз с моей скромной персоны, – что твой дом – дело рук этой милой девушки?

– Так и есть, – кивает он, продолжая прожигать меня заинтересованным взглядом.

У Ланского звонит мобильный, и он, извинившись проходит в гостиную. Я остаюсь наедине со своим бывшим супругом, и мне кажется, что Воскресенский вновь видит меня насквозь. И мой секрет.

– Ты изменилась, – спокойно произносит он, засовывая руки в карманы.

– Да, вернулась к своему цвету волос. Так мне нравится больше, – отвечаю я.

– Я не об этом, Агги, – вкрадчивым тоном произносит Воскресенский, подходя ближе.

Внутри меня всё холодеет. Я не видела этого человека много лет, и знай, что бывшим владельцем этого пентхауса является Даниил, ни за что не приехала бы сюда. У Воскресенского немало недвижимости в столице, в том числе и эта квартира. Мой бывший супруг приобрел её ещё до брака, и я лишь раз успела побывать здесь. Именно поэтому в моём сознании и сохранились воспоминания об этом месте. А поскольку мы приезжали сюда ночью, охваченные страстью друг к другу, то такой цели, как запомнить адрес и путь, передо мной не стояло.

Даниил тихо усмехается, видя моё замешательство. Судя по всему, он тоже помнит ту ночь, которая стала для нас последней. Безудержное притяжение и желание обладать друг другом сменились полным безразличием на следующий день.

– Да, Агги, это та самая квартира, – читает мои мысли он. Я случайно роняю взгляд на правую руку Воскресенского и замечаю обручальное кольцо. Персона Даниила довольно часто мелькает в СМИ, но про его свадьбу я ничего не слышала. Возможно, он женился совсем недавно. Но самое отвратительное, что меня задевает этот факт. Разумеется, рано или поздно он должен был жениться и получить долгожданного наследника.

На моё счастье, возвращается Глеб и, широко улыбаясь, предлагает мне осмотреться. Я с радостью прохожу в гостиную, не взглянув на своего бывшего супруга.

Квартира кажется холодной, словно ты попадаешь в музей, в котором экспонаты слишком близки к реальным, но, подходя ближе, понимаешь, что это лишь игра воображения. С этим пентхаусом та же история. Хотя, возможно, это ощущаю только я одна из-за нежданной встречи. Моё сердце до сих пор стучит в бешеном ритме, несмотря на то что в своей голове я уже рисую живой интерьер этого места. Но человек, стоящий по ту сторону стены, не даёт мне покоя, и сейчас я мечтаю только о том, чтобы Воскресенский наконец-то покинул эту квартиру.

– До свидания, Агния. Был рад повидаться. – Дверь резко захлопывается, после чего я облегчённо вздыхаю.

– Ну и энергетика у моего родственничка, – усмехается Глеб, входя в гостиную. – Поговорил с ним пять минут, а уже выжат как лимон. Если и существуют энергетические вампиры, то лучшего представителя, чем Воскресенский, не сыскать.

– Родственник? – тупо переспрашиваю я, даже не пытаясь скрыть своего изумления.

– Да, он муж моей сестрички, – пожимает плечами Глеб, после чего резко меняет тему: – Так что, начнём делать красоту из этого пентхауса?

Глава 2 Агния

– Кира, Агги! – радостно восклицает Катя, супруга моего брата. – Наконец-то, а мы вас уже заждались!

– Привет! Долго добирались. – Я помогаю Кире снять сандалии, после чего сама скидываю обувь. Замечаю, что моего брата нет дома, и как бы невзначай интересуюсь: – Кости не будет?

На самом деле мне хочется поговорить с Катей по душам наедине, пока наши дети будут заняты новой игрой. А в присутствии моего любимого брата Кости сделать это не удастся. Всё же есть такие темы, которые не обсуждаются с мужчиной. А после вчерашней встречи мне срочно нужно с кем-то поделиться.

– Нет, он сегодня улетел в командировку. Звонил час назад и сказал, что вернётся только послезавтра, – вздыхает Катя. – Я так и родить без него могу.

– Уверена, он первым же рейсом примчится к тебе, зная, что малышка на подходе. Кстати, вы определились с именем? – спрашиваю я, зная, что эти двое никак не могут выбрать имя, упрямо настаивая каждый на своём.

– Я уже готова сдаться, – хитро улыбается моя родственница. – Ты же знаешь своего брата. Он твердолобый как… в общем, я так подумала. Если мы не сойдёмся на одном имени, то уступлю, потому что Макса я назвала сама. Так будет честнее, что ли.

– Кать, как я рада за вас! Вы наконец-то научились быть вместе, – мечтательно произношу я, усаживаясь за обеденный стол. – И это замечательно.

– Да, нелегко нам пришлось, – задумчиво произносит девушка. – Кстати, ты вчера так быстро сбежала, что я даже не успела ни о чём расспросить тебя. Как прошла встреча с клиентом?

Её вопрос бросает меня в дрожь, потому что при воспоминании о встрече с Глебом, моё воображение рисует мне другого мужчину, которого я когда-то так отчаянно и безответно любила. Даниил Воскресенский не слишком изменился, правда, его черты лица стали несколько грубее, и добавились едва заметные морщинки. Он ещё больше раздался в плечах и будто бы стал на пару сантиметров выше. Но, скорее всего, мне просто так показалось из-за увеличившихся вширь размеров рук и спины.

– Агния! – Катя щёлкает пальцами перед моим носом, и я возвращаюсь в реальность.

– Встреча прошла отлично, не считая того, что родственником моего заказчика оказался не кто иной, как… – Я отбиваю по столу барабанную дробь.

– Не может быть! Неужели Воскресенский? – моя невестка опускается на стул.

– Именно, Катюша! – восклицаю я, хватая с тарелки кусочек сыра. Катя даже не бьёт меня по рукам, хоть и ненавидит, когда таскают куски. А сейчас она испытывает шок, не такой, конечно, какой был у меня вчера при виде бывшего мужа, но всё же.

– И как ты после встречи? – осторожно, будто боясь задеть меня за живое, спрашивает моя новоиспечённая родственница.

– Прошло пять лет, и мне казалось, я забыла его. – Встаю со своего места и подхожу к огромному окну. Задумчиво разглядываю летний пейзаж, цепляясь взглядом за молодую парочку с коляской, которая прогуливается по аккуратно выложенной тротуарной плитке. – Но это не так.

– Милая. – Катя резко бросает свои дела и подходит ко мне, обнимает со спины. – Я представляю, каково тебе сейчас.

– Знаешь, я даже не думала, что спустя столько лет моя выжженная любовью к этому человеку душа снова начнёт болеть. Как будто я только вчера забрала документы на развод, встретившись с Даней в последний раз. – Ком подступает к горлу, и я хоть и не без труда, но проглатываю его. – А самое странное, что мы с ним толком и не поговорили тогда. И я не верю, что он решил расторгнуть договор только из-за того, что узнал о противозачаточных, которые я какое-то время принимала. Конечно, надо было поговорить с ним и объяснить, но я думала, что он не поймёт, Кать. Нет, я точно знаю, что он бы не понял. Это властный человек, не знающий отказа. Я хотела спокойно закончить учёбу, а потом уже думать о детях, но Воскресенского это не устраивало.

– Но Кира… – начинает супруга брата.

– Никто не должен знать о ней, по крайней мере пока, – тихо произношу я, будто меня кто-то может услышать. – Даже Арина думает, что Кира – дочь случайного парня.

– Ты до сих пор не рассказала ей? – удивляется Катя. В ответ я отрицательно качаю головой. – Так ведь она копия Воскресенского!

– Риша видела мою девочку совсем маленькой, и тогда ещё было не слишком понятно, на кого она похожа, а на фотографиях мимика у малышки моя, так что… – я замолкаю.

– А дед уже видел внучку? – интересуется Лисянская.

– Завтра хочу съездить к нему, – улыбаясь, говорю я. – Я рада, что папа наконец занялся своим здоровьем.

– Скольких усилий вам с Костей стоило затащить его в клинику! Представляю, какой у него будет шок, – по-доброму усмехается девушка. – Скрывать четыре года, что он дед. Лисянский-старший просто обалдеет от новости.

– Это да. Главное, чтоб до Воскресенского не дошла эта информация, иначе мы с Кирой окажемся в большой опасности.

Пока Катя играет с нашими детками, у меня есть возможность накидать несколько вариантов расстановки мебели в квартире Глеба. С примерным планом мы определяемся довольно быстро, а вот с цветовым решением оказывается сложнее. Ланской видит своё жилище мрачным и холодным. Вернее, не совсем так. Картинки, которые он показывает мне в интернете, смотрятся красиво и органично, но, судя по моему пятилетнему опыту, на деле такие цветовые сочетания выглядят слишком тяжёлыми для жилого помещения. К примеру, если подобный интерьер применить к ресторану или бару, то будет идеально, но в квартире в какой-то момент станет неуютно.

Я знаю об этом не понаслышке. Несколько лет назад мне удалось приобрести небольшую квартирку в хорошем и довольно спокойном районе Лондона, и я спроектировала там дизайн как раз такого плана. Ну что сказать? Через полгода пришлось переделывать, внедряя в интерьер более светлые оттенки. Именно поэтому со всеми своими клиентами я обсуждаю эти важные моменты, тщательно подбирая цвета стен, полов и мебели.

– Глеб, добрый вечер! Мне сегодня удалось накидать несколько вариантов по планировке. И я уже начала подбирать цветовую гамму. – Я щёлкаю компьютерной мышкой, переставляя огромный диван с места на место.

– Здравствуй, Агния! Ничего, если мы перейдём на ты? Не против? – радостным голосом произносит он.

– Конечно, нет, – отвечаю я. – Давай я скину тебе варианты, а ты уже определишься хотя бы с планом расстановки.

– Мы можем обсудить все вопросы при встрече, чтобы избежать лишнего недопонимания, как считаешь? – спрашивает Ланской.

– Можем встретиться, – спокойно отвечаю я, понимая, какой характер будет носить эта встреча. – Тогда можно ближе к следующим выходным. В пятницу, например. Я как раз успею подготовить и цветовую палитру.

– Отлично, тогда созвонимся к пятнице. Кстати, как насчёт неформального ужина? – интересуется он.

– Я… – Теряюсь от неожиданного предложения.

– Я мог бы подъехать через пару часов, – настаивает Глеб.

– Сегодня? – удивлённо спрашиваю я.

В это время в комнату входит Катя и замечает мой потерянный взгляд. Девушка видит, что я говорю по телефону, но выходить не собирается. Судя по всему, хочет понять, что случилось.

– Глеб, я даже не знаю. Мы с дочкой гостим у родственников сегодня, – спокойно произношу я. – Не слишком удобно будет оставить ребёнка и поехать на ужин.

– Глеб! – громко произносит Катя. – Агги сегодня совершенно свободна для ужина.

– Я всё слышал, – смеётся в трубку Ланской. – Тогда через два часа?

– Хорошо, – улыбаюсь я, кивая супруге брата. – Скину адрес сообщением.

Я кладу трубку и закрываю лицо руками, тихонько посмеиваясь. Возможно, Катя права, и мне стоит сходить на свидание со своим заказчиком.

– Сводничество ещё ничем хорошим не заканчивалось, – грозно машу указательным пальцем Кате.

– Откуда ты знаешь? – улыбается девушка. – По-моему, тебе пора отвлечься, Агги! Отдохнуть от работы, расслабиться, пообщаться с новыми людьми. Почему нет? Неужели ты всю жизнь будешь страдать по Воскресенскому?

– Ни по кому я не страдаю, – пытаюсь возразить я, но, перехватив серьёзный взгляд Кати, сдаюсь. – Ладно, ладно, ты права. Мне правда пора вылезти из своего кокона.

– Вот это другое дело. Сегодня дети на мне. Ночевать возвращайся к нам. Хотя ты можешь и не возвращаться. Да, гуляй хоть до самого утра, – усмехается девушка, открывая дверь комнаты. – Оставлю тебе ключ, если решишь вернуться пораньше, – озорно подмигивает она, после чего выходит в коридор.

Я примеряю ещё одно платье Лисянской, но из-за того, что пару месяцев назад мой вес уменьшился на пять килограмм, все её наряды смотрятся на мне всего лишь как красивые мешки. Я тяжело вздыхаю, забирая из рук Кати ещё один вариант одежды на сегодняшний вечер с Глебом.

– Уверена, что это платье сядет идеально, – говорит девушка, присаживаясь на край кровати. – Агния, ты очень похудела. Так нельзя.

– Да, это мне говорит женщина, которая набрала лишь шесть килограмм, находясь при этом на девятом месяце беременности, – усмехаюсь я.

– Одиннадцать, – Катя пожимает плечами. – В первом триместре у меня был жутчайший токсикоз, при котором я потеряла почти пять килограмм.

– Ну ладно, но всё равно ты выглядишь очень маленькой и хрупкой. Кажется, это действительно неплохо сидит. – Я натягиваю на себя платье цвета марсала, которое, в самом деле, идеально мне подходит.

– Ну вот, я же говорила. А теперь держи помаду такого же цвета, волосы собираем в конский хвост. – Катя, не торопясь, подходит ко мне и приподнимает мои длинные волосы. – Идеально, красотка!

С восхищением смотрю на себя в зеркало. А я ведь и правда могу быть такой. Не пацанкой в огромных кроссовках и рваных джинсах, а женственной и нежной девушкой. На глазах непроизвольно выступают слёзы, и я быстро смахиваю их рукой.

– Агги, ты чего? – Жена брата проводит рукой по моим волосам, притупляя внезапный порыв.

– Знаешь, Кать, порой просто устаешь быть сильной, – я делаю глубокий вдох, – и хочется побыть обычной женщиной со своими слабостями и недостатками. Не демонстрируя никому свои достоинства и не доказывая, что всегда можешь быть лучше, чем есть.

– Конечно, знаю, дорогая, – девушка ласково улыбается мне. – Ты выглядишь отпадно.

– Спасибо, – отвечаю я, после чего беру в руки мобильный, в котором висит непрочитанное сообщение от Глеба. – Я пойду тогда.

– Иди. И выгуляй наконец свою красоту и женственность, – смеётся девушка.

– Мамочка, ты такая красивая, – в комнату залетает Кира. Следом спешит её младший двоюродный братик Макс. – Идёшь на свидание?

– От тебя ничего не скроешь, моя девочка. – Я беру на руки свою доченьку и крепко обнимаю. – Поиграешь с Максом и Катей сегодня?

– Да-а, – тянет Кира. – Мне так здесь нравится. Я бы очень хотела остаться.

– Сегодня ночевать мы будем здесь, – говорю я, улыбаясь.

– Ура-а-а-а! – радостный крик дочери пронзает мои уши, отчего я невольно морщусь, а она заливисто смеётся.

Ещё раз целую Киру и всех остальных членов нашей семьи, после чего выхожу из квартиры Лисянских. Чувствую лёгкий мандраж перед предстоящей встречей, но не показываю вида. В конце концов, я всегда смогу найти, о чём поговорить с мужчиной. А с Глебом у нас и вовсе имеется общая тема для обсуждения. И почему только меня это так волнует?

Ланской стоит возле новенького белого внедорожника, сунув руки в карманы джинсов. Он выглядит весьма привлекательно. Его белоснежная рубашка в молодёжном стиле обтягивает ярко очерченные бицепсы, что свидетельствует о хорошей физической подготовке, а дорогие наручные часы говорят об отличном вкусе.

– Привет! – При виде меня он открывает дверь и достаёт шикарный букет роз такого же цвета, как и моё платье. – Идеальное попадание, правда?!

– Привет, Глеб! Спасибо, но не стоило. – Ощущаю, как краснеют мои щёки.

– Как же? Для такой роскошной женщины, как ты, даже такого букета недостаточно, Агния, – широко улыбается, обнажая белоснежные зубы. – Голодна?

– Я не прочь перекусить, – пожимаю плечами и кладу на заднее сиденье букет.

Глеб закрывает дверь, после чего берёт меня за руку и помогает усесться на переднее сиденье своего железного коня. Дорога занимает не так много времени, и за эту поездку я узнаю чуть ли не всю подноготную Ланского. Ео рассказ о жизни звучит в такой простой и забавной форме, что я едва могу удержаться от смеха.