Без стыда и совести

У каждого тинэйджера случаются проблемы с родителями. Вроде бы предки должны быть теми, кто никогда не вступит в перепалку с тобой, но порой они ведут себя не лучшим образом. Так считала Мисти Роуз и не понимала, почему на нее “огрызаются”.

– Ты нам не хочешь ничего объяснить? – начала Ивара, мать, обеспокоенная найденным. Пока чадо отсиживало штаны на лекциях по филологии, женщине взбрело в голову заняться генеральной уборкой. И теперь ее чуткий взгляд оказался сосредоточенным на дочери.

– Нет, а что? – усмехнулась Мисти, пригляделась им в лица и мигом растерялась. На нее смотрели серьезные мать с отцом, последний держал руки у груди в свойственной ему манере. Намечалась ссора, и она уже чувствовала предстоящую ругань в ее адрес.

– Это мы тебя спрашиваем, наша милая, – произнес Фрэд и поправил очки. Звучало, как беседа с маленьким ребенком; мужчина старался не давить на нее. – У тебя в тумбочке мама нашла кое-что.

– Как… как вы смели рыться в моей комнате? – Мисти прикрыла лицо ладонью. Сколько раз она говорила им не трогать ее вещи… Интересно, до чего же мамочка добралась в этот раз? Между беллетристикой припрятан личный дневник со всеми потаенными фантазиями. Может его нашла? Или нечто похуже? Ведь ей долбанутая подружка подарила на День Рождения вибратор! – Чем я так провинилась, что вы постоянно на нервы мне капаете? Ей Богу, уже достали!

– Снизь обороты, Мисти! – повысил голос отец. Терпение лопнуло, и стало трудно контролировать свою речь. – Твой голос ВСЕГДА должен звучать ниже нашего. Мы – ВЫШЕ тебя по всем критериям.

Мисти фыркнула. Подбешивало, что биологический папаша ставит себя выше ее. Никто не имеет права делать такое. Он же не бог, да и она не рабыня какая-та. Любое неравенство происходит из-за нехватки мозгов.

– Я наткнулась на пачку презервативов, – сказала Ивара. Стояла с красными щеками рядом со вспыльчивым супругом, склонив голову. На линолеуме красовалась грязь от сапог.

– ***ТЬ! – выругалась Мисти. От такого не отвертеться. – Совсем оху***!

– Следи за языком, дрянь!

– Скажи нам, у тебя есть парень? – поинтересовался Фрэд, схватив ее за рукав. Одна только мысль, что какой-то мерзавец мог овладеть ее юной малюткой, пугала мужчину. – Как давно вы занимаетесь этим?

– Это моя вина! – стала оправдываться Ивара. – Не уследила! Ни разу не затрагивала эту тему при ней…

– Я знаю все, что мне надо, – буркнула дочь. Совсем за мелочь пузатую ее держат. – Не маленькая!

– Как его зовут? – не унимался глава семейства. Он знал, чего больше всего хотят парни в переходном возрасте и какой ценой получают это.

– Кого зовут? Вы что сума сошли? – закричала девушка в сердцах, дернула рукой и хлопнула дверью.

Брюнетка шла по заснеженной улице. До нее доносились крики выбежавшего отца, но она столько раз свернула с пути, что преследователь ее не догонит.

Совсем сума сошли! Как – будто держать у себя противозачаточные является преступлением, и зря она ими не пользовалась! А когда могла бы? У нее в таком возрасте даже бойфрэнда нет, от чего порой бывает стыдно перед друзьями. Все вовсю занимаются любовью, пока она листает учебники.

Вечерело. Дрожа от холода, Мисти Роуз двинулась к порогу дома своей лучшей подруги, но остановилась. Скорее всего, родители уже позвонили ей, да даже если бы в ее власти были телефонные провода всего города… что бы она сказала подружке? Поругалась с родителями из-за презерватива? Типа не поделили? Брехня! Потом слухи пойдут в школьных кругах, не все способны держать язык за зубами. К родственникам тоже ни на ногой, запрягут домой.

Завибрировало в джинсах. Достала трубку – звонит мать. С размаху швырнула новый телефон в сугроб. Она им еще покажет! Звонят, небось, поинтересоваться, где она шляется, когда будет дома. Ты не забудь, милая, отчет должен быть на барском столе до девяти вечера!

– ***та творится.

Забежала в подъезд незнакомого дома. Тут и проведет остаток дня, а поутру вернется и будет ждать от них извинений. Ведь виноваты предки, а не она. Будут знать, как с ней разговаривать.

– Эх, – выдохнула Мисти и припала к батарее. Замерзшее тело хотело тепла.

– Пошла вон отсюда! Это место занято! – крикнул, не пойми откуда взявшийся, бомж.

Везение у девчонки, конечно, отсутствует напрочь. Убежала в такую погоду из дома, теперь еще выгоняют из подъезда…

Уставшая, мокрая, замерзшая и злая она бродила от дома к дому. Двери всех подъездов заперты, а ждать, пока кто-нибудь откроет хоть одну из них в такую темень, когда все спят после тяжелых будней – сущие муки.

– Опа-на! – воскликнула Роуз. Работяга выходил из подъезда, и она проскочила в дом. Прошлась по грязным ступенькам от этажа к этажу. Где же ей примоститься? Выругалась и ударила рукой по стене. После всего, что сегодня было, она тут ночевать не собирается!

Отворилась дверь одной из квартир, и у порога появился милый парень в одном полотенце, обмотанном у бедер.

– Что тут творится? – спросил он, потирая глаза. – Зачем ругаетесь и бьете по стене? Слышно же…

Мисти Роуз улыбнулась и оглядела его. Почему бы и не остаться тут?

– Здравствуй, милый, сегодня я ночую у тебя!

2

Телефон вибрировал в глубинах сугроба. Скоро батарейка сядет, либо сама трубка испортится от воздействия снега. Родители пытались дозвониться и бегали, суетясь из комнаты в комнату. Фрэд старался связаться с дочерью, придумав целую плеяду извинений, а его супруга до седьмого пота будила родственников и подружек Мисти, но никто не знал, где она.

– Еще полчаса, и придется в полицию сообщать, – сказала Ивара.

– Ага, – поддакнул муж, не находя себе места. Завтра ему на работу, но придется с широко открытыми глазами ждать возвращения блудной дочки.

– Почему у нас в жизни всегда происходит одно дерьмо? То ипотека на сорок лет, то аборт…

– Не знаю, дорогая. Мы пытаемся делать все, чтобы все было хорошо.

– Вот и я не могу взять в толк, что мы натворили такого, раз Господь посылает в наш дом одни ссоры?

– Разве это дело рук Создателя, а не Люцифера? – произнес Фрэд, а затем улыбнулся. – Вообще, я в детстве думал, что Иисус, Геракл и Тор братья…

– Хорошие были бы братья, ей Богу.

Парень растерялся, не каждый день ломятся в полночь к тебе домой. Крепкими руками ухватился за края полотенца, на случай если упадет, и впустил ее к себе.

– Что у вас случилось? – поинтересовался хозяин квартиры, пока молоденькая девушка снимала обувь. – Вы соседка с пятого этажа?

– Нет, – ответила Мисти. Может зря она зашла сюда? Даже не знает, кто перед ней стоит. Юноша симпатичный, но разве это повод заходить к нему домой в такой час? Уже думала уйти, извинившись, но вспомнила, как закончилась ругань с предками, и решила хоть на пару часов остаться. Пускай мучаются, а потом и вернется к ним. Каждый должен знать себе цену. Она всего лишь требует уважения к себе, как к личности. Да и кто сказал, что раз она – их дочь, то и рабыня тоже?

– С десятого?

– Что с десятого?

– Хотел бы узнать, с какого вы этажа?

– Ааа… я с другого дома, – призналась Роуз. – У вас чай есть?

– Даже кофе имеется, – подмигнул юноша. – Как тебя звать?

– Уже на “ты”? – спросила девушка и осеклась. Парень лишь улыбнулся, а ее щеки покраснели. – Эмм, лучше с бергамотом.

– Да хоть с бегемотом! Все – для гостьи. Подожди, пожалуйста, на кухне. Мне нужно одеться, а то в этом тряпье только в банях сидеть. Буду скоро.

Мисти засмеялась. С виду вроде нормальный мужик; хоть и старше ее, но ведет себя воспитанно, не то, что ее одноклассники – имбицилы, думающие только о неадекватных действиях и похоти.

Огляделась. Кухня представляет собой простенькую комнатушку с минимумом мебели и простотой дизайнерских решений. Старинный сервант, холодильник, стол со стульями, ну и раковина, разумеется. Ни духовой печки, ни микроволновки, тарелок – скудный запас. Видно, что живет один, ну может с родителями, но никого не видно и не слышно. Интересно, как живется в одиночестве? С одной стороны, тебя никто не контролирует, делаешь что пожелаешь, хоть без трусов качайся на люстре, но с другой– никто о тебе не заботится, ни готовит, ни ждет… Пригляделась – в коридоре лежат алюминиевые миски. Ну, хоть кошка есть у незнакомца или собака.

– Тебя как зовут? – спросил юноша. Вышел к ней с соседней комнаты в белой сорочке и серых брюках. – Я – Шон.

– Звучит, как корнишон… – Мисти почесала за ухом. Опять несет всякую фигню. Как говорит прадед: “За длинным языком скрывается короткий ум”.

– Уверен, моя мать любила огурцы, – улыбнулся парень. Держался спокойно, но не глазел на нее, не раздевал ее взглядом, как некоторые… Или Роуз накручивает себе, считая себя притягательной, а на самом деле уродка с монобровью? От последних мыслей изо рта вырвался смешок. – Так как к тебе обращаться?

– Ой, прости. Мисти меня зовут.

– Таинственное имя…

– Мать назвала меня так, потому что после нескольких неудачных родов уже не надеялась родить ребенка. Я – нежданное чудо.

– Верю – верю, – сказал Шон и потянулся к чайнику. Налил сперва ей. – Говорят, что кипяток всегда надо наливать до краев, чтобы черти не окунали ножки в чашку. Примета такая. Объяснения не помню…

– Все – равно звучит забавно.

– Какой же я негостеприимный!

Шон поднялся со стула и достал из нижнего отсека серванта вазочку с шоколадками и печеньем. Как в этой жизни можно обойтись без сладкого? Оно необходимо и телу, и разуму.

– Быстрый способ для выработки эндорфинов.

– А что это за эндоморнофины? – спросила Мисти, боясь показаться тупой. Ну не способен человек знать все!

– Гормоны счастья…

– Это я люблю…

Шериф Морган Делюкс рассматривал комнату пропавшей девочки, ну то есть убежавшей. С третьего раза ему удалось заставить семейную пару Роуз поведать хронологию событий. Взял в руки бурый дневник, пролистал, не вчитываясь, и закрыл. Такие вещи пока не обязательно читать, нужно уважать чужое пространство, до поры до времени. Осмотрел компьютерный стол, заклеенный наклейками с героями анимэ, взялся за фотоальбом.

– Миссис, у вашей дочки есть парень? – поинтересовался полицейский, перелистывая снимки столетней давности. – Она ушла к кому-то кого знает. Это главная версия.

– Не знаю, – призналась Ивара. – Ни разу не видела. Не сказать бы, что мы плохие родители…

– Я такое и не подумал, уважаемая. Сейчас поколение другое, оно никому ничего не говорит, да и сердцу не прикажешь… Знаете, как я познакомился со своей женой? Она была мне кузиной. Вот так просто.

– Так вы розыск оформите? – поинтересовался Фрэд. – Я уже не знаю, где мне еще волосы рвать.

Мисти поела, запивая сладости чаем. Она любит хомячить перед сном – легче спится. Теперь пора домой…

– Так что случилось? – спросил Шон. Она уже надеялась, что вопрос не прозвучит и что, поблагодарив, потопает домой.

– Поругалась со своими…

– Ну… такое бывает. Тебе следует понимать, что они – самые близкие для тебя люди. Ведь заботятся же они о тебе?

– Да, – ответила гостья, – но порой подбешивают.

– Пойми, забота – это проявление любви. Мне бы таких…

– Да?

– Мои отказались от меня в детстве. Я, десятилетний мальчишка, стоял у окна интерната и смотрел им в след… И за столько лет "ни привета".

– Плохо, – вымолвила Мисти и задумалась. В голове всплыли образы ее родителей, которые денно и нощно работали и делали все для своего ребенка. – Мне следует пойти домой, а то они уже перенервничали.

– Ты права, Мисти. Будь паинькой, – сказал Шон.

– Мы еще встретимся? – спросила девушка с надеждой. Не каждый день встречаешь таких заботливых.

Молодой человек проводил ее до дома, вернулся к себе и подошел к гладильной доске, где его поджидала сутана.

– – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – –

P.S. Шериф Морган Делюкс – один из главных персонажей моего рассказа "Сквозь горизонт". (прим. автора)

3

Глаза открылись, оба – покрасневшие, по всему периметру видения летают мошки. Потянулась за каплями. Много прошло времени после лазерной операции, но до сих пор приходится капать их, не то – возможны осложнения.

– Мисти, деточка, как ты? – спрашивает мать за столом. Хлеб нарезан, борщ налит. – Мы так взволновались за тебя.

– Но теперь все хорошо, – закончил за нее отец.

Как же они перепугались! В себя прийти не могут. Мисти боялась, что как вступит за порог собственного дома, на нее набросятся родители и выпустят всех своих мыслимых и немыслимых монстров с поводка, но все прошло спокойно.

– Да, все в порядке, – ответила девушка, играя ложкой в тарелке. Из головы не выходил Шон. Весь такой правильный и хорошенький. Она надеялась, что он предложит ей встречаться, но не получила от него ничего, кроме нравоучений. Печаль окутала Роуз, ей захотелось вырваться, побежать к себе, закрыться и плакать, включив заведомо музыку, чтобы никто не слышал ее боль.

Не посчастливилось ей познать любви, и она до конца и не осознавала, что это такое. С начальных классов привыкла посвящать все время учебе, поэтому и не было у нее бойфренда. Шон был бы классным бойфрендом…

– Так, где ты вчера пропадала? – спросил отец со всевозможной мягкостью. Не хватало еще одной ссоры.

– Эм, – произнесла Мисти. Даже не верится, что она не обдумала заранее ответ! Что же сказать им? Правду – нельзя, подумают о том, что ею мог овладеть какой-нибудь извращенец. – Так я в подъезде ночевала, на последнем этаже, там еще батареи теплые…

– Хорошо, – кивнул отец. – Хорошо, когда все заканчивается хорошо.

Шон, закончив молитвенную часть, вышел из церкви. Лицо и руки обдуло зимним воздухом. Все не найдет времени на новые перчатки… Еще постоянно перед глазами мерещится девушка – ее ночная гостья. Такая чистая и прямая, не оскверненная обществом. Милая пташка.

Если бы не обет безбрачия он бы стал встречаться с ней: но полон сил сосуд, ей Богу, ему удастся перебороть себя и забыть сию особу. Как она нарекла себя? Нежданное чудо.

Путь, выбранный им, казался ему самым правильным, ведь посвящая себя Всевышнему, ты имеешь право на спасение… хоть и отказываешься от многих благ.

– У вас есть прикурить? – спросила прохожая в дешевой дубленке. На пропитом лице красовался синяк.

– Нет.

– А хочешь?

– Нет.

– Ты голубой что ли?

– Нет, священник.

– Нормальный бы вы*бал меня, – сказала женщина древнейшей профессии. Расстегнула молнию, представив свою грудь во всей красе. – Да и ты хорош собой, святоша! Сделаю скидочку большую.

– Таким не подкупишь меня, – бросил Шон. – Удачи вам, дамочка.

Внутренний голос подсказывал Мисти, что следует прогуляться, несмотря на царящий на улице холод, и, выбросив мусор, она пошла по знакомому району. Проходя по двору дома, в котором провела вчерашний вечер, остановилась – екнуло сердце.

Стройный юноша в темном выделялся из серой массы людей. Спешными шагами он, обремененный бытовыми думами, проходил по заледеневшей дорожке и поскользнулся.

– Ты в порядке, Шон? – крикнула Роуз, упав рядом на колени.

– Разумеется, – улыбнулся парень.

– Я так испугалась…

– Легкое падение, – произнес Шон и потихоньку встал на ноги. Помог и ей. – Задумался.

– Вчера мы хорошо посидели.

– Ага.

– Ты куда идешь?

– Домой, после работы.

– Могу и я к тебе? – спросила Мисти. Ей было неловко, но не хотелось разрывать нити с молодым человеком, к которому сильно привязалась. – Хотела бы обсудить про нас…

– Мисти, милая, – начал Шон с грустью в глазах. – Я знаю, твои чувства ко мне, но я – священник, мы с тобой не можем иметь ничего общего…

– Можешь! – воскликнула Мисти. Ее покоробили его слова, полные “скверны”. – Я хочу быть с тобой!

– Пойми, я дал обет, – Шон держал ее за плечи, стряхивая редкий снег с ее светлого пальто. – Я не могу нарушить клятву…

– Любовь важнее твоей клятвы! – собеседница перешла на плач. Почему она не отпустит его? Зачем из последних сил цепляется за раба Божьего? – Я тебя люблю!

– Извини меня, милая. Пора идти, – сказал Шон через силу, оставив ее в слезах. – Так будет лучше для нас обоих. Прощай!

4

Прошло четыре утомительных года, а она так и не смогла выкинуть его образ из головы. Постоянно и во всем ей мерещился Шон, его присутствие и его мысли, взгляды на жизнь, добродушие. Даже поступив в институт, Мисти в каждом парне пыталась найти черты характера любимого священнослужителя, отказавшегося от мирской радости.

– Снова пришла на исповедь, дочь моя? – спросил служитель в темной мантии, вглядываясь в деревянную ширму. Три стенки и занавеска, а внутри юная прихожанка.

–Да, снова, – прошептала Мисти, и слова ее прозвучали громко и отчетливо.

25.05.2017

Спасибо всем тем, кто читает мои произведения.

С уважением,

Ганджалян Размик

* В оформлении обложки использована фотография с pexels.com по лицензии CC0.