Биг босс – полосатый хвост

© Ригерман Анастасия

© ИДДК

Пролог

– Да никакая я не ведьма, сколько вам повторять?! Я Маша, менеджер по продажам, и очень, кстати, неплохой! – выдала от испуга под прицелом острых мечей и хмурых мужских взглядов. – А как меня в эту вашу Священную рощу занесло, понятия не имею. Вошла в дверь, вывалилась уже из дупла.

– Жаль, – после недолгих раздумий заключил главный из них с густой бородой, глядя на меня, как на полоумную. – Толковой ведьмы в наших краях как раз не хватает.

Может, я действительно сошла с ума от затянувшегося стресса и хронических переработок? Или все это мне только снится? Еще и вредный биг босс, каким-то чудом обернувшийся милашкой енотом, гневно ворчит у меня под мышкой.

– Ладно, с девчонкой после разберемся. Пора возвращаться в крепость.

По его сигналу воины в полном обмундировании, будто на съемки исторического фильма собрались, опустили оружие, и я с некоторым облегчением набрала полную грудь воздуха.

Господи Боже, будто вечность не дышала.

– А это еще что за тварь? – направил клинок бородач в сторону вертлявого комка шерсти.

Енот мигом затих, лишь изредка заморгал глазенками, выразительными такими и понимающими.

– Это? – растерялась я, не готовая к подобному повороту. – Енот Валера, мой домашний питомец, – представила своего босса, молясь, чтобы тот промолчал и не выдал чего на человеческом. А то с него станется. Болтать по делу и без он у нас мастак! Прямо сейчас выговориться его так и распирало. Неспроста же он меня задней лапой лягал? Или это у него нервное?

– Енот? Никогда не слышал. А я много на своем веку всякой живности повидал, – удивился здоровяк, но не отстал. – И какая от него польза? Зачем таскаешь с собой?

– Польза? – призадумалась я. – Да, по правде говоря, никакой. И без всяких там Валер прожили бы, – призналась в сердцах, нарочито потрепав енота по макушке. – И без его идиотских планов и воронок продаж, – добавила шепотом для особого слушателя. – А так создание неприхотливое и не особо вонючее, если не принюхиваться, вполне себе безобидное, как игрушка. Конечно, пока не захочет вам что-нибудь втюхать.

– Обнюхать? – не понял меня бородач, и я закивала, притворяясь, что оговорилась.

– Да-да, обнюхать. Уж больно он любопытный, будто малое дитя. Всюду свой длинный нос сует, куда надо и не надо. И такой же, как ребенок, бестолковый, – наговорила я от души на Валерия Дмитриевича, не скрывая улыбки в голосе и делая вид, что не замечаю, как тот насупился и уже скрипит зубами.

Вот только насладиться долгожданной местью не успела. Лес за нашими спинами сотрясся от душераздирающих воплей, и я подскочила на месте, невольно прижав пушистика-енота к груди, будто самое дорогое на свете.

– Варкаллы! – пронеслось над головами.

– Кто-кто? – переспросила я, но меня никто не услышал.

Мужчины, не теряя ни секунды, вернулись в седла на своих резвых конях. Только я застыла в растерянности, не понимая, что делать и куда бежать.

Выходит, не такая это и безобидная сказка. И сказка ли вообще? Что там у них за чудища, если эти крепкие, вооруженные до зубов воины так переполошились?

Глава 1. Полосатый галстук

За неделю до этого в нашем мире

– Девушки, всем доброго утра! А у меня для вас отличная новость! – не скрывая сияющей улыбки и своего приподнятого настроения, ворвался в двери отдела продаж Дмитрий Олегович.

Наташка судорожно запихнула за щеку последнюю баранку и даже как-то приосанилась. Остальные девчонки наскоро принялись прятать чашки и создавать видимость активной трудовой деятельности. При этом всех интересовал один и тот же вопрос: «С какой целью этим ранним утром сам собственник бизнеса осчастливил нас своим неожиданным визитом?» Да не один, а с молодым мужчиной в деловом костюме, от чьего строгого оценивающего взгляда мы с Даринкой чуть чаем не поперхнулись.

В последнее время Дмитрий Олегович действительно нечасто к нам заходил. Все мы знали, что Погодин перенес серьезную операцию на сердце. И если еще пять лет назад, когда я только сюда устроилась, босс буквально не вылезал из офиса, жил своим детищем и плечом к плечу работал наравне с молодыми, подавая во всем пример, то теперь по настоянию врачей шеф все больше времени проводил в санаториях или в своем загородном доме с женой.

Да и бизнес давным-давно был налажен, все шло как по рельсам, из месяца в месяц принося стабильный доход. В такой ситуации можно было отойти от дел, чтобы подумать о здоровье, раз оно с приближением пенсии все чаще стало о себе напоминать.

– И еще, – продолжил Погодин после небольшой вступительной речи, которая пролетела мимо моих ушей. – Теперь вместо меня с вами будет работать Валерий Дмитрич! – с гордостью положил он крепкую руку на плечо Полосатому галстуку, как я успела его про себя окрестить. – Как вы догадались, Дмитриевич он потому, что мой сын!

Босс засмеялся собственной шутке, девчонки, по обыкновению, поддержали старика. Наш небольшой кабинет наполнился неловким смехом.

Переводя взгляд с одного мужчины на другого, несмотря на значительную разницу в их возрасте, трудно было не подметить и определенного сходства. Почти тот же рост, темные волосы, крепкие плечи, те же густые брови, выразительные карие глаза с янтарным оттенком, упрямый подбородок, четко очерченные губы. Но если у старшего Погодина в улыбке и голосе сквозило что-то душевное, по-отечески располагающее к мужчине, то от его предельно сосредоточенного сына, напротив, веяло арктическим холодом. Так, от одного его взгляда в этот теплый летний день с пробивающимся в окно солнцем меня внезапно пробрало до костей, как если бы я оказалась рядом с морозильной камерой.

– Наконец-то мы заберем то, что принадлежит нам! – воодушевленно вещал Дмитрий Олегович, намекая на клиентов «Памяти», нашего единственного в городе конкурента. – Валерий Дмитриевич приехал к нам из столицы, а до этого проходил обучение за границей. Поднял продажи двух краснодарских автосалонов и одной дочерней авиакомпании в Санкт-Петербурге. Он является дипломированным коучем по продажам и с радостью поднимет нас на новый уровень! Прошу любить и не жаловаться, – снова засмеялся своей шутке шеф.

Девчонки дружно зааплодировали, не поскупившись на радушные улыбки. Я же улыбалась скорее из вежливости. При взгляде на его самовлюбленного сына, будто бы сошедшего с пьедестала, чтобы оказаться в нашем скромно обставленном кабинете, мне отчего-то стало не по себе. Сердце так и предвещало беду, вкрадчиво нашептывая, что от этой смены руководства ничего хорошего ждать не стоит.

– Очень надеюсь, что он с нами надолго и значительно увеличит наши продажи, – разливался соловьем гордый за сына отец. – Что ж, у меня на этом все, передаю слово Валерию Дмитриевичу, он сам поделится с вами планами на будущее и своими идеями.

В обеденный перерыв после нескольких встреч и проведенных переговоров мы с Даринкой привычно направились в кофейню через дорогу от офиса. Наша третья боевая подруга, Оля, работала там бариста и всегда была рада принять тружениц отдела продаж в скромном закутке для персонала. А еще поболтать о всяком, о женском.

– Девки, я чур первая на разогрев, – бесстыдно подвинула меня аппетитной попой Даринка, заняв микроволновку своим контейнером с обедом. – Прости, Машуль, но жрать охота, сил нет. А мне еще до вечера по встречам мотаться, через двадцать минут уже выезжать.

– Кушай-кушай, я сегодня никуда не тороплюсь, – обессиленно опустилась я на стул, отставляя свой обед в пластиковой коробке в сторону.

После утренней встречи с руководством мысли так и крутились по кругу, порядком испортив не только настроение, но и аппетит. Вроде и делала все как обычно, только словно робот, на автомате. А думала совсем о другом.

Как?! Как, интересно, мы должны увеличить объем продаж, работая в похоронном агентстве? Он бы хоть сначала о специфике семейного бизнеса узнал, раз такой умник. Бесит, и все тут!

– Видела я сегодня вашего директора, – ворвался в мои злобные мысли звонкий голосок Оли. – Что за красавчик к нему приезжал на такой крутой тачке?

– Да это его сын, – хихикнула Даринка, мечтательно закатив глаза. – И наш новый биг босс.

В отличие от меня, к появлению этого «гуру продаж» остальные девчонки в нашем отделе отнеслись вполне спокойно. Кто-то решил, что даже в угоду отцу надолго в нашем областном центре этот столичный модник не задержится. Другие, как та же Дарина, скорее увидели в Валерии Дмитриевиче новый сексуальный объект, чем внимали его передовым идеям, и, к своему стыду, даже не осознавали, что воплощать в жизнь весь этот бред придется именно их руками.

– Не знаю, как насчет красавчика, на меня впечатление он произвел неоднозначное, – еле сдержалась я, чтобы не наговорить сгоряча про сына шефа всяких гадостей. И то лишь из глубокого уважения к его отцу.

– Маш, ну ты че? – обняла меня Оля, заподозрив неладное. – Я-то вижу, ты будто кипящий чайник, который вот-вот засвистит.

Девчонки засмеялись, и я не сумела сдержать улыбки. И правда ведь, так накрутила себя на ровном месте, что скоро взорвусь.

– Или это все из-за твоего козла-бывшего? – нахмурилась Даринка. – Опять, что ли, звонил, никак не уймется?

Об Антоше, моем несостоявшемся женихе, даже вспоминать не хотелось. Он, возможно, и названивал, но, оказавшись в черном списке, дозвониться у него не было никаких шансов. Да и разговаривать нам с ним больше было не о чем, нервы он мне и без того потрепал знатно. Если еще не созрел к своим тридцати годам и не нагулялся, так пусть гуляет, я мешать не собиралась. Но и отношения такие меня не устраивали в корне.

Вот мои мама с папой, чья пара всегда была и будет для меня примером, во всем доверяли друг другу и, не раздумывая, могли друг на друга положиться. Если отец говорил «ловлю», мама прыгала хоть с закрытыми глазами. Я хотела так же, чтобы влюбиться без оглядки и знать, что он только мой, а я его. А Антон… Антон, как оказалось, никого, кроме себя, по-настоящему любить не способен.

– Давай уже выкладывай, чем тебе этот молодой босс не угодил? Сама знаешь, эмоции, даже самые негативные, должны находить выход. А держать все в себе вредно для здоровья, – настаивала проницательная Оля, включив психолога, на которого как раз заканчивала обучение в универе.

И я сдалась. Начала, правда, издалека. Как-то много всего накопилось за последний месяц, просто хотелось выговориться. Вспомнила и о том, как когда-то из банковского кредитования Даринка перетащила меня в этот странный бизнес, уверяя, что с моей природной эмпатией и чувством такта все непременно получится. А еще, что будет наконец хватать денег на аренду маленькой квартиры, а не комнаты в общаге с соседом алкоголиком и вечными тараканами, и на помощь родителям, оставшимся с младшими братьями в деревне.

Бизнес, конечно, специфический, и поначалу я испытывала некоторое отторжение. Еще бы! Работка-то оказалась не для слабонервных. Что ни день, то покойники, похороны, отпевания да поминки. А потом, случайно увидев, как нагло и грубо обрабатывал клиентку менеджер «Памяти», буквально разорив скорбящую женщину не в состоянии принимать здравых решений, я вдруг поняла, что и эту работу должен кто-то делать. Только не так, как он, подгоняемый жаждой наживы, а иначе, желая искренне помочь людям, потерявшим близких. И пусть организация ритуала прощания не бесплатная, но и варианты всегда есть разные, от самых бюджетных.

– Вот жила столько лет, только привыкла к этой работе, уже и мама с братьями на меня рассчитывают. Илюшке скоро в универ поступать, отец после долгих уговоров наконец согласился на операцию со своей спиной. Пока будет восстанавливаться, я в семье за кормильца. А теперь что? Будто все зря было, хоть увольняйся. Ну как мы можем продавать в два раза больше и выполнять его дурацкие планы? Хоть бы головой подумал, хренов умник, прежде чем предлагать такое. Нам что теперь, убивать по ночам ходить, чтобы потом было кого хоронить?

Даринка, которая, кажется, наконец начала прозревать, сбросив с себя флер очарования молодого босса, чуть не подавилась фрикаделькой.

– Ну ты, мать, загнула! Он что, так и сказал про увеличение продаж в два раза?

– Еще скажи, что ты не слышала про воронку продаж, о которой он столько распинался?

– Какая, на хрен, воронка? – не разочаровала меня Даринка. Видимо, всю его пламенную речь она действительно парила где-то в облаках, уже мысленно примеряя на себя свадебное платье.

Тут я и не удержалась, чтобы не передразнить нового босса, намеренно сделав голос более низким и глубоким.

– Что вы делаете, чтобы увеличить конверсию? Опишите свои действия. Почему вы не перезваниваете через три дня после того, как выставили предложение?

– И почему же? – искренне озадачилась Оля, мало что понимающая в нашем деле.

Зато до Даринки наконец дошло, и она захохотала в голос.

– Да потому что клиента уже отпели и закопали, Оль, вот почему!

– Предоставьте отчет по продажам за прошлый год и ваше видение о том, что вам необходимо, чтобы увеличить продажи в этом периоде на тридцать-сорок процентов, – вошла я в образ, активно размахивая руками на его манер. – Что-что? Чтобы метеорит сюда упал, вот что!

От обиды и отчаяния хотелось биться головой об стол, только место было не самое подходящее. Оля и без того смотрела на меня с нескрываемым сочувствием, не зная, что и сказать.

– Как же он меня бесит, девочки! Нет, еще больше меня бесит его полосатый галстук! – наконец выговорилась я, и, кажется, мне действительно полегчало.

– Ага, по галстуку я с тобой полностью солидарна, – хоть в чем-то поддержала меня Даринка, мельком поглядывая на часы и продолжая уплетать свой суп. – Знаешь, кого-то он мне в нем напоминает… из зоопарка.

Утро в нашем женском коллективе традиционно началось с чаепития. Да и новое начальство задерживалось, не мешая нам в этом маленьком ритуале с поеданием свежей партии похудешек из кондитерской на углу.

– Ну че? Все составили план увеличения продаж? – улыбнулась Нина, смачно откусывая эклер. – Как будем воровать клиентов у «Памяти»?

– Никак, – отозвалась Ирина Борисовна, самая старшая и опытная из нас. – Уже лет двадцать как все санитары в морге и больницах поделены, связь с дежуркой налажена. Кому-то мы платим, кому-то «Память», бизнес стабильный. Нельзя вот так взять и разрушить это хрупкое равновесие. Нам первым аукнется.

– А что сказать новому боссу? – захлопала глазами Наташка.

– Что-что? Что работаем над поставленной задачей. Окунется во все поглубже, перебесится и успокоится. Половина проблем решится сама собой, – мудро подытожила Ирина Борисовна, поправляя на столе рамку с фотографией любимого внука, еще совсем крохотного, но так на нее похожего.

– А что делать со второй половиной проблем? Что, если настырный Валерий Дмитрич премии нас лишит? – переживали девчонки.

– А вы не бегите впереди паровоза. Поживем – увидим.

На этом все и успокоились, плавно перейдя к задачам на день, звонкам, встречам, договорам, работой с поставщиками. Вот только наш новый босс и не думал успокаиваться.

На следующий день перед работой я привычно забежала в кофейню. Оля за кассой приветственно кивнула и продолжила крутиться будто пчелка, быстро и вежливо обслуживая клиентов. Посетителей в это время у них всегда много, и понятно почему – кофе делают отменный, такой во всем городе не сыскать. Вот только своего нового босса в очереди прямо перед собой я не признала со спины, иначе ушла бы не дожидаясь. Пересекаться с ним за пределами офиса не было никакого желания.

– Лавандовый раф, пожалуйста, – прозвучал его поставленный голос, и внутри у меня что-то взволнованно сжалось.

Нет, эта нездоровая реакция собственного тела на какого-то выскочку мне однозначно не нравилась, но и побороть ее пока не получалось. Ведь головой я понимала, что вся моя налаженная жизнь и родители с братьями теперь зависели от решений этого столичного мажора.

– Извините, но у нас такого нет. Могу предложить только обычный раф, – растерялась Оля.

Еще бы! Придумал тоже! Да кто такое вообще пьет? Наверняка еще и свою фирменную физиономию состряпал: а-ля Аполлон спустился с Олимпа к обычным смертным. «Одаривайте меня дарами и восхваляйте! Опахало мне, опахало!» – невольно разыгралась фантазия.

– Окей, давайте обычный, – после некоторых раздумий согласился Валерий Дмитриевич.

А вообще, мог бы и побыстрее думать, тут за ним уже целая очередь собралась, включая меня. Бросила взгляд на часы, еще немного – и такими темпами на работу опоздаю.

Дождавшись своего напитка, босс демонстративно отпил из стаканчика, нахмурился, явно чем-то недовольный, и тут же поставил его обратно.

– Что-то не так? – распереживалась проницательная Оля, привыкшая во всем угождать клиентам.

– Спасибо, но я уже напился, – резко развернулся биг босс, едва не сбив меня с ног, и даже этого не заметил. – Хорошего дня.

И это его раздражение, прикрытое нарочитой вежливостью, бесило еще больше, чем если бы он открыто нахамил, так был бы хотя бы честным.

Обсудив за обедом утренний инцидент с лавандовым рафом, мы с Олей от души посмеялись.

– Знаешь, я тут почитала, оказывается, готовить его совсем просто, нужно только цветами лаванды запастись.

– Да ладно, Оль, оно тебе надо? – принялась рассуждать я, неохотно ковыряя вилкой свой обед. – Может, напиток получится и вкусный, вот только кто его в итоге у нас в глубинке заказывать будет, кроме этого выпендрежника?

– Тебя угощу, – загадочно заулыбалась Оля. – Вот поймаешь его волну и станешь лучше понимать своего красавчика босса. Ну а что, Маш, не вечно же на Антона злиться? Пора уже переступить через это и к другим мужчинам хотя бы начать присматриваться. Твой босс интересный, перспективный, обеспеченный. А там кто его знает…

– Я знаю. В моей жизни уже был один самовлюбленный пингвин, второго ни за какие деньги не надо.

– Ну что ты на него ополчилась, Машуль? Не все же такие, как твой Антоша? Возможно, этот ваш Валерий Дритмич… Дмитрич, – запуталась Оля.

– Дритмич для него в самый раз, – злобно хихикнула я.

– Короче. Может, никакой он и не пингвин вовсе. А такой напряженный, потому что адаптационный период на новой работе переживает. Сама рассуди, вам в отделе эти перемены не в радость, но и для него это перемены тоже. Мы же не знаем, какой жизнью он жил до этого и чем пожертвовал, вернувшись сюда.

В таком ключе о его «жертвах», как бы смешно это ни звучало, я как-то не думала.

– Хорошо, не пингвин, – согласилась я. – Пусть будет вредный и крайне дотошный енот, который прикидывается милым и пушистым. Дритмич, блин.

Еще разок посмеявшись, на еноте мы и сошлись. Оля у нас добрая душа, всегда и всем найдет оправдание. Но в чем-то она была права. Ведь пока, несмотря на все разглагольствования нового босса, конкретно в моей работе и жизни ничего не изменилось. Он даже в наш отдел с того первого дня больше не заходил, как в окопе, отсиживался в своем кабинете.

Вот только не прошло и недели, как все мои опасения возродились с новой силой, имея под собой уже железобетонные основания.

Глава 2. Ценные кадры

После обеда все девочки, по обыкновению, собирались в кабинете. Кто-то уже вернулся после утренних встреч с клиентами, кто-то, подготовив документы, на эти самые встречи только собирался. С таким графиком обеденный перерыв у нас в отделе всегда считался условным. Когда успел пообедать, тогда и обед, потому что на практике часто обходилось и без него вовсе. Работа прежде всего.

Зато в совместном чаепитии, когда выдавалась свободная минутка, мы себе никогда не отказывали, давая возможность хоть немного отвлечься и поболтать на посторонние от работы темы. Не приносить же домой траурное настроение клиентов? В жизни должно быть место и для других, более радостных вещей, которыми все мы в свою очередь с удовольствием делились.

– Это мои вчера на дачу с Данилкой уехали, – хвасталась Ирина Борисовна внуком, листая на смартфоне красочные фотографии на фоне цветущих палисадников. – На выходных вместе поедем, буду их всему учить. А то насажали со своим интернетом не пойми чего, хоть бы половина взошла.

– У вас там красиво, – как всегда, поддакивала Наташка, отпивая из чашки ароматный кофе. – А у нас дачи нет. Да и маникюр жалко, чтобы в грядках копаться.

– Это ты еще не созрела. Время придет, сама к земле потянешься, – не скрывая доброй улыбки, подытожила Ирина Борисовна. – Еще печеньку?

Когда дверь распахнулась, и за ней показался Полосатый галстук, которому наше чаепитие явно не пришлось по душе, ему отчего-то тоже захотелось предложить печеньку и послаще, чтобы не ходил с такой кислой физиономией.

– А почему у нас в отделе продаж так тихо? Я вообще туда попал? Почему никто не звонит клиентам? – выдал он вместо приветствия, остановившись взглядом на моей забавной чашке с утенком.

– Так обед же еще, – ответила за всех Нинка, которая только примчалась со встречи и без зазрения совести продолжала жевать свой салат.

Одним отточенным движением Валерий Дмитриевич оголил запястье с модными часами и строго прищурился.

– К вашему сведению, обед закончился пятнадцать минут назад. А если вы приходите сюда, чтобы чаи распивать, то учтите: мне не составит труда найти на ваши места других, более усердных сотрудников.

– Но Дмитрий Олегович никогда не запрещал нам совместно пить чай. Напротив, говорил, что позитивный настрой коллектива – залог здоровой психологической обстановки и успешной работы, – не сдержалась я, но лучше бы этого не делала.

– Запомните, я не мой отец! – одной фразой стер он улыбку робкой надежды с моего лица. – Подходы к работе у меня иные и требования выше. Сотрудники должны быть результативными, а я этого по показателям вашего отдела не вижу. В рабочее время настоятельно прошу заниматься клиентами. Пока прошу по-хорошему, иначе буду вынужден принять соответствующие меры и установить в кабинете камеры.

Полосатый галстук ушел, зато мерзкое ощущение осталось. Нет, камер в нашем кабинете никто не хотел. Ошарашенные таким поворотом девчонки разом замкнулись, а едва закончился рабочий день, мигом разбежались по домам, не желая и лишней минуты провести в условной тюрьме, в которую с новым боссом это место стало превращаться.

Мы что, ему подопытные крысы, чтобы он безотрывно следил за нами и запрещал пить чай? А что дальше? Введет график, кому и когда позволено ходить в туалет? Неужели кто-то искренне верит, что так сотрудники станут работать результативнее? Чушь собачья! Мы же живые люди, а не роботы.

В итоге на следующий день впервые за последние годы мне до жути не хотелось идти на работу. Все лучшее, что в ней было – располагающая дружеская обстановка, Даринкин заразительный смех, мудрые советы Ирины Борисовны, кулинарные эксперименты Нинки, которые она приносила на дегустацию, нелепые Наташкины закидоны, – все разом сошло на нет. Забавно, что раньше я и не осознавала, как все это для меня было дорого и что ходила я на эту работу не только из-за зарплаты, я там еще и жила. А теперь возникло какое-то непонятное отторжение, будто лягушку проглотила.

Утро прошло в привычной суете. В этот раз Валерий Дмитриевич заглянул в кабинет в разгар телефонных переговоров с клиентами и, похоже, увиденным остался доволен, потому что скрылся так же молча и незаметно. Чай коллективно мы больше не распивали, предпочитая делать это на своих рабочих местах, желательно прячась за мониторами. Но новому боссу и этого было мало. Настал новый день, и Полосатый галстук продолжил закручивать гайки: начал вызывать моих коллег по одной в свой кабинет, откуда все возвращались одинаково подавленные и грустные. Меня босс, похоже, оставил на десерт.

– Девочки, ну все, мы пропали! – чуть ли не всхлипывая, вошла в двери кабинета Даринка с опущенной головой. – Валерий Дмитрич поймал меня в коридоре, пригласил к себе, а потом как давай гонять по теории продаж! Я таких понятий, о которых он там спрашивал, в жизни не слышала. Говорит, изучил мои показатели за этот год, и, если в ближайший месяц не увидит улучшений, не видать мне не только премии, но и работы, – не удержалась она от слез, градом побежавших по ее щекам.

– Дарин, ну будет. Ты чего сразу расклеилась-то? Все через это прошли, пока ты по встречам ездила, одна я осталась, – обняла подругу. – Мы своих в обиду не дадим. Сейчас как пойдем и скажем ему все, что о нем думаем. И о его теории, которая так далека от практики! Да, девочки? А то ишь не успел прийти – и сразу ценными кадрами разбрасываться!