Голоса Океана – 2. Новые угрозы

Глава 6. Испытание

И вот, она уже стоит посредине обширного двора Крепости Драконов, в шеренге Учеников, на церемонии Принятия Решения, изо всех сил стараясь сохранить на лице маску спокойствия и уверенности. И не сомнения в положительном исходе события были тому причиной. После памятного разговора с Мастером Ласточкой, все запреты были сняты, и Целители Ордена уже вплотную занимались подготовкой девушки к операции по слиянию с симбионтом и живыми камнями, которая должна была начаться сразу после церемонии. И не вопросы уважаемых членов Совета Мастеров, присутствовавших на церемонии, Кодекс Чести Лика знала наизусть, от современной версии до самого древнего первоисточника.

Девушку немного смущали предстоящие показательные выступления, но не потому, что она сомневалась в своем мастерстве, а потому, что все остальные испытуемые были младше её по возрасту и ниже рангом. Лика была единственным Воином среди тех, кто сегодня приносил присягу на верность Ордену Крылатых Братьев. Все остальные были младше неё и носили голубые браслеты Учеников, тогда как её запястья и щиколотки украшали браслеты из белого металла, свидетельствующие о более высоком уровне подготовки.

Конечно, большая часть Учеников знала, что положение Лики было вызвано особой позицией Совета Мастеров, год за годом отодвигавших присоединение симбионта, хотя, в тонкости проблемы их и не посвящали. И сейчас друзья искренне радовались за неё. Как и большинство Наставников. Только на лицах Адама и Райи, при желании, можно было обнаружить тень сомнений. Но не это было главным.

Главной причиной было то, что Лика не могла взглянуть в смеющиеся глаза Клеона. Принц стоял практически напротив неё, рядом со своей матерью, среди других Мастеров, так как недавно был заслуженно удостоен этого высокого звания. А Лика оказалась в шеренге рядом с сёстрами Клеона, белокурой Эльзой и крылатой от рождения Эллиной. Последней не было нужды в соединении с симбионтом, но от принятия присяги её никто не освобождал. Неудивительно, что принц наблюдал за сёстрами, но довольно часто его взгляд скользил и по лицу их соседки. И девушка готова была поклясться, что Клеон вспомнил вчерашнее происшествие. Лике было жутко неудобно осознавать, что принц должен был решить, что она, подобно своим подругам, жаждет внимания предмета всеобщего обожания.

С другой стороны, исподтишка разглядывая Клеона, впервые оказавшегося так близко от неё, девушка не могла не признать, что сей образчик мужской породы определённо того стоил. Ростом принц почти не уступал Главному Наставнику Крылатых Братьев Кондору, стоявшему рядом с легатом Маркусом, на которого он походил, как ростом, так и телосложением. Они оба посвятили себя воспитанию молодежи, выбравшей путь полётов и военной подготовки. Однако Клеон гораздо больше подходил к определению «крылатых», чем эти два прославленных воина. Широкий разворот плеч только подчеркивал тонкую талию и стройные длинные ноги, особенно заметные сейчас, в отсутствие воинских доспехов. Полы живой мантии были отброшены на спину, серебристый облеган подчеркивал каждую мышцу скульптурно – атлетической фигуры, ярко- алые живые камни сияли в шейном и налобном обручах. Легкий ветерок слегка шевелил длинные прямые, цвета воронова крыла, волосы, оттеняя перламутровую бледность его лица.

Невольно вспомнились слова его матери, Райи о том, что Лике стоило бы уже выбрать себе мужчину, способного стать отцом для её детей. Девушка скрипнула зубами. Те юноши, которые добивались внимания Лики, не вызывали у неё интереса настолько, что захотелось бы более близкого знакомства, чем совместные занятия в школе. Девушку интересовали сильные сложившиеся личности, доказавшие свою состоятельность какими-то значительными свершениями. Но и тут, Лике хотелось, чтобы её оценили не за хорошенькое лицо и ладную подтянутую фигурку, а за живой ум, накопленные знания и военные навыки. И впервые захотелось произвести впечатление на конкретного человека.

Такие мысли бродили в голове девушки, пока она рассеянно следила за тем, как Наставники представляли Учеников с другого конца шеренги, а Мастера расспрашивали об их достижениях в науках, военном искусстве и владении крыльями.

Когда же очередь дошла и до её соседок, то Лика почти запаниковала, и чтобы успокоиться, перевела взгляд на Адама, стоявшего среди зрителей, и потому едва не подпрыгнула, услышав голос Клеона, который определённо обращался к ней:

– А какой твой любимый вид воинских упражнений, юный Воин?

Собрав всё мужество в кулак, Лика вздернула подбородок, твёрдо взглянула принцу в глаза и громко заявила:

– Упражнения с алебардой!

Наградой ей были удивлённо взлетевшие брови Клеона, но в глазах мужчины промелькнуло сомнение, а по губам скользнула слегка насмешливая улыбка. Принц бросил быстрый взгляд в сторону Кондора, который невозмутимо заявил:

– Лика получила звание Воина за несомненные успехи в овладении этим видом оружия, её мастерство может подтвердить Королева-Дракон, которая и вела эту дисциплину!

Теперь насмешливая улыбка появилась на губах у девушки, Кармина проходила в Школе Крылатых курс обучения полетам, и в качестве благодарности, предложила провести занятия по овладению приёмами с алебардой, которые они разработали вместе с Катаном. Этот вид боя был особенно полезен девушкам и невысоким воинам, оказывавшимся в невыгодном положении в противостоянии мужчинам-мечникам. Новые технологии, которые принесли на Кольцо переселенцы с севера, сделали этот вид оружия ещё более легким, а потому удобным для женщин. И Лика доказала это своим примером, не только сравнявшись в мастерстве с Королевой-Драконом, но и разработав несколько новых приёмов.

Принц слегка нахмурился и прикусил губу, услышав такое заявление. Королевская чета, прославившаяся своими воинскими подвигами, всегда была ему примером для подражания.

И не стоило удивляться тому, что, когда пришла пора показать своё умение в деле, напротив Лики оказался Клеон, державший в руках две алебарды.

– Как они похожи на нас с тобой в ранние годы! – прошептала Королева-Дракон своему королю, сидевшему рядом с ней на помосте для почётных гостей. – В их столкновении чувствуется настоящая страсть!

Две стройные фигуры в центре площади, казалось, исполняли стремительный замысловатый танец. Их металлические алебарды со звоном сталкивались, но чаще скользили друг по другу в легком касании, когда одному из противников удавалось удачно завершить приём.

– Пусть, лучше это будет игра ущемлённых самолюбий! – негромко пробормотал Король-Дракон. – Мы с тобой были одной крови, и предназначены друг другу самой судьбой, но несмотря на это, страсть едва не свела нас в могилу!

– Всё в руках провидения, если только ещё и Голоса Океана не решат вмешаться! – покачала головой королева.

– Мне кажется, я могу гордиться своей ученицей! – прогудел Главный Наставник, касаясь могучего плеча легата. – И Королева-Дракон тоже!

– Согласен, мастерство Клеона велико, но не стоило недооценивать противника, у девушки определённо было несколько козырей в рукаве! – криво усмехнулся Маркус, внимательно следя за боем.

И в самом деле, насмешливая улыбка, сиявшая на губах принца в начале поединка, успела изрядно потускнеть. Лика сумела показать, что прекрасно умеет пользоваться преимуществами своего оружия, а некоторые её выпады ставили Клеона в весьма затруднительное положение, что вызывало вспышки гнева в глазах принца, давно не встречавшего столь умелого противника. Конечно, алебарда не была его любимым оружием, но он сам её выбрал и вызвал девушку на бой. А это не самым лестным образом характеризовало его, как военного стратега, что только подогревало яростное желание Клеона победить соперницу. И их бой, поначалу имевший демонстративный характер, быстро превращался в довольно опасное состязание, в котором никто не хотел уступать. Но чем больше злился принц, тем более хладнокровной становилась его противница.

И наконец, это привело—таки к тому, что попытавшись отразить показавшийся вначале довольно ординарным удар, Клеон потерял равновесие, оступился и рухнул навзничь. А острие алебарды оказалось в опасной близости от его горла. Во взоре Лики мелькнуло торжество, и она на мгновение расслабилась, сдерживая удар. Однако глаза принца вспыхнули алым пламенем, он невероятным образом изогнулся и, выскользнув из-под лезвия, подсёк ноги девушки рукоятью алебарды. А в следующее мгновение уже сам стоял над ней, прижимая лезвие к её горлу. Волна гнева и возмущения взметнулась в душе у Лики, её благородный порыв был встречен вероломством! Девушка рванулась вверх, на коже проступили капли крови.

– Брейк! – раздался властный голос Магистра Барракуды. – Испытание завершено вничью!

– Пару секунд назад победа была бы моей! – прошипела Лика, яростно сверкая глазами в сторону принца.

– Когда ты начнешь понимать истинную цену времени и жизни, ты станешь Мастером, а может быть и Магистром! – негромко ответил Клеон, а затем громко продолжил, протягивая ей руку. – Для меня было честью сражаться со столь достойным противником!

Глава 7. Пробуждение

– Очнись, Лика! Просыпайся, девочка! Ты мне нужна, немедленно!

Настойчивый голос приёмного отца разогнал яркие картины подводной жизни Океана, пробился к затуманенному сознанию девушки, вызвав глубокое удивление. Насколько ей объясняли, прерывать сон, в который погружался человек, когда шло слияние с симбионтом, позволялось только в самых крайних случаях. Например, если процесс становился опасным для жизни.

– Неужели, процесс слияния всё-таки оказался невозможным, и я останусь бескрылой! – промелькнувшая мысль была столь горькой, что Лика невольно застонала.

– Тебе плохо, доченька? – в голосе Адама прорезался испуг, а затем в руку у локтя вонзилась игла.

– Процесс почти закончен, просто, сознанию человека сложно покинуть паутину снов, навеянных Голосами Океана, – девушка узнала голос Целительницы Маар и удивилась ещё больше.

Маленькая Целительница очень ответственно подходила к процессу слияния, и должно было случиться что-то неординарное, чтобы заставить её отступить от протокола.

– Настой «гнева дракона» подстегнёт обмен веществ девочки и утихомирит «живые камни», – с этими словами Маар вынула иглу и приложила к месту укола влажную салфетку. – Но за полное отсутствие негативных последствий я не ручаюсь! И мы не успели провести те тесты, о которых говорили Райя и Армина с Язоном.

«Живые камни»! Затуманенное сознание девушки всё-таки сумело вычленить главное из разговора. Лика подняла непослушную руку и потрогала шею. Пальцы наткнулись сначала на холодный металл, а затем ощупали тёплую поверхность живого камня. Второго, третьего.

– Получилось! – с громким воплем девушка подскочила на кровати и распахнула веки.

Первым, что ей бросилось в глаза, было лицо приёмного отца, Адама, на котором тревога смешивалась с облегчением.

– Получилось! – радостно выдохнул он и прижал дочь к груди.

– Сколько их? – поинтересовалась Лика, глянув поверх отцовского плеча на Целительницу.

– Мы успели присоединить только три живых камня, но я уверена, что будь у нас побольше времени, возможно было бы и больше, – взволнованный голос Маар встревожил девушку не меньше, чем слова.

– Так что же всё-таки случилось? – спросила она, высвобождаясь из объятий отца, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Что-то случилось с Райей! – слова были произнесены столь мрачным тоном, что Лика невольно поёжилась. – Я услышал короткий призыв о помощи, а затем она пропала, и её больше не слышу ни я, ни Кассандра, ни Голоса Океана.

– Она погибла? – голос девушки непроизвольно дрогнул.

– Скорее нет, чем да. Я помню предсмертный всплеск эмоций моей жены, это послание не было на него похожим, – голос Адама был угрюмым, но полным сознания собственной правоты.

– Так что же произошло? – Лика почувствовала, как внутри неё поднимается горячая волна гнева, направленная на врагов, посмевших навредить человеку, более всех заботившемуся о мире на планете Океан.

– Это мы и должны выяснить! – мрачно ответил Адам, помогая ей спуститься с больничной постели и подавая тунику и шаровары.

– Но я могу натянуть живой облеган! – недовольно нахмурившись, промолвила девушка, ей не терпелось опробовать возможности симбионта.

– В первый раз быстро у тебя это не получится, поэтому одевай, что дают, потренируешься на субмарине! – одернула её Маар.

Лика захлопнула рот, проглотила возражения и, быстро натянув одежду, последовала за отцом.

Подземные коридоры Крепости Драконов Лика знала хорошо, и поняла, что они следуют в подводную гавань самым коротким путем. Однако брови её удивленно взлетели, когда девушка поняла, что идут они не к громаде «Дефендера», а к стоянке малых субмарин.

– А почему… – Лика дернула Адама за рукав, указывая на подводный крейсер.

– Потому что не хотим сразу развязывать войну! – сердито буркнул мужчина, пробираясь в дальний конец дока. – Если северяне решили подтолкнуть нас к войне, значит, они к этому готовы! Ну, или они так думают. Но в любом случае, если подключать к конфликту тяжёлое вооружение наших крейсеров и космических кораблей, то вероятность получить обратно Райю живой сводится почти к нулю. Для начала, мы решили послать на Северный континент малую группу разведчиков и попытаться выяснить, кто за этим стоит. Противник может ещё не предполагать, что нам известно об исчезновении Райи. Она ведь уехала в очередное большое турне по внутренней части континента, где со связью всегда большие проблемы. Но не для телепата!

За разговором отец с дочерью подошли к доку, в котором стоял «Летучий Голландец». Лика вспомнила, что этот старый корабль, принадлежавший Ордену с незапамятных времен, совсем недавно оснастили каким-то опытным двигателем.

– На данный момент, это – самый скоростной подводный корабль. А ещё мы пытались создать уменьшенную копию двигателей, позволивших бы ему взлетать прямо из-под воды. Правда, испытания ещё не закончены и величина перегрузок тоже неизвестна, – сообщил Адам, открывая входной люк. – Но эта малышка позволит быстро преодолеть подводный лабиринт и выбраться одним из малых выходов совсем неподалёку от столицы континента, возле одной из заброшенных баз Ордена.

– А почему ты решил взять меня? – поинтересовалась Лика, спускаясь вслед за ним по узкой железной лестнице.

– Руководить операцией доверили мне, так как я лучше всех знаю Северный Континент. И Контору, которая, как мне кажется, и стоит за этой диверсией. А мне нужны лучшие люди, умеющие и воевать, и слышать Голоса.

Девушка открыла было рот, чтобы поблагодарить за доверие, но захлопнула, увидев, кто находится в рубке управления кораблём. Такое доверие нелегко будет оправдать! В кресле перед пультом располагался король Язон, отец правящей четы Королей-Драконов, рядом с ним серебрилась чешуёй высокая фигура его брата Януса, которого на Кольце чаще всего называли Дважды Рождённым, в центре оставалось пустое кресло, судя по всему, для Адама, а во втором ряду сидели дракон-жрец Аргус и принц Клеон.

Адам протиснулся в первый ряд, затем обернулся к Лике и предложил:

– Твоё место во втором ряду, но пока можешь войти в оружейный отсек и натянуть облеган. Для тебя там хватит свободного места.

Девушка кивнула и кинулась через маленькую дверцу в смежное помещение. Предназначенное для запасных боекомплектов и наземного вооружения помещение было забито почти под завязку, отовсюду выпирали металлические части, оставляя небольшой узкий проход. Сбросив шаровары и тунику, надрезав мочку уха и смочив кровью ладони, Лика принялась водить руками по телу, прокладывая путь симбионту, находившемуся в данный момент в шейном обруче и одновременно прислушиваясь к нарастающему рокоту двигателей. В тот момент, когда раздался громкий щелчок, обозначающий отсоединение субмарины от парковочных захватов, Лике послышалось, будто в шлюзовой камере что-то лязгнуло. Но тут двигатели рванули на полной мощности, уводя субмарину в глубину, и на девушку навалилась перегрузка. В голове у неё помутилось, Лика пошатнулась, ударилась головой о какую-то железяку и сползла на пол. Некоторое время девушка лежала, пытаясь преодолеть дурноту, а потом…

Холод железного пола внезапно сменился ощущением адского пламени, пожирающего тело, в то время, как она упорно пытается удержаться за крохотные трещины в пышущей жаром стене. Но вот, сверху на неё скатывается ещё одно тело, Лика понимает, что это – её сын. Успевает уловить картину того, как тело дорогого ей существа исчезает в клокочущей лаве и разжимает почерневшие обуглившиеся пальцы, которыми цеплялась за стену вертикального тоннеля, ведущего к Огнедышащей Печи.

– Отомсти за нас, Адам! – полный отчаяния и боли крик рвется из её души, перед тем, как сознание тонет в волне всепоглощающей боли.

Глава 8. В подводном лабиринте

– Ты слышишь меня, Лика, что с тобой стряслось? – знакомый голос звенит от беспокойства, и прохладная ладонь скользит по полыхающему лицу.

Девушка с трудом размыкает запёкшиеся губы, судорожный вдох наполняет лёгкие воздухом, который к её великому удивлению не обжигает их. Осторожно приоткрыв глаза, Лика не сразу осознает, где именно она оказалась. Узкий темный коридор, в конце которого пятно яркого света. Затем её приподнимают чьи-то руки, и в поле зрения появляется бледное лицо с полыхающими алыми глазами.

– И надо же было тебе сюда забиваться, вполне могла бы не страдать от излишней скромности и натянуть облеган прямо в рубке! Там и места больше, и железяки из стен не торчат! К какой же из них ты так приложилась? – рука говорящего скользит на затылок, и Лика невольно вскрикивает от боли, похоже, что там вспухает здоровенная шишка.

– Хорошо хоть, облеган успела натянуть на голову! А то, могла бы и череп раскроить, а кожу на голове – так уж точно! Что ты последнее помнишь? Ответь хоть что-нибудь! – продолжает выговаривать мужчина, прислоняя её спиной к холодной металлической поверхности.

– Не помню ничего, – слова с трудом вырываются из пересохшего горла.

На самом деле, она не помнит ни лица говорящего, ни как очутилась здесь, ни как натянула облеган. В мозгу всё ещё мелькают отсветы адского пламени и непереносимая боль, физическая и душевная.

– Дьявольщина! Говорил же я Адаму, что это – плохая идея, будить тебя раньше времени! – в голосе мужчины появляются отчётливые нотки гнева и страха. – И если уж не было выбора, то хотя бы, надо было спящей перенести тебя в субмарину, а будить уже по прибытии на место! Я – Клеон, ты находишься на «Летучем Голландце», и нам стоит занять свои кресла, так как корабль, вот-вот, войдет в пещеру с водоворотом, а там тряска будет не чета прежней!

Сильные руки подхватывают девушку, прижимают к широкой груди и несут к свету.

Яркий голубоватый свет слепит глаза, а когда зрение проясняется, то осознание окружающего мира, с почти осязаемым щелчком, встает на свои места. Она находится в рубке управления субмарины «Летучий Голландец», которая мчится по узкому, заполненному водой, тоннелю, пролегающему под основным дном океана. На экранах, расположенных над панелью управления, проносятся неровные стены, усеянные алыми точками живых камней.

Клеон осторожно опускает девушку в расположенное во втором ряду кресло, пристегивает её ремнями и усаживается в соседнее. Лика откидывает голову на спинку кресла и пытается разобраться в той каше, которая царит у неё в голове. Ситуация, вроде бы, знакомая, и в тоже время что-то кажется странным.

– Держитесь, выходим в пещеру с водоворотом! – раздается голос мужчины, склонившегося над центром панели управления. – Попробуем проскочить её по прямой, на форсажных двигателях.

Девушку вдавливает в кресло, экраны разом темнеют, удары сердца отдаются во всём теле, но заглушая его стук в ушах, наплывает странная музыка, соединяющая в себе рёв океана, шорох ветра и звон стеклянных колокольчиков. А потом перед глазами появляется сверкающий узор алой паутины.

– Потрясающая картина! – слышит она шёпот своего соседа, а затем её ладонь сжимают сильные пальцы.

Пожатие служит очередным толчком, вгоняющем в мозг Лики эмоции собеседника. Восхищение красотой зрелища, преклонение перед буйством стихии, и на самом краю сознания – трепетное беспокойство за её самочувствие. А в следующее мгновение на девушку обрушивается целый водопад эмоций. Удивление, любопытство, радость, боль, утрата. И все они взаимосвязаны, переплетены и пульсируют в такт той странной музыки, которая продолжает звучать на краю сознания. От неожиданности Лика вздрагивает всем телом, но очередное сильное пожатие возвращает её к реальности.

– Держись, не теряй себя! – шепчет Клеон. – Здесь Голоса Океана особенно сильны. Постарайся сосредоточиться на ближней реальности, отделить свои ощущения от чужих!

Девушка с трудом кивает головой и переводит взгляд от экранов к лицу своего соседа, на котором читается искренняя обеспокоенность. Понимание, сочувствие. Эти чувства так определённы, что кажутся её собственными.

– В первый раз мне тут было ужасно жутко! – продолжает он, ободряюще улыбнувшись. – Не представляю себе, что бы мы делали без Адама! Даже Янус с Язоном, с трудом, сохраняют контроль над сознанием.

Проследив за взглядом собеседника, Лика увидела, что две крайние фигуры откинулись в своих креслах, в то время, как руки центральной продолжают порхать над пультом, преодолевая всё возрастающую перегрузку.