Коточелы. Случайностей ведь нет…
- -
- 100%
- +
От прохладного ночного воздуха голова начала соображать. Итак, она куда-то попала. Вариант первый – это сон. Тогда можно не нервничать, и получать удовольствие от приключения. Вариант второй, верить в который было страшновато – это реальность.
И она, действительно, непостижимым образом переместилась в …А вот куда?
И что ей делать дальше? Спокойно, без паники! В конце концов, не неженка, за спиной годы выживания в детдоме. Подумаем и разберемся… Судя по тому, что ей сказала нахальная девица, она находится в бедном районе некоего города. И отсутствие хвоста отличает ее от жителей этого района в пользу благородного сословия. Это хорошо. Даже если нарвется на неприятности, с «благородными» обычно помягче обходятся. Еще она, видимо, не совсем правильно одета. Это минус. Вполне, впрочем, поправимый. Быстрым движением руки Лера сдернула с веревки первый попавшийся балахон, и нырнула в ближайший переулок. Разобраться в том, как одеть на себя эту странную одежду было не трудно, сложнее было остаться в темной, дурно пахнущей подворотне. Поэтому, как только она справилась с тесемками, которыми балахон завязывался со спины, Лера побежала вперед, на свет, по пути натыкаясь на какие-то колючки.
Вылетела она на круглую маленькую площадь, по центру которой красовался странный каменный пень. И тут же услышала уже знакомый голос незадачливого Мэтта.
– Матильда, ты можешь сама все проверить. Проведи рукой! Ну проведи! Я вообще ничего не чувствую. Никакого магического фона.
Голос был совсем рядом. Лера крутанулась на месте, решив бежать в обратном направлении. Интуитивно, ее совсем не радовала встреча с грозной Матильдой. Но переулка там, откуда она только что вышла, на месте не было.
Отчаянье, которое она душила в себе, прорывалось… Оно щипало нос и горло, собираясь выбраться слезами наружу. Голоса приближались.
В этот момент кто-то резко дернул Леру за рукав, и уже через секунду они с хвостатой девчонкой неслись по узкому переулку. Хоть и мельком, но Лера успела заметить, что этот переулочек был намного симпатичнее тех улиц, которые она видела до того. Дома здесь были аккуратнее, многие с цветными ставнями или чугунными решетками, да и по краям улицы стояли зажженные фонари.
Добежав до маленького домика в конце переулка, они остановились. Домик был по виду очень старый, сложенный из крупных каменных валунов, с ярко-оранжевыми деревянными ставнями, и черепичной крышей. На окнах стояли ящики с яркими геранями и петуниями. Девочка толкнула дверь, и втащила не сопротивляющуюся Леру внутрь дома. Навстречу умопомрачительному запаху пирога и громогласному воплю, доносящихся с кухни: «Олли! Где тебя носит?! Ты во сколько обещала быть?»
Из арочного проема в конце коридора появилась невысокая худощавая фигура с темными длинными волосами, мягкими волнами, спускавшимися на плечи. Темно-карие глаза женщины внимательно изучили запыхавшихся девочек.
– Тааак…, – она медленным движением положила кухонное полотенце на чугунную угловую тумбочку. – Ну давай, рассказывай, в какую историю мы попали на этот раз.
– Впрочем, пойдемте все вместе на кухню. Ужина никто не отменял.
Как только они вошли на кухню, веселый гомон, производимый тремя детьми разного возраста, сидящими за столом, резко стих. Мальчишка лет шестнадцати, с карими глазами и такими же, как у Олли пепельными взлохмаченными волосами, тихонько присвистнул.
– Мам, я тебе говорил, что троллемышка, которую Ол принесла на той неделе, это еще пока цветочки?
Олли одарила брата взглядом, который, будь он материален, вполне бы мог поджечь скатерть.
Две маленькие кудрявые девочки прижались друг к другу и сидели, раскрыв рты и вытаращив глаза на Леру.
– Олли, ты бы представила свою гостью. И… садитесь…
– Лера, – выпалила Лера, в попытке хоть как-то облегчить неловкую ситуацию для своей новой знакомой. Ибо не представляла, как та будет сообщать своей семье, что она даже не знает, как зовут ее гостью.
– Редкое имя, – тихонько сказала одна из маленьких сестренок.
– Салли, Молли и Томми, – представила мама детей, не забыв наградить укоризненным взглядом разговорчивую малышку. – А меня зовут Алиса.
Пирог, запах которого девочки почуяли еще на пороге, стоял на столе. Рядом с ним дымилась симпатичная глиняная миска с супом.
Девочки принялись за еду.
– В общем, по-моему, Лера вэк, – выпалила на одном дыхании Олли, набивая рот пирогом – И ее надо было спасти от Матильды, так как я была бы виновата в ее гибели, если что.
– Ух ты, – Молли поджала под себя ноги, обернулась хвостом, и явно настроилась слушать интересный рассказ.
– А теперь Молли и Салли идут наверх, умываются и ложатся спать. Завтра в школу, – мамин голос звучал твердо.
– Ну мааааам… Это нечестно!
– Мы вообще никогда вэков не видели!
– Наверх! Через пять минут приду, поцелую.
Два понуро повисших хвоста отправились вверх по лестнице.
– Предлагаю начать все с самого начала, – предложил Томми.
– Ну а что тут начинать. Я сегодня пришла в наш подвальчик. —
– Опять! Ты обещала больше не ходить туда! Это старый район, там бродят только сомнительные личности – в Алисином голосе чувствовалась явная тревога.
– Да, но сегодняшний вечер я не могла пропустить. Сегодня же сама Матильда приезжала! У них там такая суматоха по поводу пропажи Ловца стоит! Представляете, Ловец пропал! Тот самый, старый, в виде столика! И они совершенно не понимают кто и как мог это сделать. Ты бы ее слышала… – Лере показалось, что Олли издала звук, похожий на урчание. – Ну так вот, пришла я подвальчик. А там… она. Сидит вся в клубах пыли, глазами сверкает. И одежда такая смешная. Потом я ее выгнала, потому что она на хвост мой удивилась. Но решила проследить, на всякий случай. А она начала совершать совершенно странные вещи. Сначала стащила у тетки Меринды с веревки ее старый серый калази. Ты представляешь себе, чтобы благородная брахма нацепила на себя калази? А она его быстренько так одевает, и бежит на Площадь Бастет. Дальше еще интереснее, при попытке вернуться в Темный переулок, ее Стена не пускает! А тут Матильда уже в спину дышит. Ну, в общем, так мы тут и оказались.
– Никогда не говори о присутствующих в третьем лице, – задумчиво протянула мама Олли, пристально рассматривая Леру и будучи при этом в своих мыслях где-то явно не здесь.
– Калази?! Брахма? – мысли в голове Леры вертелись с бешеной скоростью. – По сути понятно. Калази – это балахон, в котором они все ходят. Брахма- благородное сословие, представителем которого они меня тут считают. Но почему мое появление здесь вызывает такое удивление? И как я оказалась в этом «здесь»?
От этих мыслей голова шла кругом.
– Давай попробую немного ответить на твои вопросы – голос Алисы прозвучал очень мягко и сочувственно. – Похоже, что Олли права, и ты не совсем знакома с нашим миром. Кстати, про калази и брахму ты все угадала правильно, – Алиса слегка улыбнулась.
– Но… я ничего не спрашивала, – прошептала Лера, чувствуя, что уже последняя капля. Пора просыпаться.
– Вслух – нет, – улыбка на Алисином лице стала шире.
– Мамуля у нас, между прочим, тоже не из простых, – с гордостью вставил Томми.
– Итак, дорогая. Находишься ты в столице страны, которую мы называем Кландия. Сама столица называется Юния. Наши города, надежно скрытые от людских глаз, разбросаны по всему миру. Люди о нас не знают, потому что мы этого не хотим. Слишком дорого нам далась война с человеческой расой в 12 веке. От своей слабости и непонимания вэки стали жестоки и непредсказуемы. Мы не смогли и вряд ли сможем простить им наши потери. Поэтому, о существовании Кландии вы не знаете. Самые одаренные из наших жителей трудятся, ежедневно обеспечивая магическую защиту.
– Общество Коточелов, или общество КТ, – вставила Олли. – Туда все мечтают попасть.
– Мы, Лера, очень древний народ. Старше нашей расы сейчас на Земле никого нет. По своей сути мы полулюди-полукошки. Могли существовать как в кошачьем, так и в человеческом облике. С начала времен наш народ открыто обитал в разных уголках Земли. Наиболее крупное поселение было в дельте Нила. Да-да, ты все правильно начинаешь понимать. Сейчас вы эту страну называете Египет. Когда туда пришли люди мы приняли их как… ну, наверное, можно сказать как детей. Да они такими и были. Внешне похожие на нас, но такие слабые, неразумные, незащищенные, наивные и очень уязвимые. Нам захотелось их учить и защищать. Мы так и делали. Врачевали их раны, учили их наукам, земледелию, искусству строить жилища.
Сначала они нас обожествили, ты скорее всего слышала об этом. Двоякость нашей природы они отразили в своей богине Баст, женщине с головой кошки. И стали почитать уже свой миф, свою выдумку, а не нас. Потом дошло до абсурда, и почитания самых обыкновенных кошек. Какое-то время спустя группа людей поняла, что править своими людьми им спокойнее и удобнее без нас. Ими овладело высокомерие, они посчитали себя очень умными. Если простые люди верят в статую богини и в силу кошек, то зачем тогда мы? Стремление к власти всегда было присуще человеческой расе, и в конце концов взяло верх над разумом и чувством благодарности. Нас попросили уйти. Египтяне остались со своими жрецами и вновь придуманными ими богами, а мы отправились искать себе новый дом. Как бы тяжело это не было, но нам пришлось покориться. Во-первых, спорить с подросшим ребенком, каковыми считали людей наши предки, коточелы посчитали ниже своего достоинства. Во-вторых, это было неразумно. К тому моменту, количество людей, населяющих Египет, превосходило нас по численности во много раз. Ведь люди рождались значительно чаще, чем коточелы. Да и ребенок в семье, как правило, один был. Это сейчас вот…, -Алиса фыркнула, посмотрев на своих старших детей с видимым удовольствием.
– Сейчас мы живем изолировано, и никто не знает почему, но наш народ становится все больше похож на кошек, чем на людей. Появляются детки с хвостами и кошачьими лапами, некоторые младенцы рождаются, покрытые шерстью с ног до головы. Единственная радость – детишек в семьях стало рождаться больше. Но…, -Алиса грустно вздохнула, – способность к превращению у таких коточелов тоже утрачена. Они не могут менять облик. В них уже смешалось все от кошки и человека. Правда, есть небольшая группа семей (это свойство обычно передается из поколения в поколение), которые каким-то образом сохранили особенности древних коточелов. Они остались по внешнему виду точь-в-точь как наши предки: обладают магическими способностями, могут по желанию переходить из кошачьего состояния в человеческое.
Обычных людей у нас называют человеками, или просто вэками. Коточела в человеческом обличье от вэка отличают только ушки – сверху они немного заостренные. Эти семьи – наша элита. Мы называем их брахмы. И они никогда не появляются в нашем бедном районе. Боятся заразиться «кошачьим» вирусом. Поэтому все так удивленно смотрят на тебя. Но, Олли, ты не совсем права. Лера не вэк, она…
Резкий стук в дверь прервал Алису на полуслове.
Глава 4
– Бежим!
– Куда? – Лера растерянно смотрела на Олли, которая энергично тащила ее за руку по коридору.
– Давай-давай, боюсь, что они нас нашли. Или просто подряд все дома проверяют. Уже должны были вычислить, что проник нелегал, если ты и правда вэк.
Олли схватила Леру за руку, и быстро потащила по коридору. Втолкнув ее в дверь под лестницей, она принялась разгребать заваленный мешками и тряпьем дальний угол, и, освободив небольшой квадратный люк в полу, дернула его за ручку. Как оказалось, люк скрывал под собой довольно длинный темный переход, по которому они уже и неслись, спустя пять минут. Переход вывел их в кладовку старого особняка. Было заметно, что когда-то это был дом состоятельных и не лишенных вкуса людей. Но сейчас элегантная светлая мебель гостиной была подернута паутиной, стекла шкафов разбиты, книги лежали горами на полу, некоторые из них были порваны и возникало подозрение, что вырванные страницы ушли на растопку камина, который выглядел единственным используемым предметом в этой комнате.
– Уф-ффф, – отдышавшись сказала Олли, – Давай-ка растопим камин, а то мы тут окоченеем. Боюсь раньше утра домой лучше не возвращаться. Они могут и караул выставить.
Подозрение подтвердилось. Олли потянулась к толстой книге с выцветшей от времени красной обложкой.
– Олли, ты что! Это же кощунство! Кто же топит камин книгами! Да еще такими старыми! – Лера была полна возмущения.
– Ты бы сначала разобралась, что за книги, а потом жалела, – невозмутимо продолжая раздирать книгу, ответила Олли.
– Да какая бы ни была!
– Знаешь, – с неожиданной злостью сказала Олли, – если бы их можно было публично казнить, или сжечь с особой жесткостью, я бы это сделала.
Лера удивленно смотрела на нее, но решила, что, если Олли есть что еще сказать по этому поводу, наверное, она сама расскажет. Так и вышло. Немного помолчав, Олли продолжила, и на это раз в ее голосе было больше горечи, чем злости.
– За эти вот книжечки очень много людей пострадало. Моей маме повезло, она была маленькая, когда это произошло, и ее оставили в живых, просто лишили титула и дома. А вот ее родителям пришлось хуже. Это, кстати, их дом.
– А что же произошло? – тихо спросила Лера
– Долгая история. Садись поближе к огню. Хорошо горит…
– Да мы вроде никуда и не торопимся?
– Хм, тоже, верно. Ладно, история за историю, -подмигнула Олли, – Я тебе всю правду про Заговор, а ты мне про себя и как ты сюда попала. Идет? Только честно!
– Идет.
– Мама закончила свой рассказ, когда коточелы ушли из Египта. Но они не пропали, не создали свою страну, хотя и могли. А решили жить среди людей. Между прочим, многие известные художники, ученые и музыканты, которых вы так цените – вовсе не люди, а коточелы. Мы же очень способные.
– Ого! А кто?!
– Это секрет. И не перебивай! Я только настроилась.
– Молчу.
Олли сердито фыркнула, но продолжила.
– Так вот, жили они небольшими группами среди людей, чаще отдельными семьями. Но в какой-то момент произошла катастрофа. Случилось это в средние века, в Европе. Люди были в больше своей массе необразованные, запуганные существующей церковной властью. А мы все-таки отличаемся от людей, можем больше. Кто-то врачевал, кто-то наукой занимался, кто-то рисовал чересчур талантливо. И людям стало страшно. На нас началась охота…
– Инквизиция! – еле дыша выпалила Лера, и тут же испуганно прикрыла рот ладонью, боясь, что Олли прервет рассказ.
– Да, инквизиция, – сурово кивнула Олли, – Страшное время. Тысячи коточелов были сожжены на кострах. Кто-то пытался перейти в кошачье обличие, и ускользнуть таким образом, но люди это поняли, и стали казнить и кошек. Особенно старательно изводили женщин. Дьявольский план, ведь если уничтожить всех женщин, род просто перестанет существовать.
Олли вздохнула, и продолжила.
– Но, конечно, как ни старались, всех уничтожить они не смогли. Да и в других частях света оставались наши сородичи. И вот тогда, уцелевшие после этой бойни коточелы собрались вместе, самые сильные из них объединили свои магические способности, и создали Кландию. Страну, которой нет, и никогда не будет на картах. И куда доступ вэкам заказан. Города Кландии разбросаны по миру, но мы можем перемещаться между ними с помощью специальных порталов. Юния самый большой город.
– Вы нас ненавидите? – удрученно спросила Лера.
– Нууу… нас учат быть выше этого, – забавно вздернув нос, ответила Олли. Ее хвост при этом совершил самостоятельный горделивый взмах.
Некоторое время они просидели в молчании.
– И все же, при чем тут эти книги? – робко спросила Лера.
– А книги – это продолжение истории. Прошло прилично времени, ужасы гонений забылись, и группа энтузиастов-умников начала размышлять. А чего это мы тут сидим невидимые такие? Хотим открытые границы! Хотим, чтобы о нас умных и прекрасных все знали. Давайте подружимся с вэками! Вот в этих книгах написано, какие мы были великие раньше!
Возглавлял этих мечтателей некий Аарун. Но им не повезло. Страной тогда правила королева Тахира. Властолюбивая, сильная, жестокая. И ей ни при каких условиях не улыбалось лишаться своей полной и безоговорочной власти. Поэтому господ читателей объявили заговорщиками, сгустили краски, сказали, что они покушались на власть и жизнь королевы, спокойствие и безопасность страны. Заговор был быстро и жестко подавлен. Переловили всех, как котят. Когда стало понятно, что дело плохо, Аарун всех сдал. Прямо список принес, говорят. Он один и не пострадал. А остальные кто как. Кого-то казнили, кого-то выслали за пределы Кландии с лишением памяти и всех способностей. Королева, правда, после этого долго не продержалась на троне. Народ у нас все-таки добрый, и своих ценит, не так нас много. Не простили ей такую расправу. Поднялся всеобщий бунт, и с тех пор у нас правителя выбирают. Сейчас у нас правит Александр Рамзес. Тахира была последним монархом, который наследовал власть. Но, между прочим, все, по справедливости, ее дочь Санера, тоже была в списке претендентов на должность.
Лера взглянула на книги с еще большим интересом. Почитать бы, интересно ведь.
– Даже и не думай. Говорят, что Аарун эти книги специальным магическим образом тогда обработал, что если ты их прочитаешь, то будешь как одержимый ходить. Народ после той истории даже дома участников стороной обходил, на всякий случай. Вот и этот пустой с тех пор стоит. Боятся все.
– Суеверные какие вы. Но ты же не боишься?
– Ну… я. Я это я, у меня вообще повышенная устойчивость. Особенно в знаниям, – звонко рассмеялась Олли – Меня знаешь как на Базе учителя любят. Оооо…
– На какой Базе? – тоже улыбаясь, спросила Лера.
– У нас до Школы все ходят на Базу, то есть Базовое Образование. Ну кроме особо выдающихся, которым потом эту Базу за бешеные деньги богатенькие родители в головки подгружают. Их ходить не заставляют, то ли боятся, что перетрудятся, то ли того, что заразятся. На Базе то все вместе учатся. И хвостатые, и мохнатые, и брахмы. Старый закон. А сейчас все жутко боятся. Не изучена же природа наших мутаций. Кое-кто уверяет, что это вирус, хотя, конечно, это полная ерунда. А вот в Школу уже идем раздельно, по способностям и классовому признаку, так сказать. А оно так и выходит обычно. Такие, как мы, лишены магических способностей.
Олли обернулась хвостом, и встряхнув головой, как будто желая физически отогнать от себя навязчивые неприятные мысли, весело сказала: «Ну, а теперь твоя история. И чур правду».
– Ну у меня то история короткая. Жила себе девушка, никого не трогала и не обижала. И только жизнь у нее начала налаживаться, как попала сюда. Прямо из собственной квартиры.
– Как так? – Олли недоверчиво нахмурилась.
– Эх… Кто теперь за моей кошкой ухаживать будет? Она там одна осталась, еще и болеет.
– Подожди, я, конечно, не хочу сказать, что ты придумываешь. Не похоже, вроде. Я врунов за версту чую. Но просто так, на ровном месте, сидя дома взять, и переместиться? Так не бывает. Даже все наши маги вместе взятые не смогли бы тебя переместить без Ловца. Стоп!
Матильда…, пропавший Ловец…, что она там говорила? Продан на рынке? Скажи-ка мне, пожалуйста, а ты случайно не покупала себе столик недавно? – от охватившего ее азарта зрачки в глазах Олли стали совсем кошачьими.
– Покупала, – задумчиво сказала Лера. – Он очень древний на вид был. Я такое вещи чувствую. Его, правда, кошка моя невзлюбила.
– Таааак. Теплее уже, – Олли вскочила на ноги, и теперь носилась бешеными кругами по комнате, потирая руки. – А ты этот столик трогала перед тем, как свалилась в мой подвал?
– Трогала, – возбуждение от близости к разгадке передалась от Олли к Лере. – Но, подожди, я его и раньше трогала.
– Как он выглядит? -Олли нетерпеливо махнула на нее рукой.
Лера схватила ближайшую книгу, нашла в ней половину чистой страницы, и, вытащив с края камина уголек, уверенной рукой художника быстро набросала эскиз столика.
Мордашка Олли вытягивалась с каждой минутой все больше и больше.
– Ну-ка откинь волосы, – мрачно скомандовала она.
Лера послушно заправила локоны за уши.
– Итак, что мы имеем. Первое, ты купила Ловца, «почувствовав» его. Второе, ты отлично рисуешь. Даже Салли с Молли узнали бы наш Ловец в твоем наброске. Ты имеешь немного заостренную форму ушей. И, тысяча собак, ты не попала бы сюда, даже с помощью Ловца, если бы… Поздравляю, ты не вэк, ты коточела. Причем, скорее всего, с неплохой родословной.
– Я схожу с ума, – Лера смотрела на новую подругу округлившимися глазами.
Та, не обращая на нее внимания, продолжала кружить по комнате.
– Но остается главный вопрос. Кто и зачем украл Ловца? И еще и активировал его?
Неужели, для того чтобы вытащить сюда тебя? Но почему тогда тебя никто не ждал?
Просчитались, или им помешали? – Олли резко остановилась и нахмурилась, – Боюсь, что ты могла попасть в неприятности. Твое перемещение явно незаконно. Но кому это надо? Осуществить такое под силу только сильному и опытному магу. Имеющему на тебя очень большие виды. Стащить для этого из-под носа Общества КТ, прямо с площади, Ловца, потом, рискуя засветиться, активировать портал…
Даа… кому-то ты очень нужна…
Глава 5
«Как же неудобно ходить на двух ногах… Медленно, и поступь такая тяжелая. Бухх… Бух… Великан идет. А размер каков! А неуклюжесть! Как было раньше прекрасно, невесомым шагом я шла по жизни, неуловимым движением я могла проскользнуть в любую щель! Сколько грации было в каждом жесте!»
Франческа прервала поток своих тягостных размышлений для того, чтобы встать с кровати, подойти к зеркалу и сменить их на еще более тяжкие.
– Лысое чудовище, – мрачно констатировала она, гладя в зеркало.
В зеркале отражалось узкое лицо с огромными янтарно-ореховыми несчастными глазами, и худенькое тело в розовой теплой пижаме.
Покрутив немного головой, Чесси погладила короткий жесткий рыжий ежик на макушке и опять вздохнула.
«Хоть не подходи сюда, к зеркалу. Понятно, что отрастут рано или поздно, но ведь даже одеваться не хочется, так неприятно смотреть на себя. Вот и останусь сегодня весь день в пижаме!»
Чесси отошла к окну и отдернула штору. Комнату залило солнечным светом.
За окном было начало лета и день обещал быть замечательным. Заливались птицы, лениво качались ветки деревьев в саду, покрытые еще яркой и нежной зеленой листвой.
«Погулять бы… Так, ладно, я обещала Саису, что сегодня позанимаюсь. Все-таки надо слушаться хозяина. Тьфу ты, Ян так бесится, когда я называю Саиса хозяином. Хотя, он же не слышит!»
Немного развеселившись от этой мысли, Франческа подошла к столу и взяла небольшой, размером с книгу, прямоугольный металлический аппарат, из которого тянулся шнурок с наушниками. Первая стадия обучения, после которой ее можно будет сдать в лапы педагогов.
Водрузив на себя наушники, она с мрачным видом села в кресло и нажала на дисплее аппарата кнопку «Меню». Экран загорелся мягким голубым светом и высветил разделы: «Науки. Базовый уровень.», «Гуманитарные предметы. Базовый уровень», «Этикет», «История Кландии», «Искусство. Базовый уровень». Далее шло еще несколько строк, но Франческа уже выбрала кнопу «Науки», которые в свою очередь распались еще на несколько строк, из которых с тяжелым вздохом была выбрана «Математика».
В уши полился набор быстрых невразумительных звуков. Франческа сидела, откинувшись в кресле и полузакрыв глаза, перед ее мысленным взором проносились правила и формулы, картинки с решаемыми примерами и объяснениями, графики и картинки с яблоками, мешками и монетами. В конце каждого раздела давалось задание. Для того, чтобы двигаться дальше, к следующей теме, необходимо было это задание решить и ввести ответ в аппарат.
Чесси потянулась к письменным приборам и бумаге. Набросав решение, она навела экран аппарата на исписанный лист бумаги и нажала кнопку со значком «фотоаппарат». Аппарат на несколько секунд замер, после чего на экране высветилась грустная вытянутая физиономия, сообщившая: «Опять ошибка. Логика решения верна, но надо быть внимательнее.»
Засопев, и подумав о том, что освоение грамоты ей далось куда легче, Франческа принялась перепроверять свое решение. Ну, конечно, вот она, ошибка! Надо же быть такой растяпой, не ту цифру взяла. На этот раз экран ей улыбнулся и сказал: «Молодец. Двигаемся дальше?». Нажав кнопку «Отдых», Чесси накинула халат и встала из-за стола.
Время уже шло к обеду, а значит, скоро придет тренер. Ежедневно, за час до обеда она занималась в саду. Занятия представляли собой смесь гимнастики и танцев. Юлия, тренер, говорила, что в конце лета они перейдут исключительно на танцы, но пока организму Чесси требовалась нагрузка другого рода, по ее словам, Чесси надо было «подружиться с собой».