Замуж за дракона. Отбор невест

Глава 13. Его Величество

Эйнору курсов пикапа не хватало, чтобы придумать оригинальное приглашение. Он передал через Гори письмо. Страшно испуганный мальчишка поймал меня на середине пути до восточного крыла и протянул конверт с магической меткой, поставленной как печать на клапан. Как только я вскрыла письмо, метка тут же пропала. Претендентки задержались, чтобы меня подождать, но потом увидели, что я читаю.

– Идите, – махнула я рукой. – Догоню.

Может быть. Если выживу после наказания короля и смогу ходить.

«Любезная Аллатаира, – писал мне Эйнор. – Не сочтете ли вы за труд посетить меня в янтарной гостиной? А чтобы не возникло соблазна отказать, я покорнейше напомню, что один наш общий чешуйчатый знакомый сильно от меня зависит. Вам же не безразличны его жизнь и здоровье?»

Урод! Что он сделал с драконом? Я ведь так и не увидела Тень среди гостей, хотя он обещал, что придет на испытание. Нет, тут что-то не то. Не может ничтожество с красным уровнем повелевать древним ящером с черным. Да он и мне-то приказывать не может, но пишет хамское письмо, будучи полностью уверенным, что я сдамся и приду. Секрет власти Эйнора – шантаж? Он знает страшную тайну дракона и держит его этим? Я еще вчера голову сломала, но не придумала ни одного варианта. Семья Тени мертва, властью он не интересуется. Книгами дорожит, но не настолько, чтобы безропотно подчиняться самозванцу. Его объяснения про защиту – в пользу бедных. Что тогда? Черти бы драли Эйнора по всех позах, чем он держал дракона?

И набрасывался ли точно такой же поводок на мою шею?

– Гори, передай Его Величеству, что я приду.

Не самый лучший момент, паршивый повод и невыгодные для меня условия, но как я не крутила ситуацию, а без короля в ней не разобраться. Да и я уже другая. Потенциал раскрылся, сил хватало, чтобы накинуть управляющие нити на трех магов с красным уровнем и одного с янтарным. Был шанс, что я справлюсь с Эйнором. Если не успею сплести сложное заклинание подчинения, то остановлю его щитом.

Дорогу я знала. Хоть и была пьяная, а запомнила. Стражники расступились и чуть ли не честь отдали. Позеры. Дверь в янтарную гостиную король оставил открытой. Я видела угол дивана, на котором мы в прошлый раз сидели, и все те же странные метки на стенах. Шпионский ребус, а не дворец.

– Аллатаира, я слышу вас, – зло сказал король. – С вас хватит письма, не заставляйте меня повторять приглашение.

Черт, эффект от «Озверина», выпитого на испытании, еще не прошел. Его Величество рвал и метал. Я замедлила шаг, рисуя пальцами первые петли заклинания подчинения. Чего проще-то? Сразу сделаю из него марионетку, и разговор пойдет бодрее. Это же, как сыворотка правды в руках ФСБ. Соврать невозможно. На третьем витке желтая метка справа от меня вспыхнула ярче. Антимагическая сигнализация?

– Ирина! – рявкнул Эйнор. – Я долго буду ждать?!

«Чтоб ты провалился, тиран доморощенный!»

Я заготовила лассо с крючками для нервных узлов и шагнула через порог. Одна секунда, чтобы увидеть фигуру короля в черном камзоле и бросить нити. Фиолетовая магия струилась по его венам, я старательно наматывала витки, а Эйнор молча смотрел на меня. Уже десять петель, пятнадцать, почему не работает? Ни один крючок не зацепился. Метки в комнате сходили с ума. Горели желтым светом и сыпали искры мне на голову. Двадцать витков, двадцать пять. Все мимо!

– Это было глупо, – холодно усмехнулся король. – Вы научились пользоваться силой, но книг прочитали пугающе мало. Иначе бы знали, что кровь дракона работает так же, как его чешуя. Защищает меня от любой магии. Бросьте петли и сядьте на диван. Садитесь, я сказал!

От крика я втянула голову в плечи. Всегда так реагировала в первые мгновения. Не выносила грубых людей. Базарная ли это торговка или урод в короне, возомнивший, что ему все можно. Магическая броня, значит. Так вот почему Эйнор ничего не боялся. Интересно, а Орден был в курсе? Они ведь не просто так настаивали на ударе кинжалом. Сталь – не магия, а плотной чешуи на теле короля нет. Засада.

– Подождите, – ошарашенно пробормотала я, все-таки рухнув на диван. – Кровь дракона. Ваша власть над ним. Она через кровь работает, да?

– Верно, – кивнул Эйнор.

Дура! Какая же я дура! Могла бы сразу догадаться, когда Тень признался. Он ведь тыкал меня носом в заклинание с петлями обратной связи. Кровь в теле Эйнора давала такую связь.

– И что вы можете ему сделать? Как навредить?

– Как мне захочется. Остановить его сердце, например. Через плотную чешую не пробиться ни магией, ни сталью клинка. Он сам дал мне власть над собой в обмен на королевство, принадлежащее когда-то его отцу. В обмен на месть. Дракон – библиотекарь. Увлеченный книгами болван. Я нашел его в яйце, спрятанном под горой. Расколол оболочку и выпестовал чешуйчатого урода, как своего сына. А заодно вложил ему в голову нужные мне мысли.

– Что он чудовище?

– Отвратительная тварь, недостойная не то, что любви, обычного человеческого сострадания. Я задабривал деревенских мальчишек сладостями, чтобы они бросали в него камни и придумывали обидные прозвища. Слизняк, червь, жаба болотная. Мальчишки старались. У них хорошо получалось. Нет большего удовольствия, чем издевательства и унижения. Но вечно это не могло работать. Как только дракон понимал, что может справиться с проблемой, я придумывал ему новую. И так шаг за шагом вплоть до завоевания Элезии. Мы сразу договорились, что я стану королем. А чтобы разгневанные магистры не свергли меня, дракон поделился своей силой. Он не мог поступить по-другому. Я уже крепко держал его в зубах. А магистры помогли. Орден упрямо устраивал на меня покушения. За день до смотрин было пятнадцатое. Сейчас они плетут заговор. Пытаются втянуть вас. Я прав? Отвечайте!

Он схватил меня за локоть, до острой боли сдавив железными пальцами. Я вскрикнула, но вырваться не смогла. Заговор не мой! Он мне его не припишет! Здесь мне нечего бояться. Другое пугало до дрожи.

– Ирина. Вы назвали меня Ириной. Откуда знаете настоящее имя? Тень рассказал?

Я увидела ответ в глазах короля. Он усмехнулся, рассыпав вокруг себя фиолетовые искры. Дракон ничего не рассказывал. Король чувствовал его через их связь. Гостевая комната, купол тишины и незаметности – все было бесполезно. Эйнор сидел в голове у Тени и видел мир его глазами. Чувствовал наш поцелуй. Именно поэтому дракон твердо и категорично отказался от меня в пользу короля. Рискнул всем. Как Ромео, пробрался на балкон к Джульетте, сорвал с ее губ единственный поцелуй и сбежал. Чтобы настоящее чудовище в короне не убило меня из ревности.

– Мне понравился вкус ваших губ, – прошептал король, обнимая второй рукой. Расстояние между нами становилось все меньше. Я пыталась дергаться, но он словно окаменел. Не сдвинуть с места. – Как вы трепетали в руках. Такую страсть не подделать кислой капустой. Она была настоящей. Чешуйчатый дурак не понял, а я ощутил. Вот здесь.

Эйнор сжал мою ладонь и положил себе на штаны. Заставил почувствовать твердую плоть. Его заводили не только воспоминания, но и то, как я сопротивлялась сейчас.

– Не прикасайтесь ко мне! Отпустите!

– А то что? – издевательски медленно и спокойно спросил король. – Ваш черный уровень бесполезен против моей брони. А что сил не хватит даже ударить, как следует, мы еще в прошлый раз выяснили. Я возьму то, что принадлежит мне. Хоть десять испытаний выиграйте, хоть двадцать. Смотрины для вас закончатся в моей постели. А если будете и дальше сопротивляться, то прямо сейчас.

Я снова попыталась его ударить, но даже пошевелиться не могла в крепкой хватке. Запястья огнем горели, от бессилия на глаза наворачивались слезы. Все бесполезно! Это тупик! Не помогут ни Тень, ни Орден Видящих, ни черный уровень. Я осталась совсем одна в лапах монстра, и он собирался сожрать меня.

– Сейчас, – повторил король. – Моей будешь.

От поцелуя я не смогла увернуться. Эйнор прижал меня к спинке дивана и давил всем весом, не давая вдохнуть и опомниться. Ничего отвратительнее в моей жизни не было. Я задыхалась и думала только о том, когда это все закончится. Глупейшая вера мужчин, что симпатии можно добиться насильно. «Стерпится, слюбится». Поупирается немного и все равно даст. Нет.

– Нет! – закричала я, чудом глотнув воздуха и вывернув голову. – Отпусти! Мерзавец! Ненавижу!

Эйнор ослабил хватку, но сбежать мне не дал.

– Твое «нет» превратится в «да». Я умею добиваться своего!

– Любой ценой?! Ломая и выворачивая наизнанку? Катись к дьяволу, коронованный засранец. Я никогда не стану твоей женой! Хоть на куски меня режь!

– Можно попробовать, – тихо ответил Эйнор и отпусти мои руки. – Но не сегодня. Я накажу тебя за оскорбления. Ты встанешь передо мной на колени и будешь просить прощения.

Я оказалась права. Он не придумал ничего нового и собирался седлать со мной то же, что и с драконом. Сломать. Это приносило ему удовольствие, стало наркотиком, сильнее всех известных на Земле. Он просто не мог жить иначе. Король Эйнор – псих в острой фазе всех его синдромов. Маньяк. Что бы я ни придумала, что бы ни сделала, он не остановится. Не зря таких злодеев убивают в фильмах. Иначе нельзя. Он не исправится. Ни ради высокой и чистой любви, ни ради своего будущего. Нужно быть круглой идиоткой, чтобы затеять с ним игру в покорность и ждать, что остынет, успокоится. Выйти за него замуж, родить ему ребенка. Жаль, что понимать это – слишком мало. Здесь и сейчас я была бесправной, беспомощной жертвой за пару минут до страшного насилия.

– На колени, – повторил Эйнор. Шпильки вылетели из прически, заклинание постаралось. Король медленно и с наслаждением намотал мои завитые утром локоны на кулак. – Повторяй за мной. «Ваше Величество, я – грязная шлюха с грязным языком. Я напрасно открыла рот и оскорбила вас».

Он за волосы стащил меня с дивана. От боли на глаза навернулись слезы. Я держалась за голову и тянулась за его рукой. Вверх, в сторону, вниз – куда угодно, лишь бы не вырвал волосы вместе с кожей.

– Ты оглохла? – прохрипел Эйнор. – Или язык отнялся? Повторяй! «Ваше Величество, я – грязная шлюха».

Я как упала с дивана, так и сидела на полу, а король заставлял меня встать на колени. Магия от него расходилась горячими волнами, ткань платья натянулась. Не дождавшись от меня ни звука, кроме стона сквозь стиснутые губы, Эйнор рванул за ворот. Темно-зеленый лен оглушительно треснул, пуговицы градом посыпались на пол. Корсета не было, король разорвал платье до живота и взялся за нижнюю рубашку. С ней без магии не справился. Ткань долго трещала в кулаке, а потом похолодела и лопнула. Сквозняк охватил голую грудь, соски затвердели, превратившись в маленькие горошины, и я услышала тяжелый выдох над ухом.

– Ты искушаешь меня отказаться от наказания. В конце концов, я могу выбить из тебя нужные слова позже. Не хочется в первый же день портить плетьми такую красоту. Кожа бархатная.

Все так же, не отпуская мои волосы, он сжал пальцами грудь. Грубо, напористо ее тискал, дергал сосок. Я уже не могла терпеть, и силы кончились сопротивляться. Мысль расслабиться и не вредить себе еще больше уже пришла в голову. Мерзавец все равно меня изнасилует, вопрос только в том изуродует или нет. Но силы воли оставалось еще на пару ударов сердца. Я могла закричать и позвать на помощь. Никто не придет, но я хотя бы попытаюсь.

Дверь с грохотом ударилась об стену, король развернулся вместе со мной так, как держал. Обнимая. Волосы упали на лицо, но я разглядела серый балахон.

– Отпусти ее, – приказал дракон. Холодно, жестко, властно. Я почувствовала, что король вздрогнул. Связь! Она двусторонняя. И если Эйнор мог навредить, то и Тень тоже. Он поднял руки и сжал кулак. Магия в теле короля взорвалась фиолетовым светом. Он сжал меня тисками, я боялась, что сломает ребра. Воздух вышел с протяжным «И-и-и», и в глазах потемнело. На секунду. Я вернулась. Тень выдирал меня из деревянных рук короля. Он застыл и похолодел, как мертвец.

– Отпусти, – цедил сквозь зубы дракон. – Иначе клянусь, я сломаю тебе кости.

Эйнор не ответил, но моя клетка вдруг стала свободнее. Я вдохнула полной грудью и почувствовала, как пучок волос тянется сквозь ослабевшие пальцы.

– Мразь, – выдохнул дракон, толкнув короля в плечо. Он завалился на сидение дивана. Неподвижный и безжизненный. Восковая кукла со стеклянным взглядом.

– Он умер? – взвизгнула я, кутая грудь в лоскуты ткани. Обнимала себя за плечи и уже не сдерживалась. Зубы стучали, от истерики дыхание стало прерывистым.

– Нет, но умрет, если я не сниму удавку, – чужим и незнакомым голосом ответил дракон. – Плевать на него. Ирина, нам нужно уходить. Руку!

Я неловко подала ладонь и зажмурилась. От перехода сегодня мутило особенно сильно, тело охватил ледяной ветер и в нос ударил запах свежего сена. Конюшня? Нет. Лошадей в тепле держат. Меня же раздели на потеху. Платье в клочья. Я дернулась и попыталась оттолкнуть Тень, когда он опустил на мои плечи свой балахон.

– Мы на вершине северной башни, – ровно сказал дракон. – Не открывайте пока глаза. Я не хочу, чтобы вы видели мою трансформацию.

Он обращался в истинную форму. Я рыдала и слушала тихий шелест черной чешуи. Горя не случилось, но боль не отпускала. Я была такой же грязной, как слова и мысли Эйнора. Как прикосновения его пальцев.

– Ирина, – позвал голос дракона. Высокий и чистый, как перезвон колокольчика. Свободный. – Нужно лететь. Чем дальше я от Эйнора, тем слабее связь. Магия не тянется через города. Я бы унес вас на другой край королевства, но вы замерзнете под облаками. Можно смотреть.

Я открыла глаза. Черная тень закрывала небо. Теперь я знала, почему ему так понравилось это имя. Он был первозданной тьмой. Грозный, величественный, опасный. Маленький мальчик куда-то сбежал, меня спас мужчина. Я не стала спрашивать «почему» и как у него получилось. Смог. Победил себя. Древний ящер расправил крылья и задушил своего мучителя.

– Садитесь на шею, – прозвенел голос надо мной. Пасть дракона не шевелилась. – Там будет удобно.

Он наклонился и подставил когтистую лапу, как ступеньку. Та же чешуя, только ячейки больше, и на ощупь она тверже. Я с трудом забралась на загривок. Балахон приходилось держать, он падал. Дракон присел на задние лапы и взмахнул крыльями.

Ветер подхватил нас, черная тень зацепилась за верхушки деревьев и поплыла. Ощущения не описать словами. От страха я обняла дракона за длинную шею, чувствуя каждое движение могучих мускул. Переживала, что соскользну с гладкой чешуи, но сидела крепко.

– Не смотрите вниз, – предупредил он звучанием голоса над ухом. – Голова закружится.

А как удержаться? Мы поднимались все выше, земля превращалась в сбитое после сна одеяло. Зеленые холмы пестрели желтыми заплатками полей, красными пятнами крыш, лентами дорог. Холод почти не докучал. Я чувствовала теплое облако вокруг себя. Дракон решил, что балахона мало и наколдовал жару. На горизонте выросли горы. Мы миновали один город, второй. Пролетели на густым лесом и зашли на посадку. Одинокая башня на холме с широкой крышей. Не аэропорт, конечно, но тоже сойдет. Дракон спланировал на башню и мягко приземлился.

– Уважаемые пассажиры, – нервно пошутила я. – Рейс ОАО «Драконьи авиалинии» успешно прибыл в пункт назначения.

– В убежище, – невозмутимо поправил Тень. – Спускайтесь, Ирина, и закройте глаза. Меня ждет еще одна трансформация.

Спрыгнула я на деревянный настил уже не так ловко. От того, как напряженно цеплялась за дракона в полете, мышцы затекли. Еще и откат от истерики давал о себе знать. Я расклеилась. Хотелось забраться в теплую постель, накрыться одеялом с головой и проспать до утра. Но на крыше одинокой башни даже табурета не нашлось.

– А почему я не вижу фиолетовую магию внутри вас? – задала я первый из сотни вопросов.

Нужно говорить о чем-нибудь, иначе я буду бесконечно вспоминать домогательства Эйнора и снова расплачусь. Хватит. Только что успокоилась. Даже подбородок не дрожал.

– Чешуя, – односложно ответил дракон, а я от смущения прикусила губу.

Черт, глупый получился вопрос. Раз чешуя не пропускала магию, то и видеть я ее не могла. А тело короля для магии прозрачно.

– Он ведь выжил, да? – спросила я, стоя к дракону спиной. – Мы улетели из дворца, и удавка пропала? Вы не успели его задушить?

– Нет. Не успел. Не смог. У нас общая кровь и общая сила, как у сестер из Красной башни. Только они родились тройняшками, а я добровольно разделил свой черный уровень пополам. Теперь, если Эйнор умрет, я потеряю большую часть силы и не смогу трансформироваться в человека. Останусь драконом.

Неприятная новость. Настолько, что я надолго замолчала, не зная, что сказать. В голову лезли термины из психологии, сухие строчки энциклопедических статей. Стокгольмский синдром. Сломанная психика дракона, как разбитое зеркало, отражала реальность неправильно. Эйнор из морального урода превратился в доброго и заботливого отца. Помощника, защитника. Так было легче, проще, понятней. А еще совсем не больно. Тень поверил его словам, решил, что идея захватить королевство принадлежит ему. Месть Ордену за убитого Траггара, да. Он полюбил Эйнора, с радостью делал все, что попросит и, конечно же, разделил уровень, не думая о последствиях. Ведь это ради «отца» и ради их «общего дела». Так нужно. «Дракон – хороший мальчик. Он все сделал правильно». Интересно, когда прозрел? До конца ли? Если нет, то я сейчас услышу оправдание поступку Эйнора, и придется бежать уже из этой башни.

– И что теперь делать? Прятаться здесь от его гнева?

Я осторожно обернулась. Голый дракон застыл черной статуей на фоне неба и зубцов башни. Я видела широкую спину, сильные ноги. Чешуя действительно покрывала его от макушки до пяток.

– Балахон, – он протянул руку, не оборачиваясь. – Отдайте, пожалуйста. Я не хочу смущать вас своим видом. И спускайтесь в люк. Там комната. Можно разжечь очаг и подкрепиться тем, что есть в погребе. Я подумаю, что можно сделать. Я не знаю, но выход должен быть. Не бывает неразрешимых загадок. Если уровень можно разделить, значит, можно собрать обратно. Теоретически. Это не всегда работает так. Нельзя воскресить мертвых, вернуть съеденную еду и ребенка обратно в чрево матери.

Говорил он медленно и тихо. Не сразу взял балахон, когда я повесила его на вытянутую руку, и сам казался восковой куклой. Я оставила его одного. Пусть подумает. У него получится, теперь я верила.

Крышка люка поднялась со скрипом. Изнутри повеяло духотой давно не проветриваемого помещения, но комната оказалась чистой и уютной. Единственное узкое окно-бойницу заколотили досками, к стене поставили кровать, застеленную вязаным одеялом, а из очага выгребли золу. Даже дрова оставили, сложив ровной поленницей. Забавно, но в такой нарочитой простоте мне было легче, чем в помпезной роскоши дворца. Права мудрая мысль: «Не жили богато, не стоит начинать». Тянуло домой. В деревню к бабушке. Где баня пахла березовыми вениками, а молоко носили в трехлитровых банках. Я жестом отправила двора в очаг и щелкнула пальцами, посылая следом искру огня. Сухая древесина мгновенно затрещала. В башне запахло той самой баней. Я зажмурилась от неожиданного удовольствия и услышала скрип открывшегося люка.

– Ирина, вы можете переодеться, я подожду снаружи. Платьев у меня нет, но еще один балахон найдется. Посмотрите в сундуке под кроватью.

Его стеснительность начинала напрягать. Школьник, краснеющий от слов «женская грудь». Опасность прошла и властный дракон исчез. А ведь переоденусь! Руки уже болят стягивать порванную ткань на бюсте третьего размера. Жаль, что в итоге пришлось снять абсолютно все. Сорочка под балахоном распахивалась, и от нее все равно не было толку. Зато я села на кровать и завернулась в одеяло.

– Можете спускаться, – крикнула я дракону.

Он появился с корзинкой продуктов в руках. Успел переместиться в погреб и вернуться обратно. В холодной яме под башней хранился сыр, бутылка вина, кусок консервированной свинины, называемой беконом, и три яйца.

– Курицы снесли, – пояснил Тень. – Я сделал им маленький курятник и оставил вдоволь зерна. – Сидите, сидите, Ирина, я сам справлюсь с обедом.

Дракон умел готовить? Еще один сюрприз. Курятник в сторожевой башне – вообще шок. Интересно, как часто он сюда прилетал, раз успел так основательно обжиться? Сковороду завел, котелки, чашки, тарелки. От запаха жареного бекона с яичницей рот мгновенно наполнился слюной. Я сглатывала ее каждые две секунды. Вот как Тень угадал мое любимое блюдо?

– Вино, – сказал он, поставив сковороду на стол и пододвинув его ближе к кровати. – Я подумал, оно пойдет вам на пользу после случившегося. Кубков у меня нет, извините, придется вдвоем пить из горлышка.

Я не возражала. Махнула рукой, чтобы оставил пока и набросилась на яичницу. Не хватало ломтика белого хлеба, чтобы макать его в желток, но вкус блюда и без этого был идеальным. Дракон не ел, сидел на стуле и смотрел на меня. На какой-то миг я разглядела в его взгляде то, что я видела в глазах матери, когда она кормила меня обедом. Затаенная радость, удовольствие и желание положить мне в тарелку еще яичницы.