Замуж за дракона. Свадьба

Глава 5. Магистры Ордена Видящих

Артисты допели, дотанцевали и освободили сцену. Распорядитель объявил, что магистр Линней, глава Ордена Видящих просит слово. Я не видела его ещё ни разу, а эмоции дракона передались даже через куклу. Волны отборной ненависти накатывали холодом. Эйнор сжал губы в нитку и надолго замолчал.

На помост поднялся тощий старик в золотой мантии. Судя по её цвету, он не представлял ни одну из башен и держался строго отдельно, как и подобает главе.

– Сильнейший маг? – тихо спросила я короля.

– Нет, просто самый удобный для других. Стихийник, тяготеющий к земле, темно-красный уровень. Ничего интересного.

– Тогда почему вы нервничаете?

Деревянные кулаки короля лежали на столе тяжелым грузом. Эйнор так сжал зубы, что мне казалось, я слышала их хруст. Дракон на мгновение отпустил нити марионетки, а потом вернулся и заставил её разжать пальцы.

– Посмотрите ему за спину. Там стоит настоящий глава Ордена. Магистр Пиррон. Лучший друг магистра Шиенна и отец вашего несостоявшегося жениха.

Отец Давена! Я вздрогнула и вытянула шею, чтобы лучше его рассмотреть. Высокий мужчина, статный, серьезный. Тоже в синей мантии, как сын.

– Любезные господа и дамы, – хрипло заговорил Линней, развернув, наконец, свиток по-стариковски дрожащими пальцами. – Высокая честь поздравить Их Величества с вступлением в брак и пожелать от всего Ордена Видящих долгих лет счастья и процветания.

Зрители зааплодировали, а настоящий глава Ордена нарочито широко улыбнулся. Что-то лисье было в прищуре его глаз и волчье в оскале. Для человека, проигравшего схватку с королем-драконом пятнадцать раз, он выглядел слишком уверенно.

– Примите в дар от Ордена ожерелье из ценнейших самоцветных камней, наделенных небывалой силой, – продолжил Линней. – Богиня Даяна послала нам удивительную королеву. Она не только прекраснейшая из женщин, но и во всем равна супругу. Я верю, что объединившись, король и королева положат начало великой династии, достойной сиять на небосводе ярче звезд.

Магистр поднял руку, и гости встретили пожелание одобрительным ревом. Не знаю, заметил ли кто-нибудь из них, как технично Линней забыл про Траггара? Ведь на самом деле мы с Эйнором не открывали династию, а продолжали её. Но первого короля-дракона для Ордена словно не существовало. Магистры убили Траггара и пытались устроить его сыну ещё одну Синюю грозу.

– Пиррон, прошу вас, – обернулся к нему Линней и жестом пригласил вручить подарок.

Магистр открыл сундук и поднял ожерелье. Камни переливались на солнце, вспыхивали разноцветными искрами. Синими, красными, желтыми.

– Видишь что-нибудь? – прозвучал голос дракона над моим плечом.

Я сощурилась, пытаясь понять природу искр. Пиррон поворачивал ожерелье так, чтобы камни попадали под лучи солнца. Все сверкало и мельтешило перед глазами, но магии я не чувствовала.

– Нет.

– Вот и я не вижу, – ответил Тень, пока король поднимался с места. – Не прикасайся к ожерелью. Я сам его возьму.

Пустышка, выдаваемая за артефакт? Приманка для короля? Или отвлекающий маневр, чтобы я не успела помешать шестнадцатому покушению?

Буря пронеслась в душе за два удара сердца. Я забыла, что рядом со мной кукла, что её специально создали ради таких моментов. Магистры целились таинственным оружием в дракона, а он шел к ним, высоко подняв голову. Захотелось броситься следом, схватить за рукав и вернуть. К черту обиды, я не желала ему смерти! Но Тень специально отдалялся от стола, чтобы взрыв или что-нибудь такое же разрушительное не задели меня. Я отсчитывала мгновения по его тяжелым шагам и до боли всматривалась в ожерелье. Хоть бы одна петля заклинания выскочила! Да что же такое придумали магистры?! Как умудрились спрятать магическую угрозу от черного уровня?

– Не стоило утруждаться, Ваше Величество, – вежливо сказал Пиррон, не сводя с короля пристального взгляда. Тоже ждал подвох? – Я бы сам принес ожерелье к столу.

– Но вы остались на месте. Думали, издалека я не разгляжу, что сильнейшие камни – подделка?

– О, я знал, что вы так подумаете, – усмехнулся магистр. – Или сделаете вид, что подумали. Её Величество птицей к вам рвется, переживает. Вы уже успели настроить госпожу Аллатаиру против Ордена? Кругом враги, заговоры, покушения на жизнь. Даже подарку из рук вероломных магов нельзя доверять, правда?

В голосе Пиррона явственно слышался сарказм. Эйнор обернулся ко мне всего лишь на мгновение, но заметил жар, вспыхнувший на щеках. Надо же, как точно нас просчитал истинный глава Ордена. Проницательно. И не постеснялся показать это всем гостям на свадьбе. В открытую бросил вызов королю. Поманил фальшивкой, но фактически устроил проверку. Дракону было за что ненавидеть зарвавшегося магистра. Неслыханная наглость.

– Вы ждете доверия, но устраиваете фарс с подарком.

– О, нет, что вы, Ваше Величество, – сбавил ироничный тон магистр. – Никакого обмана. Камни не фальшивые, они просто не заряжены. Девять драгоценных сосудов для энергии по одному на каждый месяц беременности Её Величества. Я знаю, как вы ждете наследника и уже предложил помощь Ордена королевскому лекарю. Как главный целитель Элезии, я бы мог подсказать, направить, поделиться ценнейшими знаниями из древних книг, а заодно зарядить нужными заклинаниями самоцветные камни, но не посмел без Вашего позволения.

Главный целитель, значит? Помочь захотел? Я не поверила ему и дракон тоже. Он все ещё рассматривал «пустое» ожерелье. Стекло Нетты тоже не излучало магию. Если в руках у Пиррона артефакт, то узнать его свойства будет очень сложно. Хитрый магистр не зря вручал подарок публично и после небольшой стычки с королем. Теперь Эйнор не мог отказаться, чтобы не обидеть Орден. А отношения у них и так хуже некуда. Кажется, я начинала понимать, что мешало дракону расправиться с магистрами раз и навсегда. Их просто много. Очень много. Сражаться с каждым лекарем, погодником, учителем в башне нет смысла. Разумнее устранить только заговорщиков, назначить нового главу, лояльного Эйнору и забыть, что магистры когда-то были против дракона на троне.

– Правильно сделали, что не посмели, – едко ответил король. – Я доверяю своему лекарю и не хочу, чтобы вокруг Её Величества было слишком много посторонних мужчин. Беременность – священное таинство.

– Конечно, – примирительно улыбнулся Пиррон и протянул дракону ожерелье.

Я снова вздрогнула от страха. Ожерелье могли намазать ядом или придумать любой другой способ убийства, не связанный с магией! В деревянной кукле кровь дракона. Если Эйнор исчезнет, Тень пострадает!

Я надеялась, что Пиррон не знал тайну. Магистр смотрел на короля с любопытством и терпеливо ждал, примет ли он подарок. Хватит ли духу? Дракону хватило. Он молча сжал ожерелье в кулаке и вернулся ко мне. «Спасибо» Пиррон так и не услышал.

– Не прикасайтесь, – напомнил Эйнор, но я и так смотрела на камни в золотой оправе, как на клубок ядовитых змей. – Я позже с ним разберусь. Сейчас прикажу слугам положить в сундук и убрать подальше. А вы действительно испугались за меня?

Через куклу я не могла заглянуть в глаза Тени и почувствовать то, что он хотел спрятать в вопросе. Эйнор фонтанировал эмоциями. По-настоящему завелся от разговора с магистром. Голос звучал грубо и резко. Чужой голос, никогда не принадлежавший дракону.

«Хорошо, я повторю по-другому, – прошелестел он дуновением ветра над ухом. – Вы смутились, когда Пиррон увидел ваш порыв. Покраснели и отвели взгляд, такое не сыграть. Да я и не замечал за вами раньше театральности бродячих артистов. Вы всегда были искренни со мной, так не мстите ложью за мою ошибку. Ответьте, пожалуйста, я вам безразличен или все же нет?»

Глупо было врать. Мой же собственный порыв сказал мне больше, чем Пиррону. Не бросаются так за тем, от кого хотят уйти. Ответ «нет». Не безразличен. Но и вернуться я пока не могла. Слишком мало времени прошло. Обида ещё кипела злостью внутри и отравляла жизнь. Не до женских манипуляций сейчас с «пусть кается сильнее и усерднее замаливает грехи», у меня язык не поворачивался признаться, что я испугалась за его жизнь. Это все равно, что сказать «я прощаю» и обмануть с этим. Он ведь решит, что отношения налажены и снова заговорит о постели. Мамочки, как я боялась близости! На меня ужас накатывал, стоило представить ласки мужчины, так долго бывшего для меня Эйнором. Насильником. Чудовищем.

– Вы молчите, – заговорил дракон голосом короля. – Наверное, так будет честнее всего, и я это заслужил.

– Вы снова обиделись? – не выдержала я, но потом все-таки прикусила язык. Мы умудрялись ссориться, даже когда пытались помириться. Плохая привычка, учитывая заговор магистров, странный артефакт и жизнь, как на вулкане.

– Нет, – твердо ответил король. – Никакой обиды. Вы промолчали, но выводы я сделал. Надеюсь, не сильно с ними промахнулся.

Я тоже надеялась. И мечтала, чтобы дракон уже хоть как-нибудь помог его простить.

***

Со второго дня свадебного торжества мы тоже сбежали. Якобы для того, чтобы уединиться и продолжить медовый месяц, а на самом деле дракон повел меня в подвалы дворца к корням дерева богини. Повел, потому что управляя куклой не мог перемещаться. Да и бросать «короля» где попало не стоило. Тоже ведь своеобразный артефакт. Имей он зачатки разума, считался бы големом, а как бездушная деревяшка тянул только на звание магической приблуды. Фэнтези-робота. Черт, хоть бизнес-план разрабатывай и внедряй массовое производство! Уникальный продукт для Элезии, торговля должна пойти бойко. Жаль, что драконьей крови на всех не хватит. Так что моим планам по личному обогащению было не суждено сбыться.

– Здесь, – объявил дракон и остановился в коридоре с каменными стенами.

Я покрутила головой, но не увидела дверь.

– А что здесь?

– Подождите меня. Я сейчас выйду в истинном облике. Не совсем в истинном, конечно, но вы меня поняли.

В потайную комнату он проник прямо через стену. Просто шагнул в неё и растворился в камне. Я подошла ближе и положила руку на выпуклую кладку. Долго ощупывала ее, пытаясь понять, чем она отличается от настоящей стены. Удивительная иллюзия. Очень реальная.

– Вместо дверей здесь артефакты, – заговорил Тень у меня за спиной. – Маги даже с желтым уровнем видят через иллюзии, а это обманный камень из обсидиановых гор. Соприкасаясь с магией дракона, он становится жидким, как вода, и через него можно пройти. Подвалы дворца когда-то строил мой отец. Он и привез редкую породу с Севера.

– Поразительно, – с восторгом выдохнула я. – Получается, никто кроме вас проникнуть за стену не может?

– Совершенно верно. И к дереву богини тоже. После того, как отец уничтожил армию мертвых, он разрубил на части и сжег дерево Даяны в землях драконов, а то, что росло в Элезии, спрятал под новым дворцом. За тысячу лет его несколько раз перестраивали, но до подвалов не добрались. Дерево стало легендой. О нем все помнили, но никто из ныне живущих не видел. Почему так – отдельная легенда.

Претендентки рассказывали её с удовольствием. За время подготовки к испытаниям я услышала три разные версии от Дэлии, Нетты и Серсеи. Самая забавная была о том, что дерево настолько глубоко проросло корнями в землю, что кроны стало не видно. Все ходят мимо и не замечают. Она же оказалась самой правдивой. Весь королевский двор действительно ходил мимо дерева и не видел его.

– А как же я к нему попаду? Я ведь не дракон.

– Есть способ, – ответил Тень из-под капюшона и достал нож. Лезвие я с трудом разглядела в темноте и не успела отреагировать. Так и стояла на месте, хлопая ресницами от удивления. – Не пугайтесь, – попросил дракон. – Это для меня. Чешуя – идеальная броня, но уязвимые места все же есть. Например, язык.

Он поднес лезвие ко рту и прикусил его зубами. Я поморщилась, представляя, как это больно и как долго будет заживать рана. Не пришлось бы швы накладывать. Согласится ли Тень показаться лекарю или сочтет, что тайна важнее?

«Позвольте вашу руку», – произнес голос отдельно от хозяина. Дракон не разжимал губ, чтобы не потерять ни одной капли крови. Наклонился ко мне и поцеловал тыльную сторону ладони. На коже остался алый отпечаток.

– Его будет достаточно, – пообещал Тень. – Камень почувствует кровь и примет вас за дракона. Закройте глаза, если вам неуютно. Не бойтесь, я рядом и держу вас.

Он действительно обнял меня со спины и легко подтолкнул вперед. Обманный камень напоминал холодную воду. Густую и тягучую, как смола. Я не только зажмурилась, но и задержала дыхание. Не хотела «наглотаться» магической породы. За стеной было теплее и пахло травами, как на лугу в солнечный июль. Я запоздало вспомнила, что у дракона здесь маленькая экспериментальная оранжерея, а потом открыла глаза.

– Феноменально.

Других слов не нашлось. Я представляла дерево чуть выше моей головы, запертое в подвале и страдающее без света, дождя и ветра. Вечный чад от свечей и факелов, на худой конец, магические шары под потолком. А увидела жилище эльфов из волшебных сказок. Древнего исполина, уходящего ветвями в небо. Такого широкого, что не обнять и десяти людям, взявшимся за руки. Дракон мог тысячу таких кукол, как Эйнор, сделать и дерево бы не пострадало.

– Оно выше дворца!

– Да, – кивнул Тень. – Выше. И солнце ему не нужно, оно само излучает свет. Колышет ветвями, создавая ветер. Умело бы чирикать, как птицы, я бы давно оглох.

– Но почему его никто не видит?

– Камень-обманка. Он же растягивается, – с улыбкой объяснил дракон. – Если сложить из него купол, то внутри станет гораздо больше места, чем будет казаться снаружи. Дерево растет. До сих пор.

Я кивнула и подошла ближе, приглядываясь к шероховатой коре, резному кружеву зеленых листьев. От дерева пахло мятой и шоколадом. Теперь я знала, откуда взялся этот аромат на коже Эйнора и чешуе дракона.

– Коснитесь ствола, – прошептал Тень. – Я хочу вам кое-что показать.

Кора дерева бугрилась острыми выступами, глубокими разломами и напоминала потрескавшуюся без дождя землю. Я уколола ладонь, но упрямо прижала её к стволу.

– Сейчас вам станет дурно, – предупредил дракон. – Так, будто вы отправились в морское путешествие, и лодка угодила в шторм. Не пугайтесь. Дерево примет вас и всё пройдет.

Я сглотнула слюну и приготовилась страдать. Лишь бы в обморок не упасть, а то все пропущу. Дракон пробормотал слова не то заклинания, не то молитвы богине Даяне и накрыл мои пальцы ладонью. Пол тут же ушел из-под ног. Меня подбросило вверх и чуть не размазало тонким слоем. Зубы хрустели, как я сжимала их от боли, в кромешной тьме перед глазами проплывали красные пятна. Тело то охватывало огнем, то сковывало холодом. Когда сил терпеть уже не осталось, вдруг всё исчезло. Я обернулась пушинкой, плывущей по волнам теплого ветра. Птицы не пели, но тишина не была абсолютной. Где-то тонко переливались звоном серебряные колокольчики.

«Открой глаза, – прозвучал голос дракона, – смотри».

Легко сказать, а если ничего не видно? Я попыталась выставить вперед руку и разглядеть пальцы. Когда-то читала про осознанные сновидения, совет пригодился. Темнота пошла рябью и вспыхнула миллионом звезд. Передо мной росло дерево. Из тесной пещеры в подвале дворца тянулось ветвями прямо в космос. Вместо звезд – листья. Тончайшие, резные, искрящиеся, как морозные узоры. Куда не поверни голову – везде они.

«Это души живых, – объяснял Тень из пустоты. – Каждого человека в мире. И дракона. Посмотри, вот он я».

Среди белых звезд вспыхнула красная искра. Широкий лист трепетал на ветру и скучивался в трубочку.

«А вот ты».

Мы стояли рядом. Обнимались наяву, а души тянулись друг к другу. Белый свет и красный огонь.

«Мужское и женское начало, – сказал дракон, будто услышал мои мысли. – Есть старая легенда, что когда-то в мир пришли двое влюбленных. Она создала жизнь, а он смерть, она землю, а он пламя. Они не выдержали своей двойственности, не смоги принять друг друга. Он убил ее. Тогда мироздание взбунтовалось. Мужчина стал уродливым ящером, драконом. А душа женщины раскололась на тысячи тысяч осколков, из которых появились люди. Тело же не умерло и не ожило».

«Оно превратилось в дерево, – догадалась я. – И звали ту женщину Даяной».

«Верно, – ответил Тень, и я поняла, что он улыбнулся. Теплее стало. – Ты тоже человек, Даяна приняла тебя. Со мной сложнее, поэтому лист горит красной магией дракона. Не простила богиня своего убийцу».

«Даже через столько поколений?»

«Даже».

«И женщин-драконов она тоже ненавидит?»

Почему-то это показалось важным. Во всех книгах упоминались только мужчины. Траггар Безумный, его сын Эйнор, вожди племен, уничтоженных Рассул Кханом. Ни одной драконихи или драконицы. Как правильно?

«Их просто нет. Все драконы – самцы. Мы испокон веков берем себе в жены человеческих женщин, и если рождается девочка, то она остается человеком. А если мальчик, то он вырастает крылатым ящером. Но иногда случаются неприятности. Я, например. Отец считал, что виновата мать. Женское начало в ней, дар силы от богини Даяны оказалось слишком слабым, поэтому я родился больше драконом, чем человеком. С тех пор отец и ввел отбор на смотрины по уровню. Чтобы такого больше не повторилось».

«Он, правда, убил твою мать?»

«Я не знаю, – через паузу ответил Тень. – В «Истории Траггара Безумного» сказано, что да, но я не могу поверить. Это слишком сложно для меня. Кастор постоянно твердил, что все драконы чудовища и убийцы. Я, выходит, доказал, что он был прав. Значит, и отец мог… Единственного родного человека, любимую женщину. Из-за меня».