Сделка с дьяволом

По кабинету прошлись тихие вздохи и шёпоты. Он никому не говорил, что Лидии Гомовой больше нет в живых, а он сам стал сиротой и ответственным за свою жизнь. Виталий не смог стоять, уперевшись рукой об поверхность стола. Дима не проронит ни слезинки, ведь все слёзы остались у иконы Пресвятой Богородицы, когда просил дать ей покой хотя бы на том свете, если он вообще существовал.

– Почему ты не позвонил мне? – через пару минут смог выдавить наконец-то Виталий Акрадьевич.

– Всё уже улажено. Похороны пройдут в среду, так что п-приходите, – голос чуть дрогнул, проклятье. – Она была бы рада видеть Вас в последний раз.

Больше его никто не заставлял говорить, и не знали, что можно было сказать в ответ. Дима спокойно занял своё место, вот уж точно, привлёк внимание слушателей. Ему осталось два года до совершеннолетия, надежда на то, что органы опеки не займутся им, практически не осталась, а кто будет брать опекунство над беспризорником?

– Хочешь, моя бабка возьмёт опекунство? – догнал его Макс, когда они вышли из полицейского участка.

– На кой ей это? – без интереса вступил в диалог Дима.

– А что, я скажу ей, что деньги за тебя сможет получить, да и мне не так одиноко, будем вместе ходить в школу, да и вообще...

– Ты знаком то со мной один день, а уже зовёшь к себе жить?

– Хочешь, живи у себя дома, просто по документам мы станем братьями.

– Если только по несчастью, – отойдя на несколько метров от участка, Дима достал сигарету, подкурившись на ходу.

– Тебя заберут в приют, а там, знаешь, так себе, у меня и то лучше условия. О, смотри-ка, – Макс дёрнул его за руку, отчего пепел от сигареты обжёг палец, заставив обернутся. – Это же Филипп на той стороне!

– Оставь его в покое. Видно же, что он не особо то и ищет друзей.

– Ага, конечно! Эй, Филипп! – тут же бросился в сторону парня Макс. – Друзья нужны всем, Дима, даже ему.

Пришлось последовать за блондином, вдруг он стал бы пытать бедного затворника? Парень и вправду выглядел нелюдимым, голову прикрывал капюшоном, в ушах были наушники, отчего Максим знатно напугал его, когда ухватил за плечо. Фил тревожно осматривал их, словно изучая, насколько они были опасны для него.

– Чем могу помочь? – аккуратно обратился к ним новый товарищ.

– Ты что, не узнал нас? Мы с тобой ходим вместе на профилактические беседы. Я – Макс, – парень указал большим пальцев руки на себя, потом перевёл на друга. – Это – Дима. Ты же Филипп?

– Да, откуда тебе известно моё имя?

– Брось, ты был звездой среди всей той малолетней тусовки! Поверить не могу, что ты реально сделал приложение для этих выродков!

– Ты, видимо, не до конца знаешь это дело.

– А что ещё там было? Тебя же за хакерство посадили?

– За троян. Я собирал их данные и обнародовал в массы. Когда разошёлся скандал, меня быстро забрали.

– Ахренеть! Вы двое такими интересными вещами в жизни занимаетесь, один я, как придурок, за наркоту сел. Ты, кстати, не торопишься? – Макс обратился к Дима.

Парень с чёрными волосами, что уже начали отрастать до глаз пожал плечами. Куда ему теперь торопится? Дома его точно никто ждать не будет.

– А ты? – теперь череда Фила.

– Ну, вообще я...

– Забудь, давайте сходим куда-нибудь? Такой день чудесный, даже выпить хочется!

– Я не пью, да и мне...

– Ай, пошли! – Макс ухватил парня под руку и повёл в обратную сторону, Дима просто плёлся рядом.

В этот день его судьбы приняла очередной поворот, который на шаг приблизил его к тому, что он имел сейчас. Бабушка Макса действительно согласилась взять опеку, на похороны матери пришлось отдать все деньги, что он имел, отчего жить было буквально не на что. Через месяц им уже нужно было возвращаться на занятия в школу, поэтому на поиски подработки осталось очень мало времени. Квартиру не отобрали, на том и спасибо, что хоть крыша над головой была своя. Виталий Госпадарский на похоронах предлагал помощь деньгами, продуктами, хоть чем-нибудь, что могло бы помочь ему в жизни, на что Дима попросил не переживать, ведь то, что он рассказал ему в тот день, навсегда изменило его жизнь. Казалось, в тот день в его душе тоже что-то умерло, и никогда больше не воскреснет.

Начался сентябрь. Парни были старше Димы на год, так что когда они заканчивали выпускной год, он лишь перешёл в десятый класс. Готовится к экзаменам было особо некогда, он смог договорится работать разнорабочим на пристане, где стояла судоходная компания «Севнефтфлот». Название дебильное, зато платили неплохо. На жизнь хватало. Они продолжали собираться втроём, зачастую просто обсуждая всякую чушь, лишь бы заполнить пустоты жизни, что каждый проживал.

– Ты же красивый парень, нашёл бы себе девчонку для отдушины, – опять начал свою песню Макс, попивая пиво из стакана, сегодня их встреча проходила в самом дешёвом баре, где им верили про возраст.

– У тебя кроме девок есть что-то на уме? – осёк его Фил. – Нам готовится к экзаменам надо, этот год ведь последний.

– Ты заноза в заднице, знаешь?

– Нет, Макс, ты отчасти прав, – поддержал друга Дима. – Иногда хочется «выпустить пар», как ты говоришь, ну знаешь, яйца болят и всё прочее, просто...Думаю, если бы не видел того, что видел, было бы проще.

– Когда ты уже выкинешь из головы этого придурка? Ну, правда, столько лет прошло, года два, точно?

– Я не смогу забыть, но если отомщу, думаю, мне станет проще жить с этим.

– Что ты подразумеваешь под словом месть? Что конкретно тебе нужно сделать, чтобы ты смог отпустить ситуацию? – Фил, как всегда, ковыряет его душу на изнанку.

Парень задумался, покручивая чёрный локон между пальцами. Поджечь церковь? Напоить его своим же чаем и сделать тоже самое, что он творит с детьми? Господи, нет, он никогда не сможет пойти на такую жестокость. Да и сам священник не осознает происходящего.

– Отрежем ему яйца? – бросил Макс.

– Разве они не евнухи? – осёкся Дима

– При чём здесь евнух? Он держит целибат, но это же не значит, что у него нет яиц, – пояснил Фил

– Значит режем?

– Постой, – одёрнул друга Громов. – мы же не можем просто завалится и сделать его кастратом, нужен весомый аргумент.

– Найдите ребёнка, приведите к нему, а когда он начнёт его раздевать, запишите на камеру, обнародуйте, а его кастрируйте, – подытожил Фил.

– Ну, голова же! – потрепал друга Макс.

– Это отвратительно.

Дима был уверен в том, что в нём нет столько злости, которая могла бы подтолкнуть его к тому, чтобы целенаправленно навредить человеку. Он мог уничтожить любого морально, раздавить, как букашку, но физически... Это была бы крайняя мера, к которой он не желал бы прибегать. Смотря на себя сейчас, когда парень вытянулся, мышцы накопились в плечах, сделав его фигуру более массивной и широкой, казалось, теперь то ничего не могло его сломить. Ничего не ломало, до того дня, когда он снова не оказался в этой трижды проклятой церкви.

– Ну, что, мы закончили на сегодня? – выбил из воспоминаний голос Макса.

Они уже несколько часов принимали груз, только что доставленный из Италии. Слишком дорогой груз, чтобы доверить его приёмку работникам. Этот товар принесёт ему миллионы, на которые он продолжит отстраивать свою империю. Дмитрий Громов обязан стать более крупной рыбой, чем был на данный момент.

– Я думаю, да. – положительно ответил он товарищу.

Мотнув головой, Макс скрылся из виду, желая скорее закончить со всей этой грязной работой и отправиться спать. День и так выдался непростой. Станиславский снова выдвинул ему условия, в этот раз количество вещества, что он просил, было в два раза больше. В два раза больше жертв...Неужели, они не смогут остановить их до того, как пострадает ещё больше невинных?

После того, как они сожгли к чертям ту церковь и...убрали Святого Отца, Дима был уверен, что они не решатся на повторную выходку. К сожалению, он срубил стебель, но не достал корень. Ядовитый плющ с каждым годом лишь больше разрастался, как не руби ветки, и вот, начал давать плоды.

Убийства затихли, но это скорее плохо, чем хорошо, ведь «Эдем» мог готовить что-то по серьёзнее, чем просто заниматься оккультными убийствами. Мужчина даже думать не хотел, чтобы это могло быть. Что угодно, лишь бы больше никогда не касалось его и Сашу. В этой жизни он слишком долго боролся с ними, и это последний раз, когда готов дать отпор.

«Могу хоть спросить, откуда у меня чёткое ощущение, что я знаю тебя?» – высветилось сообщение на экране его телефона. Значит, где-то под коркой подсознания она всё ещё помнила его. Что же, это заставило его улыбнутся. Но не сейчас. Она не готова выслушать его. И, возможно, никогда не будет готова. То, что он носит в своей памяти и своём сердце полностью убьёт её, Дима уверен в этом.

«Может, ты просто вспомнила какие-то новостные сводки, где было моё лицо и я сильно запал тебе в душу?» – тупой подкат, тупее некуда, но внимание отвлекло.

«Как будто, твои слова даже имеют смысл.»

Его слова не значат буквально ничего. Он врёт ей столько, сколько себя помнит и сам уже скоро запутается в своём вранье.

Глава 18. Серебро

Сквозь сон Саша ощущала, как чья-то рука проводила по её волосам. Казалось, ей снилось что-то ночью, может, это продолжение сна? Уснула девушка очень поздно, свет, что проникал в комнату был уже достаточно ярким, неужели она проспала до обеда? Когда чувство сна окончательно покинуло её, ощущения прикосновения к волосами никуда не исчезло. Кто-то пробрался в дом?

Под подушкой лежал пистолет. Ужасная привычка выработалась хранить оружие рядом с собой во время сна после того, как началась вся история с Громовым. Резко выхватив пистолет из-под подушки, она развернулась в сторону, где сидел неизвестный гость. Вот только не успев снять предохранитель, её руку прижали к матрацу.

– Серьёзно? В моём доме спать с оружием? – яркий свет ослепил глаза, что ещё не отошли от сна, но по голосу она точно могла определить, что Дима находился в её комнате и это он гладил её волосы!

– Эта привычка появилась благодаря тебе!

Мужчина склонялся над её лицом, продолжая прижимать руку к матрацу. Он внимательно следил за ей выражением лица, на котором читалось непонимание и, казалось, страх перед ним, но от которого хотелось не оттолкнуть, а скорее просто выжидать того, что он сделает дальше. Саша не пыталась откинуть руку или оттолкнуть от себя, занимая позицию наблюдателя.