- -
- 100%
- +
– Так-с, ребятки, осенний бал обсудим позже, – Тара вновь перетягивает на себя внимание, попутно откусывая приличный кусок от пирожка с картошкой и запивая его содовой, – я должна рассказать Сафире, кто есть кто. Тем более, вот и они – гордость нашей школы во всей красе – баскетбольная команда, и их неизменное сопровождение.
На последнем предложении голос Деевой явственно сочится сарказмом, но тот я улавливаю лишь краем уха, во все глаза пялясь на новоприбывших.
Словно только представления и ждали, на пороге, шутя и весело пререкаясь, появляются несколько высоких плечистых парней, а следом за ними стайка девчонок в костюмах группы поддержки.
Парни, что-то обсуждая и никого не замечая вокруг, уверенно направляются к зоне выдачи, а после к тому самому пустому столу возле окна. Рассаживаются. Девчонки из поддержки обосновываются с краю.
Я смотрю на всех, но отвести глаз не могу от одного конкретного блондина в центре.
Он выделяется на фоне остальных. Его светлые, немного вьющиеся волосы находятся в легком творческом беспорядке, а на щеках, когда он растягивает чувственные губы в улыбке, появляются озорные ямочки.
Обалденный. Жаль, со своего места я не вижу цвет его глаз, но не сомневаюсь, что и он у парня великолепен.
– Тара, будь объективна. Играют они очень даже слаженно и круто, – доносится до слуха голос Ребекки, которая чуть ли не грудью встает на защиту местной элиты.
– На счет игры согласна, но пафос и самодовольство, скажем прямо, серьезно перевешивает все их положительные качества. Ты думаешь, почему они всегда на «сцене» сидят? Да чтоб их все видели и любовались.
– Ты пристрастна, – не сдается блондинка.
Но Тара, качнув головой, отчего ее удлиненное каре слегка взлетает, уже переключается на меня:
– Смотри, Саф, блондинчик в центре – Алекс Уотер, – показывает она на самого залипательного, по моему мнению, парня среди остальных, – он – капитан команды и тот еще кобель. В постель тащит всё, что шевелится, если оно, конечно, симпатично. Но больше недели ни с кем еще замечен не был, так что имей ввиду. Слева Кир Лонев, еще один сердцеед и гуляка, у него дома чаще всего устраиваются все тусовки. А справа Севастьян Турро, помимо того, что он баскетболист, он отлично знает математику и часто участвует в олимпиадах. Вот только из-за него одного я и люблю нашу баскетбольную команду. Та-а-ак… – осматривается она кругом, – здесь нет Кейдэна Граса, атакующего защитника, он, кстати, в школе тоже не так давно появился, но моментально влился в команду и теперь играет практически наравне с Уотером. Наверное, где-то с Лалой обжимается. Хедрикс и Твикнс – скамейка запасных, а девицы рядом, соответственно, чирлидеры. Поверь на слово, среди них нет никого достойного внимания.
Дальше я узнаю про местных эмо, фриков, готов, панков, хипстеров и представителей других субкультур. Попытка отыскать в голове информацию, что каждое направление из себя представляет и к чему стремится, оказывается провальной. Вновь белая стена и нарастающая боль в затылке при попытке через нее прорваться…
Отмахиваюсь, тем более, особо меня никто из них не интересует. Слушаю дальше, но и там все не особо увлекательно.
Я люблю читать книги, всякие-разные, от фантастических приключений до любовных романов и от детективов до мистических триллеров, главное, чтобы были хорошо написаны. Но и это я люблю делать в тишине своей комнаты на удобном диванчике с чашкой кофе под боком, потому предложение познакомиться с кружком книголюбов, а вдруг захочу поболтать и обсудить прочитанное, тоже игнорирую.
Еще после двух уроков учебный день подходит к концу, и я направляюсь на стоянку к машине. Уже издалека замечаю, что возле моего апельсинчика толкутся несколько человек, а выезд наглухо заблокирован белоснежным спортивным авто с черной крышей, агрессивным не только на вид и по названию. Если не ошибаюсь, то это AGM «Demon», чью рекламу я лишь на днях встречала в инфосети.
Крутая тачка, я б на такой с удовольствием прокатилась. Там под капотом столько лошадей, что дух захватывает. Но кто ж пустит за руль?
На бампер моего рыжика облокотился красивый парень. Высокий, широкоплечий. Из-под рукава его клетчатой голубой рубашки выглядывает черная вязь татуировки. Бежевые чиносы, под рубашкой белоснежная футболка. Секси-образ завершают белые кеды.
Немного небрежен и вместе с тем великолепен.
Его темные волосы коротко выбриты на висках, а длинная челка зачесана назад. Глаза цвета темного шоколада смотрят очень внимательно и прямо, будто в саму душу проникнуть хотят. Прямой нос, волевой подбородок.
Он излучает уверенность и превосходство. А от сумасшедшей энергетики, какую он вокруг себя распространяет, кажется, кругом все пульсирует. Еще… наваждение или нет?.. я теряюсь в его запахе.
Он будто бы мне знаком???
Глава 4
«О нет, такого высокомерного засранца я бы точно не забыла!!!» – прихожу к выводу немногим позже.
Но вначале…
– Твоё страшилище? – серьезным голосом интересуется незнакомец, наклоняя голову вбок и с легким прищуром меня осматривая.
– Что? – уточняю, игнорируя хихиканье со стороны.
Может, показалось, и грубость с чужих губ сорвалась случайно? Не может же он в самом деле так по-хамски обзывать моего апельсинчика?
Оказывается, еще как может.
– Я говорю, этот уродец твой? – спокойно повторяет парень и, словно для избежания новых вопросов, хлопает ладонью по бамперу.
«Бах!»
Того и гляди, железо прогнется.
Стараюсь не скрипеть зубами, но от злости буквально перекашивает.
– Мой. А этот кусок золотого запаса, на который можно несколько деревень всю зиму сыто кормить, твой? Или твоего папочки?
С удовольствием отмечаю, как брови красавчика удивленно взлетают вверх, но уже в следующую секунду он вновь цепляет на лицо снисходительную улыбку.
– Ты заняла чужое место на парковке.
– Да что ты говоришь? – ахаю. – И чье же оно?
– Моё.
– Хм, какая я невнимательная, – качаю головой, а после демонстративно медленно оборачиваюсь вокруг своей оси. – М-м-м, странно, почему-то ни одной таблички с твоим именем нигде не вижу. Наверное, упала?
Фыркает.
– Она тут ни к чему. Все и так знают, что я здесь паркуюсь.
– Все?.. Ты уверен?.. – приподнимаю бровь. – А самомнение тебе нигде не жмет?
– Нет, в самый раз, – зеркалит мимику. – А вот тебе свою язвительность стоит попридержать.
– А если нет?
Выше задираю подбородок.
Делает шаг вперед, отчего мы едва не соприкасаемся телами, дожидается, когда запрокину голову, чтобы смотреть ему в глаза, – святые рогалики, какой же он высокий! – и медленно, четко разделяя слова, предупреждает:
– Не нарывайся, детка. Иначе буду отучать.
Где-то сбоку вновь раздается глупое хихиканье. И меня вспенивает:
– Угрожаешь?
– Ну что ты, как можно… просто предупреждаю. Пока.
Вот ведь хам!
Сверлим друг друга взглядами, не желая уступать первыми.
И тут вмешивается блондинка.
– Кейдэн, это, наверное, новенькая. Староста Деева о ней упоминала, когда пыталась припахать меня к организации осеннего бала, – воркующим голоском обращается она к красавчику, тонкими пальцами касаясь его плеча. После переводит взгляд на меня. – Ты ведь новенькая, так?
– Так.
– Вот видишь, Кейдэн, она просто не знала наших порядков. Но теперь вопрос решен. Тупить и занимать чужие места больше не станет. Поехали домой.
Пару минут спустя они действительно уезжают, а я грозно зыркаю в направлении оставшихся зевак. Внутри кипит после общения с грубияном, и, если дополнительно придется бодаться еще с кем-то… не приходится. Все любопытные моментально расходятся.
Забираюсь в машину и еще некоторое время сижу, тупо глядя вперед. Жду, пока меня немного отпустит.
Вот тебе и спокойный первый день в школе. Уже успела поругаться.
А ведь думала, что тихая и невспыльчивая. Та, кто всегда старается избегать конфликтов и быть незаметной.
Сюрприз, сюрприз…
А этот-то тоже хорош!
Кстати, как там его? Кейдэн?
Имя кажется знакомым. Напрягаю память, и спустя минуту приходит понимание – откуда. Тара о нем говорила. Кейдэн Грас, атакующий защитник баскетбольной команды. А блондинка с ним, выходит, та сама Лала, с которой он вместо похода в столовую зажимался.
М-да. Не особо веселенькое знакомство. Остается надеяться лишь на то, что у этого Граса память, как у рыбки, и к завтрашнему утру он уже про меня забудет, а при встрече даже не узнает.
Пока еду домой, успеваю отвлечься на музыку и окончательно расслабиться. А когда благополучно доезжаю, прихожу к выводу, что ничего особо страшного и не случилось.
Ну подумаешь, обменялись парочкой колкостей.
Машина Ба на площадке отсутствует. Достаю телефон и набираю ее.
– Привет. Еще на работе? – интересуюсь, пока отпираю дверь.
– Точно.
– Во сколько заканчиваешь?
– Буду поздно, Саф. Сейчас делаю небольшой фоторепортаж об открытии нового отделения в клинике Планты, а потом поеду снимать пресс-конференцию в центре.
– Ого, как тебя загрузили. Довольна?
– Очень.
– Я рада. К ужину, значит, не ждать?
– Нет, не жди.
– Ладно, пока.
– Пока, дорогая.
В отсутствии Ба решаю ничего особенного себе не готовить и обойтись яичницей с сосисками и соком. После поднимаюсь наверх и занимаюсь школьными заданиями, а закончив, от нечего делать слоняюсь по нашему небольшому коттеджу и смахиваю пыль с попадавшихся под руку предметов. Попутно разбираю еще одну коробку.
Пиликнувший телефон привлекает внимание. Входящее сообщение с незнакомого номера. Открываю и улыбаюсь.
«Привет! Это Тара Деева. Запиши мой номер)))»
«Привет! Уже сделала», – печатаю в ответ.
«Отлично! Как день прошел? Не разочарована?)»
В голове мелькает дурацкое происшествие на парковке. Чувствовать себя мишенью для издевки мало приятного. Но я стойко отодвигаю его на задворки памяти, отвечая твердо:
«Нет. Спасибо тебе, что помогла освоится!))»
«Без проблем! Обращайся!))»
«Скорее всего так и будет…»
«Не переживай, ты мне понравилась, так что ворчать не стану»
Следом прилетает куча разных веселых смайликов. Отвечаю тем же, после чего переписку дружно заканчиваем.
Засыпаю я раньше, чем Ба возвращается домой.
Глава 5
Новое утро начинается со звонка будильника. Умывшись и одевшись, сбегаю вниз, чтобы приготовить завтрак, и только тогда соображаю выглянуть в окно.
Дождь стеной. И, судя по большим лужам и сплошь затянутому тучами небу, начался он давно и прекращаться не собирается.
«Надо будет подняться наверх и сменить балетки на ботинки», – делаю себе мысленную пометку, доставая яйца и муку. В плохую погоду всегда хочется чего-нибудь вкусненького и горячего для поднятия настроения. Вафли, пышные и румяные, с горячим шоколадом – идеальное решение.
Включаю на телефоне плейлист с любимыми композициями и, пританцовывая, берусь за готовку. Дело спорится.
– Привет! Поздно вчера вернулась? – интересуюсь у Ба, когда та, немного заспанная, появляется из своей комнаты.
– Да уж, пришлось задержаться, чтобы подготовить все для утреннего выпуска. Но вышло вроде бы неплохо, – откликается она, зевая и смешно втягивая носом воздух. – Пахнет обалденно.
– На вкус должно быть еще лучше, – подмигиваю и пододвигаю к ней поближе тарелку с выпечкой.
– М-м-м… ты права, бесподобно. Мой нос меня не подвел, – признается Ба, пережёвывая первую воздушную вафельку.
К тому времени я выставляю на стол две исходящие паром и вкуснейшим ароматом какао большие чашки с шоколадным напитком, и сама присоединяюсь к трапезе.
Перекидываемся мнением о погоде, завтракаем. Ба, принеся из комнаты планшет, показывает, с чем вчера ей пришлось работать. Оказывается, что-то она еще не доделала и собирается решить этот вопрос сразу, как покинет кухню.
– Пирс, мой помощник… о, да, Сафира, мне дали помощника, – смеется родственница, заметив мои взлетевшие вверх брови, – скоро должен приехать, чтобы забрать флешку и отвезти ту в офис, а мне из-за переработки до четырех дали перерыв.
– До четырех? А потом?
– А потом, к шести, я поеду на презентацию новой книги Мирты Пааро. История любви оборотня и простой человечки, которая нежданно-негаданно является его парой. Поговаривают, это будет новым бестселлером.
– Разве таких историй не тысячи?
– Эта якобы основана на реальных событиях. Я не вникала, – отмахивается Ба и сходу переключается на мои дела. – А как твой первый день в школе прошел?
О, лучше бы не напоминала о вчерашнем, ведь я о нем честно пыталась забыть.
Впрочем, с эмоциями справляюсь довольно успешно и, когда отвечаю, говорю настолько спокойно, что ничего необычного в голосе не проскальзывает.
– Нормально. Познакомилась с парочкой ребят. Члены школьного совета, все дела. Немного рассказали о порядках и даже пригрозили привлечь меня к общественной жизни школы.
– Ничего себе, как удачно.
– Шутишь?
– А почему нет? Пока молодая, Саф, надо жить и дружить, общаться и влюбляться…
– Стоп-стоп-стоп! – вскидываю ладони, тормозя энтузиазм родственницы, увлекшейся рифмами. – Не всё так сразу, Ба.
– Ну, с чего-нибудь все же начни, – усмехается та и кивает мне на выход. – Беги, я сама все приберу.
Так и делаю. Подхватив сумку, выбегаю на улицу, спеша к машине, и неудачно сталкиваюсь с незнакомым мужчиной, выворачивающим из-за угла дома. В результате его ноги скользят, и мы оба чуть не падаем, но, в последний момент уцепившись, я за его рукав, а он за края моей толстовки, остаемся стоять.
– Ох уж этот дождь, – выдает мужчина, отстраняясь, после чего протягивает руку и представляется. – Пирс Толл. Я…
– Помощник Ба, она говорила, – киваю, отвечая на рукопожатие. – Сафира Фурова, ее дальняя родственница.
Обменявшись улыбками, расходимся.
В машине первым делом включаю музыку и, бодренько подпевая солисту, снимаюсь с ручника. Несмотря на мерзкую погоду, настроение вполне бодрое.
К школе подъезжаю за двадцать минут до начала занятий, но на удивление почти вся парковка уже занята. Делать нечего, оставляю машину в самом конце и под дождем бегу в корпус. Радуюсь, что все же не забыла сменить балетки на ботинки, так хоть ноги на траве не разъезжаются, не хватало упасть и вымазаться в грязи, и злюсь, что благополучно забыла зонт, расстояние до входа приличное.
К тому времени, как влетаю в здание, толстовка промокает насквозь, а волосы висят сосульками и напоминают облезлые мышиные хвостики.
Стерев влагу с лица, спешу к шкафчику, чтобы раздеться и оставить лишние учебники, и едва не стону, посильнее сжав зубы.
Впереди, прямо по курсу, расположилась «милая» компания баскетболистов и их женской свиты: Кейдэн Грас, Алекс Уотер, рыжий Кир, забыла его фамилию, еще несколько парней и вчерашняя блондинка Лала с двумя подружками. Свернуть некуда, нужно идти мимо них. А раз так, мысленно выдыхаю и, приняв беззаботный вид, гордо шагаю вперед.
Может, повезет, и они, о чем-то разговаривающие, не обратят на меня внимания?!
Зря надеюсь!
Незамеченной пройти не удается.
– Эй, новенькая, почему ты такая мокрая? Разве твои лакеи не расстелили красную дорожку и не подержали над тобой зонт? Ой, точно, какая свита, я же занял сегодня твое VIP-место на парковке! – Грас насмешливо смотрит мне прямо в глаза.
Щеки обдает жаром. Одна половина меня хочет съежиться и сбежать – ненавижу смешки и всеобщее внимание, а вторая огрызнуться и дать отпор.
Побеждает бунтарка. Крепче сжимаю ремешок сумки, переброшенный через плечо, и выше задираю подбородок.
– Эй, VIP-персона, – копирую насмешливый тон раздражающего красавчика и «кусаюсь» в ответ, – а ты чего вдруг с утра такой язвительный? Подружка вчера обломала? Ищешь хоть какой-то способ спустить пар?
Не жду, пока Грас переварит мои слова и что-то ответит, отворачиваюсь и быстрым шагом устремляюсь к шкафчику. Краем глаза цепляю смеющийся взгляд Алекса Уотера, и щекам становится еще жарче. Святые рогалики, да я, оказывается, злюка и хамка?!
Впрочем, не я первая все начала!
Пульсируя адреналином, отпираю шкафчик, тяну дверцу на себя. Та успевает открыться не больше чем на пять сантиметров, после чего на нее ложится чужая ладонь и с громким лязгом захлопывает.
Оборачиваюсь и упираюсь взглядом в грудь Кейдэна. Дергаюсь назад, спеша увеличить между нами расстояние… но куда? Умудряюсь лишь вжаться спиной в металл и запрокинуть голову.
Грас нависает надо мной гранитной скалой. Его плечи такие широкие, что закрывают собой абсолютно всё. А сам он неожиданно обаятельно улыбается.
Теряюсь в эмоциях. Нахождение в непосредственной близости с красивым парнем для меня ново и вызывает волнение. Дыхание рвется, пульс учащается. По коже под мокрой одеждой маршируют мурашки.
И снова этот приятный мужской запах, что кажется смутно знакомым, окутывает и кружит голову.
«Сафира, о чем ты думаешь?! Его улыбка ничего не значит!», – одергиваю себя, заглядывая в глаза шоколадного цвета, и, как чуть позже убеждаюсь, оказываюсь права.
– А ты тоже язва, детка. Отсутствие личной жизни сказывается, да? – произносит Кейдэн ехидно, а в следующий миг его улыбка тает.
Нахмурившись, он наклоняется ниже. Почти касаясь кончиком носа, втягивает в себя воздух возле моей шеи и морщится, будто от меня воняет. Еще один удар сердца, он убирает руку, а после, не говоря ни слова, разворачивается и шагает прочь.
Растерянная его поведением, наблюдаю, как компания, одарив меня насмешками, среди которых особенно выделяются лица Алекса и Лалы, устремляется за ним следом. А я все стою и хлопаю ресницами.
Это что сейчас было?!
А потом меня взрывает: «Ах он засранец! Решил оставить последнее слово за собой, выставив меня непойми кем?! Как бы не так! Не дождется! Да я ему…»
Правда, на этом все мысли стопорятся, и никакие идеи на ум не приходят. А следом полярность эмоций меняется.
Да и пусть он катится! Пусть считает, что утер нос новенькой, и теперь спокойно обо мне забывает! А я забуду про него. Непременно! И про его блондинистого дружка Алекса тоже.
Глава 6
Я едва не опаздываю на алгебру. Влетаю в аудиторию со звонком, не глядя плюхаюсь на единственное свободное место, достаю тетрадь и только тогда, уловив шум со всех сторон, понимаю, что преподаватель еще не вошел. Осматриваюсь и наискосок от себя на противоположном конце класса замечаю Тару и Шона.
– Привет! – произношу одними губами, взмахнув им рукой.
Ловлю то же самое в ответ, улыбаюсь.
– Надо же! Новенькая, я смотрю, ты уже нашла друзей?! Оперативно. А они в курсе, что неудовлетворенные девушки опасны для окружающих? – раздается из-за спины.
Застываю, словно кол проглотила. Все мышцы в теле мигом напрягаются. А щеки вспыхивают, так как все, кто слышал слова Граса, считают своим долгом повернуться и внимательно на меня посмотреть.
Вот же брюнетистая зараза!
Сжимаю кулаки, спрятав руки под столом.
Ну, Кейдэн, видит вселенная, я хотела спустить все на тормозах, но ты сам не захотел от меня отстать. Теперь держись!
– Надеюсь тот питомник, где выращивают таких заносчивых засранцев, как ты, уже закрылся из-за провала эксперимента? – шиплю, обернувшись в его сторону.
– Да как ты…
– Класс, внимание! – обрывает наш «милый» междусобойчик вошедший в аудиторию преподаватель и, вскинув руку с зажатыми в ней листами формата А4, чеканит. – Это проверочный тест на знание прошлого материала. Ничего сложного в нем нет, но оценка пойдет в итоговый зачет. Поэтому включаем тишину и мозг, и приступаем. На все про все у вас двадцать минут. Время пошло.
Первые парты раздают задания, и я погружаюсь в изучение и решение задач. Точнее, пытаюсь погрузиться, пока из сосредоточенности меня не выдергивает прилетевшая и упавшая поверх моего листка записка.
Какое-то время пялюсь на неё, как на бомбу замедленного действия, затем накрываю ладонью, подтягивая к себе поближе, и медленно осматриваюсь. Все сосредоточены на своих тестах.
Ладно. Разворачиваю и снова ощущаю, как во мне вспыхивает злость.
«Я же предупреждал, детка, чтобы ты внимательнее следила за своим колючим языком? Готовься отвечать!»
Грас! Не привык, чтобы последнее слово оставалось за другими?
Медленно оборачиваюсь. Красавчик поднимает голову и смотрит мне в глаза. А я показательно верчу перед ним запиской, а после рву ту на мелкие клочки.
– Пуф-ф-ф, – сдуваю обрывки в его сторону и чувствую удовлетворение.
Кейдэн усмехается и качает головой, будто не то, что не злится в этот момент, а восхищается моей наглостью и дерзостью.
– Мисс Фурова, вы уже всё решили? – одергивает меня преподаватель.
– Я? Нет. Еще нет, извините, – бормочу, бросая на него косой взгляд.
Разворачиваюсь, чтобы сесть прямо и продолжить решать тест.
– А мне кажется, что вы уже закончили, – припечатывает преподаватель, – сдайте работу и можете быть свободны.
Чего?
В неверии открываю рот.
– Мистер Норман, за что? – от возмущения даже вылетевшее из головы имя математика вспоминается.
– Меньше на моем предмете будете обмениваться записочками. Я не терплю неуважения к своей дисциплине! – чеканит недовольно.
– Я…
– Покиньте аудиторию!
В бешенстве скидываю свои принадлежности в рюкзак и забрасываю тот на плечо. Вскакиваю со стула и направляюсь на выход.
– Мистер Норман, это моя записка, – хриплый голос Граса заставляет взбеситься ещё сильнее.
Из-за него все началось!
– И что, мистер Грас? Вы тоже решили сдать мне работу до звонка? – лениво интересуется математик.
– Я…
– Ой, заткнись, а! – шиплю на Кейдэна, проходя мимо его стола.
Тот хмурится, провожая меня потемневшим взглядом, а мистер Норман уже за что-то цепляется к парню на первом ряду.
Выскакиваю из аудитории, в последний момент заставляя себя не грохнуть дверью, и устремляюсь вперед по коридору.
Неважно куда. Главное, движение.
Внутри все кипит, бурлит и взрывается. А я иду и иду, пока не успокаиваюсь.
Неведомым образом ноги сами приносят меня в административный корпус. Кстати, и правильно. Все равно планировала сюда зайти.
– Сафира Фурова, – приветствует меня миссис Локан, как старую хорошую знакомую, едва я переступаю порог ее вотчины. – Определилась с факультативом?
– Добрый день. Точно, – киваю, помимо воли расплываясь в улыбке. – Как вы догадались?
– Большой опыт. Так что я должна записать в твое личное дело?
– Теннис, – произношу уверенно.
Да, я выбрала своим факультативом теннис. Все остальное мне не подошло. Все эти хоры, оркестры, классы искусств, чирлидеры – точно не для меня. Ненавижу командные мероприятия, а теннис – практически идеальный вариант. К тому же, на удивление, на него мало, кто записался.
– Хм, – администратор окидывает меня внимательным взглядом, но потом кивает. – Хорошо. Но по поводу смены расписания… ты же помнишь?
– Да, вы его не меняете, – киваю, вновь улыбаясь.
На душе от общества миссис Локан образуется абсолютный штиль.
– Вот и умница, – хвалит женщина, подмигивая и делая пометку в записях, а после меня отпускает.
Оставшиеся до ланча уроки пролетают тихо, мирно, без всяких эксцессов. А возле столовой меня перехватывает Деева. Тара тащит сначала к раздаче, где мы берем обед, а после за столик, где расположилась уже знакомая четверка: Шон, Рик, Питер и Ребекка.