- -
- 100%
- +
Слёзы текли по моим щекам, но теперь это были слёзы не страха, а пронзительного понимания. Все кусочки пазла встали на свои места. Его вечная осторожность. Его грустные взгляды на север. Его ярость, когда я спрашивала о прошлом.
— Папа... — прошептала я. — Я... я не чистокровная, да? Ты... ты не белый волк.
Наступила пауза, долгая и оглушительная.
— Кто тебе сказал? — его голос стал чужим, обезличенным.
— Это неважно. Это правда?
Ещё одно молчание. Затем тихий, сдавленный звук, похожий на стон.
— Да. Я... из клана Чёрных Волков. А твоя мама... она была чистокровной Белой Волчицей. Ты, наша дочь... ты оказалась чудом, которого никто не ожидал. Для них — ты святыня. Для меня... ты просто моя дочь. Которую я должен был защитить. Прости, что не сказал тебе раньше.
Я закрыла глаза, прижимая телефон к уху. Вся ложь, вся тайна... она была не для того, чтобы обмануть меня. Она была моим щитом. Грубым, несовершенным, но щитом.
— Я люблю тебя, папа, — выдохнула я. — И я не позволю им ни тебя, ни маму тронуть.
— Леська, нет... — в его голосе прозвучала паника. — Держись рядом с Артуром. Доверься ему. Он... он сильный. Он сможет тебя защитить так, как я уже не могу.
— Я знаю, — тихо сказала я. — Но теперь я буду защищать вас. И себя. Теперь, когда я знаю правду, я не буду просто жертвой.
Я положила трубку, глядя на своё отражение в тёмном окне. Девочка, которой я была ещё утром, исчезла. Её место заняла женщина, которая знала свою цену, свою силу и своих врагов. Игра только начиналась. Я вышла из комнаты. В гостиной царила напряжённая тишина. Оля нервно ходила из угла в угол, Борис стоял у окна, созерцая ночной город, а Стас проверял связь с другими бойцами охраны. Все они обернулись на мой выход.
Я прошла прямо к Оле и остановилась перед ней.
— Я поговорила с отцом, — сказала я, и мой голос звучал непривычно ровно и спокойно. — Я знаю всю правду.
Я видела, как в её глазах вспыхнуло любопытство и тревога. Она молча ждала, давая мне говорить.
— Мой отец... он не белый волк. Он — чёрный. Из клана Артура. — Я сделала паузу, наблюдая, как эта информация оседает в её сознании. — А моя мама чистокровная белая волчица. Я... я гибрид. Для Белых Волков я — надежда, которую мои родители, по их мнению, «украли». Они охотятся за мной не чтобы воссоединить семью. Они хотят вернуть себе «инструмент» для продолжения рода.
Оля слушала, не перебивая, её лицо стало суровым. Борис повернулся от окна, его внимательный взгляд был устремлён на меня. Даже Стас прекратил свои переговоры по рации.
— Этот Влад... — продолжила я, — Он солдат. Посланный выполнить приказ — вернуть «белую самку». И он использовал любую возможность, любую слабость, чтобы это сделать. Включая попытку посеять сомнения в моей голове насчёт Артура.
Оля медленно выдохнула, проводя рукой по волосам.
— Чёрт... Лесь... Это же... Это же полный пиздец.
— Да, — согласилась я. — Но теперь, когда карты открыты, мы знаем, с чем имеем дело. Это не личная вендетта. Это... политика. Война кланов. И я оказалась в самом её центре.
Я посмотрела на Бориса.
— Артур должен это знать. Всё, что я тебе сказала. Это меняет всё. Он летит не просто спасать меня от похитителей. Он летит на войну, причина которой — я.
Борис молча кивнул, уже доставая свой защищённый телефон, чтобы связаться с Димой.
Оля подошла ко мне и обняла меня за плечи.
— Ну что ж, — сказала она с горькой улыбкой. — Раз уж ты оказалась принцессой двух враждующих королевств, будем действовать соответственно. Твой Чёрный Рыцарь уже в пути. А мы пока подготовим замок к обороне.
В её словах не было насмешки. Была решимость. И в тот момент я поняла, что какая бы буря ни бушевала снаружи, здесь, в этих стенах, у меня есть крепость. И армия. Пусть и небольшая, но преданная.
Борис, услышав мои слова, на мгновение замер с телефоном у уха, а затем фыркнул. Губы его дрогнули в чём-то, отдалённо напоминающем усмешку.
— Ей-богу, — прохрипел он, глядя в пространство. — Ромео и Джульетта какая-то. Только оба с клыками и без ядов.
Неожиданное сравнение, такое абсурдное и точное одновременно, заставило меня рассмеяться. Напряжение немного спало. Оля фыркнула, подхватывая шутку.
— Ну, тогда наш Ромео сейчас мчится на вертолёте, чтобы устроить резню всем Капулетти разом, — парировала она. — И, надо сказать, у него это не плохо получается.
— Только Джульетта наша, — Борис кивнул в мою сторону, уже набирая номер, — вместо того чтобы ждать вести с балкона, сама вскрыла все заговоры и готова лично возглавить оборону. Прогресс.
Я улыбнулась, чувствуя, как странная гордость смешивается с горечью. Да, это была наша версия. Без пассивных жертв и романтических глупостей. С клыками, когтями, вертолётами и готовностью сражаться за своё.
Борис отошёл в угол, чтобы передать Диме и, по цепочке, Артуру всю новую информацию. Я слышала отрывки его низкого, неспешного голоса: «Да, подтвердилось… Чёрный… гибрид… да, понимают… Ромео и Джульетта, блин…»
Оля тем временем накрыла на стол, достав из холода какие-то закуски.
— Что ж, — сказала она, расставляя тарелки. — Раз уж мы в шекспировской трагедии, но с бойцовским финалом, предлагаю подкрепиться. Всем воинам нужна энергия.
Я подошла к столу, глядя на еду, которую не могла прочувствовать. Но она была права. Это была не концовка. Это было начало третьего акта. Я знала своё происхождение, знала цену, которую за меня готовы заплатить, и знала, кто за меня готов сражаться.
И когда мой Чёрный Ромео вернётся, мы напишем свою собственную пьесу. Со счастливым концом. И с телами всех, кто посмел встать на пути.
Глава 6. Западня.
Архангельская область. Глухая ночь, пронизанная ледяной влагой с близкого Белого моря. Четыре фигуры в тёмной тактической экипировке молча заняли места в мощном внедорожнике с усиленными колёсами и затемнёнными стёклами. Машина была готова к бездорожью и к тихому, незваному визиту.
За рулём — Дима. Его лицо в свете приборной панели было каменным, всё внимание сосредоточено на дороге и на данных с планшета, закреплённого на торпеде.
На пассажирском сиденье — Артур. Он сидел неподвижно, смотря в темноту за окном. Но это была не пассивность. Это была концентрация хищника, чьи чувства максимально обострены. Каждый мускул был собран, как пружина. Его левая рука лежала на повязке, но сейчас он не чувствовал боли. Только холодную, чистую ярость, направленную в одну точку.
На заднем сиденье — Жора и Марк. Два ветерана, два чёрных волка с пустыми, бесстрастными лицами профессионалов. Они проверяли оружие — не обычные стволы, а специальное, с особыми пулями и подавителями. Охота на оборотней требовала особого подхода.
— Координаты подтвердились, — нарушил тишину Дима. Его голос был ровным, без эмоций. — Деревня Орлиное в двадцати километрах. Дальше — только лес и старые лесовозные дороги. Двигаемся по плану «Тишина».
Артур кивнул, не отводя взгляда от тьмы.
— Они почуяли нас?
— Нет, — ответил Дим. — Алиса заглушила все датчики в радиусе пяти километров. Они слепы и глухи. Пока.
Уголок губ Артура дрогнул в подобии улыбки. Хорошо. Пусть думают, что они в безопасности. Пусть думают, что их снежные владения неприкосновенны.
— Напоминаю задачу, — сказал Артур, обращаясь ко всем. — Мы не идём на переговоры. Мы не идём демонстрировать силу. Мы идём за информацией и для устрашения. Находим их лидера. Объясняем ему на понятном языке, что охота на мою пару — это последнее, что он делает в этой жизни. Если они откажутся... — он не договорил, но все поняли.
В салоне снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным гулом двигателя и шуршанием шин по грунтовке. Они были стаей. Цельной, отточенной, смертоносной. Чёрной тенью, скользящей по спящей земле, чтобы напомнить белым призракам, что у всякой тени есть хозяин и этот хозяин пришёл по их души.
Внедорожник бесшумно катился по разбитой лесовозной дороге, поглощая километры тайги. Сосны, словно чёрные великаны, смыкались над ними, скрывая лунный свет. Воздух в салоне был густым от напряжения.
— Останавливаемся здесь, — тихо произнёс Дима, заглушая двигатель. — Пешком два километра на северо-восток. По данным тепловизора, там группа построек. Не деревня, а скорее, укреплённый лагерь.
Я кивнул и первым вышел из машины, беззвучно притворив дверцу. Холодный воздух обжёг лёгкие, но был свеж и чист после духоты салона. Вдохнул полной грудью, улавливая запахи — хвою, влажную землю, и... да, чужие следы. Слабые, но узнаваемые. Белые волки.
Дима, Жора и Марк выстроились за мной , превратившись в безмолвные тени. Ни слова не было сказано. Жесты, отработанные до автоматизма, говорили сами за себя. Проверить связь. Проверить оружие. Двигаться бесшумно.
Наша чёрная экипировка делала невидимыми в ночи. Мы не бежали, а скользили между деревьями, как призраки, шаги не оставляли следов на влажной хвое. Только редкие, условные знаки руками — «стоп», «слушай», «впереди движение».
Я шёл впереди, ведомый чутьём Альфы и холодным огнём мести в груди. Каждый шаг приближал к тем, кто посмел угрожать моему миру. К тем, кто заставил Лесю бояться. Мысль о ней, испуганной, но такой сильной в своём недавнем признании, придавала ярости кристальную чёткость. Это была не слепая злоба. Это была целеустремлённость скульптора, собирающегося отсечь всё лишнее.
Через двадцать минут движения Дима, шедший с тепловизором, подал сигнал рукой — «стоп». Он указал вперёд, сквозь чащу.
Впереди, в небольшой ложбине, виднелись тёмные силуеты бревенчатых изб и более крупного здания, похожего на старый склад или амбар. Ни одного огонька. Ни одного звука, но тепловизор показывал несколько тёплых пятен внутри. Они были дома.
Я обернулся к стае.
— План «Тишина» в силе. Входим, находим лидера. Живым. Остальные... по обстоятельствам.
Пришло время напомнить этим снежным отшельникам, что даже в их глуши можно найти смерть. И что она придёт в облике Чёрного Альфы.
Я жестом разделил группу. Дима и Степа, как самые бесшумные, должны были обойти лагерь с флангов, чтобы перекрыть пути отхода и устранить возможных часовых. Я и Жора пошли в лоб, к самому крупному зданию — тому самому амбару, где тепловизор показывал наибольшее скопление целей. Ни шагов, ни приглушённых голосов. Лишь ветер в соснах да редкий вой какого-то далёкого зверя. Слишком тихо. Слишком стерильно. Это пахло засадой.
Но отступать было не в моих правилах.
Мы подобрались к массивной, потрескавшейся двери амбара и я прислушался. Оттуда доносился ровный, низкий гул — не голоса, а что-то иное. Механическое? Жора, присев на корточки, осмотрел засов. Старый, железный, но не запертый. Мгновение — и Жора плавно, без единого скрипа, отодвинул засов. Я первым вошёл внутрь, прижимаясь к косяку, пистолет с глушителем наготове.
Внутри было просторно и почти пусто. В центре, под единственной тусклой лампой, свисавшей с балки, стоял... генератор. Тот самый источник гула. Вокруг — несколько раций на столах, разобранные приборы, карты на стенах. Напоминал операционный центр.
Но людей не было. Ни одного. Почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ловушка.
В этот момент рация на одном из столов трещанула, и незнакомый низкий голос заполнил тишину.
— Добро пожаловать в Орлиное, Теневой. Жаль, что вы не застали нас дома.
Жора тут же подал сигнал Диме и Степе: «Пусто. Отход». Но было уже поздно. Снаружи, со всех сторон, раздался треск веток и низкое, угрожающее рычание. Нас окружили.
Я медленно повернулся к двери и стремительно вышел на улицу.
В свете внезапно вспыхнувших фар двух внедорожников, заблокировавших выезд из ложбины, стояли фигуры. Около дюжины белых волков в облике людей, с холодным оружием в руках. И впереди них — седовласый волк с лицом, испещрённым морщинами и шрамами, но с прямой, как древко копья, спиной. Его глаза, бледные, почти бесцветные, холодно оценивали нас.
— Альфа Чёрных, — произнёс старший, и его голос был скрипучим, как скрип снега под ногами. — Вы потратили столько сил, чтобы найти пустое гнездо. А мы тем временем были совсем рядом с вашим. Иронично, не правда ли?
Мы попали в западню. Но даже в клетке чёрный волк оставался самым опасным хищником. И этот хищник только что понял, что его отвлекли от настоящей цели. От Леси. И это делало его в тысячу раз опаснее. Мой взгляд был прикован к седовласому вожаку. Внутри всё кипело от ярости. Нас переиграли. Отвлекли на пустышку, пока Влад действовал в городе.
— Вы ошибаетесь, старик, — тихо, но чётко произнёс я. — Вы думаете, это ваша земля? Вы прятались здесь так долго, что забыли — у всякой земли есть хозяин.
Старший белый волк усмехнулся, сухонько и беззвучно.
— Хозяин? Здесь, в глуши? Ты попутал, щенок?
В этот момент Дима, медленно поднял руку к уху, активируя скрытый микрофон. Он не произнёс ни слова. Просто отправил заранее оговоренный сигнал — один короткий щелчок.
Сигнал был тут же перехвачен Алисой, которая находилась на связи в тылу. «Тень» не стала ничего говорить. Она действовала. Используя все свои ресурсы и базы данных, она вышла на частоты и каналы связи немногочисленных, но разбросанных по всему северу волков, лояльных Чёрному клану или обязанных ему. Лесники, охотники, водители лесовозов, геологи — те, кто годами жил в тени могущества Артура и платил ему тихой верностью.
И пошёл клич. Негромкий, непубличный. Но неумолимый.
Прошло не больше пяти минут. И тут с опушки леса, справа от белых волков, раздался треск сучьев. Из темноты вышел огромный, бородатый мужчина в камуфляже, с топором за поясом. За ним — ещё двое, с ружьями. Лесники.
— У нас тут шум, ребята, — спокойно сказал бородач, его голос был низким и не сулил ничего хорошего. — Территорию тревожите.
Белые волки насторожились, недоуменно глядя на незваных гостей. Это были не бойцы. Это были местные. Затем, слева, на дороге показались огни. Подкатил ржавый лесовоз, из кабины вышли двое коренастых парней с монтировками.
— Слышим, помощь нужна, шеф? — крикнул один из них, обращаясь в сторону Артура.
Их было пока немного. Но они появлялись. Из тьмы, из леса, с ближайших дорог. Молчаливые, суровые, не задавая лишних вопросов. Они были звеном в цепи, которую годами выстраивал Артур и его отец. Цепи, о которой Белые Волки, в своей изоляции, не имели ни малейшего понятия.
Седовласый вожак смотрел на прибывающих, и его надменная уверенность начала таять, сменяясь изумлением и злобой. Он рассчитывал на ловушку в глуши, где у Чёрных Волков не должно было быть поддержки. Он ошибался.
Я медленно выступил вперёд:
— Видишь, старик, это не твоя земля. Это моя. И на моей земле ты — гость. Незваный. И сейчас ты будешь отвечать на мои вопросы. Где Влад? Что вы планируете?
Кольцо окружения сомкнулось. Но теперь это было другое кольцо. И в центре его оказались не четверо чёрных волков, а десяток белых, попавших в свою же ловушку.
Глава 7. Связи
Седовласый вожак, которого звали Хельги, стоял, сжав кулаки. Его бледные глаза метались от непоколебимой фигуры Артура к молчаливым, суровым лицам подошедших местных.
— Влад выполняет свой долг, — прошипел Хельги. — Он вернёт нам то, что принадлежит по праву. Девочку.
— Её имя — Леся, — холодно поправил Артур. — И она не вещь. Она моя пара.
— Ты ничего не понимаешь! — голос Хельги сорвался на крик, в котором смешались ярость и отчаяние. — Леся… она последняя, кто может родить белую волчицу! Она — наш источник! Наше будущее!
— И что? — голос Артура был подобен удару кинжала. — Вы готовы сломать ей жизнь? Заточить в клетку, как племенную суку, ради вашего «будущего»?
В этот момент из рации в амбаре раздался голос Влада, срочный и прерывистый:
— Хельги! План «А» провален! Девушка под охраной. Но я нашёл кое-что… Мы взяли Ирину.
Артур почувствовал, как сжалось сердце. Ирину. Мать Леси.
— Она жива, — продолжал Влад. — И она… ценна. Ей 36. Она родила Лесю в 16. Её репродуктивная функция не угасла. У нас есть запасной вариант. Она знает, как найти Лесю. И она будет говорить. Мы подъезжаем к заставе «Снежинка». Ждём указаний.
Воздух вокруг словно сгустился и зарядился электричеством. Ситуация перевернулась с чудовищной, мерзостной логикой. Они не просто взяли мать в качестве заложницы. Они взяли ещё одну потенциальную мать. Возможно, последнюю зрелую белую волчицу, способную к деторождению. Их отчаяние не знало границ. Они были готовы на всё. Мать превратить в инкубатор для продолжения рода.
Лицо Артура исказила гримаса не просто ярости, а глубокого, физиологического омерзения. Он шагнул к Хельги, и его воля Альфы обрушилась на старика.
— Где застава? — рык был тихим, но сокрушительным.
Хельги, бледный, смотрел на него с ненавистью и странным торжеством.
— Почему я должен тебе говорить? Теперь у нас две потенциальные самки и одна из них у нас.
— Потому что, — я приблизил лицо к лицу старика, — если с с Ириной или Лесей что то случится, я найду каждого белого. И я сотру ваш жалкий род с лица земли. Начну с тебя. Где. Застава.
Дрожь пробежала по спине Хельги. Он видел в глазах не пустую угрозу, но обещание. Обещание тотального уничтожения.
Я кивнул Жоре и Марку.
Те молча схватили Хельги за руки, повалили на колени. Старик попытался вырваться, но против двух тренированных бойцов его силы было недостаточно.
Я достал нож.
— Застава. Где? — голос был ровным, без эмоций.
— Иди к чёрту! — выкрикнул Хельги.
Взмахом руки я провёл лезвием по его плечу, разрезая кожу и мышцы. Кровь тут же залила рукав. Хельги вскрикнул от боли и ярости.
— Мне плевать на твою веру, старик, — сказал я, глядя, как алеет снег. — Мне нужна Ирина. Ты мне мешаешь. Застава. Где?
— Никогда! — прохрипел Хельги.
На этот раз я воткнул нож ему в бедро, рядом с бедренной артерией. Хельги завыл, извиваясь в руках державших его волков.
— Ты мне не нужен, — продолжил я, вынимая окровавленный клинок. — Ты расходный материал. Как и твои воины. Но ты умрёшь сейчас, в грязи, ни за что. Последний раз. Застава.
Боль и холодная уверенность в голосе делали своё дело. Хельги был фанатиком, но не идиотом. Он видел — его смерть здесь ничего не даст клану. А живой... живой он мог хотя бы предупредить своих.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.