Байкеры. Украду её навсегда

Арчи поднес телефон ближе ко мне, разрешая говорить.

– Я в порядке, пап.

– Эти сволочи тебя обижают?

– Нет-нет, ничего такого.

– Покормили хоть?

– Да, в этом плане тоже все хорошо.

– Тогда потерпи еще немного, Алиса…

От таких слов я немного опешила. Но мои мысли первым озвучил Арчи, снова забирая телефон к себе:

– Это что значит?

– Что сегодня денег не будет, – ответил отец, шокируя даже меня таким заявлением.

– А чё так? Пожалел на родную дочь?

– Зато тебя, щенок, не пожалею, когда найду…

– Ты бы поаккуратнее, ведь не знаешь, с кем общаешься.

– Мне без разницы. А деньги свои получите через два дня.

Два дня?! Какие два дня?! Почему так долго?

– Это прогнозы из банка, – продолжал отец, – которому нужно одобрить мою заявку на перевод такой крупной суммы. Это ясно?

– Возможно.

– Вот и отлично. Алису не обижать, кормить и лелеять, иначе урою. Все, жду звонка через пару дней, – добавил отец и отключился первым.

И в комнате повисла минута полнейшей озадаченности.

– Время тянет? – спросил тот, которого я нарекла «вторым».

– Вполне, – ответил Арчи. – Но никто и не ждал, что будет просто.

– Да уж. Сегодня звонили в фонд, типа просто так. У них все на ушах стоят. Нагрянула проверка, всех работников под допрос.

– Ничего, потерпят. Шесть лямов на дороге не валяются, – сказал Арчи и посмотрел на меня. – Ну что, потерпишь еще пару дней?

Я даже не знала, что сказать. Еще два дня. В этой конуре лесника. Рядом с Арчи.

– Наверное, – неуверенно ответила ему.

А он оглядел меня с головы до ног и сказал:

– Иди наверх.

Мне не надо было говорить дважды. Я даже развернулась, чтобы уйти. Но все-таки решилась быть посмелее. Поэтому остановилась и обратилась к Арчи:

– Можно тебя на минутку?

В этот момент тот второй снова усмехнулся и спросил:

– Так вы все-таки знакомы?

– Нет! Я же сказал, – рыкнул на него Арчи, уже шагая в мою сторону.

Подхватив меня под руку, он вывел из комнаты и протащил до самой лестницы, прежде чем остановиться.

– Что?!

– Прости, но… мне бы помыться, – тихо-тихо сказала ему. – И одежду хотя бы постирать. И зубы нормально почистить.

Но тот так на меня посмотрел, будто и не знал раньше, что девочкам это надо.

– Хорошо. Только терпи до завтра. Завтра все сделаешь. Иди.

И опять потерпи. Тут потерпи, там потерпи, и так всю жизнь. Заколебали.

***

Вторая ночь у черта на куличиках. И ничего нового. Звуки леса за окном, голос Арчи этажом ниже, почти до рассвета. А ближе к полудню он снова будит меня лично.

– Подъем. Парни уехали, можешь идти мыться.

– Да, бегу, – ответила ему, еще полусонная.

Зашла в санузел и встала в полной озадаченности. Как мыться-то здесь? Ни душевой, ни ванной, ни элементарно воды для этого. Но тут открылась дверь, и Арчи занес в комнатку ведро с той самой горячей водой.

– Холодная в бочке в углу, – проинструктировал он. – Свежее полотенце на крючке. Как помоешься, сразу можешь постирать вещи. Все? Или что-то еще нужно?

– А нет… какого-нибудь халатика? – скромно попросила я, надеясь на чудо, – или вроде того.

Арчи уставился на меня таким взглядом, будто я очень много хотела. Оглядел с головы до ног и молча вышел. Я уже подумала, что решил проигнорировать мой вопрос. Даже чуть не начала раздеваться. Но через пару минут он вернулся и подал мне футболку, черную, с каким-то красным рисунком на спине.

– Возьми пока это.

– Твоя? – сразу спросила я.

Потому что для меня это важно.

– Да.

Я даже не поверила. Что он действительно делится со мной своей вещью.

– Спасибо, – сказала ему, пытаясь сильно не улыбаться.

Тогда Арчи снова лизнул меня внимательным взглядом и молча вышел. А я все никак не могла прийти в себя. Словно действительно безумная фанатка. Стояла и радовалась, что у меня в руках его футболка. И мне даже можно ее надеть. И ведь чистая, хотя все равно пахла мужчиной. Я аккуратно повесила ее на крючок и приступила к основной задаче.

Признаться, это оказалось непросто. Я первый раз мылась в таких аутентичных условиях. Чтоб воду смешивать вручную, чтоб поливать себя из ковшика, чтоб простым мылом и мужским шампунем для волос. И стирала после этого я тоже в первый раз. Причем пришлось снять с себя абсолютно все, даже белье. Повезло, что футболка Арчи оказалась для меня так велика, что села, как настоящее платье.

– Я все, – сказала ему, когда нашла в одной из комнат.

Он поднял на меня глаза и снова откровенно уставился, заставляя нервничать. Ведь на мне его футболка. И ничего кроме нее.

– Поздравляю, – произнес он, решив следом пошутить: – Футболка в коленках не жмет?

– Нет, – ответила ему с улыбкой. – Все отлично.

Он лежал на старой кровати, подложив руку под голову. Здесь вообще вся мебель была старой, потертой и давно уставшей. Симпатичный, молодой и суровый мужчина выглядел на этом фоне не совсем уместно. Впрочем, как и я. Просто такие временные обстоятельства.

– Тогда иди на чердак. Закрою тебя ненадолго, – сказал он, поднимаясь с кровати. – Сам помыться хочу. Мокрые вещи оставь, потом повешу на улице.

Тут я немного смутилась. Все-таки не близкий мне человек, чтобы развешивать под солнцем мое белье и прочую одежду. Но пришлось все оставить и развернуться в сторону чердака. Правда на первой же ступеньке я замялась. Ведь Арчи шел следом, а я под его футболкой – в чем мать родила.

– Что еще? – недовольно спросил он, когда я повернулась к нему.

– Можно, я поднимусь за тобой?

Арчи нахмурился. Но ведь все понял, что стало ясно по его взгляду, который бросил на мои голые ноги. И все равно раздраженно сказал, подталкивая вперед:

– Шагай давай.

Я не стала спорить. Вцепилась одной рукой в лестницу и шагнула наверх, пытаясь второй рукой хоть как-то прикрыть свою самую интимную наготу. И вот это уже было унизительно. Я вся запылала от одной мысли, что он меня видит, именно в таком ракурсе. Поэтому старалась двигаться как можно быстрее. И в глаза его не смотреть, когда мы поднялись. Зато хорошо услышала его усмешку у себя за спиной, мужскую такую, матёрую.

– Что, папочка так оберегает, что в свои двадцать еще девочка?

Я резко обернулась к нему, оказываясь лицом к лицу. Опять смутил, заставляя сгорать от стыда и его волнующей близости. И все равно сползать к его ногам я не собиралась. Да, нравился – сильно нравился мне этот мужчина – но какие-то мозги в моей голове еще работали рядом с ним.

– Вообще-то, это не твое дело, – смело ответила я. – И мне уже двадцать два.

Моя наглость его удивила и почему-то развеселила. Вдруг он положил ладонь на мое обнаженное бедро и повел пальцами вверх.

– Жаль, что не мое. Я ведь мог бы помочь с этим…

У меня перехватило дыхание от такого непристойного предложения. Но о чем он вообще?

– У тебя же девушка есть, – напомнила ему, перехватывая мужскую руку уже на своей талии. – А у меня жених.

Пришлось вжать свои пальцы в его ладонь, чтобы заставить остановиться.

– Жених? – переспросил с издевкой. – Сынок какого-то богатого папочки?

– Неважно.

– И все-таки, ты не сказала, что не хочешь, – вдруг произнес с усмешкой, вжимая теперь свои пальцы в мою кожу.

А потом сделал то, что окончательно вышибло меня из собственного тела. Он дернул к себе и схватил губы своим ртом. Вот здесь мой мозг дал первый сбой. Я даже запаниковала. В такой жар бросило, что впору расплавиться. Ведь меня никогда так не целовали – меня вообще редко целовали – но чтоб еще так неистово, влажно, проталкиваясь языком в глубину. Даже голова пошла кругом. Но когда мужчина подхватил под ягодицы и усадил на себя, вжимая промежностью в свою твердую плоть, моя паника снова проснулась. Ведь это так неправильно. Ведь я уже готова ему уступить. Готова позволить все на свете. Позволить человеку, с которым едва знакома.

– Арчи, пожалуйста, не надо… – промямлила ему в рот, уже едва дыша.

Второй раз просить не пришлось. Резко сбросив меня со своих рук, мужчина вдруг схватил за шею, дернул вверх и недовольно прорычал на ухо:

– Ты же сказала, что больше ничего обо мне не знаешь. Почему тогда сейчас прозвучало мое имя?! Я просил со мной не играть!

Да он практически душил, пугая до чертиков. Пальцами впиваясь в его руку, изо всех сил царапая кожу, я тщетно пыталась освободиться.

– Прости, я не хотела, прости…

– Что еще ты знаешь?

Так больно… и такой злой…

– Ничего, больше ничего.

– А это все откуда?

– Случайно, – кое-как проговорила ему. – Сказала же, просто запомнила…

Еще секунда его болезненного внимания – и наконец отпустил, бросая на пол. Я сразу закашлялась. А он развернулся и молча ушел, закрывая чердак на замок.

***

После ураганного утра, спускаться с чердака совсем не хотелось. Даже когда Арчи открыл дверь где-то после обеда. Я забралась под одеяло и пролежала так до самого вечера. Я немного обиделась. И была крайне взволнована. Не каждый день меня душат после жаркого поцелуя. Со мной вообще никто так не обращался. Так откровенно и в то же время грубо. Арчи такой непредсказуемый, что просто кошмар. Он может повести себя далеко не заботливым образом. Он мой похититель, в первую очередь. Человек, которого я должна проклинать. А у меня все равно бабочки в животе от нашего поцелуя. Ведь влюбилась в него чуть раньше, чем он решил меня похитить. Не скажи я его имя, он бы получил желаемое. Кто меня только за язык тянул? Опять разнервничалась от его интимной близости. Ведь он такой… мощный. От него исходит какая-то внутренняя мужская сила. Словно дикий зверь. Только не лесной – городской на все сто.

Пока я предавалась своим мечтам и мыслям об Арчи, чуть не задремала. А между тем, ко мне снова пожаловали гости.

– Привет, зайка, – сказал Второй, появившись в том же черном платке, скрывающем нижнюю часть его лица. – Как дела?

Я резко села. Но разговаривать с ним не очень хотелось. А он вдруг подошел, присел напротив, протянул руку, бесцеремонно взял меня за подбородок и повернул в сторону.

– Ни хрена себе! Вы чем тут занимались?! – воскликнул он.

Это немного напугало. Оттолкнув его руку, я сама схватилась за свое горло. Больно. Наверное остались синяки от мужских пальцев.

– Чем-то разозлила его? – вдруг спросил. – Или наоборот порадовала? Любишь погорячее?

Господи, о чем он вообще?

– Ладно, можешь молчать сколько влезет. Хотя я по делу. Пойдем ужинать, – произнес, снова поднимаясь на ноги.

– Я не голодна, – наконец-то сказала ему.

– Не заставляй тащить тебя силой. Твой папочка что сказал? Не обижать, кормить и лелеять. С первым, я смотрю, мы не справляемся. Остается кормить и лелеять. Пошли.

Стало ясно, что он не отстанет. А бороться за свое слово в одной футболке совсем не хотелось. Решила, что пойти с ним будет наименьшим из зол. Поэтому все-таки вылезла из-под одеяла и спустилась следом за мужчиной. Но едва мы подошли к кухне, как оттуда послышался голос Арчи. Он сильно с кем-то ругался:

– Сука… ты охренела?! Какого черты ты решаешь это за двоих?!

Так громко. Он практически орал.

– Я сказал, больше никаких абортов! Я просил! Ты ведь прекрасно все знаешь! Я предупреждал, что на этом между нами все закончится?!

От таких слов, от таких гневных эмоций Арчи, я почему-то занервничала. Хотя меня это никак не касалось. И вообще, он сделал мне больно.

– Здорово, млять, – произнес Второй, кидая мне через плечо: – Постой тут.

Он еще не успел войти на кухню, как оттуда послышался дикий шум. Я даже вздрогнула.

– Эй, эй! Все, хватит! – говорил Второй.

А через секунду из этой кухни вылетел сам Арчи, едва не натыкаясь на меня. Пролетел мимо и рванул на улицу. Такой злющий, что даже я испугалась. А на кухне настоящий погром. Битая посуда, на полу продукты и вещи.

– Что-то случилось, да? – спросила я у Второго, чтобы прояснить свои догадки.

– Житейские проблемы, – сначала сказал так, но следом добавил: – Его подруга второй раз аборт делает втихую. А потом заявляет ему это в такой форме, будто он во всем виноват, дура. Ведь знает же…

– Знает что? – не поняла я.

Но тот больше не захотел делиться со мной личной информацией.

– Не важно. Забей.

Затем поднял с пола один из гамбургеров, которые видно вывалились из упавшего бумажного пакета, и подал мне:

– На, поешь наверху.

Хорошо хоть сам бургер был завернут в бумагу. Схватив предложенное угощение, я поспешила на чердак. И сразу прилипла к окну, в котором увидела Арчи. Он был сильно зол и расстроен. Не находил себе места. То ругался, то пытался сломать что-то еще. Мне даже стало его жаль. И зачем подруга так поступила? Бедный, страдает-то как. Тут еще дождь начался. Я так увлеклась своими переживаниями за Арчи, что забыла про себя – ведь моя одежда сушится где-то на улице, под дождем. И на нее всем, конечно же, наплевать. А мне и попросить некого, чтобы принесли.

Эта ночь прошла спокойнее. Снизу только двое мужчин. Они так тихо вели беседу, что я почти ничего не слышала. А наутро у меня снова гости:

– Доброе утро, зайка, – произнес Второй, пододвигая ко мне тарелку, на которой стояла чашка с кофе и рядом два бутерброда с сыром. – Решил побаловать тебя завтраком в постель.

Но не об этом я мечтала.

– Спасибо.

– Как спалось?

– Нормально.

– Не одиноко здесь одной?

От такого вопроса я напряглась. Невольно натянула на себя побольше одеяла.

– Нет, все отлично…

Но тут внезапно снизу раздался громкий свист, который заставил Второго туда выглянуть.

– Что?!

– Отвали от нее, – послышался грозный голос Арчи.

– Так я ничего не делаю. Даже пальцем не тронул, в отличие от тебя.

– Отвали, – повторил Арчи.

– Сейчас иду! – огрызнулся Второй, но уже тише произнес: – Ревнивый какой, хрен усатый. Ладно, я поехал, а вы тут поаккуратнее, лады?

Я лишь кивнула, не сильно понимая, о чем он просит. И так сижу здесь мышкой. Да такую жертву похищения, как я, еще поискать. Ем мало, истерик не устраиваю, бегать за собой по лесу не заставляю. Быстрее бы уже отец отдал им деньги, чтобы я смогла вернуться домой.

Глава 3

Пока я ждала своего освобождения, пришлось спускаться вниз. Хотелось бы умыться. И хоть как-то добыть свои вещи с улицы. Зашла в санузел и ополоснула лицо прохладной водой. Кое-как почистила зубы. Но тут ко мне зашел Арчи, делая и без того маленькую комнатку невыносимо тесной. Я вообще занервничала в его присутствии. Когда еще не понимала, что ожидать – ко мне полезет или опять отчего-то разозлится. А он встал за моей спиной и уставился на шею, где красовались темные синяки.

– Болит? – спокойно спросил мужчина.

– Да.

Уже подумала, что сейчас извинится. Но нет, он сделал хуже – наклонился и опалил шею нежным поцелуем, порождая колючие мурашки. Такие странные ощущения – и приятно и некомфортно одновременно. Ведь подобное со мной впервые. Такой мужчина рядом – тоже впервые. Такой крупный, взрослый, непредсказуемый и очень привлекательный. А еще совершенно чужой.

– Прости, зайка, не хотел, – все-таки произнес он. – Они тебе не идут.

От его слов я занервничала чуть сильнее. Особенно, когда его губы увлеклись и пошли дальше. И окончательно разволновалась – когда его руки оказались на моей талии под его же футболкой. Это ведь так интимно. А я не уверена, что все-таки готова к подобному повороту событий. Даже с Арчи.

– А ты мне сразу понравилась, – вдруг сказал до кучи. – Красивая такая, нежная, сладкая… и наверняка очень страстная – так дралась тогда с нами в фургоне, почти насмерть…

И тут его ладонь скользнула на мой живот, сразу устремляясь вниз.

– Арчи… – позвала я уже в панике, пытаясь перехватить его руку.

– Да забей ты, – перебил он. – На все забей. У меня больше нет девушки. А твой жених сейчас слишком далеко.

Я запылала. И одновременно растерялась, когда мужская ладонь все-таки накрыла мою промежность и сильно сжала, просовывая пальцы внутрь.

– Уф! Какая горячая, влажная девочка…

Со мной ничего подобного еще не было. Поэтому я даже не знала, как реагировать. Только хватала ртом воздух, пытаясь удержаться на ногах. А еще оттолкнуть.

– Пожалуйста, не надо.

– Ш-ш-ш, все хорошо, зайка, я буду самым аккуратным, обещаю, – проговорил, не переставая поглаживать меня между ног.

Это был какой-то ураган. Жгучий, просто огненный. Низ живота резко потяжелел, откуда полился жар по всему телу. Но это так ново для меня, что было немного страшно и непривычно. Я слишком плохо понимала, что со мной происходит. Ведь отец действительно настолько оберегал меня, что я не была не только с мужчиной, но можно сказать и с парнем. Лишь какие-то детские поцелуи в период школы. Простые прикосновения, мелкие шалости. И тут такое, что вот-вот лишусь чувств.

– Но я не хочу, – сказала, вспоминая его слова и очень надеясь, что может хоть это заставит остановиться.

И Арчи действительно остановился. Поднял голову и уставился на меня через разбитое зеркало. Хищно так, одновременно пугающим и волнующим взглядом. А потом вдруг вытащил из меня пальцы, поднял руку к моему лицу и коснулся губ, размазывая по ним липкую влагу.

– Знаешь, что это? О чем мне говорит? – спросил, просовывая свои пальцы в мой рот. – Что ты врешь.

Я снова запылала. В основном от стыда. С полным пониманием, насколько он прав. Что дальнейшие события сложно будет назвать насилием. Этот мужчина настолько меня впечатлял, настолько манил своим духом свободы и вседозволенности, что я уже была готова с ним на все. В плен, в постель – куда угодно. Просто не так быстро. Не с места в карьер. Поэтому оттолкнула его руку и развернулась к нему лицом.

– Но я правда не хочу – вот так не хочу. Тебе же плевать. Ты меня даже не помнишь. И забудешь сразу же, как только вернешь отцу.

Арчи недовольно рыкнул. Убрал руки с моего тела и подался вперед, нависая всей своей массой и утыкаясь носом в висок.

– С таким тормозом в одном месте тебе и вспомнить будет нечего. Даже уверен – потом будешь об этом жалеть. Ложиться в постель к своему скучному мальчику и думать о том, как оно могло быть, если бы тогда не ломалась. Но я не заставляю. Насилие не мой фетиш. Не хочешь – иди наверх.

Я заглянула ему в глаза. А там настоящая буря. Злость вперемешку с какой-то лихорадкой. И ожидание моего окончательного решения. Вдруг захотелось прильнуть к нему и коснуться губ. Но я не уверена, что это действительно верно. Я… я просто не знаю, как нужно поступить – как хочу или как будет правильнее.

И все-таки, гнев в его взгляде и собственный страх помогли мне решиться. Опустив глаза, я протиснулась мимо Арчи и вышла из комнатки, слушая недовольно ворчание у себя за спиной. Ринулась сразу наверх, на свой чердак в поисках хоть какого-то спасения. Снова забывая про одежду. И про завтрак. Про все на свете. А внутри меня столько метаний, будто Бог и Дьявол сошлись в настоящей битве. Впору из окна выпрыгивать. Ведь Арчи действительно мне нравился – сильно нравился. О таком мужчине в свой первый раз я даже и не мечтала. Что вообще смогу познакомиться с ним поближе. А тут такая близость предлагается, что дальше просто некуда. Словно рядом со мной какой-то демон-искуситель, который пытается увести на кривую дорожку. Ведь сожалеть буду в любом случае. Непонятно только, в каком это будет болезненнее – если уступлю или откажусь?

***

Слова Арчи не давали мне покоя. Да весь этот мужчина занял все мысли и чувства. Внутри меня ничего даже не остывало после его утреннего натиска. Вся кожа зудела, требуя его прикосновений. А внизу живота словно ком образовался, какое-то сильное напряжение, от которого я не находила себе места. После обеда решила все-таки спуститься. Пить хотелось, или даже есть – сама не понимала. Но главное – я хотела свою одежду. И мне надоело ждать удобного момента, чтобы попросить ее. Поэтому решила рискнуть.

Прислушавшись к звукам дома, я быстро поняла, что Арчи находится в одной из комнат. Стараясь наступать на пол как можно тише, почти на носочках, я направилась в сторону входной двери. Но полы здесь такие скрипучие – хуже минного поля.

– Куда пошла? – услышала я строгий голос из соседней комнаты.

Тяжело вздохнув, я зашла к Арчи. Что лучше бы не делала. Потому что застала его на полу, без футболки. Он отжимался, с силой выдыхая воздух. А когда резко встал и отвернулся к тумбочке, чтобы взять бутылку с водой, я наконец-то увидела его татуировку, ту самую, с крыльями. Нет, это была настоящая картина, на всю спину.

Там вверху парила хищная сова, раскинув крылья по его плечам. Эта сова держала в своих когтях хвост змеи с раскрытой пастью и двумя острыми клыками. Змея же оплетала шею тигра, который яростно скалился в изогнутой позе, топча лапами скорпионов на мужской пояснице. А все пробелы заполняли шикарные бутоны роз с лепестками и… черепа, человеческие, с раскрытыми ртами. И все это в черно-белом цвете, но так четко и красиво прорисовано, что я откровенно засмотрелась. Все звери словно настоящие. Вот-вот оживут, сползут с мужской спины и устроят смертельную возню прямо у моих ног. Под всем этим я даже не сразу обратила внимание на само мужское тело. Хотя там тоже было на что засмотреться. Такие тугие рельефные мышцы я видела только по телевизору. А сейчас они оказались прямо передо мной, когда Арчи повернулся и подошел.

Правда тогда я уставилась на другую его татуировку. На мужской груди был нарисован круглый циферблат с фоном того же оскалившегося черепа и римскими цифрами. Это часы застыли с конкретным временем, и у них тоже были крылья. А еще те же бутоны роз вокруг и надпись поверху, вдоль ключиц, красивым таким шрифтом «life after death».

От всего этого я чуть не забыла, зачем вообще сюда пришла.

– Можно я заберу свои вещи с улицы? – с трудом проговорила я.

Еще труднее было понять, куда деть глаза. Чтобы и в лицо не смотреть, и ниже не пялиться.

– Нет, – вдруг ответил он мне.

– Тогда как я могу их получить?

– Сейчас принесу.

Сказал и замер напротив. Невольно я все-таки подняла глаза. А он так смотрел, что можно было сгореть на месте.

– Не передумала? – следом нагло спросил.

Я поняла без труда, о чем он.

– Нет, – ответила, очень стараясь придерживаться своего же слова. – Я тогда подожду… наверху.

Старясь вести себя непринужденно, я начала разворачиваться. Но тут Арчи гневно ругнулся, схватил меня за футболку и дернул к себе, упираясь носом к носу.

– Тогда заставь меня остановиться. Потому что мне надоело смотреть на твое невинное личико с огромным интересом в мою сторону, и ни хрена не делать.

Сказав это, Арчи схватил губами мой рот. И я снова поплыла. Стараясь не упасть, схватилась за его плечи. Но это как трогать живой и теплый камень. Там внутри столько силы и ярости, что становилось страшно. Но еще страшнее от того, что я больше не хотела сопротивляться. Пусть делает со мной все, что ему вздумается. Потому что сама этого хотела со страшной силой. Хотела отдать ему свою невинность. Быть с ним. Чтобы действительно было о чем вспоминать. Возможно, это единственное яркое приключение в моей жизни.

Поэтому я больше не стала сопротивляться или отталкивать Арчи. Даже когда он подхватил и уложил меня спиной на старую продавленную кровать с такой легкостью, будто я ничего не весила. Это были самые волнующие моменты в моей жизни. Я вся горела, упиваясь его поцелуями. Сорвав футболку, Арчи буквально набросился на меня. Я и не знала, что это может быть настолько приятно. И что у меня так много чувствительных мест. Что грудь может так остро отзываться на ласку. А уж остальное… просто пожар.