Вместе и (не) навсегда

Глава 1

– Отдайте мне моего папу… – сказала девочка, лет семи, стоя у порога моей квартиры.

Такая маленькая, в розовой курточке с единорогами и в синих джинсах. На голове два озорных хвостика. В руках белый плюшевый мишка, уже немного потрёпанный. А в её красивых детских глазках блестели слезы. И ведь совершенно одна.

Я даже опешила, начиная вспоминать, у каких друзей моего мужа есть дочь.

– Какого папу? Зайка, ты, наверное, ошиблась. Здесь нет твоего папы…

– Есть! – резко возмутилась она, начиная злиться. – Он здесь живёт. Я знаю!

Живёт? Очень интересно. Потому что здесь живу только я и Кирилл – мой муж.

– А как зовут твоего папу?

И тут она произнесла:

– Кирилл Кузнецов…

На этой фразе, когда из уст ребенка прозвучало имя моего любимого мужчины, как и моя фамилия уже лет так семь, я испытала окончательный шок. Пусть даже это выглядело, словно какой-то странный розыгрыш. Да и вообще не могло быть правдой. У моего мужа нет детей, даже от меня, хотя мы активно работаем над этим последние два года.

– Нет-нет, зайка, ты что-то путаешь… – начала я говорить неровным голосом.

Но ребёнок снова возмутился:

– Я не зайка! Меня Лера зовут! И я ничего не путаю! Отдайте мне моего папу!

Так, ладно. Сейчас в первую очередь именно я, как взрослая, должна взять себя в руки, чтобы затем спокойно во всем разобраться. Это точно какое-то недоразумение.

– Ладно… Лера… может, тогда зайдешь?

– А папа дома? – растерянно поинтересовалась она.

– Нет, он на работе. Но мы ему сейчас позвоним, – уже подыграла я.

Хотя саму бросила в холодный пот. И начало знобить. И руки тряслись, пока я нажимала на телефоне номер своего супруга. За это время Лера всё-таки неуверенно переступила порог квартиры, когда я закрыла за ней дверь.

Господи, да что происходит?! Откуда вообще взялся этот ребенок?

– Да, Оль! Что-то срочное? – сразу ответил мне Кирилл.

Он у меня инструктор по вождению. Только не автомобилей, а мотоциклов.

– Даже не знаю как сказать… тут к нам девочка зашла…

– Какая девочка? Оль, я сейчас немного занят, давай попозже… – на этом он кому-то свистнул и закричал: – Всё, хорош, тормози!

– Её Лера зовут, – просто добавила я.

И муж сразу вернулся ко мне:

– Не понял. Как ты сказала?

Но, вместо ответа, я поднесла телефон к девочке. И она испуганно произнесла:

– Папа…

– Лера?! – вдруг завопил он. – Ты что там делаешь?!

Отлично! И это сказал человек, за которого семь лет назад я вышла замуж. Человек, которому доверяла и всегда думала, что знаю о нём абсолютно всё!

– Серьёзно?! – завопила в телефон теперь и я. – Кирилл, я вот сейчас вообще не поняла – это действительно твоя дочь?!

– Чёрт, Оль, давай я сейчас приеду домой и всё объясню. Не пыли раньше времени.

– Да уж пожалуйста, объясни. Только прямо сейчас!

– Оль, я через пять минут буду дома, – произнес он, когда на заднем плане уже заревел мотор его спортивного мотоцикла. – Пожалуйста, только не пугай Леру, и никуда не отпускай. Я сейчас буду.

На этом он посмел отключиться. Перезванивать бесполезно, потому что уже за рулём. Но, надо же, какое волнение в голосе. Именно из-за этой девочки. То есть, ещё раз – у моего мужа есть дочь, о которой я узнала вот только что.

– Так, сколько тебе лет? – спросила я у девочки.

Потому что захотелось мне это узнать, чтобы окончательно кое-что для себя прояснить.

– Шесть с хвостиком, – ответила она, сминая в руках своего мишку.

– Угу…

Всё-таки я угадала. Этой девочке шесть лет. Когда мы с Кириллом вместе уже девять. То есть – где-то семь лет назад он мне изменил, где-то возле нашей свадьбы. Либо до, либо после. И вот результат, в самой воплоти, стоит передо мной с его карими глазами.

Всё, мне дурно. Я хочу водички.

Молча развернувшись, я зашла на кухню. Плеснула себе воды в стакан трясущимися руками, сделала пару долгих глотков. Затем достала из шкафчика коробку с лекарствами и начала искать хоть какое-то успокоительное.

Потому что у моего мужчины есть ребёнок!

От какой-то другой женщины!

У любимого мужчины, от которого я только мечтаю иметь детей. Да я вообще всё это время думала, что у меня почти идеальный брак. Что мы с Кириллом счастливы вместе. Что у нас нет секретов друг от друга. Ему двадцать девять, мне двадцать восемь. Он мото-иструктор. Я – скромный администратор свадебного салона. Мы идеальная пара! С нами не может случиться того, что сейчас происходит.

Может, это вообще всё страшный сон? Вот я сейчас выйду в коридор и там никого нет…

– А можно и мне попить? – жалобно попросила у меня девочка, подрываясь на ноги с коридорной тумбы и утирая слезы из глаз рукавом своей розовой курточки.

Я вздохнула. Как бы ни было, но ведь ребёнок в этой ситуации вряд ли в чём-то виноват.

– Да, конечно. Разувайся и проходи ко мне сюда на кухню. Сок будешь?

– Да.

– Так, откуда ты узнала адрес папы? – поинтересовалась я между делом.

– Нашла у мамы в телефоне, – честно призналась девочка.

– А мама сейчас где?

Приняв от меня стакан с соком, Лера опустила глаза и поднесла тот к губам. Она промолчала. Стеснялась меня, видимо. Хотя мы почти родные люди. Потому что её отец – мой муж!

***

– Папа! – радостно воскликнула девочка, бросаясь к Кириллу, когда тот зашёл на кухню и присел на корточки.

Я даже вздрогнула от неожиданности. И уставилась на обнимающуюся парочку, вообще уже ничего не понимая в этой жизни. Такое чувство, что мне изменяют… вот прямо сейчас!

– Привет, Лерчик, – ласково произнёс муж этому ребенку, удостоив меня лишь коротким взглядом из-за детского плеча. – Ты что здесь делаешь?

– Я пришла за тобой.

– Зачем за мной? Что-то случилось?

– Да! Там мама заболела и… и она теперь умрёт! – произнесла девочка, уже захлебываясь в слезах.

– Ну-ну, с чего ты это взяла? – спросил Кирилл, хмуря брови.

– Тётя Рая так сказала, когда маму сегодня ночью увезли в больницу. И я поняла, что она может умереть так же, как мой хомяк Фомка, которого ты подарил мне на День рождение…

– Так, подожди. Давай я сейчас сам позвоню тётя Рае и всё у неё уточню. Хорошо? Только не плачь.

– Угу, – ответила ему девочка.

– Дай мне ещё минутку, – обратился муж наконец-то уже ко мне, доставая телефон из внутреннего кармана своей мотоциклетной куртки.

Я лишь развела руками. Да вообще не вопрос. Я же тут вместо мебели стою. Стою и смотрю со стороны на мужа, у которого не просто ребенок – у него там целая вторая семья.

– Да, привет, – произнес он кому-то в телефон. – Скажи мне, что там с Мариной?

А на том конце связи прям какие-то дикие вопли пошли.

– Да со мной она, успокойся. Что с Мариной?.. Пневмония всё-таки?.. Лер, тётя Рая спрашивает, как ты узнала мой адрес? – обратился он уже к девочке.

Виновато опустив глаза, она прижалась к нему и промямлила:

– Нашла у мамы в телефоне.

– А добралась как?

– Дядю Женю попросила.

– Это сосед-таксист?

– Да. Он часто нас с мамой куда-то возит.

– И что, ты ему даже денег дала?

– Да, как мама.

Кирилл тихо выругался. Затем коротко бросил в телефон «я перезвоню», отключил звонок и шумно выдохнул.

– Малыш, – снова обратился он к Лере, то есть ещё не ко мне вовсе. – Давай я пока включу тебе мультики в своей комнате. Мне с тетей Олей надо немного поговорить. А потом я приду к тебе. Хорошо?

– Хорошо, пап, – ответила девочка и крепко его обняла.

М-да. У моего мужа есть другая – как минимум дочь. И там такая любовь, которая не сравнится с любой другой. Мне даже плакать захотелось. Но не от умиления – от боли и разочарования. Ещё утром у меня всё было хорошо. А сейчас – меня, кажется, предали, ещё несколько лет назад.

– Оль… – начал говорить муж, когда отвёл девочку в комнату и снова вернулся ко мне. – Прости, надо было рассказать тебе раньше…

– О чём? Что у тебя есть вторая семья? – задала я прямой вопрос, стараясь не разреветься и не сорваться до истерики, не сейчас.

Но он почему-то твёрдо ответил:

– Это не семья.

– А что тогда? Просто ребенок, который появился из воздуха? Что это за Марина вообще такая? Я её знаю?

– Нет. Я познакомился с ней на мальчишнике.

– На своём? То есть, за неделю до нашей свадьбы?!

– Да.

– И? И когда ты с ней так удачно переспал – на мальчишнике или уже после нашей свадьбы?

– На мальчишнике. И всё, Оль. Кроме этого между нами ничего больше не было, нет и не будет.

– Ну да, ничего, кроме общего ребёнка, – ответила я ему и закусила губу, чтобы не разрыдаться от досады.

– Оль, я тогда нахлестался с парнями в хлам, ты же помнишь эту историю. Мне было двадцать два. Мы были в клубе, вся эта обстановка, парни мне ещё стриптизёршу подогнали…

– Ага, то есть Марина – это та самая стриптизерша?

– Почти, Марина официанткой была, она обслуживала наш столик.

Прикрыв глаза ладонями, я покачала головой. Нет, я не хочу слышать всё это.

– И после этого у тебя хватило совести надеть свадебный костюм и взять меня в жёны… – просто констатировала я.

– Черт, да! – выпалил он, подходя ближе. – Потому что люблю тебя, и ты это прекрасно…

Не дав ему договорить, я влепила мужу пощёчину за такие громкие слова, которые всегда меня так радовали и вдохновляли. Только не сегодня. Сегодня они причиняли ощутимую боль.

– Ты мне в верности клялся, через неделю после измены.

– Так через… не до, – неуверенно и тихо попытался он пошутить.

А мне вот вообще сейчас не смешно.

– Всё, я ухожу, – заявила ему.

После чего обошла и твёрдым шагом направилась в нашу спальню. Но муж попытался меня остановить, хватая за руку.

– Оль!

– Нет! – вскрикнула я, сбрасывая его горячие пальцы. – Не трогай меня. И не разговаривай. Даже видеть тебя не хочу!

Залетев в спальню, я достала небольшую дорожную сумку и стала закидывать туда вещи. Только то, что может понадобиться на ближайшие пару дней. И меня даже никто не попытался остановить. Кирилл ушёл в комнату к девочке и о чём-то тихо вёл с ней беседу. Поэтому я совершенно спокойно собралась. Уже подумала, что мне здесь даже «до свидания» не скажут, когда Кирилл всё-таки вышел в коридор.

– И куда собралась? – спросил он.

– К маме, – обиженно ответила я.

– Ладно.

Но его спокойное поведение меня аж возмутило.

– Ладно и всё?

В ответ на что он просто произнёс:

– Вечером заеду.

– П-ф-ф, только попробуй! – выпалила ему.

После чего схватила свою сумку и всё-таки выскочила за дверь.

Глава 2

М-да, хреновая вышла ситуация. Он как чувствовал, что Ольга его не поймёт. Да и простит ли – теперь большой вопрос. Надо же было идиоту так накосячить… Просто в тот вечер было слишком весело. И очень даже радостно, что он совсем скоро станет мужем любимой девушки. Она ведь у него такая красивая, темноволосая, с характером. Только парни на мальчишнике вели себя так, будто провожали его в последний путь. Всё время давили на мужское. Мол, всё, он своё отгулял, теперь только одна женщина до конца его дней, что на других даже смотреть будет нельзя. И ладно бы с пониманием, что брак это всё и так предполагает, особенно когда женишься по любви. Но, когда твои друзья целый вечер делают из этого трагедию и бесконечно над тобой шутят, а ты ещё сильно не трезв… в нём неожиданно проснулся кобель.

Он тогда и сам не понял, как так получилось. Даже удивлялся, что пьяный в хлам смог довести дело до конца. Хоть и мало что запомнил в итоге. Очнулся уже утром, в чужой постели. И ему было стыдно, конечно же! И тошно от самого себя. Даже хотел Ольге во всём признаться, в тот же день. Не смог. Да и те же друзья убеждали, что «ничего страшного», «с кем не бывает». Зато на всю жизнь как отрезало. За все семь лет брака у него даже мысли не возникло изменить своей жене. Хотя, соблазнять пытались. Девчонки часто проявляют к нему интерес. Были даже такие, кто специально ходил заниматься вождением, чтоб поближе с ним познакомиться. Те же друзья через одного то и дело рассказывают о своих похождениях налево. А он только слушает и помогает им отмазаться перед жёнами, когда те начинают позорно просить о помощи.

– Да я последний раз, Кирюх, только скажи моей, что вчера с вами весь вечер был, – как раз вот сегодня каялся ему Пашка.

– Ладно, Паш, только не забудь, что это ты мне пообещал, а не своей жене.

– Хорошо, договоримся.

Тут оставалось только качать головой и дальше проявлять свою мужскую, дружескую солидарность. Жаль только, что не все его друзья знают, к чему это всё приводит. И тут даже чужой опыт не спасает. И срок давности, как стало ему сегодня ясно, в том числе.

– Ты голодная? – спросил он у Леры, когда вернулся в комнату.

– Немножко.

– Тогда пойдём на кухне что-нибудь поищем, – предложил он ей, после чего взял за руку и повёл за собой.

А сам зубы стиснул. Потому что злился – и на самого себя, и на Олю, что так быстро ушла. Даже не выслушала его. Если бы не Лера – и за порог не отпустил бы. Но это было бы к скандалу, к очень бурной ссоре, возможно даже с каким-то продолжением. У них всякое бывает. Только в этот раз рядом с ними ребёнок – его ребёнок, о котором Оля узнала вот только что. И ей точно нужно время, чтобы принять это. А он просто не хотел пугать свою дочь. Он ведь даже ругать её не стал, что сегодня утром сбежала от своей тётки. Лишь попытался внятно объяснить, что так делать нельзя и вообще очень опасно.

– Есть суп, макароны, котлетки… – озвучил он, рассматривая содержимое своего холодильника.

– А можно я банан съем? – скромно попросила та, глядя на их вазу с фруктами.

– Это разве еда?

– Банан хочу, – упёрлась та.

Пришлось уступить.

– Ладно, ешь свой банан и поехали.

– Куда?

– Отвезу тебя к тётке твоей.

Но тут, едва откусив банан, Лера расплакалась:

– Я к маме хочу-у-у…

Стараясь себя контролировать, Кирилл посадил Леру к себе на колени и обнял её. Он вообще пытался быть хорошим отцом – да и просто быть им, чтоб рядом, хоть иногда. Пусть даже это давалось совсем непросто, особенно втайне от своей жены. Хоть и подумывал рассказать ей обо всем, обязательно, просто не знал, как это сделать и когда лучше. Поэтому, как ни странно, но вместе со всеми прочими эмоциями сегодня он испытал некоторое облегчение – что его тайна, которая так тянула все семь лет за живое, наконец-то перестала быть таковой.

– Лер, мама болеет, нужно немножко потерпеть…

– Она правда умрёт?

– Нет! Даже не думай об этом. Её отвезли в больницу, к настоящим врачам, чтобы лучше полечить. Поэтому она скоро поправится и вернётся домой.

– Ты обещаешь? – спросила у него Лера с большой надеждой в своих бездонных глазах.

Тут он, конечно, немного осёкся, что такие вещи обещать ребёнку нельзя никогда. Мало ли что может случиться, независимое от его сил и возможностей. Но, глядя в эти глаза своей любимой дочери не смог не сказать:

– Обещаю.

Только вот, любой ребёнок никогда не упустит свой момент.

– А ты? – спросила она следом, прикладываясь головой к его плечу.

– Что я?

– Ты будешь жить с нами?

– Лер…

– Папочка, пожалуйста, пообещай мне, что будешь, – попросила она со слезами на глазах. – Я ведь за тобой пришла. Я попросила у тёти, чтобы она отдала тебя нам.

Тут у любого сердце ёкнет. Какой-то нечестный приём. Но это потому, что его девочка ещё не знает, что в жизни не всё так просто и как она хочет.

– Давай мы поговорим об этом, когда поправится твоя мама. Хорошо?

Она расстроилась. Опустила голову и хлюпнула носом. Но вскоре всё-таки согласилась:

– Хорошо.

– Тогда поехали, я отвезу тебя домой. А по дороге мы позвоним маме и узнаем, как у неё дела.

А ещё ему нужно купить цветы и продумать свою речь, с которой можно было бы заявиться к любимой жене. И пусть только попробует его не выслушать!

***

– Олечка, так нельзя, – заявила мне мать на кухне после того, как я пожаловалась ей на своего неблаговерного. – Перестань. Кирилл всё-таки твой муж. Вам просто нужно поговорить.

А я смотрела на неё и не понимала – она что, не слушала меня сейчас?

– Мам, Кирилл мне изменил, – попыталась донести ещё раз.

– Так это было семь лет назад. Вы даже женаты ещё не были.

– Мы были парой, мам, мы встречались! И изменил он мне на мальчишнике, перед нашей с ним свадьбой!

– Вот я уверена, что это всё вышло случайно.

Набрав воздуха, я шумно выдохнула. Кирилл всегда нравился своей любимой тёще. Но я всё-таки её дочь. Так почему она не на моей стороне? Это не честно, и вообще незаконно.

– Ладно, допустим, что я прощу Кирилла. Но, а с ребёнком его мне что теперь делать? В семью принять? Может ещё вместе с её мамашей? Господи! Да у меня в голове до сих пор не укладывается, что у моего мужа есть шестилетняя дочь!

Мама качнула головой и цокнула языком.

– Вот ребёнок это конечно серьезно. Он не должен расти без отца, если тот у него все-таки есть.

– Вот и я о чем, – произнесла я и взяла из вазы ещё одну конфету, когда в голове снова прозвучали жалобные слова ребенка: «Отдайте мне моего папу».

Будто я этого «папу» у неё украла. Так обидно, так это всё больно и неприятно, что рыдать хочется.

– И как ему вообще теперь доверять? – не понятно было мне. – Он всю нашу семейную жизнь скрывал от меня практически другую семью. Да я вообще будто любовница какая-то.

– Он просто не хотел тебя расстраивать, – в очередной раз нашла она ему оправдание.

– О, да! А сейчас я совсем не расстроена!

– Нет, Олечка, ты должна успокоиться и поговорить с ним. Как бы ни было, но вы с Кириллом муж и жена. Мне твой отец, кстати, тоже однажды изменил, – вдруг заявила она.

А я первый раз об этом слышу.

– Серьёзно? – не поверила даже.

– Да. Ещё по молодости, когда я беременной ходила.

– И ты его простила, – предположила я.

Это даже не сложно было понять. Они прожили в браке два с лишним десятка, пусть и не всегда счастливо. Отца не стало пять лет назад. Но она у меня не долго унывала. Сейчас даже кавалер есть, с которым ходит на танцы «кому за пятьдесят».

– Конечно! Я же ждала от него ребёнка. Мы поговорили и всё разъяснили.

Но тут нас прервали – раздался звонок входной двери. И на пороге появились две мои подруги.

– Ты как? – спросила у меня Света, стискивая в объятьях.

– Оля! – завопила рядом и Вера, доставая из пакета бутылку шампанского. – Ты как мне позвонила, я сразу за Светкой и к тебе.

Я чуть не разрыдалась от такой заботы. Сразу затащила их на кухню и по-быстрому накрыла стол из того, что нашла у матери в холодильнике. Та же решила нам не мешать и ушла к соседке на пару часов.

– Здесь только разводиться, – сразу сказала мне Вера.

Она у меня рыженькая. Сама уже однажды в разводе – из-за измены, кстати. Сейчас замужем за стоматологом, который её обожает.

– Я вот тоже так считаю, – закивала головой и Света. – Я бы своего не простила.

Она у нас блондинка, мать двоих детей. Давно замужем за Пашей, который друг моего Кирилла. Или уже не моего…

– Потому что они как настоящие кобели, – продолжила Вера. – Один раз изменил и всё, значит так и будет изменять.

– Вот-вот, – подхватила её и Света. – Скорее всего там не один раз было. Чтоб ребёнок получился это не всегда так просто. Мы вон с Пашей первого год старались сделать.

– Так, а что он вообще тебе сказал? – спросила у меня Вера.

Я устало поднесла ко рту бокал и отпила немного шампанского.

– Что пьяный был.

– Первый раз может и так, – согласилась Светка. – А потом не обязательно.

– Дорогая моя! Они все так говорят! И ты ничего странного за ним не замечала все эти годы? – удивлялась Вера.

Я задумалась.

– Вроде нет. Я же ему доверяла, Вер. Если сказал, что уехал в школу, или у него дополнительные занятия, или в сервис, или к маме – я же никогда не проверяла, не следила за ним.

– А надо было. Я вот помнишь, как своего первого поймала?.. Он у меня из командировки в новых трусах приехал!

– Кошмар! – озвучила Светка.

А Вера продолжила:

– И ещё говорит мне такой: «Я их в магазине купил»! Ага! Десять лет никогда не покупал, а тут сам себе новые трусы купил! Я так и поверила.

– А твой Кирилл же ещё такой красавчик, – напомнила мне Светка. – Такой подтянутый, такой мужественный, ещё эти мотоциклы его… ой, я вообще не удивляюсь, что девицы к нему липнут.

– Короче, Оль, надо разводиться, – снова посоветовала мне Вера.

– Думаешь? – переспросила я.

Потому что до этого момента о разводе как-то и не подумала. Пока. Да, у нас первая грандиозная ссора по самой серьёзной причине. Да, из-за этого действительно разводятся. Я зла, я разочарована и обижена на своего мужа. Но при этом – я же не просто так вышла за него замуж. Я же его… да люблю я этого гада!

– Ой, да ладно тебе, Оль! – воскликнула Светка, подскакивая ко мне и крепко обнимая.

Потому что я всё-таки разрыдалась.

– Мы тебе нового найдем, – начала Вера меня убеждать. – Классного, верного, настоящего.

А мне новый Кирилл совсем не нужен! Я своего хочу! Обратно! И чтоб всё стало как вчера… Но тут неожиданно раздался очередной звонок в дверь. И мы втроём почему-то замерли.

– Кого-то ещё ждешь? – испуганно спросила Света.

– Нет.

– Мама? – предположила Вера.

– Она бы так зашла.

– Я сейчас посмотрю, – произнесла Света и поскакала ко входной двери, чтобы посмотреть в глазок. И сразу завопила: – Ой, девочки, там Кирилл!

А у меня аж дыхание спёрло. Пришёл все-таки, негодяй.

– Меня для него больше нет! – шёпотом прокричала я ей с испугу.

И ладно бы вообще дверь не открывать. Так нет же, Света всё-таки решила что-то сказать ему в лицо:

– Привет, Кирюш, – услышала я уже из кухни, куда мы с Верой поторопились вернуться.

– Привет, Свет, – безрадостно буркнул он. – Олю позовёшь?

– А её нет.

– Нет? А ты что здесь делаешь?

– А я… к тёте Вале зашла.

– Тогда её хоть позови.

– А её тоже нет… к соседке отошла… за солью… Эй!

Когда же я услышала шаги Кирилла по коридору, и что они приближаются ко мне, то не смогла придумать ничего лучше, чем спрятаться под стол. Потому что совершенно не была готова к разговору со своим неверным мужем.

– Оля где? – спросил он у Веры, которой пришлось встречать нашего гостя.

– Нет её, тебе же Света сказала.

– Оля! – закричал Кирилл, шагая в сторону.

Он просто пошёл искать меня по всей квартире. Тогда Вера поднялась из-за стола и загородила собой проход на кухню со словами:

– Вы только посмотрите на него, мечется теперь, как зверь раненый.

– А потому что не надо было Оле изменять, – добавила Света, вставая рядом с Верой.

– Вас это как-то касается, девочки? – спросил у них Кирилл, вставая напротив.

– Вообще-то да, – заявила ему Света. – Потому что Оля наша подруга.

– А я её муж. И хочу увидеть прямо сейчас.

– Что же тогда детей на стороне делаешь? А, муж? – съязвила Вера так, что даже мне больно стало.

– А вот это точно не ваше дело, – ещё как-то сдержанно ответил он им.

А потом развернулся и… он что, ушёл?!

– Всё, можешь вылезать, – сказала мне Вера.

– Он правда ушёл?!

– Да… а что не так?

Подскочив к окну, я аккуратно выглянула на улицу со своего пятого этажа. А у самой сердце как у кролика билось – часто-часто. Вскоре из подъезда вышел Кирилл. Он подошёл к своему мотоциклу и пнул картонную коробку, которая валялась рядом. Затем резко надел шлем, сел на своего железного коня и со свистом шин дёрнулся с места, быстро ускоряясь вперед. Псих ненормальный.

– Вы только на него посмотрите… – произнесла вдруг рядом Светка с мечтающей улыбкой на губах.

Я аж опешила, и мы с Верой в удивлении уставились на подругу.

– Ой, извини, – сразу сказала она мне, теряя улыбку. – Такой наглый, будто ему вообще не стыдно. Фу.

– Ничего, пусть теперь побегает, – поддержала её и Вера. – А то, как налево ходить, так они это хорошо умеют, а как перед женой раскаиваться, так в кусты сразу.

– Девочки, – обратилась я к ним, – Мне что-то так хреново…

У меня тут, всё-таки, брак распадается. И такая душевная травма, что никаким шампанским не зальёшь. Я даже не уверена, что правильно поступила, когда под стол спряталась. Словно трусиха какая-то. Словно не взрослая. Будто ко мне не Кирилл пришел, а милиция. Вроде и злилась, и видеть его не хотела, а на сердце всё-равно такая тоска дикая, что хотелось в голос на весь мир кричать, в том числе матом, и именно на мужа за то, что так поступил со мной – что так поступил с нами.