Клетка для феникса
- -
- 100%
- +
Он взял её за руку и поднёс что-то к её пальцам. Она почувствовала песок. Мелкий, сухой, он сыпался сквозь её пальцы, как вода.
— Песок, — сказала она.
— Да. Молодец.
Он убрал песок и прикоснулся к ней чем-то тёплым и влажным. Она вздрогнула. Язык. Она узнала его — мягкий, влажный, чуть шершавый. Он скользнул по её запястью, по внутренней стороне руки, оставляя мокрый след.
— Это ты… Твой язык, — прошептала она.
— Угу.
Он прикоснулся к ней снова. Теперь что-то шершавое и грубое коснулось её живота. Она узнала это — наждачная бумага. Она чувствовала, как она царапает её кожу, оставляя неприятное жжение.
— Убери, пожалуйста! Это наждачка, — сказала она.
— Отлично!
Он играл с ней ещё несколько минут. Прикасался к ней разными вещами — лепестками роз, которые пахли сладко и касались её кожи, как сны. Льдом, от которого она вздрагивала и сжималась. Пером, которое щекотало её шею, вызывая мурашки. Но потом его прикосновения изменились.
Он касался её не предметами. Он касался её пальцами, губами, языком. Её тело начало откликаться на каждое прикосновение, каждое движение. Она чувствовала, как внутри неё просыпается что-то горячее, как оно заполняет её тело, как оно заставляет её забыть, кто она и где находится.
— Что ты чувствуешь сейчас? — спросил он.
Она чувствовала его руки на своих бёдрах, его губы на своей шее. Она чувствовала, как его язык скользит по её ключице, опускаясь вниз, к груди. Она чувствовала, как внутри неё всё сжимается, как оно пульсирует в ритме его прикосновений.
— Я чувствую тебя, — прошептала она.
— Хорошо, — сказал он. — Теперь скажи мне, что ты хочешь.
Она молчала. Она не знала, что сказать. Её разум был в тупике, но её тело знало. Оно требовало продолжения. Оно просило больше.
— Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне, — сказала она, и голос сорвался.
— Где?
— Ты знаешь, — сказала она, чувствуя, как краска заливает её лицо.
— Я хочу, чтобы ты сказала это, — сказал он. — Скажи, где.
Она сглотнула. Слова застревали в горле, как кости.
— Между ног, — прошептала она. — Я хочу, чтобы ты прикоснулся к моим трусикам.
— Нет, — сказал он. — Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе. К твоему телу.
Алиса чувствовала, как унижение разрывает её изнутри. Но тело требовало продолжения.
— Клитор, — сказала она.
— Громче, — сказал он.
— К моему клитору! — выкрикнула она, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. — Я хочу, чтобы ты прикоснулся к моему клитору. Пожалуйста.
Он засмеялся, но в его смехе не было насмешки. Только удовлетворение.
— Хорошая девочка, — сказал он.
Его пальцы коснулись её через ткань, и она вздрогнула. Он двигался медленно, уверенно, и она чувствовала, как внутри неё всё сжимается, как она готова взорваться.
Но он остановился.
— Что ты чувствуешь сейчас? — спросил он.
— Я чувствую… — она не знала, как это назвать. Она не знала, какое слово подходит. — Я чувствую, как ты прикасаешься ко мне. Как ты двигаешься. Как внутри меня всё сжимается.
— Ты хочешь продолжения?
— Да, — сказала она, и голос дрожал. — Да, я хочу продолжения.
Он продолжил. Его пальцы двигались быстрее, увереннее. Он массировал ее клитор круговыми движениями, и она чувствовала, как внутри неё нарастает возбуждение, как оно заполняет её тело, как становится невыносимым.
Она не могла больше молчать. Она стонала, выгибалась, сжимала простыни в кулаках. Она чувствовала, как он доводит её до границы, как она готова кончить.
— Ты кончишь, — сказал он. — Когда я разрешу.
Она не могла ждать. Она была уже на грани, и она не могла остановиться. Она чувствовала, как её тело дрожит, как оно готово взорваться.
— Пожалуйста, — прошептала она. — Пожалуйста, я больше не могу...
— Скажи, что ты моя, — сказал он. — Скажи, что ты принадлежишь мне.
— Я твоя, — сказала она, и слёзы потекли по её лицу. — Я принадлежу тебе.
Он начал тереть ее клитор быстро-быстро, вибрирующими движениями. Она выгнулась, чувствуя, как внутри неё взрывается оргазм, сильный, долгий, невыносимый. Она закричала, и её крик смешался со слезами и стонами. Она чувствовала, как он обнимает её, прижимает к себе, как его голос говорит ей, что она умница.
Она лежала на кровати, голая, дрожащая, и смотрела в потолок. Шарф всё ещё был на её глазах, и она не хотела снимать его. Она не хотела видеть его лицо. Она не хотела видеть, что он чувствует.
— Ты умница, — повторил он, снимая шарф с её глаз.
Она смотрела на него, чувствуя, как внутри неё всё пусто. Пустота, в которой не было ни страха, ни стыда.
— Я хочу еще, — сказала она, не понимая, как эти слова слетают с её губ.
Он улыбнулся.
— Завтра, — сказал он. — А пока отдыхай.
Он встал и пошёл к двери. Она смотрела на его спину и чувствовала, как внутри неё что-то меняется. Она больше не ненавидела его. Она… ждала его возвращения.
И это было страшнее, чем боль.
Глава 17. Последний звонок
Алиса проснулась от того, что кто-то касался её лица. Она открыла глаза и увидела Влада. Он сидел на краю кровати и смотрел на неё с той же холодной улыбкой, но теперь в ней было что-то новое. Она не могла понять, что именно. Ожидание. Или предвкушение.
Новый день и… новые испытания?
— Доброе утро, — сказал Влад абсолютно спокойным голосом. — Сегодня у нас важный день.
Алиса села, чувствуя, как тело ломит от усталости. Ночь была беспокойной — ей снились кошмары. Она бежала по бесконечному коридору, а за ней кто-то гнался, и она не могла остановиться. Она не помнила, кто это был. Может, он. Может, она сама.
— Что мы будем делать? — спросила она.
— Ты позвонишь на работу, — сказал он просто. — Ты скажешь им, что жива, что уезжаешь и не вернёшься.
Алиса замерла. Она смотрела на него, чувствуя, как внутри неё всё обрывается. Работа была её жизнью. Она была единственным, что у неё было. Единственным, что осталось от той, кем она была раньше.
— Как? — спросила она, и голос сорвался. — Это моя жизнь. Это всё, что у меня есть.
Влад посмотрел на неё с лёгким сочувствием, как смотрят на ребёнка, который не хочет есть брокколи.
— Ты больше не можешь быть следователем, Алиса, — сказал он. — Ты понимаешь это. Они ничего не знают о похищении. Для них ты просто взяла и исчезла на несколько недель. И ты не вернешься туда больше. Смирись уже. У тебя началась другая жизнь.
Алисе вдруг стало страшно. Он был прав. Она знала, что он был прав. Её жизнь уже была разрушена. Её карьера была разрушена. Это он все разрушил.
— И что я скажу им? — спросила она, и голос дрожал.
— Скажешь, что устала,что решила уйти в отпуск и не вернёшься. Что ты нашла новую жизнь. Скажи им, что ты счастлива. Можешь послать их всех.
Она усмехнулась, и в усмешке не было злости. Только горечь.
Он протянул ей телефон. Маленький, чёрный, с экраном, который мерцал в полумраке. Она взяла его, чувствуя, как пальцы дрожат.
— Ты будешь смотреть мне в глаза, — сказал он. — Ты будешь говорить спокойно. Ты не будешь плакать. Не сделаешь глупость. Ты будешь улыбаться. Потому что ты со мной и ты счастлива. Поняла?
Она кивнула. Она смотрела на экран, на список контактов, на имя «Коля», который был её напарником. Она нажала на вызов и поднесла телефон к уху.
— Алиса! — голос Коли был взволнованным. — Господи, ты где? Ты пропала на несколько недель. Мы все тебя разыскиваем!
Она слышала его голос и чувствовала, как внутри неё всё сжимается. Она хотела крикнуть ему правду, хотела сказать, что её держат в плену, что она не может выбраться. Но она посмотрела на Влада. Он сидел напротив неё, и его глаза были холодными, как лед. Она вспомнила плеть и клетку . И она поняла, что не может.
— Привет, Коль, — сказала она, и голос был ровным. — Извини, что не звонила. Я… Видишь ли, я уехала в отпуск.
— В отпуск? Не предупредив никого? — Коля был удивлён. — Да и ты никогда не берёшь отпуск…
— Коль, — перебила она его, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. — Я не вернусь. Я решила, что пора что-то менять. Я устала. Я хочу начать новую жизнь.
Она смотрела на Влада, который сидел перед ней, и чувствовала, как его взгляд пронизывает её насквозь. Она не могла отвести глаз..
— Алис, не глупи. Ну… Сорвалась, с кем не бывает, — жалобно проговорил Коля. — Мы же ещё не закончили дело с душителем.
— Нет, Коль, все решено, — сказала она холодно и твердо, — Я не вернусь. Я увольняюсь. Пусть все катится к чертям!
— Э, да ты чего? — Коля был шокирован. — Алиса, ты сдурела? Ты — лучший следователь в отделе. Ты не можешь просто взять и уйти!
— Могу, — сказала она. — И я уйду. Я начала новую жизнь.
— Какую еще новую жизнь? — спросил Коля. — Ты о чем?
Она посмотрела на Влада. Он улыбнулся, подбадривая её. Его рука скользнула под тонкую ткань платья. Ладонь прошла по бедру, скользнула выше по талии и остановились на груди. Пальцы нащупали твердый сосок, сжали его. По телу Алисы прошла дрожь.
— Видишь ли, Коля, — прерывисто вздохнув, сказала она, и слова обожгли горло. — Я встретила мужчину. Я люблю его. И я хочу быть с ним.
Повисла тишина. Она слышала, как Коля дышит в трубку, как он пытается переварить информацию.
— Алиса, ты уверена? — спросил он. — Это не похоже на тебя. Ты всегда была такой… такой сильной. Ты никогда не бросала дела. Это на тебя не похоже.
— Ну и пусть. Я устала быть сильной, — сказала она, и слёзы потекли по её лицу. — Я хочу быть слабой. Слабой и счастливой.
Рука Влада скользнула вниз, проникла в трусики. Указательный палец оказался внутри нее, а потом переместился на клитор. Алиса едва не застонала в трубку. Сдерживаться было очень сложно.
— Не могу больше говорить, — выпалила она.
Клитор распух от возбуждения, Влад массировал его по кругу медленными движениями. Алиса закусила нижнюю губу.
— Хорошо, — сказал Коля медленно. — Если ты уверена… я не буду тебя останавливать. Но если ты передумаешь, ты знаешь, где нас найти.
— Спасибо, Коль, — сказала она. — Пока.
Она нажала на отбой и опустила телефон. Она только что отрезала себя от прошлой жизни. Она только что сказала своему напарнику, что уходит. Она только что сделала шаг, после которого не было возврата.
И ей было все равно. Она потянулась к Владу, она хотела его, ее тело требовало продолжения, но Влад отстранился. Он взял телефон из её рук, убрал его в карман и посмотрел на неё с лёгкой улыбкой.
— Умница, — сказал он.
Она смотрела на него, чувствуя, как внутри нее появилась пусто. Пустота, в которой не было ни страха, ни надежды, ни будущего.
— Я ничего не чувствую, — прошептала она. — Я должна была чувствовать что-то, когда говорила это. Но я ничего не чувствую.
— Это нормально, — сказал он. — Ты привыкаешь к новой жизни. Ты привыкаешь быть моей.
Он наклонился и поцеловал её в лоб. Нежно, почти ласково.
— Ты сделала первый шаг, — сказал он. — Теперь мы будем вместе. Навсегда.
Она смотрела на него, чувствуя, как внутри неё что-то переворачивается. Она стала его женщиной. Его собственностью. Его тенью.
Она полностью зависела от него.
— Я хочу тебя, — тихо произнесла Алиса, чувствуя, как кровь приливает к щекам.
Трусики были мокрыми от смазки, внизу живота пульсировало.
— Не сегодня, — ответил он.
А потом он ушёл, оставив её одну в спальне. Она осталась сидеть на кровати. Она не знала, что чувствовать. Она должна была плакать. Она должна была злиться. Но внутри неё было лишь дикое неудовлетворенное желание.
Она подошла к зеркалу и посмотрела на себя. На своё лицо, на свои глаза, которые когда-то были спокойными. Теперь в них был голод.
Алиса больше не знала, кто она, кем она стала. Она не знала, что будет завтра. Она не знала, сможет ли она когда-нибудь вернуться к нормальной жизни.
Но она знала, что он всегда будет рядом.
Он был её тюремщиком. Её мучителем. Её спасением. Её проклятием.
Она больше не могла отделить одно от другого.
Все запуталось. Все слишком сильно запуталось.
Алиса легла на кровать, сунула руку в трусики и привычными быстрыми, вибрирующими движениями пальцев по клитору за двадцать секунд довела себя до оргазма.
Но этого ей было мало. Она все равно хотела большего.
Она хотела Влада.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.