Легенда Мирикум. Циркон и Марион

Пролог

С начала 19 столетия, когда мы столкнулись с чудовищами под названием мирикумы, прошел 31 год. На нас охотились: сжигали дома, съедали семьи. Заставляли жить в страхе. Я поведаю вам эту историю. Историю о горе и храбрости: о Велориане, который держит в страхе весь континент одним своим существованием, и о его заточенной на проклятом острове жене.

Историю о притворстве и попытках имитации спокойствия: о последнем настоящем летуне Люце. Историю о великих открытиях, ради которых пришлось переступить грань сумасшествия: о чудаковатой Эвианор, отринувшей общение с живыми ради изучения монстров.

Историю о падающей короне и возвышающемся флаге революции по вине ребенка.

Историю о крепкой дружбе и таком же сильном предательстве: о мнящем себя неотразимым уличном воре Девиле, который вообще не хочет быть частью этого приключения, но станет главным героем.

Историю о холоде и одиночестве, которые испытает лучше всех тот, кого предпочли стереть из истории вовсе.

Глава 1 «Сознательное состояние»

Клубы извивающегося дыма окутывали улицу скупщиков. Многие воры, бандиты и прочая чернь столовались в этих узких и похожих друг на друга домиках с дорогой из ярких кирпичных крыш. Жизнь здесь была своя, как будто в огромном городе проклюнулся городок поменьше. С утра славные воры отправлялись на разбой, а к вечеру сидели за круглым покерным столом, хвастаясь новой добычей. Местные негодяи не признавали никаких законов, кроме одного собственного: “не воровать у своих, не подставлять своих и своих не обманывать”. ”Своим” же считался не просто человек их профессии, а истинный негодяй, чтивший это единственное правило.

Вор, прибывший в Лансер двумя месяцами ранее, догадывался о таких порядках. По вечерам он по привычке сидел в уголке уже закрывшимся для обычных посетителей паба в своем крысином балмакаане, похожего цветом на светлую ржавчину, За это время он узнал имена каждого в этом месте: знал добычу, время ухода и возвращения, любимую выпивку. Всегда вор старался казаться отрешенным и отказывался от общения, как вдруг зашел за своего и был приглашен за стол. И в этот раз он ехидно откинул золотую прядь длинных волос назад и присоединился к братьям по ремеслу. Его тощая и высокая фигура прошлась по пабу и села за общий стол ближе к окну.

– Кто таков?

Спрашивали за столом семеро мужчин.

– Да никто. Слоняюсь по уголкам страны и ничего не требую.

Звонко пробормотал вор и покачался на стуле.

Шла третья раздача покера. Кто-то безучастно подбрасывал деревянные фишки в воздух, а кто-то напористо курил сигару. И только вор все проигрывал, хоть постоянно был близок к победе.

– А звать-то как?

– Девиль. Девиль без фамилии и без будущего.

Личные вопросы всегда подстегивали его самолюбие. Вор накрутил прядь волос и приступил к следующей раздаче, пока не дождался седьмой.

– И правда без будущего! Скоро без сапог от меня уйдешь! Два туза!

Мужчина с залысинами кинул на стол карты и загреб в свою сторону все фишки. Девиль поднялся из-за стола и прокатил по его поверхности кошелек с чем-то шелестящим, как денежные купюры.

– Мне нет смысла играть с вами. Вы уже ободрали меня до нитки.

Мягкой поступью он обошел сидящих, беззвучно забирая свой выигрыш.

– Считайте мой проигрыш компенсацией.

– Мне даже интересно, что там у тебя. Настолько все жалко, что-ли?

Мужчина потянулся через стол, поднимая карты. Его лицо искривилось сначала в непонимании, а после в ярости. Он отшвырнул три семерки в стену и раскрыл кошелек Девиля, в котором были зеленые бумажки и кругляшки из металла. Вместе со взглядом разъяренного мужика они полетели в сторону выхода, где след простыл как и от вора без будущего, так и от кошельков и сумок с добычей всех, кто сидел за столом.

Под недовольные крики Девиль завернул за угол и поднялся по узкой лестнице на дорожку из крыш. За его сапог тут же ухватился кто-то из паба, за что получил грациозно выдвинутой ногой по лбу. Вор отмахнулся от погони и ускорился. Добежав до последней крыши, он с разбегу прыгнул в открытое окно одного из узких домов и быстро проскользнул на первый этаж, выходя с другой стороны квартала. Его шаг постепенно перешел на спокойный. Девиль поправил растрепавшиеся волосы и увидел впереди двух стражей. Паниковать было незачем – не зря же он потратил два месяца своей жизни, узнавая здешние порядки. Стражи никогда не суются в этот район по делу, таков договор негодяев с солдатами. Помимо этого Девиль знал, за чем охотились местные воры, какой груз когда окажется у такого-то человека в сумке и много другого. Подстроить триумфальный проигрыш проблем не было, хотя обычно запасная колода карт в рукаве служила ему для другого. Размышления о своей превосходности прервал истошный крик женщины, вырвавшейся из того же дома, откуда минуту назад спичкой вылетел вор. “Ловите его! Ловите!” – хрипло крикнула она, заставляя Девиля недовольно дергнуть бровью и вновь убегать, теперь уже от пройденных ранее стражей.

Впереди шумели корабли – порт! Там всегда полно людей, так что скрыться получится на раз-два. Вор добрался до лестницы, соединяющей верхний город и портовый рынок, сел на неё и проехался вниз. Соскочив от быстрого спуска в толпу, Девиль пытался затеряться, но люди все расступались под свист солдат, открывая вид на человека в крысином пальто.

Извозчик стоял на его пути, пытаясь запрячь непослушную кобылу в телегу. Тогда без малейших колебаний Девиль взгромоздился на лошадь и стукнул кожаными сапогами по её бокам. Словно ополоумевшая, она понесла парня сквозь портовую улицу к одиноким заброшенным домам и там же скинула вверх. Вор подпрыгнул на уровень второго этажа и схватился за выступ – остатки балкона. По нему он забрался внутрь здания и оперся на стену, чтобы отдышаться.

***

«Вильгельм» подплывал к причалу, заставляя одним своим видом всех, кто был в порту, выстроиться полукругом. Корабль с проклятого острова, с острова дьяволов! Стоило ему появиться рядом с любым портом Кольстении, он привлекал внимание своими синими парусами и дубовой кормой. Флейт причалил к берегу, сбросил помост, и на землю ступил черный кожаный ботфорт бывшего королевского цербера – Велориана Валапаса Верса.

Род Версов был знаменит ранней смертностью, они существовали уже несколько веков только благодаря многочисленному потомству и, сколько себя помнили, занимались кораблестроительством, а не службой короне или секте, чем славился Валапас. Велориан спокойно проживал свой сто двадцатый год и умирать не думал. Его кожа все еще была молода, как и высокое, двухметровое тело. Блондинистые грязно-пшеничные волосы доходили ему до поясницы и вторили плавной, уверенной походке. Его парадная форма, которую было принято носить только в случае успешной миссии, переливалась на солнце бордово-черным цветом: свободная рубашка с рюшевыми оборками по рукавам сдерживалась жилетом с золотыми заклепками, а за коленями дорожкой шел подол жакета с гербом Актавы – секты, в которой Велориан стал магистром после своей измены.

Под его подошву покатилось яблоко какого-то вшивого торговца с рынка. Нога мужчины тут же с хрустом превратила фрукт в мякиш, вокруг которого валялись такие же алые, но еще целые яблоки. Какой-то старик ломанулся собирать их в корзинку и попутно извиняться, отводя округлые как монеты глаза вниз.

– И ради этого мусора мы рискуем жизнью?

Медный и холодный голос Велориана вливался в старческие уши, пока его кисть в белой перчатке заносилась вверх, чтобы ударить его. Но вдруг другая рука схватила сектанта за запястье.

– Подумай еще раз.

Позади Велориана стоял его брат по несчастью Ютериан. Юноша взглянул черничными глазами бусинками из под черной челки и довольно ухмыльнулся, чувствуя, как хватка тирана ослабевает под его бледной ручкой, из которой так и норовили выскочить кости. Велориан успокоился и со своим сопровождающим направился к вокзалу. Как и подобало его статусу, он выкупал целый вагон, чтобы в спокойствие и тишине доехать до нужного ему места. Желательно, в сопровождении легкой классики и чашки ароматного чая. Ют, медленно следуя за его тенью, кашлянул, обращая на себя внимание.

– Я, конечно, понимаю, что первое прибытие поезда на новую станцию это зрелищное событие, но хочу напомнить, что у тебя есть и другие дела. И они самую малость в другой стороне.

Мягко и четко сказал Ютериан, на что его друг недовольно поежился и развернулся.

– Терпеть не могу эту выскочку… Небось опять пытается суп из тварей сварить.

– Тогда тем более нужно спешить! Мы так и не поели в дороге.

***

Что каратели забыли в таком месте, Девиля не волновало. Главное, что внимание было отведено и можно спокойно сбегать. Вор вышел из здания, достал из своей бездонной коричневой сумки, в которую могли поместиться даже королевский щит и меч, зеленое яблоко и с удовольствием укусил его. Некогда эта потрепанная жизнью сумка, с которой Девиль никогда не расставался, упала по его глупости на дно колодца с с-материей. Так она и стала “бездонной”. Каждый раз, когда в неё что-то клали, сумка вдруг создавала подпространство и прятала это что-то в него. Незаменимая вещь для вора, пока не попала в руки к недоброжелателям. Девиль свернул за угол под причитания знакомого голоса:

– Говорю вам, я видел, как он пошел сюда.

Доказывал вор с залысинами таким же мошенникам, как и он сам. И тут в переулке раздался то ли звук упавшего бака, то ли тяжелого дыхания. Но вместо вора там мужчины увидели в темноте только бездомную кошку и надкушенное яблоко. Вдруг сбоку послышался скрежет, и их головы синхронно повернулись на его источник: соорудив из палки опору, Девиль проехал мимо них на бельевой веревке, словно та была канатной дорогой. Его волосы рвались с ветром вперед глаз и немного загораживали обзор, но сам город будто подыгрывал всем шалостям парня своими холмистыми дорогами, которые то поднимались, то опускались. Вдалеке раздался бьющий по ушам гудок поезда, из-за которого Девиль не заметил, как наступил конец этого троса. Лоб вора встретился с деревянной балкой, куда была привязана веревка. Будь проклят тот, кто придумал сделать у этой чудовищной штуковины такой мерзкий звук! Под звучные ругательства Девиль соскочил со своей тросовой дорожки и вбежал в очередной квартал из заброшенных домов. Здесь редко встречались люди после нападения монстров пару лет назад. Вроде это место и было в городе, но каждый житель Лансера ставил его за черту портовой столицы. Вор пробежал квартал, еще один – преследователи не отставали. Вскоре он понял, что окончательно загнан в тупик, где дороги две: обратно в объятия разъяренных мужиков или в дом с тяжелой металлической дверью в конце улочки. Девиль подбежал и подергал за ручку, но дверь не поддалась. А чего еще ожидать от брошенных улиц? Почти все здесь было заперто, а чтобы взломать замок, нужно время. Его то как раз и не было. Вор развернулся, готовясь бежать обратно, как тяжелая запертая дверь за ним с легкостью открылась, и чья-то рука потащила Девиля внутрь.

***

“Смеющаяся креветка” была заполнена пылью и сдвинутыми в горы стульями. До нападения чудищ и пожара в этом баре разливали сливочное пиво и эль любому доброму господину. Сейчас же в мрачной тишине друг на друга смотрело два силуэта. Один – Девиля, кувырком закатившегося от резкой хватки незнакомца внутрь. Да так, что его сумка отлетела к барной стойке. За ней, закинув на стойку скрещенные ноги в высоких черных берцах, сидел второй силуэт. Лица или каких-то других черт парень не мог отличить из-за темноты

– Что скажешь, вор-беглец?

Произнес женский голос, похожий на колокольчик. Хотя Девилю в тот момент было явно не до угадывания такого созвучия.

– Слушай, если я тебе когда-то насолил… У меня тут есть деньги, я могу тебе отдать тридцать, то есть десять процентов! Что скажешь?

– Боюсь, мне от тебя нужно кое-что другое.

–Хорошо, могу предложить тебе… а, вот она!

Глазами вор все еще искал сумку. Зыркнув вправо от собеседницы, он наконец обнаружил свою добычу и потянулся к ней. Но нога в тяжелом берце легла прямо на сумку. Девиль медленно поднял голову, разглядывая в свете криво забитых досками окон собеседницу. Перед ним стояла девушка в черном платье ниже колен и с таким ростом, что, выпрямись бы вор прямо сейчас, она едва бы достала ему до груди. По лицу Девиля скользнула ухмылка, он мягко выдернул свою сумку из под берца и закинул ее на плечо.

– Ну, мы мило поговорили, маленькая девочка. Приятно, что у меня есть верные поклонники. Но мне уже пора.

Тень Девиля промелькнула между полосок света, направляясь к окну, но мелкая девчушка схватила юношу за сумку, безумно смотря ему вслед

– Погоди! Ты меня не выслушал.

– И что ты мне сделаешь, коротышка?

– Ты же вор, значит любишь деньги! А у меня есть способ, как получить мешок… нет, пять мешков фейрелей!

Её рука в черной перчатке отпустила Девиля, но теперь его удерживало кое-что другое. Девушка порылась в сумке на поясе и достала кристалл, переливающийся холодным зеленым цветом. Сзади у него было крепление как у брошки, а потому Девиль подумал, что это обыкновенное украшение. Вор взял кристалл в руки и стал рассматривать на свету.

– Тебе знакома эта вещь?

– Я, конечно, не ювелир, но скажу, что стоит она порядочно. Продать хочешь?

– Нет же… Это лукра.

– Лук.. Что?

– Оружие против мирикумов. Его используют каратели.

Больше лицо Девиля не выражало интереса. Только страх вперемешку с брезгливостью. Оружие? Вот этот камушек? От этих варваров можно ожидать чего угодно, но Девиль никак не мог представить, как этой крошечной брошкой можно убить мирикума, который кинется для того, чтобы разорвать тебя на части. Хотя о карателях, как и их работе, вор знал только по слухам. На деле он даже не знал, как выглядят монстры, которых все так боятся. Да и люди начинали страшиться их от вида разнесенных городов и деревень, для этого врага в лицо знать не требовалось. Рука юноши отбросила брошь в сторону, больше не желая иметь с ней дело. Незнакомка странно вскрикнула и с слишком быстрой для обычного человека скоростью поймала кристалл.

– С ума сошел?! Ты хоть представляешь, с каким трудом я её достала?!

– Так ты из этих, да?

– Каких еще этих?

– Как твои дружки с корабля! С ними небось приплыла.

– Да я не имею к ним никакого отношения. И не говори так, будто мы не люди

– «Мы»? А говоришь, что не с ними?

– Сейчас я говорю про меня и тебя.

– Чего? Совсем кукушка полетела?

– Того. Это оружие для тебя, Девиль.

Девиль вздохнул, попятился к главной двери. Однако это не помогло – она была закрыта.

– Ты еще и имя мое знаешь? Я понимаю, в некоторых городах мои портреты висят буквально на каждом столбе, но сейчас ты перегибаешь.

– Я говорила, что мне от тебя кое-что нужно. Вступи в мою команду!

– Весьма щедрое предложение, не знаю как тебя зовут…

– Стрипта.

– Так вот, Стрипта…

Девиль медленной и осторожной походкой направился к заколоченному окну, у которого слегка отходила одна из досок. Он встал к нему спиной, осторожно приподнимая её. – Видишь ли, я не самоубийца, чтобы таскаться по лесам в поисках монстров, поэтому становиться охотником на чудищ не собираюсь. Можешь поискать кого другого, в том же Глимере! Дыра еще та, но уверен, там очень много умелых людей.

– Да не нужен мне никто другой! Ты же.. Ты же летун! Это самый редкий вид охотников! И ты не понимаешь, насколько это важно, это как быть избранным!

– Ого, расскажи поподробнее!

Стрипта не заметила сарказм в его фразе и стала с огнем в глазах пересказывать трактат, который когда-то ей читала наставница. Но её прервал громкий удар по доске, которая тут же вылетела из окна, а вслед за ней и Девиль. Он надеялся, что больше не встретит девушку. Стрипта тихо выругалась и ударила себя рукой по лбу. Ждать было нельзя! Когда ей еще выпадет шанс встретить одного из летунов – самых могущественных охотников? Она выпрыгнула из окна и пустилась вдогонку, но почти сразу остановилась. Стрипта увидела, как вор пробегает рядом с церковью святого Вериториана. А туда путь ей был закрыт.

***

Пальто Девиля промелькнуло мимо базилики, внутри которой догорали свечи после вечерней молитвы. Прихожане выходили из церкви, скрываясь от начинающегося дождя. Фургоны с круглой тканевой крышей, которые были готовы выдвинуться в сторону столицы, ждали команды к дороге. Два стоящих под сгущающимся серыми красками небом человека в черной форме, украшенной серебряными нитками, разговаривали на вершине лестницы церкви и смотрели на то, как местные люди покидают её до следующего понедельника. Эти двое бывали тут редко, хоть и прекрасно вписывались в такой пейзаж.

– Для нас большая честь, что вы посетили нас, сфероградец Атам.

Сказал пришедший к ним церковный наставник.

– Не стоит благодарить меня. Я просто сопровождаю начинающего астранха, не более.

Ответил молодой мужчина с коротким хвостом и окинул взглядом свою спутницу. На вид она была много старше него, поэтому странно было слышать о том, что его спутница начинающая. Она молча стояла и с легкой тревожностью во взгляде наблюдала за людьми, как её глаза резко загорелись насыщенным зеленым цветом. Девушка схватилась за голову, словно внутри неё прозвучал шепот тысячи голосов.

– Элизабет! Что такое?

– Мирикумы! Они в лесу… Двое… Нет, трое.

– Остановите повозки! Никто никуда не поедет, пока мы с ними не разберемся!

Мужчина неловко сглотнул и посмотрел на все приготовления. .

– Хорошо, но… У нас нет готовых к бою астранхов. А ваша протеже, как бы это сказать…

Атам укрыл спутницу своим пальто и завел внутрь церкви

– Она смотрящая. Её задача предупредить об опасности, что она только что и сделала. Чуть позже сообщим более точную информацию и выберем новый курс. Отдайте приказ и сообщите истребителям! И не разводите панику.

Отрезал Атам, поправил круглые очки и посмотрел на свои часы на цепочке. Он усадил девушку в кресло и слегка погладил по голове. Ей с трудом удавалось использовать способности. Наставник же выбежал под дождь, становящийся ливнем и закричал кучерам не двигаться. Вот только одна повозка уже была далеко от церкви и всех остальных.

***

Лансер славился не только своим переполненным как банка со шпротами портом и собственным кварталом для негодяев. У начала города на вершине холма с пожелтевшей от осени травой праздно возвышалось поместье из белого камня. Оно отливало золотом под лучами тусклого солнца, и из его окон второй по величине город в Кольстении становился как муравей на ладони. Ходили разные тайны об этом месте и его обитателях: говорили даже, что здесь живет сумасшедшая ученая, которая оживляет мертвецов. Но этот секрет все равно оставался за семью печатями.

Несмотря на величественность и спокойствие фасада, внутри дома все было нагромождено дорогой мебелью, еле подстраивающейся под все остальное. Будто его обитатели хотели показать свою аристократичность этой неумелой солянкой из фарфоровых статуэток и ворсистых старых ковров. Повсюду были разбросаны листы в неразборчивом грязном почерке, где-то по углам запрятались комочки белой кошачьей шерсти. В гостинной догорал угольками камин, тусклый свет которого не мог осветить весь порожденный вещизмом неравномерный хаос, творящийся в этой комнате. В центре на табуретке сидела девушка с холодной кожей и безжизненными глазами, смотря в пыльное зеркало. Над её волосами колдовала женщина в темном бордовом платье, которое будто было неотъемлемой частью её образа. Женские руки разделили светлые волосы на две половины и достали странную красноватую субстанцию, небрежно вываливая её на половину головы.

– Вот сейчас закончу и будешь выглядеть куда живее, чем прежде!

Радостно произнесла Эвианор, распределяя краску по волосам. Эта странная смесь, которую она изготовила в своей лаборатории, становилась розовой и немного теряла свой яркий оттенок, который был в пиале. Её подопытная продолжала сидеть, иногда отводя глаза от своего отражения – теперь ей должно было быть все равно на внешний вид.

– Сказала бы что-нибудь! Цвет нравится хотя бы?

– А у меня было право голоса?

– Не-а!

Продолжая прокрашивать левую половину, Эвианор случайно закрасила один из болтиков с кусочком красного турмалина в нем и решительно стала его очищать. Не хватало еще, чтобы её гениальное изобретение находилось в этой дряни. Применять её на людях она бы ни за что не стала, но совсем другое дело Мэри Шелли, ей хуже уже не будет!

Двери в комнату резко распахнулись, и в комнату вбежало нечто похожее на чумного доктора. Никто из обычных прохожих никогда не мог понять, это человек, который вырядился в такой костюм, или костюм, живший своей жизнью. Этот некто экспрессивно замахал руками, показывая куда-то вдаль. Его хозяйка непонятливо посмотрела на него, а Мэри Шелли наконец встала и убрала волосы с лица.

– Кто идет?

Чумной поднял руку вверх и от своей головы провел вниз до поясницы. Потом изобразил злобный взгляд, насколько ему позволяла голова, и раздраженно ударил кулаком о стену.

– Кажется, твой друг пришел.

– Да почему каждый сраный раз, когда я работаю, меня дергает этот кусок… О, Вел, как я рада тебя видеть!

Улыбнулась Эвианор появившемуся в проходе Велориану: он с усмешкой осмотрел её дом, где легче было бы сломать ногу, чем что-то найти. Такому педанту находиться здесь было просто невыносимо. Он бесцеремонно вошел в комнату вместе с Ютом и расположился на диване, его друг всем поклонился и встал рядом со служанкой, осматривая её волосы, прокрашенные наполовину. Юноша немного наклонился и шепнул:

– У Эвы новое хобби?

– Не керамика и на том спасибо. Краску убирать проще.

– Но тебе все равно идет. Выглядит…

Промедлил Ютериан, пытаясь подобрать слова к этому безобразию.

– Эксцентрично.

– Эвианор, собирай вещи.

Грубо сказал Велориан и с отвращением смахнул пыль с дивана.

– Не поняла. Может ты забыл, но это дом Ванды, а не твой. Она, конечно, твоя сестра и все такое, но оставьте ваши семейные разборки за..

– Не выгоняю я тебя, заткнись уже. Ты будешь мне нужна у пещер Вельзя. По делу.

– А-а… Ничего не поняла. Но я остаюсь, да?

– Да. И надо избавиться от мирикумов в подвале, они больше не понадобятся.

– С какой стати? Да я чуть из себя не вылезла, когда во время их нападения на границу с Кастельнией отловила себе нескольких!

Велориан встал, отбрасывая свою двухметровую тень на девушку, которая едва доставала ему до плеча. Эвианор сделала шаг назад, врезалась в стену, а мужчина встал к ней вплотную, ехидно улыбаясь.

– Когда тебе находят новую игрушку, старые подобает выбрасывать.

– Поняла я. А эти свои устрашающие понты для других оставь, ладушки?

Улыбнулась его собеседница хищной улыбкой, развеивая мрачную ауру Велориана. Он что-то буркнул и отступил от неё, направляясь к подвалу в сопровождении всех остальных. Без промедлений, мужчина выбил дверь, предвкушая приятный запах крови, но вместо закованных в цепи монстров увидел только небольшую дыру в стене, ведущую наружу.

***

Пока Элизабет не настало видение, а Эвианор изображала из себя парикхмахера, Девиль успел добежать до самой дальней повозки, затерявшись среди прихожан. Харизмы и умения обманывать каждого второго ему было не занимать, поэтому вор быстро убедил извозчика, что тому стоит выдвинуться именно сейчас. Спустя полчаса пути извозчик спросил:

– А почему остальные за нами не едут?

Девиль уже удобно разлегся под тканевым покровом рядом с ящиками, наполненными лекарствами. В это время года из Лансера часто возили микстуру из с-материи в другие города, потому что только здесь сфероградцем церкви стал старик, умеющий создавать нужные для лечения тяжелых болезней снадобья. Такие люди были редкостью, поэтому им всегда отводилось много привилегий. А вот к ворам почему-то относились не очень, так что приходилось выкручиваться.

– А они поедут позже. Видишь ли, приятель, не всем выдается вести вместе с грузом известного лекаря! Так что нормально, что мы отправились раньше.

В размокшей от дождя земли колеса фургона то и дело неприятно скользили, шатая его в разные стороны.

– Да, и не гони лошадей. Меня… Лекарства укачивает. А стоят они немало.

– Как скажете.

Девиль закрылся от него внутри фургона, оставаясь в полном одиночестве. Его вдруг одолело желание вздремнуть и перекусить. Вор достал из своей сумки яблоко, которых в этом бездонном мешке с каждым часом становилось все больше и больше. Повозка вновь встрепенулась от чего-то напугавшего лошадь и остановилась, извозчик закряхтел.