Обмануть семью босса: временная невеста

Глава 1

Истошный автомобильный гудок, не прекращая давил на мои уши. Погоня была уже не шуточной, огромная дорогая тачка «дышала» в мой бампер.

Ну подрезала! Ну и что? И нечего так отчаянно сигналить! Можно подумать, что это редкость в Москве на съезде с МКАДа.

– Да отстань ты от меня! Ну пожалуйста! – шепотом взмолилась я, ведь испугалась не меньше, чем он, ударив по тормозам. – Ну что я могу поделать, если навигатор затупил?

Сегодня всё идет не так с самого утра: ноготь сломала, с парнем поругалась (в очередной раз из-за денег) и теперь еще эта автоподстава, а ведь время только девять утра. Страшно даже подумать, что может ждать меня дальше.

Мой старенький матиз то и дело норовил преподнести мне сюрприз: то не заведется, когда я опаздываю на работу, то сложит зеркала прямо на скорости, то навигатор затупит во встроенной панели, которая досталась мне от старого хозяина…

Огромный черный хендай опять приблизился к красному заду бедного матиза отчаянно близко. Да что же мне делать-то? Как теперь от тебя отвязаться? Внутри себя я уже начала паниковать, даже руки стало нервно потряхивать на руле.

– Пожалуйста, просто оставь меня в покое и езжай уже по своим делам! – громко сказала я. – Да, права купила, да на машину насосала, да обезьяна с гранатой… Что еще вы там обычно говорите, когда видите женщину за рулем?

Мыслям своим сама же усмехнулась – это как же надо сосать, чтобы подарили такую рухлядь? Между тем атмосфера в салоне немного разрядилась.

Наконец в плотном потоке машин появилась возможность уйти на соседнюю полосу, чтобы пропустить отчаянного мстителя, который перестал сигналить, когда я включила поворотник. Я выдохнула.

Хендай же, резко ускорившись дал по газам, чтобы поравняться со мной и заглянуть в лицо. Всегда ненавидела эту чисто мужскую привычку – уничтожить обидчика взглядом. Вот и этот туда же.

Машина поравнялась со мной, и я обреченно посмотрела в сторону водителя. Конечно, я знала, что ничего хорошего меня там не ждет. В лучшем случае мат, которого я не услышу, зато четко прочитаю по губам, а может и не один.

Из черного джипа на меня внимательно смотрели два прищуренных черных глаза на красивом лице с небольшой стильной бородкой. Мужчина в костюме смотрел на меня уничтожающе, словно одним взглядом смешивая с говном и решая, достойна ли я продолжения конфликта или настолько ничтожна, что лучше просто оставить меня в покое.

Я лишь быстро развела руками, выдавив из себя виноватую улыбку. Меня обрадовало, что он перестал сигналить, но взгляд… Он словно молнией прошил меня насквозь, я даже собственное дыхание на секунду потеряла.

Вдоволь насмотревшись, мужчина дал по газам и наконец оставил меня одну.

Выдохнув, я посмотрела, что до офиса мне осталось ехать двадцать минут и полностью сосредоточилась на дороге. При этом машинально отметила для себя госномер мужчины, толком не понимая, зачем он мне нужен.

Дотянувшись рукой до кнопки громкости включила музыку, чтобы немного успокоить расшатавшиеся нервы.

Куда катится моя жизнь? Никакой светлой полосы, одно уныние и убогость. Вечно не хватает денег, постоянная нагрузка на работе, часто болеющая мама, парень, который думает только о себе…

В мрачных мыслях я вела машину. Слава Богу, что больше в дороге никаких неприятностей меня не ожидало, ведь недавний перфоманс заставил мою внимательность сконцентрироваться на тысячу процентов.

***

У Москва-Сити было многолюдно, как обычно. Офисный планктон, к которому я отношу и себя сновал по делам: кто-то бежал, очевидно опаздывая, кто-то курил недалеко от входа. Я въехала на подземную стоянку. Благо, что она досталась мне от фирмы, потому что директор очень ценил мой вклад в дело и работоспособность. Но если быть откровенной – просто зажал мне очередную премию, откупившись парковочным местом, чтобы я от него отстала.

Я все взвесила, и пришла к выводу, что так даже лучше. Еще бы бензин бесплатный был – можно было бы не париться и ездить на машине в свое удовольствие.

Жаль, что директор постоянно говорит об отставке, все-таки за три с лишним года я привыкла к нему и даже его ворчливости. Он хотя бы всегда осознавал ценность маркетинга и рекламы, давая нам возможность тестировать гипотезы и спонсируя наши хотелки. Это сильно удивляло многих, кто приходил к нам работать, потому что обычно такие расходы старались максимально порезать в других компаниях.

На стоянке было много машин, и я поехала на свое двести тридцать второе место. Надо немного ускориться, чтобы успеть купить кофе в столовой, иначе будет сложно привести мысли в порядок.

Рядом с моим местом красовался новый хендай. Обычно тут были машины наших сотрудников, неужели кто-то поменял автомобиль? Странно, о таких вещах кричат на весь офис, да еще и проставляются чем-нибудь вкусным, но я ничего такого не помню.

Запарковавшись, я подхватила сумку, в которой лежал контейнер с едой и вышла из машины. Уже пройдя несколько метров к лифту, я вдруг напряглась – соседняя тачка показалась мне теперь смутно знакомой…

Я внимательно вгляделась в номерной знак. Липкая, холодная волна мурашек пронеслась по спине и растворилась где-то на затылке. Черт! Это машина того, кого я подрезала. Главное, не встретиться с ним лично. Хотя что он мне сделает? Снова посмотрит уничтожающим взглядом? Ну и черт с ним пусть смотрит, сколько хочет. Не он первый и не он последний.

Нажала кнопку второго этажа в лифте, чтобы забежать в любимую кофейню. Да, этого дорого, но я всю неделю себе отказывала, а сегодня пятница, да и настроение так себе – нужно себя чем-то наградить. Решено: огромный капучино с малиновым сиропом, чтобы попа слиплась от глюкозы. То, что надо!

И кроме того, сегодня ведь особенный день! Тот самый к которому мы с командой готовились целый месяц: сегодня стартует реклама новой акции, а вся ответственность за инициативу – моя. Ведь я работаю тем самым человеком, который контролирует рекламные показы в поисковых системах. Контекст всегда был моей страстью, особенно давать результат, а ещё лучше, если положительный.

Ух, волнительно, но я уверена, что все будет просто отлично, потому что дизайнеры нарисовали нереальную красоту, а копирайтер сделал текст-бомбу в десяти различных вариантах.

Моя тревожность и раздражительность улетучились, словно их и вовсе не было, на душе стало светло и весело. Да и бариста сделал комплимент платью в цветочек, которое мне подарил парень год назад.

В приподнятом состоянии духа я поднялась на свой этаж, приложила карту к системе доступа и вошла в офис, после противного долгого писка. Катя, секретарь была на месте и отчаянно с кем-то ругалась по телефону. Я кивнула ей, пока она шипела в трубку что-то не из приятного.

Стаканчик кофе приятно грел руку пока я шла, здороваясь с коллегами к своему столу в уголке огромного опенспейса. Панорамное окно, с ярким солнцем обрадовало меня еще больше. Я любила в минуты раздумья смотреть вниз с нашего двадцать шестого этажа. Отсюда все казалось такой мелочью.

Поздоровавшись со своим отделом, я присела и включила рабочий компьютер. Сделав несколько глотков горячего напитка, прикрыла веки от удовольствия. Стало не просто хорошо, а прям радостно. Жизнь налаживается, вряд ли теперь хоть что-то сможет испортить мне настроение!

– Внимание, происходит загрузка операционной системы. Пип-пип-пип. – противным механическим голосом произнес Слава, маркетолог по электронным письмам и противно засмеялся.

Наши столы стояли напротив друг друга, и экраны, которые были установлены, чтобы отгородить пространство сотрудников никак не препятствовали нашим переглядываниям и переговорам.

Я одарила его уничтожающим взглядом, слегка улыбаясь. Он всегда старался меня как-нибудь поддеть и это служило залогом хорошего настроения для всего отдела, и для тех, кто сидел рядом и мог услышать наши перепалки.

– А твоя система видимо все еще в ремонте. – решила я не оставаться в долгу.

Мой компьютер загрузился, и я ввела пароль, больше не обращая на Славу никакого внимания.

– Ну наконец-то! Света, где тебя черти носили? Я щас взорвусь! – кричит Маша от входа в опенспейс фурией подлетая к моему столу. – Я тебе столько раз звонила, быстро за мной иди!

Не давая мне ни единой возможности опомниться она хватает меня за руку, уводя в сторону коридора. Я едва успеваю за ней, чуть ли не падая на ходу. Она заговорила снова только у стойки секретаря, перегнувшись через ресепшн.

– Катя, а ну рассказывай! – командует Маша.

– Короче, – начинает Катя. – сегодня утром приехал один из инвесторов, я его в первый раз вижу. Красивый, просто космос…

Она мечтательно закатила глаза, очевидно воспроизводя в памяти этого самого инвестора.

– Ну??? – нетерпеливо отбивая носком туфли просит продолжить Маша.

– Сергей Иванович тут такую суету навел, переговорную отдраить велел, поляну накрыть. – она сделала театральную паузу. – Короче он переживает, что его попрут и скорее всего для этого и приехал этот…

Она взяла записную книжку в руки и стала перелистывать страницы в поисках чего-то.

– О, нашла: Александр Николаевич Шир. – она победно улыбнулась. – Я тут его погуглила, он холостяк!

Катя так светилась, что едва искриться не начала. А мне стало как-то не по себе. Маша на меня выжидающе посмотрела.

– Господи, и ради этого вы меня оторвали от работы? – я приложила руку ко лбу. – И что с того?

– Как что? Света, ты офигела? Часто вокруг тебя богатые холостяки что ли разгуливают? – Маша скептически на меня посмотрела.

– Ты же знаешь, что у меня Юра есть.

– Да твоего Юру… в музей давно пора! – говорит Катя, пока Маша отчаянно кивает, похожая на китайского болванчика. – Тунеядец, лентяй и эгоист хренов.

– Так, девочки. Вы меня сейчас заставляете пожалеть, что я с вами поделилась личной информацией. – начинаю я медленно закипать. – Не вам решать, как строить мою жизнь.

– Пф, нет ты только посмотри на нее? – возмущается Маша, протягивая руку ко мне и ища поддержки у Кати. – Ей тут реальный шанс предлагаем, ценной информацией делимся, между прочим, а она еще нос воротит!

– Хватит и точка! – мне стало не по себе, я и правда уже жалела, что эти две курицы вошли в круг моего доверия настолько, что я иногда имела неосторожность выплеснуть эмоции в их присутствии.

Я развернулась и гордо пошла обратно к своему столу по коридору мимо переговорной, в которой открылась дверь и вышел Сергей Иванович, весь красный как рак и взволнованный.

– Здравствуйте, Сергей Иванович! – бодро поздоровалась я, но он лишь потер красное лицо и рассеянно кивнув, пошел в сторону ресепшена.

Проходя мимо, я заглянула в открытую дверь переговорной. А там… О боже… Там сидел мой утренний автомобильный преследователь и смотрел на меня во все глаза.

Ох ты ж блин! Я резко ускорила шаг и практически побежала по коридору, потому что, увидев меня он начал угрожающе вставать со стула. Не оглядываясь, я ретировалась за свой стол и уткнулась глазами в компьютер. Сердце в груди отчаянно колотилось ломанным ритмом старых барабанов.

Да твою ж налево. Ну как могло так получиться, что из всех участников дорожного движения мне сегодня «посчастливилось» подрезать именно его? Нервная дрожь заставила свести колени и стиснуть зубы. Нужно успокоиться.

Я потянулась к стаканчику кофе и сделала глоток. Совсем остыл… Никакого удовольствия.

Окончательно скиснув, я открыла чат офисных сплетен. Народ во всю гудел про сегодняшнего гостя, женщины восторженно охали и ахали, мужчины – не понимали какого хрена он сюда приперся. В общем, можно сказать, что событие всколыхнуло наше офисное болото не на шутку.

Я покрепче ухватила мышь. У меня дел много, сегодня важный день, а они тут все со своими бреднями! Нужно отключить голову, еще раз все перепроверить и наконец запустить кампанию, к которой мы столько готовились.

– Ну что, Света, все готово у тебя? Сегодня стартуем? – моя начальница Вика, руководитель отдела маркетинга, как всегда, подкралась незаметно, заставив меня вздрогнуть. Что за привычка такая? Так и до инфаркта довести можно.

– Да, я сейчас еще раз все перепроверю и будем запускаться! – ответила я, переведя дыхание.

– Мне уже не терпится! – ответила она, потирая руки. – Ладно, не отвлекаю!

Она отошла и я, вставив в уши наушники с любимой музыкой, наконец закопалась во все свои ссылки, креативы и тексты. Мне очень хотелось, чтобы все получилось не просто идеально, а ослепительно круто и я чувствовала, что все должно получиться именно так.

***

Время до обеда пролетело мухой, я даже не заметила, пока Маша не потрепала меня по плечу. Она перегнулась над моим столом так, чтобы заглянуть мне в лицо и внимательно посмотреть в глаза.

Конечно, она понимала, что я еще злюсь. Но сама она была хоть и вспыльчивой – очень отходчивой и всегда могла признать свою неправоту, если такое за ней имелось. Ну, а как по-другому матери двоих несносных мальчишек себя вести?

Я сняла наушники и улыбнулась.

– Есть идем, говорю!? – она выпрямилась во весь рост.

– Блин, ноги затекли… – проворчала я, чувствуя, что вот так сразу встать не смогу.

Ноги действительно онемели от долгого сидения в одной позе, теперь кровообращение восстанавливалось и всю кожу от самых пальчиков до бедер неприятно покалывало.

– А нечего было три с половиной часа, не отрываясь от монитора сидеть. – с укором сказала Маша.

Я посмотрела на часы. Да уж, и правда.

– Ладно, идем. – я потянулась рукой к сумке и достала оттуда свой контейнер с едой.

Я настолько сегодня замоталась, что даже не убрала его в холодильник, когда приехала. В прозрачном контейнере отчетливо просвечивали спагетти и сосиски, политые кетчупом. Я встала на ноги и немного постояла, стараясь дать ногам привыкнуть.

И прямо в этот момент в наш опенспейс не вошел, а практически влетел Сергей Иванович. Он был все таким же красным, как я видела его в прошлый раз, но теперь его глаза были совсем уставшие.

– Коллеги, коллеги, просьба всем собраться здесь. У нас есть важные новости. – его голос немного дрожал, и я с жалостью посмотрела на него.

Никогда не видела его настолько взволнованным, что же случилось – раздумывала я, пока все собирались полукругом на свободном пятачке опенспейса. Мне даже идти никуда не пришлось, потому что от моего стола все было отлично видно.

– Все в сборе? – спросил Сергей Иванович, обводя нас взглядом. – Если кого-то нет, руководителям отделов просьба донести информацию до коллег.

Он достал платок, который всегда был в нагрудном кармане его рубашки и вытер пот со лба. Немного помолчав, о чем-то напряженно думая, он наконец собрался с силами и начал свою речь:

– Дорогие коллеги. Нет, пожалуй, не так. Дорогие друзья. – он обвел зал, в котором собралось около восьмидесяти человек тяжелым взглядом. – Сегодня был мой последний день в должности генерального директора «СофтБреинКомпани»…

Волна тяжелых вздохов и недоуменных взглядов повисла в воздухе. Сергей Иванович задумчиво уставился куда-то в даль, словно находясь далеко отсюда, внутри себя.

– Мне очень повезло работать с вами, – он проглотил комок, который застрял в горле с большим трудом. – эти девять лет стали одними из лучших в моей карьере. Мы с вами разработали столько разных программ, что сейчас больше двухсот миллионов людей используют их по всему миру.

Все-таки не выдержав, он пустил скупую мужскую слезу и быстро вытер ее платочком. Мне тоже отчаянно захотелось плакать от досады. Я так привыкла к нему и его доброте, его вере в наши гипотезы… Как же теперь…

– В каждом из вас я уверен, как в самом себе, вы профессионалы. – он снова замолчал, сглатывая нервный комок. – Многих из вас я принимал в штат лично и потому мне так… трудно сейчас с вами прощаться. Но я уверен, что вы пройдете переаттестацию и будете работать в «СофтБреинКомпани» еще лучше и эффективнее, чем со мной.

Он помолчал, обводя нас красными глазами, а мы так и стояли, открыв рты и боясь вымолвить хоть слово.

– На мое место советом директоров назначен Александр Николаевич Шир. – Сергей Иванович обернулся назад и кивнул кому-то, кого из моей точки обзора пока не было видно, но я кожей чувствовала, что увижу его, того самого озлобленного на меня мужчину. – Просьба любить и жаловать.

Из-за спины Сергея Ивановича – сгорбленного мужчины с пузиком за пятьдесят, вышел широкоплечий, высокий самец лет тридцати пяти с властным волевым лицом, и мощным подбородком, на котором красовалась стильная, явно специально уложенная борода. Он выглядел дорого, богато и очень опасно.

Приподняв бровь, он стал обводить нас взглядом цепляясь за лица коллег и внимательно их изучая, слева направо. Заметив меня, он на секунду задержался, а я и вовсе затаила дыхание, теснее прижав к себе контейнер с макаронами и сосисками. Видимо этот жест не ускользнул от него, и я увидела, как он бегло посмотрел на мою еду.

О боже… Как нелепо должно быть я сейчас выгляжу. Волна жара обдала меня с головы до ног, наполнив щеки и лицо. Его взгляд наконец двинулся дальше, и я выдохнула, стараясь успокоить бешено бьющееся сердце.

Вдоволь насмотревшись на застывших в ожидании людей, он еще сильнее расправил плечи, отчего пуговка на застегнутом пиджаке напряглась. Я невольно залюбовалась его силуэтом, он был очень красив, тут и сказать то нечего: густые темные волосы, черные брови, длинные ресницы, профиль хищника и повадки такие же.

– Ну что ж, коллеги, будем знакомы. – коротко сказал он могучим басом, от которого мурашки поползли по телу. – Надеюсь на плодотворное сотрудничество и повышенную работоспособность. С каждым из вас я еще переговорю лично, а сейчас прошу руководителей отделов пройти со мной.

Он бодро развернулся на каблуках своих стильных туфель и зашагал прочь, следом за ним семенил сам не свой Сергей Иванович. Я выдохнула, чего нельзя сказать про Вику, мою руководительницу и остальных топ-менеджеров, у которых на лице был написан страх и недоумение. Тихий ропот разнесся по пространству, новость переварить будет очень не просто.

– Света, пойдем уже? – сказала Маша, утягивая меня за руку.

– Идем. – сказала я, не отрывая контейнер от себя.

Усевшись за свободный столик в столовой, и разогрев еду мы начали есть, хотя аппетит, конечно, был безнадежно испорчен.

– Ты представляешь, что теперь будет? – Машу было не угомонить. – Переаттестация! Да нас всех попрут за профнепригодность! Боже мой, да что творится?

– Да уж… А как вообще она проходит? Переаттестация эта? – задала я вопрос, и неожиданно Виолетта, наша сотрудница по приему персонала подала голос от соседнего столика.

– По сути, это что-то вроде экзамена на профпригодность. Там должна быть выбрана комиссия, а иногда это даже один человек, который подтвердит или опровергнет твое соответствие должности. А вот если не соответствуешь – то могут уволить на совершенно законных основаниях. – пояснила Виолетта, пока вся кухня, а сотрудников тут набилось уже не мало, внимательно ее слушала.

– Пизде-ец! – протяжно сказала Маша вслух и закрыла рот руками.

Поддерживающие смешки разлетелись по кухне. Очевидно, что говорить это, да еще и так громко она не хотела, но вырвалось само.

– Именно. – подтвердила я, когда все увлеченно стали общаться между собой.

Я на стрессе стала поглощать содержимое своего контейнера и даже не заметила, как закопавшись глубоко в свои мысли все съела.

– Свет, я что-то боюсь. Мне без работы остаться совсем нельзя. Меня же мои бандиты съедят живьем! – сказала Маша вглядываясь в мои глаза.

– У тебя хоть муж есть, работающий. – ответила я, понимая, что у меня никакого надежного тыла нет вообще.

– Да не в этом же дело… Просто страшно как-то, не люблю перемены. Все так хорошо было. – она грустно поковыряла свою капусту вилкой. – На работу как на праздник шла, а что теперь?

– Не переживай, все что не делается – то не делается. – сказала и я хохотнула на нервах. Она тоже улыбнулась. – И вообще, пятница на дворе, а ты кислая такая. Впереди выходные!

– Точно. – она быстрее замахала вилкой, и я немного успокоилась.

Мы вернулись к работе и снова уткнулись в экраны компьютеров. У меня практически все было готово к запуску.

Топот входящих и о чем-то переговаривающихся руководителей заставил посмотреть на вход в опенспейс. Сейчас они мало отличались от Сергея Ивановича, все выглядели красными и расстроенными, словно их там отчитывали как котят.

Вика вошла последней и почему-то сразу уперлась взглядом в меня. Она нервно подошла и тихо сказала:

– Света, Александр Николаевич просит тебя прийти к нему в переговорную через 30 минут.

– А… – я открыла рот не зная, что и сказать.

– Не волнуйся, не думаю, что будет что-то страшное. Просто он заинтересовался рекламной кампанией, которую мы сегодня запускаем, хочет получить детали от первоисточника. – Вика развернулась на каблуках и пошла к своему столу.

Мое сердце билось теперь где-то в горле. Машинально отметив время, я поняла, что за эти тридцать минут запросто могу стать седой от волнения. Боже… Да что ему от меня надо?!

Глава 2

– Кажется нашей Светке светит увольнение! – весело сказал Слава.

Меня, итак, начинало колотить, а тут еще он со своими дурацкими шуточками.

– Уж лучше жить без славы много, чем жить со славой мало лет. – ответила я ему давно заготовленным специально для такого гадкого случая отрывком из стихотворения.

Смешки коллег разнеслись колокольчиками по опенспейсу и тут же стихли под внимательным взглядом человека, который уже некоторое время стоял у входа. О нем тут еще никто ничего не знал, но все уже боялись.

Я обернулась за предметом всеобщего внимания и наткнулась на глаза, направленные прямо на меня. Возможно, мне показалось, но я увидела небольшой изгиб улыбки на его губах и тут же отвернулась к компьютеру.

Новый босс чинно прошествовал к столу Виктории в полной тишине, наклонился к ней и запросил отчет с начала года, после чего дал ей визитку, где была указана его почта.

От его густого, сильного голоса я увидела мурашки на своих руках. Господи, и мне идти к нему на поклон через 22 минуты? Да я с ума сойду!

Дождавшись пока он покинет помещение я, прихватив с собой сумку, вышла из рабочего пространства и направилась в туалет. Нужно было привести себя в порядок, может хоть это даст немного уверенности в себе?

Я встала напротив зеркала и придирчиво осмотрела себя с головы до ног. Да, декольте на платье было весьма глубоким, но моя маленькая грудь выглядела в нем совсем не вызывающе, скорее вполне аккуратно. Короткие волосы, которые я недавно постригла в каре после очередной ссоры с Юрой были идеально уложены, все-таки чувствовалась рука мастера. Большие глаза на худом лице сияли безднами черных зрачков.

Пожалуй, немного туши мне не помешает, чтобы побольше распахнуть взгляд, да и розовой матовой помады стоит добавить. Этим я и занялась, пока Катя не влетела в уборную.

– О, Света, ну ты как? – спросила она участливо, наблюдая за мной, с открытым ртом красящей ресницы.

– Да ужас… Так жалко Сергея Ивановича, – грустно произнесла я, закончив дело с тушью. – он такой расстроенный был. Ты бы ему хоть валерьянки накапала.

– Да я-то, накапала… Но он такой психованный был, что пить не стал, вылетел из офиса пулей с коробкой в руках, словно за ним стадо чертей гналось. – ответила Катя, закатив глаза к потолку.

– Ну ты только представь, как нелегко ему пришлось. Новый начальник этот и такое скорое увольнение… Все это очень странно выглядит, согласись.

– Я вообще впервые вижу, чтобы генерального одним днем увольняли. Там же еще кучу бумажек нужно переделать и на подпись, и на прочее. – она озадаченно посмотрела в зеркало поправляя идеальный контур красных губ.

– А мне вот идти на поклон к новому боссу через, – я посмотрела на наручные часы. – 8 минут.

– Е-мае! Он тебя вызвал? – спросила Катя распахнув огромные глаза в неподдельном удивлении.

– Ага, вот не знаю, чего и ждать.

– Блин, ты чего дрожишь-то… – сказала она и я действительно поняла, что слегка трясусь от нервов. – Иди сюда.

Она быстро подошла ко мне и обняла, как родную дочь, не давая опомниться и отстраниться. Я почувствовала облегчение от этого простого дружеского жеста. За все время жизни в Москве я никого к себе так близко не подпускала, как Катю и Машу.

Чуть успокоившись, я сняла с себя ее руки и уверила, что все будет обязательно хорошо, что я профессионал и мне все по плечу. Катя недоверчиво посмотрела на меня и повздыхала, а потом наконец оставила одну. Я поняла, что времени у меня осталось ровно донести сумку до своего места и дойти до переговорной.