Жена не узнает

Глава 1.

Катя.

«Жена не узнает», – читаю, не веря своим глазам…

Буквы пляшут, размываются от проступивших слез, сливаются в черное, неразличимое пятно… Набираю в легкие побольше воздуха и опасливо перевожу взгляд на экран ноутбука.

«Жена не узнает. Она у меня такая клуша… Да и идти ей некуда. Будет делать, как я скажу. Она от меня зависит».

«Какой ты, Юрец, самоуверенный! И как тебе Анжелика? Так же хороша, как и Юля из отдела кадров?», – отвечает ему Виктор – коллега и друг.

Тот, кто часто приходит в наш дом. Ест и пьет, улыбается мне как ни в чем не бывало… Кошмар просто…

«Анжелика лучше. Горячая штучка. Пожалуй, организую себе в выходные командировку. Поедем с ней в загородный спа-отель».

«А своей что скажешь? Моя бы убила за такое. Бабы бабами, но в выходные я должен быть дома», – сетует Виктор.

«Говорю же: моя жена – тихая, неприметная клуша. Поправилась после родов. Никуда ее не беру, а она и не просится. В рот заглядывает. Привыкла верить мне на слово. Так что меня ждет феерический секс с Энджи! Прикроешь меня, если что? Могу позвонить тебе в субботу. Ну… На всякий пожарный».

«Прикрою. А сегодня ты почему ушел? Начальство может нагрянуть».

«Поведу Анжелику в ресторан. «Сан-Ремо» в торговом центре на Мясниковской. Обед у нас в два. Потом прибегу на работу».

Это я клуша?

Я – неприметная?

Вот так, значит? Ох, Юрочка, зря ты не поменял пароль на нашем новеньком, домашнем ноутбуке. Ты беспрекословно мне веришь, вот в чем дело… Я придумала самый простой пароль из пяти цифр – не стала заморачиваться. А тебе было лень его менять… Да и зачем? Такая, как я не станет его даже открывать… Для нее это слишком сложное занятие. Вот кашу сварить или горшок детский вымыть… Всегда, пожалуйста!

Конечно, милый, подходить к нему я не буду – это ведь ты у нас работаешь. Семью кормишь и все такое. А я дочку воспитываю…

Зря я полезла в его личную переписку с замом… Хотела ведь на Озоне вещички для Даши заказать. И все… А, может, не зря? Не каждая женщина справится с правдой. Правда – ответственность за отношения. Теперь я должна решать, что делать дальше? Терпеть или…

– Мам, гулять хочу!

Словно в замедленной съемке перевожу взгляд на Дашку. Все та же комната, разбросанные на полу игрушки, шторы эти… ненавистные, но любимые Юрой…

Все прежнее, кроме меня. Может, показалось? Пустяк, ерунда, блажь? Он вернется домой, и все станет как прежде… Моя к нему любовь – глупая, беззаветная. Можно ведь любить того, кто жестоко разочаровал? Можно. И его ошибки объяснять чем-то разумным. Да и свою бесхребетность оправдывать, отыскав с десяток доводов, почему нужно сохранить брак? Ведь за него нужно бороться?

Нет… Уже не нужно. Доверие – слишком хрупкая вещь. Оно не терпит грубости. Ничего не терпит. Может треснуть от ничтожного касания, неосторожного движения… Его под стеклом держать нужно, как волшебную розу.

А мое сейчас не треснуло – полностью разбилось… Юля, Анжелика. Сколько еще их было до них? У меня такое чувство, что Юра изнасиловал мое доверие… Потоптался по нему подошвами грязных ботинок, изорвал ногтями.

В носу предательски щиплет, но я держусь. Не хочу быть клушей. Она бы сейчас точно ревела, рвала волосы на голове и крутилась перед зеркалом, отыскивая прилипшие килограммы.

Постойте-ка, у него же обед скоро? Бросаю взгляд на часы – я успею собраться и приехать в этот «Сан-Ремо». Меня он в такой никогда бы не повел… Ну, поправилась немного, всего-то на десять килограмм. Волосы давно не стригла и не красила. Да и зачем? Седины у меня нет, а свой цвет – каштановый с рыжим оттенком – мне нравится… И ему когда-то нравился. Я нравилась. Во всяком случае, мне так казалось…

– Дашуля, а хочешь покататься с мамой на метро?

– Да! – кричит дочурка.

До центра мне ехать с двумя пересадками, но на метро я успею приехать вовремя. Кое-как причесываюсь, не глядя в зеркало, натягиваю джинсы и темно-голубую хлопковую рубашку. Надо что-то придумать… Как быть в этой ситуации?

Открывать карты перед Уфимцевым – глупая затея.

Доказательств у меня нет. Признания тоже. А переписка… да кто же ей поверит? Это лживый Витёк скажет, что они так шутят. И все…

У Юрия Уфимцева достаточно связей, чтобы отобрать у меня дочь. Идти мне и правда некуда… Родители живут в Сибири, в маленьком городке Заозерный. Отец частенько пьет, а мама его терпит…Мама ухаживает за братом, перенесшим в прошлом году сложную операцию, ездит в реабилитационные центры и санатории. Им не до меня… На ней еще и хозяйство. Скорее, родители ждут от меня помощи, а не… А не такой подлянки.

Что делать? Пока Даша возится с футболкой и колготами, звоню своей единственной землячке, живущей в Москве – Тасе Акуниной. Коротко рассказываю о случившемся и прошу помощи. Пошлет, посоветует простить перспективного и обеспеченного мужа, значит…

– Однозначно развод. Но… Ты права, Катюш. Твой Юрец должен пожалеть о каждом сказанном в твой адрес слове. И о поступках своих… Я подъеду туда, к этому ресторану. Офис, где я работаю, совсем недалеко, я пешком могу добежать. Согласна на мою помощь? Я им дам… Лика какая-то… Энджи… Пошлятина… – сбивчиво возмущается она.

Таисия все-таки мировая подруга… Понимает меня без лишних слов. Мы вместе в школу ходили, а потом и в художку. После она поступила на юрфак, а я в архитектурный институт, который с отличием окончила.

Быстро надеваю куртку, а затем, взглянув на серое, затянутое тучами небо, шапку. Скандал устраивать или показываться на глаза мужу и его любовнице я не собираюсь, так что… Макияжем пренебрегаю. Прической, тем более… Я лишь сфотографирую сладкую парочку, а фотографию использую в качестве доказательства. Переписку, маячащую на экране ноутбука, тоже фоткаю… За неимением лучшего и это сгодится. Выхожу из приложения и закрываю крышку. И не только ноута – нашего с Юрой брака…

Глава 2.

Катя.

Прижимаю Дашулю к груди и выхожу из вагона. Нужный нам торговый центр находится недалеко от станции. Ледяной ветер взвивает полы куртки и мои длинные, собранные в хвост волосы. Даша капризничает и не хочет идти. Приходится тащить ее до места на руках…

Не представляю, как буду справляться? Хотя… Юра не сильно мне и помогает. Он у нас деньги зарабатывает.

И тратит их куда угодно, но не на семью… Дорогие костюмы, рубашки из мягкого, тонкого хлопка, туфли по цене крыла самолета. Юре нужно производить впечатление перед начальством. Он ведь и сам начальник отдела… А это деловые встречи, обеды… Конкуренты, договоры, поставщики. Я тоже могла вариться во всем этом, но… Родилась Даша и я осела дома. А дома, зачем мне наряды? Я второй год хожу в одних и тех же ботинках. И куртка, прямо сказать, не очень…

В горле саднит от невыплаканных слез… Нет, сейчас нельзя реветь… Моих слез он не увидит. Ну, расплачусь я перед ним, так и что? Он напишет своему дружку очередной опус на тему моего состояния… Толстая клуша, да еще и сентиментальная. Поплачет и успокоится.

И все будет как прежде… Вкусные завтраки по утрам и одинокие выходные. Я ведь наивно полагала, что он проводит их в офисе… И когда я стала такой непробиваемой дурой?

– Привет, Катюха. Привет, моя девочка, – целует Дашу в обе щеки запыхавшаяся Таська. – Мы испортим им ужин.

– Это как? Я хотела просто посмотреть. Сделать фотографию и… – растерянно качаю головой.

– Я взяла диктофон. На переговорах начальство обязует нас пользоваться ими. Знаешь, как бывает? Клиент сначала говорит одно, а потом, когда приходит счет на оплату, отказывается от своих слов. Врет про повышенные скидки, например. Пару раз приходилось его включать и демонстрировать запись. Он очень чуткий, улавливает на значительном расстоянии, но я… Посмотри-ка, Кать, не наши ли голубки на входе?

Наши… Сердце в кашу просто… Его словно через мясорубку прокручивают. Я дышать не могу. Захлебываюсь подступившей болью, передаю Дашу в руки Таси и судорожно цепляюсь на ограждение.

– Фотки, фотки делай! – вырывает меня из кипящего котла разочарования Тася.

Навожу фокус и запечатлеваю обнимающуюся парочку. Юра целует в губы красивую, ослепительную блондинку в элегантном пальто. На ней замшевые сапожки на шпильке, на сгибе локтя висит маленькая, черная сумочка. Не баул за спиной с игрушками, как у меня, например…

Неужели, Юра думает, что она всегда будет такой? Не заболеет или не родит? Всегда будет улыбаться, демонстрируя демонически красные губы и белоснежные зубы?

– Ничего особенного, Кать. Ты лучше. Ты… Отставить слезы. Сделаем дело, а я потом предложу тебе кое-что, – успокаивающе сжимает мой локоть Тася.

– Что?

– Работу. Нам сотрудник требуется. Веб-дизайнер.

– Я ни черта не понимаю в этом, – произношу обреченно.

– Ты архитектор, так? В программе умеешь работать? Картинки можешь делать? Графики, схемы…

– Да. Конечно, могу. Тася! Мы отвлеклись! Они вошли в ресторан.

– План такой: я вхожу след за ними, сажусь за соседний столик. Фотографирую, записываю их разговор на диктофон. Потом мы пообедаем и походим по магазинам. У тебя деньги есть? Или… Я могу одолжить.

– Есть. Я Дашины детские не трачу, Юра же дает деньги на хозяйство.

– Юра дает деньги, – кривляется Таська, копируя мой обреченный тон. – Пошла я…

– Удачи.

Ресторан располагается в открытой зоне, окруженной искусственными цветами в пузатых горшках. Прячусь за листвой и подхожу ближе… Так, что могу видеть Юру – моего любимого мужа… Его шикарную Энджи и притаившуюся за соседним столиком Тасю.

– Папа! Там папа! – кричит Дашка, замечая отца.

Этого я и боялась… Юра тоже слышит детский голос и растерянно озирается по сторонам…

Дорогие читатели! Для купивших подписку 30 и 31 октября действует подарок – любая книга Полины Риверы, которая вам нравится. Пишите название в комментариях под этой книгой. Спасибо за вашу поддержку и интерес к моему творчеству! Буду рада поощрить вас)

Глава 3.

Катя.

– Господи… Женщине плохо, – кричат неподалеку.

Все, что пришло мне в голову, когда Юра услышал голос дочери – сесть на корточки.

– Даша, это игра такая… И папы там нет, ты ошиблась. Он на работе, там просто похожий дядя.

Дашуле два с половиной и ее легко запутать или обмануть. Испытывая легкий укол совести, вытаскиваю из рюкзака ее любимые игрушки и высыпаю их прямо на пол… Она отвлекается, пока я наблюдаю за театральной игрой Таськи.

– Женщина, скорую вызвать? – кричит официантка, склонившаяся над ней.

И Юрец мой тут же… Рисуется перед своей выдрой, хочет показаться хорошеньким и заботливым. Когда я болею, он даже воды мне подать не в состоянии… Почему я раньше не замечала этих мелочей? Одна деталь – пустяковая, незначительная, вторая – такая же ерундовая… И вырастает непреодолимая стена… Стена равнодушия и нелюбви. Неуважения и пренебрежения.

Таська садится за стол и просит чайник сладкого чая. Нарочито расслабленно улыбается, убеждая персонал ресторана, что с ней все в полном порядке. Просит меню.

Между тем Юра возвращается к своей даме и забирает ее хрупкие ладошки с ярко-красным маникюром в плен… Боже, ну сколько можно их лобызать?

– Девушка, здесь нельзя стоять, – брезгливо рявкает уборщица, вооруженная промышленным пылесосом. – Я полы мыть буду. Уберите ребенка. Она же на полу у вас сидит! Нерадивые пошли мамаши… Там же детская игровая комната есть, на втором этаже. А вы тут…

И зачем я здесь сижу? Есть же Тася. Хорошо, что она вызвалась помочь. Иначе не представляю, что бы я делала? Хватаю Дашку за руку и тащу на второй этаж. В животе начинает предательски урчать, когда я оплачиваю пребывание в игровой зоне и снимаю с Даши сапожки. Она весело машет мне ручкой и убегает.

«Я записала все. Вы куда ушли, Катюш?», – пишет мне Тася.

«Я на втором этаже, здесь тоже есть кафе. Ужасно хочу есть. Оказывается, я забыла позавтракать».

«Дурында. А уже обед. Бегу к тебе».

Кафе «Хмель и солод» не совсем подходящее заведение для встречи двух подруг, но… Здесь подают борщ с пампушками и классические, немецкие колбаски из говядины.

Я ем, наблюдая за Тасей. Она перематывает запись, а потом увеличивает громкость, позволяя мне внимательно выслушать разговор мужа.

«Я договорюсь со своей, Лик… Поедем за город. В Подмосковье есть спа-отель. Хочешь, я оплачу тебе массаж и процедуры? А потом… Потом буду любить тебя всю ночь – долго и страстно».

«Сколько можно терпеть ее, Юр? Ты хоть не спишь с ней? Я не из тех, кто делит мужика с какими-то клушами», – обиженно отвечает ему Энджи.

«Сама же говоришь – клушами. Конечно, не сплю. Ребенка сделал и… Она свою задачу выполнила – родила. Другого от нее не требуется».

Лжец несчастный… Спит он со мной. Правда, редко. Верите, я даже внимание перестала на это обращать? Такое же случается в семьях, где растут маленькие дети? Всхлипываю, закрывая лицо ладонями. Почему я ничего не замечала? Я одна в Москве… Поговорить не с кем, посоветоваться. Юра запретил мне приводить подруг в дом. Да и каких подруг? Так… Мамочек с такими же, как Даша, детками. Я только и могла, как поболтать с ними на детской площадке.

Наверное, человеку со стороны будет видно невооруженным взглядом, что у нас что-то не так? Все не так.

«Когда ты поговоришь с ней о разводе? Пусть валит в свою Хацапетовку или откуда она там?»

«Из Красноярского края. Я поговорю, Лик… Дочь я планирую оставить себе. Какая из Кати мать? У нее ни кола, ни двора. И работы нет».

"Только тебя люблю…"

"А я тебя…"

"Безумно тебя хочу"

Планы, обещания, нежный шепот. Настоящие голубки… Тася хладнокровно чистит запись от посторонних шумов и отправляет мне на почту.

– Фотографии есть. Аудиозапись тоже. Ее подлинность можно доказать. Скрины переписки из ноутбука имеются. Все, что требуется для адвоката.

– Дело за малым, Тась. Найти работу. Нанять адвоката. Найти квартиру. И няня нужна...

Голос надламывается. Нереально все… С чего начать? И как не плюнуть в его рожу вечером? Как оттолкнуть его, если начнет приставать? Вот тебе и правда.

– Ты согласна пойти к нам в фирму веб-дизайнером? Помогать тебе будет наш программист Леха. Он не шарит в красоте, но технарь отменный.

– Пойду. Ты так уверенно говоришь об этом. Думаешь, меня возьмут? Кто ваш начальник? Какой-нибудь прожженный шовинист и циник? Старпер и…

– Молодой и красивый. Правда, он… Я толком не знаю, что у него случилось, но… – Тася смущенно опускает взгляд. – Грустный он какой-то. Строгий, да. Порядочный. Плохого я не слышала о нем. Наши девки так и вьются вокруг него. Любая мечтает затащить в постель.

– А он?

– А он не ведется, представляешь? Живет на работе.

– Запиши меня к нему на собеседование. Как его зовут? Боюсь ошибиться. У меня плохая память на имена.

– Илья Строганов. Илья Андреевич. Катюха, мой обеденный перерыв закончился полчаса назад. Илья Андреич меня прибьет, если узнает, что я так опоздала. Я напишу тебе. Будь внимательна. Удаляй переписку.

– Тася, родная… Спасибо тебе. Если бы ни ты…

– Все нормально. Я просто не люблю чудаков на букву М. У тебя есть приличный костюм на собеседование?

– Нет, конечно. О чем ты?

– Черт… Мне бежать надо. Здесь магазин есть на четвертом этаже. Пока Дашка играется, сбегай и купи что-то. Пригодится, зуб даю.

– Думаешь? Может, не париться и пойти в «Пятёрочку» кассиром?

– С ума сошла? С твоим образованием? Нифига! Ты умница, Кать. И красавица. А это чудак колени сотрет, пытаясь тебя вернуть. Но ничего не получится. Позвоню завтра насчет собеседования.

Провожаю Тасю, оплачиваю счет и, убедившись, что Дашка беззаботно играет, поднимаюсь на четвертый этаж.

Быстро нахожу магазин деловой мужской и женской одежды. Денег у меня немного – на такой костюм, в каких ходит мой муж, точно не хватит… Но вполне приличный, добротно и качественно сшитый я смогу купить. Права Таська – я должна работать по профессии.

Выбираю парочку брючных костюмов на выбор, две юбки-миди, блузку. Перебрасываю одежду через плечо, направляясь в примерочную.

И в этот момент звонит Юра. Швыряю вещи на пуфик и, придав голосу твердость, отвечаю:

– Да, милый, слушаю.

– Привет, у вас все хорошо? Ты чего такая запыхавшаяся? Вы дома? Мне показалось…

– Нет, Юр. Не дома. Я должна была тебе признаться. Я…

– Катя, где ты находишься?

Глава 4.

Катя.

Обычно я теряюсь в стрессовой ситуации, но сейчас мыслю на удивление трезво. Ложь придумывается легко. Плетется как кружево, превращаясь в причудливый узор… Наверное, именно так мне врет Юра – выкручивается, улыбается, притворяется… Плетет зловещую паутину как паук… Ненавижу. И никогда не прощу… Но сейчас мне приходится затолкать чувства поглубже, проглотить ярость и возмущение, успокоить дыхание и придать голосу спокойствие.

– Я… Юрочка, что случилось? Ты какой-то странный, – непринужденно отвечаю я.

– Мне показалось кое-что, Кать… Так вы где? Дома?

– Что показалось? Не пугай меня.

– Голос Даши почудился. Я на деловой встрече был и… Наверное, рядом какая-то девочка проходила.

Ах, ты ж сволочь! Показалось ему. Слышала я их нежное воркование… Люблю, самолет куплю. И взгляд его видела, обращенный на другую женщину. Хочется от души разрыдаться и закатить скандал, но… Усилием воли успокаиваюсь. Юра достоин самого вкусного, холодного блюда – мести. И получит он его не на бегу… Я красиво украшу стол и подам его в самый неподходящий момент…

– И как встреча? – устало выдыхаю я.

– Скучная. Как обычно все – договоры, условия… Клиенты пытаются выбить скидку, да побольше. Кать, муторно это все, не вникай. Ты так и не сказала, куда вы с Дашей пошли?

– Юрочка, милый, помнишь, ты говорил, что я немного поправилась?

– Ну, говорил… так и что?

Стискиваю зубы, чтобы не разреветься. Ну, как так получается – я не могу запомнить рецепт или нужную информацию, а дурацкую переписку Юры с Виктором помню наизусть. Буквы словно вросли в душу.

– Я… Я записалась в спортзал. Здесь трёхэтажный комплекс, есть бассейн и детская, игровая зона. Даша сейчас играет, а я… Занимаюсь. Ты же не против, Юрочка?

– Хм… И сколько стоит твоя блажь?

– Юра, мне кажется, что ты меня не любишь, – бормочу дрогнувшим голосом. – Если это так, ты сразу скажи. Не мучь меня и…

– Стоп, стоп, Катя, успокойся. Ты плачешь, что ли?

– Юра, я разве много прошу? Подарки, цветы, наряды? Я ничего себе не покупаю и…

– Господи, да заплачу я за абонемент? Какой спортзал? Там оплату картой принимают?

– Это очень… недешёвый спортзал. Но только в таких есть няни и фитнес-бар. Он прекрасен. Мне здесь так нравится!

Пока болтаю с Юрой, судорожно открываю вкладку в поисковике и запрашиваю названия дорогих спортивных клубов.

– Катя, я жду название! Хочу взглянуть на их сайт.

Ага, взглянуть. Ты проверить меня хочешь. Сам лжешь и других в этом подозреваешь…

– World Class. Оплата со скидкой возможна, если внести сразу за три месяца и…

– Катя, это же больше двухсот тысяч.

– Ты сам сказал, что я толстая! – перехожу на крик, привлекая внимание покупателей. Я так и стою посередине торгового зала.

– Ладно… Я тут одно дельце провернул, так что…

Сердечко взволнованно пляшет в груди… Давай, миленький, переводи мне денежки. Я запишусь в дешевый спортзал и буду оттуда постить тебе фоточки. Ты же обязательно спросишь Дашу, как ей игровая зона? Мне никак нельзя проколоться. Никак…

Пи-ик. На счет карты падают денежки… Оплата за три месяца плюс немного сверху.

– Юрочка, спасибо тебе, родной, – нарочито радостно выкрикиваю я.

– Я надеюсь на благодарность… Ну, ты понимаешь, – заговорщицки добавляет муженек.

И зачем ему я? И моя благодарность? Юра месяц ко мне не прикасался, а я, дуреха внимания не обращала… Устал, замотался, Даша болеет… Я трусливо оправдывала его поступки…

– Если не сильно устану.

– Фотки пришли, интересно же… Ладно, Катюш, купи себе кроссовки или майку спортивную.

Обязательно, дорогой… Куплю маечку за триста рублей и с удовольствием продемонстрирую ее тебе.

Завершаю разговор и шумно выдыхаю. Я же за костюмами для офиса пришла…

– Девушка, вам помочь с выбором? – произносит улыбчивая женщина.

– Можно мне вот эти три костюма? Юбку… серую. Или нет – темно-синюю. Сорок восьмой размер.

Она придирчиво меня оглядывает, хмурится и качает головой:

– Сорок восьмой? А вы вещи себе давно покупали?

– Да, давно. Год назад или больше…

– Ох, молодёжь… Идемте в примерочную. Но срок восьмой я вам не дам, он не подойдет. Вот сорок четвертый в самый раз!

– Как сорок четвертый?

Тру лоб и непонимающе моргаю. Я ничего не замечала вокруг… До двух лет Даша очень плохо спала, мне удавалось прикорнуть на два или три часа в сутки. Разве тогда я стала бы следить за весом? Мне на все было плевать… Единственное желание – спать. Все, что я делала – бездумно бросала в желудок какую-то еду и шла развлекать дочь.

– Вы не заметили, что похудели? Простите… Такое тоже бывает, да…

– Спасибо вам. Я с удовольствием надену подходящие по размеру вещи.

Продавщица уходит, а я решаюсь позвонить Тасе. Ну, не могу я дождаться вечера. Да и не факт, что сегодня удастся с ней поговорить. Юра обязательно придет с работы пораньше… Ему ведь нужно выторговать у меня разрешение на поездку в спа-отель. А я-то дура, думала, он от души мне помог… А он просто купил меня.

– Тася, я такое придумала… – тараторю, рассказывая о случившемся.

– На двести тысяч ты можешь снять квартиру. Заплатить за несколько месяцев вперед. Вопрос с жильем решен. Я так рада за тебя, подруга!

– Юра просит фотки из спортклуба.

– Не проблема. Запишись в дешманский. Погугли, что есть в вашем райончике. Лишь бы Дашка не спалила контору…

– Это точно. Ладно… Я тут костюмы покупаю.

– Удачи. Насчет работы скажу завтра. Сил тебе, подруга… Держись.

Глава 5.

Катя.

Бережно прижимаю к груди пакеты с новенькой одеждой и давлю в себе слезы. Из меня словно чеку выдернули… Когда рванет – неизвестно… Дашка беззащитно льнет ко мне и гладит по волосам. Опускаю взгляд на ее сапожки с ободранными носами и пуще прежнего ненавижу Юру…

Наверное, я сама виновата? Ну, не принято у нас в семье иметь несколько пар обуви. У мамы всегда были одни сапоги на все случаи жизни. Драповое пальто с опушкой из песца на выход и простой, толстый пуховик на повседневку. Да и одежды мало… Так меня воспитывали. Воспоминания о детстве мелькают как яркие кадры… И от них такое в душе разливается ощутимое тепло. Как наяву ощущаю аромат бани, потрескивающего камина и свежеиспеченных пирожков. Хочется до ушей улыбаться… В нашем поселке частенько выключали свет, и мы играли по вечерам в карты при свете керосиновой лампы… Тогда было все просто и понятно. Мне и сейчас все просто… Не предавай, не изменяй, помогай, жертвуй… Не могу я по-другому. Я и в людях всегда видела что хотела. Придумывала им несуществующие качества. Наверное, влюблялась в них… Не в человека с его подлостью, а в свой мираж…

Слезы застилают глаза, катятся по щекам, оставляя влажные дорожки… Не смогу я долго держать лицо.

Надо все быстро решать. Не жевать сопли, как бы сейчас сказала мама… Позвонить бы ей, да я не могу… Не поможет она мне сейчас, только душу разбередит себе… Я как-нибудь потом с ней поговорю.

В переполненном автобусе пахнет рыбой и машинным маслом. Дашке неудобно. Она поднимает личико и замечает мои слезы. Да и вид у меня… Кошмар, в общем. Ну какая нормальная девушка не поймет, что похудела? Я не замечала.

– Мамоська…

Дочка гладит меня по лицу, снимает берет и целует в лоб. Именно это мне сейчас и нужно – чтобы пожалели, обняли, поняли…

– Все хорошо, малышка. Мы сейчас кое-куда заскочим. Хочешь посмотреть на бассейн?

– Да!

В квартале от нашего дома есть спортзал. Оставляю пакеты в шкафчике и прохожу внутрь. Фотографирую дочь возле бассейна, осматриваю тренажеры, однако в спортивную форму не переодеваюсь. Со стороны это выглядит странно, но мне все равно… Впервые за многие годы плевать, что обо мне думают. Я теперь буду думать только о себе и дочке. Все. Не будет больше тупого упорства и веры в людей… Не будет дурацких влюблённостей.

– Хотели бы купить абонемент? – нарочито широко улыбается администратор. – Но у нас с детьми нельзя, извините…

– Да, я куплю абонемент. На месяц.

Именно такой срок даю себе, чтобы разобраться с Юрой. Таська не права – нельзя спускать всю премию провинившегося мужа на квартиру. Мне нужен адвокат и няня для Даши.