Последний караван. Дорога пепла

Город, которого не было

Каэль падал.

По крайней мере, ему так казалось.

Вокруг не было ни земли, ни неба.

Только белый свет.

И голос.

— Не иди за мной.

Отец.

Каэль пытался найти его.

— Где ты?!

— Уже поздно.

— Что ты сделал?

Ответа не было.

Потом лицо Эрена появилось прямо перед ним.

Старое.

Усталое.

— Просыпайся.

Каэль открыл глаза на улице.

Сначала решил, что всё закончилось.

Красные стены Кадира.

Солнце.

Люди.

Потом понял:

это не тот город.

Дом напротив должен был быть постоялым двором.

«Белый верблюд».

Теперь стояло каменное здание.

Над входом:

ДОМ ТОРГОВОГО СОЮЗА

Каэль поднялся.

— Торен?!

Люди оборачивались.

Никого знакомого.

Он побежал.

На месте рынка была площадь с фонтаном.

Улицы шире.

Некоторые здания совершенно новые.

Третья колокольня имела другой купол.

Каэль достал карту.

Сравнил.

Ничего не совпадало.

— Каэль!

Он повернулся.

Сайра.

Она бежала.

Обняла его прежде, чем успела остановиться.

Тут же отступила.

— Ты жив.

— Похоже.

— Где остальные?

— Не знаю.

Торена нашли через двадцать минут.

Он сидел возле стены.

Смотрел на собственные руки.

— Сколько?

— Что? — спросил Каэль.

— Времени.

Сайра уже нашла ответ.

Газета.

Дата.

Она протянула.

Каэль прочёл.

Потом снова.

Разница:

одиннадцать лет и девять месяцев.

— Нет.

— Да.

— Мы были там…

— Несколько минут.

Торен посмотрел на Каэля.

— Для нас.

Нерана не было.

Дала тоже.

Каэль хотел искать.

Сайра настояла сначала понять, где они оказались.

Городской архив существовал.

Но архивист был другой.

Молодой человек проверил имена.

Потом побледнел.

— Каэль Арван?

— Да.

— Это невозможно.

— Сегодня уже слышал.

Архивист достал книгу.

Повернул.

Катастрофа Девятого Колокола.

Список погибших.

Каэль Арван.

Сайра Насир.

Торен Вей.

Дал Керин.

Неизвестный ребёнок.

— Мы умерли? — спросил Торен.

— Официально.

— Удобно.

Архивист смотрел с ужасом.

— Вы исчезли почти двенадцать лет назад.

— Что произошло после?

Ответ изменил весь мир.

Сарийский султанат пал.

Началась Великая Западная война.

Эриан перестала быть тайной.

Армии пытались пользоваться дорогами.

Некоторые полки исчезали.

Другие возвращались через годы.

Иногда до собственного отправления.

Хамид Насир значился советником Западной коалиции.

Потом государственным преступником.

Причина:

открытие Шестого узла.

Сайра держалась за край стола.

— Отец жив?

Архивист пожал плечами.

— Пропал после открытия.

Ардан Вар стал Верховным маршалом Валена.

Позже создал Орден Последней Дороги.

Цель:

закрывать древние узлы.

Три года назад погиб у Четвёртого.

Каэль посмотрел на Торена.

— На этот раз точно?

— С Арданом никогда нельзя быть уверенным.

Архивист удивился.

— Вы его знали?

— К сожалению.

Неран появился вечером.

Просто вышел из переулка.

Каэль бросился.

— Где ты был?!

— Там.

— Сколько?

Мальчик посмотрел на небо.

— Два часа.

Сайра закрыла лицо руками.

Для них — почти двенадцать лет.

Для него — два часа.

Это окончательно уничтожало понятие времени.

— Дал? — спросил Каэль.

Неран покачал головой.

Каэль разложил две карты.

Старую.

Новую.

Сравнивал города.

И увидел Серат.

Огромный торговый центр.

На новой карте существовал уже четыреста лет.

На старой его не было.

Точка совпадала с белой башней.

— История изменилась, — сказал он.

Сайра подошла.

— Или мы оказались в другой.

— Какая разница?

— Огромная.

— Для людей, которые здесь живут, никакой.

Торен смотрел на карту.

— Значит, Врата меняют не только время.

— Они меняют то, какое прошлое стало настоящим.

Женщина появилась в архиве после заката.

Высокая.

Тёмный плащ.

Короткий меч.

Положила на стол металлический жетон Ардана.

— Каэль Арван?

— Кто спрашивает?

— Мира Эллан.

Торен нахмурился.

— Знакомое имя.

— Надеюсь, плохо.

— Пока никак.

Она улыбнулась.

— Исправим.

Сайра указала на жетон.

— Откуда?

— От Ардана.

— Он мёртв.

— Да.

Пауза.

— Уже третий раз.

Торен рассмеялся.

Первый раз за весь день.

— Вот теперь верю.

Каэль не улыбался.

— Где он?

— Серат.

— Зачем нас зовёт?

Мира посмотрела на Сайру.

— Потому что Хамид Насир жив.

Сайра перестала дышать.

Потом Мира посмотрела на Каэля.

— И Эрен тоже.

Мир сузился до одной фразы.

— Где?

— Это сложнее.

— Говори.

Мира присела на край стола.

— Для тебя отец пропал пять лет назад.

Она посмотрела внимательно.

— Для него этот мир закончился больше сорока лет назад.

ГЛАВА 6

Человек, который умер трижды

До Серата добрались за три дня.

Дал нашёлся утром перед отъездом.

Он появился у северных ворот Кадира и выглядел так, будто отсутствовал десять минут.

Для него прошло меньше суток.

Когда узнал про двенадцать лет, сел прямо на землю.

— У меня был долг в таверне.

Торен посмотрел.

— Думаю, теперь можно не платить.

— Наконец хорошая новость.

Мира вела их новой дорогой.

Каэль проверял карту почти каждый час.

Серат должен был существовать столетиями.

Но рельеф вокруг города не соответствовал старым картам.

Река сделала другой поворот.

Холмы имели дороги, которых не могло быть.

История действительно переписалась.

В пути Мира рассказала:

после войны Ардан стал маршалом.

Потом основал Орден.

Первый раз его объявили погибшим в войну.

Второй — после исчезновения в Эриан.

Он вернулся через несколько лет, хотя для него прошло несколько месяцев.

Третий — у Четвёртого узла.

— И снова выжил.

— Ардан упрямый.

Торен усмехнулся.

— Это мягкое слово.

Серат был прекрасен.

Белые стены.

Зелёные сады.

Каналы.

Высокая башня в центре.

Та самая.

Каэль узнал сразу.

Только теперь вокруг неё стоял город, которому официально было четыреста лет.

Он пытался осмыслить.

Не смог.

Ардан Вар работал часовщиком.

Каэль решил, что Мира шутит.

Потом увидел.

Человек, которого империи считали мёртвым маршалом, сидел за маленьким столом и ремонтировал часы.

Торен вошёл.

Ардан поднял глаза.

— Ты всё ещё жив?

Торен остановился.

— Это я хотел спросить.

— Меня уже похоронили.

— Три раза.

— Люди настойчивы.

Они смотрели несколько секунд.

Потом обнялись.

Коротко.

Как люди, которые слишком давно решили, что больше не встретятся.

Ардан рассказал про Хамида.

Жив.

Где-то за Шестым узлом.

Эрен и Хамид открыли его вместе.

Потом Хамид понял цену.

Попытался закрыть.

Эрен отказался.

— Почему?

Каэль уже знал часть ответа.

— Лиана.

Ардан посмотрел.

— Значит, догадался.

— Расскажи всё.

И Ардан рассказал.

Двадцать пять лет назад в Лиоре четвёртым человеком была Лиана Арван.

Мать Каэля.

Историк.

Исследователь.

Она первой нашла записи аэри.

Во Вратах увидела взрослого сына.

Каэль.

Стоящего перед Последней дверью.

За ним горел город.

— Поэтому она бросила исследования.

Ардан кивнул.

— Просила Эрена тоже остановиться.

— Он не послушал.

— Нет.

Каэль вспомнил отца.

Спокойного.

Терпеливого.

Теперь этот образ казался неполным.

— Мама умерла через несколько лет.

— Да.

— И он решил вернуть.

Ардан не ответил сразу.

— Сначала просто хотел понять Эриан.

Потом нашёл линию, где Лиана жива.

После этого перестал искать ответы.

Начал искать путь к ней.

Сайра спросила:

— Что произойдёт, если открыть центральный узел?

Ардан подошёл к карте.

Шесть точек по кругу.

Центр.

— Все линии начинают существовать одновременно.

— Параллельные миры?

— Не совсем.

— Тогда?

— Варианты одной истории.

Каэль посмотрел.

— Серат.

— Да.

— Он появился из другой линии.

— Возможно.

— Значит, если Эрен откроет всё…

Ардан посмотрел на город за окном.

— Может оказаться, что этой версии Серата никогда не было.

Сайра прошептала:

— Люди исчезнут?

— Или их заменят другие.

— Это убийство.

— Эрен считает, что сможет выбрать правильную линию.

Каэль почувствовал злость.

— Правильную для кого?

Ардан посмотрел на него.

— Именно.

Неран стоял у древней книги.

Сайра читала.

— «Первый вернувшийся станет ключом Последней двери».

Ардан посмотрел на мальчика.

— Значит, он.

Сайра нахмурилась.

— Текст обрывается.

— Но смысл понятен.

— Нет.

Она перевернула страницу.

Часть была утрачена.

— Мы не знаем, ключом к чему.

— К открытию.

— Это предположение.

Ардан устало:

— У нас мало времени для академических споров.

Сайра ответила:

— Именно поэтому нельзя строить план на половине предложения.

Каэль улыбнулся.

— Теперь понимаю, почему отец с вами работал.

Она посмотрела.

— Это комплимент?

— Почти.

Перед уходом Ардан достал ещё одну карту.

— Нужно добраться до Арк-Серана.

— Шестой узел?

— Да.

— Как?

— Нам понадобится Хадар.

Каэль впервые услышал имя.

— Кто?

Ардан поморщился.

— Торговец.

— Почему такое лицо?

— Он знает слишком много.

Торен добавил:

— И слишком любит рассказывать только половину.

— Прекрасно.

— Привыкай.

Вечером белая башня засветилась.

Сначала одно окно.

Потом вся верхняя часть.

Город остановился.

Колокола Серата зазвонили.

Ардан подошёл к окну.

— Нет.

Каэль увидел человека на вершине.

Даже с такого расстояния узнал.

Эрен.

Голос прозвучал над всем городом.

Не громко.

Но каждый услышал.

— Каэль.

Он вышел на площадь.

Люди смотрели вверх.

— Приведи мне мальчика.

Неран спрятался за Сайрой.

Каэль не двигался.

Эрен продолжил:

— И я верну тебе мать.

На площади стало тихо.

Каэль смотрел на отца.

Пять лет поисков.

Двадцать пять лет секретов.

Человек предлагал ему невозможное.

И какая-то часть Каэля —

самая маленькая,

самая детская,

самая честная —

хотела согласиться.

Ардан встал рядом.

— Вот теперь начинается настоящая война.

Каэль не отводил взгляда от башни.

И впервые понял, почему Эриан была опаснее любой армии.

Она не угрожала человеку.

Она предлагала ему именно то, ради чего он готов был разрушить всё остальное.

ГЛАВА 7

Цена возвращения

Слова Эрена не исчезли вместе с его голосом.

Они остались над Сератом.

В окнах.

На площади.

В лицах людей, которые смотрели на белую башню и ещё не понимали, свидетелями чего стали.

Приведи мне мальчика. И я верну тебе мать.

Каэль стоял посреди улицы и не чувствовал ветра.

Ему было семь, когда умерла Лиана.

Он помнил о ней меньше, чем хотел.

Иногда память сохраняла совершенно ненужные вещи.

Цвет занавесок.

Трещину на кружке.

То, как мать всегда поправляла край карты, если тот свисал со стола.

Но лицо постепенно становилось менее точным.

Каждый год Каэль замечал это.

И ненавидел себя.

Теперь человек на вершине башни обещал вернуть всё одним предложением.

— Каэль.

Он услышал Сайру, но не сразу повернулся.

Неран стоял рядом с ней.

Мальчик пытался выглядеть спокойным.

Не получалось.

— Ты ведь не отдашь меня?

Вопрос был тихим.

От этого ударил сильнее.

Каэль подошёл.

Присел перед ним.

— Нет.

Неран посмотрел прямо.

— Даже ради неё?

Каэль задержал дыхание.

Это был единственный момент, когда он позволил себе представить.

Лиана открывает дверь.

Входит.

Называет его по имени.

Он снова слышит голос, который почти забыл.

Каэль закрыл эту картину раньше, чем она успела стать желанием.

— Даже ради неё.

Неран кивнул.

Просто.

Будто верил слову сильнее, чем Каэль верил самому себе.

Ардан запер ставни.

— У нас несколько часов.

Торен стоял у двери с мечом.

— Почему несколько?

— Потому что через несколько часов половина города узнает, кто этот ребёнок.

— Уже знает, — сказала Мира.

Все посмотрели на неё.

Она только что вернулась с площади.

— Люди говорят, что мальчик открывает Врата.

Сайра резко:

— Он ничего не открывал.

— Правда редко мешает хорошему слуху.

Мира сняла перчатки.

— Есть и другая проблема.

— Какая? — спросил Ардан.

— Южные ворота закрыли.

— Кто приказал?

— Городской совет.

— Они не знают о Неране.

— Теперь знают.

Ардан подошёл к карте Серата.

— Северные?

— Тоже.

— Запад?

— Стража.

Торен посмотрел на Каэля.

— Твой отец быстро работает.

— Это не обязательно он.

— Я знаю достаточно Арванов, чтобы не верить в совпадения.

Каэль проигнорировал.

Сайра спросила:

— Подземные выходы?

Мира усмехнулась.

— Уже лучше.

Она положила нож на карту.

Остриё указало на белую башню.

— Через неё.

Каэль решил, что ослышался.

— Через место, где только что стоял Эрен?

— Он там больше не стоит.

— Откуда знаешь?

— Проверила.

Ардан поднял глаза.

— Когда?

— Пока вы спорили о судьбе мира.

Торен чуть улыбнулся.

Мира продолжила:

— Под башней проходит старый водный канал. До строительства внешней стены он выводил за город.

— Откуда у тебя планы?

— Я задаю правильные вопросы.

— А неправильные?

— Обычно дороже.

Ардан изучал линию.

Каэль подошёл.

Что-то в плане было не так.

Он достал старую карту.

Наложил.

— Этот канал не может идти сюда.

Мира посмотрела.

— Почему?

— Наклон.

— Что?

Каэль провёл пальцем.

— Вода никогда не текла бы вверх.

На новом плане канал уходил к западной стене.

Но старый рельеф показывал обратное.

— Значит, план неправильный, — сказала Мира.

— Нет.

Каэль почувствовал знакомое возбуждение.

Тот редкий момент, когда мир наконец соглашался говорить на языке расстояний и линий.

— План правильный.

— Ты только что…

— Для этого Серата.

Он положил рядом карту до временного скачка.

— Но основание башни старше города.

Сайра поняла.

— Канал принадлежит предыдущей истории.

Каэль кивнул.

— И не изменился вместе с улицами.

Ардан посмотрел на точку за северной стеной.

— Выход здесь?

— Если география ещё хоть чему-то подчиняется.

Торен вздохнул.

— Слишком много надежды в одном предложении.

Они ждали темноты.

Снаружи город жил.

Слишком громко.

Кто-то уже торговал маленькими деревянными копиями белой башни.

Кто-то объявил явление Эрена знаком окончания войн.

На соседней улице проповедник кричал, что вернувшиеся мёртвые скоро снова войдут в дома живых.

— Человек увидел чудо и первым делом начал продавать сувениры, — сказал Дал.

Торен проверял ремни.

— Так устроена цивилизация.

— А второй?

— Начинает религию.

Дал задумался.

— А третий?

— Грабит первых двух.

— Хорошо, что мы уезжаем.

Каэль сидел у окна.

Печать отца лежала на ладони.

— Он специально показался всему городу, — сказала Сайра.

Она села напротив.

— Думаешь?

— Если хотел говорить только с тобой, мог сделать это иначе.

— Значит, хотел, чтобы люди услышали предложение.

— Да.

Каэль посмотрел на площадь.

— Зачем?

— Чтобы следующий раз тебе пришлось отказывать не только ему.

Он понял.

Если Эрен действительно мог вернуть потерянных людей, вокруг него появятся тысячи желающих.

И каждый будет считать Каэля человеком, который мешает.

Сайра тихо добавила:

— Надежда бывает оружием.

Каэль посмотрел на неё.

— Твой отец так говорил?

— Нет.

— Тогда кто?

— Только что придумала.

— Звучало слишком умно.

Она подняла бровь.

— Я могу уйти.

— Не надо.

Между ними осталось несколько секунд спокойствия.

Редкого.

Каэль первым отвёл взгляд.

В башню вошли после полуночи.

Двери оказались открыты.

Это не понравилось никому.

Торен первым прошёл внутрь.

Круглый зал был пуст.

Белый камень.

Высокий потолок.

Семь ниш.

Шесть отмечены древними символами.

Седьмая гладкая.

Неран остановился на пороге.

— Я здесь был.

Каэль повернулся.

— В Серате?

— Не так.

— Как?

Мальчик подошёл к стене.

Коснулся.

— Она была старше.

Сайра оглядела зал.

— Другая временная линия.

Неран кивнул.

В центре пола было круглое углубление.

Каэль узнал форму.

Диск Хамида.

Он лежал в сумке Сайры.

И, словно почувствовав близость механизма, начал нагреваться.

— Нет, — сказал Ардан.

Сайра ещё ничего не сделала.

— Я и не собиралась.

Диск стал горячее.

Она вытащила.

Металл засветился.

— Положи обратно, — сказал Торен.

— Думаешь, сумка остановит древний механизм?

— Я готов попробовать.

Седьмая стена дрогнула.

На белом камне появились линии.

Сначала круг.

Потом фигуры.

Мужчина.

Мальчик.

Женщина.

Каэль подошёл ближе.

Мужчина был похож на него.

Мальчик — Неран.

Лица женщины почти не было видно.

Но Ардан прошептал:

— Лиана.

Каэль перестал дышать.

Стена раскрылась.

За ней появилась дорога.

Не чёрная.

Белая.

По ней шла женщина.

Молодая.

Такая, какой Каэль помнил мать.

— Каэль.

Его имя.

Её голос.

Настоящий.

Он сделал шаг.

Торен схватил за плечо.

— Смотри.

Каэль не понял.

— На что?

— На тень.

Женщина шла прямо к ним.

Её тень двигалась следом.

Правильно.

Каэль почувствовал надежду.

— Торен…

— Жди.

Лиана улыбнулась.

— Ты вырос.

Каэль сделал ещё шаг.

И тогда тень остановилась.

Женщина продолжила идти.

Всего одно мгновение.

Но достаточно.

Неран закричал:

— Не она!

Лицо женщины дрогнуло.

Не превратилось в чудовище.

Не исчезло.

Стало другим.

Старше.

Потом моложе.

Потом снова тем же.

Словно десятки Лиан наложились друг на друга.