- -
- 100%
- +
Глава 1. Милашка
Привет! Меня зовут Милашка. И я – дракоша. Я очень красивая, смелая и умная. Дедушка Навь говорит, что я еще и скромная – вся в него. Правда, дедушка черный и пушистый, а я – чешуйчатая и красно-розовая, но это, право, такие мелочи!
Вообще у меня семья большая: дедушка Навь и бабушка Муся, бабушка Люба и дедушка Лютик. А еще есть много-много тетушек, дядюшек, кузенов и кузин. Ну и, конечно, мама и папа. А однажды я нашла еще и Любовь. Ну да об этом по порядку.
Началось все с того, что мы с мамой решили слетать в горы – поохотиться на горных козлов. Бабушка Люба говорит, что козлов и в городе хватает, но я их не видела.
Дедушка Навь лететь с нами отказался, заявив, что он уже слишком старый для такого экстри… эскри… короче, для такого опасного времяпровождения. Мама говорит, что он когда-то летал с ней, но потом женился на бабушке Мусе, обзавелся котятами и ему стало не до полетов.
А еще он мир спас. Ну это он скромно рассказывает, как спасал мир. А бабушка Люба говорит, что это было подземелье с кучкой магов. Но да, он их спас от злодейского злодея. Дедушка Навь говорит, что бабушка Люба и дедушка Лютик ему тоже немножко помогали. Совсем чуть-чуть. Всю остальную работу он сам выполнил. И злого мага обезвредил, и спасенных магов всех лично из тюремных камер вытаскивал. И бабушку Любу с дедушкой Лютиком на себе из подземелья нес.
Я, правда, не представляю, как он их нес, если каждый из магов раз в десять больше него. Все же дедушка Навь у нас кот, а бабушка Люба и дедушка Лютик – человеки. Но не будет же он мне врать, правда? В-общем, я решила, что вырасту и буду такая же храбрая и сильная, как дедушка Навь.
––
Историю кота Навь, магов Люцифера (Лютика) и Любы, а также мамы Милашки – дракоши Мурки – читайте в книге Карины Родионовой “Большая и чистая Любовь”.
––
Папа с нами в горы тоже не полетел. Он сказал, что ему надо заняться делами клана и отпустил нас с мамой охотиться вдвоем.
Мы долго летали над горами, поймали и съели одного горного козла и одного барашка, отбившегося от стаи. А потом приземлились на полянке и решили отдохнуть.
– Милая, надо не забыть перед возвращением домой искупаться в озере. А то у тебя вся морда в крови, бабушка Люба такое не переносит, сама же знаешь.
– Ага, сейчас чуть-чуть позагораю и полетим к озеру, – сказала я и растянулась на полянке.
Я уже почти совсем дремала, когда услышала какой-то писк. Прислушалась: нет, это не писк, это кто-то плачет. Я повернулась к маме, но она спала, пригревшись на солнышке, очень сладко и мне стало жалко ее будить. Поэтому на разведку я пошла одна.
Я шла на звук плача, который слышался откуда-то из-за скалы. Пройти туда было невозможно, поэтому я просто вытянула шею и повернула голову. И увидела ее.
Совсем молоденькая девушка в рваном платье сидела на небольшом уступе скалы и плакала. Ее колени были содраны в кровь, а лицо – опухшее от слез.
– Чего ревешь? – спросила я ее.
Она подняла полные слез глаза, увидела меня и дико завизжала, подскочив и прижавшись спиной к скале. Бежать ей было некуда. Я поморщилась. От такого звука можно и оглохнуть.
Вскоре у скалы в воздухе уже парила мама. Она услышала визг девицы и облетела скалу на крыльях. Зависнув напротив уступа, где к скале жалась девчонка, она спросила:
– Ты чего мне ребенка пугаешь?
Девушка затихла и стала оглядываться в поисках ребенка. А ребенок, то есть я, спросил:
– Ты кто такая?
Она снова взглянула на меня и снова прижалась к скале, дрожа от страха. Визжать она уже не решалась.
Глава 2. Лави
Я очнулась на небольшом уступе скалы. Вокруг были горы, внизу – обрыв. Я только глянула вниз и отшатнулась к скале поближе. Как я тут оказалась? Промозглый ветер продувал меня насквозь. Я была в легком платье светло-желтого цвета – явно не по погоде. Во всяком случае, не по здешней погоде.
Присела, облокотившись спиной на скалу и попыталась привести мысли в порядок. Что произошло? Почему я тут? Забраться сюда я никак не смогла бы: вокруг скалы никакой дорожки, лестницы, вообще ничего, что могло бы помочь хотя бы предположить, как я умудрилась сюда попасть.
Или я не сама забралась? Но тогда как меня могли сюда закинуть? И кто? А главное – зачем?
Так, а что со мной происходило до этого? Не помню. И когда – до этого? Я… вообще ничего не помню. Кто я, откуда… А нет, помню, кто я. Меня зовут Лави. Кто-то близкий меня так звал. А кто?
Я прижала колени к груди, пытаясь хоть как-то согреться. Если это чья-то шутка, то весьма дурацкая шутка. Я же так и простыть могу, заболеть. Зуб на зуб уже не попадал. И мне вдруг так безумно стало жалко себя – маленькую, беззащитную и одинокую.
И я заплакала. Сперва просто молча глотала слезы, а потом меня прорвало и я зарыдала со всей силой своего отчаянья. У меня была истерика. Я рыдала, захлебываясь слезами, даже не пытаясь их стирать с щек. Слезы лились мне на грудь, отчего платье совсем промокло и мне стало еще холоднее.
Вдруг я услышала довольно раскатистый голос:
– Чего ревешь?
Я подняла глаза и увидела выглядывающую из-за скалы голову. Красно-розовую, огромную и зубастую. И эта зубастая морда вся была в крови. Я дико испугалась, подскочила, прижалась к скале, как будто она может меня защитить от этого чудовища, и завизжала.
В ответ услышала уже с другой стороны:
– Ты чего мне ребенка пугаешь?
Я повернула голову в сторону голоса и увидела, что рядом в воздухе парит… дракон! Огромный розовый дракон. Я растерянно огляделась в попытках понять, какого ребенка имеют в виду, но никаких детей вокруг не оказалось. И вообще никого не оказалось – только два чудовища.
– Ты кто такая? – снова спросила меня голова из-за скалы.
Я дрожала то ли от страха, то ли от холода. Прижалась к скале, словно хотела раствориться в ней.
– В-в-вы меня хотите съесть? – нашла я силы спросить у чудовищ.
– А ты вкусная? – спросила розовая и повернула ко мне зубастую страшную голову.
Я было отшатнулась, но отшатываться-то и некуда было. Моя нога зацепилась за какой-то камень, я поскользнулась и, не удержавшись, взмахнув руками, с воплем полетела вниз, прямо на острые камни.
Глава 3. Лави
Я летела вниз, крепко зажмурившись и ожидала резкого удара о камни, сильную боль и, конечно, смерть. Но продолжала лететь и лететь. Когда первая волна страха схлынула, до меня, наконец, дошло, что что-то пошло не так. Кажется, я даже разбиться о скалы нормально не могу. То, что я продолжала падать, я чувствовала, ведь мимо меня свистел ветер и я чувствовала движение вниз. Но я… лежала на чем-то? И падала одновременно? Это как?
Наконец, решилась приоткрыть один глаз. Ничего не видно, только что-то блестящее и розовое. Открыла второй глаз. Приподняла голову, огляделась. Я лежала на спине того розового чудовища, что спросило, вкусная ли я. На солнце переливались и сверкали всеми цветами радуги, преломляя лучи, розовые чешуйки. А внизу…
Нет, вниз я зря посмотрела. Голова сразу закружилась и я чуть опять не свалилась. Вцепилась изо всех сил в хребет чудовища, расплвставшись по его спине. Повернула голову: рядом летело второе чудовище, то самое, с красной головой и окровавленной мордой. Оно было очень похоже на первое, но более красного оттенка и чуть поменьше размером.
Красное чудовище повернуло ко мне голову и участливым голосом спросило:
– Ты в порядке?
– Д-д-да, – ответила я, будучи совсем не уверена в этом.
Вскоре мы куда-то приземлились.
– Слезай, мы у озера. Надо привести себя в порядок, – снова сказало красное.
Но я не могла слезть. Во-первых, мне было страшно оторваться от спины розового чудовища. Почему-то мне казалось более надежным лежать на этой спине. А во-вторых, мои руки занемели, сжимая костяные наросты на шее розовой. Это от страха или от холода? Похоже, и от того, и от другого сразу.
– Ма-а-а, она слезть не может. Может, я ей помогу? – спросило красное.
– Ну попробуй, – ответило розовое.
Красное тут же сунуло ко мне свою окровавленную морду с жуткими зубами. Я не знаю, что оно хотело этими зубами со мной сделать. Может быть, просто сожрать? Я так испугалась, что все же смогла разомкнуть руки и съехала по крылу розового, как с горки вниз.
Упав в траву, я попыталась встать и не смогла. Ноги дрожали и совсем не держали. Руки тоже дрожали. Мне было страшно и холодно.
– Надо ей одежду подобреть. Там, в рыбацком домике есть кое-что из теплого, – сказала розовая.
– Ну вы тут разбирайтесь, а я пойду мыться, а то баба Люба мне шею намылит за такой вид, – сказало красное и ушло плюхаться в озеро.
– Как тебя зовут, деточка? – спросило розовое чудовище.
– Л-л-лави, – ответила я, заикаясь.
– Идем, Л-л-лави, вон рыбацкий домик. Там дядя Лютик всякое снаряжение для рыбалки хранит. Должны быть и теплые вещи. Заодно седло надо поискать, а то со скалы-то мы тебя как-то спустили, а вот далеко лететь без седла опасно. Вроде лежало там старое.
Я ничего не поняла, кроме того, что там где-то есть теплая одежда. И это сподвигло меня все же подняться на ноги и двинуться в сторону указанного домика. Ноги все еще дрожали, но дружелюбный тон розового чудовища меня слегка успокоил. К тому же, я сомневаюсь, что если бы оно собиралось меня съесть, то предложило бы одеться потеплее. Вряд ли в одежде девушки вкуснее, чем без оной.
В крохотном домике, больше напоминающем кладовку, забитую хламом, было много разных вещей, назначения которых я не всегда понимала. Но самое главное – я нашла теплые штаны и вязаный свитер. Старые, растянутые и где-то даже дырявые, но теплые! Я тут же влезла в эту одежду. Нашла какие-то сапоги, не слишком огромного размера и натянула их вместо своих туфелек.
– А, это детские сапоги Маркуса, из которых он давно вырос, – пояснило розовое.
А я, наконец, перестала дрожать и устало опустилась на траву. Красное чудовище вылезло из озера, отряхиваясь и довольно фыркая. Следы чьей-то крови на нем исчезли.
– Пойду тоже ополоснусь. Дорогая, присмотришь за нашей гостьей? – сказало розовое и пошло в озеро.
– Ага, – согласилось красное.
Оно сунуло морду в открытую дверь домика, чем-то там погремело и извлекло оттуда седло. Старое, обшарпанное и немного странное. Вроде на лошадь другие седла используют. Тут явно какое-то переделанное.
– Во! – обрадованно сообщило оно. В смысле чудовище, не седло, конечно, – Сейчас мама выйдет, на нее наденем. А то она ругается, что на мне возить людей пока нельзя – я слишком дерганно летаю, никакой пока плавности.
О как! Оказывается, розовое – мама красного. Розовая мама вскоре вышла из озера и красное чудовище помогло ей нацепить седло.
– Помоги ремни закрепить! – попросило оно меня.
Я выполнила то, о чем меня просили.
– Все, залезай, – велела розовая и красное мордой подтолкнуло меня к ее крылу, помогая забраться наверх.
Я села в седло, красное показало мне, какие ремни и как нужно пристегнуть.
– Это для подстраховки, чтобы не вывалилась, – объяснило оно.
И мы полетели. Не знаю, куда, но кажется, мне просто не оставили выбора.
Глава 4. Лави
Мы летели где-то час, судя по ощущениям. Будучи надежно закреплена на спине дракона (а я все же окончательно пришла к выводу, что это не чудовища, а драконы), я уже осмелилась посмотреть вниз. Сперва мы летели над скалами, потом над лесом. Я бы даже восхитилась красотой природы, увиденной с высоты драконьего полета, но была не в том состоянии, чтобы восхищаться чем-то.
Дружелюбное отношение драконов немного расслабило меня, я перестала их так сильно бояться, как в начале. Так, опасалась слегка. Я не помнила, встречалась ли я раньше с драконами, но мне кажется, что все же нет. Очень уж необычными мне показались эти существа. И красивыми, несмотря на устрашающий вид.
Вскоре вдали показался город. Несколько непривычные для меня строения, наводили на мысль о том, что город тоже мне незнаком. Черепичные крыши домов, замок вдали были освещены ярким полуденным солнцем. Возле какой-то башни драконы приземлились во дворе на явно именно для этого предназначенной площадке.
– Бабушка Люба, бабушка Люба! – завопил красный дракон, – Мы девушку нашли!
На крыльцо у башни вышла женщина. Хм… что-то не похожа она на бабушку, вот совсем. Довольно молодая, на вид лет тридцать – тридцать пять, не больше, высокая, статная и красивая шатенка. Она вытирала руки о передник, надетый поверх простого домашнего платья.
– Кого вы нашли? – удивилась женщина.
– Девушку. Смотри! – указал мордой на меня красный дракончик.
Я как раз открепила страховочные ремни и вылезла из седла. Розовая драконица опустила крыло, давая мне возможность спуститься по нему. Я попыталась это сделать на этот раз изящно и красиво, но затёкшие за время пути ноги не слушались и я все же рухнула на попу и проехала вниз уже привычным способом, приземлившись практически у ног “бабушки Любы”.
Женщина протянула мне руку и помогла встать.
– Меня зовут Любовь, – сказала она и это имя как-то вдруг тепло отозвалось в сердце, – но можешь звать меня просто Любой. Идем в дом, там все расскажешь.
И мы пошли в башню. В уютной столовой с большими окнами, куда меня привели, мне тут же выдали большую чашку какого-то вкусного чая.
– Сперва выпей, немного приди в себя, – сказала Люба.
Я хлебнула горячий напиток, окончательно согреваясь.
– Вкусно, – ответила я.
– Так как тебя зовут?
– Лави.
– Хм… Лав, значит Любовь, – сказала Люба (love – любовь, перевод с английского, прим. автора) , – тезка, значит.
Я пожала плечами. А Люба продолжила меня расспрашивать.
– И где же тебя нашли, Лави? И что с тобой случилось?
– На скале. Я… Я не помню, как там оказалась. Я вообще ничего не помню, – ответила я дрожащим голосом.
Люба коснулась моей руки в утешающем жесте.
– Не переживай, деточка! Разберемся. Приходи пока в себя.
Я почувствовала, как силы возвращаются ко мне и мне стало как-то легко и спокойно. Я допила чай и Люба сказала:
– Идем, я провожу тебя в комнату, где ты сможешь привести себя в порядок. А потом вернешься сюда, в столовую и я покормлю тебя.
Я согласно кивнула и мы поднялись по лестнице на этаж выше.
– Это гостевая комната, – сказала Люба, – вон там ванная, можешь принять душ. Вот чистый халат. Чистую одежду я тебе немного позже принесу. Ты чуть помельче моей дочери Алёнки, так что думаю, что кое-что, из чего она выросла, тебе подойдет.
С этими словами она покинула комнату, оставив меня одну. Я открыла дверь в санузел. Там находились душевая кабинка и унитаз с раковиной. На крючке висел белый пушистый халат, а на полке лежали чистые полотенца. С огромным удовольствием я стащила с себя всю одежду, что была на мне, и залезла в душ.
Теплые струи воды смыли с меня остатки усталости. Я отмывалась от грязи, следов слез с лица и крови на ободранных коленях. Хм… странно. Я думала, там все гораздо хуже, но когда смыла следы засохшей крови, оказалось, что под ней раны уже почти затянулись, остался лишь розовый след. Столь быстрая регенерация для меня была явно непривычной.
Где же я все же нахожусь? Тут для меня все необычно и странно. И где он – мой дом? Ответов на вопросы пока не было. Я вздохнула, закуталась в уютный пушистый халат и пошла обратно в столовую. Может быть, хоть там мне помогут приподнять завесу всех этих тайн.
Глава 5. Милашка
Я сунула голову в распахнутое настежь окно столовой и положила ее на подоконник. За столом сидели бабушка Люба и спасенная нами девица. Как ее там? Лави! Бабушка сперва настояла на том, чтобы Лави плотно пообедала и только после этого стала ее расспрашивать.
– Совсем-совсем ничего не помнишь? – допытывалась она, – Из какого города? Страны? Мира?
На последний вопрос Лави посмотрела на бабушку совсем удивленно.
– А что, – пожала та плечами, – могла и из другого мира переместиться. Бывает и такое.
Но девушка лишь пожимала плечами. Она не помнила вообще ничего.
– Но ваш город мне показался необычным и непривычным, – отметила она. – И драконов я, кажется, видела впервые.
– Ну они и у нас не особо часто встречаются, – сказала бабушка Люба. – Наши уникальны. Старшую, ту, что розовая, зовут Мурка. Я случайно нашла яйцо, а наш кот Навь его высидел.
Лави вытаращилась на бабушку круглыми глазами:
– Кот высидел яйцо? Это как?
– Ну так получилось. Случайно. Поэтому Мурка считает Навь своим папой, а меня – мамой.
– А красный – ее ребенок? Поэтому он вас зовет бабушкой? – догадалась она.
– Да, красная – дочка Мурки, ее зовут Милашка.
Я довольно фыркнула, мол, вот она я, такая чудесная. Лави повернулась ко мне и улыбнулась. Она больше не боялась меня, уже хорошо.
– А вот и Навь, легок на помине! – сказала бабушка и в столовую вальяжно вошел дедушка Навь.
– О, у нас гости! – воскликнул он, – А гости колбаски принести догадались? Или хотя бы рыбки? Или опять с пустыми руками пришли?
– Он разговаривает! – вдруг удивилась Лави.
– Она меня понимает! – удивился дед.
Бабушка с интересом посмотрела на девушку.
– Как интересно, до сих пор кроме меня и, конечно, драконов, речь Нави не понимал никто. Может быть, ты тоже маг жизни? Надо мужа попросить принести определяющий артефакт из академии.
– Н-н-не знаю, – как-то растерялась девушка. – Я никакой магии в себе не чувствую.
– Вот и проверим! – деловито сообщила бабушка.
– И все же непривычно, что вы, такая молодая, а вас бабушкой зовут, – сказала Лави бабушке Любе.
– Ну я, конечно, не старая, но у меня почти взрослые дети. Они учатся в академии, которой руководит их отец. Магия жизни помогает мне поддерживать красоту и здоровье как свои, так и моих близких. Например, Нави уже… – она задумалась, подсчитывая, сколько лет деду.
– Это неважно! – перебил ее дедушка. – У котов такие вещи спрашивать неприлично! Особенно, если кот молодой и красивый, как я.
– В-общем, Навь у нас уже весьма умудренный опытом кот, – дипломатично выразилась бабушка Люба, не решаясь при дедушке называть его возраст, в несколько раз превышающий среднюю длительность жизни котов и кошек.
Дед запрыгнул на подоконник и улёгся на солнышке, прижавшись боком к моей теплой морде.
– А… драконы людей не едят? – робко решилась все же спросить Лави.
– Людей? – удивилась бабушка Люба, – с чего вдруг такие вопросы? Нет, конечно. Это очень разумные существа.
Очень разумная я слегка зажмурилась, греясь на летнем солнышке.
– Ну… когда мы только встретились. вся морда у… Милашки была в крови, – пояснила Лави.
– Опять охотились? – строго спросила бабушка Люба.
– Ага, – довольно ответила я, – барашек был очень вкусный.
Бабушка вздохнула:
– Природа – есть природа. Они по природе своей хищники и им нужно время от времени охотиться. Но в качестве пищи они обычно выбирают каких-нибудь диких животных вроде горных козлов. А барашек-то, кстати, откуда взялся? – строго спросила меня бабуля.
– Не знаю, – ответила я. – Бегал там. От стада, наверное, отбился.
– Смотри мне! – погрозила мне пальцем бабушка, – Если узнаю, что чужих баранов воруешь, мало не покажется!
– Ну ба, чесслово, ни в жизнь! – клятвенно заявила я, копируя интонации дедушки Нави.
Глава 6. Лави
Вечером с работы из Академии пришел дедушка Лю… тьфу ты, магистр Люцифер. Высокий красивый широкоплечий мужчина, статный и уверенный в себе. И имя Лютик ему совершенно не шло. Они с Любовью были очень красивой парой. И не поверишь в то, что у них уже дети взрослые.
Познакомившись со мной, он вынул из кармана какую-то коробочку. В коробочке оказался небольшой шарик, который мне и велено было взять в руку. Я взяла его и некоторое время ничего не происходило. Я уже удивленно воззрилась на магистра, когда шарик вдруг засветился ровным желтым светом. Магистр хмыкнул и забрал у меня шарик, вернув его обратно в коробочку.
– И что это значит? – не удержалась я от вопроса.
– Что у вас действительно есть магия, – ответил Люциус, – Но это не магия жизни. Это менталистика.
– Я что, могу мысли читать? – удивилась я, – Но я ничего такого не чувствую.
– Дар необходимо развивать. У вас он пока в зачаточном состоянии. Однако, это объясняет тот факт, что вы понимаете нашего кота. Ваша ментальная магия работает несколько по-другому, не как магия жизни у Любы, но эффект дает тот же.
– Интересно, – начала я размышлять вслух, – а раньше я знала, что у меня есть дар менталистики? Ничего ведь о себе не помню.
– Вряд ли, – ответил магистр, – если бы вы им занимались раньше, то и сейчас пользовались бы просто на автомате. Это со временем становится привычкой. Но я так понимаю, вы им даже не пытаетесь пользоваться? Не понимаете, как это делать?
Я смущенно кивнула. Даже попыталась внимательней посмотреть на Люциуса и… почитать его мысли или хотя бы что-нибудь ощутить. Правда, совсем не понимала, что я могу ощутить. Магистр засмеялся:
– Нет, даже не пытайтесь. У вас явно нет навыков.
– А как вы поняли? – зарделась я от смущения, что меня так быстро раскусили.
– У вас все на лице было написано, тут даже менталистикой обладать не надо, – ответил Люциус.
Я вздохнула. А Люба, сидевшая рядом во время всего этого разговора, задала самый злободневный для меня вопрос:
– Что же мы с ней теперь будем делать?
– Я позову в гости нашего профессора менталистики, магистра Паулюса. Во-первых, он посмотрит, что можно сделать с потерей памяти и можно ли что-то восстановить. Во-вторых, может подсказать Лави какие-то начальные техники и упражнения для работы с ее даром.
– А… где я жить буду? – смущенно спросила я.
Чета Громовержцев уставилась на меня одинаково удивленно.
– В смысле – где? – удивилась Люба, – Тебе что, у нас не понравилось?
– Понравилось, но… неудобно как-то, – смутилась я окончательно.
– Неудобно штаны через голову надевать и на потолке спать! – резко ответила Люба. – У нас в доме достаточно места.
– Но вы же кормите, одеваете меня.
– Ну если хочешь это отплатить, будешь помогать мне по дому, – предложила Люба и я с радостью согласилась.
Первое, что мне поручили – это помыть Милашку.
– Она, конечно, как-то плещется в озере, – пояснила Люба, – но таким образом как следует она не помоется. Необходимо как следует промыть ее чешуйки щеткой с мыльным раствором. Она не очень любит эту процедуру, но в этом плане с ней надо быть построже. Как с любым подростком.
Я посмотрела на подростка, ростом с небольшой дом, который с удовольствием загорал на солнышке во дворе, пока по ней с радостным мяуканьем носились котята соседского кота Мурзика. Как мне объяснила Милашка, это ее кузены и кузины. То есть внуки Нави и Муси.
Люба показала мне, где на заднем дворе находится большой бассейн, в котором мне предстояло мыть Милашку и где можно взять щетку на палке, а также ведра и мыльный раствор.
– Милашка! – окликнула дракошу Люба, – Я поручила Лави помыть тебя!
Дракоша недовольно фыркнула:
– Я чистая, я в озере купалась!
– Поэтому у тебя на гребне водоросли застряли?
– Ну ба-а-а-а… За что?! – протянула жалобно Милашка.
– Никаких возражений, – строго объявила Люба, – Вперед к бассейну и мыться! А то пожалуюсь Лютику!
Почему-то эта угроза подействовала на дракошу и та уныло поплелась к бассейну.
Глава 7. Милашка
Мыться я не любила. Нет, я с удовольствием плескалась и плавала в озере, но вот это все мытье с тесном бассейне с мыльным раствором и щетками мне очень не нравилось. Поэтому обычно я старалась всеми силами избежать этой неприятной процедуры.
Дедушка Навь вообще предлагал вылизываться. Он очень даже понимал мою нелюбовь к мытью. Но и вылизываться у меня не получалось. А бабушка Люба все время ругалась, что я опять чумазая с охоты прилетела и говорила, что это не-ги-ги… не-ге-нично… А, не-ги-ги-е-нично. Бабушка Люба вообще часто использовала всякие непонятные и сложные слова.
Но как бы я ни не любила мытье, с бабушкой Любой не поспоришь. А особенно, если она грозилась пожаловаться дедушке Лютику. Он не ругался, он просто смотрел так строго-строго и говорил со мной таким холодным и серьезным тоном, что мне становилось очень стыдно и я становилась сразу еще краснее, чем была. В-общем, я бы предпочла, чтобы дедушку Лютика не ставили в известность о моем непослушании.
Я обреченно добрела до бассейна и плюхнулась в него с самым несчастным видом, обливая все вокруг. Всплесками воды задело и Лави. Девушка, мокрая с головы до ног, фыркнула возмущенно, но взяла щетку на длинной ручке, окунула ее в мыльный раствор в ведре и начала тереть им мою спину.