Лунный король. Да здравствует мрак

— А, да... Прости, мам, задумался. Я что-то совсем не голоден. Лучше пойду в комнату — устал за эту неделю.

— Кай. — Подростка остановил твёрдый голос Джонсона. Он прозвучал достаточно тепло, чтобы не испортить семейный ужин, но и достаточно пронзительно, чтобы Кай понял: отпускать его не намерены. — Не торопись. Я тебя долго не видел, не знаю даже, как ты вообще. — Джонсон перевёл взгляд на жену, поднимаясь из-за стола. — Дорогая, мы пойдём с Каем в мой кабинет. Хочу узнать, как у сына дела в академии, и показать ему пару новых проектов.

В ответ женщина лишь кивнула с улыбкой и отпустила их, заканчивая с уборкой на кухне. Кай же последовал за отцом. Каждый шаг отдавался стуком сердца, в голове снова проворачивались все лживые аргументы, которые они с Яном успели придумать. Так он и не заметил, как дверь отцовского кабинета уже закрылась за его спиной.

Джонсон сел за рабочий стол , взяв в руки пару бумаг и словно ожидая, что Кай сейчас сам сдастся с повинной. Впрочем, у подростка, который стоял в тишине будто в ожидании, когда прозвучит команда «Огонь!» и его приговор будет подписан кровавым отпечатком на стене позади, не оставалось другого выбора, кроме как действительно заговорить первым.

— Ты ведь позвал меня не для разговора об успеваемости и работе, так?

— А что, разве не ясно? Впрочем, сейчас не об этом. Что у тебя за внешний вид? Ты видел себя, чёрт побери? Руки бы оторвать. Кто тебя надоумил. Ян? А что дальше — начнёшь дырки себе в лице делать? — Мужчина начал закипать, смотря пристально на сына, после чего выдержал паузу и наконец отложил листы с осточертевшей работой. — Возвращаясь к теме. Кай, если ты думаешь, что в этом доме ты можешь делать такие вещи, а потом сбегать посреди разговора, то это заставляет меня усомниться в своих методах воспитания.

— И что, лучше бы воспитывал меня так же, как и Яна? — процедил Кай сквозь зубы, ибо от этих слов отца становилось жутко.

Тишина снова повисла в комнате. Кай избегал взгляда отца до этого, но сейчас встретился с ним и, кажется, сам приготовился к бою. Слова про цвет волос он пропустил мимо ушей: почему-то недовольство именно от Джонсона он и ожидал.

— Кай, ты вообще понимаешь, с кем и как ты разговариваешь? Моё отношение к Яну — не твоё дело, сам разве не замечаешь, что происходит? Какое ещё писательство, Кай? Я, по-твоему, вообще идиот, чтобы верить в эти сказки? Может, и пропадать из дома ты начал, чтобы найти вдохновение? Только вот знаешь, что будет, если это вдохновение доведёт тебя до решётки?

— Я уже сказал, что это были просто фантазии! Пропажа Стефана заставила меня углубиться в тему подобных исчезновений, и я просто хотел попробовать описать такую историю самостоятельно. Мне удобно было использовать имена людей, которых я уже знаю, и на их образах создавать и описывать ситуации, представляя, как бы они себя повели... И ещё хотел попробовать описать и себя там.

— И что будет дальше? Что дальше ты собирался описать в своей истории? Может, ты ещё и человека там убьёшь, чтобы представить, как бы себя повёл!? Кай, такие интересы не доводят ни до чего хорошего. Сначала ты придумываешь такие вещи, потом записываешь их, а потом планируешь и воссоздаёшь! Знаешь, сколько таких «творческих ребят» сейчас можно найти по тюрьмам? Они ведь тоже просто из интереса это всё начинали. — Голос Джонсона стал явно громче. Он всё ещё сдерживался, чтобы Мэрилей их не услышала, но его гнев уже ощущался Каем.

— Я больше не буду ничего писать... И придумывать тоже. Я понял тебя, отец. Это просто практика писательства для журналистского кружка. Таких историй больше не будет, даже просто для себя. — В целом Кай не соврал. Он действительно не собирался больше записывать такое. А придумывать ему ничего и не надо — ведь всё происходит на самом деле.

Джонсон откинулся на спинку кресла и потёр переносицу, тяжело и громко вздыхая от накопленного напряжения.

— Кай, ты очень сильно меня разочаровал и расстроил. Я не думал, что у нас когда-нибудь будет даже малейший шанс на подобный разговор. Видимо, я ошибался. И я не могу оставить это без внимания... Ты можешь идти, но знай: часть моего доверия ты потерял. И ради всего святого!... Смой этот срам с головы. Выглядишь таким же беспризорником, как Ян.

Это были одни из самых страшных слов, которые прежний Кай мог себе только представить от кого-то из родителей. Вроде бы всё обошлось, но его образ правильного мальчика теперь трещал по швам. Он обрёл свободу в тёмном городе, но он не хотел потерять то, что ценит в своей обычной жизни. И пусть Джонсон оказался не самым лучшим человеком, всё-таки на протяжении всех этих лет он был настоящим и любящим отцом для Кая. И это обременяло душу Кая, пока тот топал в свою комнату.

Настроение было, мягко говоря, не очень. Неприятный осадок остался где-то в душе, и, закрыв дверь в комнату, Кай упал на кровать лицом в подушку, доставая телефон и решив написать для начала Яну об итоге прошедшей беседы. Емельян, как и ожидалось, отвечал спокойно и по делу, говоря, что в целом о чём-то таком и думал:

— Гони всегда на меня всех собак, если Джонсон опять будет возникать.

Кайл свёл брови к переносице. Куда уж больше можно гнать на Яна? Он и так разбирается со всеми проблемами, имея гору своих. Вот уж не хотелось добавлять мороки из-за себя. Авриил хотел быть для младшего островком безопасности — тем, от кого не надо ждать подставы, тем, с кем можно делиться чем угодно и знать, что проблем не будет. Перепалка у Виктора дала понять, что доверие для Яна — это трудный и долгий процесс, но так же наполнила решимостью для того, чтобы этого доверия добиться в высшей мере.

Если защищая брата, он станет разочарованием для отца — то пусть так и будет. Кайлу больно было признавать, что он не может усидеть на двух стульях. Но выбор надо делать всегда. Впрочем... Авриил решил это пока отложить. В любом случае, хоть одной проблемой было меньше.

Следующий день выдался достаточно обыденным по своим планам: уроки, задания от студсовета, и завершало это всё встреча с кромешниками. Привычный час для побега, но на этот раз действовать надо было в несколько раз осторожнее. За столько времени Кайл уже привык к ночным уходам и попросту снова вылез но через своё же окно. Странное ощущение некой пустоты окутало, лишь когда он стал двигаться по улице в сторону заброшенного завода. Отсутствие Яна оставляло холод рядом.

Придя на место, ребята уже что-то обсуждали. Увидев Яна, Кай тут же невольно улыбнулся, проходя и садясь рядом, здороваясь со всеми. Сова выглядел изрядно уставшим, Чижик донимал Бестию, а «За» кидал в огонь какие-то ветки.

Сев рядом, «За» взглянул на Кайла и чуть толкнул плечом в плечо, кратко улыбнувшись:

— Хей... Ты в порядке?

В общем шуме его голос вполтона не выбивался. Кайл даже не понял, почему его об этом спрашивают. Робко кивнул и, взглянув на Яна, осознал, что «За» всё знает о недавней ситуации. Авриила удивило то, что Ян всё-таки доверяет «За» и настолько, чтобы рассказывать что-то личное. Он хотел бы расспросить об этом больше самого младшего, но знал, что тот не расскажет, и лишь взглянул на «За» вновь.

— Он рассказал тебе про дневник?

«За» кивнул всё с той же спокойной улыбкой:

— Не парься, со всеми бывает. Или ты о другом?

Пусть он и выглядел простоватым, но всё же иногда своими фразами попадал в точку. Кайл глянул на Яна рядом — не обсуждать его при нём же. И в тот момент на Яна напрыгнул Чижик, заставляя подниматься и отходить.

— Прости, это всё же странно, ну... что он так... тебе доверяет, — Кайл говорил чуть скомканно и сбивчиво. Ему тяжело было вслух сказать, что он не понимает, по какой причине между ними такая странная связь. — Я могу предположить, почему он тянется к Виктору. Но как ты завоевал хоть какое-то его доверие? Дело ведь явно не во времени того, сколько вы знакомы.

«За» поднял брови, удивляясь столь резкой смене темы. Удивился он и мыслям Кая, которые явно в его голове не один день вертелись.

— Ну, это долгая история. Честно говоря, я сам не считаю себя прям уж таким «доверенным» лицом. С этой ролью больше справляется Сова. Но ты прав: мы многое пережили перед тем, как он понял, что может на меня положиться. Я не раз оставлял его у себя дома, когда он ссорился с отцом и сбегал. Не раз латал его и последствия после... ну... «таких себе действий». Наверное, последним событием в этой цепочке стала смерть Аве...

«За» не договорил, резко оборвался, будто опомнился:

— Прости, забыл. Святое правило — об умерших не вспоминаем!

— Погоди, что? — Кайл нахмурился. В голове появилось огромное количество вопросов. Наконец-то ему поступает снова больше информации, и вмиг она опять обрывается из-за чего-то, что ему не хотят рассказывать.

Возглас Кайла привлёк внимание ребят. Он растерялся и сел ровнее, ничего не объясняя. Внутри компании явно тоже были негласные правила и темы, которые те не поднимают. Интересно, а все ли кромешники знают одну и ту же информацию? Жажда знать больше вновь проснулась внутри Авриила — будто бездонная яма, которая никак не могла наполниться.

Кромешники быстро переключились на что-то своё. Бестия обнял Яна за шею и что-то показывал в телефоне, пока Чижик с другой стороны продолжал это комментировать. Кай не смотрел уже на «За», он опустил взгляд на землю и снизил тон голоса:

— Что за «такие себе действия»?

«За» не снимал с лица странной слабой улыбки. Он смотрел на ребят, крутя в руках банку пива.

— Видел, где у него набиты тату? А знаешь, что именно обычно люди хотят перекрыть ими на запястьях? — «За» не говорил конкретно, но оставлял Кайлу весьма чёткие подсказки. Через паузу он добавил: — Знаешь, я заметил забавную закономерность: со всеми, кто вошёл в кромешники, Винчи познакомился в момент перед очередной попыткой свалить из этого мира... Ну, кроме тебя и Бестии, по сути.

Глаза Кайла распахнулись. Языки огня шевелились и яркими пятнами света окрашивали лицо. Тихий треск костра словно разделял ребят и этот разговор. Емельян с улыбкой держал Чижика на спине, пока не упал на землю у самого огня. Ребята всполошились, кроме сидящих Кайла и «За». Дыхание сбилось, Авриил нервно сглотнул, уже не зная, правда ли хочет знать больше.

— Что... ты имеешь в виду?

— Виктора встретил на крыше. Сову — перед озером. Ко мне в участок его привели с железной дороги. С Чижиком — после того как у него ремень порвался и он остался болтаться на шее. Хах, а Виктор их двоих за шкирку вытащил из туалета своего бара. — «За» говорил это даже с какой-то ностальгией, непринуждённо и легко.

Правда, больше этого Кай так узнать и не смог.

Чувство жалости и тревоги теперь наполнили душу, но вместе с этим Кайл понял, где видел эти «7 признаков самоубийцы». Ему было стыдно, что он ничего не понял раньше. Было стыдно, что он не понял этого сам, а ему на блюдечке всё выдал «За».

Кайл ведь помнил, помнил тот единственный день, когда Емельян попытался выйти на контакт сам. Им тогда было как раз по тринадцать. Кайл смотрел что-то по телевизору в гостиной, когда нежданно на другой конец дивана сел Ян. Это было настолько необычно, что напрягало. Кай не знал, как себя вести, ощущал дискомфорт и тут же сжался, когда Емельян заговорил.

— Ты сильно занят? — его голос был тихим. Он боялся, будто его услышит кто-то кроме Кая.

— Нет. Тебе что-то нужно? — Старший ответил без энтузиазма, наоборот, настороженно, будто Ян на него может наброситься и покусать.

— Нет. Просто хотел поблагодарить и попрощаться.

— Что? — Кай повернул на него голову, видя, как Ян смотрит в телевизор.

Ответа на свой вопрос он так и не получил. Мультфильм закончился, а они больше и слова друг другу не сказали, и Ян ушёл. Насколько Кай вспоминал, младший в тот день подошёл и к Мэрилей, и даже к Джонсону. Так же говорил что-то краткое и несуразное. Не отвечал на вопросы, молчал, находясь рядом некоторое время, и уходил.

«За» закончил их разговор, резво поднялся, поднимая и активность ребят. Закурил, втягивая Бестию в небольшую драку, отвлекая от Кайла, опустившего голову на свои руки. В момент снова что-то сдавило грудь — что-то неприятное и печальное. Впервые он словил себя на мысли, что хочет заплакать. Вряд ли это было только от слов «За». Кайл в целом был слишком эмоционально вымотан из-за прошедших событий. Пара ситуаций — и он точно расплачется из-за какой-то глупости.

Внезапно Ян решил, что время дурачеств подошло к концу. Ему пришло сообщение , и это стало сигналом к очередной беседе.

— Итак, у нас новая миссия.

Он встал перед ребятами, привлекая внимание. Кромешники отвлеклись, поднимая на него головы.

— От «Нимф» поступила информация, что завтра к вечеру они будут принимать очередную поставку Короля. Вероятнее всего, с оружием. Будем готовить засаду.

— А зачем? Ну, имею в виду, зачем нам эти поставки-то вообще? — Чижик почесал затылок, опустив голову на плечо:

Тут подал голос Сова. Он был вялым и казался явно сонливым:

— Нам нужно знать, что именно есть у Короля в наличии из оружия и контрабанды. К тому же у нас оружия нет, и хорошо было бы найти какой-нибудь склад, где мы могли бы хранить такого рода вещи.

— Воровать у Короля? У вас запасная жизнь есть? Если он узнает! — Бестия напрягся. Ему план совершенно не нравился из-за предполагаемых последствий

— А кто сказал, что он узнает? — Емельян был вновь уверен. Он скрестил руки, говоря весьма чётко. — Нас прикроют. Всё, что нам нужно, — это ящик оружия и документы с отчётностью о том, что они привезли. Физически в операции, помимо меня, будет участвовать «За». Бестия организует нам прикрытие со стороны «крыс». Пернатый будет, как и в прошлый раз, ответственным за план действий.

Кай похлопал глазами. Уж над каким-то вторжением он точно никогда не размышлял. Тем более в такие короткие сроки. Ребята ещё что-то обсуждали, но первым, кто их прервал, был Сова:

— Простите, ребята, из за суда с Грэгом, я крайне вымотан. Раз над делом моя помощь не нужна, то я бы выдвинулся домой, да и Чижика вы бы отпустили тоже.

Чижик пожал плечами. Он, может, и не хотел уходить, но ведь и помочь он тут не может. Так что с улыбкой попрощался и утопал за Совой к машине. У костра остались обсуждать конкретный план действий. Кайл лазил по сети, ища нужную информацию о строении корабля, смотрел карту порта и подобное. Не успел он отдохнуть хотя бы месяц с первых переговоров, и вновь надо думать над чем-то серьёзным.

Он даже не ощутил, что совесть совсем не ёкает на факт подготовки кражи и нападения. Как будто если он "лично" там не учавствует, то и виноват не будет. Игры с совестью продолжаются.

Глава 5

Бестия ходил из стороны в сторону, то и дело предлагая мысль за мыслью, пока Кайл не взял всё в свои руки.

— Так, ну перво-наперво мы должны понять, сколько людей и где вообще будет завтра. В любом случае в «Нимфы» лучше всего впишутся Бестия и Винчи. Значит, забирая поставку, они смогут заходить внутрь корабля. Сколько кораблей вообще будет? Сколько «крыс» сможет прийти помочь? Мне нужны как можно более точные детали! В целом идея у меня есть, но надо доработать. Я могу в чате у вас, если что, спросить что-нибудь?

Ребята переглянулись и отрицательно помотали головами.

— Мы никогда дела в сети не обсуждаем. Мало ли кто взломать может. Мера безопасности, — подал голос «За», закинув ногу на ногу.

— Весомо. Я понял. Тогда я приду завтра к Виктору, и мы с Винчи сможем всё детально обсудить . — Кай кивнул самому себе.

— Так пойдем со мной сегодня, чего мотаться туда-сюда? За ночь ты вряд ли что-то сгенерируешь, верно? — Емельян поднялся, отряхиваясь.

— Не могу. Отец пристально за мной теперь следит. Если не увидит утром дома, не поверит, что я просто раньше ушёл. У нас... сейчас натянутые отношения, можно сказать.

Ян вздохнул, но понимающе похлопал его по плечу:

— Понял. Проходили. Тогда завтра к десяти. Я всё равно ночь спать не буду и найду тебе все подробности.

Пожав плечами, на том и порешили..

Кайл вернулся домой, на носочках пробрался в комнату, и стоило услышать только скрип половиц откуда-то из глубины дома, как он чуть ли не вылетел из своей одежды, бросая ту на пол, и влетел в одеяло на кровати, усиленно притворяясь глубоко спящим. Впрочем, Кайл был прав, ибо через полминуты его дверь приоткрылась. Кто именно его «проверял», догадаться не составило труда , да и по тяжести шагов Кайл смог предположить, что всё-таки это отец.

Он задался вопросом: каждый ли день его так будут проверять? А проверяли ли до этого? Впрочем, в любом случае это было просто обойти. Он начал бы часто ходить на ночёвки к тому же Стефану, как оправдывался раньше. В лучшем друге он уверен и в том, что тот даст ему возможность сбегать через своё окно мимо родителей — тем более.

Выспаться Кайл не смог. Он перестал опаздывать и просыпать будильники из-за появившейся чуткости, но всё равно не мог ничего сделать с недосыпанием. Поднявшись, он еле-еле собрался, приходя в себя. На первом этаже сделал лёгкий завтрак, и у самого выхода его позвала Мэрилей, заставив Кайла пожалеть, что он задержался.

Тот зажмурился, держа уже ручку входной двери, и, выдохнув, обернулся:

— Да, мам. Доброе утро. Ты чего так рано? Разве у тебя есть группы в воскресенье?

Женщина зевала, плотнее завязывая пижамный халат подходя ближе:

— Да, поставили часов на 12 одну. Хах, такие очаровательные девочки, на самом деле. Смешные к тому же — даже в пуантах ещё не научились ходить, а уже что-то крутить пытаются. Ну очаровательно! А, ты, к слову, сам-то куда в такую рань? Опять по учёбе?

Кайл вздохнул, кивая и устало пожимая плечами:

— Да, с друзьями решили пораньше собраться.

Смотря на маму, которую и он, и Джонсон пытались оградить от всего, что происходит в этом треугольнике, включающем Емельяна, Кайл невольно понимал, что кому-кому, а ей врать болезненнее всего до сих пор.

— Слушай, я тут подумала, может, ты сможешь освободить следующие выходные? Или хотя бы только субботу. Я... размышляла над нашим последним разговором. Мы могли бы всей семьёй выбраться куда-нибудь наконец-то? Что скажешь насчёт какого-нибудь музея? Я слышала, за городом открылся какой-то выездной, должно быть интересно. Раз ты теперь поддерживаешь связь с Яном, то передашь ему?

Кайл искренне удивился, что мама и правда о чём-то таком думала. Что-то внутри расцвело, поднимая настроение настолько, что на мгновение вместе с ним образовался и ком в горле, предвещающий обычно слёзы. Такая реакция его не то что удивила, а озадачила. Но, отмахнувшись от этих мыслей, Кай вернулся к разговору с матерью.

Заулыбавшись, кивнул, чувствуя, как бодрость начинает переполнять:

— Конечно! Мне нравится эта идея. Может, наконец-то и Ян сможет немного разговориться.

— Хотелось бы. Ну ладно, беги. Будь на связи, ладно? — С сонным вздохом Мэрилей проводила сына, и Кайл выбежал на улицу, шустрее мча к Яну.

Сам Емельян, к слову, только-только встал, и когда Кайл долбился в дверь, то открыл её с крайне недовольным видом:

— Ты чего долбишься, как вампир в полнолуние? Виктор спит. Хоть бы написал, что выходишь.

Младший вяло плёлся на кухню, запутывая пальцы в волосах, почёсывая то шею, то затылок. Безразмерная футболка попросту висела на шее, но зато знакомые домашние штаны плелись по полу.

— А, прости. Ты просто сказал к десяти быть, ну я и пришёл. Думал, ты уже встал. — Кайл неловко прошёл за Яном, снимая сумку с плеча.

— Да? А с каких пор ты у нас такой пунктуальный? Впрочем, не важно. Я вообще-то и не спал. Так, просто оставлял один глаз закрытым для экономии энергии.

Кайл крайне скептично взглянул на младшего, скрещивая руки и поднимая бровь. Емельян же лишь махнул на него рукой, ставя чайник.

— В общем, я всё смог узнать. На удивление, вплоть до количества людей Короля в порту. Дай мне часик, чтобы я пришёл в себя, и начнём.

Садясь за стол, Авриил кивнул, переключаясь с их планов на предложение матери. Не успел он сказать, как Ян оборвал его:

— Нет.

Он сказал это так резко, словно отрезал. Стоял к старшему спиной, продолжая наводить кофе. Тишина, наполнившая кухню, становилась гнетущей. Звук вскипевшего чайника будто заставил Яна говорить дальше, пусть и через тяжёлый вздох:

— Очень мило, конечно, со стороны Мэрилей всё ещё пытаться как-то приобщить меня к семейному общению. Но я в этом не нуждаюсь. К тому же давай откровенно: из-за моего присутствия вы явно не отдохнёте там. Всем будет только неловко, а я опять буду ощущать себя там... — Он не закончил, не хотел жаловаться как-то на собственные чувства и попросту затих на полуслове.

Он обернулся, ставя на стол пару чашек с горячими напитками.

— Ты всё из-за отца так? А если пойдём только мы и мама? — Кайл не утратил надежды на хоть какой-нибудь шанс сблизить Емельяна с родителями. Ему так хотелось бы прекратить врать хотя бы в мелочах перед ними.

— Кайл, прекрати. Дело не только в том, что мне там не место. Но и в том, что это опасно. Тебе, к слову, тоже. Мы, конечно, не светим личностями в «тёмном городе», но лучше не давать никому и шанса знать о семьях, друзьях и подобном. Или ты забыл, что шантаж людьми и есть причина, по которой мы идём против Короля? — Емельян поднял холодный взгляд.

Такая правда отрезвила как рана на сердце . «Оттолкни, если хочешь сберечь». Неужели он и правда теперь должен придерживаться такой тактики?

— По такой логике, ты специально сделал себя в академии фриком? Нет друзей — нет для них же опасности? — Авриил взял чашку и сжал её двумя руками. Он мог бы догадаться о такой очевидной вещи и раньше.

Емельян видел, что Кайлу всё ещё непросто принимать все тонкости позиции, на которую подписался. Он мог бы каждый раз тыкать его в это носом или снова и снова давить как-либо, но Емельян знал эти чувства. Прекрасно понимал то, что старшеиу не просто, и так же осознавал, что для такого нет правильных слов утешения.

— Не бойся одиночества. В любом случае теперь с тобой всегда буду я.

Это прозвучало скорее как правдивый факт. Пускай Кайл до сих пор немного скептично относился к кромешникам, но Яна он бы от себя точно не отталкивал. Такая простая фраза пусть не утешила, но заставила горько улыбнуться, делая первый глоток чая.

Весь день прошёл в плотном планировании миссии. Они распечатали схему порта и заняли всеми бумажками весь стол в гостиной. Стикерами обклеен был не только стол, но и диван со стеной рядом. План имел разные ветви развития — в целом как и любой другой, за который брался Кайл.

Перво-наперво они посадили «За» в слепую зону, с которой было так же видно и людей Короля, встречающих два прибывающих корабля. «Крыс» разместили за большими баками и железными контейнерами, как подстраховку, разделив на две группы. Одна группа создала бы шум, привлекая к себе внимание на случай форс-мажора, другая — приняла украденные коробки с оружием, пряча их в небольшой минивэн, принадлежавший одной из глав «Нимф». Сами «Нимфы» пошлют на разгрузку контрабанды семь своих человек, в числе которых уже будут Бестия и Емельян, которые и провернут всё основное внутри корабля.

С поиском нужной коробки с оружием дело не встало: они с «Нимфами» спокойно бы всё вынесли, но спрятали за контейнеры, откуда «крысы» всё и перехватили. Но вот поиск полного списка контрабанды занял время. Импровизация была крайним планом, но пришлось прибегнуть к нему, когда оказалось, что никто из внутри стоящих людей Короля этой информацией не обладал

Перед каждым кораблём стояло по охраняющему человеку, и к каждому из них подошли с просьбой: «Показать документ для удостоверения, что всё доплыло». Само собой, листы вмещали в себя много информации, и, дабы отвлечь надзирателя, другим «Нимфам» пришлось их чуть ли не в сторону отводить разговорами или другими уловками типо "вы видели? там кто-то был в темноте!", а Бестии и Емельяну — шустро всё фотографировать.

Операция проходила пусть и не идеально по плану, но весьма тихо. Лишь в конце один из людей Короля зашёл за контейнеры, дабы тихо покурить самокрутку с явно не обычным табаком, и столкнулся нос к носу с «крысами». Бедный мужик даже крикнуть не успел, как его приложили головой о тот же железный ящик. В целом люди короля, пусть и были заядлыми бандитами, но, кажется, работали на «отвали», раз даже ничего не заподозрили.

Когда всё закончилось, Емельян и Бестия мигом рванули в сторону «За». Руки чуть трясло, но они быстро друг друга подбодрили, радуясь очередной победе.

Ну, по крайней мере именно это Емельян и рассказывал Кайлу в красках на следующий день в академии.

— Боже, и правда получилось! Даже слишком идеально как-то, не верится! Не страшно было? Куда, к слову, отвезли-то коробки? — Кайл двигался по коридору рядом с младшим в сторону выхода из академии. Учебный день подошёл к концу, а старший каждый час сидел как на иголках, ожидая, когда сможет расспросить Яна о миссии, ибо даже сообщений ни от кого не получил той ночью.