Школа № 13. Тень из шкафа

© А. Рогожина, текст, 2023

© А. Кожина, ил., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

1. Благородный Роман

– Видали, а?

– Ничего себе!

– О-о, суперские…

Ребята восхищенно перешептывались. Кроссовки и правда были суперские. Другого слова не подберешь. Серебристые, как сталь, и переливающиеся, и с черными глянцевыми вставками. И липучками вместо шнурков. И на толстой-толстой полупрозрачной подошве. И – главное! – каждый раз, когда их владелец ступал на пятку, подошва взрывалась россыпью разноцветных огоньков.

– А я знаю, как это сделано! – шепнул Борька, возбужденно пихая Ваню в бок. – Там внутри диезы… нет, не диезы… Эх, забыл, но я точно знаю!

– Диоды, – хмуро пробормотал Ваня.

Роман в очередной раз притопнул о школьный паркет, показывая огоньки всем, кто плохо разглядел в прошлые сто пятьдесят раз. И небрежно сообщил:

– Да ничего особенного. Так, поносить неделю-другую. К следующему полугодию мне с роликами купят – вот это вещь.

К следующему полугодию! Это получается, через два месяца с хвостиком – опять новые кроссовки! Ваня тихонько вздохнул и опустил взгляд на свои «Скороходы».

«Скороходы» были… немодные. Скучные. Некрасивые. Унылого серо-белого цвета. То есть жуткие с самого начала, как только появились на свет на фабрике. Где-то лет двадцать назад, наверное. Потому что к Ване они перешли от двоюродного брата, Кольки, который из них вырос. А сколько человек носило их до Кольки – еще вопрос.

Ваня пытался было заикнуться о новых кроссовках, но мама только брови подняла:

– А эти чем плохи, позволь узнать? Это же натуральная кожа! Они тебе еще много-много лет прослужат.

Час от часу не легче! Много-много лет носить на ногахэто! А у Романа уже через два с хвостиком месяца будут с роликами. Хотя ему и эти-то только что купили, в начале второй четверти. И почему вот такая несправедливость?!

Ваня знал, что ответит на этот вопрос мама: у папы сейчас трудности с работой, потерпи, не все сразу; что ты, жить без этих кроссовок не можешь, что ли? А он не может! Но разве же родители такое поймут…

– Дети, перемена давно окончена. – Марина Петровна, оказывается, уже заняла место за своим столом и недовольно глядела на сборище поверх своих огромных очков. – А ну-ка садимся. У нас сегодня сложная тема.

Все поспешили разойтись: сердить Марину Петровну не хотелось никому. Ваня опустился за их с Борькой парту и с облегчением спрятал под нее ноги, обутые в ненавистные «Скороходы».

На самом деле, если подумать, то жить без кроссовок можно. Конечно можно. В футбол гонять – и «Скороходы» сгодятся. Да что там, в них даже и лучше: испачкать не жалко, а чтобы продырявились – это очень-очень постараться надо. И на дерево прекрасно можно в них залезть. И с Брассом за палочкой побегать. Да что угодно можно.

Дело же не в кроссовках. Дело в том, что кому-то в жизни просто везет, а кому-то нет. Прежде Ваня об этом как-то не задумывался – ни в первых трех классах школы, ни раньше. А вот в этом году, пойдя в четвертый класс, Ваня понял: он – неудачник. И понял он это благодаря Роману.

Романа Орлова перевели к ним из школы на левом берегу, потому что там был слабый английский.

– А английский мне нужен, – говорил Роман, жуя жвачку, от чего фраза лениво растягивалась. – У нас родственники за границей живут.

– А где? – интересовался кто-то.

– Кто где, – многозначительно ронял новенький. – Лондон из зе кэпитал оф Грейт Бритен. Слыхали?

– И что, вы туда поедете? – спрашивал кто-то.

– Может, поедем. – Роман пожимал плечами. – А может, и переедем. Насовсем.

Ваня был бы счастлив, если бы Роман переехал куда-нибудь насовсем. Потому что всякий раз при виде новенького ему становилось… Ну если совсем по-честному, то завидно. Орлов был рослый. И классно одетый. И такой… уверенный. Как будто заранее знал, что все будут его уважать и принимать всерьез. И все, ясное дело, уважали – потому что, когда ты сам уверен, люди это чувствуют.

В самый первый день Романа попробовал на прочность рыжий Серёга, главный хулиган и задира в классе:

– Роман? Ничего себе имечко. А чего не повесть? – Кто-то из ребят захихикал, и Серёга ухмыльнулся: – Или Роман – потому что про любовь?

Ваня на месте новенького уже покраснел бы до корней волос. А Роман как ни в чем не бывало смерил рыжего холодным взглядом и спокойно ответил:

– Роман – означает «римлянин». Это имя подчеркивало благородное происхождение. Всяких дворняжек так не называли. А ты… наверное,Лёха? Или Серёгакакой-нибудь?

Серёга не нашелся, что на это сказать, и отстал. Ване стало немного обидно за Брасса – он хоть и дворняжка, но какой умница! А Орлова с тех пор называли только Романом. Полным благородным именем, безо всяких сокращений. Красиво. Роман – это вам не Ваня-на-диване… Ванька-встанька. Иванушка-дурачок. Эх-х…

Борька подтолкнул его под локоть – но поздно. Марина Петровна надвигалась по проходу прямо на них, а она очень не любила, когда ученики считают ворон.

– Ваня Митрофанов, а ты о чем задумался?

– Я, э-э… – Ваня поспешно завертел головой, зацепился взглядом за цифры на доске: – Я решаю то, что в скобках.

– Почему?

– Потому что… – Собравшись, Ваня выпалил то, что знал точно, ведь математика ему всегда давалась хорошо: – То, что в скобках, нужно считать в первую очередь.

Марина Петровна склонила голову набок и повторила:

– Почему ты считаешь то, что в скобках, вместо того чтобы выбрать день и записаться на дежурство, как я попросила?

В классе захихикали. Роман Орлов, который сидел двумя партами впереди, обернулся и посмотрел на Ваню. Даже не посмотрел – так, покосился мимоходом. Будто Ваня не стоит серьезного внимания. Будто он букашка какая-то или мешок с мусором.

«Или последний неудачник, – подумал Ваня, огорченно уставившись в листок с фамилиями, который подпихнул ему под локоть Борька. – Потому что невезучий я, и все тут».

Оказывается, на дежурство записались уже все. И в листке оставалась единственная свободная дата.

Тринадцатое число.

2. Игра в шарики

После математики была большая перемена. Обычно Ваня с Борькой быстро проглатывали что-нибудь в столовой и бежали во двор. Но сегодня дождь лил такой, что на улице делать было нечего.

– Давай, может, в шарики? – Борька сунул руку в карман и побренчал его содержимым.

– Можно, – кисло согласился Ваня, все еще раздосадованный историей с дежурством.

Вообще-то, игру он любил. Ему нравились и сами шарики – стеклянные, тяжеленькие, прозрачные. Старшеклассники находили их иногда на железнодорожных путях, куда младшим ходить было строго-настрого запрещено. Шарики можно было выменять на что-нибудь, и Ваня постепенно собрал коллекцию, целых девять штук.

Играли так: кто-то ставил свой шарик в центр поля. Два игрока расходились в разные стороны и выбирали себе по шарику-битку́. Затем по битку надо было щелкнуть так, чтобы он покатился вперед и попал в чужой шарик, стоящий посередине. Тот, кто выбивал шарик из центра, забирал его себе. Хотя Ваня с Борькой дружили с первого класса и в конце партии всегда возвращали друг другу отыгранные шарики.

Игра в шарики требовала верного глаза… и ровного пола. А с этим в школе было не очень хорошо.

Школа № 13 занимала очень старое и знаменитое здание. Ваня не слишком-то интересовался, но, кажется, когда-то здесь жил какой-то князь… или герцог? В общем, особняк с колоннами, стоящий посреди немного запущенного парка, считался городской достопримечательностью. И директор, Вениамин Константинович, ревностно охранял ее. Будто это его собственный особняк, и парк тоже. Никого не подпускал – ни репортеров из местной газеты, ни даже ремонтных рабочих.

– Сам Пушкин когда-то ходил по этим галереям! – провозглашал директор, воздев палец к потолку с облупившейся краской. – Эти своды слышали дыхание великого поэта! Я не допущу, чтобы здесь установили какие-нибудь подвесные потолки!

В результате парк выглядел попрежнему красивым, но каким-то диковатым. Само здание подновляли снаружи и старательно убирали изнутри – об этом пекся завхоз, Фёдор Михайлович. Но массивные старинные двери постоянно заклинивало. Лепнина на стенах крошилась, и завхозу то и дело приходилось подмазывать щербины свежей штукатуркой. А на полу почти везде лежал древний деревянный паркет, который вытерся и выцвел до цвета сливочного мороженого.

И, если уж тебе хотелось сыграть в шарики, место требовалось выбирать тщательно.

Ваня с Борькой обычно выходили в галерею с большими окнами, которая почему-то называлась рекреацией. В конце эта галерея зачем-то делала поворот – только чтобы почти сразу же закончиться тупиком. В получившийся закуток задвинули огромный тяжеленный шкаф с глухими толстыми дверцами, покрытыми резьбой. Но главное – пол в этом закутке был ровный.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.