- -
- 100%
- +
Глава 1
Яркая вспышка света заставила зажмуриться ещё сильнее. Однако Лана, не понимая, что происходит, всё-таки открыла глаза.
Белая подушка, странный запах спирта, однотонные обои и множество разной аппаратуры – всё это окружало её. Девочка приподняла голову и начала с удивлением рассматривать комнату, в которой очутилась. В углу на деревянной табуретке сидела худенькая девушка в белом халате. Повязка на её руке тоже была белой, и только ярко-красный крест посередине вносил хоть какое-то разнообразие цветов.
Лана наконец решила заговорить. Она глубоко вздохнула и произнесла:
– Где я?
Она не сразу узнала свой голос: так слабо и хрипло прозвучали эти слова. Девушка в белом халате очнулась после недолгого оцепенения: она встала, уронила табурет и с криками выбежала из комнаты, оставив Лану одну.
– Кто-нибудь ответит мне? Что тут происходит? – девочка уже задала вопрос увереннее, однако всё ещё не чувствуя в себе сил. От безысходности и даже немного от любопытства она решила пойти на поиски той загадочной девушки, поднялась с кровати и сделала шаг к двери…
Мир неожиданно покачнулся, по телу пробежали холодные мурашки, перед глазами потемнело. Лане пришлось отступить и снова устроиться на кровати. Поиски подождут. Но почему так кружится голова? Что это за место?
И девочка снова погрузилась в свои мысли, разглядывая опрокинутый табурет, который до сих пор лежал у двери…
Неожиданно в комнату ворвались люди. Сразу несколько человек в белых халатах. Это уже не понравилось Лане. Если та девушка просто спокойно сидела рядом, то эти люди суетились и шумели, наперебой что-то выкрикивая.
К девочке подошёл высокий бородатый мужчина и пристально посмотрел ей прямо в глаза.
– Что-то болит? Ты хорошо себя чувствуешь? Хочешь пить?
– Нет, всё хорошо, спасибо, но… – Лана не успела закончить фразу. Люди выбежали из комнаты с радостными криками – девочка слышала только топот ног и восклицания: «Очнулась! Очнулась! Она очнулась!»
– Но кто вы? – Лана задала вопрос в пустоту. Ей, конечно же, никто не ответил. Девочка снова осталась наедине со своими мыслями.
Спустя несколько минут в комнату снова зашёл тот бородатый мужчина в белом халате. Он долго расспрашивал Лану о самочувствии, постоянно кивая головой и что-то записывая в толстый блокнот. Потом Лану водили по разным кабинетам, измеряли ей давление, температуру… Все, кто вдруг попадались в коридорах на пути к кабинету; все, кого видела девочка, тоже были в белых халатах. Немолодая женщина, которая измеряла Лане давление, чуть не плакала от счастья:
– Это… это она? Она… очнулась? Неужели? Но шансы были ничтожно малы! Неужели? Ей так повезло! Давление пока не в норме, возможны осложнения после комы. Побочным эффектом могут быть болезни, – женщина кивнула бородатому мужчине, сопровождавшему Лану. Как потом заключила девочка, они были коллегами. – Неужели она очнулась… Очнулась!
Лана уже была совсем уставшей, когда её привели обратно в комнату и сказали кого-то ждать. Ноги подкашивались, а голова тяжелела и кружилась всё больше. Что же случилось? Почему девочка никого не знает и совсем ничего не помнит? Кто все эти люди?
Она легла на кровать и закрыла глаза, чтобы хоть немного успокоиться и отдохнуть в тишине. К тому же так девочка чувствовала себя значительно лучше.
Однако её никак не могли оставить в покое. Дверь со скрипом отворилась, и к Лане подбежала невысокая блондинка. По её щекам растеклась тушь, а голубые глаза выглядели счастливыми, хоть и заплаканными.
– Девочка моя… Я так ждала этого момента, – женщина поцеловала Лану в макушку и вытерла слёзы рукавом белого халата. Вдруг её лицо стало добрым, родным и знакомым, как показалось девочке.
– Мама, – прошептала Лана, грустно улыбнувшись.
Да, она узнала в этой женщине свою маму. Она вспомнила ещё, как мама водила её в детский сад, на прогулки, но всё это казалось полузабытым сном. Старые воспоминания были совсем не похожи на новые.
А что было дальше? Детская площадка, двор и каша на завтрак… Друзья, всё тот же детский сад. Куда исчезли её новые воспоминания? Компот, игрушки, детский сад… Так почему же тогда нет школы? Лана начинала сомневаться в том, учится ли она вообще. Нет, если ей четырнадцать лет – а это она знала точно – то она в восьмом классе… Или нет?
– Лана, всё хорошо? О чём ты задумалась? – мамин испуганный голос прервал поток мыслей.
– Да-да, всё замечательно. Только голова немного кружится, – девочка поправила прядь тёмных волос и улыбнулась. Она решила пока никому не говорить о том, что почти ничего не помнит: это ведь ещё нужно проверить.
Мама снова обняла Лану и, всхлипывая, сообщила:
– Завтра утром тебя выпишут из больницы. Врач говорит, что при хорошем самочувствии ты уже завтра сможешь пойти в школу. Конечно, тебе придётся догонять одноклассников, ты ведь пропустила целых три недели! Ну, ничего страшного, ты точно справишься.
– Да, хорошо…
– Ладно, отдыхай, восстанавливайся, – и мама вышла из палаты, закрыв за собой дверь.
Лану снова оставили одну. Однако на этот раз было уже не до размышлений: голова всё ещё кружилась. В конце концов усталость взяла верх, и девочка, сама того не осознавая, погрузилась в глубокий сон.
Глава 2
Она проснулась от шелеста листьев за окном: осины раскачивались от ветра под первыми лучами солнца и шумели, не давая девочке спать.
Сначала Лана просто лежала с закрытыми глазами, однако сон всё никак не возвращался. Тогда она села на край кровати и стала вспоминать вчерашний день. Врачи, кабинеты, встреча с мамой… Но как Лана всё-таки оказалась в больнице? И что насчёт её школы?
Девочка изо всех сил пыталась что-то вспомнить: она сильно зажмурилась и, стиснув зубы, представила разные картины прошлого, на которые только было способно её воображение. Однако мысли путались, и девочка не смогла ничего вспомнить.
Вот как, например, выглядит её школа? Широкое трёхэтажное (или всё-таки четырёхэтажное?) здание? А школьный кабинет? Светлый класс с множеством парт за небольшой дверью с табличкой? А на табличке номер кабинета – 8… Прямо как её класс, восьмой. Лана, школьные кабинеты, восьмой… восьмой «В»! Определённо! Восьмой «В»! Это и есть её класс. Хоть что-то удалось вспомнить! А номер школы… Нет, она не остановится, пока не узнает.
Ещё немного подумав, Лана наконец поймала сбежавшую мысль. Номер школы совпадал с её возрастом. Восьмой «В», четырнадцатая школа. Именно так!
От радости девочке захотелось танцевать, но организм ещё не до конца восстановился, и поэтому она могла лишь, пошатнувшись, встать с кровати и улыбнуться самой себе. У неё получилось! Хотя достижение было небольшим – любой первоклассник может назвать номер своей школы и букву своего класса – оно подбодрило Лану и вселило надежду. Это ведь означало, что ещё не всё потеряно. Что она ещё, пожалуй, сможет многое восстановить в своей памяти.
Неожиданно дверь скрипнула, и в палату ворвалась мама Ланы. Волосы женщины растрепались, халат был застёгнут только на две пуговицы – видимо, она сильно спешила.
– Доброе утро, мама, – сонно проговорила девочка.
– Вещи! Ты собрала вещи? Давай быстрее, у тебя всего пара минут! Приходи к регистратуре. Жду тебя там, документы я уже забрала. Только поторопись! – и мама снова скрылась за дверьми, точно её и не было.
Что ещё за вещи? О чём это она?
Лана осмотрела комнату, протирая глаза. Вещи, вещи… А это что? Её джинсы на тумбочке у кровати? Да, это действительно они. А рядом – её открывающийся золотой медальон. Раньше там лежала фотография, а теперь… Кажется, он был пуст.
Расстегнув нехитрый замочек на подвеске и надев на себя золотую цепочку, она открыла медальон… но так и не смогла увидеть ничего внутри.
Внезапно всё вокруг помутнело и закружилось. Ей пришлось сильно зажмуриться: показалось, что где-то внутри больно ударило. Из её груди донёсся хриплый кашель, сердцебиение участилось, а кислород словно исчез. Она задыхалась.
Только держаться. Бороться до конца. Как угодно, но двигаться дальше.
Она сжала в руке медальон – в лёгких почти не осталось воздуха. Жить и бороться, только не сдаваться. Замочек на медальоне закрыт, медальон в руке… всё снова как прежде. Утренние лучи ярко светят из окна, на табурете лежат джинсы. От кашля не осталось ни следа. Дышать снова легко.
Но что же всё-таки произошло? Что за неожиданный приступ?
Лана выглядела потрясённой: даже головокружение вдруг покинуло её. Она опять что-то забыла… Что она хотела сделать? Вещи, сумка, джинсы… медальон!
Девочка снова открыла его, однако и эта попытка не увенчалась успехом: кашель, тошнота, головная боль – очередной приступ не заставил себя ждать. Но все эти признаки исчезли достаточно быстро. Сразу после того, как в руках Ланы защёлкнулся замочек медальона.
Неужели всё дело в подвеске, с которой девочка почти никогда не расставалась? Как обычные вещи могут вызвать такие страшные приступы кашля? Или всё это просто совпадение?
Лана решила оставить все эти эксперименты и раздумья на потом: времени было совсем мало, а она ещё не собралась. Девочка положила все свои вещи, которые ей удалось найти в комнате, в синюю дорожную сумку. Её уж никак нельзя было забыть: воспоминания о таких привычных предметах сохранились в сознании. А школа… Пройдёт время, и всё вспомнится само собой. Настанет тихая и спокойная жизнь, в которой не надо ни о чём волноваться. Лана хотела жить без забот и проблем, без лишнего внимания других. В тишине и гармонии, может быть, даже в тени.
В дверь неуверенно постучались. Худенькая медсестра перешагнула через порог комнаты и тут же остановилась.
– Вас ждёт мама. Она сейчас находится на первом этаже и просит поторопить Вас. Врачи тоже заждались, все волнуются. Не теряйте время зря.
– Уже иду! – Лана схватила сумку и прошмыгнула в коридор вслед за медсестрой. Растрёпанные чёрные волосы падали на глаза, а голова до сих пор кружилась, однако девочка добралась до лифта без труда.
Увидев старую запачканную кабину, Лана решила, что лучше уж пройти пару этажей пешком. Неужели она уже ездила на таком ужасном лифте? С первого взгляда было ясно, что он может остановиться в любой момент или даже упасть. Хотя, наверное, её доставляли в палату, когда она была без сознания.
Она спустилась вниз, даже не заметив, как преодолела несколько лестничных пролётов. Головокружение сбивало с пути, тихое дыхание участилось, отзываясь в груди сиплым хрипом. Но Лана старалась не обращать на это внимания. Она вышла к небольшой стойке регистратуры, заметив, как её мама о чём-то перешёптывается с медсестрой.
– Наконец-то! Не заставляй нас больше так волноваться, ладно? – женщина обняла дочку и с благодарностью посмотрела на медсестру.
Девочке тяжело было ответить, поэтому она просто кивнула и улыбнулась.
– Ну, идём. Спасибо Вам, до свидания!
– До свидания, – повторила Лана и, держа сумку двумя руками, последовала вслед за мамой.
Больница захлопнула за ними свои старые, но такие же белые, как и халаты врачей, двери. Лана оглянулась, чтобы рассмотреть табличку, висевшую прямо над входом: «Городская больница №1. Отделение 2.» Да, так и есть. Она не ошиблась. Всё-таки в её жизни произошло что-то, из-за чего она угодила в больницу. Но надолго ли? Сколько ей пришлось пролежать там? День, два? Или несколько лет? Нет, наверное, не так долго.
– Чего ты застыла? Идём, время не ждёт! – мама снова прервала её раздумья. Такое случалось довольно часто, но Лана уже привыкла к этому и смирилась: нужно ведь возвращаться к реальности, чтобы навсегда не застрять в собственных мыслях.
– Время не ждёт, – машинально повторила девочка и сделала шаг вперёд, взяв тёплую мамину руку.
Они проходили мимо тихих магазинчиков и старых пятиэтажных домов, мимо узких бульваров и роскошного парка…
До знакомых новостроек было ещё далеко.
Всё вокруг, как думала Лана, будто бы скрывалось за пеленой густого тумана: всё казалось чужим, неприветливым и ненастоящим. Девочка чувствовала, что находится не там, где должна, что что-то идёт не так, как надо… и что она совсем не помнит этих мест. Осознание происходящего тоже словно сталкивалось с какой-то преградой, возникшей между ней и внешним миром: мысли появлялись не сразу, а спустя какое-то время. Все промежутки заполняла страшная прозрачная пустота: и в памяти, и в мыслях, и вокруг неё. Этой пустоты было так много, что девочка терялась в ней и забывала даже простые привычные вещи.
Ветер зашелестел листьями, и вихрь закружился вместе с пёстрым листопадом. Да, похоже, что это октябрь: такой природа бывает лишь раз в году. Парк становился всё ярче и ярче с каждым днём, наполняясь запахом опавшей листвы и холодного дождя. По пустым улицам можно было определить, что уже наступило утро очередного рабочего дня, но вот только отличить понедельник от четверга было невозможно. Так значит, что все находятся или в школе, или на работе…
Тишину осенней улицы нарушил гул машины, вскоре умолкнувший вдалеке. Лана отвлеклась от своих мыслей и, возможно, впервые за день увидела знакомое здание. Сомнений не могло быть. Вот он, дом. Они добрались.
Прямо перед девочкой возвышалась постройка из светло-коричневого кирпича: с улицы можно было отсчитать десятый этаж и найти окно её комнаты – Лана сделала это уже по привычке и с удивлением заметила движение за окном, зажжённый свет… В её комнате кто-то был. Девочка не произнесла ни слова, лишь крепче сжала мамину руку. Что это – галлюцинации, ограбление или что-то другое? А может быть, волнение напрасно? Может, это пустяки? Лана решила, что лучше не фантазировать на эту тему, а просто как можно скорее очутиться в комнате и самой всё увидеть.
Подъезд, лифт, поворот ключа в замочной скважине, и дверь двухкомнатной квартиры открылась… Внутри действительно кто-то был: как только мама с дочкой переступили через порог, с кухни послышались шаги, тихо промелькнула чья-то тень.
Тогда Лана сбросила на пол сумку, на ходу сняла осенние ботинки, перепрыгивая с ноги на ногу, и решительно помчалась прямо на кухню.
– Стоять! Не двигаться! Что Вы здесь делаете?! – девочка с криком ворвалась на кухню. Прямо перед ней стояла женщина средних лет. Она удивлённо рассматривала девочку, хлопая длинными ресницами.
– Ланочка, как я рада, что вы вернулись! С тобой всё хорошо? – после этих слов незнакомки Лана растерянно взглянула на маму, пытаясь найти поддержку. Но и мама словно находилась в другой вселенной и совсем не понимала волнение дочки.
– Здравствуй, Юля! Спасибо тебе большое, что похлопотала тут! Ты очень помогла! Лана, что ты там говорила и кому? Что-то случилось? – все надежды окончательно рухнули. Даже мама оказалась на противоположной стороне.
– Нет, всё хорошо, – сквозь зубы проговорила девочка и продолжила упорно прожигать взглядом незнакомку. Что ещё за «Юля» в их квартире?
– Не хочешь ли отдохнуть? Ты иди, приляг, тебе нужен отдых. Ох, бедняжка! Небось до конца не восстановилась ещё, ей бы дома недельку-две посидеть, – после таких слов Лана нахмурилась. Она не любила, когда её жалели, да еще и незнакомые люди. Ей не понравилась эта странная Юля. Да и девочка чувствовала себя вполне неплохо, если, конечно, не считать кашля и тех неожиданных приступов…
– Ничего-ничего, завтра в школу пойдёт, – заметив недовольство дочки, сообщила мама.
– Ах, Маша! Да как же так можно! Она же только после комы!
– Школа пойдёт ей на пользу. В обществе она быстрее восстановится.
Лана не стала дослушивать разговор мамы со своей подругой. В конце концов, именно к такому выводу пришла девочка: Юля могла быть маминой подругой или, например, отзывчивой соседкой. Но память Ланы упорно её игнорировала, будто отказываясь признавать, что девочка уже видела эту женщину.
Разговоры на кухне были негромкими, однако даже из соседней комнаты улавливалось напряжение между собеседниками. Казалось, что скоро они перейдут на повышенные тона, но этого, к счастью, не происходило. Спорили ли они о здоровье Ланы и о том, стоит ли ей идти в школу? Никто не знал. Лана устала от всей этой болтовни и с удовольствием рухнула на широкую кровать в своей комнате, а не на скрипящую больничную койку.
Неизвестно, повлиял на ситуацию приглушённый свет или плохое самочувствие, однако девочка закрыла глаза и почти сразу провалилась в сон…
Глава 3
Её разбудили яркие лучи утреннего солнца и звон будильника. Лана не сразу поняла, что происходит: даже вчерашний день вспоминался с трудом. В голове всё путалось, становилось мутнее и непонятнее. В соседней комнате уже кипела жизнь – на кухне был включен телевизор, а масло на сковороде шипело уже несколько минут.
Медленно протирая глаза, Лана направилась в ванную, чтобы умыться.
Однако даже холодная вода не помогла окончательно проснуться: из зеркала на Лану смотрело всё то же полусонное лицо; тёмно-голубые глаза оставались полуоткрытыми, а чёрные волосы – такими же растрёпанными.
– Доброе утро! Завтрак готов! – мамин голос заглушил шум телевизора с кухни.
– Иду… – протянула девочка, нехотя ступая по холодному полу.
Глазунья из двух яиц уже остывала на тарелке. Рядом лежала пара немного подгоревших тостов, и девочка взяла их в первую очередь. Запивая завтрак чаем, Лана размышляла о предстоящем дне: что же ждало её в школе? Физика, английский или история? Расписание она, конечно же, забыла. Ведь она уже не помнила ни лиц, ни имён, ни дат, ни другой важной информации… Ни даже, например, маминой подруги Юли. Всё, что произошло вчера, расплывалось, оставляя лишь смутные образы. А вот что было ещё одним днём раньше… Прошлого словно не существовало. Это был новый, совсем ещё чистый лист жизни. Последний ли?
Лана ещё немного посидела за завтраком, не обращая внимания на всё ещё шумевший телевизор, а затем, улыбнувшись маме, направилась в свою комнату.
– Спасибо, очень вкусно! – на ходу выкрикнула девочка.
После того как она уложила в рюкзак немаленькую стопку тетрадей и учебников, ей стало известно её ближайшее будущее. Расписание из дневника не предвещало ничего хорошего: в ту среду как будто нарочно собрали самые ненавистные предметы. Лана нахмурила брови и тяжело вздохнула, понимая, что ей предстоят многочисленные разъяснения со строгими учителями и изучение, пожалуй, пяти-шести тем по каждому предмету. Да, пролежав несколько недель в больнице, она пропустила немало…
От мыслей отвлёк зазвонивший будильник – пора. Лана схватила школьный рюкзак и, на ходу надевая куртку, выбежала из квартиры. Она крикнула маме пару слов на прощание и закрыла входную дверь. Ей предстояла дорога до школы.
Вся трудность заключалась в том, что девочка никак не могла вспомнить путь до школы. Память снова её подводила. Лестничный пролёт, подъезд… Но куда идти дальше? Лана машинально повернула направо и пошла вперёд. Она надеялась, что ноги сами выведут её на нужную дорогу, решила положиться на интуицию… И не ошиблась.
Массивное здание школы возвышалось прямо перед ней. Девочка добралась до цели каким-то чудом, чуть ни заблудилась в родном городе, но все эти трудности уже были позади.
Школа, как обычно, дружелюбно приняла Лану в свои двери. Для девочки это было то место, где она проводила, пожалуй, даже больше времени, чем дома. Она подолгу сидела в школьной библиотеке, делая уроки, с удовольствием ходила на разные факультативы. Лана знала там каждый уголок, каждый кабинет и каждый подоконник… Сколько же она пропустила? Сколько времени прошло с тех пор, когда она была в школе в последний раз?
Лану встретил шум разговоров, топот ног и… звонок. О нет! Неужели опоздала? Не может быть! Она ведь никогда не опаздывала – что-что, а это девочка знала точно. Пунктуальность всегда была одним из её лучших качеств, её частью. Что там по расписанию? Биология? Вот бы не досталось за опоздание!
Восьмиклассница будто взлетела вверх по ступенькам на второй этаж и с бешеной скоростью ворвалась в класс. Она остановилась в дверном проёме, пытаясь восстановить дыхание. Сердце билось часто и неровно.
– Здравствуйте… Прошу прощения, я… Могу ли я… войти в кабинет? – речь лилась прерывисто, с длинными паузами: Лане было трудно говорить, так как она не успела отдышаться.
– Светлана! Наконец-то ты вернулась! Что же, проходи, садись на своё место. Ты ведь не забыла, за какой партой ты сидишь? – учительница биологии, невысокая пожилая женщина, говорила с улыбкой и едва заметным сожалением. Видимо, в тот момент она не была настроена на то, чтобы ругать кого-то за опоздание, тем более внимательную и трудолюбивую Лану.
– А где моё место? – девочка задумчиво осмотрела класс в поиске свободной парты.
– Вот тут, на втором ряду, рядом с Алисой. Присаживайся, Света.
– Эм… Возможно, Вы забыли, но я не Света. Лана и есть моё полное имя. Лана, а не Светлана.
– Да-да, помнится, ты уже что-то такое говорила… Бедная девочка! Что же, нам нужно начинать урок. Ох, Светлана, сколько же тебе придётся догонять…
Лана не стала в который раз исправлять учительницу, а спокойно прошла к парте. Девочка разложила все вещи и стала слушать преподавательницу, пытаясь понять хоть что-то. Это ей не совсем удавалось, но Лана не отчаивалась, приступив к чтению учебника – может быть, там всё написано понятнее? Но и это не помогало. Ещё и на неё весь урок как-то странно смотрела соседка по парте. Кажется, её звали Алиса, но Лана её совсем не помнила – видимо, раньше они не очень много общались.
Зато совсем недалеко – на соседнем ряду – ей активно подмигивала и жестикулировала та, которую нельзя было забыть спустя тысячу лет разлуки, несмотря на регулярные провалы в памяти. Это была её лучшая и единственная подруга. Мирослава. Это имя очень подходило девочке: ясные серо-зелёные глаза, солнечная улыбка, которая никогда не пропадала с её лица. Лана не знала ни одного человека, который бы ассоциировался у неё со словом «мир». Кроме самой Миры, разумеется.
Вероятно, подруга требовала от Ланы объяснения всего происходящего. А может, просто хотела поболтать после долгой (или всё-таки недолгой?) разлуки.
Неожиданно нужная мысль пришла девочке в голову: это было именно то, что могло бы направить на правильный путь в поиске разгадки. Вдруг Мира знает, как Лана попала в больницу? Вдруг она видела, что произошло? Наверняка ещё до комы лучшие подруги часто переговаривались и делились друг с другом важной информацией.
Итак, появилась надежда узнать хоть что-то. Конечно, Мира ей поможет! Вместе они точно справятся!
Весь урок Лана сидела как на иголках. Каждую минуту она оглядывалась на часы и ждала того момента, когда наконец прозвенит звонок на перемену. Девочка сама себя не узнавала: когда она в последний раз так пренебрегала учёбой? Неужели любопытство способно победить принципы?
Когда непонятная речь учительницы вдруг прервалась, прозвучала долгожданная фраза: «Урок окончен! Все свободны». А затем ещё одна, только уже совсем не долгожданная: «Светлана, приди ко мне в кабинет завтра после уроков, тебе нужно будет написать контрольную работу! До свидания!»
Ну вот, придётся потратить время на биологию. Так ли важна эта контрольная, чтобы к ней готовиться? Стоит ли вообще приходить?
Лана рассерженно сгребла все свои вещи в рюкзак и покинула кабинет с группой одноклассников. Конечно же, она сразу начала искать глазами единственное знакомое лицо среди всей толпы учеников. Где же, где?
Мира не заставила себя долго ждать: лучшая подруга сама быстро отыскала девочку и уже мчалась ей навстречу.
Во время их приветствия слова не играли роли. Кто-то неожиданно обнял девочку, и Лана узнала знакомое тепло объятий. Воспоминания, пока ещё медленно, начали собираться в единое целое. Картина дружбы складывалась из маленьких кусочков…
Мира. Это, безусловно, была она.
– Как долго мы не виделись! Подумать только, ты вернулась! Я уже и не надеялась встретиться с тобой в этом году! Тут столько всего произошло! Я так соскучилась! – на лице Миры сияла улыбка, а глаза радостно горели.
– Я тоже… Сколько я пропадала?
– Ну, как сказать, – девочка задумалась. – Всё то время, которое ты находилась… А кстати, где ты была?
– Как… Подожди… Ты разве ничего не знаешь? – огонёк надежды медленно погасал. – Так, а когда я пропала из школы?
– Около месяца назад. Или двух… Погоди, я ведь даже дату запомнила! Ну да, последний раз ты была в школе десятого сентября. Прошёл месяц и одна неделя.
– Ага… Кажется, ты ещё всё-таки не знаешь…
– Чего не знаю? – Мира вопросительно нахмурила брови.
– Всё это время я была в больнице. Только вот я не помню, как я туда попала. Похоже, что я лежала в коме и чудом очнулась. Ты случайно не знаешь, как такое могло произойти?