Фишер. По следу зверя. Настоящая история серийного убийцы
- -
- 100%
- +
«Я услышала шум в нашем коридоре и увидела, как подросток требует, чтобы муж пошел с ним в милицию. Подросток даже силой хотел его увести, но Страхов сопротивлялся».
«У второго мальчика были красные глаза, видимо, до этого он плакал, – дополнила рассказ матери 27-летняя дочь Страхова Лилия. – Я спросила, что произошло. Он ответил, что дядя, имея в виду моего отца, пытался совершить с ним то, что делают с женщинами… Я вошла в комнату и нанесла отцу пощечину».
Шокированная поведением отца молодая женщина даже дала ребятам двухкопеечную монету, попросив, чтобы они сами позвонили в милицию из телефона-автомата за углом. В суматохе забыла, что за звонки в экстренные службы платить не нужно.
В общем, если рассуждать логически, некий далекий мотив убить школьника Лешу Чалова у Страхова был, ведь из-за этого парнишки выпивоха мог получить реальный срок. Да, уголовное дело пока не завели. Но кто знает, куда родители подростка могут пожаловаться на волокиту?
Инна Страхова сообщила, что в день убийства Чалова ее мужа не было дома примерно с трех дня до семи вечера. Пришел, как всегда, пьяный. И действительно принес вместо стеклотары две бутылки пива. При этом женщина сообщила и такую странную деталь: вернувшись домой, Юрий Страхов сразу же закрылся в ванной, начал чистить одежду, в которой ходил весь день, и даже застирал брюки. Хотя чистюлей раньше никогда не был.
Что за подозрительное поведение? Следы чего именно мужчина пытался замыть?
Итак, экспертиза установила: мальчик был убит между 17 и 18 часами. А мог Страхов только для отвода глаз сказать, что уходит сдавать бутылки, и уехать в сторону Катуара? Известно, что из дома он вышел около 15. От дома Страховых в Институтском переулке до станции Долгопрудная не больше 10 минут пешком. Электричка до Катуара едет минут 25. Дойти до леса – около 20 минут. Теоретически он вполне успевал провернуть это – убить мальчика и возвратиться к семи часам вечера домой. Правда, для этого он должен был точно знать, что пожаловавшийся на него подросток в этот день отправился к бабушке, а потом еще и в лес за березовым соком. Разведку он, что ли, проводил? Следил? Или имел сообщника?
Тем временем красок к портрету Юрия Страхова на допросе добавила и его дочь Лилия:
«Он очень жестокий, и ему убить человека ничего не стоит. Он часто избивал мою мать, бросался на нее с ножом. А я неоднократно замечала его в компании подростков».
Вечером 19 апреля сама молодая женщина ходила в гости. Вернулась ближе к 20 часам, когда отец был уже дома.
И тут всплыл еще один подозрительный документ. Оказалось, что вечером 20 апреля, на следующий день после убийства, Юрия Страхова задерживала милиция… в Катуаре.
«Будучи в пьяном виде на улице Вокзальная, беспричинно приставал к прохожим с грубой нецензурной бранью, на замечания не реагировал», – записал местный дежурный капитан милиции Коняхин.
Какого же черта алкоголик из Долгопрудного делал через сутки после смерти мальчика в Катуаре? Это все-таки не соседние населенные пункты, случайно там оказаться невозможно.
Тем же вечером к Страховым в дверь позвонили незваные гости.
«К нам пришли две женщины и мужчина, – рассказала Лилия. – Мужчина был выпивший, он рвался к отцу, угрожая его убить, а женщины его сдерживали. По разговору я поняла, что они вспоминают тот февральский случай…»
Судя по всему, это обезумевший от горя отец Леши Чалова пытался совершить самосуд. Вскоре к дому Страхова приехала милиция…
Извращенца арестовали и начали проверять на причастность к убийству школьника. Назначили целый список экспертиз – по крови, по волосам (на теле подростка могли остаться волосы его убийцы), по поту, по отпечаткам пальцев (их обнаружили на банках с соком), по следам обуви, которые нашли на месте убийства.
Однако крепких улик против Юрия Страхова экспертизы не добавили. По потовому следу пришло заключение с формулировкой: «Нельзя исключать возможности примеси пота Страхова». Нечто подобное и по экспертизе окурка, который обнаружили недалеко от места убийства: «Выкуривание сигареты Страховым не исключается».
Кроме того, в Катуаре нашлось сразу несколько свидетелей, видевших в лесу в день убийства мальчика высокого молодого мужчину лет 25–30. Причем это было как раз в промежутке между 15 и 19 часами. Милицейский художник даже набросал портрет со слов допрошенных. И на Страхова этот неизвестный с фоторобота совсем не был похож.
Глава 4
Криминалистика-1986
В наши дни убийство несовершеннолетних почти всегда берут на особый контроль. И уж тем более, если оно совершено с особой жестокостью. А в середине 1980-х это вообще было событием из ряда вон выходящим. Особенно учитывая обстоятельства: убийца не просто задушил подростка, он ему уже после смерти перерезал горло и отсек половой орган.
– Это было ЧП областного масштаба, – рассказывает мне Алексей Мотылёв, в 1986-м – прокурор-криминалист Московской областной прокуратуры. – Но тогда и преступность была несколько иной. Например, в начале 80-х какой-то год по Подмосковью остались нераскрытыми шесть убийств. Первый зампрокурора области собрал весь личный состав следствия прокуратуры и устроил разнос. С кулаками, с матюгами: «Шесть убийц ходят на свободе, по нашим улицам, а вы тут… Марш в районы!» Мы, воодушевленные пинком начальства, поскакали. Все шесть убийств мы, правда, не раскрыли, но по трем преступников все-таки нашли. Тогда это считалось достаточно неплохим показателем. А всего через несколько лет, после развала СССР, началось такое, что в Подмосковье и по 300 убийств оставались нераскрытыми. Жуткая была статистика!
Но на дворе все еще 1986 год. Так что к поискам убийцы отнеслись более чем серьезно. В материалах уголовного дела большой массив данных по проведенным проверкам. На эту работу бросили силы не только районной прокуратуры (во времена СССР и еще 20 лет после именно это ведомство занималось расследованием убийств, Следственный комитет России был создан в 2011 году. – Здесь и далее в скобках примечания автора.), но и, конечно, местной милиции.
В Дмитровском районе (Катуар передали Мытищинскому округу лишь в 2018-м) проверили сотни мужчин. Искали тех, кто в тот субботний день в период между 17–18 часами даже чисто физически мог оказаться в Катуаре. Шли посписочно по жителям и сотрудникам всех организаций неподалеку.
И здесь, конечно, важно объяснить возможности криминалистики того времени.
Скажем, в наши дни происходит убийство. На место вместе с операми приезжает следователь-криминалист (официально он называется именно так). Его задача – обследовать место преступления и найти улики, которые помогут выйти на след убийцы. В том же СК Московской области у криминалиста всегда с собой чемоданчик со всякими вспомогательными штуками, так называемый унифицированный криминалистический комплект. А помимо этого еще и как минимум полдюжины различных полезных устройств.
Предположим, обстоятельства убийства такие же, как в 86-м в Катуаре. В чаще найдено тело. Очевидцы заметили подозрительного человека, который болтался по лесу между станциями.
Разумеется, сегодня первым делом начнут искать камеры видеонаблюдения, которые могли снять подозреваемого. Изымут записи с самых очевидных, стоящих на станции. Но ведь помимо них могут быть и другие, в том числе замаскированные, например где-нибудь на территории той же промзоны, мимо которой обязательно прошагают все идущие со станции Катуар люди. Для поиска у следователя-криминалиста есть прибор «Оптик-2». По виду это нечто вроде бинокля, в который нужно смотреть, поднося к глазам. И эта штука способна найти, подсвечивая в объективе красными или зелеными точками, вообще все камеры, даже скрытые, на расстоянии до 50 метров.
Плюс в наше время у следствия есть возможность запросить биллинг – данные телефонов, которые в указанное время оказались в этой местности.
Я уж не говорю о детекторах нелинейных переходов, которые находят на местности мобильники, сим-карты и другую технику, потенциально полезную для расследования, или георадарах, способных рассмотреть пустоты в грунте или смешанный состав почв – так теперь выявляют места захоронений тел.
Такая же история и с экспертизами найденных на теле убитого биологических следов. Сегодня следствию порой достаточно получить буквально чешуйку кожи подозреваемого или потожировые следы, чтобы расшифровать данные его ДНК. Даже если этого человека еще нет в базах, специалисты могут, например, выявить его гаплотип – регион происхождения, национальность. А это уже здорово сузит список подозреваемых, особенно если гаплотип окажется редким.
Но все эти чудеса появились в криминалистике буквально за последние 10–15 лет. В 1980-е таких технологий не существовало.
И это говорит только о времени, а не о людях. Криминалисты тех лет были профессионалами с большим опытом, и им приходилось работать с тем, что есть.
– В то время у нас по экспертизе крови было всего четыре определяющих признака: резус – положительный или отрицательный, а также еще три, которые выявляют те или иные антигены, – продолжает Мотылёв.
Иными словами, даже по крови можно было получить совпадение только в самых общих чертах: группу с кое-какими нюансами.
– И вот ты беседуешь с задержанным, предъявляешь ему результаты экспертизы: «Ну вот же, на месте происшествия найдена кровь твоей группы». А он тебе: «Начальник, а у тебя какая? Тоже первая положительная? Так, может быть, это твоя?» (Первая и вторая группы крови встречаются соответственно у 33 % и 36 % жителей России.) И смотрит на тебя нахально. А возразить ему и нечего.
Так что в то время для эффективной работы нужны были хорошие оперативные подходы, умение добывать информацию через людей, искать источники, которые что-то видели, что-то знают.
Некоторые ученые пытались облегчить следственным группам поиски преступников.
– Тогда же, в 1980-е, для следователей и криминалистов выпустили так называемые таблицы Видонова, – вспоминает Алексей Александрович. – Это такая большая книга с таблицами по разным видам смертей, тип жертвы и так далее. Заполнив все клетки в этой таблице, ты можешь – в теории – вычислить лицо, которое совершило преступление. Не конкретные Ф. И. О., конечно, но станет ясно, где искать. Одно время нам начальство рекомендовало использовать эту книгу: «Это новое слово в криминалистике! Прорыв!»
Автор книги – сотрудник Горьковской прокуратуры Леонид Видонов. (Горький – название Нижнего Новгорода с 1932 по 1990 год.) Для этой работы он изучил около 1000 уголовных дел об убийствах, отмечая те или иные закономерности, а также детали в уликах, которые говорят о личности преступника.
– Конечно, он проделал большую работу. Но есть нюанс. Горьковская и Московская области, как говорят в Одессе, две большие разницы. Я на своем примере могу сказать. Для крупных подмосковных городов вроде Люберец, Химок или Раменского эти таблицы вообще не работали. А вот по маленьким городкам типа Талдома или Шатуры в принципе можно было что-то почерпнуть. И тем не менее большей эффективности следствию книга не добавила, поэтому от таблиц Видонова довольно быстро отказались.
В 1986-м прокурору-криминалисту Алексею Мотылёву было 32 года. Он получил высшее образование во Всесоюзном юридическом заочном институте (сейчас это Академия МВД имени О. Е. Кутафина) и был принят в Прокуратуру Московской области на должность прокурора-криминалиста.
– Областное управление находилось в Москве, на Тверском бульваре, 18, через дом от МХТ. Старинный особнячок – небольшой, неудобный, но уютный. У нас, криминалистов, был свой подвальчик. Там мы и размещались – три прокурора-криминалиста, которые работали на всю область. Я был самый молодой.
Только три криминалиста на такую большую область?! (В наши дни, например, в Управлении криминалистики ГСУ Следственного комитета России по Московской области работают 22 следователя-криминалиста.)
– На весь Советский Союз тогда насчитывалось всего 360 прокуроров-криминалистов. Я же говорю: такой был уровень преступности.
Алексей Мотылёв рассказывает, что подмосковные прокуроры-криминалисты поделили между собой область на три части – кому в какие районы выезжать.
– Помню, весной 1986-го я ходил в отпуск. Когда вернулся, коллега рассказал, что у него в Дмитровском районе, в Катуаре, нашли обезображенное тело мальчика. А летом еще одного убитого подростка обнаружили около пионерлагеря – уже на моей территории в Одинцовском районе.
Глава 5
Пионерлагерь «Звездный»
10 июля 1986 года, четверг.
На этот раз это была Часцовская – небольшая станция между Голицыно и Кубинкой. Убийце она уже давно приглянулась тем, что обычно здесь выходит не так много людей, как на соседних, «городских». Вокруг густые леса, и на тропинках почти нет гуляющих граждан, то есть потенциальных свидетелей. Но при этом рядом расположено несколько детских лагерей.
С утра погода была пасмурная, периодически припускал дождь, поэтому он предусмотрительно надел резиновые сапоги. Кто знает, сколько сегодня бродить придется. Куртку, конечно, захватил. И все ту же черную сумку с «набором»: бинокль, нож, веревка.
На Часцовскую он ездил еще с 1984-го. И за это время прекрасно изучил окрестности. От станции всего несколько минут ходьбы до Можайского шоссе. Дальше трассу нужно перейти и двинуться через лес по дороге, выложенной бетонными плитами. Обычно он так неспешно доходил до места, где эту сельскую однополоску пересекала просека с деревянными столбами, по которым в обе стороны расходились электропровода. Здесь он чаще всего поворачивал налево, чтобы прямиком добраться до ближайшего пионерлагеря. Он даже названия его толком не знал, кажется, «Звездный».
К воротам и ограде никогда не подходил, чтобы не засветиться. Зато любил подолгу наблюдать издалека со стороны леса. Для этого и нужен был бинокль.
Уже давно разведал, что в заборе есть дыра – несколько выбитых досок. Через эту пустоту по несколько раз в день вылезали ребята. Кто-то ставил кротовницы – маленькие капканы из проволоки, рассчитанные на мелких животных. Но чаще территорию лагеря покидали, чтобы покурить. Спрячутся от взрослых, подымят немного и назад. Правда, одиночек почти не было. Обычно пацаны выходили по двое, по трое.
Он приезжал сюда во второй половине дня, с 16 до 19. В лагере как раз заканчивался тихий час, и местные хулиганы начинали бегать туда-сюда через забор. Сегодня был четверг, будний день, но с работы удалось отпроситься – придумал какую-то отговорку.
За лагерем можно было присматривать через поле, спрятавшись в большом лесу. Он простоял так с биноклем около часа. И вдруг увидел бегущего со стороны «Звездного» мальчика лет двенадцати-тринадцати, худощавого, темноволосого. Ребенок добрался до деревьев и закурил. Мужчину он не заметил. А тот стоял метрах в тридцати от него, просто наблюдая. Потом огляделся по сторонам и медленно начал приближаться.
Притворился грибником, будто что-то увлеченно высматривая у себя под ногами. Выглядело это очень даже логично – погода сырая, недавно дождик прошел, самое время радостно лезть из земли лисичкам да маслятам.
Увидев незнакомого взрослого, мальчик не испугался. Это же не вожатая, не директор лагеря – посторонний за курение не наругает, ему на такое плевать с высокой колокольни. Школьник, наоборот, будто даже обрадовался: тут же у дяденьки-грибника сигаретку попросил. Мужчина слегка улыбнулся, достал одну из пачки и стал приближаться. Но подойдя, резко схватил подростка за грудки и приказал: «Пойдем, поможешь мне в одном деле!»
И, не давая опомниться, потащил мальчишку в лес. Тот от неожиданности даже не сопротивлялся.
А убийца точно знал, куда ведет ребенка. Давно уже нашел в окрестностях «Звездного» старый полуразрушенный сруб, избушку. Черт его знает, что это раньше было. Домик лесника, может? Впрочем, это тоже неважно. Главное, что место подходящее: спрятано в густых деревьях, и никто рядом не ходит…
Глава 6
Барышня и хулиган
Дима Маляев пропал после полдника. Несколько человек видели, как он вместе со всеми крутился у беседки, где пацаны из старших отрядов рубились в настольный теннис. А затем Маля (так мальчика называли друзья) куда-то ушел. На ужин не явился. В сумерках его покричали, поискали на территории. Наутро даже выводили сотрудников и ребят постарше за территорию. А вот в милицию обратились лишь на третий день, потому как были уверены, что в этой истории замешана одна красивая девочка…
Путевки в пионерлагерь «Звездный» раздавали по линии профсоюза работникам нескольких московских заводов, в том числе знаменитого «Фрезера». Дима ездил туда, под Одинцово, с первого класса – уже седьмое лето подряд. И чаще всего даже не на одну смену. В наше время смена в детском лагере может длиться и 10 дней, а тогда были только длинные – без малого месяц. Семиклассник Маляев провел в «Звездном» весь июнь, но на июль снова приехал. Правда, уже несколько «пораженный в правах».
Дело в том, что Дима числился в списке местных хулиганов, он курил. И это было секретом полишинеля даже для вожатых.
«Его как-то раз на линейке обсуждали за то, что с еще двумя мальчиками они курили на дереве и не спали до 4 часов утра», – вспоминала одна из опрошенных девочек.
А еще во время первой смены Маляев оказался в группе восьми мальчиков, которые тайком забрались в вожатскую комнату и дымили там, как паровозы. За этим занятием их и застукали, поэтому участников «восьмерки», вернувшихся на июль, директор лагеря разбросал по разным отрядам и запретил друг с другом общаться.
События последней недели жизни мальчика восстановлены по показаниям детей и сотрудников «Звездного» из уголовного дела.
Вторая смена заехала 2 июля. Следующие несколько дней, как вспоминали ребята, они готовились к официальному открытию лагеря. На празднике каждый отряд должен был показать себя с наилучшей стороны. «Вожатки» усиленно учили с детьми песни, речевки, девизы отрядов и так далее. А в свободное время пацаны играли в футбол, настольный теннис или просто валялись на кроватях в корпусе, болтая о том о сем.
5 июля. На открытии смены все, понятное дело, должны были выглядеть как с иголочки: белые рубашки, отглаженные галстуки, пилотки. А у Димы Маляева рубашки не оказалось. В городе забыл! Либо только так сказал, а сам спрятал? Но факт остается фактом: его, чтобы не выбивался из строя на смотре пионерской песни, оставили в корпусе.
6-го был день как день, ничего особенного.
7-го в «Звездном» устроили чемпионат среди девочек по пионерболу (см. Досье). Пацаны пошли болеть за свой отряд. И Димка Маляев был со всеми на трибунах.
Досье
Пионербол
Эту игру придумали в СССР еще в 1930 годы – для учеников младшей и средней школы, которым пока еще тяжеловато играть в классический волейбол.
По сути пионербол является смесью волейбола (играют через сетку на волейбольной площадке волейбольным же мячом) и баскетбола (мяч на весу держать не нужно, но с ним в руках разрешено сделать не более трех шагов, после чего должна последовать передача партнеру по команде или бросок через сетку).
В каждой из команд на площадке одновременно находятся по шесть человек. Подачи от дальней линии делаются не ударом, а броском.
На следующий день, 8 июля, их отряд организованно вывели за территорию лагеря. Для конспирации. Они начали загодя готовить песню к закрытию смены и, чтоб другие отряды не узнали, какую именно (там же оценки за оригинальность жюри ставить будет!), порепетировали на полянке. А потом ребятам дали свободное время. Кто-то пошел ягоды собирать, а Маляев успел покурить, спрятавшись за кустами. Вечером того дня были танцы, и Диму там тоже видели.
«10-го мы встали, на зарядке Маляев был, я его видел, – вспоминал восьмиклассник Володя Иванов. – Потом завтрак, где Дима тоже был. После этого мы убирали территорию лагеря, и Дима точно участвовал, потому что мы были в одном звене, мы вместе работали. На обеде я его тоже помню».
В уголовном деле есть показания старшего оперуполномоченного Юрия Смолькова из Кубинского отдела милиции, к которому территориально относится «Звездный». По его словам, директор лагеря Олег Рыбин написал заявление об исчезновении ребенка лишь утром 12-го. (То есть только на третий день, часов через 40 после фактического исчезновения ребенка.) Проверку поручили Смолькову, он вместе с директором приехал в лагерь и начал опрос детей.
«Из объяснений ребят я узнал, что в первой смене Маляев дружил с девочкой, которая на вторую смену не приехала. Кто-то из детей принес из тумбочки Маляева письмо в конверте. Там было написано, что родители уезжают на юг и берут ее с собой. Она писала, что поезд уходит 11 июля, и, если он сможет, пусть приедет проводить. Это письмо я изъял».
Девочку звали Ира. О ней вспомнили сразу несколько ребят: многие видели, что Дима ей симпатизировал, они иногда общались, между ними зарождалась «дружба», как сказали бы тогда. А письмо, кстати, прислали не по почте. 7 июля его привезла в лагерь сестра Иры – та попросила передать конверт Диме лично в руки.
«Я был уверен, что мальчик уехал к этой девочке, так как по числам выходило, что мог уехать, – уточнял милиционер».
Директор лагеря сказал, что знает адрес этой девочки, и тут же послал к ней домой в Москву служебную машину. Он же, Рыбин, сообщил, что лучший друг пропавшего Маляева – некий Андрей Власьев. Только прямо сейчас с ним побеседовать никак не получится. Дело в том, что этим субботним утром мать приехала проведать Андрея, а мальчик внезапно попросил увезти его из лагеря. Они уже на станцию ушли.
«Вместе с директором лагеря мы на автомашине поехали за ними и около платформы на Можайском шоссе догнали, – продолжает милиционер. – Я попросил мать подождать в стороне, а сам начал беседовать с мальчиком. Власьев говорил мне, что действительно Маляев хотел уехать домой и что действительно девушка написала ему письмо».
Сам Андрей Власьев последний раз видел своего товарища вечером 10 июля. Около 17 тот был у стола, где ребята про очереди играли в настольный теннис.
«Маляев был какой-то угрюмый и звал Власьева с собой в лес, но тот отказался, – пересказывал разговор с подростком милиционер Смольков. – Сам Маляев пошел к дыре в заборе за туалетом, и больше его никто не видел».
По словам опера, вид у Власьева во время их беседы был испуганный, настороженный, растерянный. Когда Смольков спросил у женщины, почему она увозит сына, та ответила, что он сам попросил: якобы ему надоело быть в лагере, там грустно и скучно.
«Еще дети, которых я опрашивал, говорили, что Маляев из столовой таскал хлеб и складывал к себе в тумбочку».
Это еще зачем? Готовил припасы для путешествия к девочке, которая просила приехать на вокзал?
Но вскоре после того как оперуполномоченный покинул лагерь, к администрации прибежали плачущие женщины-поварихи. Диму Маляева нашли в лесу мертвым.
Глава 7
Тень у забора
На тело случайно наткнулись грибники. Их было пятеро: мужчина, три женщины и ребенок.
Из материалов уголовного дела:
«Свидетель Патрусов показал, что 12 июля 1986 года около 15 часов он со своими знакомыми пошел в лес за грибами в сторону деревни Угрюмово. Переходя просеку, мужчина заметил один резиновый сапог темного цвета примерно 37 размера, а затем дальше увидел лежащего к нему спиной обнаженного человека. Подошли вместе с остальными ближе и поняли, что он мертв: отсутствовала голова, живот разрезан».
Другие грибники вспоминали:
«В нескольких метрах от трупа заметили мужчину лет 30–35, высокого роста, сутуловатого, с темными волосами. Он ковырял ножом ствол дерева. Обратили внимание на неестественность его поведения: несмотря на то что при виде трупа мы возбужденно стали обсуждать происшествие, мужчина, не обращая на нас никакого внимания, быстро скрылся».
Ошарашенные грибники начали выбираться из леса, чтобы найти телефон и позвонить в милицию. И вскоре встретили группу женщин. Оказалось, это сотрудницы пионерлагеря «Звездный» и накануне там пропал мальчик.