Видящая. За гранью реальности

© Лариса Рогулева, 2025

ISBN 978-5-0067-5108-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

История, которая произошла в тот год, стала для меня таким потрясением, что сознание предпочло о ней забыть до определенного времени.

Когда мне исполнилось шесть лет, я осталась жить с бабулей. Родители, историки не только по образованию, но и по призванию, уехали на раскопки в Египет. Сначала я плакала, так как безумно скучала, но постепенно бабушка стала занимать в моем сердце все больше и больше места, вытесняя тех, кто променял меня на работу, пусть даже и любимую.

Я подружилась с соседскими мальчишками. Вскоре нам предстояло вместе пойти в первый класс. А пока мы играли, радовались жизни, ссорились и мирились.

В день, когда всё произошло, нам захотелось чего-то необычного, дерзкого и весёлого одновременно. Так возникла идея: устроить соревнование – кто поймает больше всего зелёных квакающих обитателей озера.

Все посмотрели друг на друга с азартом и предвкушением предстоящей битвы. Мы разбрелись по берегу, вооружившись старыми сачками и панамами, громко шурша камышами и создавая вокруг нас настоящую суету.

Квакушки тут же забеспокоились, испуганно прыгая от берега подальше, но самые смелые продолжали сидеть неподвижно, будто проверяя нашу решимость. Первый трофей поймал Серёга – громадная бесстрашная зеленушка позволила поймать её прямо руками. За ним последовали остальные – каждая новая лягушка была своего рода победой над природой и собственным страхом перед скользкими лапками.

Чуть дальше от берега, сразу за камышами, распустились кувшинки. Мне казалось, что на свете нет цветов более красивых, чем они. В тайне от мальчишек я мечтала нарвать их и принести домой.

Итак, мы ловили лягушек и складывали их в банки, чтобы потом можно было подсчитать их количество и определить победителя.

У Ромки банка наполнялась быстрее всех, даже навскидку было видно, что лягушек у него больше. Единогласно было принято решение о его победе, и мы, сорвав крышки со своих банок, выпустили квакушек на свободу.

Пока мальчишки наблюдали за освобождением своих пленниц, я перевернула банку, поставила ее возле своих тапок, скинула платье и в трусах и майке побрела к кувшинкам, не забыв прихватить перочинный ножик для толстых стеблей.

У берега мне было по колено, но чем ближе я продвигалась к цветам, тем становилось глубже. Голоса мальчишек затихли, видимо они не стали меня дожидаться, а побежали домой, или у них возникли новые неотложные дела, которые срочно надо было решить.

Мои ноги в воде вдруг потеряли опору, дно ушло в сторону, и я погрузилась в воду почти до пояса, с ужасом ощутив, как течение больно ударило в бёдра, грозя свалить с ног. Я судорожно схватилась за стебли кувшинок, пытаясь удержаться на месте и не упасть. Нож выпал из рук, но я переживала сейчас о том, как мне выбраться с этой глубины на более мелкое дно. Осторожно переступив ногами, шагнула вправо и провалилась в новую яму, глубже чем первую. Теперь я полностью погрузилась в воду.

Тут я впервые почувствовала такой страх близкой смерти, которого не забыла до сих пор. Лёгкие разрывались от боли, сердце бешено колотилось, а ноги будто налились свинцом. Меня охватила обида на друзей, что не дождались меня и убежали по каким-то своим делам, а я осталась беспомощна перед водной стихией.

Вдруг кто-то схватил меня за волосы и потянул вверх.

– Рано тебе ещё туда, в этом мире тебя ждут великие дела, – услышала я хриплый голос. Его обладатель подхватил меня на руки и понес к берегу.

Мне почему-то было страшно открыть глаза и посмотреть на своего спасителя. А ещё я совсем не поняла из-за хрипоты, кому принадлежит голос, мужчине или женщине.

Меня положили на траву.

– Ну же, очнись! – шершавая ладонь похлопала меня по щекам. Я открыла глаза и увидела незнакомую бабушку. Немного взлохмаченные седые волосы были собраны сзади, неожиданно яркие голубые глаза встревоженно рассматривали мокрую и испуганную меня.

– Ты как? – спросила меня незнакомка. – Встать сможешь?

Я кивнула и встала.

– Беги домой и больше не купайся одна! – строго приказала мне она.

Я сделала несколько шагов, когда поняла, что даже не поблагодарила незнакомку. Оглянулась, но сзади уже никого не было.

Боясь, что мне влетит от бабули за случившееся, я сначала утаила от нее этот случай. Платье было сухое, а белье я сняла и простирала в тазу. Бабушке сказала, что упала в лужу.

Но вечером я узнала незнакомку на одной из фотографий, стоящих на комоде в бабушкиной спальне.

– Кто это рядом с тобой? – поинтересовалась я.

– Твоя прабабка, моя мама. А что?

Мне пришлось признаться в том, что я чуть не утонула, а она меня спасла.

Бабуля побелела вся.

– Вот, значит, кому ее дар перейдет, – пробормотала она тихо, но я услышала.

– Какой-такой дар?

– Подрастешь, узнаешь.

Об этом случае я вспомнила летом, когда закончила десятый класс, и отправилась к озеру с подружками. Варя оступилась и провалилась под воду, совсем как я, пытаясь сорвать кувшинки. Нет, она не тонула, просто закричала от неожиданности. Но схожесть ситуации пробудила мою память…

Глава 1. Тайна ноутбука

О том, что пропал Пашка Степанов, я узнала под вечер.

В тот день мы с бабушкой окучивали картошку на огороде за Весёлым ручьем. Домой попали, когда солнце уже коснулось верхушек деревьев.

Первой нам встретилась тетка Фрося, «первая радиостанция Коровино» (так ее бабуля за глаза называла). Из всех обитателей нашей улочки эта женщина была самой загадочной: казалось бы, целый день сидит дома, запершись от любопытных глаз за пыльными шторами да покосившимися ставнями, а потом вдруг раздаётся её звонкий голос где-нибудь посреди двора – громче любых петухов и ярче утренней зари!

С виду-то она неприметная: фигура невзрачная, щёки бледноватые, волосы тусклые, вечно собранные в пучок, будто даже причёска стремится спрятаться подальше от чужого взгляда. Но стоит ей раскрыть рот – тут же становится ясно, кто держит руку на пульсе нашего захолустья! Каждое слово тетки Фроси звучит убедительно и чётко, словно читается прямо с невидимого листа бумаги. Она знала всё обо всём и обо всех: от очередного визита участкового до скандалов соседей через улицу. Даже кот Матвей у нас стал знаменитостью после того, как пропал на два дня – оказалось, бабушка Фрося лично наблюдала, как хитрый зверь отправился охотиться в соседний огород, пока хозяйка мыла окна.

Откуда такая осведомлённость? Говорили разное: мол, окна её дома расположены идеально, чтобы подглядывать во дворах; якобы слух обострился настолько, что слышит разговоры сквозь стены; некоторые вообще уверяли, что Фрося ночами выходит тайком и бегает между домами, собирая сведения, как настоящий разведчик времён войны. Правда это или выдумки – никто точно сказать не мог, да и нужно ли?

– У Стяпановых Пашка пропал (фамилия из ее уст так и звучала -«СтЯпановы»). Вчерась на рыбалку ходил. Да так и не вернулся. Мавки, поди, утащили, – сообщила нам тетка Фрося, не переставая щёлкать семечки.

– Дура, ты Фроська, – вздохнула бабуля. – Какие мавки? К Юльке своей, поди, убег.

Так тихонько переругиваясь, мы дошли до дома.

Пока я затопила баньку, приготовила ужин, стало темно. Я так устала, что даже баня не помогла – заснуть не получалось. Заварила ромашку с мятой и села на веранде пить чай. Ночь вступила в свои права, окутав окрестности прохладой и спокойствием. Звезды рассыпались по небосводу, играя со мной в прятки, то прячась за темно-синими облаками, то выглядывая наружу. Луна не отставала от них. Воздух был напоен ароматами трав и цветов.

У соседей забрехала собака. Я и повернулась посмотреть, что там и как. В соседнем кресле сидел пропавший Пашка.

– Идиот! – зашипела я. – Его все село ищет, а он тут в прятки играет.

Парень странно молчал. Луна выглянула из-за туч, и я онемела. Кожа синюшного цвета, водоросли, запутавшиеся в волосах, и практически черные губы.

По моим рукам побежали мурашки, а в груди словно треснула льдина.

– Ты умер? – пролепетала я.

Он прикрыл глаза, словно соглашаясь.

– Сам или кто убил? – мой голос дрогнул.

Паша посмотрел во двор. Я повернула голову в том направлении. Парень уже стоял на траве и изображал рубящие движения.

Что же он пытался мне сказать?

Вдруг Павел приподнял невидимый предмет и очутился возле бочки с водой. И это что-то опустил туда… Сначала колол, а потом в воду?! Эмм… О! Он ковал! А потом железку опустил в воду! Но у нас в селе нет кузницы и нет кузнеца.

Но есть Кузнецовы!

Мое сердце пропустило удар. Дело в том, что мне нравился Ромка Кузнецов. Я училась с ним в одном классе. Сидела на предпоследней парте, и мой взгляд часто останавливался на его вихрастом затылке. Ромка начинал ёрзать на стуле, словно чувствовал, но, когда оглядывался, я уже смотрела в учебник или что-то писала в тетради.

Не мог он убить! Не верю!

Я понимала, что до утра ничего сделать не смогу, поэтому попыталась уснуть. То ли усталость взяла свое, то ли чай помог, но я практически сразу провалилась в сон.

Утром я рассказала о ночном госте бабушке. Она всплеснула руками и запричитала:

– Значит, все-таки проснулся у тебя дар.

– Ты о чем, бабуль?

– Мама моя обладала таким даром – разговаривать с умершими. Помнишь, она тебя в детстве спасла? Выходит, что сейчас дар перепрыгнул через два поколения. Не боись, главное, девонька. Они безобидные, потерянные, словно дети малые. О чем ты говорила с Пашкой?

И я описала нашу встречу.

– К Кузнецовым надо сходить, – поднялась я решительно с дивана.

– Не дури! Расследованием пусть кому положено занимаются. А я тебя с Ефимычем познакомлю.

– С участковым? Да мы вроде как знакомы, – я собрала посуду со стола и принялась ее мыть.

– Э, нет! Тут особый разговор нужен, – бабуля повязала платок и вышла на улицу. Как оказалась, за участковым.

Сергей Ефимович, усатый дядька лет пятидесяти, жил через два дома от нас. Говорят, что в молодости он служил в спецназе. А сейчас занимал в селе должность участкового. Приструнял иногда дебоширов, расследовал мальчишечьи драки, да ловил заезжих воров.

Оказывается, около сорока годков тому назад моя прабабка, помогла его семье найти тело утонувшего деда. Ефимыч, которому в ту пору было около десяти лет, совершенно случайно узнал, как это у нее получилось. С той поры наша семья находилась у него на особом положении.

Поэтому я без утайки рассказала ему о ночном визите Пашки.

– С водорослями, значит. Я вызвал водолазов. Тело ищут. На Кузнецова, говоришь, он указал?

– Может, мне так всё показалось? – встала я на защиту Ромки.

– Не переживай! Я аккуратно побеседую, – пообещал он и ушел.

Тело нашли в озере. Эту новость я услышала в магазине, куда после обеда отправилась за хлебом.

– По голове его стукнули, – вещала тетка Фрося. – Следователи понаехали из раёна.

Я немного погрела уши возле «радиостанции села» и, не услышав ничего толкового, отправилась домой.

Днём было жарко. Солнце то пряталось за облаками, то выглядывало наружу. Лёгкий ветерок прохлады не приносил.

Эх, Пашка, кто ж тебя так? Жалко было до слез. Из-за угла вывернул Ромка, и мы столкнулись с ним нос к носу.

– Кать, слыхала? – в его серых глазах плескался страх.

– Да! – я сразу взяла быка за рога. – Ты вчера виделся с ним?

– Мы каждый день встречались. Пашка деньги копил, чтоб Юлькин ноут починить, – он провел пятерней по своим непослушным вихрам.

– Он где-то подрабатывал? – мое сердце билось быстрее рядом с ним, а он даже не подозревал об этом.

– У Легасова. На днях у него в магазине настраивал видеокамеры.

– А ты сам-то где вчера вечером был? – прищурилась я.

– Блин, ты прям Ефимыч, дубль два, – вспылил одноклассник. – Тот сейчас меня мурыжил два часа. Чё да как, да где был?

– Ну, а чего ты хочешь? Человека убили! Понятно, что друзей будут опрашивать, – оправдывала я Сергея Ефимовича.

– А точно это его люди …? – Ромка передёрнул плечами. – А то говорят, мавки.

– Ты больше тётку Фросю слушай! Она тебе ещё и не то расскажет, – фыркнула я. – Радиостанция местная!

По моим рукам вдруг побежали мурашки, а в груди застыл холод. Я взглянула на тропинку, с которой мы с Ромой немного сошли, а там стоял Паша. В руках держал раскрытый ноутбук.

– Алё, Кать, ты чё застыла-то? Чего увидела, что ль? – Ромка дотронулся до моей руки.

Я очнулась.

– Говоришь, он Юльке ноут хотел починить? А почему сам-то? Почему Юлины родители не захотели помочь? – продолжила я свое расследование.

– Ты шутишь? Да, Юлькин отчим удавится за три копейки. А там плата нужна была дорогостоящая, – понизив голос, объяснял Ромка.

– А чего вы виделись-то с ним каждый день?

– Я.. это… Тоже хотел научиться в компьютерах шарить, – смутился парнишка.

– А, ну-ну, ладно, мне пора, – я побежала к дому. Не виноват Ромка, сердце мое чует, не виноват.

Оставив на столе хлеб, помчалась к Юльке. Зачем-то мне Паша показал ноутбук. Возможно, дело в нем.

Юлия Свиридова училась на первом курсе педагогического университета в областном центре. С Пашкой они встречались года два. Хотели пожениться, да вот не судьба. Красивая, стройная, с густыми волосами спелой вишни и томными зелеными глазами, Юля притягивала взгляды мужчин, но выбор свой остановила на Пашке.

Ромка правду сказал про ее отчима. Жаден до неприличия. Значит, денег на ремонт ноута не дал, и Паша сам решил помочь любимой девушке.

– Не хочет она никого видеть! – заявила мне Людмила, мать Юли.

– Тёть Люд, мне по очень важному вопросу к ней надо, я быстро, правда! – пришлось скорчить просящую мордочку.

– Ну, ладно, – махнула она рукой.

– Юля, очень сочувствую тебе! – зачастила я с порога комнаты. – Только я не просто так пришла. Расскажи мне про свой ноутбук.

Зеленые глаза девушки наполнились слезами. Обычно распущенные кудрявые волосы сейчас собраны в хвост. В облегающем топике она выглядела особенно хрупкой и ранимой.

– А чего про него рассказывать? Вон он, на подоконнике стоит. Сделал его Пашка. Ещё позавчера.

Зачем он мне тогда показал ноут? Я растерялась и спросила наугад:

– А можно посмотреть?

– Да, смотри! Не жалко.

Я включила, дождалась загрузки и уставилась на рабочий стол.

Обычные папки – «Мой компьютер», «Документы», «Юля». И вдруг возле корзины я заметила папку со странным названием «Баг». Интересно, что там? Баг – это сбой в программе. Что имел ввиду Паша, когда ее так назвал? Ткнула в нее мышкой, а она запоролена. Еще интереснее!

– Тут на рабочем столе папка с именем «Баг». Чтобы ее открыть, пароль нужен, – мне казалось, что всё дело в ней.

– У меня не было такой папки. Может, это Павлуша ее создал? – Юля приподняла тонкие брови.

Мы таращились друг на друга, когда рядом с тумбочкой появился Пашка. Он снова стоял с ноутбуком. Но сейчас крепко прижимал его к себе.

Что ты хочешь мне этим сказать?! – мысленно взвыла я, а вслух произнесла:

– Юля, нужно твой ноут в полицию отнести.

– Зачем?!

– Вдруг Паша тут какую-то важную информацию спрятал. А она поможет найти его убийцу. Пойдем вместе!

Через полчаса мы были возле полицейского участка. Дверь открылась, и вышел Ефимыч.

– Здрасьте, Сергей Ефимович! – затараторила я. – Мы тут по делу к вам.

– Поди-ка сюда, – участковый поманил меня пальцем и, когда я приблизилась, зашептал. – Ещё приходил?

– Два раза, – кивнула я и всё ему рассказала.

– А мне Ромка про ноутбук ничего не говорил, – почесал он затылок. – Ну, давай. Пусть спецы разбираются.

Поздно вечером все село зашумело, загомонило, заволновалось. Мы вышли с бабушкой на улицу.

– Легасова арестовали! Говорят, он Пашку того… – шел слух по селу.

А утром к нам пришел Ефимыч.

– Ну, здравствуй, сыщица! – крякнул он, присаживаясь за стол. – Помогла, Катюха, спасибо!

Оказалось, что накануне вечером Паша устанавливал в магазине видеонаблюдение. И при испытании камер записал то, что не должен был видеть. Легасов занимался не только продажей продуктов, но и запрещенных веществ. Пашка эту видеозапись удалил с основного компьютера, но сохранил на Юлином ноутбуке, который как раз починил.

Легасов почуял неладное и на следующий день стал расспрашивать Пашку.

Видать, мальчонка как-то прокололся… Вот и получил удар по голове.

Мы уже попили чай, когда возле двери появился Павел. Он стоял такой нарядный в белой рубашке, пиджаке, черных брюках. Улыбался и руку держал возле сердца, словно благодарил. А потом наклонился, что-то положил на тумбочку и исчез.

На вязаной салфетке осталась жёлтая кувшинка.

Глава 2. Красная шапочка

Первый раз я увидела ее на уроке физкультуры. Сильные морозы ушли от нас на запад, и мы, наконец-то, стали кататься на лыжах.

Я плелась по лыжне в самом конце, вспоминая вчерашний вечер.

Давно мечтала научиться танцевать латино. Родители прислали деньги на день рождения, который будет у меня через два дня. Разбогатев, я подумала, почему, собственно, и нет? И оплатила онлайн курс по латиноамериканским танцам.

Вчера было первое занятие. А сегодня утром я еле встала с кровати. К обеду ещё немного расходилась.

Зимний лес, наполненный тишиной, обладал каким-то особым волшебством. Лыжня петляла между вековыми соснами, чьи ветви, украшенные тяжелыми снежными шапками, тянулись к небу. Под лыжами скрипел снег, издавая тихий мелодичный звук.

Девушка стояла возле берёз, чуть дальше от дороги, в длинном черном пальто и красной беретке.

Я сразу поняла, что это призрак. По телу мурашки побежали, а в груди холод разлился. Я замедлила ход возле нее. Но она просто стояла и смотрела даже не на меня, а куда-то вдаль.

Э-э, ну, нет так нет. Поехала дальше. Уроки закончились, и я отправилась домой.

Возле дома Ефимыча стоял его Опель. На обед, наверное, приехал. Я постучала, дверь открыл сам участковый.

– Катя, привет! Что-то случилось? Проходи, я один, Машка в магазин побежала.

Жена участкового была дочерью тетки Фроси, местной «радиостанции». Но в отличии от матери, тетя Маша обладала прямо противоположным характером. Никогда не болтала лишнего, не сплетничала. Видимо, звание «жена участкового» накладывало свой отпечаток. А может не хотела походить на свою мать.

– Я девушку в лесу видела. Сегодня на лыжах на физкультуре катались.

– Не живую? – уточнил Ефимыч. Я кивнула.

– Красивая, высокая, в черном пальто с капюшоном и красной беретке. Не местная. Никто не пропадал?

– Нет, с утра ориентировки смотрел.

Но где в половине четвертого раздался звонок от него.

– Катя, я тебе сейчас фотографию пришлю. Посмотри, она это? – голос участкового немного хрипел. Когда успел простыть?

На фотографии девушка улыбалась. Она была в свитшоте карамельного цвета. Волосы собраны в хвост, лишь слева вилась кокетливая прядь.

– Когда она пропала? – такая красивая. Меня захлестнула острая жалость.

– Три дня назад. Последний раз ее видели в агентстве. Соболева Ольга. Она собиралась домой. А утром не пришла на съёмки. С того вечера ее никто не видел, – Сергей Ефимович рассказывал всё, что узнал.

– В каком агентстве? Модельном? – уточнила я.

– Да.

Второй раз Красная Шапочка появилась во второй половине дня. Я как раз из магазина возвращалась. Сейчас было видно, что ей холодно. Всё лицо покрылось инеем: на ресницах, синих от холода губах, бровях и волосах. Она дрожала, а зубы выстукивали беззвучную дробь. Руками девушка обхватила себя, тщетно пытаясь согреться.

А потом перед глазами появилась совсем не деревенская картинка. На заснеженной трассе остановился черный джип. Дверь открылась, и выпал черный куль. Когда машина отъехала, он зашевелился. Человек встал на колени, а затем поднялся в полный рост. Я узнала Ольгу по красной беретке.

Картинка смазалась, словно ее быстро прокрутили, и я увидела Красную шапочку, бредущую по тропинке в лес. Зачем она потащилась в лес? Зимой, в сильный мороз.

Видение исчезло, я вновь стояла на деревенской улице. Голова немного кружилась, в коленях появилась слабость. Надо спешить к Ефимычу.

Я свернула от магазина к полицейскому участку. Участковый пил чай.

Рассказала ему про видение.

– Узнаешь этот отрезок дороги?

– Там щит стоял с указателем, – вспомнила я.

– Поехали!

Через час мы нашли щит и тропинку, куда свернула девушка.

– Вот зачем она туда поперлась? Почему вдоль трассы не пошла? Хоть какая-то машина да остановилась бы! – злился участковый.

– Ночь уже была, – вставила я.

– Ты бы ночью пошла в лес?

– Я деревенская, а она городская. Может, она думала, как по парку погуляет и выйдет с другой стороны.

Тропинка так сузилась, что машина встала, и мы, включив фонарик, решили дальше идти пешком. Ефимыч достал из багажника санки.

– Не боишься, Кать? У меня табельное с собой, если что, и петарды, волков отпугивать, – успокаивал меня Ефимыч.

А у меня в голове крутились мысли, вдруг в этой темнотище мы её не найдем? Когда тропинка раздвоилась, и мы думали, куда свернуть, Красная Шапочка появилась вновь.

– Нам туда! – я махнула рукой налево.

Она лежала под сосенкой, свернувшись в позе эмбриона. Капюшон натянут на беретку, на лице иней, как и было в видении.

– Сергей Ефимович, а что вы скажете, когда спросят, как мы нашли девушку? – мне совсем не хотелось, чтобы о моей тайне узнали посторонние.

Участковый только что вызвал следственную группу. Мы уселись на санки и стали ждать.

– Самое главное, не врать. Просто не рассказывать всё.

– Как я здесь оказалась?

– Собираешься поступать после школы в юридический. Хотела проверить себя, правильно ли выбрала будущую профессию. Я по-соседски разрешил участвовать в поиске.

– Э-э-э… Я вообще-то хотела в педагогический поступать.

– Ну, они же не знают. И до поступления ещё полгода. Можно сто раз передумать.

– Так что мы с вами тут делаем?

– У Спепановны Дружок пропал. Скажу, видели его на повороте. Мы и поехали на поиски.

– А санки зачем?

– Ты видела ее собаку? Он словно слонёнок. А санки… вдруг он ранен? Или замёрз? Да, ладно, не переживай! Меня в районе чудаковатым все считают. Не привыкать!

Группа приехала через сорок минут. Пока они все осмотрели, нас опросили, прошло ещё минут тридцать.

– Она замёрзла, да? – не выдержала я под конец.

– Похоже на то, но окончательный результат скажем после вскрытия, – усатый следователь тяжело вздохнул.

Домой я попала около восьми вечера. Поужинала и села уроки учить.

А ночью поднялась температура. Похоже, мой променад по зимнему лесу и ожидание на санках дало о себе знать.

Бабуля растерла меня спиртом, напоила каким-то кислым чаем и велела спать, пока сама не проснусь. В школу я утром не пойду. И свой день рождения встречу под одеялом.

Проснулась я около полудня. Перед пробуждением видела Красную Шапочку. В какой-то комнате на нее кричал молодой мужчина с козлиной бородкой. Брызгая слюной, он наступал на нее, а девушка, закрыв лицо ладонями, беззвучно плакала. А потом картинка смазалась, и я увидела, как она села в черный джип.

Поругалась. С кем? С любовником? А кто этот, на джипе? Это ж он ее выкинул в лесу! Голова раскалывалась. Температура, кажется, опять поднялась. Бабуля дала градусник, снова чай, на этот раз с малиновым вареньем, и вареное яйцо. Кое-как запихнула все в себя и снова уснула.

Вечером пришел Ефимыч. Он поделился последними новостями о замёрзшей девушке. Ольга работала в модельном агентстве. В тот вечер на нее наехал продюсер. Он так кричал, что она села в машину к человеку, который давно и безуспешно пытался за ней ухаживать.

Их отъезд засняли видеокамеры. А ещё они останавливались у заправки, и Ольга выходила из машины. Но потом снова добровольно села.

– А почему он ее выкинул из машины? Она именно этот эпизод мне показала.

– Он сказал, что девушка неправильно его поняла и попросила остановить.

– На трассе возле леса? – не поверила я.

– Мы не можем это проверить – выкинул он ее или она сама вышла. Я тебе верю. Только как это доказать в суде? – Ефимыч устало махнул рукой.

– Что показало вскрытие? – я устало прикрыла глаза.

– Что она замёрзла. На руках были синяки. Кто ее хватал – неизвестно, то ли продюсер, то ли хмырь на джипе.

– То есть ее смерть будет расценена как несчастный случай?