Игра в Историю Книга 5. Российская империя Век XIX Том I (продолжение) Александр I (Благославленный)
- -
- 100%
- +
Зимой 1802 – 1803 года стало окончательно ясно, что Франция нарушает условия русско-французской секретной конвенции 1801 года, Люневильского и Амьенского (мир от марта 1802 года между Францией и её союзниками с Англией) договоров. Наполеон прямо или косвенным путём присоединил к Франции Парму, Пьяченцу, остров Эльбу, создал вассальное королевство Этрурия, Итальянскую республику. Французские силы вошли в Швейцарию, французские посланцы активизировали свою деятельность в Восточном Средиземноморье и на Ближнем Востоке, началась подготовка для реализации десантной операции против Британии.
Англия и Франция были готовы к новой войне. Поводом стал мальтийский вопрос – 8 марта 1803 года Наполеон потребовал вывода с острова английских войск. А британский король Георг III (правил Англией с 1760 года по 1820 год) заявил, что французы угрожают безопасности королевства, ведя подготовку десанта, проводя агрессивные акции в Италии и Швейцарии. Фактически это было объявление войны, но началась она только в мае 1803 года.
В этот период Вена и Лондон пытались склонить Россию на свою сторону, но Петербург благоразумно отказался. Россия опять выступила с мирной инициативой, предложив отдать Мальту под русское покровительство, а у Парижа потребовали гарантий неприкосновенности Италии, Германии и Османской империи. Ясно, что ни Лондон, ни Париж не согласились. Они не были заинтересованы в усилении позиций российской империи ни в Средиземноморье, ни в Германии. Были раздражены и Берлин, и Вена, каждая держава считала, что Россия поддержит их требования. В результате отказ от стратегического союза с одной из держав (а наиболее выгоден был союз с Францией – общих границ не было, Англия была старым общим врагом), Россия столкнулась с угрозой изоляции.
В это время Франция оккупировала Ганновер – родовое владение королей Англии из Ганноверской династии. Это вызвало перекос сил в пользу Франции: эта территория позволяла французам оказывать непосредственное давление на Данию и Пруссию, усилить своё влияние на германские княжества, выйти в регион Балтики, угрожать торговым коммуникациям Северной Европы, в том числе торговле России и Англии (Британия тогда была главным торговым партнером России).
Захват Ганновера был угрозой всей традиционной системе политико-экономических связей России с Балтийским регионом, Северной Германией и Англией. В Петербурге начали оформлять проект оборонительного союза с Пруссией.
В конце мая – начале июня 1803 года русский МИД выдвигает проект русско-прусской оборонительной конвенции направленной против Франции, с целью защиты Северной Германии. Уже летом 1803 года Петербург был готов выступить против Франции, если бы Берлин пошёл на этот союз. Россия выдвинула даже два проекта, первый говорил только о военном союзе, а второй был направлен на укрепление позиций Пруссии в Германии и перспективе гарантировал объединение германских земель во главе с Берлином. В Петербурге посчитали, что идея национального единения и свободы воодушевят немцев на борьбу с экспансией Франции.
Берлин не спешил положительно ответить на эти заманчивые предложения. В это время, когда шли переговоры с Россией, посланник Фридриха – уполномоченный секретарь королевского кабинета И.Ломбард вёл переговоры в Брюсселе с Министром иностранных дел Франции Ш.Талейраном. Француз сыграл на противоречиях Австрии и Пруссии, пообещал не посягать на Северную Германию, не увеличивать французские силы в Ганновере, предоставив полную свободу рук Берлину в регионе. От Пруссии требовали только гарантии нейтралитета германских государств и не пропускать иностранные (т.е. русские) войска через свою территорию.
В России узнали о переговорах Талейрана и Ломбарда в ноябре 1803 года, планы на союз с Пруссией были похоронены. После этого Петербург окончательно берёт курс на подготовку войны с Францией, начинается изучение интересов Австрии. В Вене с опаской смотрели на переговоры России с Пруссией, опасаясь, что в итоге будет создан союз Франции, Пруссии и России, направленный против Австрии. Поэтому, предложение о союзе, восприняли положительно. Но уточнили, что не намерены воевать из-за конфликта в Северной Германии, заменяя французское влияние прусским.
В это время внимание Петербурга было переключено на Средиземноморье, Северная Германия не стала зоной боевых действия. Хотя Франция по-прежнему готовила десантную операцию против Британии, но основные действия развернулись в Южной Европе. Петербург стал опасаться появления французских войск на Балканском полуострове. В случае появления там французских войск их там встретили бы хорошо – гнёт Турции был очень тяжёлым. Австрию же беспокоила активность французов в Италии.
Переговоры Вены и Петербурга, начатые ноябре 1803 года, затягивались, т.к. австрийцы выжидали. Но формирование новой антифранцузской коалиции было ускорено рядом провокационных событий: зимой 1804 года французские монархисты, которые базировались в Англии, организовали покушение на Наполеона. Гнев Наполеона пал на герцога Энгиенского, появилось мнение, что он был связан с заговором, был отдан приказ захватить его. Французские драгуны пересекли Рейн и захватили герцога. Потом стало ясно, что он не был участником заговора, но его 21 марта 1804 года расстреляли, как участника роялистской интервенции в прошлом.
Это событие вызвало огромный резонанс по всей Европе – убит французский принц крови, сын последнего принца Конде, одной из младших ветвей французского королевского дома Бурбонов; нарушен нейтралитет герцогства Баденского, где жил герцог, да и всей Германской империи, куда входил Баден. Вспомнились ужасы Французской революции.
Кроме того, 18 мая 1804 года Наполеон провозгласил себя императором. Это был ещё один вызов европейским монархам – Наполеон не только пролил королевскую кровь, но и объявили себя монархом. Война стала неизбежной.
Коронация Наполеона и расстрел герцога Энгиенского, ещё раз показали Вене, что Париж не будет считаться с независимостью германских княжеств и с имперскими правами Австрии. Были учтены и заявления Наполеона о том, что границы Франции должны проходить по рубежам державы Карла Великого. Вызывали резкое раздражение и действия Парижа в Италии, провозглашение Наполеона итальянским королём. Но австрийское правительство не сразу пошло на союз с Россией и Англией, стараясь выторговать себя дополнительные гарантии – отнять у Франции земли в пользу Австрии, укрепить позиции в Германии и не дать усилиться Пруссии. Такая позиция затянула формирование союза. К тому же Вена умудрилась испортить отношения с большинством германских княжеств, пытаясь решить спорные вопросы с позиции силы, феодального права – император был сюзереном по отношению к германским курфюрстам. В итоге единый антифранцузский германский фронт создать не удалось. Талейран же отлично сыграл на противоречиях Австрии с германскими княжествами, которые были окончательно втянуты в орбиту французской политики. Так, когда началась война, на стороне Франции выступили Бавария, Вюртемберг и Дармштадт.
Петербург в конце 1804 начале 1805 года стал угрожать Вене заключением союза с Пруссией, это должно было подтолкнуть Вену в правильном направлении. При этом высказывались опасения о том, что Англия заключит мир с Францией. Одновременно Вене обещали оказать помощь русским вспомогательным корпусом, и нейтрализовать Пруссию, направив войска к её границе.
В это же время Россия пыталась привлечь к антифранцузской коалиции и Пруссию. Но Берлин продолжал политику «сидения на двух стульях» – ведя переговоры в дружественном тоне и с Россией, и с Францией. Прусское правительство после долгих колебаний, сообщило, что сможет выступить только при вторжении Франции в Северную Германию и категорически отказалось воевать, если французская армия войдёт в Австрию, Италию или Османскую империю. Таким образом, Пруссия так же, как и Австрия, ставила во главу угла только свои интересы. Идея Петербурга создать общий фронт против агрессора была чужда Вене и Берлину. В это же время Берлин вёл переговоры с французами, и дело шло к созданию франко-прусского союза. Париж был готов уступить Пруссии Ганновер, в обмен на благожелательный нейтралитет, признание французских завоеваний и отказ пропустить русские войска. Россия так и не смогла преодолеть противоречия между Австрией и Пруссией.
Англо-русский союз. Весной 1805 года в Лондон был направлен Николай Новосильцев. Условия договора были выработаны довольно быстро. Британцы очень чётко следили за тем, чтобы в Европе ни одна держава не расширила своего влияния, но особенный интерес проявляли к России. Наполеон бросил вызов Лондону, поэтому британцы поддерживали враждебные французам страны.
2 января Россия подписала союзный договор со Швецией, 11 апреля 1805 года был заключён союз России с Великобританией, а 29 июля 1805 года Австрия особой декларацией сообщила о своем присоединении к русско-британскому соглашению. III антифранцузская коалиция окончательно сложилась. К этому союзу также присоединилась Османская империя и Королевство обеих Сицилий. Пруссия осталась нейтральной.
1805 год. Причины и начало военных действий
Рис. 113. Битва трёх императоров
Франция в начале XIX века стала доминировать в Европе и пользуясь появлением нового поколения нестандартно мыслящих людей, в том числе в армии и на флоте сильно потеснила прочие европейские государства. Таким образом, она стала угрожать самому их существованию, а общая опасность, как известно сплачивает и примиряет даже непримеримых противников, так стали образовываться антифранцузские коалиции. В 1805 году появилась уже III по счёту. В её состав входили Австрия, Россия, Великобритания, Швеция, Неаполитанское королевство и Португалия. Коалиция создавалась, чтобы остановить дальнейшее распространение французской экспансии в Европе и защитить права Пруссии, Швейцарии, Голландии и Италии.
Декларировались следующие цели союзников:
1. изгнание войск императора Наполеона I с захваченных им территорий
2. установление во Франции конституционной монархии.
Главная роль в войне отводилась армиям Австрии и России (всего до 500 тысяч человек, что превышало численность французской армии). Наиболее значительные силы французских войск (130 тысяч человек и свыше 2–х тысяч десантных судов) к этому времени компактно располагались на севере Франции в районе Булони (Булонь находится на севере Франции на берегу пролива Па-де-Кале), готовясь к высадке на Британские острова, а союзные войска оказались рассредоточены на большой территории. Командование союзных сил планировало, что австрийская Дунайская армия фельдмаршала К.Макка (номинально эрцгерцога Фердинанда, 80 тысяч человек) и российско – австрийская армия генерала от инфантерии М.И.Кутузова (50 тысяч человек, в т.ч. 15 тысяч австрийцев), соединившись в Баварии у крепости Ульм, вторгнутся через Рейн во Францию. Для усиления им готовилась к походу от границ Галиции в Австрию Волынская армия (30 тысяч человек под началом генерала от инфантерии Ф.Ф.Буксгевдена), при которой находился император Александр I, а в районе Гродно развёртывалась Северная армия (40 тысяч человек под руководством генерала от кавалерии Л.Л.Беннигсена). Главным же намечался северо-итальянский театр военных действий:
Австрийская «Итальянская армия» эрцгерцога (Эрцгерцог – наследственный титул, официально используемый исключительно членами австрийского монаршего Габсбургского дома) Карла (140 тысяч человек) выдвигалась к реке Адда с задачей занять Северную Италию и вторгнуться в Южную Францию, а Тирольская армия эрцгерцога Иоганна (30 тысяч человек) сосредоточивалась в Швейцарии для связи между Дунайской и Итальянской армиями. Планами предусматривались также высадка российских, английских и сицилийских войск в Южной Италии, а российских, английских и шведских войск – в Померании (Померания — историческая область на юге Балтийского моря. Находится на северо-востоке Германии и северо-западе Польши) для наступления на Ганновер и Голландию.
Рис. 114. Война 1805 – 1807 гг.
Вопреки расчётам союзников основные события развернулись в Баварии и Австрии, при этом военная инициатива оказалась в руках Наполеона I. Получив известие о том, что австрийские войска 27 августа (8 сентября) вступили в Баварию (Курфюстовство Бавария находилось на юге современной Германии и входило в состав Священной Римской Империи под началом Австрии), он начал переброску войск из Булонского лагеря на Рейн с целью разгрома армии Макка до подхода армии М.И.Кутузова, которая 13 (25) августа выступила из города Радзивилов. В Северную Италию была направлена французская армия маршала А.Массены (44 тысячи человек). В районе города Ульм Наполеон I искусным манёвром своих сил (220 тысяч человек против 80-ти тысяч) окружил армию Макка и 8 (20) октября принудил её к капитуляции. Армия Кутузова (50 тысяч человек), изнурённая почти тысячекилометровым маршем, 29 сентября (11 октября) сосредоточилась в Браунау (Австрия, восточнее Ульма) и оказалась одна против главных сил французов. Кутузов принял решение идти на соединение с Волынской армией Ф.Ф.Буксгевдена (30 тысяч человек). Российские войска начали отход вдоль правого берега Дуная, ведя арьергардные бои. Стремясь окружить их, Наполеон I приказал корпусу маршала Э.А.Мортье, наступавшему по левому берегу, захватить переправы у Кремса, но Кутузов, разгадав этот замысел, повернул войска на север и, переправившись через Дунай, нанёс французам в ряде боёв значительный урон. Войска маршала И.Мюрата, двигаясь южнее, 1 (13) ноября заняли Вену и повернули на Цнайм (ныне Зноймо, Чехия), стремясь отрезать пути отхода российской армии к Ольмюцу (ныне Оломоуц). Кутузов, выставив в качестве заслона 6-ти тысячный отряд генерала-майора П.И.Багратиона у Шёнграбена, ускорил перемещение своих войск. 4 (16) ноября отряд Багратиона в Шёнграбенском бою отразил атаки 30-ти тысячного авангарда французских войск и обеспечил соединение у Ольмюца главных сил армии Кутузова с австрийскими войсками и подошедшей армией Буксгевдена.
В преддверии Аустерлица стратегическая обстановка складывалась в пользу союзников по антифранцузской коалиции. Кутузов, несмотря на все старания французов и ошибочные указания австрийского верховного командования, сохранил армию, и соединился с подкреплениями. Теперь у союзников снова была мощная армия. Кроме того, вскоре ожидался подход русского корпуса генерала Эссена, армии Беннигсена и австрийской армии эрцгерцогов Карла и Иоанна из Италии и Тироля. Пруссия, которая имела сильную армию, склонялась на сторону России и Австрии.
Важное моральное значение для коалиции и военно-стратегическое значение для Англии имела победа британского флота под началом Нельсона над франко-испанским флотом у мыса Трафальгар. В морской пучине была уничтожена французская идея вторжения в Англию. Отныне и на долгое время Англия стала неуязвима для Франции; пролив, отделявший Британские острова от континента, стал непреодолим. Англия окончательно стала «владычицей морей», выйдя победителем из длительного противостояния с другими морскими державами – Испанией, Голландией, Данией и Францией. Трафальгарское морское сражение было расценено как крупнейшее событие военной кампании. Победа Нельсона заслонила поражение Мака (Макка), Трафальгар затмил Ульм и падение Вены. По мнению европейских газет тех дней, после Трафальгара военное счастье перешло к союзникам. Это вскружило головы русскому и австрийским императорам и их советникам. Они снова стали переоценивать свои возможности, недооценивая врага.
В результате Франция стала проигрывать информационную войну. Наполеон отчетливо понимал, что поражение французского флота уронило в глазах всего мира императорское знамя с орлами. Трафальгар затмил Ульм, Вену и отступление австрийцев из Италии. Наполеону снова нужна была решительная и блестящая победа, которая посрамит и устрашит его врагов. Поэтому Наполеон решил выманить русско-австрийскую армию и дать ей генеральное сражение, до того как подойдут дополнительные армии русских и австрийцев и произойдёт вмешательство Пруссии. Французский император повёл тонкую дипломатическую борьбу, с целью не дать русским и австрийцам отступить и дополнительно усилиться. Это могло привести к затяжной войне к которой Россия, Австрия и Англия имели преимущество над Францией.
Надо сказать, что опытный русский полководец Кутузов разгадал замысел противника. Он предложил русскому царю продолжить отход к Карпатам, что решало сразу две стратегические задачи.
Во-первых, русские войска пополнялись спешащими навстречу армиями Эссена и Беннигсена, а также австрийской армией эрцгерцога Карла. Это значительно увеличивало силы русско-австрийской армии.
Во-вторых, это приводило к ещё большему растягиванию коммуникаций французской армии, затрудняло возможности маневрирования войск и, в результате, приводило к ещё большему обессиливанию «Великой армии» Наполеона, которая не могла получить большие подкрепления и, которой приходилось следить за северным и южным стратегическими флангами.
Позже Кутузов с блеском проведёт эту стратегию во время кампании 1812 года.
Действительно французы были не в лучшем положении. Вынужденный разбросать свои войска с целью обеспечения тыла и оккупации захваченных территорий, Наполеон остановился в районе крепости Брюнн в 70 милях от Вены. У него было только 53 тыс. солдат. Ближайшие силы, корпуса Даву и Бернадота, находились в 2 – 3 переходах от Брюнна; после соединения с ними Наполеон мог иметь 75 тыс. человек. «Великая армия», утомленная форсированными маршами и сражениями, вынужденная беречь фланги и охранять коммуникации, находилась далеко от Франции, во враждебной стране. Наполеон знал, что к нему в ставку едет граф Гаугвиц с ультиматумом от Берлина, требования которого были заранее неприемлемы для французского императора. Пруссия могла в любой момент вступить в войну и выставить во фланг и тыл французской армии 180-тысячную армию. Поэтому для него было крайне важно, чтобы союзники не начали вновь отступать и не затянули войну. Отдав приказ Даву и Бернадоту идти к нему, французский полководец повел дипломатическую игру, всеми силами демонстрируя нерешительность перед лицом сильного врага. Хотя сам желал вступить в бой с противниками, но умело скрывал свои планы.
К сожалению, в присутствии императора Александра I в войсках Кутузов уже ничего не решал. Само присутствие императора Александра I лишало генерала реальной власти главнокомандующего. В это время в императорской штаб-квартире преобладали придворные генералы, толкавшие молодого царя на «решительные действия». Они льстили Александру, сравнивая его с Петром I и прочили ему триумф победителя, да и сам Александр жаждал военной славы, а отступление не давало победных лавров. Австрийцы также выступали за решительные действия. Генерал-квартирмейстер (Генерал-квартирмейстер – одна из высших штабных должностей, учреждавшаяся в вооружённых силах некоторых государств. Генерал-квартирмейстер являлся начальником тыла и обеспечения войск, он руководил осмотром местности, дорог, расположением войск на квартирах и биваках и т.д.) австрийской армии Вейротер был сторонником «решительных действий», хотя отличался полным непониманием стратегии и тактики французской армии. В итоге все завершилось катастрофой и проигранной кампанией.
8 (20) ноября 1805 г., в день вступления Наполеона в Брюнн, Кутузов соединился в Вишау с первой колонной корпуса графа Буксгевдена и двинулся к Ольмюцу, где были остальные войска этого корпуса. Всего в корпусе Буксгевдена было около 27 тыс. человек. 10 (22) ноября Кутузов вступил в Ольмюц, где уже распологались русский император Александр и австрийский император Франц. Кутузов был назначен главнокомандующим русскими и австрийскими силами, хотя в реальности, как мы сейчас понимаем, он не имел всей полноты власти. Дежурным генералом армии стал князь Волконский, генерал-квартирмейстером – Вейротер.
Монархи первоначально планировали остаться в Ольмюце, чтобы дать отдых войску Кутузова, дождаться прибытия русской гвардии, корпуса Эссена, войск Беннигсена и эрцгерцога Карла. Эрцгерцог Карл с Итальянской армией сообщил, что 14 ноября планирует соединиться с эрцгерцогом Иоанном, затем во главе 80-ти тысячной армии идти к Дунаю. Ждали добрых известий из Пруссии. Берлин активно готовился к войне с Францией. Главная 120-ти тысячная прусская армия должна была через Бамберг перерезать пути снабжения и сообщения «Великой армии» Наполеона. На коммуникации Наполеона должен был выйти и вспомогательный 50-ти тысячный прусский корпус. С отдельными корпусами и резервами прусская армия насчитывала до 240 тысяч человек. Только три обстоятельства сдерживали Пруссию: разногласия с англичанами по поводу денежной помощи; споры по поводу Ганновера; и ожидание ответа Наполеона на ультиматум Пруссии. При этом направленный к Наполеону прусский посланник граф Гаугвиц имел тайное указание медлить в пути, чтобы дать Берлинскому двору время на размышление и мобилизацию армии.
Александр желая разбить Наполеона, активно готовился продолжать войну. Решив, что направленные из Корфу в Неаполь русские войска в Италии не смогут оказать большого влияния на исход войны, и будут более полезными на главном театре, он приказал посадить корпус на суда и идти из Неаполя в Триест, чтобы установить связь с эрцгерцогом Карлом. Одновременно Александр приказал корпусу Эссена ускорить марш, Беннигсену спешить из Бреслау в Богемию, на соединение с австрийцами эрцгерцога Фердинанда. Римский-Корсаков, должен был из войск в пограничных областях, расположить 35 батальонов и 45 эскадронов между Брестом и Бродами, чтобы они могли по первому требованию идти на помощь основным силам.
12 (24) ноября прибыла русская гвардия (8,5 тыс. человек) под началом великого князя Константина Павловича. В результате союзная армия теперь насчитывала около 85 тысяч человек. Кроме того, под началом эрцгерцога Фердинанда в Богемии было около 10 тысяч солдат. Русско-австрийская армия располагалась на возвышенной, удобной для обороны позиции. Впереди была речка и болота. Позади можно было легко скрыть резервы, далее через реку были устроены мосты, на случай отхода.
Таким образом, фактор времени был на стороне союзников. Отовсюду приближались союзные войска, обкладывая Наполеона с флангов. Пруссия, после вступления в войну, могла перерезать сообщение «Великой армии» Наполеона с Францией. Вскоре Наполеону пришлось бы сражаться с силами несравненно превосходившими его армию и столкнуться с угрозой на флангах и в тылу.
Заняв оборонительное положение к востоку от Брюнна, Наполеон, не желая более растягивать свои коммуникации и атаковать русских на сильной позиции у Ольмюца, послал к находившимся русскому и австрийскому монархам своего представителя генерала Савари с предложением начать мирные переговоры. Австрийский император Франц полагал, что из-за удаленности от Франции и угрозы войны с Пруссией, Наполеон согласится на легкий для Австрии мир. Александру это не нравилось, но видя желание австрийцев начать переговоры с Наполеоном, он им не мешал. В результате австрийцы начали переговоры с Наполеоном о мире.
Император Александр, усмотрев в мирных предложениях Наполеона признак его слабости, и под влиянием окружавших его советников стал настаивать на немедленном переходе в наступление. Австрийцы активно поддержали его желание. В Ольмюцком лагере открылся недостаток продовольствия. Австрийцы планировали наступать, а не отступать в Моравию, поэтому здесь запасов не подготовили. Обозы были далеко и шли медленно. Предписания центральных властей встретили саботаж местных властей. После Ульмской катастрофы австрийское общество жаждало мира. Крестьяне не желали снабжать армию, разбегались, и селения в окрестностях Ольмюца опустели. Необходимо было что-то делать, чтобы армия не оказалась на грани голода.
Собрали военный совет. Кутузов предложил отойти дальше, сблизившись с подкреплениями и базами снабжения. Однако его мнение не поддержали. На военном совете был принят уже заранее одобренный Александром и Францем план действий, составленный Вейротером. Последний исходил из идиотского предположения, что Наполеон будет пассивен, займет оборону, предоставит полную инициативу союзникам и, таким образом, беспрепятственно даст себя разбить. В очередной раз стратеги-теоретики собирались наступать на те же самые грабли. План Вейротера состоял в том, чтобы фланговым маршем отрезать французскую армию от Вены, где по предположению союзного штаба проходила главная коммуникация противника, разбить его у Брюнна и отбросить к Богемским горам.