Цыгане

Идущий впереди Лука лишь молча кивнул головой.

Глава 6

Громкий смех, звон бокалов и музыка внезапно стихли, стоило троице перешагнуть порог дома и ступить в главный зал. Такое массовое скопление людей в столь позднее время несколько изумило Рому, чей внешний вид был далек от идеального после барной драки. Наспех смерив собравшихся взглядом, он выпрямил спину и старался держаться непринужденно.

В зале повисло молчание.

За длинным столом сидело около трех десятков человек. По правую сторону сидели мужчины, по левую - женщины. Юноши учтиво наполняли бокалы старшему поколению, девушки спешно выносили горячие блюда. Стол ломился от яств, всюду царила суета. В углу гостиной играли дети, на просторном диване персикового цвета беседовали двое взрослых мужчин.

Рома беглым взглядом изучил комнату.

Во главе стола сидел смуглый, густобородый, кареглазый мужчина с седыми висками и заостренным подбородком, он был коренастым и крепко сложенный. На его коленях сидел годовалый ребенок, одетый в одежду напоминающую форму матроса. Синеглазый мальчишка изумленно смотрел на вошедших в комнату людей.

Гостиная была украшена статуями слонов, стеклянными и фарфоровыми вазами, обставлена диванами и креслами, на окнах были повешены узорчатые шторы, с потолка свисала люстра. В левом углу стоял деревянный, украшенный разноцветной резьбой, шкаф. В нем находилась посуда, а также подсвечники, столовые приборы и бутылки с алкоголем. На стене висели два портрета. На первом была изображена пожилая женщина в черном платье, ее голова была покрыта зеленоватым платком, она была черноглазой и улыбчивой, на её сложенных руках красовались перстни, в ушах - золотые серьги. На втором портрете был изображен престарелый мужчина с оливковым оттенком кожи, он был одет в синий костюм и белую рубашку, две верхние пуговицы которой были расстегнуты, сидя в кресле он сжимал в своих руках узду, которая сдерживала благородного белого коня.

Бабушка и дедушка. В груди Ромы что-то защемило.

О своем деде оба брата помнили очень мало, поскольку его кончина произошла в тот период, когда они были еще малышами. Практически все, что им было известно о своем праотце им поведал их отец. О бабушке они знали намного больше, ведь она пережила своего супруга на целых десять лет.

Братья переглянулись.

- День рождения, - шепнул Ваня, стараясь объяснить Роме причину такого скопления людей.

- У кого?

- Наш дядя Авраам.

Рома поморщился. Он совсем забыл о дне рождении своего дяди из-за последних событий, омрачивших его жизнь.

Некоторые из собравшихся тщетно старались выглянуть из-за спины Луки, могучий стан которого почти полностью закрывал обоих братьев.

- Лука, отойди в сторону, пожалуйста, - попросил восседающий во главе стола мужчина.

Молодой человек покорно выполнил просьбу.

- Привет, пап. - Стараясь сконцентрировать все внимание на хозяина дома сказал Рома.

- Здравствуй, сынок.

- С днем рождения, дядя Авраам.

Сидевший по правую руку от отца братьев седобородый мужчина с прогрессирующей лысиной миролюбиво улыбнулся и поприветствовал своих племянником поднятой вверх рукой.

- Спасибо.

- Неужели ты наконец-то решил навестить свою родню? - Уколола невысокая белокурая женщина в черном платке и темно-синем, чрезмерно большим платье.

Выпад родственницы обжог сердце молодого человека, как пламя костра, но ему удалось погасить в себе нарастающую ярость. Не в первый раз.

- Да, тетушка, именно ради этого я и приехал. Любого человека рано или поздно тянет к своим корням, домой, разве нет?

Ответа не последовало.

Прием оказался менее радушным, чем предполагалось. Присутствие тети Розы, чье отношение к любому живому существу было негативным, удивило бы кого угодно, но только не Рому. Асоциальность и мизантропия его тетушки оттолкнуло от нее большую часть родственников, но только не его отца, кредо которого до сих пор оставалось неизменным - семья и кровные узы - это главное, что есть в жизни. Отец всегда оказывал людям поддержку и уважение, за это они платили ему тем же.

- С возвращением, Ром.

Обернувшись, он увидел перед собой высокую черноволосую девушку в темно-зеленом платье.

- Я рад, что хоть кто-то не пытается воспламенить меня взглядом, - обняв сестру прошептал Рома.

Тяжелая ладонь Луки опустилась на плечо младшего брата.

- Дядя, я прошу выслушать историю, которую поведали мне твои сыновья. Ни для кого не секрет, что с самого детства Роме часто снятся вещие сны и что все они рано или поздно становятся явью. И сегодняшнее его появление вызвано той же причиной, однако в этот раз его сны отличаются крайней жестокостью и кровожадностью.

В гостиной повисла тишина. В лицах и взгляде людей отчетливо читалось напряжение и тревога.

- И что же он видел? - Нарушила тишину Роза.

- Анну.

По комнате прокатилась волна шепота. Несколько человек поспешно перекрестились.

Из занавешенных окон в комнату просачивался свет от фонарных столбов, с улицы доносились звуки собачьего лая и рев проезжающих мимо машин. Рома заложил руки за спину и непроизвольно покачнулся на месте - плохая детская привычка, ставшая причиной для насмешек и колких шуток от других детей.

Годы прошли, но привычка никуда не исчезла.

- Что конкретно ты видел, сынок?

Старший из братьев посмотрел в глаза своему отцу.

- Ничего особенного, пап. Всего-навсего смерть.

Глава 7

За прошедшие два года его комната не изменилась. Над широкой двуспальной кроватью цвета вороньего пера висела картина с написанной на ней птицей, летящей среди облаков. По обе стороны от кровати располагались трехдверные тумбочки с ручками в виде львиных голов, напротив постели стоял иссиня-черный шкаф, высота которого практически достигла высоты потолка. В углу стоял письменный стол, вдоль стены были прибиты книжные полки, на которых пылились несколько десятков книг. Левее от двери стоял комод, на котором лежал фотоальбом, коробочка с различными безделушками и портрет самого Ромы, написанный его подругой-художницей перед ее переездом в другой город. Как и великое множество молодых девушек, амбиции которых превышали посильный труд и стабильный заработок, она решилась на серьезный шаг и отправилась покорять мегаполис.

Он открыл фотоальбом и "пробежался" взглядом по фотокарточкам. Семейные праздники, пейзажи, области, школьные поездки, старинные фотографии людей, которых он не застал при жизни. Все в комнате оставалось нетронутым с момента его отъезда из дома. Когда он отправился в одиночное путешествие по бескрайним просторам своей страны. Стоя у окна, он продолжал раз за разом прокручивать различные фрагменты своей жизни.

Прошло всего два года.

Или уже целых два года?

- Нахлынули воспоминания?

- Ты как всегда проницательна, сестрица.

Взяв с письменного стола фоторамку, Рома застыл на месте. Полный, с мелкой копной тонких седых волос зеленоглазый мужчина с плавящим сталь взглядом смотрел прямиком в объектив снимающей его фотокамеры. На коленях у старика сидит широко улыбающийся голубоглазый мальчишка лет четырех. Два совершенно разных поколения. Две совершенно разные эмоции.

Уголки губ Ромы приподнялись.

Стоявшая в дверном проеме Жанна, старшая сестра вернувшегося домой скитальца, понимающе кивнула головой. Она была немного смуглее брата, чуть ниже ростом и шестью годами старше. От родителей ей достались ярко-карие глаза, она была выше большей части женщин и девушек в семье, стройной и кудрявой. Волосы Жанны достались ей от прабабушки, их длинна была даже чуть длиннее тех, что были у ее прародительницы - они ниспадали до самых бедер. Имя прабабушки так же стало и ее собственным.

- Прошло уже двадцать лет, - положив фоторамку на прежнее место сказал Рома. - А я до сих пор помню те дни, когда сидел у него на коленях и делал вид, что мне понятен смысл напечатанных в газете слов.

Из приоткрытого окна подул теплый ночной ветерок.

- Как твои раны, болят?

- Нет, все нормально.

Тонкие как кисть художника брови опустились, карие глаза сверкнули, на смугловатых щеках образовались морщинки, старшая сестра скрестила руки на груди и тихо произнесла:

- Ты не злишься на тетю Розу? Она никогда не отличалась любовью ко всей нашей семье, тем более к вам с Ваней, ведь вы не раз досаждали ей с самого детства. Взаимная неприязнь. К тому же твои сны и выступление с опасением и осуждением Анны вызвали у нее настоящий гнев. Все же она родственница. Яблоко от яблони...

Голубые глаза молодого человека на несколько секунд закрылись под тяжестью опустившихся на них век. Всего несколько секунд, которых стало достаточно, чтобы понять как же сильно он устал. Рана на подбородке начала пульсировать.

- Не волнуйся, сестренка, ее можно понять. Прожить всю жизнь без мужа и детей, так можно начать бросаться на людей. Хотя, если подумать, она делает почти то же самое.

По выражению лица Жанны стало ясно, что ответ брата пришелся ей по душе. По комнате прокатилась волна смеха. Посмотрев на сестру Рома заметил, что у них есть одно сильное сходство - они оба были носителями гигантских черных дыр под глазами.

Жанна положила свою руку на голову Ромы и взъерошила ему волосы.

- Отдыхай.

Дверь тихо заперлась, скрип пола затих, ровно, как и затихли стремительно отдалявшиеся от комнаты шаги. Рома повесил одежду на спинку стула, лег на кровать, ощутил под собой всю мягкость матраса и сам не заметил, как провалился в мир снов.

Глава 8

Утро едва ли можно было назвать добрым.

Ульяна проснулась с сильной головной болью и пересохшим горлом, ноги изнывали от непривычно продолжительной ходьбы.

За окном слышался собачий лай и рев мотора. Уля посмотрела на часы, 10:34, в это время ее отец занимается ремонтом автомобилей в своем гараже. Сама Ульяна часто любила проводить время за починкой отцовского железного коня. Старенькая "Хонда" цвета первого снега.

Потянувшись и потерев лицо, она спустила ноги на пол.

Настало время привести себя в порядок.

Холодный душ привел Ульяну в чувства. Ледяные струи воды сняли всю боль и напряжение. Обернувшись в длинное розовое полотенце, она встала перед зеркалом и тщательно изучила свое отражение. Намокшие волосы перестали быть кудрявыми и превратились в ровные и послушные, глаза покраснели из-за лопнувших в них капилляров, нос по-прежнему оставался опухшим.

От праздничного настроения не осталось и следа. Она поморщилась, стараясь отогнать от себя дурные мысли. Всю ночь ее мучил кошмар один и тот же кошмар, ставшей причиной по которой ей не раз пришлось вскакивать со своей постели в холодном поту.

Подойдя к окну, она старательно пыталась вспомнить все детали своих дурных сновидений.

Наблюдая за тем, как на крыше соседского дома скапливаются вороны она вспомнила, как ей приходилось бежать по лабиринту, являвшим собой болезненно-белый коридор психиатрической клиники, по разбитым стенам которой расстилалась гигантских размеров паутина, местами на ней виднелись темно-алые капли крови. Ее что-то или кто-то преследовало, она отчетливо ощущала на себе чье-то тяжелое дыхание. Когда она уперлась в тупик, то ее затылка что-то коснулось. Что-то такое же холодное, как могильная плита. Что-то, что невидимой закостенелой рукой сдавливало ее шею. Пол коридора превратился в багровое болото. Кровь. Она бежала по длинной кровавой луже, стараясь не реагировать на звук бьющегося за ее спиной стекла, слетающих с петель дверей и ударяющихся об потолок привинченных скамей.

Страх заставлял бежать быстрее, заставлял сердце сотрясать ребра, а зрачки расширяться до размеров монеты.

Ульяна бежала не оборачиваясь назад. Бежала, зная, что смерть дышит ей в затылок.

По стенам растекалась густая багровая субстанция, под ногами появлялись человеческие кости. Они вполне могли оказаться для Ули внезапно проросшими из земли корнями дерева, об которые она могла споткнуться, как спотыкается горе-лесник, старающийся убежать от преследующего его медведя. Но она не упала, она продолжала бежать вперед из последних сил.

Ульяна бежала, помня о том, что бегущий наперегонки со Смертью всегда проигрывает. Просто его поражение происходит спустя определенное количество уровней, и он никогда не узнает, когда начнется последний.

Что-то схватило Ульяну за ногу и повалило на пол. Она издала дикий, нечеловеческий крик и перевернулась на спину. Залившая пол кровь тут же хлынула ей в рот и ноздри, заставив ее забиться в конвульсиях. Она отчаянно старалась вдохнуть в легкие воздух, но все ее попытки оказались тщетными. Мраморного цвета рука с большими трупными пятнами железной хваткой вцепилась в горло девушки.

Уля лихорадочно заколотила ногами в бессмысленных попытках оттолкнуть от себя ту, что обвила ее шею подобно удаву. Практически в упор на нее взирали два синих горящих шара.

Обогнать Смерть у нее не получилось.

Она все равно догнала ее.

Хватка усилилась. Тело девушки обмякло, руки безжизненно опустились, глаза становились стеклянными с каждой новой секундой. Острые ногти женщины в вуали вспороли горло Ульяны, выпустив наружу фонтан крови. Утопая в луже собственной крови, она старалась справиться с судорогами и запомнить лицо сделавшей с ней это.

Затем она проснулась.

Сменив полотенце на бежевые брюки и розовую футболку, Уля спустилась на первый этаж и промелькнула в кухню. Приготовив себе яичницу, она добавила туда несколько ломтиков жареных томатов и бекон, после чего принялась готовить кофе в турке. Закончив завтракать, она убрала посуду в раковину и направилась в гараж, откуда доносились звуки рок-музыки. Рок был любимейшим музыкальным жанром ее отца и самым ненавидимым для нее самой.

К своему удивлению, в гараже она никого не обнаружила. Рабочая одежда, пропитанная грязными пятнами и запахом мазута, старый хлам, инструменты и стоявшая с открытым капотом "хонда" — это все, что открывалось ее взору. Вдохнув ароматы бензина, она поморщилась и вышла наружу. Обойдя гараж, Ульяна несколько раз громко позвала отца и, не дождавшись ответа, направилась к собачьей будке. Будка так же оказалась пустой. Судя по всему, отец ушел выгуливать Альму, их старую кавказскую овчарку.

Оглядевшись по сторонам, Уля беспокойно потерла ладони. Она чувствовала, как в глубине души у нее нарастали напряжение и паника.

Внезапно она ощутила, как земля резко уходит из-под ее ног. Ее тут же охватил первобытный животный страх. Закричав, она закрыла руками лицо. Тяжелый груз прижал ее к земле, она ощутила на себе горячее дыхание. Она не увидела света в конце тоннеля или Костлявой в черной как ночь мантии. До нее не прикоснулись холодные руки самой Смерти. Наоборот, она почувствовала что-то горячее и шершавое на своих руках.

Собачий язык.

Альма.

Огромная кавказская овчарка вздымалась над ней и упорно обнюхивала. Собака жалобно поскуливала, упираясь мордой в плечо своей хозяйки. Ульяна посмотрела вдаль, позади болтающегося в разные стороны собачьего хвоста она заметила стремительно приближавшуюся фигуру отца.

Облегченно вздохнув, Уля обняла собаку.

Встав на ноги, она погладила Альму против шерсти и посмотрела на небо. Вдоль мирно плывущих облаков летел самолет, оставляя за собой длинную белую полосу. Солнце разлилось на лазурном полотне.

Девушка непроизвольно улыбнулась.

Сегодня уровень не стал последним.

Глава 9

Собравшиеся в обеденной громко спорили по поводу сказанного Ромой.

- То есть я вернулся только потому, что мне стало страшно? - отмахнувшись, фыркнул бледнолицый юноша. - Господи, сколько же в нашей тетушке желчи...

- Прояви уважение! Она старше тебя по возрасту и не тебе осуждать ее мнение.

Ян стукнул по столу кулаком, пролив содержимое своего бокала на белоснежную скатерть. Многие из сидевших погрузились в глубокое молчание, стоявшая в углу комнаты молодая женщина в черном платье скрестила на животе руки и испуганно отвернулась.

- Не горячись, Ян.

Попытка Вани успокоить своего старшего брата не привела к желаемому результату. Пламя в глазах Яна вспыхнул с удвоенной силой.

- Что же, - Лука церемонно отхлебнул из стоявшей перед ним чашки с зеленым чаем. - Давайте не поддаваться эмоциям и сохраним на плечах холодные головы. Мы должны радоваться возвращению нашего брата, а не корить или упрекать его. Тем более Рома из тех, кто спит и видит, его сны всегда становились реальностью. И для всех и каждого из сидящих в данный момент за этим столом это лишний повод подумать о нависшей над нами угрозой. Речь идет о мертвых. А мертвые никогда не приходят во сне просто так.

Сказать что-либо в ответ на слова Луки никто из сидящих за столом не осмелился. Среди собравшихся он был самым старшим по возрасту и его поддержка, которую он оказывал своему брату-скитальцу могла выдержать любую критику.

Молодые люди тихо переговаривались, нервно кашляли в кулак и постукивали пальцами по столу. Атмосфера была напряженной, разрядить ее не могли и циничные шутки Жана, двадцатилетнего зеленоглазого юноши с родинкой под нижней губой и ухоженными русыми волосами, ни попытки перевести тему от самого габаритного и молчаливого среди братьев - Графа. Молодые люди чувствовали, как стены обеденной сужаются и готовятся раздавить каждого из находившихся в ней.

Стоявшие у окна Жанна и Рита едва слышно, поглядывая в сторону обеденной, обсуждали пугающие сновидения Ромы. Жанна взглянула на изувеченное после барной драки лицо младшего брата. Он продолжал молчать, лишь слушал что говорят остальные, запрокинув голову за изголовье стула и скрестив руки на груди.

- Что думаешь, Рит? Его сны вряд ли бы вызвали у многих такую тревогу, если бы не один пугающий факт.

- Какой?

Бледноватая, с волосами чуть ниже плеч, длинными черными ресницами и тонкими бровями поверх ярко-карих глаз, Рита задумчиво смотрела на обеспокоенное лицо своей старшей двоюродной сестры. Она поправила золотистые серьги и сплела пальцы рук, сложив их на уровне живота. Гнетущая атмосфера не давал покоя всем, кто находился в обеденной и непосредственной близости от нее.

- Все сны Ромы, что можно было отнести в разряд "вещих", сбылись. Наша бабушка разрядила его сновидения на малозначительные и многозначительные. К малозначительным относятся те сны, где, например, ему снится поездка в другой город или покупка нового автомобиля. Многозначительными принято считать сны, где он видит тюремные заключения кого-то из родственников, друзей или знакомых, а также чьи-то болезни или похороны. Его сновидения отличаются подробностями, четкостью и отсутствием мистицизма. Они всегда были рациональными и объяснимыми. Но в этот раз мы имеем необычный случай.

- Ты про то, что он видел во сне умерших?

Жанна кивнула.

- Потому он и вернулся после столь долгого отсутствия? Рассказать нам о своем кошмаре и загадочной угрозе, которая нависла над никому неизвестной девушкой? Возможно, что он всего-навсего пересмотрел фильмов ужасов и его мозг воссоздал страшное сновидение с участием некой девушки, которую он увидел на улице или на просторах Интернета. Он сам того не понимая запомнил ее лицо. Это один из феноменов нашего подсознания, способность запомнить и воссоздать в памяти лицо человека, которого удалось увидеть однажды среди случайных прохожих. Это кажется абсолютно бессмысленным и бесполезным, но этот ничем не примечательный человек может остаться в нашем подсознании и явиться к нам в тех же снах в любой момент нашей жизни.

- Иными словами - ты не веришь в то, что мертвые из кошмаров Ромы еще дадут о себе вспомнить?

- Именно так, сестра, я не верю, что мертвые покинут свои могилы ради истязания какой-то девчонки. Это же даже звучит абсурдно!

- Не верить в мистику и не бояться мертвых в нашем народе - не это ли считается абсурдом?

Девушки обернулись.

Позади них стоял Рома. Он крутил в руке что-то блестящее и мелкое. В одно мгновение из этого предмета вспыхнул тонкий язычок пламени. Огонь отливал иссиня-желтыми тонами, заставляя глаза молодого человека блестеть.

- Мне тоже хочется верить, что эти кошмары не могут стать реальностью. Однако у меня еще не были ни одного не сбывшегося сна, где присутствовали незнакомые люди.

Повисла неловкая пауза. Рита почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Ей было стыдно из-за того, что Рома услышал ее слова о абсурде его сновидений.

Огонь из бензиновой зажигалки продолжал гореть, не переставая быть объектом внимания прикованного к нему взгляда молодого человека.

- Люблю наблюдать над тем, как горит огонь. Это помогает успокоиться и сосредоточиться.

Убрав зажигалку в задний карман, он устало улыбнулся. Адаптироваться к прошлой жизни и родному окружению было тяжелее, чем когда-либо ранее.

Из темноты гостиной, едва переступив арку, на тусклый свет дефектных лампочек вышла невысокая фигура. Стоявшая у окна троица синхронно повернулась в сторону вышедшей. Заметив это, к ним вышли и все находившиеся в кухне.

Женщина, вышедшая из темноты, напоминала призрака, готового в любую секунду раствориться. Большие черные глаза, длинные седые волосы, курносый нос, сутулые плечи, впалые щеки, болезнетворный взгляд, искусанные губы. Ее голову покрывал черный платок с узорчатыми рисунками. Подолы черного платья волоклись по полу.

- Рада тебя видеть, дитя.

Рома перекатился с ноги на ногу.

Плохая детская привычка.

- И я рад видеть вас, тетушка.

Глава 10

Комната седоволосой женщины напоминала келью.

Занавешенные окна, журнальный столик, зеркало над старой деревянной кроватью, несколько полок с пыльными книгами, шкаф с вещами, портрет одетого в синий костюм статного лысого мужчины. В углу комнаты находились иконы, на тумбочках горели восковые свечи, воздух был заряжен аромат ладана. Бросив взгляд на стол, Рома заметил раскрытую Библию, четки и серебряное распятие. Хозяйка села на край кровати, положила руки на колени и посмотрела на столпившихся в проходе людей.

Запах воска и ладана, десятки ярких огоньков, образы святых, все больше и больше мыслей о кельи и аскетичном образе жизни тетушки посещали голову Ромы.

Прошло несколько минут прежде, чем он заметил одну особенность. В комнате не были ни радио, ни телевизора, ни каких-либо других гаджетов. На столе с высоким зеркалом лежали карты Таро, тетрадь и ручка. Осмотревшись, он продрог. Священное Писание, иконостас, иные религиозные атрибуты, характерные для церкви ароматы и - что сразу бросалось в глаза, - атмосфера полного, необъятного душевного одиночества.

- Расскажи мне о своих кошмарах, - спокойно, чеканя каждое слово, сказала старушка.

Рома откашлялся в кулак, стараясь унять охватившее его смущение и выиграть немного времени. Потерев горло, он начал свой рассказ. Подробный, раз за разом возвращаясь к деталям, повторно подчеркивая те или иные важные моменты. Собравшиеся в комнате люди окружили говорившего, стараясь не пропустить ни единого сказанного им слова.

Седоволосая женщина молча кивала головой, потирая сухие ладони. Глаза Ромы бегло изучали выражения лиц окружающих: Жанна сплела пальцы рук и приложила их к подбородку, Яна угрюмо стояла, опираясь на дверной косяк и пряча руки в карманах своих темно-серых джинс, Жанна и Яна робко выглядывали из-за двери, Рита смотрела в окно, Ваня почесывал бороду, Лука продолжал пить остывший чай. Изучение комнаты навело Рому на новое открытие - в ней не было фоторамок с фотографиями. В голове мелькнула мысль, что его тетя всеми силами пытается отстранить себя от мыслей, связывающих ее с жизнью, протекающей вне стен дома.

Подобно волне или лавине прежняя усталость вернулась с новой силой. Голова внезапно стала невыносимо тяжелой, ноги наполнились свинцом, в горле пересохло. Роме захотелось опереться на стоявший позади него шкаф, но он приложил колоссальные усилия, чтобы не делать этого.

Закончив пересказ своих кошмарных сновидений, Рома лениво потер лоб внутренней стороной ладони. Стоявшие в дверях продолжали молчать, пожилая женщина опустила голову и что-то едва слышно прошептала.

За окном сгущались сумерки, на небе восседала кроваво-красная луна, по всей округе разносился собачий лай. Темнота просачивалась сквозь окно, заполняла комнату, поглощая ее и всех тех, кто в ней находился. Исходящий от догорающих восковых свеч свет становился все более тусклым. На мгновение Роме стало казаться, что он находится в колодце, стремительно заполняющегося водой. Выбраться невозможно, заветная точка света находится слишком высоко, а вода уже начала проникать в дыхательные пути. Так же и с царившей за окном тьмой - она сдавливала его, подобно петле и он ждал пока кто-то проявит милосердие и выбьет из-под его ног требует.

Темнота - причина огромного количества фобий и страх, преследовавших человеческий род с момента его появления. В ней рождались и из нее выходили несметное полчище фольклорных чудовищ разных народов мира. Тьма разрушала в человеке человека, становилась предметом пыток, поклонения и в конечном итоге ей удалость стать причиной самой сильной человеческой эмоции - страха. Первородного, пронизывающего каждую клетку ужаса.