Сад моего сердца. Письма императрицы Александры Федоровны Романовой

Письма императрицы Александры Федоровны Романовой

Романова, Александра Федоровна (императрица Российская; 1872–1918).

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Благоуханный сад сердца

Книга Александры Федоровны «Сад сердца» – это не просто сборник, составленный из подлинных писем, это настоящая сокровищница мудрости и вдохновения, которыми автор щедро делится с читателями. Пронизанная глубокими чувствами и нежностью, она открывает перед нами не только внутренний мир одной из самых значимых женщин своего времени, но и универсальные истины, актуальные для каждого из нас. В «Саду сердца» Александра Федоровна приглашает нас погрузиться в атмосферу любви, надежды и внутреннего спокойствия. Ее слова напоминают нам о том, как важно заботиться о своем внутреннем мире, о близких и дорогих сердцу людях, о собственных чувствах и эмоциях. Как сад требует внимания и ухода, так и наше сердце нуждается в заботе, любви и ярких впечатлениях, чтобы расцвести во всей своей красе. Через призму личных переживаний, размышлений о жизни и о людях Императрица дарит нам мысли о сострадании, доброте и духе служения. Каждая страница книги пронизана светом и мудростью, которые вдохновляют на следование духовному пути, на развитие внутреннего мира и на создание гармонии в окружающей действительности.

«Сад сердца» – это не просто книга, это приглашение к путешествию в сад ваших собственных чувств и эмоций, где вы сможете раскрыть свои мечты и желания, найти вдохновение и утешение. Императрица Александра Федоровна напоминает каждому из нас о бесконечной силе любви и о том, что, взращивая и ухаживая за своим внутренним садом, мы можем не только изменить свою жизнь, но и сделать мир вокруг нас ярче и теплее.

Эта книга станет верным спутником в поисках гармонии и счастья, вдохновляя на созидание собственного «Сада сердца», где каждая его цветущая ветвь будет символизировать моменты любви, радости и умиротворения.

В сборнике вы прочтете избранные фрагменты из писем Императрицы Александры Федоровны к своему мужу Николаю II. До военного периода супруги редко разлучались. Объем оригинальных писем впечатляет. Императрица делилась с любимым Ники не только важными новостями из столицы, но и собственной болью. В своих посланиях она писала о том, как проходит ее день, рассказывала о детях, о помощи раненым, делилась собственными мыслями о войне, о Боге и вере и, конечно же, никогда не забывала о своей главной миссии – быть супругой Государя Российской Империи.

Слова поддержки, клятвы, признания в любви и верности; вера в своего мужа, Господа и Родину – все это Императрица Александра излагала в своих письмах. Мы выбрали самые яркие и искренние фрагменты из писем того времени. Мы верим, что при чтении этой книги вы сможете прочувствовать благоухание духовного сада и чувств Императрицы Александры Федоровны, а также совершить путешествие в события дореволюционной России.

Сборник дополнен избранными наставлениями архиепископа Феофана Полтавского (Быстрова), духовного наставника семьи Романовых.

С наилучшими пожеланиями, редакция

О безграничной любви

Мое милое сокровище, мой родной,

Ты прочтешь эти строки, когда ляжешь в кровать в чужом месте, в незнакомом доме. Дай Бог, чтобы путешествие было приятным и интересным, и не слишком утомительным и чтобы не было слишком много пыли. Я так рада, что у меня есть карта, так что я могу за тобой следить ежечасно. Ты мне будешь страшно не доставать, но я рада за тебя, что ты два дня будешь в отсутствии и получишь новые впечатления, и ничего не услышишь об историях Ани[1]. Мое сердце болит, мне тяжело. Неужели доброта и любовь всегда так вознаграждаются? Сперва «черная семья», а теперь вот она. Всегда говорят, что нельзя достаточно любить. Здесь мы дали ей наши сердца, наш домашний очаг, даже нашу частную жизнь. А что мы от этого приобрели? Трудно не испытывать горечи, так это кажется жестоко и несправедливо. Пусть Бог смилостивится и поможет нам. У меня такая тяжесть на сердце. Я в отчаянии, что она, Аня, причиняет тебе беспокойство и вызывает неприятные разговоры, не дающие тебе отдохнуть. Но постарайся забыть всё в эти два дня. Благословляю и крещу тебя и крепко держу тебя в своих объятиях. Целую всего тебя с бесконечной любовью и нежностью. Завтра утром, часов в девять, я буду в церкви и попробую опять пойти в четверг. Мне помогает молиться за тебя, когда мы в разлуке. Я не могу привыкнуть хотя бы на короткое время не иметь тебя здесь, в доме, хотя при мне наши пять сокровищ. Спи хорошо, мое солнышко, мой драгоценный, тысячу нежных поцелуев от твоей старой жены.

Господь благословит и охранит тебя.

Ливадия, 27 апреля 1914 г.

Мой любимый,

Когда ты прочтешь эти строки, поезд будет тебя увозить далеко от нас. Еще раз пришел час разлуки, его всегда одинаково тяжело переносить. Когда ты уезжаешь, одиночество так тягостно, хотя у меня мои дорогие дети. Все же часть моей жизни – мы ведь с тобой одно.

Бог да охранит и благословит тебя на твоем пути, и пусть у тебя будут хорошие впечатления и ты дашь радость всем кругом и принесешь силу и утешение страдающим.

Ты всегда приносишь «обновление», как говорит наш Друг. Я рада, что пришла его телеграмма. Так успокаивает знать, что Его молитвы следуют за тобой.

Царское Село, 21 января 1915 г.

В молитвах и мыслях я буду следовать за тобой, увы, не в действительности. Чувствуй мое присутствие и непрестанную любовь, витающую вокруг тебя с нежностью и лаской.

Прощай, душка, сокровище моей души, Бог да благословит и охранит тебя и вернет тебя здоровым и благополучным к нам. Горячо тебя целую и остаюсь, дорогой муженек, твоей старой женкой.

Аликс. 26 января 1915 г.

Дорогой мой, мои самые нежные мысли всегда окружают тебя тоской о тебе и любовью. Я радуюсь за тех, кто видит тебя и кому ты приносишь энергию и мужество. Ты всегда всех ободряешь своим спокойствием. Будем надеяться, что каждый день ты будешь иметь более теплую солнечную погоду и вернешься загорелый. Пожалуйста, передай наш сердечный привет Н.П. и М. Сидишь ли ты когда-нибудь в моем отделении?

Теперь я должна отдать письмо, так как курьер должен повезти его в город, а потом я немного отдохну перед обедом. Не волнуйся, что у тебя нет времени писать. Я это прекрасно понимаю и ни минуту не обижаюсь. Прощай, мой дорогой, целую и благословляю тебя еще и еще раз, так нежно.

Всегда твоя старая женка. 26 января 1915 г.

Мой муженек, ангел дорогой,

Какая радость узнать, что послезавтра я буду держать тебя крепко в своих объятиях, слушать твой дорогой голос и смотреть в твои любимые глаза. Только ради тебя я жалею, что ты ничего не видел. Если бы я только могла чувствовать себя прилично к тому времени, когда ты вернешься.

Теперь прощай, мое сокровище, благословляю и целую тебя еще и еще.

Твоя собственная «Солнышко». 9 марта, 1915 г.

Мое дорогое сокровище,

Еще раз ты нас покидаешь и, я думаю, с радостью, потому что жизнь, которую ты тут должен был вести, за исключением только работы в саду, более чем тяжела и утомительна. Мы почти друг друга не видели, так как мне приходилось лежать. О многом я не имела времени спросить, и, когда мы поздно вечером оказывались вместе, половина моих мыслей улетучивалась. Да благословит Бог твое путешествие, мой любимый, и да принесет оно снова успех и воодушевление твоим войскам. Надеюсь, что ты побольше увидишь, прежде чем доберешься до Ставки, и, если бы Николаша что-нибудь сказал Воейкову, как бы в форме жалобы, сейчас же положи этому конец и покажи, что ты хозяин. Прости меня, мой драгоценный, но ты знаешь, что ты слишком добр и мягок. Иногда хороший громкий голос и строгий взгляд делают чудеса. Дорогой мой, будь решительнее и увереннее в себе. Ты прекрасно знаешь, что следует делать, и, когда ты не согласен и правда на твоей стороне, открыто выскажи свое мнение и заставь его перевесить чужие. Они должны лучше помнить, кто ты такой и что им следует прежде всего обращаться к тебе. Твоя личность чарует каждого в отдельности, но я хочу, чтобы ты держал их в повиновении умом и опытом.

Душка, ты найдешь на своем письменном столе цветы (я их целовала). От них в отделении веселее.

Прощай, да благословит тебя Бог, моя душка, мой дорогой, нежно прижимаю тебя к моему сердцу и целую тебя и обнимаю так крепко.

Навсегда твоя женка Аликсъ. 4 апреля 1915 г.

Мой любимый,

шлю тебе на завтра нежные пожелания. Это первый раз за 21 год, что мы не проводим этой годовщины вместе. Как ясно все вспоминаешь. О дорогой мальчик, сколько счастья и любви ты дал мне за все эти годы. Бог поистине щедро благословил нашу супружескую жизнь большим любящим сердцем. Пусть всемогущий Бог поможет мне быть достойной твоей помощницей, твое милое сокровище, мое солнце, отец моего солнечного луча.

7 апреля 1915 г.

Мой любимый муж,

мои молитвы и признательные мысли полны глубочайшей любви, витают вокруг тебя в эту дорогую годовщину. Как годы проходят, уже 21 год. Ты знаешь, я сохранила старое платье принцессы, которое я носила в это утро, и я буду носить твою дорогую брошку. Боже мой, как много мы прожили вместе в эти годы, везде тяжкие испытания, но дома, в нашем гнезде, яркое солнце. Посылаю тебе на память образ святого Симеона. Оставляй его всегда в своем отделении как ангела-хранителя. Тебе понравится запах дерева.

8 апреля 1915 г.

Посылаю тебе несколько ландышей, чтобы поставить на письменный стол. Там есть стаканы, которые всегда приносили для моих цветов. Я поцеловала нежные цветы, и ты их также поцелуй.

14 апреля 1915 г.

Теперь, моя дорогая птичка, я должна кончать, так как мне нужно писать для английского курьера и сестре Ольге. Бог да благословит и да охранит тебя. Целую еще и еще раз с нежнейшей любовью; навсегда, дорогой Ники.

Твоя старая «Солнышко». 17 апреля 1915 г.

Мой любимый,

Ты прочтешь эти строки прежде, чем лечь спать. Вспомни, что твоя женка будет о тебе молиться и думать, так много думать. Ты страшно мне недостаешь. Так грустно, что мы не проведем день твоего рождения вместе. Это в первый раз. Пусть Бог тебя щедро благословит, даст тебе крепость и мудрость, утешение, здоровье, спокойствие духа, чтобы продолжать мужественно нести тяжелый венец, который Он возложил на твои плечи. Ах, этот нелегкий и неудобно носимый крест! Как бы я хотела помочь тебе нести его! В мыслях и молитвах я всегда это делаю. Я хотела бы облегчить твое бремя – столько тебе пришлось выстрадать за эти двадцать лет. И ты еще родился в день Иова многострадального, моя бедная душка. Бог поможет тебе, я уверена, но сердце еще много будет болеть и будут тревоги и тяжкий труд, который придется храбро переносить с верой в милосердие и безграничную мудрость Бога. Тяжело не быть в состоянии нежно поцеловать и благословить тебя в день рождения.

4 мая 1915 г.

Мой драгоценный,

Поздравляю тебя с сегодняшним дорогим днем. Дай Бог, чтобы мы могли его провести в будущем году мирно и радостно и чтобы кошмар войны тогда прошел. Осыпаю тебя нежными поцелуями – увы, только в мыслях – и молю Бога охранить и особенно благословить тебя во всех твоих начинаниях.

6 мая 1915 г.

Сокровище души моей, мой дорогой ангел, Бог да поможет тебе, да утешит и укрепит, и поможет нашим храбрым героям. Целую тебя еще и еще и благословляю без конца. Должна кончать.

Навсегда твоя собственная женка. 7 мая 1915 г.

Мой драгоценный,

С тяжелым сердцем я тебя провожала в этот раз – все так серьезно, и сейчас так особенно тяжело, и мне так хочется быть с тобой, чтобы разделять твои заботы и тревоги. Ты все это переносишь так мужественно и в одиночестве. Позволь мне помочь тебе, мое сокровище. Наверное, есть какой-либо способ для женщины помогать и быть полезной. Мне так хочется облегчить тебе твою задачу. Я буду следовать за тобой и буду близка тебе в мыслях и молитвах все время. Пусть Бог благословит и защитит тебя, мой храбрый, терпеливый, кроткий. Осыпаю твое милое лицо бесконечными, нежными поцелуями. Люблю тебя выше слов, мое собственное солнце и радость. Благословляю тебя. Грустно не молиться вместе, но Боткин находит, что для меня благоразумнее оставаться спокойной, чтобы поскорее совсем поправиться.

Твоя собственная женка. 10 июня 1915 г.

Милая, мужественная душа моя, как я хотела бы обрадовать твое бедное измученное сердце чем-либо светлым, какой-нибудь надеждой. Мне хочется крепко обнять тебя и положить твою милую голову к себе на плечо. Тогда я покрыла бы лицо и глаза моего милого поцелуями и шептала бы ему нежные слова любви. Целую твою подушку по ночам – это все, что у меня осталось, – и благословляю ее. Теперь должна ложиться спать. Отдохни хорошенько, мое сокровище. Благословляю и целую тебя так нежно, и тихонько глажу твой дорогой лоб.

12 июня 1915 г.

Я страшно страдаю от разлуки с тобой. Двадцать лет мы всё делили пополам, а теперь происходят серьезные вещи, и я не знаю твоих мыслей и намерений; это так больно. Бог да поможет и правильно направит тебя, моя дорогая душка. Я тоже гораздо спокойнее, когда ты тут. Я страшусь, что они воспользуются твоим добрым сердцем и заставят тебя делать вещи, которых ты, вероятно, не сделал, если бы мог спокойно их обдумать здесь.

15 июня 1915 г.

Какое громадное счастье, что ты скоро опять возвращаешься, но я все-таки дрожу при мысли, что, может быть, это не осуществится. Бог да подаст успех нашим войскам, дабы ты мог оттуда уехать с более спокойной душой.

Прощай, мой любимый, мой дорогой Ники, Бог да благословит и защитит тебя и благополучно доставит тебя в любящие объятия твоих детей и жаждущей тебя твоей жены.

Беби[2] и я отправляемся, чтобы видеть Гальфтера[3] и потом трех раненых. Мне недостает моего лазарета, и мне грустно, что я не могу работать и смотреть за моими дорогими ранеными.

26 июня 1915 г.

Мой родной, любимый,

Не могу найти слов, чтобы выразить все, что я хочу, – мое сердце слишком полно. Я только хотела бы крепко держать тебя в своих объятиях и шептать тебе слова бесконечной любви, призывая бесконечное благословение. Более чем тяжко отпустить тебя совсем одного, но Бог очень близок, более чем когда-либо. Ты бился в этом великом бою за свою страну и престол один, храбро и с решимостью. Никогда раньше не видели в тебе такой твердости, и это не может не принести хороших плодов. Когда я могу принести малейшую пользу, говори мне, что делать – пользуйся мною. В такое время Бог даст мне силу помочь тебе – ибо наши души сражаются за правду против зла.

Нежно прижимаю тебя к моему сердцу, целую и ласкаю без конца – хотела бы показать тебе всю бесконечную любовь мою к тебе, согреть, ободрить, утешить, укрепить тебя и сделать тебя увереннее в себе. Спи хорошо, мое солнышко, Спаситель России! Вспомни прошлую ночь, как нежно мы прижимались друг к другу! Я буду тосковать по твоим ласкам – мне всегда их недостаточно. И все же у меня есть дети, а ты один. В другой раз я дам тебе Беби на короткое время, чтобы тебя подбодрить. Целую тебя без конца и благословляю, пусть святые ангелы охраняют твой сон. Я близка к тебе, я с тобой навсегда, и никто нас не разлучит.

Твоя жена «Солнышко». 22 августа 1915 г.

Я завтра со взрослыми девочками еду в город, чтобы видеть наших раненых, вернувшихся из Германии, а потом будем чай пить на Елагине, и я надеюсь поставить свечу у Спасителя за тебя. У меня ничего нет интересного рассказать тебе, моя душка, Бог да охранит и благословит тебя, поможет тебе в тяжкой работе, пошлет силы и успех нашим войскам. Тысячи поцелуев, мой Ники, от твоей глубоко любящей старой женки.

1 сентября 1915 г.

Я беспрестанно думаю о тебе, мой ангел, сердцем и душой молюсь за тебя и тоскую по тебе, более чем могу сказать, но я счастлива, что ты там и что я, наконец, все знаю. Теперь прощай, мой душка, человек должен уезжать. Бог да благословит и оградит тебя. Целую каждое дорогое местечко еще и еще и крепко держу тебя в своих объятиях.

Навсегда твоя собственная женка Аликс. 2 сентября 1915 г.

Много нежных поцелуев, горячих молитв и благословений, мой муженек, от твоей собственной старой женки «Солнышко».

Бог поможет – будь тверд и энергичен – направо и налево встряхни, и разбуди всех, и, если будет нужно, решительно прихлопни. Тебя не только должны любить, но должны тебя бояться, тогда все пойдет хорошо.

Все дети тебя целуют.

3 сентября 1915 г.

Я так жажду известий. Бесконечно целую тебя, любимый мой, ты мне недостаешь. Когда ты вернешься? Я полагаю, что это будет только на несколько дней? Увы, у меня нет ничего интересного рассказать тебе. Все мои помыслы непрестанно с тобой. Посылаю тебе цветов, я обрезала стебли, они тогда будут дольше держаться. Бог да благословит тебя.

Навсегда твоя собственная старая женка. 4 сентября 1915 г.

Любимый, дорогой Ники,

Каждое утро и каждый вечер я благословляю и потом целую твою подушку и один из твоих образов. Я всегда благословляю тебя, когда ты спишь, я встаю, чтобы раздвинуть занавески. Теперь твоя женушка спит здесь внизу одна, и ветер сегодня ночью завывает так уныло. Как одиноко ты должен себя чувствовать, мой маленький! Ах, любимый мой, – уже две недели, что ты уехал, – я люблю тебя так нежно и я жажду держать тебя в своих объятиях и покрывать твое милое лицо нежными поцелуями и смотреть в твои большие прекрасные глаза. Ты телеграфировал, что ты мне писал, так что я жадно жду твоего письма, душка. Грустно иметь только телеграммы, в которых нельзя давать известий, но я знаю, что у тебя нет времени для писем и, когда так усиленно работаешь, скучно и утомительно еще садиться писать письма, а у тебя всякая минута занята, моя душка. О сокровище мое, как мне хочется быть с тобой, я так ненавижу разлучаться и не быть в состоянии обнять тебя крепко и покрыть тебя поцелуями. Ты один переносишь страдания по поводу известий с войны. Я тоскую по тебе. Бог да благословит и поможет, укрепит, утешит, охранит и ведет тебя.

Навсегда твоя собственная женка. 6 сентября 1915 г.

Я страшно жажду известий. Бог поможет. Прощай. Да благословит тебя Господь, мой милый, покрываю твое дорогое лицо нежными горячими поцелуями и так жажду обнять тебя и хоть на несколько минут позабыть обо всем на свете.

Навсегда твоя старая «Солнышко». 7 сентября 1915 г.

Мой муженек, ангел мой милый, мне так грустно каждый день надоедать тебе такими вещами, но я не могу иначе. Мне хотелось бы целовать тебя и смотреть в твои милые глаза. Бог да благословит и охранит тебя, и поведет, и защитит тебя.

Навсегда твоя старая женка. 8 сентября 1915 г.

О мой дорогой, благодарю и еще благодарю тебя так нежно за твое милое письмо от одиннадцатого. Я его получила с глубочайшей благодарностью и с радостью. Я его целовала, еще и еще, и читала Бог знает сколько раз. Да, в самом деле, когда придет счастливая минут, когда мы будем уютно сидеть вместе в моей сиреневой комнате!

14 сентября 1915 г.

Моя любимая душка,

Шлю тебе столько нежных поцелуев и благодарности за твое драгоценное письмо. Ах, как я люблю получать от тебя известия, еще и еще раз перечитываю твои письма и целую их. Неужели в самом деле ты скоро будешь с нами? Это кажется слишком большим счастьем, чтобы этому поверить. Тогда будет четыре недели, что мы расстались, – редкая вещь в нашей жизни. Нам в этом отношении так везло, и поэтому сильнее ощущаешь разлуку. И теперь, когда времена такие тяжкие и столько испытаний, я совсем особенно хочу быть около тебя, с моей любовью и нежностью, чтобы ободрять тебя, давать тебе мужество и поддерживать тебя в твоей решимости и энергии. Бог да поможет тебе, мой любимый, найти правильный выход во всех трудных вопросах – это моя постоянная усердная молитва. Но я вполне верю словам нашего Друга, что слава твоего царствования приходит с тех пор, как ты твердо держишься своего решения против общего желания, и мы видим хорошие результаты. Я рада, что мои длинные письма тебе не надоедают и что тебе уютно их читать. Я не могу не разговаривать с тобой, хотя бы на бумаге, иначе было бы слишком тяжко, эта разлука, и все остальное, что меня волнует. Я так рада, что цветы приходят свежими – они придают столько веселости комнате, и они прямо берутся из ваз, вместе со всей моей любовью и нежностью. Любимый мой, я должна кончать, Бог всемогущий да охранит тебя и направит теперь и навсегда. Целую тебя с бесконечной нежностью и бездонной любовью.

Всегда твоя собственная «Солнышко». 16 сентября 1915 г.

Ах, любовь моя, как ты мне дорог, как я бесконечно жажду помочь и по-настоящему быть полезной. Я так молю Бога сделать меня твоим ангелом хранителем и помощницей во всем. Благословляю тебя, мой ангел. Бог и Святая Дева да благословят тебя. Осыпаю тебя любящими, нежными поцелуями. Навсегда, мой муженек, твоя старая

«Солнышко». 17 сентября 1915 г.

Я благословила и целовала твою пустую подушку и положила на нее свою голову, по обыкновению. Она только может принимать мои поцелуи, но, увы, не может отвечать. Спи хорошо, моя душка, желаю тебе увидеть твою старую женку во сне и чувствовать себя в ее нежных объятиях. Бог да благословит тебя, и святые ангелы сохранят тебя. Прощай, мое сокровище, мое солнышко, мой «многострадальный Иов».

17 сентября 1915 г.

Какая огромная радость, через три дня, даст Бог, ты будешь опять с нами. Это слишком хорошо. Моя любовь, моя радость, я жду тебя с таким нетерпением.

Прощай, моя душка, благословляю и целую тебя без конца с глубокой и искренней любовью, люблю больше и больше, каждый день. Спи хорошо, Агунюшка. Я еще напишу завтра, если кто-нибудь едет тебе навстречу, так как может быть будет что сказать после моего разговора с Горемыкиным.

Навсегда, мой дорогой Ники, твоя нежно любящая жена «Аликсъ».

20 сентября 1915 г.

Так одиноко без твоих ласк, которые для меня все, – ах, как я люблю тебя, «больше и больше каждый день, с бесконечной искренней преданностью глубже, чем я могу сказать». Но эти дни были страшно утомительны для тебя, и последний вечер мы не могли даже спокойно провести вместе, а это грустно. Милый мой, я люблю тебя и хотела бы никогда с тобой не расставаться и делить все с тобой. Какая радость была иметь тебя здесь, мое солнышко, я буду жить этими воспоминаниями. Спи хорошо, мой муженек, твоя женка всегда возле тебя, с тобой и в тебе. Когда ты вспомнишь книжки с картинками, всегда думай о старой женке. Бог да благословит и защитит, охранит и направит тебя.

Всегда твоя старая «Солнышко».

Благословляю тебя. Целую и ласкаю каждое нежное любимое местечко и гляжу в твои глубокие, нежные глаза, которые давно меня совсем покорили. Любовь всегда растет.

1 октября 1915 г.

Моя душка, ты мне так, так недостаешь, я хочу твоих поцелуев, хочу слышать твой дорогой голос и смотреть тебе в глаза. Я так благодарю тебя за твою телеграмму – ну, Беби, наверное, было приятно присутствовать на смотре. Как уютно должно быть, что ваши кровати в одной и той же комнате. Всякие благопожелания на именины нашего дорогого.

Целую тебя без конца и прижимаю крепко к своему старому сердцу, которое всегда по тебе тоскует. Милый Ники, твоя женка

Аликсъ. 3 октября 1915 г.

Очень жажду тебя и нетерпеливо считаю дни, которые еще остаются. Бог да благословит и охранит тебя, и защитит, и направит теперь и всегда. Покрываю тебя нежными поцелуями, мое сокровище, и остаюсь твоя, глубоко любящая, собственная.

Посылаю тебе еще несколько цветов. Я всегда целую и благословляю твою подушку утром и вечером.

9 октября 1915 г.

Моя родная душка,

Вот опять вы уехали, мои два сокровища. Бог да благословит ваше путешествие и пошлет своих ангелов, чтобы охранять и направлять вас. Пусть будут у вас только прекрасные впечатления и пусть все идет хорошо. Как там будет на море? Оденься потеплее, моя душка, наверное, будет страшно холодно – только бы не качало. Возьми Беби на несколько судов – но только не в открытое море – и, может быть, к фортам, в зависимости от того, как ты найдешь его здоровье. Я чувствую себя настолько спокойной за тебя, зная, что это дорогое дитя возле тебя, чтобы согревать и утешать тебя своей веселостью и своим милым обществом. Более чем грустно без вас обоих. Но не будем говорить об этом. Посмотри, чтобы он достаточно тепло одевался.