- -
- 100%
- +
– Правда, дракон, – подтвердил присутствующий и снова плюнул огнем.
На этот раз образовалась небольшая сфера, которая осветила округлую пещерку и моего собеседника. Он был прекрасен! Даже лучше, чем на ярких картинках в книгах. Изумрудно-фиолетовая голова, на загривке усыпана бугорками-наростами в два ряда, изумрудное тело, крылья, на конце покрытые золотыми чешуйками и фиолетовое брюшко, развалившееся на камнях.
– О-фо-на-реть! – еще раз восхитилась я. – А можно вас погладить, фрэйн дракон?
– Фрэйн дракон? – изумился тот, приподняв брови и пробуя на вкус обращение. – Фрэйн дракон…
– А как вас называть?
– А ты бы как хотела?
– Ну… допустим, Малахит! Вы такой же красивый и редкий! И я книжку читала про дракона Малахита.
– Я красивый? – снова удивился дракон.
Я кивнула, протягивая руку к его морде. В затяжном прыжке, я едва бы и до подбородка его достала, но Малахит нагнулся, позволяя провести ладошкой по его мордочке. Затаив дыхание, осторожно погладила чешуйки и, не веря собственным ощущениям, погладила повторно, после чего задорно рассмеялась. Да так, что смех эхом раскатился по пещере, создавая впечатление, словно здесь смеется толпа троллей.
Дракон в страхе отпрянул и округлил глаза. Закрыв рот ладошкой, я внимательно на него посмотрела. Испугался, меня? Обычного человека?
– Простите, Малахит. Почему-то во дворце все пугаются моего смеха. Меня зовут Долорес. Для друзей – Ди.
– А мы – друзья?
– Давайте будем! А то вы грустный такой, аж сердце щемит от тоски. Неужели принц с вами совсем не разговаривает?
– Почти не разговаривает, – подтвердил Малахит и из его ноздрей вышел пар.
– А почему?
– Времени у него нет. Нападения, покушения, странные магические болезни, попытка разрядить артефакт. Сложно ему без жены. Прячут меня…
– От кого?
– От магических болезней и врагов королевства. Я ведь последний дракон Ла Эль Дероси.
– Грустно, – я поднялась на ноги и отряхнулась. Ну вот, на коленке теперь кровавая ссадина. – Грустно быть последним драконом. И у вас никогда не будет возлюбленной драконихи?
Дракон внимательно на меня посмотрел, а потом рассмеялся.
– Ну, ты даешь, девица. А зачем мне дракониха?
– Ну, как зачем? Чтобы любила, семья чтобы была. Да и драконят ведь не ветром надувает! – я рассмеялась и поиграла бровями, намекая на то, что знаю, откуда драконы берутся. Не тут-то было.
– Я могу сам родить дракона, – серьезно заявил Малахит.
– Как сам? – я разве что обратно на пятую точку не свалилась. – Без драконихи? Сам? Как такое возможно?
– Мы, драконы, когда полюбим, можем зачать внутри себя новую жизнь. От этой любви, – грустно протянул он и сложил морду на передние лапы.
Я подошла ближе и обняла обеими руками Малахита за клыкастую пасть. Смогла обнять лишь правую ноздрю, но честно старалась его приободрить:
– Ну, не грустите. Вы когда-нибудь обязательно полюбите!
– Надеюсь… – с надеждой протянул он.
– Да точно! Я вот вас уже люблю. Вы такой большой, красивый и… грустный. Давайте во что-нибудь сыграем? У вас есть… карты, например?
– Карты? – задумался он. – Сейчас что-нибудь поищем. В моей сокровищнице куча всякого хлама.
И он поднялся на лапы. Ого! Я и не заметила, какая пещера изнутри высокая. Неужели я провалилась на такую глубину? Малахит удивительно ловко при своей-то комплекции, юркнул в лаз и оставил меня один на один с огромным огненным шаром.
– Привет, – опасливо покосилась на шар и сделала шаг назад. Огонь приблизился. Я снова отступила на шаг. Огонь опять приблизился.
– Ма-ма, – с опаской протянула я.
– Иду-иду, – раздалось из другой пещеры, куда скрылся Малахит. – Вот, нашел какие-то. Правда из дерева хигу с драгоценными камнями… простых в сокровищнице не водится.
– Давайте какие есть, разница-то невелика. Умеете в идиота? – отходя подальше от светила, поинтересовалась я.
– На желание?
– А хотя бы и так!
– Раздавай. Не играл почти двести лет. Как знать, может и осталось что в памяти.
Я раздала карты, хоть это оказалось и не просто. Тяжелые, большие, я еле удерживала их обеими руками. Но был и один плюс: мы с парнями иногда захаживали в игорные заведения, пропустить партию-другую, когда совсем не было денег. Иногда на кону стояли деньги, иногда еда, но почти все время мы выходили с сытым брюхом. Знаю, богиня, как и матушка-настоятельница, не одобряют походы в игорные заведения, но голодному желудку не прикажешь.
Дракон играл с интересом, тщательно обдумывая следующий ход и изящно выкладывая карты на камень. Я же, поджав под себя ноги, устроилась на драконьем крыле и играла эмоционально, не забывая каждый раз радоваться и комментировать, если ход оставался за мной. В конце концов, за мной осталась и партия. Дракон внимательно и даже не веря глазам, рассматривал последнюю биту и размышлял вслух.
– Как же так. Я ведь ходы считал…
– Считали, – поддакнула.
– Карты считал…
– Считали!
– А как же получилось, что выиграла ты?
– Иногда все дело в простой удаче!
– Дракон – идиот, – грустно протянул Малахит. – Ты когда-нибудь слышала о таких?
– Ну, это же только игра! Давайте еще разок раскинем, и я проиграю, а? – я подмигнула дракону, подбадривая.
– Нет. Уговор есть уговор. Говори свое желание. Все, что угодно. Хочешь – магию особую? Или несметные богатства? Хочешь, принц в тебя влюбится?
– Принц? – рассмеялась я. – Да вы его видели? А, конечно, видели. Он же ловелас первой гильдии, на кой мне такой возлюбленный? Даже меня, замарашку, только во дворец приехала, сразу же прощупал. И цветочки подарил, и репсиками кормил, весь такой прекрасный и обаятельный! Нет. Такой любви мне точно не надо. Сегодня я, а завтра другая?
Малахит рассмеялся и пояснил:
– Тебя две недели ждали, девица. Конечно, принц прибежал сразу, как ему доложили. Но скажу тебе, что первое испытание ты прошла.
– Какое испытание?
– Все фрэйни, прибывшие ко двору, были встречены пышно и торжественно. Принц, первые советники, дипломаты, представители собрания мыслителей, затем званый ужин с принцем. С тобой он просто ужина не дождался, сразу решил узнать поближе.
– А вы-то откуда все знаете, сидя в своей пещере?
– Смотри, – и дракон нарисовал в воздухе когтем большой круг.
По воздушному кругу прошла мелкая рябь, и мы увидели картинку: принц самозабвенно флиртует с блондинкой, той самой, которая громче всех смеялась надо мной за ужином и еще про чулки вдогонку бросила. Мы с Малахитом поморщились. Стерва. Если встречу – все патлы ей поотрываю! Устрою темную этой зазнайке. В следующий миг принц кокетливо заправил белоснежную прядку бесстыдницы за ушко и коснулся пальцами щеки.
– О, пожалуйста, – гоготнула я. – И его любовь вы мне предлагаете в качестве дара? Увольте.
– Ну, а как тебе адаптант Миргас? Все юные фрэйни хотят любви и хорошей партии. Он, конечно, не свободен, но я древний дракон. Захочешь, и адаптант в тебе души чаять не будет!
По сфере вновь прошла рябь, и мы увидели другую картинку. Я аж рот открыла и глаза округлила. В саду, в закатных лучах солнца стоял он: адаптант. Волосы забраны в низкий хвост на затылке, ни плаща, ни рубашки – голый рельефный торс, скульптурные мышцы на руках, на бедрах легкие тренировочные штаны и босиком. Закрыв глаза, он выводил руками разные пассы, меняя позы, перекатываясь из одной в другую, кружась. Оранжево-золотой солнечный свет вычерчивал замысловатые фигуры с полутенями на его обнаженном торсе. Мужчина тренировался, а я бесстыже пялилась и разве что слюни не пускала.
– О-бал-деть, – едва выдохнула я. Малахит негромко рассмеялся, видя мою реакцию. – Красавец-то какой. А мускулы, мускулы! Видал? Ой… видали? Я вот нет. Никогда не видала. А задница-то какая, – я наклонилась, чтобы лучше рассмотреть и рассмеялась. – Глаз не оторвать!
– Ну, как? Хочешь такого себе?
Первой мыслью была «хочу-хочу», но адаптант резко открыл глаза и посмотрел прямо на меня. После этого сфера мгновенно растворилась в воздухе. Дракон печально вздохнул.
– Силен. И так каждый раз. Запрещает мне подглядывать. Говорит, «не благородное это дело, дракон, подглядывать!» Берешь?
– Нет, – я помотала головой, сглатывая слюну. – Ну, какая это любовь, когда по принуждению? Любовь, она либо есть, либо нет. Мне понарошку не надо. Тем более, говорите, занято его сердце. А раз так – пусть достанется своей избраннице.
– Чем же тогда тебе угодить? – задумался Малахит, почесав морду.
– А можно… можно… – у меня аж глаза засветились, как драгоценные камни. – А вы можете меня… прокатить?
– Прокатить? – изумился он.
Я азартно закивала:
– Ага. По небу! Полет с драконом! – расправив руки-крылья, я покружилась по пещере, показывая, какой полет мне бы хотелось. – Вот так – вуууу! Вжих вниз, а потом уааау вверх! И мертвая петляяяя…. Можно? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!!!
Дракон смотрел сначала напряженно-тяжело, внимательно так, что я подумала, будто попросила нечто непозволительное, а затем рассмеялся. Да так, что стены пещеры содрогнулись. Смеялся долго, аж свалился на хвост. А когда, наконец, пришел в себя, то все еще посмеиваясь вымолвил:
– Ну, девица, ты меня удивила! Ты можешь попросить у дракона все, что угодно. Все-все. Даже трон Ла Эль Дероси, а просишь… какой-то полет? Всего лишь полет? И даже только один!
– Ну, да. А зачем мне лишнее? Мне лишнего не надо, я не такая, – даже слегка обиделась. Неужели я произвела впечатление злобного меркантильного человека? – Куда мне богатства? От них я лучшим человеком не стану! И они греть не будут.
– А полет?
– А полет останется вот здесь, – я улыбнулась, показывая на сердце. – И воспоминания о нем будут греть меня всю жизнь! Это ценнее любого сокровища – приятные воспоминания!
– Хорошо, – ласково произнес дракон. – Но не сегодня. Я позову тебя, когда мы сможем полетать.
– А как я узнаю, что вы меня зовете?
– Узнаешь, – загадочно вымолвил он. – И от себя, просто так, я тебе кое-что подарю. Можно?
– Можно, – смутилась я. – Только я вам подарка никакого не принесла… Давайте, в следующий раз? Только у меня драгоценностей нет, я что-нибудь простенькое, но от души, договорились?
– Договорились, – донеслось гулкое из другой пещеры.
Дракон, что-то бурча себе под нос, перебирал свои сокровища. Когда я уже успела заскучать он, наконец, вышел и протянул на огромной лапе малюсенькое колечко, которое ему даже на ноготь не надевалось.
– Ого, какое красивое! – восхитилась я, принимая подарок и разглядывая его со всех сторон. – Дорогущее наверное! Может, не надо?
– Дареному коню в зубы не смотрят! – заявил дракон, а я гоготнула.
– Ему обычно под хвост заглядывают: а вдруг кобыла? – мы вдоволь насмеялись и я принялась рассматривать подарок.
Небольшой ободок из белого металла был украшен крупным зеленым камнем в форме сердца. Камушек переливался в свете огненного шара и таинственно мерцал.
– Это, конечно, не малахит. Изумруд. Но будет тебе напоминать обо мне!
– Спасибо! – я обняла дракона за мордочку, которую он сложил передо мной и развязала шнурок на шее. – Я все дорогие подарки ношу здесь. Вот это, – я показала первый, – знак Богини, мне подарила матушка-настоятельница на восемнадцать лет. Вот это, речной камушек, похожий на человеческое сердце, мне подарил Лоло.
– Любит тебя, – задумчиво протянул дракон.
– Да, – мой ответ был не в меру грустным. – Любит. Покрасил его красным лаком, а дырочка так и была, природная. А это, – я с любовью посмотрела на маленький медальон. Щелкнул замочек и внутри показалась фотография: женщина с младенцем на руках.
– Твоя мама, – я удивилась. Откуда только дракон все знает? – Хорошая была женщина.
– Откуда вам это известно?
– Только у хорошей женщины может родиться такая добрая и искренняя дочь, – серьезно сказал Малахит. – К тому же, я вижу золотое сияние вокруг нее. Золотое – очень и очень редкое. Святой души была человек.
– Наверное. Умерла сразу после родов, – я поцеловала фотографию, закрыла медальон и добавила на веревочку колечко от дракона. – Теперь и ваш подарок будет здесь.
– Не наденешь его на палец, чтобы щеголять перед всеми?
– Зачем? – удивилась я, ловко завязывая на шее узелок. – Еще чего недоброго скажут, что сперла. Откуда у меня такие украшения? Любоваться можно и так. Я каждый вечер перебираю свои подарки, и их искренность греет мою душу. Спасибо вам, Малахит!
Я чмокнула дракона в нос и еще раз обняла.
– Хороший вы. Добрый.
– Это потому, что сытый.
Я резко приоткрыла один глаз, второй, осторожно так убрала от драконьей морды руки и сделала пару шагов назад. Малахит расхохотался:
– Попалась, девица!
– Вы… вы меня съедите теперь, да?
– Эх ты, шуток не понимаешь! – я в страхе сглотнула. Признаться, подобные шутки от дракона звучат страшновато. – Я не питаюсь девицами, тем более такими худосочными. В тебе же кости да кожа. Ты во дворце кушай побольше. Глядишь, и мясцо нарастишь. А по поводу кольца. Ты его носи, не снимая во время всего отбора. На всякий случай…
– Хорошо. Кому расскажу, что мне дракон подарок подарил – все равно не поверят! – я гоготнула, а Малахит меня предостерег.
– Обо мне не рассказывай. Не поверят – в лучшем случае. А, если узнают, что ты со мной разговаривала, так еще и в душевную лечебницу отправят. Время позднее, тебе уже пора отдыхать. Иди. А я за тобой присматривать буду.
– Или подсматривать? – сощурилась я, но дракон шутку понял, и мы вместе посмеялись. Не хотелось уходить. Хорошо с ним. Тепло как-то. По-душевному.
Он очертил в воздухе большой овал когтем, на месте которого образовалась черная дыра. Я, открыв рот, подошла к удивительному явлению.
– Это портал во дворец. Так быстрее и безопаснее.
– А как мне вас снова найти? Чтобы прийти в гости? С меня подарок еще!
– Я сам найду тебя, слышащая, – улыбнулся дракон. – Ступай. И спасибо тебе.
– За что?
– За приятный вечер.
– Это вам спасибо.
Я помахала дракону рукой и, накрыв ладошкой грудь, там, где висело колечко, смело шагнула в черноту. Страха не было. Почему-то я знала, что дракон не причинит мне зла. Возможно, и зря верила, но еще после прочтения книги «Малахит» считала, что дракон – это мое существо. Мое, в том отношении, что у меня с ним обязательно получится подружится. Вот и получилось. Эта встреча теперь со мной в сердце на долгие-долгие годы.
Сама того не заметила, как вышла возле двери в свои покои. Только что была в пещере, шаг и уже у своих дверей. Обернулась – сзади коридор. Ну, чудеса! Усмехнулась и вошла к себе, сразу же заметив гостя, который, сложив руки за спиной, всматривался в темноту за окном.
– И что там видно, адаптант? – встала рядом и тоже посмотрела. Ответила вместо него: – Нифига не видно. Темнотища!
Мужчина, понятное дело, пришел ко мне не в трико и с голым торсом. На нем, как и при первой встрече, красовалась обтягивающая черная рубашка и черные же брюки. Плаща на этот раз не было, оно и понятно. Во дворце и без того жарища стоит.
– А вы ко всем девицам по вечерам в комнаты захаживаете?
– Только к тем, кто пропустил процедуру проверки метки, – сообщили мне спокойно и непринужденно. – Что с вами, фрэйни?
– А что? – я посмотрела в зеркало и удивилась. – Здоровский шишак!
Даже и забыла, каким образом очутилась у дракона. Хотела уже было ляпнуть, что свалилась в неизвестный тоннель и оказалась у загадочного зверя, но, вспомнив слова нового друга, произнесла:
– Свалилась, ударилась, потеряла сознание.
– Позволите помочь?
– Ну, если вы сможете, – я даже растерялась.
Адаптант указал на диванчик. Безропотно села, прилежно сложив ладошки и с тихим ужасом наблюдала, как мужчина опускается на колени передо мной.
– Вы чего?
Но адаптант молчал. Его лицо как раз оказалось на одном уровне с моим. Смотрел так невозмутимо спокойно, глаза – как чистейший янтарь, медово-коричневые. А в магомобиле казались небесно-голубыми. Не удержалась и шепотом протянула:
– У вас глаза такие красивые…
– Это из-за магии, фрэйни Савойи.
Он накрыл мой лоб ладошкой и прислонился к ней своим лбом. Так близко, что у меня от смущения дух захватило. Я тоже закрыла глаза, чтобы не было так стыдно. Ведь еще совсем недавно я с открытым ртом разглядывала его мускулистый торс и пускала слюни на пол драконовой пещеры.
Что-то прошептав, мужчина отстранился и положил ладошки на мои коленки. Они выглядели куда хуже: оцарапанные, все в запекшейся крови. Быстро прошептав несколько слов, он убрал руки и, о чудо, ссадины пропали! Уверена, что и на лице не осталось следов свидания с каменным полом.
– Спасибо, – смутилась я, опустив глаза и колупая пальчиком ткань юбки.
– Пожалуйста, – коротко отрезал он и поднялся. – Теперь мне нужна ваша метка.
Я вспомнила, для чего адаптант вообще пришел ко мне, устыдилась собственного смущения и поднялась.
– Мне повернуться? Сесть, встать, лечь?
– Просто встаньте, остальное я сделаю сам.
– Этими инструментами? – я с опаской покосилась на столик, которого раньше в моей комнате не было. На колесиках, с ручками, на нем стояли тарелки, накрытые высокими крышками.
– Вы пропустили ужин. Я распорядился, чтобы вам доставили в покои.
Какая забота! Я еще раз глупо улыбнулась. Есть хотелось зверски, о чем желудок не забыл сообщить громким урчанием. Стыд-то какой! Я снова отвернулась, позволяя магу сделать, что требуется. И хорошо, что отвернулась. Совершенно точно сзади меня загорелся огонь! Переложила косички на грудь, предоставляя мужчине доступ к метке. Что там происходило – не знаю и даже знать не хочу! Но, наконец, мужчина обратился ко мне, а в голосе чувствовалось удивление:
– Фрэйни, у вас есть какие-то артефакты?
– У меня? – я искренне удивилась. – Да богиня с вами. С роду не было. Откуда деньги-то на всякие безделушки?
– Не возражаете, если я, все же, проверю?
И тут у меня кольнуло под ложечкой. Кольцо драконово! Возможно, это не просто украшение, а артефакт! Если адаптант Миргас найдет, наверняка подумает, что украла и отберет подарок Малахита! Сердце стучало со страшной силой, я закусила губу, не зная, как и быть. Отказать не могу – силой же проверит, а когда найдет – как объяснить?
Мужчина, тем временем, приложил ладонь к моему лицу и медленно повел вниз. Я следила за ладошкой взглядом обреченного на смерть узника и, когда она замерла возле моей груди, на ресницах уже дрожали слезы:
– Расстегните вашу блузку, фрэйни. Пожалуйста.
Дрожащими пальцами расстегнула пуговицы, поясняя:
– Адаптант Миргас, я ничего не крала! Это подарок, честное слово! Я хоть и выросла в монастыре, но я не воровка. Точнее, я воровала только еду, для детей… но я не крала это кольцо! Мне его подарили!!!
Мужчина положил на ладонь всю связку моих подарков и внимательно рассматривал один: кольцо, которое преподнес дракон. Настороженно посмотрел в мои глаза, полные слез. По выражению его лица сложно было что-то понять. Непроницаемое. Задумчивое. Отстраненное. Что происходило в этот момент, в его голове?
– Правда, – прошептала я, одними губами, а слезы скатились по щекам.
– Почему вы плачете?
– Потому что вы мне не поверите, а этот подарок для меня важный… здесь все подарки важные. Этот, – указала на камень, – от Лоло. Этот – от матушки-настоятельницы. А это… это от моей мамы. А кольцо Малахит подарил. Я вам сердцем клянусь!
– Малахит? Вы дали ему имя?
Я закрыла рот ладошкой, округлив глаза. Ведь дракон просил не рассказывать, а я, и часа не прошло, уже о нашей встрече болтаю:
– Не понимаю, о чем вы говорите!
Губы мужчины едва дрогнули в улыбке, но она тут же пропала:
– Хорошо, фрэйни. Но я попрошу вас снять это кольцо сейчас, иначе у меня не получится проверить подлинность метки.
– Вы его не заберете? – сердце забилось с надеждой.
– Это ваш подарок. И он останется с вами. Но сейчас и каждый раз, когда я попрошу, вы должны его снимать. Договорились?
– Договорились, – улыбнулась я, размазав слезы по щекам. Необычная доброта адаптанта удивила. Я была более чем уверена, что он не поверит и заберет кольцо.
Стала развязывать ниточку с памятными штучками, но пальцы дрожали и не слушались.
– Позвольте, – мужчина мягко убрал мои руки, быстро справился с узелком и положил все на журнальный столик. Что происходило дальше – не знаю. Видимо, та самая проверка. Кожу на шее опалило огнем, но ощущение исчезло также быстро, как и появилось. Даже взвизгнуть не успела. – Вот и все. Метка подлинная.
Мужчина помог вернуть украшения на место и завязал узелок:
– Мой вам совет – купите цепочку. Нитка может порваться, и вы потеряете свои сокровища.
– Да где же у меня деньги на цепочку-то? – смущенно улыбнулась я. – Чем богаты, тем и рады, адаптант Миргас. Спасибо.
Он внимательно, изменившимся взглядом разглядывал мое лицо.
– Вы меня смущаете, – сказала прямо. Даже щеки огнем обожгло от стыда. Так пристально на малознакомых девушек без причины не смотрят.
– У вас есть подруги? – вопрос настолько неожиданный, что я ответила далеко не сразу.
– Грендолин.
– Напишите мне адрес, завтра она будет здесь.
Возле одного из окон гостиной стоял письменный стол. Я взяла чистый лист, ручку и старательно, печатными буквами вывела: «Сенсория, Топаливый пиреулок, д. 7. Завут Грендолин».
– Вот.
Мужчина пробежался сухим взглядом по тексту и уточнил:
– Вы не обучены грамоте?
Снова пришлось устыдиться. Впервые моя неграмотность вышла боком и заставила краснеть. Прежде не было нужды во всех подобных мелочах, ими не прокормишься. Да, в монастыре не особо уделяли внимание таким навыкам, как чтение и письмо. В основном нас учили молитвам, помощи по хозяйству, работе в огороде и в поле, уборке, уходу за детьми. Тем вещам, которые помогут прокормиться. Грамоте мы учились сами, когда было время и оставались силы, а бывало это крайне редко. Проведи весь день на сенокосе и поймешь, что такое умение, как писать без ошибок, не самое главное… Поняв мой ответ без слов, мужчина произнес:
– Отдыхайте, фрэйни. Доброй ночи.
– Доброй ночи, – я оторопело смотрела на уже запертую дверь. – До чего же странный разговор. Грендолин! Завтра здесь будет Грендолин?
Даже не верилось. Вообще во все, что произошло сегодня, не верилось. Это казалось не то сказкой, не то дурным сном… странный. Очень и очень странный день! А, когда происходит что-то странное, выход один – лечь спать, как я и поступила. Забравшись под теплое пушистое одеяло, уснула мгновенно. Матрас провалился подо мной, подстроившись под очертания тела. Как в уютном гнездышке. Как на маминых ласковых руках… Наверное, ощущения такие же.
В кабинете принца
– Я проверил метку фрэйни Савойи, – с порога заявил адаптант, входя в кабинет принца без стука.
– И? – оторвавшись от письма, поинтересовался тот. В голосе теплилась надежда.
– Истинная. Разумеется, – дополнение явно было лишним, но отчего-то хотелось сказать именно так, как сказал адаптант.
– О, богиня, за что ты так с нами? Надеюсь, она вылетит на первом круге отбора! Она же глупа и вульгарна. Знаешь, что заявила мне при встрече? Будто бы принц толкает людей на воровство, дабы потом их казнить!
Адаптант подошел к окну и, вглядываясь в сгустившуюся тьму, заложил руки за спину и задумался.
– Это не глупость, а искренность и не вульгарность, а открытость. Нам есть, чему у нее поучиться, Киран.
– Странно слышать это от тебя! Ни в искренности, ни в открытости тебя не упрекнешь. Ходишь вечно мрачнее тучи. Как только фрэйни Лизалис тебя выносит, ума не приложу.
– Какое счастье, что это не твоя забота.
– Как бы то ни было, мы не можем допустить ее до второго тура, – мужчина откинулся на спинку кресла и, заправив за уши пшеничные пряди, постучал ручкой по столу. – Как бы нам сделать, чтобы она вылетела?
– Никак, – отрезал адаптант. – У нее появился хранитель.
– Что-о? – принц аж задохнулся от негодования. – Как? Кто? Когда она успела? Другие девушки тут неделями и только двое обзавелись хранителями.
– Она назвала его Малахит.
– Кого – его?
– Дракона, Киран. Дракон подарил ей свое сердце, а она – дала ему имя.
У принца нервно дернулась губа. Он смотрел, не мигая и не веря на адаптанта.
– Ты же шутишь так, да? Это ведь не правда? Такого не может быть просто потому, что… что… что такого быть не может!
Веский аргумент.
– Я похож на шутника? – мужчина повернулся и внимательно посмотрел на принца. – За две с лишним тысячи лет дракон никому не давал свое сердце. Никого не выбрал для опеки. Никому не позволил назвать себя. Никому, кроме этой нелепой девчонки с чулками вместо бантиков. К тому же, выбирать не нам, потому тебе придется быть милым с фрэйни Савойи. Она волне может оказаться следующей рейной. По крайней мере, с сердцем дракона ей обеспечен выход, как минимум, в финал и место при дворе.