Кот Баюн. Стражи Междумирья

Часть 1. Кот Баюн

Хорошо было сидеть на дереве в Лукоморье, но и меня списали на пенсию. Даже забывать стали!

Куда податься коту-пенсионеру? Правильно! В библиотекари к Хранителям запретных знаний. Но не все так просто в нашем Междумирье. И книги украсть хотят, и знания запечатать.

А теперь еще и навязали бестолковых Стражей, охранять те самые знания. Мне уже пора писать об их приключениях отдельную летопись…

Кот Баюн будет повествовать о событиях в Междумирье. Добро пожаловать в книгу с новеллами: а это – любовные истории, приключения, рассказы о необычных героях. Частей 4 и три стража, все в одной книге.

Добро пожаловать в Междумирье!

Пролог

– Ты взяла! Я знаю! – визжала Изи.

– Да зачем мне твоя безделушка? – фыркнула Зи. – У меня такого барахла – целая пещера!

– Откуда я знаю, зачем? Для коллекции! Отдай, говорю! – Изи выставила вперёд палец с ярко-красным маникюром, шипела, словно разъярённая кошка, ну или, скорее, змея…

– Да больно надо! – Зи начала злиться, и ее одежда затрещала по швам, вот-вот станет великаном.

– Так! Хватит! Разошлись по своим комнатам, раз уж работы нет! – теперь уже я зашипел на них, разгоняя девушек.

– Деревенщина! – напоследок фыркнула Изи, скрываясь за дверью своей комнаты.

– Истеричка! – констатировала Зи, и со всей силы шарахнула дверью своей комнаты. С потолка посыпалась штукатурка…

– Хранители вас забери! – фыркнул я, отряхивая запылённую шкурку, опять придется умываться!

– Мы уберем! – пропищали феечки, начиняя хлопотать с уборкой.

– А не вы ли стали яблоком раздора? – прищурил глаза, пристально рассматривая суетящихся фей.

Они замерли над кучкой пыли, прижавшись друг к другу.

– Так, ясно… – я вздохнул: это женское общество вокруг меня уже порядочно надоело, почему хранители не дадут мужчину в Стражи? – Верните на место! Ясно!

– Оно красивое, блестит! – запищали феи.

– А вы, как сороки, все тащите! – еще раз отряхнул шубку и пошел в библиотеку. У меня в столе было что-то, похожее на брошь. У меня вообще полно хлама, остающегося от нарушителей…

Подойдя к столу, встал на задние лапы, отодвинул первый ящик, покопавшись в нем, закрыл, второй порадовал наличием пуговиц, мелких безделушек и брошей.

– Вот, возьмите! – положил украшение на стол. – А Изи верните ее вещь!

– Да, господин Баюн! – феи быстро убрали пыль и, схватив брошь, скрылись у себя во дворце.

Вот даже у фей есть дом… А у меня – только библиотека!

Запрыгнул на кресло, потоптался на мягком пледе и, свернувшись калачиком, улегся.

Вот и живу теперь воспоминаниями. Ну и разборками между Стражами…

Где мы находимся?..

Вот не спрашивайте, я не знаю!

Все, что я знаю, это то, что почерпнуто из книг: Пространство, образовавшееся между мирами, сначала было пустым. В нем была тьма, и никому ненужный пространственный «карман». А потом Хранители знаний решили, что им нужно место для хранения книг, которые никому нельзя видеть, но и уничтожать запретные знания они тоже не хотели.

А мне на пороге забвения была предложена альтернатива: смерть или служение библиотекарем, хранителем знаний. Бонусом, как я узнал это позже, должность руководителя Стражей Междумирья.

А это – две несносные девицы, которые терпеть не могли друг друга…

Так хочется мужских разговоров за блюдцем молока. Обсудить интересную книгу, прошлую жизнь…

Не чулки, рюшки на белье и моду! Хотя, какая она в Междумирье? Да кто во что горазд! Смешение эпох, времени, миров, рас, погодных условий… И даже времен года!

Фыркнул в усы…

Ах, да, я забыл представиться. Хранитель библиотеки – Кот Баюн. Мои подопечные: Стражи Междумирья – суккуб Изабель, великанша Зина. Две феи – помощницы, эфемерные создания, помогающие мне по мере возможности по хозяйству.

Итак, начну сначала. Сначала была тьма. Затем появились полки с книгами, а когда они разрослись до нескольких стеллажей, то образовалась комната. Следом появился я, а комната переросла в один этаж. Кухня, холл, ванная, библиотека.

Но мне стало тоскливо, хотя я, конечно, был занят в библиотеке. Пронумеровывал книги, записывал их названия и дату появления. Сортировал их по алфавиту, потом, когда книг стало больше, по мирам и тематикам… Начались попытки украсть книги!

А вот с этого момента – по порядку!

Глава 1 – Первый нарушитель – первый хранитель

Всегда есть кто-то первый…

Я – первый, нарушитель – первый… А у меня, между прочим, лапки!

Что я мог сделать с магом, лезущим в окно, и потом что-то ищущим на полках с книгами?

Конечно же, предложить помощь в поисках… И мысленно взывать к Хранителям.

– Кхм, – прокашлялся я. – Позвольте вам помочь?

– Ты еще кто? – замерла фигура в плаще.

– Библиотекарь, – вышел из-под стола.

– О, прекрасно! Будьте любезны, помогите найти книгу «Философский камень и его разновидности»! – мужчина сдвинулся в сторону, освобождая просвет между стеллажами.

– Одну минуточку… – запрыгнул на стол и пролистал книгу с нумерацией. – Вы ведь знаете, что эти книги запрещены, и брать их в пользование нельзя? – уточнил я, как можно оттягивая время, надеясь непонятно на что.

– Конечно. Но мне все равно… Так она есть? – уточнил маг.

– Да. Четвертый стеллаж, восьмая полка, самая крайняя. Нумерация прямо на торце стеллажей, – ткнул я в нужную сторону лапкой.

– Благодарю, – мужчина склонил голову и пошел в указанную сторону.

Я тихо отступил в коридор и спрятался за вешалкой. Там был самый темный угол, в котором клубилась та сама тьма, и она меня точно спрячет и не обидит.

Сам коридор, внезапно, прямо на моих глазах, стал большим холлом, кухня сдвинулась дальше, на одной из стен появилась красивая резная дверь, на ней загорелся знак топора. Дальше появилась еще одна дверь, на ней знак в виде драконьего глаза.

Дверная ручка на последней повернулась, и из-за двери вышла девушка. Блондинка, с ярко-красными губами, потрясающими большими глазами, обрамленными пушистыми ресницами. Тонкие и ровные брови выделяли точеное личико девушки. Потрясающая фигура, пышная грудь, крутое бедро, длинные ноги в туфельках на шпильках. Шёлковое платье в горошек дополняло композицию а-ля «Земля 70 годов».

Она огляделась, поправила пышную и тщательно уложенную прическу, выпрямилась и пошла в сторону библиотеки. Я, признаться, запаниковал, леди и вор – как она может с ним справиться?

– Нашли, что искали? – ее чарующий голос вызвал во мне давно забытое чувство самца. Она встала в дверном проеме, облокотилась на него, слегка нагнувшись вперед.

– О, нашел, и, кажется, больше чем нужно… Как такое дивное создание попало сюда? – мужчина, держа в руках книгу, пошел к девушке.

– Я могу объяснить… И даже показать! – ее голос заставлял вибрировать все струны моей души. Я уже почти вышел из укрытия…, когда мне внезапно на голову посыпалась пыльца.

Она моментально отрезвила меня, заставляя очнуться. На меня из темноты смотрели две крошечные феечки. Они синхронно приложили пальчики к губкам, заставляя меня замереть.

– Я посмотрю, пожалуй… – мужчина завороженно шел на ее голос. А когда дошел, она взяла его за уголок капюшона и притянула к себе, впиваясь в губы.

– М-м-м, как же сладко, – протянула она довольно, – идем, я могу дать тебе больше! – потянула она мужчину за собой в комнату, из которой вышла, закрывая за собой дверь.

Я, встряхнув шерсть, вышел из укрытия.

– И кто тут у нас? – посмотрел я в угол. Феи вылетели из него и зависли передо мной, я принюхался: пахли цветами, от чего я чихнул.

– Нас создали для помощи Вам!

– А где вы будете жить? – пошевелил я усами, нос еще чесался.

– У нас есть дом, – они облетели меня и залетели в библиотеку. Она изменилась!

Теперь в комнате были четыре больших витражных окна вместо одного маленького. В одной из оконных ниш располагался настоящий дворец. С садом, клумбами и шаром, изображавшим, видимо, светило. Я, запрыгнув на спинку кресла, принюхался: а ведь все живое, настоящее…

– А мне окно? С улицей и прохожими? – обиделся я.

– Улицы нет… – расстроились феечки, – там, за стенами, только тьма…

– Вот так всегда, мне, проведшему здесь столько времени – ничего. А кому-то – отдельную комнату и свой дом! – стало очень грустно, я спрыгнул в кресло и улегся там.

В холле хлопнула одна дверь, потом вторая, что-то протащили по полу, и двери захлопнулись. По каменному полу процокали каблучки, и прямо ко мне, я зажмурился, делая вид, что сплю.

– Ой, котик! – раздался голос девушки, но уже без чарующих ноток. Она подошла, присела на подлокотник и провела ногтями за моими ушами.

– Я, между прочим, хранитель библиотеки! – возмутился я, не открывая глаз.

– Но ведь от этого не перестал быть милым котиком? – она продолжала эту экзекуцию, навевающую на меня воспоминания о времени, когда у меня был хозяин… Но приятно, что сказать, неожиданно для себя я начал издавать вибрирующие звуки. – Вот, другое дело! Как зовут? – она обрадовалась этому.

– Кот Баюн, – я потянулся, девушка провела по хребту, шерсть под ее рукой начала щёлкать энергетическими искрами.

– Мило. А я – Изабель, меня прислали в помощь… – она вздохнула, огляделась.

– А ты что сделала с нарушителем? – уточнил я.

– Ну, мне дали инструкцию, что я могу делать с ним, что хочу… Ну, я и сделала, а потом отправила за дверь со знаком топорика. Это что-то в виде камеры? Не совсем поняла, я его туда закинула, а он пропал во тьме.

– А что ты с ним сделала? – заинтересовался я.

– Ну, не съела точно, – она снова рассмеялась чарующим голосом. – Я – суккуб, господин Баюн. Вам меня точно ни к чему бояться… – она поднялась, поправила платье, – а где у вас кухня? Кофе мне бы не помешал, после этого мага у меня во рту странный привкус горечи…

– Там, – я спрыгнул с кресла и повел даму в кухню, – провожу вас и, пожалуй, выпью с вами за компанию мисочку сливок!

– Буду рада вашей компании! – она шла не торопясь, ведомая мной в святая святых всех котов.

В место, где есть еда!

Глава 2 – Кот Баюн – новая жизнь

Что такое забвение?

Это когда о тебе забыли. Писателей, что написали книги по моим рассказам, помнят, а меня – нет. Сто лет я еще ждал, ведь иногда к дубу приходили юные дарования, и, хоть и не видели меня, но могли слушать душой. А потом понял, про меня больше никто не помнит…

Однажды, решившись, я спустился с дуба и вышел из магической зоны. Обретая тело, шерсть и страх смерти. Ведь едва я покинул дерево, раздался гром, и знаменитый Тургеневский дуб был расколот молнией и рухнул на землю мертвым.

Я, распушив хвост от страха, рванул в сторону домов, видневшихся невдалеке. Забившись под машину, стоящую на парковке возле музея, замер. Вокруг бушевала буря.

Сейчас я испытывал страх, тот самый, первородный, меня трясло так, что я при каждом ударе молнии мявкал, как обычный кот.

Через пару часов буря стихла, и теперь лил дождь, с каждой минутой становясь все меньше и меньше.

Мне стало понятно: срочно надо перебираться куда-то в более теплое место. Едва дождавшись просвета в дожде, потрусил к ступенькам музея, надеясь на какое-то чудо.

Прижавшись к двери, я трясся от холода, и когда дверь все же распахнулась…

Меня просто, хоть и мягко, но ногой, отпихнули в сторону.

– Опять городские выкинули, не иначе! – бурчала женщина, закрывая дверь на все замки. – Ну, и что мне с тобой делать? У меня таких, как ты – уже пять! – она, закрыв замки, присела на корточки передо мной.

– Мур? – решился я и, подойдя к ней, потерся головой об колени.

– Вот тебе и мур! Идем, пока возьму к себе, попробуем пристроить. Ты, похоже, из мейкунов, не иначе, таких забирают быстрее! – она встала и поманила за собой. – Кыс, кыс…

Я, конечно же, пошел, видя, какая светлая аура у музейного работника, надеялся, что она – то самое чудо, которое я ждал.

Женщина открыла дверь автомобиля, я запрыгнул внутрь, по-прежнему трясясь от холода. Она села за руль, глянув на меня, завела мотор и включила печку, направляя теплый воздух в мою сторону.

Вот так и началась моя новая жизнь.

Приехав к частному дому, меня позвали во двор, но не в дом, а открыли предбанник и запустили туда. Мне было все равно, лишь бы было тепло и сухо.

– Извини, в дом не приглашаю. Там пять кошек и три собаки, неизвестно, как они тебя воспримут. А еду я сейчас принесу! – она потрепала меня по холке, вызывая странное чувство эйфории.

Она ушла, оставляя чувство пустоты после себя, я свернулся клубком. Деревянная скамья мне сейчас казалась раем на земле… Когда она вернулась, я уже спал, да так сильно, что сил проснуться уже не было. Она поставила тарелки рядом со мной, погладила еще раз.

– Намаялся, бедолага. Спи, завтра устрою тебе фотосессию, будем искать новых или старых хозяев. Может, кто и откликнется…

Проснулся я под утро, умял тарелку макарон с фаршем, молока, и, надавив на дверь, все же вышел во двор. Ко мне тут же подлетела большая собака, я испуганно сел на дощатый настил возле бани, надеясь, что собака не агрессивна.

Пес обнюхал меня, потом повилял хвостом и пошёл дальше. От сердца отлегло, и я, встряхнув стоящую дыбом шерсть, пошел исследовать двор.

– Экий ты шустрый… – на порог вышла женщина, в халате и повязанной на голове косынке. В ее руках было ведро…

– Федоровна! Ничего себе, находка у тебя! – за ее спиной стоял мужчина.

– Ой, сама вечно не понимаю, как мне это удается… – она отмахнулась от меня рукой и зашагала к сараю. Там натужно мычала корова, звала хозяйку, жаловалась на полное вымя молока.

– Ну, здорова, брат! – мужчина наклонился и потрепал меня по голове. – Надеюсь, хоть не сестра? А то полный дом баб, а мужик – я один! – и он сделал то, от чего я бы сгорел от стыда, если бы у меня не росла шерсть. Он унизил меня, подхватив под живот, заглянул под хвост!

– Ну, наконец-то! Мужик! – он прижал меня к себе, потрепал по голове и поставил обратно. Мятого, смущенного, и непонимающего, что делать в этой ситуации. Меня, кота Баюна, сейчас тискали и заглядывали под хвост! – Сиди, жди, сейчас Федоровна обратно вернется, молока парного даст!

И пошел с крыльца дома в сарай. Выпуская кур, гусей, уток, насыпая им корм и наливая воды в большое корыто.

Не то, чтобы я был против такого с собой обращения, но все же я – интеллигентный кот. Да еще и разговаривать могу, читать… Как это преподнести этим людям?

Пока буду, конечно же, молчать, а то мало ли…

Женщина вернулась из сарая, в стоящие миски на полу веранды налила молока и открыла дверь в дом.

– Эй, кошачий отряд, кыс, кыс, завтрак подан! – на ее зов выскочило пять разномастных кошек, они набросились на угощение, не оставляя мне и шанса попробовать. – У, дружок, так ты у нас и голодный останешься… – посмотрела она на меня.

Женщина вошла в дом, вернулась с еще одной миской, подсовывая мне прямо под нос.

– Давай, иди сюда, – и отнесла ее в сторонку. Запах парного молока – это, конечно же, несравнимо ни с чем. Вернее, мне, как бывше-эфемерному существу, вообще было не с чем сравнивать. Но сейчас для меня все это казалось таким ароматным…

Я накинулся на угощение, уминая все с такой быстротой, что когда кошки поели и подошли знакомиться, у меня все уже было пусто. Хозяйские кошки были обычными животными, поэтому, с осторожностью обнюхав меня и даже пофыркав, они разбежались по двору. Я же, запрыгнув на стол, стоящий у окна веранды, улегся ближе к открытым створкам. Сейчас мне хотелось просто понаблюдать за всем, происходящим вокруг меня…

За жизнью…

Глава 3 – Деревенская жизнь

В дом меня, конечно, пустили, но доступа к книгам я не получил. Хотя очень хотелось… Библиотека была хоть и скромной, но присутствовало много классиков, и мне очень хотелось прочитать эти книги. Но, увы, днем нас выгоняли на улицу, потому что люди на работе, а ночью шуршать страницами было бы глупо…

Не выдержав, один раз взял книгу сказок Пушкина, и вроде бы тихо листал, да и кошачье зрение позволяло видеть строки даже при лунном свете…

– Это что тут у нас? – я так увлекся, что не расслышал шаги мужа хозяйки. – Просвещаешься? – на меня пахнуло перегаром.

– Хотелось бы… – буркнул я, совсем забыв, что я же сейчас – просто кот.

– Блин, – шарахнулся от меня мужчина, – пить надо завязывать! – и снова ушел в спальню.

Я быстро вернул книгу на место, лег в кресло и, свернувшись в клубок, лежал, почти не дыша.

Но, вроде обошлось, утром мужчина заглянул в зал, посмотрел на книги и на меня.

– Котяра, идем, кормить сейчас будут… – я остался лежать, – кыс, кыс! – и только тогда я вскочил с места, подбегая и начиная тереться об его ноги. – Надо завязывать с выпивкой… Кот, как кот!

У меня возникла мысль, муж хозяйки пил не много, но пару рюмочек вечером пропускал, этим можно воспользоваться. И однажды мне повезло, хозяева ушли куда-то в гости, а, вернувшись, женщина ушла спать…, а он вышел на крыльцо и закурил.

Рядом стояла бутыль с водкой, рюмка и пару огурцов…

– Добрый вечер! – я вышел на крыльцо и сел рядом. – Как прошла вечеринка?

– Скукотища… Много не пей, туда не ходи, не кури! – сказал он, а потом вытаращился на меня. – Опять глюки?

– Скорее, паранормальное явление. Вы, выпив, открываете свое сознание миру, то есть, мне! – плел я околесицу. – Вы же хотели видеть друга мужского пола в доме? Вот он я!

– Ого, это теперь будет все время, как выпью? – он смотрел на меня, как будто приведение увидел.

– Возможно, не всегда, но сейчас точно можно обсудить насущные проблемы. Литературу? – посмотрел на него с надеждой. Я все же прочел сказки Пушкина, и, как бы сказать попроще, был шокирован интерпретацией. В общем, не так я рассказывал! Хотелось бы это хоть с кем-то обсудить.

– Проблемы? Так вроде нет их… – он налил себе водку в рюмку, махнул ее, и захрустел огурцом. – А что с литературой не так?

– Ну, например, Пушкин, его сказки, они явно надуманны!

– Чет не понял ничего, чем тебе Пушкин-то не угодил… – он смотрел на меня все таким же странным взглядом.

– Я считаю, что сказки эти неправильно написаны, слишком по-детски, что ли…

– Так это и есть книги для детей! – он выпил еще одну рюмку, и, внезапно осмелев, сказал: – А вообще – проблемы есть! Что за бабы пошли? «Туда не ходи, много не пей»! Чуть что, дергает – «веди себя тихо, не позорь»! А душа требует песни, сплясать! Вот что с этой бабой не так? А?

Я приуныл, понял, что разговор пошел не в то русло…

Пока он изливал мне свою душу, потихоньку улегся на брошенную куртку и почти уснул…

– Ты с кем хоть тут? – хозяйка вышла из дома.

– С мужиком! – хозяин был пьян, и ткнул в меня пальцем. – Один хоть в доме мне дружбан! Не отдавай его!

– Так, хорош бухать, иди в дом! – схватила его за шкирку, подняла на ноги и втолкнула в дом, захлопывая дверь.

Я же не шелохнулся: на дворе лето, надоело все время спать, а все интересное происходит ночью.

В деревне жизнь проста: завтрак, ужин, двор. За забор я рискнул выйти всего один раз, но на меня накинулись сначала соседские собаки, чуть не оторвали хвост, а следом напали гуси…

Эти гады непонятно чего себе удумали… Припомнил я одну сказку, про гусей, занимающихся киднеппингом. Вот точно, те еще сволочи…

А эти, бестолковые туши мяса и перьев, накинулись на меня, обтрепав мою замечательную шубку!

Едва унес лапы, и с того дня за ворота – ни ногой…

Фотосессию мне устроили через день, когда у женщины был выходной. Она просто сфотографировала меня на телефон с разных сторон…

Но пока поиски старого хозяина не дали результата… Но я через неделю пребывания здесь очень хотел перемен, и надеялся, что меня заберут в город, а там наверняка есть библиотека!

В моих мечтах я поселился в ней, и по ночам, в отсутствии работников, читал книги…

Притворяться простым котом было тяжело… Жизнь в деревне скучна и однообразна. Мне оставалось только жить воспоминаниями, кстати, я в точности помню сказку про гусей. Вовсе они не были такими уж обычными…

Глава 4 – Стая «Гуси» – начало

«Гуси-лебеди, или киднеппинг на крыльях»…

Сначала были гуси, а «лебедями» они стали, потому что так захотели…

Однажды большая стая диких гусей решила остановиться на ночлег в незнакомом месте. Лил дождь, громыхал гром, и вожак стаи принял решение о снижении на берег пруда.

Глупые гусыни, первогодки, от страха одна за другой оставили по яйцу в невысокой траве. Когда непогода утихла, и занялась заря, гуси снова встали на крыло, улетая в привычное место обитания…

Утром старая ведьма, пришедшая за водой к пруду, обнаружила тринадцать гусиных яиц. Собрав их все в подол, отнесла в старый покосившийся дом. Найдя ветхую корзинку, она устлала ее соломой и выложила яйца, поставила ближе к печи. В мечтах, что она уже холила и лелеяла, были: стая гусей, несущих ей яйца, и много вкусного мяса…

Она в течение года их растила, надеясь на чудо. Отпаивала настоями трав, купала, пела песни, читала книги, привязываясь к ним все больше и больше…

А они выросли…

И теперь являлись не просто гусями, а самыми настоящими магическими существами, разумными!

Решили они хоть как-то отблагодарить ведьму за приют, потому что они видели, как бедно живет старушка, отдавая последнее, чтобы их вырастить.

***

Тут – небольшое отступление. В сущности, они были добрыми, незнающими о зле…, но, столкнувшись с реалиями древней Руси, они, конечно же, потом и возмужали. Так сказать, доросли до банды, терроризирующей всю округу.

***

Ранней весной они, поднявшись на крыло, улетели в поисках… работы, наивно полагая, что вот их где-то там ждут с распростертыми объятиями!

Прилетев в ближайшую деревню, сев посередине улицы, они громко загоготали, рассказывая людям, с чем пришли к ним. На радостях встречи с ними, крестьяне открыли пальбу из ружей, метко подстрелив троих…

Стая, быстро взмыв в небо, едва смогла долететь до ближайшего ручья, испуганно падая в воду.

– Братья, я что-то не понял, почему они в нас стреляли? – сказал главный гусак Маурицио голосом итальянского мафиози.

– Может, мы говорили с сильным акцентом, и они нас не поняли? – прогнусавил второй гусак Аполлос.

– Да какой там акцент! – растопырил крылья Ильясе. – Они – варвары, увидели в нас добычу! – (не забывайте про итальянский акцент).

– Хватит! – зашипел на них Лионсе. – Мы в перестрелке потеряли троих братьев! Надо менять тактику! Люди нам – не ровня!

– Что ты имеешь в виду? – топтался рядом скромняга и франт Георгиос.

– А то, что мы выше их… умнее. И я тут подумал: а если не просить, а брать самим? – Лионсе постучал концом пера с крыла по своей голове.

– Красть? Но это же преступление… – Маурицио не то, что бы был против, но огорчился, что не он предложил это первым!

– Мы не будем красть, мы будем изымать излишки… – Лионсе смотрел на собрата склонив голову (у него на клюве росли странные черные перышки, напоминающие франтовские усики).

– Можно начать с зерна… Мы давно его не ели, – толстый гусак по имени Толино неуверенно топтался на месте.

– Ты-то, конечно, самый голодный! – возмутился гусь Фернацио.

– Он дело говорит! – одернул его Маурицио, – но сейчас весна, и зерно в амбарах. Как его изымать?