Там, где живут облака

Год 2012. Непал. Катманду.

– О, Боже, как здесь воняет – Зоя демонстративно закрыла нос и, развернувшись, медленно пошла в сторону.

–Ну, да. И это вполне объяснимо. Ты же не на выставку цветов пришла, а в крематорий под открытым небом…

–Однако…– Зоя продолжала идти – я даже не подозревала, что это так ужасно. Иначе бы сюда не поехала.

–Зоя, прекрати!– Вера взяла ее за плечо – немедленно прекрати!

–А я что? Я ничего… мне здесь ужасно не нравится, и я хочу сейчас же уйти – Зоя сделала ударение на слове «ужасно», намеренно его повторив.

– Мы пришли все вместе и уйдем тоже вместе. Поэтому тебе придется потерпеть – Ася говорила мягко, но в ее голосе слышался легкий металл – Мы – команда. И каждый из нас должен понимать это и принимать. Нам ведь в горы идти…А для непальцев Пашупатинатх – место священное, тут находится самый большой храм Шивы. Поэтому давай и мы будем относиться с уважением к этой святой земле.

Зоя промолчала, только презрительно фыркнула и с независимым видом отошла в сторону.

«Да, чувствовала я, что нельзя ее брать в группу, но вопреки всему взяла. Ведь было же понятно, что во время похода она будет «слабым звеном». И не по состоянию здоровья. С этим у Зои как раз все в полном порядке. А именно с ее негативным отношением к жизни…»– Ася вздохнула.

Идея собрать группу для поездки на Тибет родилась у нее год назад. Дело в том, что у Аси был кризис. Самый настоящий творческий кризис. Ей нужно было срочно заканчивать книгу о Грузии, которую давно ждали в издательстве, но "тема не шла". Что она не делала, что не придумывала, но это не давало нужного эффекта и творческого порыва. И вдруг она решилась…

Давно была мечта побывать в загадочных Гималаях, подняться на знаменитый перевал Долма Ла, искупаться в самом высокогорном пресном озере Мансаровар, пройти кору вокруг священной горы Кайлас. Эта загадочная гора всегда манила ее. С тех самих пор, как она впервые задумалась над словом «духовность». Кайлас был неким символом, образом ее понимания духовности. Загадочная гора-пирамида, которая рождает многие легенды, истории, были…

Пройти кору, или обойти вокруг горы, как делают все тибетские буддисты, проявляя таким образом, почтение священной горе, было ее давней мечтой. Это помогло бы собраться с мыслями, а за одно поправить свой боевой дух и творческий запал. Кстати, буддисты считают, что тот, кто прошел кору, может изменить свою жизнь и «развернуть удачу лицом к себе». Ася решила проверить: а что если и вдохновение развернется заодно?

Да, это была хорошая идея, чтобы "встряхнуть мозги" и по новому почувствовать дыхание жизни. Но в горы хорошо идти группой, поэтому она решила ее собрать.

Рассказала знакомым, разместила информацию в Интернете, и стала ждать. Первой откликнулась, конечно же, Мара. Как и положено лучшей подруге. Она всегда поддерживала Асю во всех начинаниях. И этот раз не был исключением.

Потом появилась Вера. Веру она знала «тысячу лет» и очень уважала. С Верой можно было идти в горы, поскольку она обладала действительно сильным духом и неиссякаемым оптимизмом. Еще бы, женщина-пилот. Это вам не каждый день встречается!

Через месяц подтянулись ребята по Интернету. Сначала Егор, адвокат из Омска, а за ним Вадим. Тоже из Омска. Она знала этих ребят немного. Однажды они познакомились на каком-то «духовном мероприятии», когда Ася приезжала в их город.

Неожиданно в группу присоединилась Тата. Ася тоже знала ее давно. Когда-то она вместе с Асей занималась в группе по йоге. И звали ее Наташа. Но два года назад она вышла замуж за американца и уехала из России. Ася не видела ее с тех пор. Знала только то, что теперь она называет себя Тата. Но в группу взяла без колебаний, потому что помнила веселым и легким в общении человеком. И с этого момента группа превратилась в международную.

А потом также неожиданно в группу подтянулись ребята из Непала: Бхола, Махендра, Протап и Баба. Бхолу она знала давно. Более того, была в него немного влюблена. Он приезжал в Россию проводить семинар по йоге и медитации, и она попала на этот семинар. Нужно сказать, что духовные практики были для Аси важны и нужны. Это помогало ей писать многочисленные и очень известные книги. Ася была писателем. Модным и читаемым. Однако, временами подверженным депрессиям и творческим кризисам. Наличие в ее группе непальцев было несомненным плюсом. Их идеология, менталитет и хорошее жизнерадостное отношение к жизни было очень кстати. Кроме того, все эти ребята выросли в горах и очень хорошо там ориентировались. И это было их главным достоинством в условиях похода.

Макс присоединился в группу случайно. У него тоже случился кризис – он расстался с любимой девушкой. Макс – сын Мары. Он знал, что его мама с друзьями собираются в горы. Решение принял быстро и без особых раздумий.

Митю Ася позвала сама. Поскольку Митя был ее старым и добрым другом. Но у Мити была проблема, он очень плохо видел, и передвигаться мог только с провожатым. Он давно мечтал попасть на Кайлас, но понимал, что это почти нереально. Ася пообещала ему помогать во время путешествия, и он с удовольствием согласился.

Последними в группу присоединились Лана и Антон. Их Ася почти не знала, небольшая переписка по интернету и все. Лана оказалась молодой девушкой: грамотной, приятной, но немного потерянной. Антон и вовсе показался Асе слабым и хилым, и она пожалела, что "дала добро" на его участие в группе.

Но неожиданно случились некие события, и в группе произошла замена: у Антона было мало денег, он не был уверен, что их хватит на поездку и чтобы получить дополнительный доход, вложил деньги в знаменитую пирамиду "МММ"… И если раньше денег у него не хватало, то теперь их не стало совсем. Буквально за неделю до поездки он, рыдая в трубку, отказался от поездки. Но "свято место пусто не бывает"… приблизительно в это же время позвонила Зоя. Ася не хотела брать ее, чувствовала, что будут проблемы, но количество человек в группе было уже согласовано с китайскими властями для получения разрешений на посещение Тибета, поэтому изменение привело бы к дополнительным сложностям. По крайней мере, так думала сама Ася. Отказ Антона решил судьбу Зои. Так она оказалась в группе.

Ася вздохнула и посмотрела на ребят. Только вчера они прилетели в Трибхуван – аэропорт города Катманду. И именно здесь встретилась вся группа. Опаздывал только Вадим, он должен был прилететь завтра. А послезавтра, ровно в семь утра, они все вместе на автобусе, покинут Катманду и направятся в пограничный город Кодари, чтобы, перейдя мост Дружбы, оказаться на территории китайского Тибета.

–Нет, ну вы посмотрите! Это уже слишком!– снова взвизгнула Зоя, показывая рукой прямо перед собой.

Ася посмотрела и увидела, что на той стороне реки Багмати готовилась большая погребальная церемония. Покойный явно был богатым человеком, поэтому погребальный костер готовили в той части крематория, которая предназначалась для более богатого сословия. Условным разделением крематория на части служил мост, соединяющий оба берега и на котором обычно тоже выстраивались зеваки, желающие посмотреть церемонию в подробностях.

–Все! Я ухожу!– и Зоя, развернувшись на каблуках, резко пошла к выходу.

Ася хотела крикнуть ей вслед, но Егор, который стоял рядом, вдруг остановил ее жестом, а потом сказал:

–Не волнуйся. Я пойду с ней к автобусу, и мы подождем вас там.

– Ладно, идите – согласилась и снова повернулась к реке.

Тем временем погребальный костер по ту сторону реки был полностью готов. Его украсили гирляндами из оранжевых цветов. Тело, завернутое в оранжевое покрывало, покоилось на самом верху. Асе было слышно только тихое пение и звон колокольчика. Недалеко от могилы стояла группа богато одетых родственников. Ася наблюдала за ними и была крайне удивлена, что никто из них не плакал. Это было так непривычно. Она вспоминала, что там, в России, на похоронах обычно громко плачут и причитают. Здесь же родственники стояли в молчании. Вдруг один из молодых людей, который стоял недалеко от костра, подошел ближе. Он стал обходить вокруг костра, совершая какой-то непонятный для русского взгляда ритуал. В завершении всего он снял рубашку.

– Это сын умершего – ответил на ее немой вопрос Бхола. Он стоял рядом и видел, как меняется выражение на лице Аси – так он выражает свое почтение уходящему отцу.

Ася ничего не ответила. Она стояла и думала о том, что жизнь и смерть идут рядом, рука об руку. И никто из нас не может знать, когда на смену одной придет другая. В ее жизни было много потерь. Сначала дедушка и бабушка, потом погиб любимый брат, умер папа. Несколько раз она сама попадала в ситуации, когда могла совершить этот переход. Но еще не пришло ее время. Однако она хорошо усвоила: к смерти невозможно привыкнуть. И ее невозможно не бояться. И когда человек говорит о том, что смерть ему не страшна, он просто бравирует и заигрывает с судьбой. А делать этого не нужно. Это было авторитетное писательское мнение Аси. Потому как все наши мысли – материальны и имеют свойство рано или поздно исполняться. А смерть – дама почтенная и она предпочитает, чтобы к ней относились с уважением.

Она продолжала наблюдать за действом, которое разворачивалось на той стороне реки. Два сына умершего обходили по кругу и факелами поджигали костер.

– Слушай, Ась – Мара стояла рядом – такое удивительное ощущение… Вроде бы смерть рядом, а мне кажется, это как освобождение какое-то..

Ася не успела ответить, костер на той стороне реки вспыхнул, родственники продолжали стоять и наблюдать за пламенем.

– Бхола, а что они делают?– Мара показывала рукой чуть в сторону. Там рабочие крематория принесли еще один труп, завернутый в саван. Они опустили его к реке, открыли ноги умершему, и опустили их в воду.

– Это очень символично- сказал Бхола- мыть ноги, как готовить в дорогу… В том, новом мире, который начинается после смерти.

– Знаешь, а мне совсем не страшно. Хотя я очень боюсь кладбищ и всех этих ритуалов погребения по христианским традициям. Макс!– обратилась она к сыну – когда я умру, пусть меня тоже сожгут…

– Ну, ты мать даешь! – Макс стоял недалеко и наблюдал за семьей обезьян, которая суетилась рядом, выпрашивая у прохожих всякие вкусности. Его совсем не интересовал ритуал погребения, в этот самый момент он думал о самых, что ни на есть «живых» вещах, а именно о любви.

Совсем недавно он расстался с Юлей, с которой встречался целых три года, а потом еще и жили вместе почти целый год. Он не знал и не понял, что произошло. Еще вчера чувства были сильными и яркими и вдруг их как выключили… Он честно ждал. Целый месяц. И делал вид, что ничего не случилось. Но Юля была слишком чувствительна.

– Давай поживем отдельно – вдруг предложила она.

– Зачем? Почему?– он задавал ей вопросы, понимая, что она права. Но ведь предложил не он…

– Просто. Просто поживем отдельно. Ты же сам этого хочешь, Макс.

Макс не ответил. Врать не умел. Поэтому собрал вещи и ушел. И сейчас, глядя на дружную семью обезьян, он горестно рассуждал, почему все хорошее, когда-то заканчивается. Замечание Мары вернуло его к действительности. Он повернулся в сторону реки.

В это время подул ветер и очень явно почувствовался запах горелого человеческого мяса, приторно сладкий запах смерти…

У Ланы вдруг закружилась голова и перед глазами все поплыло. Она начала плавно оседать на землю.

– Ася, Ася!– Митя стоял рядом с Ланой. Он чувствовал, что ей плохо, но почти ничего не видел и помочь ей ничем не мог – Ася! Воды! Нужно воды!

Рядом с Ланой первой оказалась Вера. Она быстро подхватила ее под руки и усадила прямо на каменную тропинку. Потом достала из рюкзака бутылку с водой и через несколько минут Лана была в полном порядке.

– Ее тоже в автобус нужно отвести – сказала Вера – нежная девочка, городская. Очень впечатлительная. Ей уже хватило на сегодня сильных эмоций.

– Да, и я с ней пойду.– Митя передвинулся поближе к Лане – Проведешь меня?– спросил он, обращаясь к ней.

– И я пойду тоже – Макс почувствовал, что очень устал созерцать этот праздничный танец смерти.

– И я пойду. У меня тоже голова закружилась – Тата присоединилась к уходящим.

– А мы куда поедем после Пашупатинтха?– спросила Вера, не обращаясь ни к кому конкретно.

– На площадь Дурбар, а потом в Боднатх. Это самая большая ступа Непала -ответил Бхола на правах хозяина.

– Хорошо. Тогда я тоже пойду в автобус. Предупрежу ребят о дальнейших планах.

– Иди, иди. Мы скоро – ответила Мара, продолжая смотреть, как на другой стороне реки складывали новый костер, и почти совсем догорел старый.

Родственники умершего уже ушли. Последние языки пламени превращали в пепел все, что еще вчера было человеческой жизнью: плоть, чувства, мысли, цели и желания…память и боль…радость и мечту… Все превращалось в пепел, возвращалось в нулевую точку отсчета…

Ася тоже продолжала стоять молча. Она, как завороженная смотрела прямо перед собой и испытывала одновременно целый спектр чувств и переживаний: во-первых, страх и одиночество, которое перекрывалось удивительным чувством освобождения и незнакомой, неведомой доселе радости. Во-вторых, брезгливость и отвращение перемешивалось с каким-то невероятно сильным любопытством и очарованием, присущим только смерти. И в третьих, ужас и нереальность происходящего напоминали ей какой-то фильм, который она смотрела совсем недавно. И она там была главной героиней. Но самое невероятное, что чувствовала сейчас она, это огромное чувство любви. Сильную и мощную волну, которая поднималась в сердце и наполняла все тело.

«Как странно!»– думала она – «любовь и смерть… совсем противоположные вещи…»

Бхола, как будто услышал ее:

– Жизнь и смерть, это две противоположные вещи. Но их объединяет одно общее. Это любовь. Ведь именно любовь наполняет жизнь смыслом. И именно она наполняет смыслом и смерть тоже… Вот посмотрите – он показал рукой на маленькие ступы, которых было великое множество на берегу реки.

– Что это? – спросила Мара.

– Это лингамы – начал рассказывать Бхола – здесь одиннадцать храмов Шивы, которые побольше и сто восемь, которые поменьше. Символ мужского начала. Тут обычно молятся женщины…

Кстати, раньше в Непале была традиция: если муж помирал, жена живьем шла на погребальный костер. Это была жестокая традиция, которая существовала много веков. Но однажды жена одного высокопоставленного непальца, не пошла вместе с ним на костер. Она пришла сюда и стала молиться возле лингамов. Внутри каждого этого маленького храма символ соединения мужского и женского: йоти и лингама. Именно в этом соединении рождается жизнь. Она приходила сюда каждый день, молилась и обещала мужу, что в тот день, когда придет ее час умирать, они встретятся, чтобы и там, после смерти быть вместе. Потом многие непальские женщины последовали ее примеру. И теперь сюда приходит множество женщин, чтобы выразить свое почтение и любовь. Ну и помолиться, конечно же.

– А те женщины…ну которых должны были сжечь… Что говорили здесь они?

– Никто не знает этого. Но думаю, что они здесь обещали своим мужьям вести достойную жизнь, воспитать детей, молиться и верить… ну и продолжать дело своих мужей… Как ни странно это звучит для Непала.

– А где молятся мужчины?– спросила Мара.

– Там, выше, есть храм Гухьешварн. Это…. Ну как бы правильно перевести…– Бхола замялся – храм влагалища. Там молятся мужчины – добавил немного смущенно.

Ася слушала Бхолу и продолжала смотреть в сторону реки. Вдруг она увидела двух стариков, которые медленно шли, поддерживая друг друга. Казалось, у них совсем нет сил, они еле-еле передвигали ноги. Ася смотрела на них и чувствовала, как приходит в сердце понимание. Эти люди шли по жизни, держась за руки. Наверное, они действительно любили друг друга. Это чувство взаимной любви и уважения витало над ними прямо в воздухе, и как необычный и приятный аромат, ощущалось даже на расстоянии.

Теперь они вместе шли, поддерживая друг друга из последних сил. Ася продолжала следить за ними, испытывая очень противоречивые чувства.

Она видела, как они дошли до реки и сели на самом краешке берега, как мужчина помог женщине распрямить ноги и опустить их в воду, как затем погрузил ноги в воду и сам. Они сидели рядом, обнявшись, светлые и чистые в своем простом величии.

– Бхола… скажи…зачем они это сделали?

Бхола проследил за ее взглядом, но ответить не успел. Женщина на берегу странно наклонилась. Ее спутник, повернулся к ней, осторожно прикоснулся рукой к ее лицу и затем, очень мягко, опустил на землю ее тело.

– Они приходят сюда умирать – сказал он тихо.

– Они знают? – Ася замерла.

– Да. Знают. Здесь недалеко есть хоспис. Там врачи и астрологи. Они точно вычисляют дату смерти. Многое приезжают сюда доживать последние дни. А иногда, муж и жена, которые сильно любили друг друга при жизни, и уходят одновременно. Видишь, эти пришли вместе…

В это время тело мужчины неестественно наклонилось и очень плавно опустилось рядом с телом женщины…

– Ох…– Ася почувствовала легкую дрожь во всем теле, а затем внутри как будто открыли кран и слезы потекли по ее лицу.

Мара, которая до сих пор стояла молча, вдруг сказала:

– Вот уж во истину, в горе и в радости, в жизни и в смерти быть рядом….

Спустя полчаса они все вместе собрались в автобусе. Ася села рядом с Верой. Она продолжала находиться под впечатлением от увиденного в Пашупатинатхе.

– Ты такая задумчивая сегодня – Вера улыбалась открытой дружеской улыбкой.

– Да уж. Есть над чем подумать. Мы тут пару одну видели…– и она начала рассказывать Вере об увиденном.

– Невероятно – Вера немного помолчала – а знаешь, Ась, я читала одного индийского мистика – Ошо Раджниша. Может, я буду не совсем точна. Сам смысл улови… Он пишет о любви так: девяносто процентов пар встречаются только потому, что они что-то должны друг другу из прошлых жизней. Вот они живут вместе и всю жизнь отдают друг другу долги. Еще девять процентов пар, ничего друг другу не должны, но они встречаются потому, что вместе что-то должны обществу. Такие пары работают вместе на благо общества. И только один процент пар на этой земле встречаются только потому, что являются половинками друг друга. Они встречаются, чтобы показать людям, что такое возможно: встретить свою половинку, жить долго и счастливо и умереть в один день… Но это я уже от себя добавила – Вера снова улыбнулась.

– Наверное, именно такую пару мы видели сегодня – Ася продолжала смотреть в окно.

Автобус двигался по узким улицам Катманду, направляясь к центру. Следующим местом, которое планировалось посетить, была площадь Дурбар.

Все пассажиры в пути были заняты своими делами: Зое по- прежнему все не нравилось, и она что-то бубнила себе под нос, Егор, задумавшись, вспоминал все ли взял в поездку, Тата сидела в Интернете, она писала своему американскому мужу обо всем, что видела вокруг, прикладывая фотографии, особенно колоритных непальских трущоб, Лана, устало откинувшись на кресло, дремала. Исключение составляли только Мара, Макс и Бхола. Они о чем-то тихо беседовали между собой.

Ася вдруг подумала, что сегодня вечером в группу должны присоединиться непальские ребята Махендра, Протап и Баба. Ася знала их только по переписке, поэтому немного волновалась. Ведь поход предстоял нелегкий, хотелось, чтобы группа сложилась.

А утром должен был прилететь последний участник группы – Вадим. Он по непонятным причинам задержался на один день, хотя Ася заранее предупреждала, в Катманду нужно прибыть за двое суток до начала похода, чтобы успеть получить китайские визы. И хотя в агентстве, которое занималось организацией похода, ее успокоили и сказали, что времени достаточно, то, что Вадим решил выделиться своим поздним приездом, ей не нравилось. Но она решила не торопиться с выводами и выяснить все, после его приезда. Ведь возможно у человека и впрямь были объективные причины. Однако, чем меньше оставалось времени до начала похода, тем ее беспокойство усиливалось.

Автобус остановился и все начали выходить. Бхола рассказывал о площади и о легендах, которыми она была наполнена. Ася не прислушивалась, она полностью ушла в свои мысли.

– А принцессой Кумари может стать любая девочка трех- пяти лет, которая соответствует тридцати двум признакам красоты, сможет узнать вещи принцессы и пройдет определенные испытания. Она считается живым воплощением богини Таледжу…– донеслось до ее сознания как-то издалека.

– А меня папа в детстве принцессой называл – вдруг громко сказала Лана – и меня и сестру.

– Ну, ну..– Зоя фыркнула – типа того…принцесса погорелого королевства..

Ася услышала и уже хотела Зою остановить, но заметила, что Лана не обратила внимания на обидное замечание, вмешиваться не стала.

– А какие испытания должна была пройти будущая принцесса?– спросила у Бхолы Мара.

– Разные. Я не знаю точно. Все это держится в секрете. Но говорят, что одно из них, это когда девочку заводят в темную комнату с собаками. Если ребенок их не испугался – значит, она и вправду принцесса…

– Боже, изверги какие. Ребенка к собакам – опять вмешалась Зоя.

– А потом? Что случается потом?– Тата смотрела на Бхолу сверху вниз. Она была высокого роста и модельной внешности, рядом с невысоким непальцем казалась еще выше и стройнее.

– А потом девочку селят во дворец и воспитывают как принцессу. Она принимает участие во всех торжественных приемах и мероприятиях. И раз в год король просит ее благословения. И только она может поставить красную точку на лбу короля. Так продолжается до тех пор, пока девочка не достигает полового созревания. После этого дух богини Таледжу покидает ее тело. Она больше не может быть принцессой и оставаться во дворце – продолжал Бхола.

– И.. что же с ней делают?– спросила Лана тихо, как будто это она сама была принцессой и ее вот вот собирались выселить из дворца.

– Ее отправляют домой, к родителям. Но таким девочкам сложно жить обычной жизнью, ведь их воспитывали совсем иначе.

– А во дворце? Что происходит там?– спросил Митя, который стоял рядом с Ланой.

– А там выбирают новую принцессу – ответил Бхола.

– И та, старая…ну, которую отправили домой, никогда больше не возвращается во дворец?– спросила Лана, все также тихо.

– Нет. Никогда.