Всё решит свадьба
- -
- 100%
- +
Пролог
Поцеловав того, кого целовать не следовало, Лиза приняла самое очевидное решение – бежать. Бросать классические брюки, бежевые и синие платья, ворох тонких рубашек и груду лакированных туфель в два огромных чемодана, и ехать на вокзал. Это было в ее стиле: драматично и даже немного романтично.
Все вещи в чемоданы не помещались и Лизе пришлось отдать небольшую стопку книг (сплошь любовные романы) студентке из соседней комнаты по коммунальной квартире. Впопыхах Лиза забыла все бутылочки, стоящие в глубине ванной, схватила только косметичку. На кухне, случайно, забрала не свой штопор.
В съемной комнате остались понемногу купленные за годы «взрослой» жизни мелочи, вроде большого зеркала и ярко-красного пуфика, сидя на котором Лиза красилась перед очередным свиданием и ощущала себя прекрасной чаровницей.
Хрупенькая девушка тащила два чемодана с намотанными на выдвижные ручки матерчатыми дорожными сумками, чемоданы подпрыгивали на неровной плитке сухого тротуара. Лиза вся взмокла, пока доволокла вещи к такси, не только из-за тяжести, но и благодаря рекордно жаркому маю во всей стране. Водитель неспешно вышел и лениво погрузил чемоданы в багажник, не забыв пожаловаться на их увесистость.
Приближаясь к вокзалу, Лиза уже сообщила матери, что завтра возвращается в родной город. Что едет домой.
– Она просит не встречать, не приезжать и вообще увидеться, когда ей это будет удобно, – сказала Марина, бегло прочитав сообщения дочери, и продолжила подрезать колбаску.
– Грубит? – спросил Алексей, подхватывая двумя пальцами очередной кусок.
– Она никогда не грубит, она хорошая девочка. Просто она обижается, я понимаю. Ты знаешь…
Марина хотела начать подробное, душеизливательное объяснение всего произошедшего между ней и дочерью, но Леша перебил:
– Это ваше с ней дело, я в это лезть не буду. Дочь твоя, а не моя и вообще уже вон какая взрослая.
Марина кивнула, его позиция была понятна. Участие в семейной драме – не лучшее начало отношений с женщиной, к которой ты ушел от жены. В этот момент телефон нового возлюбленного Марины зазвонил, Леша обтер пальцы о скатерть и тыкнув на телефон сказал:
– Вон, своих проблем хватает, звонит опять.
Он ушел в соседнюю комнату и тут же оттуда понесся отборный мат вперемешку с обвинениями. Марина перекинула кухонное полотенце через плечо, вздохнув, открыла форточку и закурила.
Смотря в недавно вымытые окна, Марина видела не гонимую по кривой дороге небольшим ветром пыль и не уже набравшие зелень тополя. Марина видела как пять лет назад сама собирала вещи и переезжала. Не в другой город, но в другую квартиру и тоже с раной в душе.
Двух чемоданов для того ее переезда явно было бы мало. Марина медленно и печально складывала 25 лет своей жизни в десятки коробок и пакетов. Особенно больно было опускать на коричневое дно детские вещи Лизоньки, ее первые ботиночки и коньки, тяжелые папки с грамотами и объемные школьные рисунки на толстом картоне.
В этой квартире Лиза выросла, вместе с мамой она прожила тут большую часть своей жизни. Но потерю квартиры Марина переживала одна. Когда пришли судебные приставы, Лиза была в Большом Городе, сказала матери, что занята организацией скорой декабрьской свадьбы.
Светлана, глава лучшего свадебного агентства в родном городе Лизы, смотрела на монитор рабочего компьютера с восхищением.
– Ну вы гляньте, – она жестом подозвала двух декораторов и указала пальцем на открытую веб-страницу с несколькими фотографиями, – Чувствуется, что свадьба зимняя, теплые тона в декоре, у невесты меховая горжетка и платье с длинными рукавами на уличной фотосессии, но без новогодней банальщины. Свечи вот тут какие, а?
Инна, старший декоратор агентства, недовольно пожала плечами:
– Ну, не знаю, в «несезон» свадеб-то немного, делать нечего, сиди и организуй что вздумается.
Стас, штатный декоратор и единственный мужчина в компании, указал пальцем на маленькую круглую фотографию в левом углу страницы:
– Это она?
– Да, – Света кликнула на фото и открылась основная информация резюме Лизы Сазоновой, – Так странно, написала мне ночью. Но опыт, конечно, у нее невероятный.
Инна отошла от экрана и деловито раскачивая бедрами направилась к дивану, где собирала в конверты пригласительные и карточки save the date:
– Все мы тут не без опыта…
Света ответила:
– Конечно, я ее еще прособеседую, все обдумаю. Но нам такой человек точно не помешает.
Стас одобрительно закивал головой и внимательно всматривался в острые черты худенького лица девушки, пока Света не свернула все окна.
В это же время поезд, несущий Лизу в новую жизнь, со свистом остановился на вокзале Нового города. Выкатить все чемоданы ей помог сосед по секции в плацкартном вагоне, пожелал удачи в жизни и по-свойски улыбнулся напоследок. Она и забыла, что главное отличие жизни в большом городе и маленьком – это людская близость.
Эта неожиданная доброта немного приободрила Лизу. Она махнула одному из таксистов, околачивающихся у выхода с перрона и тот тут же подбежал, схватил вещи, заболтал и уже через десять минут высадил у нужного дома.
У ее нового дома.
Часть 1
Глава 1
Три окна, вдвое выше Лизы, впускают свет в просторный банкетный зал. Ламинат – коричневый, ровно такого же оттенка ручки кресел и ножки больших круглых столов. Лиза убедилась в этом, присев на корточки и приподняв тяжелую белую скатерть. Она одобрительно покивала головой. Выглядит даже нормально. Она, конечно, не ожидала разрисованных от руки ватманов на стенах, но и о вполне приемлемом стиле не думала. Все таки не столица.
Поверх белой скатерти на столах однотонное оформление: бежевые тканевые салфетки, бежевые картонные карточки с именами гостей, букет цветов в центре стола по большей части состоит из бежевой кортадерии. Пара белых роз там, пара здесь.
На третьем столе один лепесток упал с пышной головки цветка и Лиза подошла, чтобы его поднять. Она взяла в руки нежный овал и немного сжала. Мало что приятнее этого чувства. Лиза, не задумываясь, провела лепестком по щеке.
Зал минималистичный, немного пастельных тонов. В углу аккуратная зона церемонии: на бежевых панелях золотые буквы, складывающиеся в имена молодоженов. Сегодня, на этом фоне, они скажут друг другу…
– Нет, ты издеваешься?
Лиза тряхнула головой.
– Я почти закончила расставлять карточки, – спохватилась она.
– Почти? Гости будут здесь через полтора часа, – Инна подошла ближе, вырвала лепесток из пальцев и сказала, смотря Лизе в глаза, – Декор без указаний больше никогда не трогай. Слышала? Никогда.
Лиза сдержанно кивнула, а Инна пошла дальше кружить между столами и раздавать указания остальным: девочкам-координаторам, декораторам и флористкам. Она даже официантам разъясняла сервировку, хоть и те и не находились у нее в прямом подчинении.
Инна старше Лизы лет на 15, по крайней мере так она себя ставит. Рядом с ней Лиза выглядит маленькой и скукоженной. Широкие плечи и горделивая осанка чернобровой длинноволосой Инны затмит кого угодно. А уж хрупкую бледненькую, русую Лизу тем более.
Инна считается главным декоратором, но на самом деле большая часть ее работы – менеджерская. Созвониться, договориться, подписать документы. Она думает, что является второй фигурой в агентстве, но вряд ли его хозяйка, Светлана, с этим согласится.
Из-за того, что концепция свадьбы всегда на главном организаторе, у Инны есть только два момента полной власти: на монтаже и на демонтаже декора. И она берет от этих ситуаций все, что может.
– Новенькая, три минуты на то, чтобы закончить с карточками и иди к вэлком-зоне, расскажу что да как. Сегодня ты стоишь тут.
Новенькая? Лиза поставила маленькую бежевую пирамидку на тарелку, но на этот раз не очень аккуратно. Эта новенькая координатором (еще и помогайкой у декораторов!) не работала уже лет семь. Режиссером свадеб была, помощником организатора – тоже, еще младшим организатором и даже куратором довольно крупных проектов. И теперь такое пике.
Лиза подошла к столу, на который позже вынесут крошечные канапешки (твердые кусочки сыра, ветчины и овощей на острой маленькой палочке) и бокалы с шампанским (один колючий глоток).
Инна протянула:
– В общем, это зона встречи гостей, – она обошла стол и указала острым красным ногтем на пол, – Стой вот тут. Улыбайся. Тот, кто придет первым, будет стесняться-мяться, ты им объясни, что все можно брать, есть и пить.
– Извините, – этот концерт начинал злить Лизу, – Давайте не будем тратить время…
– Тратить время? – Инна медленно пошла обратно, – Я действительно его трачу. На тебя. Света сказала, что это твой первый день.
Инна снова встала интимно близко к Лизе и заглянула в глаза сверху вниз. Лиза выше вздернула подбородок и шагнула назад, не отступая, а чтобы разница в росте не давала противнице преимуществ.
– Это мой первый рабочий день в этом агентстве, и в этом городе. Но до переезда я почти десять лет занималась свадьбами и уж с вэлком-зоной как-нибудь разберусь.
Инна будто бы безразлично пожала плечами, развернулась и пошла в сторону кухни, бросив через плечо:
– Ну и бог с тобой, мне же лучше.
И это тоже было не отступление, а демонстрация презрения. Лиза уже завелась и скопившийся пар должен был выйти сейчас, чтобы не выскочить позже, при гостях. Этот урок она выучила на прошлом рабочем месте.
Лиза посмотрела по сторонам и увидела, что их коротким диалогом заинтересовались все сотрудники в радиусе пяти метров. Они смотрели на стоявшую у стола колом Лизу и плавно покачивающую бедрами Инну. Все к одному. Лиза крикнула в спину противнице:
– Но если ты сомневаешься в моей компетентности, я попрошу Светлану разъяснить мой опыт работы, – Инна остановилась и слегка повернула голову, – Ту Светлану, что наняла меня и, насколько я знаю, является твоей начальницей.
Инна только хмыкнула, но ушла теперь уже не расслабленным вальяжным шагом, а быстрыми перебежками, поправляя на ходу тарелки и пушистые ветки цветов.
Лиза победно, с легкой улыбкой, осмотрела зал. Теперь на нее смотрели вообще все: бледные официантки в коричневых блузках и юбках, координаторы, отвлеченные от карты рассадки гостей, флористка за работой, с пушистой веткой в зубах и китайскими палочками в волосах вместо заколок, тощий парень-декоратор, таскающий коробки с реквизитом для артистов. И никто из них не улыбался.
Сложно сказать, что кроется за незнакомыми лицами, но Лиза запаниковала и сочла, что там сидит неодобрение.
Оставшийся час она провела за мелкой помощью двум другим координаторам и немного расслабилась. Все внутри меняется, когда приходит время самой свадьбы. Сегодняшние молодожены расписались без гостей, еще в будний день. Просто бумажки. А на этом банкете они произнесут клятвы и обменяются кольцами на глазах у почти 30-ти близких и друзей. Вот что для них важно.
Светлана приехала в зал вместе с парой, три часа до этого были заняты фотосессией. У невесты немного растрепалась прическа и пора было обновить помаду. Она повела молоденькую девушку, семенящую в платье-рыбке, придерживая подол, к зеркалу напротив туалета.
Светлана – мамочка. Так ее видела Лиза. Взрослая, крупная, мягкая, теплая, с копной рыжих волос, накрученных на большие бигуди. От нее даже пахнет не резкими духами, как от Инны, а чем-то сдобным.
Приведя всех в порядок и проверив готовность будущих этапов, Светлана подошла к Лизе. Гости разобрали канапешки и разбились на группки, официанты уносили металлические подносы. Лиза пересматривала список гостей, чтобы убедиться, что все дошли.
– Ну как у тебя дела? – Светлана улыбнулась мягко.
– Отлично, – а вот Лиза улыбнулась натянуто, – Многообещающее начало. Красивый проект, – она обвела зал рукой, – Такой… бежевый.
Светлана несколько секунд молчала, потом сказала:
– Это только потому, что здесь нужна твоя помощь.
Действительно, мамочка. Идеально чует вранье. Последние бокалы с шампанским разобрали и пора было приступать к своим задачам.
– Обещаю, придешь во вторник, я дам тебе работу организатора. – Светлана уже пошла задом в сторону молодоженов, – Что там с гостями?
Лиза крикнула: «Все на месте, можем начинать» и пошла на свою позицию слева от бежевых панелей с надписью «Марина и Кирилл».
Когда все важные слова были сказаны, окропленные слезами трогательные танцы сняты на несколько камер. Когда курицу съели и шампанское выпили, в пустом зале несколько уставших людей собирали тарелки, разбирали цветы и снимали текстиль. К Лизе подошла белокурая Машенька, студентка техникума и координатор-первогодка. Она протянула бокал:
– Красное всегда остается, – и тут же осеклась, – Ну, ты, наверное, и сама замечала. Опыт, все такое.
Лиза приняла бокал и вздохнула.
– Я звучала как стервозина?
– Немного. Но, если честно, каждая хочет побыть стервозиной перед Иннкой.
Лиза улыбнулась. Девушки слегка чокнулись бокалами, пригубили кислое вино и начали в четыре руки складывать плотные скатерти. Лиза сказала:
– Я не хочу, чтобы все думали, что я какая-то высокомерная или что считаю работу коора недостойной своего величества…
– Просто тебя выбесили. Я понимаю. – Маша, бросив скатерть в мешок, сделала еще один глоток вина и потянулась за следующей, – Скажу прямо, не все это понимают. Но я – да.
Лиза встряхнула напряженные руки, взяла бокал и приподняла его в знак молчаливого тоста и благодарности.
Еще пара часов и декор был убран, початые бутылки алкоголя поделены между сотрудниками и Лиза села в такси.
Майские ночи, даже после жаркого дня, еще прохладные. Но проведя десять часов в зале, приятно подставить лицо в открытое окно, к весеннему ветру и глубоко подышать.
Машина остановилась у панельной пятиэтажки. Арендодатель сказал, что сдает эту двушку так дешево потому что она все таки не в центре стоит, а только рядом с ним. Лиза сначала посчитала это шуткой. Рынок, считавшийся центром города, видно с балкона. Наверняка можно крикнуть и узнать у продавщицы с крайней точки, почем вон те носки с милой пандой.
Целая квартира за деньги, на которые в Большом городе Лиза могла снять только комнату в коммуналке. В спальне хорошая большая кровать и глубокий шкаф. В зале, пусть и при стареньком телевизоре, добротный диван. Не бабушкин ремонт, а чистенький, хоть и сделанный лет пять назад, еврик.
Лиза открыла дверь, стянула туфли и прошла со звенящим пакетом на кухню. Достала первую попавшуюся бутылку и сразу пошла на балкон, стараясь не смотреть по сторонам.
Хорошая, красивая, большая, холодная и абсолютно пустая квартира.
Лиза накинула флисовую кофту и села на стул в углу балкона. Поджала ноги, глотнула вина с горла. Красное, кислое. Она потянулась за пачкой сигарет, скучающей у окна рядом с полупустой пепельницей. Лиза не курит, просто бывают плохие дни. Такие, как сегодня. Девушка затянулась, снова глотнула вина и зашла в Инстаграм.
Одно нажатие на значок поиска и последние запросы уже здесь: сначала ее страничка, потом его. Лиза проверила обе. Новых публикаций нет.
По абсолютно мазохистской привычке Лиза стала нажимать на фотографии месячной давности, на фотографии с их свадьбы.
У нее шикарное расшитое стеклярусом по лифу платье. Только ему так идет классический костюм с жилеткой. А вот лавина выкрашенных синим хризантем стекает со столов, имитируя море. Они познакомились на море и под шум прибоя, через год, он сделал ей предложение.
Лиза сама придумала эту фишку с синими цветами. Она знает каждую деталь каждого снимка и рассматривает свадебные фотографии влюбленной пары не для портфолио, не для вдохновения и будущей работы. Лиза раз за разом заходит на странички во всех соцсетях, чтобы узнать, не развелись ли они.
Глава 2
Если бы природа и погода синхронизировались с душевным состоянием Лизы, весна бы выдалась жуткой для всех жителей Дальнего Востока. Сейчас, пока Лиза лежит в кровати и смотрит в просвет между шторами, ветер должен гнать по улицам мусор, тепло должно отступить, а у окна обязаны кружиться хотя бы тысячи раздражающих беспрерывно монотонно жужжащих мух.
Но жизнь так не работает и Лиза видит двух птичек-овсянок, прыгающих друг перед другом. Солнце умудряется через щель заливать всю комнату и даже потихоньку нагревает воздух.
Самец овсянки, телом и хвостом похожий на воробья, запевает свое «зинь-зинь» во всю ярко-желтую грудку. Тусклая самочка сначала отпрыгивает, но на тридцатом «зинь» крутит хвостом уже в сторону самца. На сотом «зинь» Лиза раздраженно встает с постели.
Это не первое Лизино «начало новой жизни». Не пятое и даже не десятое. С тех пор, как она перестала видеть в мальчишках партнеров по играм и почувствовала влюбленность к Коле Аистову, этих начинаний было очень много. Лет с тринадцати и по сегодняшний день, это сколько? Почти пятнадцать лет. Пятнадцать лет очарований и разочарований.
На первом курсе, когда Слава ушел к более организованной девушке, Лиза неделю плакала в кружку с дешевым красным вином из пакета, а потом купила самоучитель по итальянскому и начала «новую жизнь» с изучения нового языка.
Последнюю, самую агрессивную ссору с Сашей видела вся общага и не прекращала ее обсуждать. Эту «новую жизнь» Лиза начала сняв комнату у милейшей бабули и закончив период бурной общажной жизни за год до выпуска из университета.
Через год после него была «новая жизнь» с новым подходом к своему здоровью: правильное питание, спортзал и ни минутки свободного времени для мыслей об изменившем ей Ване.
Так или иначе, но новая жизнь всегда начиналась. Слезы, грустные фильмы, переизбыток сладкого и алкоголя, а потом – щелчок. Тумблер переключался и опустошенное пространство в груди было готово снова заполниться.
Даже когда Коля Аистов стал провожать домой девочку из параллельного класса, Лиза поплакала, а потом придумала увлечься чтением детективов и уже через пять книг серии «Черный котенок» была готова снова доверять миру.
Сейчас все детали новой жизни на месте: переезд, новая работа, незнакомые люди вокруг, краски, кисти и «Большая книга акварельных техник для начинающих» на столе. А щелчок не происходит. Как бы овсянки не пели, как бы сирень не пахла, а радоваться жизни у Лизы не получалось.
Она натянула джинсы и накинула плотную клетчатую рубашку на черную футболку, собрала волосы в хвост, надела кеды и с силой захлопнула голосящую форточку.
До новой работы Лизе идти не больше десяти минут. Мимо рынка, через площадь Ленина и в первый двор за кинотеатром. Несколько квартир на первом этаже переделали и сдавали как офисы.
Постоянных сотрудников у «Вашего дня» даже много для свадеб в таком маленьком городе. Инна, Света, Маша, второй координатор – Лера, декоратор – Стас и флористка, тонкая девушка с красивым именем Анаит. В небольшой белой комнате, с фиолетовыми диванами и стеклянным столом они все вместе собираются редко. Это место для встречи организатора с парами. Свои столы вообще есть только у Инны и Светы. И даже у последней стол только для постоянно меняющихся девочек, помогающих ей с соцсетями.
Но своеобразная прелесть работы в свадебном бизнесе позволяет на этот счет не заморачиваться и просто работать из… машины.
– После планерки поеду за тачкой в Старый город. Вечером могу уже что-то сделать, если это необходимо, – Лиза навела кофе за крошечным столиком в углу, притворяющимся кухней, и пошла к вычурному дивану.
Лиза не переносила все оттенки розового, фиолетового и голубого в оформлении свадебных агентств. Пару итак окружается только эта сладко-ванильная гамма: от магазинов с платьями до картинок на Пинтересте. Агентство должно быть серьезным местом, считала она.
– Физическая работа над твоим проектом начинается завтра.
Света повернула к Лизе планшет с открытым файлом концепта будущей свадьбы. Она сказала:
– Бюджет почти не ограничен, папа жениха из местных бизнесменов. А значит и накосячить нельзя. Я сказала, что ими будет заниматься организатор из Большого года и глазоньки загорелись.
Лиза наклонилась к планшету. Напротив основных вопросов, про желаемый цвет и примеры красивых картинок из интернета, белели пропуски.
– Совсем ничего? Или хоть что-то сказали на встрече?
– Все по классике: капризы, хочу то, не знаю что. Пока думают отталкиваться от выбранного платья. Примерка у невесты завтра.
Лиза записала название и адрес салона, убедилась, что ей на почту пришли все, пусть и малочисленные, документы по паре. Она еще раз посмотрела на дату свадьбы: успеваем, 16 июля.
Все два часа разговоров, обсуждений будущих проектов и просто трепа о жизни, Инна не обращала внимания на Лизу. Ровно никакого. На выходе из офиса Лиза остановилась и погрузилась в море накопившихся уведомлений и сообщений. Продефилировав мимо, Инна бросила:
– Если не найдете платье в «Мендельсоне», идите в «Шарм» на Кировской, там в этом году отличные завозы. Но тогда о банкете в «Радуге» даже не мечтай, Ира с Колясиком недавно развелись.
Лиза подняла глаза от экрана и тупо уставилась на Инну. Улыбка той не сравнилась бы и с Чеширской. Довольная, сладкая.
Инна слегка помахала пальчиками и пошла к своей машине. Мимо пробежала Света, Лиза крикнула:
– Стойте! Мне надо спросить!
– Запиши голосом, а. Не минутки, итак долго просидели.
Света хлопнула дверью своей машины. К счастью, сбоку подошел Стас.
– Ничего не поняла?
Лиза приземлилась на низкий заборчик у подъезда. Она водила глазами из стороны в сторону, будто разыскивая что-то под ногами. И это что-то через пару секунд нашлось. Лиза вскочила:
– Ира держит салон, а Колясик – ресторан. Они развелись и если невеста выберет платье из «Шарма», то «Радугу» лучше исключить из списка площадок.
– Исключить? Вам ее даже не дадут! Но ты правильно мыслишь. Вот только это Колясик торгует платьями, а не Ира. Гендерными стереотипами балуешься?
Лиза захихикала бы (такая шутка и от парня-декоратора), если бы не была возмущена подобным ведением бизнеса. Вот бы она еще не разбиралась в личной жизни чужих людей, просто выбирая платье и банкетный зал. Это и есть «особенности маленького города», о которых ее предупреждала Света на собеседовании? Хотя, личная жизнь чужих людей – это вообще-то и есть ее работа. Лиза не успела додумать эту мысль, Стас сказал:
– Так тебе в Старый город? Могу отвезти, по пути расскажу какие еще родственные связи, тайные романы и непримиримую вражду нужно учитывать организуя свадьбы.
Лиза выдохнула, украдкой посмотрелась в погашенный экран смартфона, пригладила выбившиеся из хвоста пряди и только потом пошла за Стасом к серой Хонде.
– Такие тонкости знают все, кроме меня?
– Нет, я просто не люблю работать в наушниках, как Анаит, и все слушаю.
Лиза присматривалась к Стасу, но как будто по привычке. Или даже ощущаемой глубоко внутри необходимости.
Парней в свадебной индустрии не так уж много. Да, есть диджеи и ведущие, но они скорее в отдалении – в развлечениях в целом, а не в свадьбах в частности.
Да, они приобнимают за талии официанток, флиртуют с девочками-координаторами, а иногда кажется, что они и вовсе пристают к гостям праздника. Но в конце рабочей смены все выглядят одинаково уставшими обычными людьми.
А вот фотографы и видеографы стоят в стороне. Тусуются сами по себе, уезжают раньше окончания банкета. У Лизы ни разу так и не получилось завести диалог с человеком, чье лицо вечно спрятано за черной увесистой камерой. Но она знала как минимум шесть пар, где мужчина или женщина – ведущий.
Декоратор – это что-то новенькое.
Стас и Лиза сели в машину, пристегнулись, Лиза сказала нужный адрес.
– Дерьмовый райончик, – прокомментировал Стас, – Уверена, что тебе нужна тачка оттуда? Ты ее покупаешь или как?
– Одалживаю, – Лиза, через лобовое стекло, ловила взглядом прохожих: пара школьниц, только не злись, женщина с соломенной сумкой, пусть лицо остается непроницаемым, приличный на вид мужик собирает пустые бутылки, успокоилась. И продолжила:
– Это дом моей мамы.
Стас на добрых полминуты онемел, но когда способность говорить вернулась, он выдохнул:
– Ты местная? – еще пара секунд раздумий и рассматривая своих прохожих через лобовое стекло Стас тянет, – Так вот почему ты вся такая мрачная, серьезная и загадочная. Ты сюда не переехала. Ты сюда вернулась. И каков срок?
– Десять лет.
Стас присвистнул и завел машину. Лиза сменила тему и через несколько минут нервозности не осталось. Она не стала объяснять, что вернулась в родной город не по своему желанию, что ей пришлось.