- -
- 100%
- +
Пролог
- Почему в моих руках плеть? - удивляюсь неестественной бархатистости собственного голоса. Звучит так, будто я только что съела банку меда, запив ее бокалом терпкого вина. Определенно не мой обычный, слегка писклявый от недосыпа тембр.
Передо мной широкая, гладкая спина. Мужская. На коже алеют несколько свежих полос, будто кто-то уже успел опробовать на ней этот… аксессуар. Моя рука с зажатой в ней плетью занесена для следующего удара. Пальцы сжимают рукоять уверенно, словно делали это сотни раз.
- Почему вы остановились, моя повелительница? - раздается тихий, почтительный голос.
Я опускаю взгляд. Юноша поворачивает ко мне лицо и смотрит с таким обожанием, что становится не по себе. На нем еще и ошейник надет. Широкий, кожаный с серебряным кольцом. Что-то до боли знакомое щелкает в голове. Плеть, ошейник, «моя повелительница»… Где-то я это уже видела. Последнее, что я помню, - это уютное кресло, плед и толстенный фэнтези-роман с дурацкой обложкой. Потом была вспышка, будто лампочка взорвалась, и вот я здесь.
- Леди Лилит, я сделал что-то не так? - голос парня передо мной дрожит.
Боже, да он же просто ангел! Золотистые кудри рассыпаны по плечам, огромные голубые глаза, похожие на два чистейших озера, смотрят с мольбой и страхом. Пухлые губы приоткрыты, а по щеке катится одинокая слеза. Да как вообще рука поднялась на такое нежнейшее создание? Это же ходячий шедевр эпохи Возрождения!
Лилит. Имя эхом отдается в сознании. Лилит! Я же только что читала про злодейку с таким именем! В книге ее описывали как невероятно жестокую аристократку, которая обожала измываться над молодыми парнями, получая от этого какое-то извращенное удовольствие.
Я судорожно оглядываюсь, пытаясь сориентироваться. Обстановка кричит о средневековом богатстве. Огромная кровать с балдахином из тяжелого бархата, на полу — шкура какого-то зверя, похожего на медведя-переростка. В углу потрескивает огонь в камине, отделанном камнем. Воздух пахнет воском и деревом. Роскошно, но жутковато.
В этот момент дверь комнаты с грохотом распахивается, и на пороге появляется мужчина. И если парень передо мной ангел, то этот - сошедший со страниц того самого романа демон-искуситель. Высокий, широкоплечий, с волосами цвета воронова крыла, небрежно падающими на лоб. Пронзительные темные глаза смотрят с ледяной яростью, а жестко очерченные губы сжаты в тонкую линию. Одет он в черный камзол, который подчеркивает его внушительную фигуру.
- Что здесь происходит?! - рычит он, и его голос, кажется, заставляет вибрировать воздух в комнате. - Лилит! Я знал, что ты испорченная. Но это! Ты заслужила развод!
Ситуация, мягко говоря, неоднозначная. Мой взгляд панически мечется по комнате и натыкается на огромное зеркало в позолоченной раме. В нем отражается вся эта дикая сцена: коленопреклоненный юноша-ангел с обнаженным торсом, в ошейнике и со связанными за спиной руками. Рядом с ним - не я! То есть я, но не совсем. Из зеркала на меня смотрит ослепительная брюнетка с хищными чертами лица, облаченная в довольно откровенный кружевной пеньюар алого цвета. А на пороге, значит, стоит ее муж?
Мозг, работающий на пределе своих возможностей, складывает два и два. Злодейка Лилит. Прекрасный пленник. Разъяренный муж. Это же завязка того самого романа!
- А вас, случайно, не Ансель зовут? — выпаливаю я, глядя на мужчину круглыми от ужаса и прозрения глазами.
Он кривит губы в презрительной усмешке.
- Именно. Сумасшедшая. Мы с тобой не были близки, но не узнать собственного мужа? Закончим на этом! Я с тобой развожусь!
- Мамочки! Кажется, я попала в книгу! — шепчу, и плеть с глухим стуком падает из моих ослабевших пальцев на мягкий ковер.
Ансель, могущественный дракон и по совместительству главный мужской персонаж, смотрит на меня так, будто я только что призналась в поедании младенцев. Его взгляд становится еще жестче, если это вообще возможно. По сюжету Лилит, используя изощрённые манипуляции, выходит замуж за Анселя. Дракон же влюблён в главную героиню - нежную фиалку, прекрасную, как богиня. Лилит всячески строит им козни, мешая воссоединиться, и в итоге Ансель разводится с ней. Но в этом мире развод означает только одно. Смерть. Женщину четвертуют и даже не хоронят!
Нет, спасибо, такой сюжетный поворот меня категорически не устраивает.
- Погоди! - я вскидываю руки, делая шаг ему навстречу. Кружевной пеньюар при этом колышется, открывая больше, чем следовало бы. Ансель брезгливо отводит взгляд. - Это все… недоразумение!
- Недоразумение? - мужчина обводит рукой комнату, указывая на полуголого парня, который все еще стоит на коленях, дрожа всем телом.
- Я его просто наказываю за непослушание. Так ведь, парниша? – взглядом умоляю бедолагу помочь мне.
- Конечно, я был сегодня очень непослушным. Повелительница преподносит мне урок, - юноша говорит эти слова с придыханием, что заставляет меня закрыть лицо рукой.
- Да что ты несёшь, - шепчу, убивая паренька взглядом. Тот вздрагивает и тут же исправляется.
– Я испортил любимый наряд леди Лилит, вот она и рассердилась.
Я не могу здесь умереть. Нужно избежать развода любой ценой. Но, вспоминая сюжет книги, это невозможно. Ансель влюблён в Анжелин. Развод – дело времени. А что если мне сбежать? Тогда дракону не с кем будет разводиться, и я смогу жить. А главные герои пусть себе милуются сколько их душе угодно. Точно. Так и сделаю. А пока нужно успокоить грозного монстра на пороге.
Глава 1
- Ну какой же развод, муж! – делаю свой голос сладким-сладким. Дракон морщится. – В чём я провинилась? – подхожу к мужчине и веду пальчиком по его широкой, мускулистой груди.
Мужчина перехватывает мою руку и возвращает её на место.
- Адюльтер, родная. Довольно веская причина, не находишь?
- Как ты мог обо мне такое подумать? - округляю глаза. - Да я же сама невинность! Твои обвинения расстраивают меня, - делаю щенячьи глазки, но это, кажется, ничуть не трогает злого дракона. - Я люблю тебя, Ансель. Так сильно, что никогда не посмотрю на другого мужчину. Ты же веришь мне? - кладу ладошки на его грудь.
- Ты говоришь мне правду? - лицо дракона немного смягчается.
Ага. Вот оно, нащупала. Лесть, лесть и еще раз лесть. Драконы, даже самые суровые и грозные, падки на комплименты, как коты на валерьянку. Главное не переборщить и бить точно в цель.
- Конечно, правду, - выдыхаю, прижимаясь к мужчине всем телом. Мои ладони скользят выше, к его могучим плечам. - Разве можно лгать такому мужчине, как ты? Самому сильному, самому мудрому, самому… - я делаю многозначительную паузу, заглядывая в его глаза, в которых уже тает лед. - Самому великолепному дракону во всех известных мирах.
Ансель шумно втягивает воздух. Попала.
- Другие мужчины просто бледные тени рядом с тобой, мой повелитель, - продолжаю ворковать, словно самая преданная горлица. - Их сила пыль под твоими ногами. Их богатства жалкие медяки по сравнению с твоими сокровищницами.
Лицо Анселя окончательно теплеет. Он даже расправляет плечи, становясь еще выше и внушительнее. Ну конечно, кому не понравится такое слышать? Его рука ложится мне на талию, притягивая еще ближе. Победа почти в кармане. Сейчас он меня поцелует, забудет про все свои подозрения, про свою нежную возлюбленную, и мы…
-Кхм-кхм… Апчхи!
Тихий, но совершенно отчетливый звук раздается из массивного дубового шкафа, стоящего в углу спальни.
Связанный красавчик тихо хихикает. Я замираю. Ансель тоже. Его рука на моей талии напрягается, превращаясь в стальной обруч. Взгляд дракона медленно, о-о-о-очень медленно перемещается с моего лица на дверцы шкафа. В наступившей тишине слышно, как громко стучит мое сердце, отбивая паническую барабанную дробь.
Я закрываю глаза. Ну конечно. Как же я могла забыть. Злобная героиня Лилит, в чьем теле я застряла, была дамой… любвеобильной. И, видимо, запасливой. Она спрятала в шкафу еще одного мужчину. Мамочка! Как же теперь это разрулить?
- Дорогая жена, - голос Анселя становится опасно спокойным, почти ледяным. - Мне кажется, или в твоём шкафу завелась мышь? С очень сильной простудой.
Ш-ш-шорк… Бум!
Из шкафа доносится звук, будто кто-то неуклюже пытается освободиться и ударяется головой о полку.
Ансель медленно отстраняется от меня, не сводя горящего взгляда с проклятого шкафа. В воздухе запахло озоном и едва уловимым дымком. Плохой, очень плохой знак.
Я стою посреди спальни, нервно тереблю край кружевного пеньюара и мысленно проклинаю всё на свете.
Ну же, Лиля, вспоминай, кто там в шкафу? Точно! Ещё один объект восхищения Лилит. Не менее могущественный дракон из клана Красных. Возможно, он даже опаснее самого Анселя. Лилит обманом опоила его, связала и спрятала в шкафу, чтобы соблазнить позже. Он точно убьёт меня. Горькая слеза катится по моей щеке.
- Ах, чуть не забыла, любимый! - выдыхаю, бросаясь к нему и обвивая руками за талию. - В шкафу подарок для тебя.
Ансель приподнимает бровь.
- Подарок, говоришь? Ну, давай посмотрим.
Я зажмуриваюсь. Секунда тишины. Ансель открывает шкаф. Блондинчик на коленях, кажется, сейчас зайдётся от смеха. Потом грохот, треск. Открываю глаза. На ковре лежит мужчина. Очень красивый. Волосы цвета меди, кожа чуть мерцает, будто под ней течёт расплавленное золото. На запястьях верёвки, которые уже трещат по швам. Он связан, как рождественский гусь, и смотрит на меня взглядом, в котором смешались недоумение и обещание очень медленной и мучительной расправы.
Ансель стоит над ним, как грозовая туча, готовая разразиться молниями. Ноздри раздуваются, а вокруг него буквально потрескивает воздух. Я чувствую, как по комнате пробегает волна его силы, от которой дрожат хрустальные подвески на портьерах.
- Лилит, - голос Анселя звучит так тихо, что становится страшно. Это тот самый шёпот, который предшествует извержению вулкана. - Объяснись.
Я пытаюсь улыбнуться. Получается криво.
- Сюрприз? - пищу, делая шаг назад. - Он… э-э-э… из клана Красных. Ты же говорил, что вы враги. Вот, я принесла тебе его на блюдечке. Связанного. Для удобства.
Блондинчик на коленях, который до этого момента тихо давился смехом, наконец-то не выдерживает и фыркает. Ансель бросает на него такой взгляд, что тот мгновенно замолкает и делает вид, что он просто предмет мебели.
Ансель медленно поворачивается ко мне.
- Ты спрятала в своём шкафу, в спальне, в которую из мужчин вхож только муж, полуголого дракона из враждебного клана, связала его и называешь это… подарком?
- Угу, - шепчу, отступая ещё на шаг и упираясь спиной в стену. Пути к отступлению отрезаны.
В следующий миг Ансель оказывается рядом. Расстояние между нами исчезает. Его рука, сильная и горячая, как клеймо, смыкается на моем горле. Не больно, нет. Он не давит, но хватка стальная, не оставляющая ни единого шанса вырваться. Я инстинктивно вцепляюсь пальцами в его запястье, пытаясь ослабить хватку, но это все равно что пытаться сдвинуть гору. Ноги отрываются от пола, и я беспомощно болтаюсь в его руке, как тряпичная кукла. Воздуха хватает, но унизительное осознание собственного бессилия душит сильнее любых пальцев.
- Думаешь, я дурак, Лилит? Ты спрятала любовника в шкафу и говоришь, что это подарок для меня! - его глаза впиваются в мои, и в их глубине плещется ледяная ярость. - Ничего не скажешь. Такого я не ожидал, Лилит. Готовься к разводу! Можешь попрощаться с родственниками. У тебя два часа!
Глава 2
Теперь только бежать! Ансель, уже порядком надоевший муженёк, великодушно отсыпал мне целых два часа на прощание с семьёй. Какая щедрость! Естественно, ни с кем я прощаться не собираюсь. Я просто исчезну. Испарюсь, как утренний туман над болотом. Куда? А разберусь по ходу пьесы. Главное, раздобыть стартовый капитал. Нужно срочно выпроводить всех из комнаты и собрать всё, что плохо лежит и хорошо блестит.
- Даже не думай сбежать, Лилит! - рычит Ансель. Сейчас его голос похож на скрежет несмазанной телеги. - У тебя ничего не выйдет!
Ну вот, испортил весь эффект внезапности.
- Ты так жесток, Ансель! - мгновенно включаю режим «трагическая героиня». Из моих глаз, как по команде, начинают катиться крупные, неподдельные слёзы. Оскар в студию!
- Я так стараюсь для тебя! Рискую жизнью, чтобы угодить! - театрально взмахиваю рукой, указывая на огромную тушу связанного дракона, который мычит и извивается, пытаясь освободиться. - А ты! Чтобы воссоединиться со своей ненаглядной кузиной, готов отправить на верную смерть собственную жену! Да ты просто подлец!
Для усиления эффекта я разворачиваюсь и со всей дури отвешиваю пощёчину… дракону. Ладонь встречается с щетинистой щекой с глухим шлепком.
Дракон вздрагивает. Его глаза медленно фокусируются на мне. В них не отражается ни злости, ни боли. Только чистое, кристальное, вселенское недоумение.
- Разве я виновата, что главы кланов против вашего союза? - продолжаю, входя в раж. Голос срывается на визг. - Разве это моя вина?!
Кажется, у меня начинается самая настоящая истерика. Так, стоп. С чего бы это? Такая резкая смена настроения… от холодного расчёта к бурным рыданиям. Это же до боли напоминает биполярное расстройство. Точно! Когда я читала роман, то сама же поставила Лилит этот диагноз. Все её поступки кричали об этом. Неужели… неужели это передалось мне вместе с её телом? Ой-ой! Беда!
Это значит, что сейчас меня накроет. По полной программе. В моём реальном мире, том, где нет драконов, я была врачом-психиатром. И я прекрасно знаю, что сейчас начнётся. Фаза мании. Неудержимый поток энергии, гениальные (и абсолютно безумные) идеи, полное отсутствие страха и тормозов.
Ансель смотрит на меня с опаской.
- Лилит, успокойся…
- Успокоиться?! - взвизгиваю, и смех сам собой вырывается из груди. - Милый, я никогда в жизни не была спокойнее! И знаешь что? Я придумала!
Я подлетаю к нему, хватаю за отвороты дорогого камзола и заглядываю в глаза.
- Ты хочешь свою кузину? Прекрасно! Я тебе её устрою!
Его лицо вытягивается. Он явно ожидал продолжения истерики, а не делового предложения.
- О чём ты говоришь?
- О сделке! - я отпускаю его камзол и начинаю энергично расхаживать по комнате, едва не спотыкаясь о милого блондинчика. Развязываю ему руки и взглядом отсылаю из комнаты. - Смотри, какая у нас диспозиция. Ты - наследник могущественного клана, влюблённый в свою дальнюю кузину. Я - твоя навязанная жена, которую ты ненавидишь и хочешь поскорее сбыть с рук, желательно на тот свет. Я права?
Ансель молчит, только челюсти сжимает так, что желваки ходят.
- Так вот, мой гениальный план! - я останавливаюсь и принимаю эффектную позу, заложив руки в бока. - Я помогу тебе избавиться от меня. Официально. Красиво. С помпой! Я инсценирую собственную смерть! - снова шлёпаю дракона по морде, на этот раз скорее по-дружески. - Ты прикинешься безутешным вдовцом. Ну постарайся хотя бы денёк походить с кислой миной. Главы клана сжалятся над бедным мальчиком, потерявшим жену в столь трагических обстоятельствах, и разрешат тебе жениться на ком угодно, хоть на говорящем грибе, лишь бы ты утешился. Победа! Вы счастливы!
Дракон смотрит на меня с чем-то вроде зарождающегося уважения. Кажется, он оценил идею.
- Ты… ты сумасшедшая.
- Гениальная! - поправляю, тыча в него пальцем. - Это идеальный план! Никаких убийств, никакой грязной работы. Ты получаешь свободу и свою кузину, я получаю свободную жизнь. Я исчезну навсегда. Ты больше никогда меня не увидишь! Ну как? Договорились?
- Мне нужно подумать! Ложись спать!
- Что тут думать? – за руку останавливаю Анселя. – Я хочу жить! Не хочу умирать! Неужели ты думаешь, что я заслужила смерть? Ты настолько мерзок? Я предлагаю тебе решение! Помоги мне выжить!
Ансель поворачивается ко мне, и на этот раз в его глазах нет злости. Мужчина смотрит на меня иначе. Это значит, мне удалось изменить сюжет?
- Я никогда не хотел твоей смерти, Лилит! – Ансель подходит ко мне вплотную и запахивает на мне кружевной алый пеньюар. – Ты уверена, что хочешь исчезнуть? Ведь назад пути не будет!
- Конечно, уверена! Это куда лучше развода!
- А если не разводиться? – Ансель отстраняется от меня и одной рукой поднимает с пола красного дракона.
- Не хочу быть нелюбимой женой! Что это за жизнь такая? Знать, что в сердце мужа живёт другая женщина, хуже смерти!
- Так вот почему ты себя так ведёшь, - мужчина смотрит на меня виновато и направляется к двери, волоча за собой могучего красного дракона. – Ложись спать, Лилит. Отдохни хорошенько. Я обдумаю твоё предложение.
Наконец-то. Тишина.
Дверь за Анселем захлопывается с вежливым щелчком, и я медленно сползаю на пол. Спать не хочется. Ни капельки.
Внутри меня не сонливость, а гудящий улей. Энергия бурлит, щекочет вены, требует выхода. Нестерпимо хочется рвать и метать.
В груди разрастается что-то горячее и колючее. Хочется кричать. Хочется что-нибудь сломать. Хочется содрать с кого-нибудь кожу. Больше не могу сдерживаться!
Поднимаюсь на ноги, потягиваюсь, как кошка, и чувствую, как по мышцам пробегает хищная дрожь. Мой взгляд падает на комнату. Такая чинная, такая благородная. Вся такая изысканная, с позолотой и хрусталем. Фу, какая тоска.
Первым под раздачу попадает несчастный пуфик из парчи, обитый золотыми гвоздиками. Он так самодовольно стоит у камина, такой кругленький, такой… бесячий.
- Ну что, дружок, - мурлычу я, подкрадываясь к нему. - Думал, я тебя не замечу?
Хватаю его за плюшевый бок и с размаху швыряю в стену. Пуфик глухо ударяется о гобелен с пасторальной сценкой и падает на пол, как сдувшийся шар. Маловато будет. Не тот масштаб.
Мой взгляд скользит дальше. Столик. Изящный, на тонких резных ножках. На нём - фарфоровая ваза с увядающими лилиями. Лицемерие в чистом виде!
Я подхожу к столику, смахиваю вазу на пол. БА-БАХ! Осколки разлетаются во все стороны, вода растекается тёмной лужей. Ах, какой звук! Музыка для моих ушей! Я подхватываю столик и с наслаждением, с чувством, с расстановкой бью его об пол. Ножка отламывается с сочным хрустом. Я переворачиваю его и начинаю прыгать на столешнице. Раз прыжок, два прыжок. ХРЯСЬ! Дерево трещит, не выдержав моего злодейского энтузиазма. Победа!
- Ха-ха-ха! - смех вырывается сам собой, немного безумный, но такой освобождающий. Я кружусь посреди комнаты, раскинув руки, и мои волосы хлещут по щекам. Какое же это блаженство!
Но этого мало. Голод не утолён.
Мои глаза загораются дьявольским огнем, когда я вижу её. Главный босс этого уровня благопристойности. Огромная, напыщенная кровать. Она такая аристократичная, такая правильная.
Я запрыгиваю на неё. Прыг-скок, прыг-скок! Я представляю, что это лицо Анселя, который сегодня хотел развода. Начинаю рвать подушки. Пух и перья взлетают в воздух, оседая на моих волосах и плечах, словно демонический снег. Я чихаю, но продолжаю с удвоенной силой.
В углу стоит арфа с позолоченными струнами. Инструмент для ангелов. Я подбегаю к ней, провожу пальцами по струнам. Вместо нежной мелодии раздается жалобный, дребезжащий звук.
- Что, не нравится? - ухмыляюсь я. - А мне вот очень!
Я хватаю арфу, она оказывается неожиданно тяжелой, и я с кряхтением тащу ее к центру комнаты. Затем, с разбегу, толкаю ее прямо на останки кофейного столика. Грохот стоит такой, будто в замке обвалился потолок. Струны лопаются с пронзительным звоном, похожим на предсмертный визг. Красота!
Я стою посреди этого хаоса, тяжело дыша. Волосы растрепаны, платье в пыли и перьях, на щеке какая-то грязь. Комната выглядит так, будто здесь дрался отряд орков с пьяным драконом. И это… прекрасно.
Ярость уходит, сменяясь приятной усталостью и глубоким, полным удовлетворением. Я опускаюсь на пол, прямо в лужу воды от вазы, и смеюсь. Тихо, счастливо.
- Я сумасшедшая злодейка! Ха-ха-ха! За что мне это-о-о!
Глава 3
Обессиленная, я сижу среди обломков, как выброшенная на берег ракушка. Пальцы дрожат, но даже поднять руку я не могу. Всё тело будто налито свинцом. Когда дверь скрипит, я даже не поворачиваю головы. Пусть будет кто угодно, хоть сам демон.
Горячие руки подхватывают меня с пола. Я не сопротивляюсь, просто не могу. Меня прижимают к широкой груди, и я чувствую запах: терпкий, с нотками кожи и чего-то пряного, как корица, но глубже, опаснее. Этот запах можно было бы запомнить навсегда, если бы я не теряла сознание.
- Что с тобой? - голос низкий, хрипловатый, знакомый. Ансель? - Снова поранилась?
Я не отвечаю. Просто закрываю глаза. Пусть этот голос сам решает, что со мной делать.
Просыпаюсь от мягкого света. Комната просторная, залитая утренним солнцем. Белые занавеси колышутся от лёгкого ветра, где-то за окном поют птицы. На стенах гобелены с цветами, на столике ваза с лилиями. Опять лилии. Бесит.
- Вы проснулись, леди Лилит? - раздаётся звонкий голос.
Я моргаю и вижу юношу. Того самого, которого оригинальная хозяйка тела… плёточкой… Он улыбается так искренне, что моё раздражение рассеивается.
- Как тебя зовут? - спрашиваю, потягиваясь.
Парень моргает удивлённо.
- Я Луи. Разве вы не помните?
- Ты кто, Луи? - спрашиваю, садясь в постели. В книге о нем упоминалось лишь раз в самом начале.
Ноги касаются мягкого ковра, и я с удивлением отмечаю, что на мне белая тонкая шёлковая сорочка, а не вчерашний красный кружевной пеньюар.
- Вам вчера совсем плохо было? - в его голосе сквозит неподдельная тревога, а взгляд становится настороженным. - Я ваш личный слуга.
Луи делает шаг вперёд, склоняя голову.
- Я помогу вам умыться. Сегодня весенний бал, помните?
Весенний бал.
Я замираю на месте. О нет. Нет, нет, нет. Только не это. Я помню. Ещё как помню. Именно после этого проклятого весеннего бала жизнь Лилит покатилась в тартарары. Именно там, под звуки вальса и в свете волшебных фонариков, началась череда трагических событий... для злодейки. И расцвет чистой, всепоглощающей, до тошноты приторной любви Анселя и Анжелин.
Луи подносит мне таз с тёплой водой, благоухающей розами.
Я смотрю на своё отражение в воде. Бледное лицо, растрёпанные тёмные волосы.
- Луи, - говорю я медленно, поднимая на него взгляд. - Принеси мне самое лучшее платье. Желательно чёрное.
Блондинчик снова удивлённо моргает.
- Но, леди Лилит, чёрный цвет для траура...
- Именно, - я улыбаюсь, и улыбка эта, должно быть, выглядит хищно. - Сегодня я буду хоронить свою прошлую жизнь.
Луи смотрит на меня с опаской, но кивает и исчезает за дверью. А я подхожу к окну. Внизу раскинулся сад, полный цветущих деревьев. Где-то сейчас гуляет Анжелин, вся такая нежная и воздушная, в своём розовом платье, и мечтает об Анселе. А сам Ансель наверняка тренируется с мечом, представляя, как будет защищать свою возлюбленную от напастей. Например, от меня.
С самого утра меня маринуют, словно праздничного гуся. Только вместо яблок и специй ароматные масла, цветочные эссенции и тонны кремов. День подготовки к весеннему балу это изощренная пытка, замаскированная под роскошь.
Завтрак, легкий, как перышко, и почти такой же безвкусный, сменяется теплой ванной с лепестками каких-то редких горных цветов. Они приятно пахнут, но щекочут в самых неожиданных местах. Затем массаж. Крепкие пальцы пожилой Марты впиваются в мои плечи, разгоняя кровь и остатки сна.
- Чтобы кожа сияла, миледи, – бормочет женщина.
Ага, сияла от сдерживаемых воплей. После этого на мое лицо накладывают нечто зеленое и склизкое, пахнущее огурцом и болотной тиной. Лежу так полчаса, чувствуя себя царевной-лягушкой в ожидании сомнительного поцелуя.
Наконец начинается священнодействие. Две горничные, порхая вокруг, как взволнованные бабочки, колдуют над моими волосами, завивая их в сложную конструкцию из локонов и серебряных шпилек. Еще одна, самая юная и робкая, рисует на моем лице боевую раскраску: подводит глаза так, что взгляд становится хищным, а губы покрывает помадой цвета запекшейся крови.
Платье вносят вчетвером, будто это не ткань, а сокровище дракона. И, по правде говоря, оно того стоит. Бездонный черный бархат, который, кажется, поглощает свет. Он обнимает мою фигуру, струясь вниз тяжелыми, царственными складками. А по всему подолу и лифу вьется узор из серебряных нитей – терновые ветви, переплетающиеся с ядовитыми цветами. Каждый шип, каждый лепесток сверкает в свете свечей, словно покрыт инеем. Рукава из тончайшей черной паутины едва прикрывают руки, а глубокий вырез на спине – это чистая провокация.
Смотрю на свое отражение. Из зеркала на меня смотрит незнакомая королева ночи. Идеальный образ для злодейки, идущей разбивать сердца. Или, в моем случае, для той, чье сердце уже разбито.