- -
- 100%
- +
Пролог
– Я познакомлю тебя со своим братом! – восторженно говорит моя подруга Стася, когда я жалуюсь ей, что со мной знакомятся одни придурки и озабоченные. – Он как раз недавно расстался со своей злыдней. На этот раз навсегда. Ты не представляешь, как я боялась, что он на ней женится. Булат просто мужчина мечты, он тебе понравится, клянусь!
– Если он только что расстался, то вряд ли захочет так быстро заводить новые отношения, – сомневаюсь я. – Разве они не были вместе несколько лет?
Я не знакома с ее братом лично, но из ее рассказов о «злыдне» знаю, что он встречался с ней долгое время.
– Я тебя умоляю! – фыркает Стася. – Мужчины устроены не так, как мы, женщины. Увидишь, месяца не пройдет, как он уже будет с другой. И лучше бы, чтобы этой другой была ты! Вы же просто идеальная пара, Алис! Оба красивые, интеллигентные, психически здоровые, что немаловажно, потому что, поверь мне, его бывшая была чокнутой! Е-бо-бо на всю голову.
– Извини, Стась, но то, что твой брат столько лет был в отношениях с такой девушкой наводит на определенные мысли. Ты можешь считать его самым лучшим на свете, потому что он твой брат, но раз у него тяга к девушкам с перчинкой, значит мы с ним не пара. Я не такая, я хочу уюта и спокойствия. Нежности. Хочу выйти замуж и растить детей в крепкой семье с надежным мужчиной. Мне уже двадцать пять! Знаю, многие не хотят рожать до тридцати в наше время, но я всегда думала, что у меня к этому возрасту будет хотя бы один ребенок.
– Не могу поверить, что у меня будут племянники от лучшей подруги! – уже разыгралась фантазия у Стаси. – У вас с Булатом будут такие красивые дети!
– Ты меня вообще слушаешь?
– Нет и не собираюсь! Пока сама не познакомишься с Булатом, я не буду слушать твои возражения. Давай в субботу? Он точно будет свободен в выходной, уж два часа как-нибудь выделит.
Тогда я ее остановила, заявив, что не хочу встречаться с ее братом, но через несколько недель, на двадцатидвухлетии Стаси, которое она с размахом отмечала в клубе, мы с Булатом все равно познакомились и понравились друг другу.
Я словно потеряла саму себя, когда наши взгляды впервые встретились, а руки соприкоснулись. Между нами возникла мгновенная химия. Я готова была вспыхнуть, как спичка, вся затрепетала, краска ударила в лицо, а дыхание перехватило. Никогда ни один мужчина так на меня не действовал! Я буквально потеряла дар речи под горячим взглядом Булата Исаева. Он словно хищник, выслеживающий добычу, весь вечер не сводил с меня глаз, хотя и не принимал участия в танцах и веселье, предпочитая пить в одиночестве в угловой кабинке с задумчивым и неприступным видом. Я была очень разочарована, когда он исчез, не попрощавшись ни с кем и даже не попытавшись поговорить со мной. Даже решила, что мне померещилось и он вовсе не смотрел на меня так, как я думала, но уже на следующий день Булат позвонил мне и пригласил вместе выпить кофе.
Сейчас я вспоминаю об этом с горьким смехом, но тогда я просто голову сломала, гадая что надеть, чтобы выглядеть сногшибательно, и в конце концов пошла на встречу в коротком трикотажном платье и казаках с высокими каблуками. От бабушки мне достался редкий оттенок светлого блонда и я принципиально не красила волосы, отращивая их до самой талии, но редко распускала, чтобы не путались, поэтому в тот день они были собраны в высокий хвост, который Булат тут же захотел распустить.
– Ты очень красивая, – первое, что он мне сказал при встрече, заставив рассмеяться от смущения.
– И тебе привет, – не зная, куда деть руки, ответила я, стоя перед столиком, за которым он меня ждал, следя за моим приближением с тем же голодным выражением на лице, что и в клубе.
Булат встал и обхватив мою дрожащую ладонь теплыми пальцами, помог мне сесть за столик, галантно отодвинув стул.
– Ты очень красивая, Алиса, – садясь напротив, повторил он. – Но готов поспорить, с распущенными волосами ты будешь еще красивее. Покажешь мне?
Я чуть не растаяла прямо на этом стуле. Подняв руки, я аккуратно стянула резинку с волос и расправила их, оставив несколько прядей спереди, чтобы они обрамляли мое лицо.
– Восхитительно, – с маленькой, интимной улыбкой прошептал Булат и уже тогда я была влюблена в него по уши.
Никто не устоял бы. Булат Исаев оказался тем самым мужчиной из фильмов. Мужчиной мечты. Красивый, самоуверенный, с чарующим голосом и неуловимым шармом.
После нашего первого свидания, подвезя меня до дома, он сказал то, что должно было послужить для меня явным звоночком:
– Мне нравится, что ты такая нежная и скромная, Алиса. Красивые девушки обычно всегда ставят на себя ценник, вопрос только в цене. Но ты ведь не такая, правда?
Хотя женщина внутри меня возмутилась, я мысленно нашла ему оправдание, потому что была ослеплена любовью, но это был не первый раз, когда он цинично высказывался относительно женского пола или обращался со мной, как с милой глупышкой. Словно я не личность, а просто его бездушный трофей.
Мы встречались два месяца, прежде чем он сделал мне предложение. Я этого не ожидала, но была безумно счастлива. Как и наши с ним семьи. Мои родители, конечно, не такие богатые, как его, но мои дедушка, папа и дядя сделали отличную военную карьеру и имеют обширные связи и знакомства. От болтливой Стаси я узнала, что мою кандидатуру в невесты не только одобрили, но и приняли с большой радостью.
И все же, чем ближе становилась дата свадьбы, которую мы организовали буквально за полтора месяца, тем больше отдалялся от меня Булат, хотя мы и так были не слишком близки, учитывая, как он берег свое личное пространство. Еще один звоночек, который я пропустила.
– Я заеду к тебе сегодня после работы, – позвонил мне Булат за неделю до свадьбы. – Надо поговорить.
– Что-то случилось? – насторожилась я из-за его странного тона.
– Да. Поговорим при встрече.
В итоге, я бросила все свои дела и ждала его, дико нервничая и накручивая себя. Оказывается, было из-за чего.
Зайдя в квартиру, Булат не поцеловал меня, как обычно. Не прижал к своему высокому телу, вдыхая аромат моих волос и накручивая длинные пряди на свои пальцы. Он выглядел холодным, словно чужой человек, и когда я потянулась к нему, отстранился, не давая прикоснуться к себе.
– Что с тобой, Булат? Что-то не так?
– Давай сядем, – пройдя мимо меня, уселся он на диван в моей маленькой, но стильной квартирке-студии, в которую я переехала после того, как окончила университет.
– Ты меня пугаешь, – нервно засмеялась я, присаживаясь на краешек кресла.
– Нам надо отменить свадьбу, – без подготовки сбросил он бомбу, глядя на меня жестким взглядом, словно это я – причина его недовольства.
А я застыла, позволяя этим словам проникнуть в себя. Переходя от неверия к ужасу, потому что по его тону было ясно, что он не шутил.
– Почему? – еле выдавила из себя, облизывая пересохшие губы.
– Потому что это была ошибка, Алиса. Я обманывал сам себя, думая, что брак с тобой – это то, что мне нужно. Я теперь снова с Настей.
Настя. Его бывшая. Его эпическая любовь, длящаяся годами и которая, как я думала, уже в прошлом.
– Почему? – вырвался у меня тот же вопрос, на этот раз просто пропитанный отчаянием.
Почему Настя, а не я? Почему он решил вернуться к ней? Почему он вообще сделал мне предложение, если продолжал любить ее? Почему он так поступил со мной?
Все эти вопросы я хотела задать ему, но у меня не двигался язык от слишком сильного потрясения.
– У нас с Настей долгая история, – зачем-то сказал он, поморщившись. – Черт! Я не хочу вдаваться в подробности, но факт в том, что мы расстаемся и свадьбы не будет. Все расходы я уже покрыл, кольцо можешь оставить себе. Прости меня, Алиса. Мне жаль, что так…
Он не договорил, потому что получил этим самым кольцом, которое я сняла с пальца, прямо в глаз.
– Твою мать!
– Можешь засунуть свое кольцо сам знаешь куда! – закричала я, позволяя злости взять верх над душевной болью. – Убирайся отсюда! Ненавижу тебя, Булат! Я тебя ненавижу!
А потом убежала в ванную, чтобы запереться там и дать волю слезам, безутешно рыдая в полотенце несколько часов подряд. К тому времени, как я вышла, Булата уже не было.
Больше я его не видела, что стало огромным облегчением, потому что забыть его оказалось мне не по силам и любое воспоминание причиняло сильную боль. Мне пришлось отдалиться от Стаси, которая когда-то была моей лучшей подругой, потому что хоть она и не говорила со мной о своем брате, видеть ее тоже было невыносимо. Жаль, что даже это не уберегло меня от новостей о нем, потому что его жена Настя оказалась блогером-миллионником и против моего желания, я время от времени натыкалась на статьи об их жизни и событиях в ней, стоило мне зайти в социальные сети. Именно так я узнала, что через семь месяцев после свадьбы она родила ему дочь, а значит, на тот момент, когда он сделал мне предложение, он уже спал с ней за моей спиной.
Была ли я для него просто способом заставить ее ревновать? Каким-то извращенным уроком? В любом случае, меня тупо использовали и осознание этого только усугубило мое унижение и боль.
Глава 1
– Здравствуй, Алиса, – меняя пеленку на смотровом столе, слышу уверенное приветствие за спиной и резко оборачиваюсь, теряя опору при виде человека, который уничтожил мою веру в любовь.
Булат Исаев. Я не видела его полтора года, избегала всеми силами, потому что он не просто разбил мне сердце, он растоптал мою гордость, бросив меня за неделю до нашей свадьбы ради другой женщины.
– Булат, – говорю дрожащим от эмоций голосом, не в силах взять себя в руки.
Боже, сколько раз я представляла эту сцену! Как я отреагирую, когда увижу его снова, как окачу ледяным безразличием и буду разговаривать с ним так, словно он ничего для меня не значит и я давно пережила то, что было между нами.
Но я не пережила…
Мое сердце готово выскочить из груди, так сильно оно бьется, не говоря уже боли, свернувшейся глубоко внутри. Я не могу оторвать от него взгляда, отмечаю углубившуюся складку между сурово сдвинутых бровей, густую и длинную бороду, вместо привычной короткой щетины, делающую его еще мужественнее. Мягкие губы, когда-то шептавшие мне пошлые комплименты на ухо, сурово поджаты, а серые глаза прищурены. Он всем своим видом показывает, что не рад меня видеть, но зачем-то пришел сюда. Кто вообще впустил его в мой кабинет в разгар приема пациентов?
– Что ты здесь делаешь? – наконец, возвращаю самообладание, сердито складывая руки на груди.
– Ох, извините, Булат Антонович, ваша дочь не дает мне себя переодеть, она ко мне еще не привыкла! – неожиданно появляется из-за его спины женщина с орущим ребенком на руках.
Его дочь? Только не говорите мне, что этот козел осмелился привести ко мне на прием своего ребенка! Это не может быть совпадением!
Я смотрю на плачущую девочку, которая вырывается из рук женщины, и понимаю, что точно никогда ее не видела. Это не моя пациентка, а значит, Булат не мог не знать, кто я, когда записывал ее сюда на прием.
Несмотря на ярость от его наглого вторжения в мой кабинет и в мою жизнь, я не могу не отметить, как эта девочка испуганно тянет ручки к отцу, пока женщина пытается ее укачать. Мое сердце, несмотря на годы работы педиатром, все еще сжимается, когда ребенок плачет от боли или страха, так что я не могу промолчать.
– Возьми ее уже на руки, неужели ты не видишь, что она напугана? – возмущенно смотрю на него, получая в ответ высокомерно приподнятую бровь.
Боже, этот мужчина невероятен!
Повернувшись, он на удивление привычным жестом берет эту маленькую, такую похожую на него, девочку, на руки и прижимает ее головку к своей широкой груди, успокаивая ласковым поглаживанием по растрепанным, темным волосам и тихим шепотом в ушко.
Его собственные волосы с длинными темными прядями, на макушке немного растрепались, словно он запускал в них пальцы. На его высокой, атлетичной фигуре безукоризненно сидит темно-голубой костюм, руки надежно держат ребенка, ноги расставлены на ширину плеч, а осанка прямая. Великолепный образец мужчины, словно сошедший с обложки журнала, и я ненавижу то, что мое сердце сжимается при виде этой идеальной картинки.
Упоминала ли я, что он обладатель природной грации, благодаря которой каждое его движение, жесты, походка выглядят отточенными? В его теле нет ни единой неловкой косточки. Он идеален, даже его голос настолько хорош, что его хочется слушать и слушать, неважно о чем он говорит. Неудивительно, что даже на ребенка подействовало, она сразу затихла, услышав ласковый голос отца.
– Ты уволена, можешь идти, – одним грубым предложением рассеивает он очарование, обращаясь, видимо, к няне ребенка.
Женщина растеряно моргает, неверяще раскрыв рот.
– Но Булат Антонович…
– Я не передумаю. Ты нам не подходишь, уходи.
– Пожалуйста… – пытается она вставить слово, но ее снова грубо перебивают.
– Ты глухая? Ты. Уволена. Уходи, – практически рычит он, пока она не заливается слезами и не убегает из кабинета, несомненно униженная его тоном и словами.
Мне становится жалко бедняжку и это только поднимает злость на Булата на градус выше.
– Ты тоже можешь идти за ней, Булат. Я не согласна вас принять, ищи другого врача, – говорю как можно тверже, обходя свой стол и садясь за него.
– Мы были записаны и оплатили прием. Выполняй свою работу и осмотри мою дочь, Алиса.
– Не разговаривай со мной в таком тоне, я не няня, которую ты можешь уволить! – сжимаю кулаки под столом, позволяя себе чуть-чуть повысить голос. – Тебе вернут твой платеж. Я не буду осматривать твою дочь, Булат, тебе вообще не следовало приходить сюда. Будь добр, в будущем узнавать имя врача, к которому ее записываешь. Хотелось бы избежать подобных неловких встреч.
– Мне вот не неловко, – нагло заявляет он, выдвигая стул и садясь на него вместе с дочкой, уютно уместившейся на его колене, с любопытством глядя на меня большими серыми глазами, доставшимися ей от папы. – И кто сказал, что я не знал, к кому ее привожу? Это хорошая клиника, но не лучшая в городе, Алиса. Я пришел сюда из-за тебя.
– Зачем? – задаю закономерный вопрос, действительно недоумевая, зачем ему это нужно.
– Хотел тебя увидеть, – пожимает он плечами. – Поговорить. К тому же, кому я могу еще доверить свою дочь, как не тебе? У тебя отличные отзывы и я знаю тебя лично, поэтому верю, что ты серьезно относишься к своей работе и своим пациентам.
– Ни к чему мне льстить, Булат, я не передумаю. Я вообще не понимаю, как тебе хватило наглости привести ко мне дочь, когда мы оба знаем, что она была зачата еще в то время, когда ты врал, что хочешь жениться на мне. Предпочитаю не иметь дел со своими бывшими и вообще не встречаться с ними после расставания, поэтому, будь добр, убери себя из этого кабинета и из моей жизни.
– Раньше ты не была такой вредной, Лисенок, – усмехается он, приводя меня в ярость этим давно забытым ласкательным прозвищем. – Но мне нравится, тебе идет этот огонек в глазах.
– Булат! – вскакиваю на ноги, готовая звать охрану, лишь бы его вывели отсюда. – Вон! Немедленно!
– Успокойся, – снисходительно приказывает он. – Осмотри мою дочь, а я пока расскажу, как могу тебе помочь спасти брата от тюрьмы. Поможем друг другу, Лисенок. Тебе это нужно даже больше, чем мне.
Что-то в моем животе ухает вниз при упоминании моего брата Вадима. Булат знает о нем? Как? И действительно ли он может помочь, когда даже мой отец и дядя опустили руки? Мое эго отходит в сторону, когда дело касается членов моей семьи, так что я заставляю себя успокоиться и выдыхаю, передумав выгонять Булата, пока не услышу, что он может предложить.
– Ладно. Скажи, чем можешь помочь, а потом я займусь твоей дочерью.
Булат удовлетворенно вздыхает и поудобнее устраивает дочь на коленях. Мой взгляд против воли притягивается к крошечной девочке, которая смотрит на меня серьезными серыми глазами, по-собственнически положив пухлую ладошку на предплечье своего папы. Она прелестный ребенок, но глядя на нее я не могу не испытывать горечь.
– Насколько я знаю, твой отец решил действовать законными методами и каким бы хорошим не был ваш адвокат, Вадима все равно посадят, если не подмазать кого надо, – говорит он.
– Ты имеешь в виду дать взятку?
– Взятки, Алиса. В множественном числе, потому что один только судья по своему хотению не может его оправдать.
– Нет, – сразу отметаю этот вариант. – Это исключено. Папа никогда не согласится, он верит в систему правосудия и не предаст свои принципы даже ради Вадима.
– Именно поэтому вам нужен я, – заявляет он с самодовольным видом. – У Вадима, может, и есть деньги, но нет связей, которые твой патологически честный отец не хочет использовать. С другой стороны, у меня они есть и я могу договориться, чтобы ему назначили условное наказание. Совсем закрыть дело, как ты понимаешь, не получится.
Он прав. Именно так обстоят дела и в отличие от папы, я не настолько принципиальна, чтобы жертвовать здоровьем, а может и жизнью брата. Ему нельзя на зону. Да, он совершил преступление, был уличен в незаконном отмывании денег и уклонении от уплаты налогов, причем на огромные суммы, но именно из-за громкой военной карьеры моего отца и дяди, Вадим рискует стать жертвой мести.
– В чем твоя выгода? – задаю самый важный вопрос. – Что именно тебе от нас нужно в обмен на это одолжение?
– Не от вас, а от тебя конкретно, Лисенок, – с предвкушением улыбается он, пристально наблюдая за моей реакцией.
– Я же сказала не называть меня так! Раздражая меня, ты немногого добьешься, Булат.
– Я просто репетирую. Видишь ли, мне очень нужно, чтобы ты сыграла роль моей любимой жены. Никто не поверит в мои нежные чувства, если я не буду их показывать, а мне очень нужно, чтобы нам поверили.
– Что за бред? Зачем тебе это? – удивленно поднимаю брови. – И что с твоей настоящей женой?
– Мы давно развелись. Разве ты не в курсе? Или вы с моей сестрой больше не дружите?
– Дружим, но мне неинтересна твоя личная жизнь, поэтому я не интересовалась. Так зачем тебе фальшивая жена? Ты мог нанять кого-нибудь, не знаю, профессиональную актрису или эскорт, чтобы она притворилась кем тебе нужно.
– Все не так просто, как на словах, Алиса, – хмыкает он. – Не хочу вдаваться в подробности, но мне нужно представить миру жену, которая не будет выглядеть так, словно я встретил ее в клубе и импульсивно женился, чтобы выглядеть примерным семьянином. У нас с тобой уже есть история. Ты дружишь с моей сестрой, ты ответственная женщина, делающая карьеру врача, а не кривляющаяся на камеру. Идеальная жена для любого мужчины.
– То есть, полная противоположность твоей бывшей жене, – едва не морщусь от его описания, чувствуя себя оскорбленной от такого сравнения, хотя, по сути, он ничего плохого не сказал. – Боже, Булат, только не говори мне, что это как-то связано с опекой над вашей дочерью! Я ни за что не буду участвовать в этом! Кем надо быть, чтобы отнять ребенка у матери? Не думала, что ты можешь еще больше упасть в моих глазах, но какой же ты подлец!
– Не спеши с выводами и придержи оскорбления до того момента, когда наденешь на палец мое кольцо, Алиса. Я не пытаюсь отнять ребенка у матери, как ты выразилась. Моя дочь и так находится под моей опекой, Насте она не нужна. Если в какой-то момент Эля захочет общаться с матерью, я не буду запрещать им видеться, но пока Настя слишком занята своей насыщенной жизнью, чтобы воспитывать дочь.
– Тогда зачем тебе идеальная жена? – не даю себе времени поразмышлять над тем, как можно отказаться от своего ребенка и что за человек эта Настя. Не хватало только начать жалеть его только потому, что он отец-одиночка. Сам виноват!
– Я не хочу разглашать эту информацию. Какая тебе разница? Я же не спрашиваю, почему твой брат пошел против закона и куда дел деньги, которые отмывал. Это сделка, Алиса. Услуга за услугу. Ты нужна мне на год. Брак будет заключен официально, ты будешь жить вместе со мной и Элей. Ни один человек не должен знать, что все это фальшь. Ни твоя мама, ни подруга, ни маникюрша, никто! Для наших семей все будет по-настоящему.
– Моя семья никогда не поверит, что я тебя простила! А если даже поверят, папа ни за что не позволит мне выйти за тебя замуж. Они тебя все ненавидят.
– Тебе двадцать шесть, Лисенок. Достаточно взрослая, чтобы выйти замуж без согласия папы и мамы. В конце концов они смирятся.
– А до этого мне придется выдержать атаку со всех сторон, уговоры, угрозы, ссоры. Ты хоть представляешь как для меня сложно расстраивать свою семью?
– А видеть брата за решеткой не сложно? – давит Булат на больное.
Черт бы его побрал!
– Ладно, – признаю поражение. – Мне надо подумать, это слишком сложное решение.
– Мне нужен ответ завтра, Алиса, – давит он. – У твоего брата не так много времени, как и у меня.
– Не дави на меня, – огрызаюсь зло, чувствуя себя загнанной в угол. – Давай осмотрим твою дочь. Положи ее на стол и раздень.
– Я не умею, – хмурится он. – Этим занимается няня. Я могу только покормить и подержать на руках.
– Господи! – чуть не закатываю глаза. – И почему я не удивлена? Ты явно из тех мужчин, которые в жизни не поменяют подгузник ребенку.
– Не думай, что знаешь меня, чтобы выносить такие суждения, Алиса. Я не брезгую своей дочерью, просто она такая маленькая, что я боюсь ей навредить. Нет ничего, чего я не сделал бы для Эли. Она не кукла, которую я достаю, чтобы пообниматься и потом сплавить няне.
Он так искренне возмущен, что я чуть не улыбаюсь. Как я посмела задеть эго самого Булата Исаева? Ай-яй-яй!
Когда он осторожно кладет дочку на смотровой стол, я подхожу и начинаю методично ее раздевать. Я действую аккуратно и нежно, но стараюсь лишний раз не смотреть этому ребенку в лицо, потому что как только я вижу ее большие серые глаза, унаследованные от папы, что-то в моей груди сжимается от боли. Тем не менее, я тщательно осматриваю девочку и отмечаю, что у нее все отлично. Тонуса мышц нет, реакции в норме.
Закончив, я одеваю ее в сброшенное ранее очаровательное хлопковое платье и носочки, оставив лежать на столе, чтобы не передавать отцу из рук в руки. Боюсь, такой близости к Булату, даже мимолетной, я не выдержу.
– У нее все хорошо, – говорю я ему, возвращаясь за свой стол. – Судя по карте, все прививки сделаны вовремя, УЗИ тоже. Здоровая девочка.
– Отлично, – говорит Булат, прижимая дочь к себе. – Тогда мы пойдем. У меня встреча. Увидимся завтра, Лисенок.
– Алиса, – говорю с нажимом. – И нам необязательно видеться. Я позвоню и сообщу о своем решении.
– У тебя остался мой номер? – самодовольно улыбается этот нахал.
– Точно! – бью себя по лбу. – Мне же нужен номер. Вот тебе моя визитка, скинь какой-нибудь стикер и я позвоню, когда приму решение, – протягиваю ему свою визитку со стола.
Он берет ее уже не с таким самодовольным лицом и уходит, а я откидываюсь на спинку кресла и делаю глубокий вдох, переходящий в отчаянный всхлип.
Боже, как же больно!
Почему все еще болит? Почему я не могу просто забыть и отпустить? И как мне жить рядом с ним, видеть его каждый день, притворяться любящей женой, когда каждый взгляд на него превращается в острый укол прямо в мое сердце.
***
Вечером я звоню отцу, надеясь, что мне не придется соглашаться на план Булата.
– Привет, пап.
– Доча, – слышу улыбку в его голосе. – Как у тебя дела?
– Как всегда. А ты как? Мама говорит, у тебя снова давление скачет.
– Это из-за твоего брата, – вздыхает он. – Он заслужил то, что с ним происходит, но все равно жалко его, дурака. Не знаю, где я ошибся, что он вырос таким меркантильным идиотом.
– Пап, – подступаю осторожно. – А может, есть способ ему помочь? Ну, знаешь, попросить знакомых, выйти на нужных людей…
– Нет! – сразу же затыкает меня отец непререкаемым тоном. – Никаких обходных путей, Алиса. Как тебе даже в голову такое пришло? Все будет по закону, как и должно быть.
– Вадиму нельзя в тюрьму, папа! Ты ведь сам знаешь…
– Он сам навлек на себя это, Алиса! Его никто не подставлял, он виновен!
– Все совершают ошибки, папа! Вадим не должен платить за это своим здоровьем или даже жизнью. Это ведь из-за твоей карьеры…
Я резко осекаюсь, понимая, что высказала вслух то, чего говорить не следовало. Папе и так плохо, нечестно обвинять его в том, что у него есть враги. Вадим был бы в безопасности, если бы не ввязался в эту мошенническую схему.
– Вот значит как…
– Нет, прости пап! Я не это имела в виду. Конечно, никто кроме Вадима не виноват в том, что случилось, но нельзя же просто бросить его на произвол судьбы!