Прости меня

Пролог

Жизнь Вероники Демьяновой перестала быть идеальной в тот момент, когда на автомобиль, в котором они ехали с матерью, врезался неосторожный водитель. Нет, он не был пьян и не заснул за рулем, даже оправдания в виде того, что не справился с управлением или машину занесло на гололеде, не было, хотя зима в тот год выдалась морозной. Просто человек отвлекся на свой телефон и две жизни оборвались. Его и ее мамы.

Первая мысль Ники была именно о маме, когда она очнулась в больнице. Ее не волновали сломанные ребра и раскалывающаяся голова. Ника требовала врача и медсестер ответить ей, как мама, где она, но они, игнорируя ее вопросы, лишь бесстрастно продолжали исследовать ее тело. Только Андрей, зашедший в палату через десять минут, сказал ей правду. Мамы больше нет. В тринадцать лет Ника осталась полной сиротой.

Пережить смерть отца два года назад было трудно, но смерть мамы просто опустошила Нику. Какой бы заботой ее не окружали, как бы Андрей не старался помочь ей, Ника не могла оправиться. Сменяющие друг друга психологи, учителя, пытающиеся втянуть ее в общественную жизнь класса, даже друзья, которые давно махнули бы на нее рукой, если бы их родители не были тем или иным способом обязаны ее брату, никто не мог вывести Нику из затяжной депрессии. Она жила на автопилоте, отлично училась в школе, ела, когда ей скажут, ходила на вечеринки друзей, куда ее, как куклу, одевали Надя или Вера – сестры, работавшие в их доме домоправительницей и поваром. И спала. Все время спала.

Андрей злился, тормошил ее, направил к новому врачу, но Нику ничего не трогало. Она просто хотела спать, лишь бы не видеть жестокую реальность. Значение времени для нее изменилось, месяцы уходили, времена года сменяли друг друга, а для Ники не менялось ничего. До тех пор, пока на дне рождения своей одноклассницы она не увидела его – Романа Гончарова. Мужчину, который впоследствии стал любовью всей ее жизни. Человека, благодаря которому она сделала первый шаг навстречу исцелению.

С тех пор он стал целью ее жизни. Причиной жить дальше.

Глава 1

– А ну, иди сюда, маленький монстрик! – зарычала Ника, бросаясь догонять свою двухлетнюю племянницу.

– Нита, Нита! – кричала малышка, улепётывая от нее в сторону кухни. – Не догоишь!

Соня так смеялась, что все ее маленькое тельце подрагивало, а ножки заплетались при беге. Наконец, добежав до двери, она принялась дергать за ручку, пытаясь открыть ее, но тут Ника ее подхватила сзади и подняла под пронзительный визг девочки.

– И кто это тут не слушает свою тетю Ниту? – прорычала она, шутливо впиваясь в бок девочки зубами.

– Не ешь, не ешь!

Соня снова начала захлебываться смехом.

– Кто тут собирается перекусить моей куколкой? – грозно спросил Андрей, выходя из гостиной.

– Папоська, спаси! – закричала Соня, протягивая руки к отцу.

Андрей подошел и после шутливой борьбы, с трудом вырвал дочь из рук Ники. Соня показала ей язык за спиной отца и тут же спрятала лицо между его шеей и плечом.

– Эй, она мне язык показала! – пожаловалась Ника.

– Вот, две ябеды, и в кого такие?

Андрей понес дочь на кухню и Ника последовала за ними. Завтракать они предпочитали не в столовой, а за большим столом на кухне, в компании Нади и Веры, которых все давно воспринимали как членов семьи, а не просто наемных рабочих.

– Доброе утро, – поздоровалась Ника, садясь за стол. – Что у нас сегодня?

– Доброе, – ответила Вера. – Оладушки и яичница.

– Хоцю яицицю! – закричала Соня, берясь за маленькую детскую вилку и размахивая ею в воздухе.

– Катя еще не проснулась? – спросила Ника Андрея.

– Воскресенье же, – усмехнулся брат.

Все в доме знали, что его жена Катя любит подольше поспать по утрам, но с тех пор, как она вышла на работу после декретного отпуска, сделать это ей удавалось только по выходным.

– Кстати, я сегодня с утра звонил Сергею Николаевичу, – сказал Андрей, имея в виду отца Ромы. – Он с радостью примет тебя на стажировку в свою компанию.

У Ники даже дух перехватило от радости.

– Аааа, Андрюшенька, ты лучший!

Она вскочила со стула и стиснула брата в крепких объятиях, выражая свой восторг поцелуями в его колючие щеки.

– Тпру, мелкая! Хватит меня слюнявить, – произнес Андрей, отстраняя ее. – Имей в виду, что никаких поблажек ты не получишь. Будешь работать, как все. И еще, ты должна подать официальную заявку. Конечно, Сергей Николаевич настоятельно порекомендует взять именно тебя, но зависеть все будет от отдела кадров.

– Не волнуйся, большой брат, я согласна пахать, как вол. И никому не скажу, что меня взяли по блату.

Ника именно это и имела в виду. Благодаря хорошей наследственности, она получила исключительные мозги и хотя ее больше привлекало творчество, решила, что должна доказать Роме, что несмотря на возраст, она достаточно умная и зрелая, чтобы стать его спутницей жизни. В двадцать один год Ника уже готовилась получить диплом экономиста, остался лишь месяц до заветной даты. С горем пополам, она уговорила Андрея устроить ее на стажировку в компанию, принадлежащую отцу Ромы, Сергею Николаевичу, где работал и сам Рома.

Компания по завоеванию Ромы началась несколько лет назад. Сначала, Ника просто преследовала его. Причем годами. Теперь-то она понимала, что обратить на себя внимание Ромы ей таким образом не удастся, но кто и что знает об отношениях в пятнадцатилетнем возрасте?

Рома был старше ее на семь лет и всегда встречался со своими сверстницами. На тот момент, когда Ника с ним познакомилась, он состоял в отношениях с Олей, которую Ника просто ненавидела. Они встречались на протяжении четырех лет, после чего, к облегчению Ники, расстались, но и пары месяцев не прошло, как Рома начал другие серьезные отношения, продлившиеся полтора года. К счастью, на данный момент он был свободен и весь ушел в работу. Ника знала многое о его личной жизни, благодаря общению с его сестрой, а также социальным сетям, в которых она следила не только за его жизнью, но и всех его друзей и членов семьи. С прошлого года – тайно.

Год назад Ника решила исчезнуть с радаров, чтобы он отвык от ее постоянного присутствия в своей жизни и посмотрел на нее другим взглядом, когда она предстанет перед ним повзрослевшая и равнодушная. Она даже будущую профессию выбрала, опираясь на его вкусы, ведь сама Ника работать в принципе не хотела. У нее было такое большое наследство, которое ее брат еще и приумножал, благодаря инвестициям, что она могла всю жизнь провести путешествуя и фотографируя, о чем всегда и мечтала, это была ее страсть, хобби. Однако, Рома был ей нужен куда больше, поэтому, скрепя сердце, она поступила в университет и успешно окончила его. Пришла пора приступить к следующему шагу в завоевании любимого человека.

***

На следующей неделе Нике позвонили из компании «Вега» и сообщили, что ее утвердили. Девушка сразу же помчалась домой. В те выходные они с Катей прошлись по магазинам, так как у Ники не было подходящей офисной одежды. Она предпочитала женственные и порой необычные вещи. В ее гардеробе было полно летящих платьев из легких тканей и длинных юбок, которые она носила с казаками или кедами. Также Ника очень любила одежду в ретро стиле. Затесались где-то на дальней полке и толстовки с джинсами, которые она надевала, находясь исключительно в паршивом настроении или когда болела. В такие дни не до красоты.

К своему внешнему виду девушка относилась весьма серьезно. Хотя у нее и была маленькая слабость, в виде шоколада и кофе, но питалась она, в основном, правильно и не пренебрегала занятиями фитнесом. Ника была небольшого роста, в отличие от высоченного брата. Фигуристая, но с тонкой талией. Как и у брата, у нее были густые темные волосы, но кожа была светлее на пару тонов, как у их мамы. От нее же ей достались большие и выразительные карие глаза и губки бантиком.

На первый рабочий день они с Катей выбрали ей брючный костюм ярко-синего цвета, с узкими брюками-дудочками и свободного кроя жакетом. К нему Ника подобрала красные туфли на шпильке и красную же помаду. Этакая яркая бабочка в скучном рассаднике офисных планктонов. Конечно, Рома обычно предпочитал серых мышек, но свою индивидуальность, ради него, она менять не собиралась. В конце концов, она великолепная девушка, яркая и красивая. Да ей мужчины прохода не дают, а он уже который год нос воротит. Ну, ничего, он все равно в нее влюбится, чего бы ей это не стоило.

***

В понедельник она приехала за десять минут до начала рабочего дня и поднялась в отдел кадров. Каково же было ее разочарование, когда ее разместили тут же, в кабинете кадровиков.

– Будешь пока помогать, кому с чем надо, – сказала ей глава отдела, Инна Юрьевна – приятная женщина лет сорока. – У нас сейчас завал, так что ты появилась как нельзя кстати.

Всего в кабинете было четыре стола, один из которых заняла Ника. Тут работали одни женщины. Кроме Инны Юрьевны, еще Маша и Ева, девушки двадцати пяти лет, бывшие однокурсницы.

– Ты не переживай, мы тут сами стажерами когда-то были, – рассказывали они во время обеда. – Если хорошо себя проявишь, то могут и оставить. Для старта вполне неплохо.

Девушки оказались дружелюбными, показали Нике все на этаже и даже познакомили с несколькими коллегами.

– Компания снимает целый этаж. В левом крыле начальство, без необходимости туда не ходим. Думаю, ты их еще увидишь в кофейне внизу. Они там часто обедают. Ген директор в последнее время появляется все реже, ходят слухи, что он болен. А его зам и сын, в одном лице, Роман Сергеевич – трудоголик еще тот. Сложно с ним.

– А с тех пор, как появился этот его друг, – перебила рассказ Евы, Маша. – Стало еще хуже.

– Какой друг?

– Алексей Сергеевич. Он раньше на наших конкурентов работал, а Ромочка его переманил.

– Ромочка?

Нику кольнула ревность от такого вольного обращения.

– Да, не обращай внимания, – рассмеялась Маша. – Это у нас с Евой шутка такая. И Роман, и Алексей, оба Сергеевичи. И оба ужасные зануды, которых кроме работы, ничего не интересует. Сухари, в общем. Вот мы и зовем их про себя Ромочка Сергеевич и Лешечка Сергеевич. Прикол поняла?

Ника прикола не поняла, но согласно кивнула. Особым умом Маша не отличалась, а сплетницей оказалась еще той. У нее можно много интересного о Роме узнать.

– Ну, и что сложного в них? – спросила она Еву, которую перебила подруга.

– Да, как сказать. Они сами-то отдыхать не умеют, так и другим не дают. Мы уже задолбались им помощников и секретарей искать. Не приживается никто. Даже зарплату подняли, за дополнительные рабочие часы и выход на работу в неурочное время и по выходным оплачиваем по повышенной ставке, но нет таких, которые за хорошие деньги готовы так пахать. Нервы не выдерживают. Мы уж думали, что Ромочку никто не переплюнет, но Лешечка оказался еще хуже. Уж не знаю, как его жена это терпит.

– А почему бы и не потерпеть? – снова вмешалась Маша. – Мужик шикарный, зарабатывает хорошо и глаза лишний раз не мозолит.

– И то правда, – вздохнула Ева. – Но мне Ромочка больше нравится. И он, заметь, свободен.

– Да, жаль, политика компании запрещает иметь личные отношения с коллегами.

Ева фыркнула.

– Можно подумать, нам в противном случае, что-то светило бы.

– Ты не скажи, я очень даже ничего.

Ника перестала слушать этот пустой треп, когда дверь в комнату отдыха, где они пили кофе, открылась, и вошел Рома. Его глаза удивленно расширились, стоило ему увидеть девушку.

– Ника? Ты что тут делаешь?

Разговор Евы и Маши тут же прекратился.

– Привет! А я тут стажируюсь.

Рома перевел взгляд с нее на навостривших ушки, девушек, и видимо передумал рвать и метать, хотя желваки на щеках так и заходили.

– Ну, удачи.

Сухо кивнув, он развернулся и стремительно покинул помещение. Ника спокойно поднесла чашку к губам, игнорируя любопытные взгляды коллег, и улыбнулась.

Что ж, первый шаг сделан. Удачи, Ромочка Сергеевич!

Глава 2

Ника ждала, что Рома вызовет ее к себе в кабинет и потребует, чтобы она немедленно ушла. В прошлые их встречи он всегда был резок с ней, в независимости от того, были вокруг них люди или нет. Конечно, поначалу, когда она только начала добиваться его внимания, будучи подростком, он мягко отшивал ее в тех случаях, когда предварительно выследив, где и с кем он встречается, она пыталась обратить на себя внимание. До совершеннолетия многие заведения, в которых он любил бывать, были недоступны для нее, но это не мешало девушке дожидаться его на улице. Со временем, терпение Ромы лопнуло, и он реагировал на нее уже с неприкрытой агрессией. Именно зародившаяся в нем стойкая неприязнь сподвигла девушку оставить его на время в покое, чтобы он остыл и расслабился. Целый год она держалась вдали от него, чтобы он подумал, что ее чувства прошли. Теперь же девушка собиралась разыграть целый спектакль, уверяя его в своей незаинтересованности. Его обязательно заденет безразличие той, кто годами бегала за ним.

К разочарованию Ники, Рома так и не попытался с ней встретиться и поговорить, делая вид, что ее не существует. Она специально вызвалась отнести бумаги его секретарю, надеясь на встречу, но увидев ее в приемной, где она задержалась познакомиться и немного поболтать с его милой секретаршей, он просто прошел мимо, даже не поздоровавшись. Как будто она пустое место. Было обидно, конечно, но за годы пренебрежения и оскорблений, она привыкла.

Ника видела худшие проявления характера Ромы и все равно его любила. Она понимала, что он так резок с ней не потому, что плохой, а потому что уже не видел другого выхода держать ее подальше от себя. Ей и самой становилось стыдно, когда она вспоминала годы преследований и все свои сумасшедшие выходки, такие, как облить его девушку вином на гала-концерте или подкинутый в ее тарелку таракан на юбилее матери Ромы, из-за которого та так громко завизжала, что испортила проникновенную речь любящего мужа юбилярши. Даже Роме от нее доставалось, когда она не могла сдержать обиду от его очередного отказа. Однажды, зайдя в гости к его сестре, с которой она до того дня дружила, Ника пробралась в спальню Ромы и подлила в его шампунь очень дорогой и быстродействующий крем для депиляции. Он, конечно, не облысел, но волосы заметно поредели, так что ему пришлось коротко подстричься под машинку, а его сестра прекратила с ней дружить.

Да, все ее выходки были ребяческими, но с тех пор Ника выросла. Она осознала все свои ошибки и искренне считала, что Рома мог бы полюбить новую версию ее. Если бы только узнал ее получше.

***

Вернувшись вечером домой, Ника была без сил. Первый рабочий день прошел продуктивно, но не привыкшая работать, она очень утомилась, к тому же, весь день проходила на каблуках. Приняв душ, девушка сразу же завалилась спать, даже не проверив соц сети, как обычно делала перед сном и сладко проспала до самого утра, проснувшись за десять минут до звонка будильника. На укладку и макияж ушли добрых полтора часа, так что позавтракать она явно не успевала. Сегодня она ограничилась легким дневным макияжем и помадой светло-розового цвета. Если Ника что-то и выделяла на своем лице, то обычно это были губы. У нее была целая коллекция губных помад от разных брендов и самых разнообразных цветов, а в сумочке она носила не меньше двух штук. Свои длинные волосы Ника выпрямила утюжком и уложила в высокий конский хвост. Обычно, она просто сушила волосы после душа, отчего они, вьющиеся от природы, сами укладывались в красивые локоны и носила их распущенными, но для Ромы и образа взрослой деловой женщины это не годилось и приходилось попотеть, чтобы добиться желаемого образа. Надев строгое черное платье футляр французской длины, со скромным вырезом, но безбожно обтягивающее ее шикарную фигуру, над которой она корпела не один час в зале, Ника покрутилась перед зеркалом, оценивая вид сзади и, скрепя сердце, обула очередные туфли-лодочки на высоком каблуке.

К тому времени, как она доехала до офиса, в запасе у нее оставалось еще пятнадцать минут, так что девушка забежала в кофейню на первом этаже, чтобы купить себе кофе. К сожалению, очередь она не учла, и к тому времени, как ее кофе был у нее в руках, до начала рабочего дня оставалось лишь три минуты. Она бегом, насколько позволяли каблуки, направилась к лифту и, увидев, что двери закрываются, в каком-то глупом порыве, просунула между ними руку. Двери, конечно, снова открылись, пропуская ее, но она потеряла равновесие и, споткнувшись, буквально ввалилась внутрь, столкнувшись со стоящим внутри человеком, вследствие чего оказалась на заднице. В буквальном смысле. Благодарение Богу за крышки для стаканчиков, кофе лишь немного пролился на ее руку и ботинки мужчины, с которым она столкнулась. Подняв взгляд, Ника тут же пожелала, чтобы земля под ней разверзлась и поглотила ее, таким ледяным взглядом окинул ее суровый незнакомец.

– П-простите, – проблеяла она, продолжая тупо сидеть на полу.

– Осторожнее нужно быть, – ворчливо бросил мужчина.

Незнакомец все же удосужился протянуть ей руку, которую она машинально приняла, о чем тут же пожалела, когда поняла, что испачкала ему, кроме ботинок, еще и руку. Все еще сохраняя на лице крайне недовольное выражение, мужчина поднял ее с пола одним рывком и тут же отпустил ее ладонь. Ника отшатнулась. Ей не показалось с ракурса, который открывался с пола – мужчина был настоящим великаном. Она едва ли доставала ему до плеча, и это на двенадцатисантиметровых-то каблуках.

– Мне очень жаль, – продолжила она извиняться, пытаясь достать из сумочки влажные салфетки.

Полностью игнорируя ее, великан нажал на кнопку лифта. Выудив, наконец, салфетку, Ника протерла руки и, подумав, достала еще одну, чтобы протянуть ее мужчине.

– В-вот. Для Вашей руки.

Он выхватил из ее рук салфетку, показывая всю степень своего раздражения, и протерев руки, наклонился, чтобы почистить немного заляпанные ее латте, кожаные туфли. Взглянув на табло, Ника увидела, что они едут на ее этаж и, как только двери открылись, сразу же поспешила выйти из лифта.

Б-р-р, какой неприятный человек!

***

Первая половина дня прошла интересно. Ева учила ее работать с программой, чтобы помочь им с документацией и Ника, к своему удивлению, втянулась. На обед они пошли в недорогое кафе в соседнем здании и вот тут-то начались сплетни.

– Маш, угадай, у кого сегодня уволилась секретарша? – коварно усмехнулась Ева.

Маша выпучила глаза.

– Неееееет! Быть такого не может!

– Может, может, – рассмеялась Ева. – Ты теперь торчишь мне месяц.

Ника ничего не понимала.

– Алё, я тоже, как бы, с вами сижу и ни черта не понимаю. Не хотите просветить?

– Это все Сергеевич, – простонала Маша. – Я нашла ему идеальную секретаршу две недели назад, свою знакомую. Очень стрессоустойчивая девушка, я была уверена в ней, как ни в ком и по глупости поспорила с Евой, что она продержится дольше трех месяцев. А раз она ушла, то придется теперь целый месяц самой убирать квартиру.

– Так вы вместе живете, что ли? – удивилась Ника.

– Ну да, еще со студенческих времен. Снимаем на троих квартиру с еще одной нашей подругой. Она барменом работает.

– Понятно.

– И что теперь делать? – страдальчески скривилась Маша.

Девушка так сокрушалась, будто это ее уволили.

– Как что, убирать, конечно же, – засмеялась снова Ева. – Для меня освобождение от уборки даже лучше денег.

– Да я не о том. С Сергеевичем что делать? Придется пока назначить кого-нибудь из наших, а никто ведь не согласится. Боюсь, как бы Инна Юрьевна снова не задумала меня к нему отправить. Я в прошлый раз так быстро нашла Светку только, чтобы самой не пришлось увольняться.

Глаза Ники загорелись от предвкушения. А ведь это шанс! Если ее направят на эту должность, то она будет постоянно общаться с Ромой и к тому же покажет, что она может быть настоящим профессионалом, зрелой и ответственной женщиной, а не глупой девочкой, бегающей за ним.

– А, давайте, я поработаю, – предложила она девчонкам.

– Ты? – в унисон воскликнули они.

– Подожди, ты просто еще не знаешь, на что подписываешься, – предупредила Ева.

Даже Маша выглядела неуверенной.

– Я, конечно, не хочу к Сергеевичу, но, Ника, ты и неделю там не протянешь.

– Трудности меня не пугают, – уверила их Ника. – Думаю, это будет даже интересно. А если и не подойду, то невелика беда. Я же лишь стажер. А Вас реально могут уволить.

Девушки переглянулись и согласно кивнули. Своя шкура дороже.

Эх, знала бы она, что подписалась работать не с Ромой, а с Алексеем. Память девичья, и как могла забыть, что Сергеевичей тире тиранов у них в офисе было двое?

Глава 3

Девушка, замещающая его секретаря, одевалась слишком сексуально. Алексей раздраженно запустил руку в волосы, поймав себя на том, что пялится на ее плотно обтянутую юбкой, задницу, пока она выходит из кабинета.

Блядь! Это сказывается двухмесячное отсутствие секса. Найти девушку на ночь не было проблемой, но для этого пришлось бы выйти из дома, а он в последнее время так уставал на работе, что предпочитал провести вечер дома, альтернативе сходить куда-нибудь с друзьями. Несмотря на то, что его бывшая жена была требовательной истеричкой, было все же одно достоинство в браке – постоянный секс. Теперь же он готов уже на секретаршу лезть, как последний озабоченный кретин. Отношений на работе Алексей себе не позволял, заранее зная, что ни к чему хорошему они не приведут. Постоянная девушка ему была не нужна, а для одноразового секса любая коллега была худшим вариантом. Все они мечтали об отношениях с симпатичным, хорошо зарабатывающим мужчиной, которые в скором времени приведут к браку, но он не собирался снова прыгать в эту пропасть. Зная, что за ним начнется охота, он даже не сказал никому, что уже год, как разведен. Знал только его непосредственный начальник – Роман, являющийся также одним из близких друзей.

– Алексей Сергеевич, к Вам посетитель. Представилась, как Ирина Аркадьевна, – сообщила по интеркому Ника.

Алексей тяжело вздохнул. Только этого ему не хватало!

– Пусть зайдет, – ответил он секретарю.

Через несколько секунд в дверном проеме появилась его мать. Она попыталась одарить его суровым взглядом, но попытка провалилась. Ирина Волкова была маленькой и очень милой, из тех женщин, что хотелось просто обнять и пригреть, защитить своим телом от всех невзгод. По крайней мере, так говорил его отец. Мама Алексея хоть и была добрейшей душой, но обладала стальным внутренним стержнем. И очень драматичным характером.

– Добрый день, мама, – поздоровался Леша, вставая и подходя к матери, чтобы обнять ее.

– Вы только посмотрите, какой вежливый мальчик! – язвительно протянула женщина. – И не стыдно тебе? Я же тебя три недели не видела. Не появляешься дома, не звонишь.

– Ты звонила мне пару дней назад, – вздохнул мужчина, усаживаясь обратно в кресло после того.

– Я звонила! Пока я сама тебя не наберу, ты вообще забываешь о моем существовании. Мой единственный ребенок – неблагодарный. Совсем забросил своих стареньких родителей.

Алексей едва удержался от желания закатить глаза.

– Прости, мама, обещаю, что приеду в воскресенье. В субботу мне нужно будет пару часов поработать.

Ирина всплеснула руками.

– Он еще и по выходным работает! Нельзя же себя так изводить! Ты, как и твой отец, не умеешь делегировать полномочия. Говорю тебе, срочно перекладывай часть обязанностей на коллег, или закончишь, как он, не приведи Господи! Инсульт в сорок пять, пенсия в пятьдесят. Ты этого хочешь? Учти, в моей семье тоже были сердечники, так что надо себя беречь. Тебе тридцать лет, а в жизни у тебя одна работа. Ни жены, ни детей, даже на родителей времени нет.

– Мам, мне исполнилось двадцать девять месяц назад.

– Не уходи от темы! Ох, и нервы ты мне треплешь. Ну, угости меня кофе, что ли.

Леша облегченно вздохнул. Если мама хочет кофе, значит лекция на сегодня не затянется.

– Сию минуту. Ника, принесите нам кофе, – связался он с секретарем. – Мне как обычно, а моей маме латте.

– Хорошо, Алексей Сергеевич, – раздалось из динамика.

Через пять минут зашла Ника с подносом, нагруженным не только кофе, но и конфетами с выпечкой.

– Я взяла на себя смелость купить что-нибудь к кофе, – робко произнесла девушка, ставя перед ним чашку.

– Спасибо, – ответил Алексей. – И принесите мне реестр за февраль.

– Я его еще не закончила, – промямлила Ника, опустив глаза.

Алексей безуспешно попытался подавить раздражение.

– Вы должны были начать полчаса назад, Ника. В чем проблема? Не умеете пользоваться программой? Учтите, если через десять минут я не получу этот реестр, то можете искать себе замену. Вы же из отдела кадров?