Табу для мажора
- -
- 100%
- +
– Прости, малышка, обещаю, что уберу телефон, как только сделаю хоть парочку интересных историй для блога, – морщится она, когда я пытаюсь расспросить о ее поездке в Европу.
Я унимаю свое раздражение при знакомом прозвище, ведь малышкой меня всегда называла Вася и то, что Ари использует это, дает ей дополнительные очки.
Приехав на место, мы паркуемся и поднимаемся на верхний этаж. У меня внутри все дрожит от предвкушения, но внешне это никак не заметно. Я давно научилась прятать за маской пресыщенности свои настоящие эмоции.
В клубе у Леки все так, как я видела через истории в соц сетях Ари и других звезд. Минималистический дизайн, приглушенный свет, ничего пошло-роскошного, что придает месту очень стильный вид. Уровней три и мы с Ари сразу идем на верхний по стеклянной лестнице, попутно здороваясь со знакомыми.
– Леки сегодня нет, но будет Рус, – взволнованно говорит она. – Он расстался со своей танцовщицей, так что я собираюсь им заняться.
– Только не говори, что я сегодня третье колесо! – возмущаюсь я. – Ари, мы же собирались потусоваться вместе!
– Вместе в компании, – уточняет она. – Я никуда с ним не уйду, не волнуйся.
– Врешь! Ты точно с ним уйдешь, если все пойдет по плану.
Она прикусывает губу и смотрит на меня виноватым взглядом. Черт, так я и знала!
– Я тебе это просто так не спущу! – предупреждаю ее, потому что ненавижу, когда мной пренебрегают.
– Ладно-ладно, оставлю Руса на потом, – уступает она, прежде чем мы замечаем нужную нам компанию людей за столиком.
Рус там, а рядом с ним его друг Лекс – любитель пофлиртовать и популярная телеведущая Ксана с двумя незнакомыми мне девушками. Естественно, при нашем с Ари появлении, нас тут же начинают оценивать, но стоит нам оказаться в двух шагах от столика, как внимание переключается куда-то нам за спину.
– Фед! – неожиданно взвизгивает подружка Ксаны и оглянувшись, я зло прищуриваюсь, наблюдая, как к нам вальяжно приближается ушлепок Дубов, которого здесь быть точно не должно.
***
Я хочу, чтобы Стужа ушла. Из моего универа, моей жизни. И если для этого мне нужно тратить свое время на то, чтобы бесить ее, то я готов на эту жертву.
Меня не должно быть в этом клубе для напыщенных придурков. Я на дух не выношу большинство представителей шоубиза, хоть моя сестра и является одной из них, а сам я всегда вращался в кругу звездных детей, пока рос. Вот только моя жизнь изменилась в лучшую сторону с тех пор, как я вырос и обрел самостоятельность. Конечно, у меня и сейчас в друзьях не самые простые люди, но они-то точно не зациклены на том, чтобы везде светиться и вляпываться в бесконечные громкие скандалы, лишь бы их имя всплывало как можно чаще. Быть богатым приятно, но знаменитым при этом? Совершенно не то, чего я хочу.
– Фед, я сто лет тебя не видела! – с восторгом обнимает меня Ксана, как только я подхожу.
Аришка со Стужей кипят от злости, что я приехал за ними, но остальные девушки мне рады. Чем я и пользуюсь, проскальзывая между двух горячих штучек, которые могут стать моим бонусом в конце этой нудной ночи. И зачем только Аришка продолжает цепляться за младшую Стужеву? Я понимаю, что она тяжело пережила смерть Васи, но заменить свою подругу ее младшей сестрой? Бред.
– Тебя здесь быть не должно! – тычет в меня пальцем сестра, игнорируя тот факт, что за нами наблюдают остальные.
– Ари, да брось, – усаживает ее рядом с собой Руслан. – Тусоваться со своими младшенькими та еще херня, но мы правда давно не видели Феда. Кажется, с похорон Антона, да?
– Точно! – щелкает пальцами Ксана, а у меня все стынет внутри от того, как они упоминают чью-то, блядь, смерть, так спокойно. – Не верится, что уже два года прошло.
– Не будем об этом, – с беспокойством смотрит на меня Аришка, зная, что я могу сорваться. – Лучше расскажи, почему нет Леки. Он скулил, что меня всегда нет в городе, а когда я пришла, сам взял и слился.
– Я Тина, – игнорируя общий разговор, шепчет мне на ухо рыжая с шикарной грудью. – Не хочешь пообщаться где-нибудь вдвоем?
– Секс со мной ничего тебе не даст, детка, – хмыкаю я. – Кроме разрядки, конечно. Но тебе ведь не это нужно?
Я знаю, какие люди приходят в такие места. Они ищут того, кто поможет их карьере и, хотя у моего отца немало связей, я никогда не стал бы этим пользоваться, потому что мне не нужно прибегать к его помощи, чтобы заполучить киску на ночь. Я великолепен сам по себе. И я точно получу сегодня рыжуху с ее подружкой, но перед этим мне нужно разъяснить им, что к чему.
– Ты мне нравишься, – шепчет она, прикусывая мочку моего уха.
– А твоей подруге я нравлюсь? – приподнимаю бровь, заглядывая в вырез ее платья.
Вот это, я понимаю, сиськи! Если она их ничем не приклеила для поддержания формы, то я готов рассмотреть возможность еще одной встречи.
– Я не играю втроем, – дует губы Тина. – И она моя сестра, а не подруга, так что точно нет.
– Ладно, не парься, – усмехаюсь я, проводя рукой по ее бедру под столом. – Посидим немного и пойдем.
– К тебе? – улыбается она.
Я качаю головой, потому что не вожу к себе всех подряд, и сосредотачиваюсь на других, удовлетворенно улыбаясь при виде того, как Стужа пытается делать вид, что ей интересно. Я уже испортил ей весь настрой, так что эта ледяная сучка не сможет повеселиться без мысли, что я рядом, а значит, ей уже не расслабиться сегодня.
***
Если Дубов думал, что я позволю ему испортить себе вечер, то не на ту напал. Отлипнув от Ари, я пошла отрываться со случайными людьми на танцпол, а потом познакомилась с актрисой из нового сериала, которая оказалась классной девчонкой и пригласила меня за свой столик, где я провела почти час, общаясь с интересными ребятами.
Конечно, периодически возникала рожа Феда в толпе, но он больше не приближался, а потом вообще свалил со своей рыжей шлюшкой, дав мне причину вернуться к Ари. Правда, домой она уехала все же с Русом, так что я к себе поехала одна.
Спасибо папе, на поступление он подарил мне квартиру в центре и позволил переехать, чтобы я «стала самостоятельной», как он выразился. Это случилось как раз после объявления о нашей с Федом помолвке, так что, возможно, он таким образом решил меня задобрить. Я в любом случае осталась в плюсе, ведь ни Вася, ни Варя не удостоились такой чести, пока им не стукнуло минимум по двадцать. Папа раньше как-то строже относился к вопросу отъезда его детей из родительского дома. Это просто смешно, в наше-то время, но зная моего отца, удивляться нечему. Назвал же он меня Ваней, когда так и не получил своего долгожданного наследника Ивана Ивановича! Хорошо, хоть с мамой не развелся, когда ей запретили рожать после меня. Он бы мог, ради долгожданного-то сына! Папа тот еще шовинист, не понимает и не принимает равноправие полов, он словно застрял в восемнадцатом веке, считая, что раз у него одни дочки, то управлять его компанией они не смогут. Словно из Феда в качестве его зятя может получиться достойный преемник! Но я не позволю этому случиться. Свою степень я зарабатываю не ради корочки об окончании университета, а для того, чтобы занять когда-нибудь место генерального директора в компании отца. Варя все равно не интересуется ничем, кроме себя любимой, так кто же еще это сделает, если не я? Уж точно не Федор Дубов – чужак, решивший, женившись на мне, захапать бизнес, который строили Стужевы!
С каждым днем он бесит меня все больше и больше, так что, когда на следующий день предоставляется возможность ему отомстить, я от нее не отказываюсь. А все благодаря его же лучшему другу Киру.
– Ты и я. Сегодня вечером. Вдвоем, – нахально заявляет мне этот обаятельный гад с ямочками на щеках, останавливая прямо в холле и хватая за руку, словно мы знакомы.
Видимо, это у него такой «оригинальный» метод подката и я бы в другом случае съязвила по этому поводу, но эй, это же друг Дубова!
– Скажи, как меня зовут и я подумаю, – строю ему глазки, наматывая прядь светлых волос на палец.
– Ты единственная девушка тут с таким оригинальным именем, так что, конечно, я знаю, кто ты, Ваня, – наклонившись к моему лицу, шепчет этот красавчик.
– Тогда, я согласна дать тебе шанс, – шепчу ответ прямо ему в губы, прежде чем с дразнящей улыбкой отойти на шаг назад.
В тот вечер наше с Киром свидание проходит даже лучше, чем я думала. Как и последующее. Но, Фед и тут меня переигрывает, потому что стоит ему один раз поговорить со своим дружком, как тот меня бросает без единого сожаления, унизив так, как не удавалось даже чертовому Дубову. Но ведь вина Феда в этом тоже есть, причем большая часть, так что я чувствую себя униженной вдвойне, чего не собираюсь забывать и тем более прощать.
Глава 4
Второй курс
– Малышка, ты великолепна в этом бикини! – улыбается мне Ари, отпивая свой мохито. – Что это за бренд?
– Новый, российский, – улыбаюсь, поправляя бретельку фиолетово-зеленого верха. – Скину тебе ссылку позже.
Я обожаю находить малоизвестные бренды, чтобы удивлять своих подписчиков новыми, неизбитыми нарядами, которые комбинирую с вещами от знаковых модных домов.
– Признавайся, для моего братца переоделась? – играет она бровями, уже немного пьяная, хотя еще даже не вечер.
– Для твоего братца я бы и пальцем не двинула, – отрезаю я, беря свой собственный напиток и поудобнее устраиваясь на шезлонге.
М-м-м… Ну просто блаженство! Всего неделю назад я рассталась со своим парнем, решившим, что раз я уезжаю на отдых без него, то он имеет полное право пристроить свой член к другой девушке, и, хотя в первые дни мне было грустно из-за этого, сейчас я даже рада, что все так получилось. Не нужен мне такой придурок!
– Хорошо, что Фед решил к нам присоединиться, – вздыхает Ари. – Мама будет рада, а то ее мальчик в последние годы стал слишком взрослым, чтобы отдыхать с семьей.
– И не лень ему лететь в такую даль ради трех дней? – искренне не понимаю я.
Каждый год родители Ари и Феда в одно и то же время летают на Мальдивы, где проводят месяц. Иногда к ним присоединяются мои родители, иногда их собственные дети. В этом году Ари привезла меня на недельку, чтобы провести немного времени с семьей, а потом уехать на соседний остров для отдыха вдвоем и уйти в полный отрыв. Мы прилетели вчера и узнали, что Фед решил ненадолго заехать, прежде чем встретиться со своими ужасными дружками и провести с ними последние деньки перед учебой. А я так хорошо жила без него последние пару месяцев!
– Так он же не домой обратно полетит, ему по пути, – резонно замечает Ари. – Перестань так париться из-за него, Ваня! Эта ваша неприязнь меня уже напрягает. Ну решили родители вас поженить, и что? Вы же все равно не собираетесь их слушаться. Зачем срываться друг на друге?
– Это он срывается на мне, я всего лишь защищаюсь. И вообще, этот вонючий…
– Скорее, пахнущий, как лучший мужчина в твоей жизни, Стужа, – слышится смешок за моей спиной и обернувшись, я возмущенно округляю глаза при виде Дубова.
– Ты же должен был приехать завтра! – обвиняюще тычу в него пальцем.
– Кто сказал? – с усмешкой движется он к нам, одетый в одни только шорты.
Я глубоко вдыхаю, невольно скользя взглядом по его идеально вылепленному торсу, по грудным мышцам вниз, туда, где четко очерченные кубики ведут к косым мышцам, к которым я питаю особую слабость, и резко отвожу взгляд, осознав свои действия. Да, Фед очень привлекательный внешне, он высокий красавчик с идеальным телом, голубыми глазами и темными густыми волосами – мой любимый типаж, если быть честной с самой собой, но он гад. Первостатейный. И мне точно не следует так жадно рассматривать это горячее тело только потому, что я немного пьяна и тоскую из-за недавнего расставания.
– Тут занято, так что иди в другое место, – в конце концов, ворчу я, отворачиваясь и прикладываясь к своему напитку. Надо бы увеличить дозу рома, хм-м… – Я собираюсь позагорать и не хочу, чтобы ты пялился на мою грудь, когда я сниму верх купальника.
– Как будто там есть, на что пялиться, – со смешком говорит он, наклоняясь, чтобы клюнуть в лоб свою сестру. – Привет, Ариш.
– Не называй меня так, Федя! – дует губки та, шлепая его по плечу.
– Иди уже отсюда, Федя, – повторяю я.
И ему это очень не нравится. А я ведь в последнее время совсем об этом забыла… Фед ненавидит, когда его называют Федей.
***
Вот ведь сучка мелкая! Я бы ей этот язык… Ух, не так, как нужно, она его применяет.
Чертова Стужа! Даже во время каникул от нее не отдохнуть. Я не хотел сюда ехать, когда узнал, кого Аришка притащила с собой, но не смог разочаровать мать. И так редко видимся в последнее время из-за моих напряженных отношений с отцом, а он все давит и давит, бля! Я думал, что получив мое согласие на этот нелепый договорной брак со Стужей он ослабит вожжи, но куда там! Мой старик настаивает на том, чтобы я влился в семейный бизнес, а мне это на хер не упало. Я не хочу заниматься этим и он прекрасно это знает, но продолжает свои манипуляции, шантажируя меня деньгами. И я бы рад послать его с его наследством, но деньги мне нужны, я же не могу жить, как нищий, на среднестатистическую зарплату от какой-нибудь подработки. Да я даже на оплату универа не потяну, вот и решил до выпуска, до которого всего год остался, делать вид, что я более-менее послушный сын. А дальше уже буду воплощать собственный бизнес-план в жизнь.
– Фед, мы с тобой вечером поболтаем, – пытается утрясти конфликт Аришка, улыбаясь мне. – Дай девочкам позагорать, я уже предупредила родителей, чтобы пока не совались сюда, если не хотят шокирующий вид на свою полуголую дочь.
– Мне стоит начать беспокоиться из-за ваших голых посиделок? – ухмыляюсь я. – Ты ведь не пытаешься отбить мою невесту?
– Не пытайся быть забавным, выходит жалко, – фыркает Стужа.
Вместо ответа я беру телефон и щелкаю ее фото. Она даже рот открывает от шока.
– Какого черта ты делаешь?
– Скидываю в группу наших ботанов из универа. Они все равно не поймут, что модель средненькая, они голых баб в жизни не видели, так что и тебе порадуются.
– Ах ты гад ползучий! А ну живо удалил меня! – вскакивает на ноги Стужа, тянясь к моему телефону.
– Ты повторяешься, неужели и правда кроме гада ничего придумать не можешь? – демонстративно кладу его в карман своих шортов, а сам тайком бросаю взгляд на ее раскачивающиеся в этом откровенном купальнике сиськи. На удивление приличные на таком маленьком, тщедушном тельце.
– Дубов! – рычит она, глядя на меня снизу вверх и вот ни капельки не впечатляя, как крошка чихуахуа, тявкающая на овчарку.
– Я.
– Фед, я тебя предупреждаю, – наступает на меня Стужа, но мне пофиг на ее смешные угрозы.
– Ну вот что ты можешь мне сделать, Стужа? – спрашиваю у мелкой дурехи. – Лучше иди, ложись, пока солнце не село. Обещаю удалить тебя сразу, как доставлю фото адресатам. Мне такие напоминания о тебе в телефоне не нужны.
– Я могла бы наблюдать за вами весь день, – веселится Аришка, демонстративно потягивая свой мохито.
Стужа продолжает зло пыхтеть, а потом как-то выпрямляется и резко разворачивается, взмахивая волосами и крутя задницей, пока идет обратно к своему шезлонгу с таким видом, словно она тут королева, блин. Знаю-знаю я эту ее привычку надевать маску самоуверенной сучки, чтобы скрыть эмоции. Даже настроение улучшается от того, что настолько ее задел. Весело присвистывая, я иду обратно к дому, чтобы поесть предложенную мамой еду. Все равно выходил, чтобы просто с сестренкой поздороваться, давно ведь не виделись. А Стужу так, ради развлечения побесил. Вот уж я ей задам еще, у нее до моего отъезда продыху не будет!
***
Я решаю почитать пару глав новой книги перед сном, но увлекаюсь и в итоге не сплю до трех утра, пока вся в слезах не дочитываю последнюю строчку. Мне не дает покоя мысль, что я могу чувствовать такие эмоции, читая о чужой любви, но при этом неспособна испытать ничего подобного сама. Потому что в моей жизни не было даже пресловутой первой, невинной влюбленности, которой некоторые переболели еще в детстве.
Мысли настолько захватывают меня, не давая уснуть, что я решаю выйти на улицу, к воде. На мне лишь короткий комбинезон для сна, так что я захватываю с собой одеяло, чтобы не продрогнуть, и радуясь тому, что мне выделили спальню на первом этаже, выхожу через задние двери к сетке, протянутой по типу огромного гамака прямо над водой. На улице темно, потому что на ночь выключают освещение, но на небе горят звезды, которые хоть и мало освещают, но дарят прекрасный вид. Подойдя к краю деревянного настила, я вижу, что Ари, как и собиралась, свалила на сетку несколько больших подушек, чтобы было удобнее, и плюхаюсь прямо в эту мягкую кучу, приземляясь на что-то очень твердое.
– Блядь, что за нахуй?! – разносится по всей округе злющий голос Дубова, пока я с испуганным вскриком отползаю подальше, держась за ушибленное бедро. – Стужа, что за тупые шутки?
– Что ты тут делаешь? – рассерженно шиплю на него, осознав, что этот гад занял мое любимое место.
Вместо ответа Фед хватает меня за руку и грубо дергает к себе, из-за чего я валюсь на него, не удержав равновесие. Воздух выбивает из легких, когда моя грудь ударяется о его твердую грудину, и пользуясь моей растерянностью, Фед одним движением подминает меня под себя, нависая сверху тяжеленной громадиной.
– Слезь с меня, придурок! – пытаюсь оттолкнуть его, но он слишком силен.
– Разве ты не за этим пришла? – издевается урод, заламывая мои руки мне за голову и наклоняясь ближе.
Я задыхаюсь от паники и адреналина, чувствуя, как его крепкое тело непозволительно близко прижимается ко мне, а дыхание обжигает губы. Он слишком близко, так близко, как никогда не позволял себе раньше намеренно, и это что-то совершенно дикое в моем восприятии.
– Я не знала, что ты здесь! – держусь за свою злость, чтобы не поддаться постыдному страху. – Отпусти меня немедленно!
Я никогда не находилась в такой ситуации, когда ко мне применяли силу. Фед очень сильно недолюбливает меня. Возможно, даже ненавидит. Кто знает, что ему может прийти в голову? Он ведь агрессор, он может перейти грань просто потому, что в нем взыграли инстинкты.
– Ты слепая, Стужа? – спрашивает Дубов, продолжая загораживать мне небо своим телом. Я словно прижата огромной черной тенью и то, что вокруг так темно, лишь еще больше подпитывает мой страх. – Я не спал, когда ты подошла и видел, что ты специально прыгнула на меня.
– Я прыгнула на подушки, а ты с ними сливался, идиот! – брыкаюсь в его руках, пытаясь сбросить с себя. – Я тебя не заметила!
– И что же ты здесь тогда делала? – даже не думает отпускать он, прижимая своим бедром мои ноги.
Чувствуя слои ткани между нами, я чувствую облегчение от того, что он, видимо, полностью одет, в отличие от меня. Но разве одежда может стать помехой, если он задумал что-то сделать со мной?
– Фед, мне больно, – пытаюсь смягчить его, притворившись покорной. – Отпусти, пожалуйста! Ты все не так понял, я думала, что тут никого нет.
***
Я не хочу ее отпускать. Мне нравится ощущать под собой мягкое женское тело, нравится беспомощность и страх Стужи. Всегда такая гордая, строптивая, она теперь ведет себя, как мышь, попавшая в лапы кота. Мне ничего не стоит сломить ее сопротивление. Я могу прямо сейчас раздвинуть ей ноги и трахнуть, я даже знаю, что она тоже этого хочет, но это-то и бесит меня! Стужа может сколько угодно язвить и обзывать меня, как девочка-подросток, пытающаяся скрыть свою похоть, но я ведь знаю, что она меня хочет. Ее тело хочет. И ответить на этот призыв – настоящее предательство. Потому что мне нельзя ее трахать, даже чтобы проучить. Физически я должен держаться от этой ядовитой сучки как можно дальше.
– Вали! – злобно рычу на нее, заваливаясь на спину и уставившись в небо.
Мне нужно отдышаться. Нужно взять под контроль свой тупой член, который пульсирует от потребности быть зарытым глубоко в эту продажную пизду. Ваня Стужева – синоним слова запрет в моем случае, но меня всегда больше всего заводила именно запрещенка. Она – табу, а табу – мой триггер.
Я согласился жениться на ней, зная, что этого никогда не будет. Стужа? Конечно, она думает, что мы поженимся. Ей ведь все равно за кого, лишь бы папочка одобрил, лишь бы исполнить очередной приказ, как послушная собачонка, которую волнуют только деньги и имя. Имидж, мать его! И даже когда я отнял у нее то, что она так ценила, Стуже удалось пробиться обратно наверх с того дна, на которое я ее забросил. И я позволил ей это просто чтобы дать ей чувство уверенности, которую я снова отниму. Когда она перестанет бояться.
Она медлит. Я отпустил ее, отодвинулся, но эта идиотка не убежала, она все еще здесь, рядом. Я кожей чувствую ее неуверенность, ее взгляд на мне, но не смотрю. Не могу, если не хочу наплевать на все и сорваться.
– Так ты хочешь остаться? – спрашиваю вкрадчиво и это действует.
Стужа начинает копошиться, чтобы выбраться с этой сетки, а потом громко топая бежит в дом. Трусиха.
Я еще долго лежу, пытаясь решить, готов ли уже сейчас начать двигаться дальше, пока все не пошло по одному месту или мне все же придется перетерпеть этот год перед выпуском. Уйди она, как я и хотел, из универа, все было бы намного легче. Когда же эта мелкая дрянь так и мелькает перед глазами, единственное, чего мне хочется – это, наконец, взять то, на что она так и напрашивается.
– Ты не выспался? – спрашивает за завтраком мама, заметив круги под моими глазами. – Федя, у тебя снова бессонница?
– Я забыл лекарства, но не волнуйся. Днем покемарю, – успокаиваю ее.
Моя хроническая бессонница на самом деле лечится либо алкоголем, либо сексом. Вчера мне хотелось второго, но других кандидатов, кроме Стужи, тут нет, а этого не случится, пока я в трезвом уме.
– Может, тебе поменять врача? – продолжает эту тему мама. – Твой тебе только таблетки прописывает, а не лечит. Ты же такой молодой еще, а сон очень важен, надо как-то попытаться наладить его.
– Посмотрим, – отмахиваюсь я, чтобы не спорить.
Я люблю свою мать, ценю ее заботу, но совершенно не хочу спорить по поводу своего здоровья. Легче согласиться, чем расстраивать ее. В итоге я все равно поступаю по-своему.
– Я и не знала, что ты такой послушный сын, Фед, – не обращая внимания на присутствие родителей, язвит Стужа.
– Только когда не хочет спорить, – словно читая мои мысли, усмехается папа. – В итоге он делает лишь то, чего хочет сам, так что осторожнее с этим упрямцем, Ваня.
Намек на наши «отношения» заставляет ее заткнуться, так что я могу спокойно доесть свою яичницу, игнорируя ее и не вступая в разговор. Не то, чтобы я церемонился с ней при родителях, но не хочется расстраивать маму. Она и так вся на нервах после того, как я пободался папой в Москве, так что предпочитаю не портить эти пару дней семейного отдыха. Сейчас перетерплю, а потом мы с парнями отдохнем по-настоящему. Уж там-то меня точно не будет доставать эта надоедливая муха.
Глава 5
– А она, все-таки, на тебя похожа, – шепчет мне на ухо Ира, когда наша новенькая заходит в аудиторию.
– Ничуть, оборванка какая-то, – закатываю я глаза.
Бесит просто! Ну как можно сравнивать меня с этой пацанкой? Кто бы знал, как меня бесит эта Ася Белова, которая перевелась к нам и сразу подружилась чуть ли не с половиной группы, вся такая общительная и своя в доску.
Мне потребовался весь прошлый учебный год, чтобы меня, наконец, заметили. Я для этого, блин, отшила своих единственных подруг здесь и влилась в компанию этой тупой сучки Оксаны, постепенно отодвинув ее на задний план. Да и выставление напоказ своей дружбы с Ари и ее тусовкой помогло. Я теперь та, кто в тренде. Если я покупаю себе сумочку, то на следующий день куча девушек приходят с такой же. Те, кто поумнее, покупают тот же бренд, но другую модель, так что недавно вышедший на рынок российский модный дом должен мне кучу бабла за свою раскрутку, о чем они и не подозревают. А все моя любовь к эксклюзиву, эх…
Мои усилия и постоянная работа над ошибками не прошли даром. У меня сейчас третье место в рейтинге этой тупой «Сети». Феда с Киром обойти не удалось, но я сдвинула Алекса и Дима, не говоря уже о Жеке, из-за которого пришлось попотеть. Дружки Феда с трудом сдали свои позиции, и я уверена, что скоро обгоню и его самого. И мне совсем не нужны сравнения с этой непримечательной новенькой, с которой у нас ничего общего, кроме того, что мы обе блондинки одной комплекции. В конце концов, у меня даже грудь больше! Не намного, но все же… Это имеет значение, если ты за естественность.
– Если ее приодеть, то будет еще больше на тебя похожа, – не унимается Ира. – И я бы не сказала, что она оборванка. Толстовка из мужской коллекции Эм Ко, Кир постоянно в таких ходит.
– Я же не буквально, – закатываю глаза от ее тупости. – Тут в принципе бомжи не учатся. В общем, забей. Не похожа она на меня и точка. Чтобы я этого больше не слышала!