Нашествие

Пролог

Ульферт – второй в очереди на престол Западного Королевства людей и нынешний правитель самой большой из четырёх частей этой страны.

При его рождении на небо взошла красная луна, и на Ульферта пало проклятие – он стал оборотнем. Это тщательно скрывалось, а со временем он научился контролировать свои превращения.

Почти сразу после рождения Ульферта началась Война некроманта, в которой воины Гилатора сражались с ордами нежити чернокнижника Грендайна, наславшего проклятье на наследника, а после – с другом того чернокнижника, тоже чернокнижником, Аланготом.

Ульферт, к собственному сожалению, знал о той войне непростительно мало.

С детства он был увлечён военным делом. Всегда смотрел парады воинов, уходивших в военные походы вслед за королём Гилатором. Сам он был прекрасным воином и стратегом – умело сочетал свои воинские и полководческие навыки. Особенно когда сбегал из дворца на улицы столицы, города Кронхельда, со старшим братом, первым наследником престола, Арделланом. Чего там только не происходило: погони, драки толпа на толпу или один на один…

Среди многих таких событий, в которых не было жестокости, а только желание помериться силой, Арделлан лучше всех запомнил один случай, произошедший обычным летним днём.

Как-то раз Ульферт в гуще кулачного боя посреди одной из улочек, где часто сходились группы мальчишек и изредка, девчонок, смешанные из крестьянских и знатных детей, вместо того, чтобы броситься вперёд к остальным дравшимся – в эту кучу, где во все стороны летели удары, – оббежал телегу, стоявшую рядом, вскочил на неё и сверху бросился на головы парней, повалив всех. Он и в детстве был крепкосложенный, так что уложить всех на землю ему оказалось нетрудно. Такое свершение заставило противоборствующую сторону признать поражение по простому правилу – почти вся их команда оказалась на земле, а оставшихся на ногах было слишком мало, чтобы продолжить бой с командой Ульферта и Арделлана.

Арделлан тогда вскочил на телегу, помог Ульферту забраться обратно и поднял его и свою руку вверх в знак очередного триумфа под ликующие возгласы парней и девчонок. Всё-таки воспринималось это не как серьёзный мордобой, а как одна из многих игр. Тем более дрались все так, что никто ран или травм никогда не получал.

Сам Арделлан в той драке многих успел повалить и скорее бросился бы один в гущу боя, но манёвр Ульферта безоговорочно обеспечил победу, как своей неожиданностью, так и результатом.

Оба наследника тогда заметили, как искренне радуется этой победе одна из девчонок, светловолосая такая… Она часто оказывалась в их команде, да ещё и билась всегда поближе к ним, далеко не отбегая. И радовалась победам также часто. Редко она была в другой команде, но ухитрялась при этом ни разу не подраться именно с Ульфертом и Арделланом за всё это время. А потом наследники, вернувшись во дворец, получили нагоняй от отца. Сыновей выдал синяк на лбу Ульферта и помятая одежда обоих.

Стража никак не могла пресечь подобные игры на улицах.

Заметив однажды отсутствие той девчонки во время подготовки к очередному шуточному противостоянию, вся большая компания пошла к её дому и звала подойти к окну. А её комната была на втором этаже, окна были закрыты.

Арделлан хотел бросить маленький камень так, чтобы и не разбить стекло, но и привлечь внимание.

Только вот они сначала пошумели неплохо, пытаясь позвать её, а потому Арделлан не успел бросить камешек – появилась городская стража, и всей детворе пришлось разбегаться. Вроде бы Ульферта с Арделланом тогда стражники не узнали, и оба они смогли сбежать и спокойно вернуться во дворец. Тем более одеждой они старались в толпе не выделяться. Одевались просто и удобно, насколько это позволял гардероб их правящей семьи и возможности придворных портных и ткачих. При этом все дети знали, кто с ними гуляет в одной компании, но как уже упоминалось, компании в Кронхельду гуляли пёстрые: дворянские и крестьянские дети.

Чуть позже девочка вновь вернулась на улицы. Как оказалось, она просто приболела на несколько дней, сильно простудилась, и не могла встать с кровати в тот день, из-за чего не отвечала на крики друзей под окном. Она рассказала, что, как только услышала голоса стражников, так подумала, что всё. Что не будет больше спокойных прогулок и уличных драк.

Хотя стража и так частенько гоняла всех этих парней, ничего в их жизни не менялось.

В общем, все эти юношеские свершения помогли Ульферту стать человеком, способным и сражаться и командовать.

Потому позже он получил от отца земли, граничившие с давним врагом – Королевством Раллиндор.

Долго сражаясь с этой страной, Ульферт не мог добиться успеха даже при помощи наёмников из других стран, но и не терпел тяжёлых поражений. Эта вражда долго не двигалась с мёртвой точки. Но однажды в его походный лагерь явился придворный маг Пендалиан со своими спутниками и изменил ход войны. Королевство Ралиндор по итогам переговоров не вошло в состав Западного королевства людей, но стало союзником, благодаря чему в Битве на Великом мосту с нечистью участвовало ещё одно людское королевство.

Позднее, уже после того сражения Ульферт смог наладить отношения с королём Раллином и, как и другие союзные страны, по мере сил поддерживал идею того о постройке огромного флота и основании колонии в землях нечисти.

Много месяцев в этом деле почти не было прогресса.

Через некоторое время Ульферт слышал об обнаружении какого-то города гоблинов в Снежных горах, и о том, что там были два чернокнижника. Те самые, один из которых нёс ответственность за проклятие Ульферта и Войну некроманта… Алангот и Грендайн. Они оказались живыми. Потом наследник слышал, что одного из них можно снова считать мёртвым.

Но вскоре Ульферт узнал, что чернокнижник, которого звали Алангот, остался жив и был прощён Арделланом. Мало того, этот Алангот стал помощником и даже учеником Пендалиана, убедив всех, что помнит прошлые жизни, и что в этой жизни не пользуется чёрной магией во зло кому-либо.

Грендайн же был прощён посмертно. Официально посмертно, ведь этот чернокнижник тоже выжил, но после появления в Кронхельде в гостях у своего друга Алангота решил отправиться в родные места – как раз земли, принадлежавшие Ульферту. В этот раз чернокнижник не собирался творить зло. Он просто вернулся в родные места, ожидая суда Света и Тьмы за все свои деяния. Но Ульферт об этом не знал. Вообще о возвращении Грендайна знали всего несколько человек…

А вот насчёт Алангота у Ульферта возникли вопросы, и он отправил письмо Арделлану. В ответном письме Арделлан объяснил, что произошло в городе гоблинов, а также – почему Алангот прощён.

Когда в Кронхельде начался мятеж, Ульферт, сразу как узнал об этом, отправил туда своих воинов для помощи брату. И вернулись воины с победой, они доложили о том, что происходило в столице и как их прибытие и действия повлияли на исход мятежа. Один из командиров вручил красный драгоценный камень Ульферту – гранат. Ульферт сразу понял, что это такое, ведь уже сталкивался с магическими камнями Пендалиана.

Услышав оттуда голос Арделлана, Ульферт вновь убедился в том, насколько полезна эта вещь и долго потом беседовал с братом, узнав про те события мятежа, которые его воины не застали потому, что в то время ещё не прибыли в Кронхельд.

Этот гранат позволял общаться на расстоянии. Как это может быть полезно! Но пока что Ульферт мог общаться так только с Арделланом. Таких камней для связи с другими родственниками у него не было. Пока что.

А как только Арделлан сообщил ему, что собирается отправить свою гвардию в Королевство песков, чтобы отрубить голову змее, из-за которой начались интриги и мятеж в Кронхельде, Ульферт сразу же распорядился отправить для помощи брату провизию, несколько кораблей, и деньги. Ульферт, как никто, понимал, важность снабжения, а потому пожелал и в этом помочь Арделлану. Несколько военных суден, еда и деньги лишними не будут в таком деле.

Вскоре военная кампания на юге кончилась. Граф Ошен, осуществлявший там командование, вернулся с победой, сообщив, что часть тамошней знати полностью на их стороне, а правитель Королевства песков, Сулай, и его сторонники – казнены.

Корабли, принадлежавшие Ульферту, вернулись в его владения, и люди поведали наследнику о днях, проведённых в тех жарких землях, отметив, что однажды, как они слышали, в военный лагерь графа Ошена прибыл потомок древнего героя, некий коневод Дункан Вейгнер, и на время одолжил графу свою волшебную кирасу, которая пару раз спасла тому жизнь.

Потом и сам Ульферт слышал подробности о похождениях этого человека – о том, как тот за три месяца обошёл весь мир и нашёл легендарные вещи, принадлежавшие герою-предку. Теперь этот Дункан владел огромной силой, и хорошо, что был человеком. И не просто человеком, а довольно патриотичным, насколько знал Ульферт.

За последнее время столько произошло… Битва на Великом мосту, Время эльфийских бед, мятеж в Кронхельде и наконец… получение Арделланом титула короля. А вроде бы всего лишь чуть больше года, если Ульферту не изменяла память.

Глава 1. Главный город владений Ульферта

Ульферт правил своими владениями из города, находившегося в самом их сердце. Город Лайн попал в руки человеку, увлечённому военным делом, а потому довольно быстро обзавелся множеством казарм в разных районах и общественный порядок здесь был на высоте.

В землях, отошедших Ульферту, появилось много замков. Когда-то он был серьёзно настроен на защиту владений от короля Раллина, но большая часть этих укреплений не пригодилась, потому что армии бились на пограничье и не могли долгое время сдвинуться с места.

Но даже после всех событий – войны с Раллином, заключения с ним союза для противостояния нечисти, – необходимость в замках не отпала. Ведь помимо демонов, существовали и другие угрозы: набеги северян на побережье, нападения гоблинов Снежных гор.

Ко всему прочему, будто из ниоткуда регулярно появлялись ещё и орды нежити, отряды нечистых всадников и чернокнижники, бывшие если и не главным источником зла, то, самое меньшее, союзниками или прислугой нечисти.

И потому в каждом замке всегда был гарнизон, состоявший либо из регулярных солдат, либо из многочисленных разномастных наёмников, а по веем дорогам ходили конные патрули.

Да и сама местная столица – город Лайн, – не была обделена укреплениями. Стены у города были прочными и толстыми. Их ширина была такой, что по стене могли спокойно идти человек восемь и не мешать при этом друг другу. Во многих местах этих стен, на всех башнях и над всеми воротами стояли пушки или баллисты.

По всему городу было много колодцев. Ульферт при обустройстве учитывал не только прочность стен, дальнобойность орудий и боеспособность гарнизона, но и то, что у жителей должен быть доступ к воде, как для собственных нужд, так и для тушения пожаров в случае осады. А осады Лайн не видел с тех давних времён, когда был захвачен Гилатором. Эта, последняя, осада города произошла давно, но никто не говорил, что такое больше не повторится. Ульферт готовился ко всему. Помимо Лайна, все города этой части королевства были укреплены и оборудованы складами для хранения провизии, которые могли быть спасением не только в военное время, но и зимнюю пору.

Единственной слабостью земель Ульферта по-прежнему оставалось то, что тут не доставало учебных заведений, где людей готовят быть не просто лекарями, а лекарями-волшебниками.

Но Лайн, всё же, процветал. Воинов уважали, и преступлений никто не совершал. В этом городе всё было даже лучше, чем в столице, когда той ещё управлял брат Ульферта, средний наследник Эдмонд, пока Арделлан его не сместил.

Теперь же Кронхельд, благодаря действиям Арделлана и его сторонников мог соперничать в порядочности жителей с Лайном. Уж преступления там теперь некому было совершать после подавления кронхельдского мятежа. Да и опасных монстров в окрестностях столицы почти не бывало.

Не то, что вокруг Лайна: одни только большие пауки, прячущиеся в лесах, чего стоят…

Но и монстры почти не создавали местным трудностей. Это, опять же, благодаря сильной армии и частым патрулям.

Но и какая же сильная армия без хорошего тыла? Во владениях Ульферта процветало земледелие, особенно та его отрасль, которая давала людям виноград. А из него потом делали вино. Вокруг Лайна помимо пшеничных полей было много и виноградных.

Но не одним же вином и пшеницей кормить войска? Портовые города обеспечивали эти земли рыбой, да ещё и торговали с другими частями королевства или ближайшими странами.

Вот только из-за мятежа в Кронхельде Ульферт задумывался над тем, может ли подобное произойти и в его владениях. Ведь среди местной знати оставались потомки тех, кто давным-давно жил и даже управлял мелкими королевствами, захваченными и объединёнными потом Гилатором, после чего тот пожаловал все эти земли Ульферту.

Но пока что всё было спокойно. Вероятно, местная знать сплотилась вокруг Ульферта, когда пришлось сражаться против войск короля Раллина.

Теперь о войне с этим соседом не могло быть и речи.

Глава 2. Совет

Наступила осень и на улицах становилось уже не так жарко. Собрав за лето весь возможный урожай, и собирая то, что может ещё вырасти осенью, люди готовились к зиме, к похолоданию, из-за которого придётся носить более тёплую одежду, чем летом. Готовились они и ко льду на реках, который ограничит использование маленьких судов и лодок.

Но до зимы ещё оставались месяцы, а сейчас Ульферт, как обычно, созвал небольшой совет своих полководцев, чтобы в очередной раз выслушать доклады о патрулях.

Наследник и полководцы находились во дворце Лайна. В зале собраний, который был меньше, чем зал в Кронхельде, где собирались Советы и король.

Из-за сегодняшней прохлады пришлось всем разместиться не на балконе, а в помещении. Ульферт сидел во главе овального стола из серого мрамора, а полководцы – по левую и правую руку от него.

Барон и по совместительству командир кавалерии, Лерон, носивший сегодня синий дворянский костюм, встал со своего стула, стоявшего по левую руку от наследника, и начал рассказ, который ничем не отличался от всех предыдущих и сводился к тому, что конные отряды, как и всегда, эффективно патрулируют все уголки владений наследника. За последние несколько патрулей были уничтожены три разбойничьих шайки; оказана помощь крестьянам в охоте на крупную стаю волков, уничтожавших стада; на голову разбита группа нечистых всадников числом чуть меньше эскадрона.

– И всё же, удалось ли хоть в этот раз взять в плен какого-нибудь всадника? – спокойно спросил Ульферт, сложив руки в замок и поставив локти на стол.

– Нет. Вы же знаете, они не сдаются в плен. Они бездумно продолжают сражаться как только могут, даже если их запутать арканами. – с появившейся в голосе неловкостью сказал барон Лерон.

– Хорошо, что эскадрон уничтожен. Жаль только, что мы не можем продвинуться к разгадке причин появления нечистых всадников… – произнёс Ульферт.

– Почему же? – заговорил командир наёмников-зверолюдей, ящеролюд Закрин, как и все здесь присутствовавшие, получивший хороший боевой опыт в войне против короля Раллина и остававшийся пока на службе Ульферта по собственному желанию. Он выделялся среди воинов тем, что никогда не носил шлем. Гребень на его голове, образованный рядком из нескольких костяных шипов и перепонками между ними просто не позволял ничего надеть на голову. – Мы же все знаем, что нечистые всадники – это воины, перешедшие на сторону нечисти добровольно или подчинённые колдовством.

– Это те же россказни, которые известны всем. Но нам было бы хорошо узнать, что их заставляло сменить сторону добровольно или чем таким их околдовывали… А потому неплохо было бы допросить кого-то из этих всадников… – сказал наследник. – А ещё лучше поймать чернокнижника какого-нибудь…

– Они не будут говорить. – вновь заговорил Лерон. – Мы ведь ни разу не слышали во время столкновений с ними, чтобы они кричали, отдавали друг другу приказы или просто говорили. Они нападают молча, и их приближение выдаёт только лязг доспехов и топот копыт их страшных красноглазых коней.

– И коней околдованных тоже жалко. – вздохнул Ульферт. – Найти бы способ, как снять проклятье с тех нечистых всадников, которые были околдованы. Может хоть так мы уменьшим их угрозу.

Заговорил наёмник-северянин, ярл Эрлинд, вновь призванный Ульфертом на службу для патрулирования прибрежных вод владений наследника:

– Смею предположить, что всё это может быть гипнозом, который со временем рассеивается, если не поддерживать его магией.

– Я помню, что у тебя есть знания в этом. – кивнул Ульферт и повернулся к ярлу. – Напомни, что тебе известно, Эрлинд.

– Ну… про гоблинов Снежных гор и драгоценный камень, удерживавший их под контролем чернокнижника вы и так знаете, не будем повторяться. – ответил Эрлинд, откинувшись на спинку стула. – А вот про то, что случилось в землях бледных эльфов… Могу повторить вам слова моего друга, ярла Андерса, помогшего тогда эльфам спасти околдованных собратьев. Он и короли эльфов с их ближайшими соратниками и магом Пендалианом нашли тогда в Белокаменном дворце столицы бледных эльфов какую-то конструкцию из дерева и стекла, которая отражала заклинание, созданное демоном. Это позволяло покрыть всю Заснеженную площадь волной гипноза. А потому я думаю, что нам нужно усилить охоту на чернокнижников и искать по всему миру подобные конструкции.

– Легко сказать. – сказал командир стрелков, Робин, уже дослужившийся до такой высокой должности со времён Битвы на Великом мосту. – Патрули ведь нигде не находили в наших краях странных конструкций… А если они и есть, то наверняка будут хорошо спрятаны и тщательно охраняются нечистью или нежитью.

– Это хоть что-то! – сказал Эрлинд. – Конструкции хотя бы должны быть заметнее, чем драгоценные камни, вроде того, который использовал чернокнижник в городе гоблинов. Это ведь был не огромный валун, а просто большой изумруд, если я правильно помню.

– А потому нам нужно ещё и драгоценные камни искать. – произнёс Робин, тяжело вздыхая.

– Значит, нам нужно уже изменять тактику патрулей. – заговорил командир пехоты, сэр Гран. – Всадники могут продолжать патрулировать дороги, а пехота… пусть осматривает леса, пещеры, да даже подвалы отдалённых хижин… всё в таком духе. Так мы наверняка найдём самих чернокнижников или их мерзкие инструменты.

– Но тогда нам придётся ослабить гарнизоны, чтобы набрать достаточное количество воинов для проверки всех лесов, пещер и прочих мест, удалённых от дорог. – сказал Ульферт.

– И что? – сказал Гран, дёрнув плечами. – У нас других врагов-то нынче и нет. Северяне почти не нападают. От гоблинов нас защищают гарнизоны близких к Снежным горам крепостей. На границе с королём Арделланом нам гарнизоны и вовсе не нужны. Да и на востоке… король Раллин не враг нам уже давно.

Ульферт кивал, пока Гран говорил, соглашаясь с его словами, и сказал:

– От северян нас могут защитить люди ярла Эрлинда, они прекрасно справляются с защитой берегов. Гарнизоны замков, близких к Снежным горам, хорошо противостоят гоблинам. Гарнизоны на границе с моим братом, с нашим королём, безосновательно крупные… вот их можно уменьшить. А король Раллин… не знаю. В замках, стоящих на границе с его страной можно ослабить гарнизоны только самую малость… Он, конечно, наш союзник, но может и не друг до сих пор.

– Почему же? – удивился Робин. – Вы с ним в такой хорошей манере вели все переговоры и встречи, состоявшиеся после Битвы на Великом мосту, вы хотите помочь ему с созданием крупного флота, как и все наши союзники. Да и он, в конце-то концов, предлагал наследнице Ильне, вашей сестре, любого из трёх своих сыновей в мужья. Если мы уменьшим гарнизоны на границе с ним, это можно расценить как ещё один знак доброй воли. Ему ведь уже и не зачем с нами воевать. У нас больше нет цели захватывать его земли и присоединять к нашему королевству.

– Может ты и прав… Да, уменьшим там гарнизоны. Только самую малость для начала. – решил Ульферт.

Наследник посмотрел на двух полководцев, до этого сидевших молча: Эльмана – командира наёмников эльфов и полукровок из Королевства первородных эльфов, – и командира пикинёров, сэра Дрена.

– А вам есть о чём доложить? – спросил Ульферт.

– Мне не о чем. – пожал плечами сэр Дрен и покрутил пальцем рыжие усы. – Лишь могу сказать, что мои пикинёры будут бесполезны при патрулях лесов и пещер. С пикой там особо не разгуляешься… придётся хвататься за мечи, но какие же мы тогда пикинёры будем?

– У меня появилась смелая идея. – вдруг сказал ему сэр Гран. – Если мои люди будут лезть в какую-нибудь пещеру, а возвращаясь оттуда, сообщат, что видели нечисть, то вы можете расставить свои пики прямо перед входом пещеры, чтобы монстры при выходе наружу напоролись на них.

– Ты уже целую картину представил. – усмехнулся командир пикинёров. – Но что, если пещера труднодоступна? Что, если она будет в лесу? Мои люди тогда по пути к ней все ветки посшибают, да наконечниками цепляться за кроны деревьев будут.

– Действительно… проблема. – задумался Гран. – А за меч ты хвататься вообще не хочешь?

– Для нас меч и кинжал – это оружие последнего шанса. – невозмутимо ответил Дрен. – А укорачивать пики, чтобы можно было их спокойно нести через лес, я не стану. Твоё предложение мне сменить пику на копьё сравнимо с предложением курице саму себя ощипать.

– А ты, Эльман… что расскажешь? – спросил Ульферт. – У тебя наверно больше знаний о борьбе с околдованным противником.

– Вы хотите, чтобы я снова пересказал подробности Времени эльфийских бед? – спросил Эльман. – Это неприятная для меня тема, я уже говорил. Ну что ж… Если кратко, то мы смогли выяснить, что сила гипноза зависит и от времени действия и от расстояния. Если кто-то уйдёт слишком далеко от источника колдовства, он очнётся. Если в ком-то слишком долго не поддерживать действие гипноза, он также очнётся.

– Значит, мы просто можем найти какую-нибудь конструкцию, отогнать нечистых всадников подальше от неё и уничтожить её? И тогда они очнутся от колдовства? – сказал Ульферт. – Да… Долго мы шли к такому, простому на мой взгляд, решению.

– Это решение сработает только если в наших краях действительно есть такая конструкция. – возразил сэр Лерон. – Иначе нам придётся устроить охоту на чернокнижников, а они… живые. Не будут стоять на одном месте.

– Если не найдём конструкцию, значит будем искать чернокнижников. – предложил Робин. – Одна стрела… и нет проблемы. И так с каждым колдуном!

– Твоя меткость не вызывает вопросов, – ответил ему Ульферт. – Только сперва давайте мы найдём корень проблемы. И тогда уничтожим всё это. Меня, знаете ли, уже не просто беспокоит то, что мы регулярно сражаемся с нечистыми всадниками. Меня почти что выводят из себя их постоянные появления. Я даже уверен, что одного нечистого всадника с пышным красным пером на шлеме и носившего поверх лат чёрную мантию с рисунком белого льва на груди, я раза три лично выбивал из седла! Не могут же это быть околдованные тройняшки в одинаковых доспехах? Это один и тот же рыцарь, я уверен. Он точно возвращается после смерти. И потому нам нужно уничтожить всё, связанное с колдовством, что мы найдём: магические конструкции, чернокнижников, «двери» в Некромантскую тюрьму… Тогда мы уберём опасность гипноза для наших воинов и лишим врагов возможности возвращаться в наш мир.

– Значит то, что нечисть пользуется Некромантской тюрьмой для перемещения или перерождения уже не вызывает вопросов? – спросил Закрин.

– Это не подтверждённое, но вполне уверенное предположение. – сказал Ульферт. – Маг Пендалиан, и его помощник, продолжают изучать Некромантскую тюрьму и всё, что с ней связано.

– Почему предположение? – удивился Эльман. – Я и эльфийские короли во Время эльфийских бед пресекли попытку вторжения демонов в наши земли из Некромантской тюрьмы. А откуда им там взяться? В Некромантскую тюрьму попадают злодеи и нечисть после смерти. Либо нечисть умеет пользоваться ей, чтобы без лишних трудностей преодолеть расстояние и оказаться в неожиданном месте, либо это была попытка вторжения уже однажды сражённых в нашем мире демонов.

– Это всё звучит правдоподобно. – согласился Ульферт. – Действительно вы тогда отразили нападение либо мёртвой нечисти, либо нечисти, сначала переместившейся из Земель нечисти в Некромантскую тюрьму, а потом оказавшейся примерно там, откуда они попадут в земли эльфов… Неужели Некромантская тюрьма – настолько точное отражение нашего мира?

– Наверняка. И я уверен, что нечисть пользуется ей, чтобы без трудностей преодолеть большое расстояние, а потом нападать на всех в неожиданных местах.