Одинокая зима

Снова поутру, после ночи, а я сонно

Иду по дороге где-то в ночной глуби,

Лежит снег на пороге, и он словно

Хочет слышать звук обычной тишины.

Замерзает потихоньку лёд на речке,

Тишина в морозы средь бела дня,

Зимой хочется держаться вместе,

Поэтому людей совмещает именно зима.

И только лишь пихты и молодые ели,

Снег белый для красоты их покрывает.

От одинокой зимы как-то улицы мрачнее,

От одинокой зимы словно время замирает.

Я выхожу во двор, и у меня снова чувство,

Словно я в пустоте и в одиночестве стоя,

Думаю, как же сделать день этот лучше,

Чтобы забыться и не вспомнить никогда.

Без сомнений: от обычной чашки чая

Становится мне хорошо по вечерам.

Некоторые о подарках там мечтают…

А я хочу просто просыпаться по утрам.

Проводя каждый день семь раз в неделю,

Мне нравиться, ведь к «неделе» я привык.

А чашка чая уже не настолько греет,

Поэтому приходится одеться в пуховик.

Одинокая зима не такая, как годом раньше,

В этот раз мне уже не хочется ничуть

Пытаться показывать свои чувства чаще,

И от остывшего чая всегда хочется заснуть.

Где ты, мое солнце? Средь темных облаков.

Где ты спряталось в этой кромешной тьме?

Насколько сильно бы не было ветров,

Настолько сильно мне хочется к тебе.

Иду я по полностью засыпанным дорогам,

Иду осторожно, чтобы не поскользнуться,

Иду, вспоминаю, что в прошлом недалёком

Когда-то, где-то можно было улыбнуться…

Зимой мы находим холодную версию себя,

И только иногда нам становится теплей,

Мы ищем тепло, а холод уходит… Вот туда…

Туда, где остаётся память от ужасных дней.

Помню, как утром постепенно гаснет свет,

Фонари выключают только ближе к дню.

А от тусклого света блестит яркий снег,

Который скрепит, когда на него я наступлю.

Иногда, конечно, редко, но бывает,

Моменты полной одинокой тишины,

В ту минуту ведь никто не знает,

Кто будет с нами, и кем будем мы.

Замёрзло мое сердце понарошку –

Это вообще не правда ни на грамм,

Я иду по снегу, оставляя след дорожки,

Вспоминая то, что мечтал об этом сам.

Я тебя люблю! По правде говоря,

Это не просто говорю и не ради себя.

Ведь я вижу сквозь темные туманы,

Как лю́бим одинокую зиму мы вдвоем.

Сидя у камина, делая глоток горячего чая,

Смотря, как заполняется печка огнем.

Давай мы в эту неприметную зиму

Как-то будем с тобой вдвоем согревать

Любовь, которая от счастья согреет

И начнет все печали жизни стирать.

О, какие ж виды, если вспомнить!

Когда что-то было лет пять назад…

Когда была другая жизнь и в по́д час

Радости, веселья, но сейчас

Уже не хочется сдаваться,

Но, если начал новую любовь –

Не стоит больше унижаться,

Признаваясь вновь и вновь.

Но она так красива! Как луна –

Все больше становясь светлей.

Но невидимо и непонятно, вновь она

Покидает меня в одиночестве ночей.

Ведь только в ночи луна, все ярче становясь,

Знает, куда она направляется сейчас!

Луна, как светлая царица,

Сияет над обычными людьми.

День за днём она кружи́тся,

Осветляя наш уголок земли.

И ты мой яркий свет, средь одинокой ночи,

И против одиноконькой зимы

Мы должны согреться вместе очень,

Так, чтобы остались навеки мы.

Но бывают моменты, когда мы не рядом,

Когда я бываю от тебя отдалён.

Но не расстаться нам! Ведь особым взглядом

Становлюсь больше в тебя я влюблен.

Но почему же в жизни так происходит?

Почему не вечно в ней так ничего…

Чувства, моменты, память уходит,

Оставляя лишь время, но уже не свое.

И где-то стою я посередине,

Смотря на улицы пустой зимы.

В сердце холод, а острые льдины

Ранят остра в чувствах любви.

Мне не хочется терпеть этот холод,

Мне не вновь, и не в привычку

Оставляют желать лучшего сейчас,

Ведь зимой ты убежала, словно мышка.

Теперь не будет просто "нас".

***

А что же произошло, что же было?

Что-то изменилось вновь во мне? В тебе?

От твоих бы слов ничего не изменилось,

Но все же мне пришлось искать, идя во тьме.

Малый светящийся астрал темноты,

Подсвечивая каждый возможный артефакт,

Напоминающий тебя из глубины.

И, не отходя от тебя ни на малейший шаг,

Я вижу, как ты среди оставшихся камней,

Выделяясь только блеском…

Ты как непопутность отчаянных недель,

Что застрахована лучшим местом.

Как видишь, ты – моя, что за стенами,

Льдины окружают нас изнутри пещер;

Если мы вдвоем, может тут застрянем,

Чтобы историю каждого прочесть…

Я, вот, думаю порою,

Когда пробегает в голове,

Что ты своею красотою

Обдурила меня вполне.

Есть мужчины, что ведутся,

Да ладно, их можно не считать.

Но они порой хвостом несутся,

Говоря, что леди надо завоевать.

Ладно, я тоже один из этих, и не спорьте,

Когда-то тоже пытался завоевать,

Но можно вас попросить, извольте…

Свое имя наконец-то мне назвать.

Уж нет смысла вам скрываться,

Нет смысла в тишине…

Можете вы мне́ назваться,

Ведь умрем мы тут во мгле…

Но к итогу драмы сожаления,

Нас уже ничто, простите, не спасет.

Простите, примите мое прощение,

Если кто-то первым из нас умрет…

Мы в пещере, напоминаю вам.

Я до сих пор не знаю, как и вы,

Ваше имя, фамилию и сам

Хотел бы узнать любовь с вашей стороны.

Да, я в вас похотя влюбился!

К счастью, даже не закрывая глаз,

На с вами проведенное время в жизни,

Но, по правде, замерзаем мы сейчас.

Хоть и медленно, но очень больно,

Как острые ножи, забирают мои чувства

Из сердца, преданные с тобой невольно,

Не поверю, что не смогу проснуться…

А мои-то мысли радостно, улетая вдаль

Парят, как очертания птиц в закат.

Но до сердца приближается печаль

И мысли блуждают наугад…

Сколько ль мы тут с тобой протянем?

Должно быть не день, не два часа…

Может ты и я вместе сядем,

Чтобы мне взаимно согреваться от тебя.

Возможно, не знаешь меня так близко,

Как и итоге всего я узнаю про тебя…

Ну скажи хоть имя, моя искра,

Что светит, по правде, постоянно без конца!

Мне казалось, что в те́нях нет смысла,

Но если остаться и на тьму смотреть…

То из мрака вылазит та искра…

Та, что пылает и тухнет, что время не счесть.

Но все же ты карты вниз рубашкой раскрыла.

Ты мне открыто сказала имя свое…

Эх, если б меня ты ещё полюбила…

Был бы от счастья я на небе седьмом.

Покорные льдины, предстоящей пещеры,

Все смотрят на нас, но уже сообща…

Я вновь представляю былые моменты.

Как ты, вроде как, любила раньше меня…

Мне не кажется? Или это сон на яву?

Где-то в непредвзятостях покою,

Но я хочу честно сказать, что люблю

Тебя, проводя часы время с тобою.

Этот холод на́с одоле́л…

Прости, но не спа́с я тебя,

Он потока снега, от вьюги ослеп…

Летит моя насыщенная по́верху душа…

Да все быстрее в угасающую даль,

Пока все станет незаметно…

И пока ль

Я не стану для тебя обычным зимним ветром.

Сто зим, отнюдь, то не вернуть…

Что казалось просто безжалостной порой.

Ведь не смог я этой одинокою зимой…

Как-то найти свой путь, чтобы быть с тобой.

Почему?

Почему то гололед, то вечное тепло?

От слепых глаз уже видимо-неви́димо

Веет от тебя, как открытое окно…

Но вот не я понимаю одного…

Как же ль нам выбраться отсюда?

Как жаль, что избавиться от всего –

Сейчас это райское чудо.

Мы неисправимы, а я не исполняю обещаний.

Мы лишь те, что уныло… в радостном побои своих желаний; ждут конца!

Я только осознаю, а ты об этом давне́нько знала,

Что я попал в тюрьму, где видишь землю издалека,

В которой, думал я, что умру, когда меня давным-давно уже не стало.

Уже вековую осень, зиму и весну…

Вековое лето и сотый год…

Меня не видят рядом с тобою…

Я попал в одинокую тюрьму,

Где наслаждаюсь один лишь тишиною.

Лед мой треснет, ну и что?

Пускай все расплавится в округе!

Люблю тебя, хоть я порой

Знаю, что умру я в глухой разлуке.

Все из-за холодного мороза и темноты,

Что не дают мне выбрать ничуть.

Где-то проявляются остатки красочной любви…

Что погасает понемногу, по чуть-чуть…

Эх… Вот бы вспомнить твой яркий взгляд,

Чтобы потеряться в нем, ища выход,

Чтобы думать о тебе, идя наугад,

Чтобы в одиночестве не было тихо…

Эх… Вот бы ещё раз погулять…

Хоть и те улицы давно уже не видны –

в моих воспоминаниях

Я не знаю в чем же суть парою вспоминать?

Да и не знаю конца той любви… –

в моих воспоминаниях.

А все казалось таким неизвестным…

Поначалу,

Пока все не озарилось в свет.

Корабль прибыл к печальному причалу

И утонул, оставаясь на дне на сотни лет.

Твоя ж улыбка оставляла лишь надежду…

А сейчас уже и как-то не тепло…

Все тьмой накрыто, ведь она ищет где-то,

Кого поглоти́ть безжалостно живьём.

И забрать к себе все мысли,

Чтобы не думать, а только знать одно,

Знать, что любить тебя мне в этой жизни,

К сожалению, больше не дано…

Да, как-то в общем-то вот так,

Но все же остаются местами мысли,

От которых не хотелось делать шаг

К другому человеку с другою жизнью.

Увядшие розы заполняли мое место,

Где я уже словно вечностью сижу.

Пришла попрощаться ко мне ты за то,

Что ты знаешь, что тебя я люблю.

Я не вру!

А лишь говорю слова чистой правды.

Я только хочу

Увидеть тебя со мною однажды.

Давай мы расплавим этот лёд.

Он же превратится в воду, я знаю!

Пусть вечность это займет,

Мне надо к тебе, ведь я замерзаю.

Обо мне ты что не помнишь?

Уже ползимы этой прошло,

А ты все никак не приходишь,

И оставляешь мысли, за что?

Возможно, позабыла ты обо мне…

Есть другой? Да? Так скажи!

Я хоть узнаю: наяву это или во сне,

Что медленно забирая частички любви

И не отдает их обратно.

А я все в монотонной тишине,

Заостряя, что отсутствие твое – это странно.

А ведь серьёзно! Где ты пропала?

Ты была время со мной,

Но прошло же время. А ты устала

Быть ни с кем – быть просто одной.

Я так и думал, лежа на льду,

Что пусть меня уже нет –

Это значит, что я направляюсь ко дну,

Хоть любил тебя столько лет.

Вдруг замигали частицы,

Начали сквозь лед чуть ли прозрачный

Мигать огни, словно дома́ и черные птицы,

Словно жизнь под ногами у меня.

Я начал стучать и пытаться разбить всё…

Мне хотелось туда вну́трь попасть.

Лед был крепок, что можно убиться,

Но я знаю, что два раза нельзя умирать.

Я ломаю руки, те, что исцелялись всегда…

Я не жалел кулаков, своей боли и костей,

В надежде, что вернется вновь она.

Через лёд я видел множество людей.

Я оказался на неземных небесах…

Только тут холодно, ведь тебя рядом нет.

Ну может где-то в каких-то мечтах

Ты скажешь наконец-то свое мне "привет".

Почему тебя все нет и нет?

Неужели ты забыла обо мне?

Ну прошло же только пару лет;

Но почему-то помню я о тебе.

А, возможно, это просто яркий свет,

Который поддается унылой тьме.

Я рад был бы тебя хотя бы встретить,

О всем поговорить и разузнать,

Почему мне уже не светит

Тебя хотя бы в морозе ждать?

Я оказался одним из этих…

Что умирают за жизнь других.

Мой голос веет уже как ветер

Вьющий в местах земных.

Почти разбивши руками лед,

Мне приходилось не жалеть себя.

Ведь выбирается отсюда тот,

У кого есть поистине судьба.

Я почти добрался – добрался до тебя,

Осталось пару метров толщины.

Лед, зная, что не остановит он меня,

Начинает создавать острые шипы

Из обычной замороженной воды

И, протыкая мое ледяное тело,

Забирая всю остаточность любви,

Он сократил мое оставшееся время.

Все начало превращаться в глыбы

Льда, что уже никак не разбить…

Этим одиночеством по горло я сытый,

Но вдруг мне стало на ум приходить

То ли прошлое, то ли какое-то ведение,

Начало проявляться у меня в голове.

Я понял смысл моего заточения

И причину, почему я в этой тюрьме.

Мое присутствие здесь – это смысл,

Смысл жизни, что приходит человек.

Я в раю и нахожусь тут уже целый век,

Но так далеко, что не для кого я не слышал.

Одинокая птица напоминает меня,

Как бы не хотелось убиться,

Но иду я до конца.

Мои слова как молитва,

Мои глаза, ведь хотели открыться.

Мне стало все понятно…

Почему тебя рядом нет,

И почему твои мысли заурядно

Не хотели думать обо мне…

И я не знаю: в воплощении зла или боли

Я с окровавленным сердцем идя,

Думаю, только о свободе на волю,

Чтобы встретить и о́бнять тебя!

"Почему?", –задавался я вопросом,

Но сейчас мне известен иной ответ…

Я замерзаю. Одежды нет, и я босый

Стою и замерзаю, оставляя секрет

Твой, что прятала от меня ты нагло.

Ведь не приходила ты ко мне

Не просто так.

Ты мне врала!

Все прокля́нет твое чадо в огне!

Пусть все, заполоняя дымом,

Будет чрезмерно твое тело заполнять…

Ведь чувства твои ко мне остыли,

Из-за чего я начинают умирать.

Я спас тебя от страшной смерти –

Вот причина моего нахождения тут.

Прошло сто лет, а от тебя ни вести,

А я забился в самый холодный кут.

Я помню, как ехала машина…

Тебя чуть не сбила, а я толкнул

Тебя, чтобы была ты невредима,

И после этого я вечным сном уснул…

Душа живет не год, не два и́ не три.

Она может вечность жить!

Но до того, пока капелька любви

Остаётся, чтобы по-настоящему любить.

Но в моем случае конец моральный…

Забыли меня, а я тут век в одиночестве сижу

Покрытый льдом, как из одинокой стали,

Из-за которой второй раз я ухожу.

А что же дальше? Если умер я в раю?

Моя чистая душа улетает с мира навсегда!

Ни единого слова за сотни лет, но я люблю,

Хоть забыли безжалостно ненужного меня.

Я помню, как же меня ты благодарила,

Когда я спас тебя в эту зимнюю ночь.

Тогда мое сердце было невредимо,

А ты напоминала мне про дочь.

Поэтому выбрал я тебя, а тут такое

Спустя время без меня произошло,

Нет правды ни в одном твоём слове!

Ты нашла другого, и чувство твое ушло

От меня так шустро к другому мужику,

Не думал, что меня забудешь так же быстро,

Как ледяная скорость замерзшему льду.

Я ждал свой последний выстрел.

Ведь все… Я все наконец-таки узнал!

Что после меня очутившаяся любовь

Забирала мысли и чувства, как кинжал,

Оставляя только бессмысленную кровь.

А ведь и вправду. Зачем мне тут оставаться?

На земле я не нужен никому!

И даже не с кем попрощаться

В этом замороженном раю.

Теперь я уж точно знаю,

Что остаемся мы в раю,

Когда нас хотя бы вспоминают

Или упоминают в храме поутру.

Прелести не обыденной зимы прекрасны.

И я в ней непреклонно прелесть нахожу,

Мне уже не удастся увидать в зимней сказке,

Так как с этого мира я повторно ухожу!

А что потом? После бессмысленного промежутка… времени с тобой? Что потом? Может продлиться всё до последнего стука, от которого всё горящим огнем… покрыто сейчас на земле.

А что потом, когда каждый след, оставленный на земле, пропадет, как и я в холодной зиме.

А что потом, если в каком-то месте во вселенной, в каких-то невозможных областях, словно в самопридуманных лютых снах, я становлюсь на одно колено, и говорю: "Будь со мной всегда…".

А что потом, если мы не увидим друг друга никогда? Будем ли мы рядом или будут, между нами, горы, реки и моря? Нас даже смерть та, что забирает людей в погребень земли, и не прощает подлости люди́н, не сможет разлучить тебя, меня, она нас прости́т потом. Почему мне так холодно с тобой?

А что потом, после зимы? После осени, весны? Может это не зима, а долгий сон? Что-то затянулась вновь она, и как всегда: мне все с начала начинать. А может это не от зимы я начинаю замерзать? Может мои годы уже прошли, и я потихоньку начинаю улетать… Замерзаю, улетаю на края. Летит моя насыщенная по́верху душа, да все быстрее и быстрее улетает в угасающую даль. А тело под землёй, а над ним ледяные камни и нержавеющая сталь.

А что потом, если увидишь мою могилу? Ведь это все же не зима, а я продолжаю смотреть в одну картинку. Уже как век зимы меня нет на белом свете. А мне казалось, что свет от тьмы замечен только на рассвете… Мне все казалось, что каждый день зима, заостряя только мысли на том, что не судьба… любить ее больше жизни. Все, она не для меня – не она мой человек. Походу, одинокая зима остаётся со мной на век.

Конец.