Змеиные Сны. Книга Вторая. Храм Хатшепсут
- -
- 100%
- +
Мы зашли в каюту Матана и Ксанф с довольнойухмылкой опустил на пол тяжёлый мешок и, небрежно вытащив нож, распоролверёвку. Изнутри засияло золото и серебро: ритуальные сосуды с головами шакалови соколов, лампы в виде лотосов, ладанные курильницы, статуэтки, а поверх —массивная ручная систра с золотым инкрустированным ободом. От вещей тянулогустым ароматом ладана, будто они только что покинули храмовую ризницу. Всё этоглухо звякало, как бессмысленная куча.
Фалес резко отпрянул, его лицо стало каменным.
— Ты сумасшедший, — сказал он глухо. — Это храмовое добро.
Шварценблюм наклонился ближе, и голос его был почти шёпотом:
— Египтяне не прощают святотатцев. Если нас схватят с этим — мы не простоумрём. Нас будут мучить, чтобы Маат увидела, как зло искореняется из мира.
Я почувствовал, как горло пересохло, а ладони стали липкими. На миг мнепоказалось, что в серебре сосудов отражаемся не мы, а звериные лица сосветящимися красноватыми глазами.
Харакс рассмеялся:
— Ну так решайте, философы, либо золото, либо костёр. Третьего не дано.
Неожиданно из мешка выкатилась небольшаязолотая чаша со слегка затёртой поверхностью, покрытая странными знаками. По ееободу шли простые волнистые линии, будто имитирующие движение воды.
Чаша покатилась по палубе и остановился уног Матана.
— Смотри ка, хочет к тебе, — сказал Ксанф,подняв ее и протянув Матану, это знак Богов. Держи, капитан — для вина сгодится.Можешь оставить себе, как память о нашей сделке.
Матан помедлил, но взял. чаша оказаласьудивительно тяжёлой — металл будто вобрал в себя века. Он внимательно осмотрелее, провёл пальцем по краю и нахмурился, а потом открыл небольшой сундучок, расположенныйрядом с ложем, положил внутрь и обратился к нам.
— А вы не безобразничайте и неотвлекайтесь, это не ваша война, думайте о загадке Змея. Я выйду в море и будуждать знака.
Матан подозвал Бен-Ами и попросил выкатить из трюма три бочонка вина, как и былообещано Хараксу. Карийцы скрепили по два копья с каждой стороны с распорками,поверх положили плащ и соорудили носилки, на них положили бочонки и сошли скорабля. Мы вернулись в лагерь Харакса тем же путем, что и пришли. На ночлег мыустроились в помещении, напоминающем заброшенный склад.
Дыхание Войны
С первыми лучами солнца нас разбудил Харакс. В руках унего были три комплекта лат и простого вооружения — копья и круглые щитыкарийского образца. Он, ухмыльнувшись, бросил доспехи к нашим ногам:
— Одевайтесь. Мы воины, а вы непонятно кто, так что ненадо привлекать лишнего внимания и будить подозрения. Теперь вы — мои люди и выполняетемои команды так же, как мои карийцы, через двадцать минут вы со всеми вещамидолжны выстроиться на плаце, мы отправляемся в Мемфис.
Мы начали одеваться, снаряжение сидело грубовато, но суровымкарийским наемникам, коими мы теперь являлись, приходилось справляться безжалоб. Харакс следил за нами с привычной насмешкой, но глаза его были серьёзны.Когда мы наконец облачились в воинский доспех, он присел на скамью и сказалтихо:
— Война в Нубии отменяется.
Мы удивлённо переглянулись. Он кивнул, какбы подтверждая слова самому себе:
— Войско фараона, посланное на помощьИерусалиму, разбито. Те, кто вернулся, принесли страшные вести. Они говорят,что армия Навуходоносора уже готовится вторгнуться в Египет. Мемфис стоит накраю — и скоро туда двинутся войска ассирийцев. Хищник теперь, вроде, они, а вроли жертвы, получается, мы, по крайней мере им так кажется.
В комнате стало холоднее, хотя утреннеесолнце уже падало в проём двери. Серебро, которое я считал своей надёжнойопорой, показалось вдруг ничтожно мелкой защитой в мире, где разговор ведутмежду собой железные тесаки, тучи стрел и быстроходные колесницы. Это уже непоход за добычей, а столкновение двух армий, вооруженных до зубов новейшиморужием, под командованием опытных полководцев
Фалес мрачно сказал:
— Значит, мы в самом сердце грядущей бури.
Харакс усмехнулся, но усмешка была тяжёлой:
— Да философы, у вас появился шанс увидеть эту бурюизнутри. Не знаю, станете ли вы мудрее, но вернетесь настоящими мужиками.
Минут через пятнадцать мы вышли с вещами наплац. Карийцы уже выстроились, они стояли пятью группами по двадцать человек,каждая группа по пять человек в четыре ряда. Харакс коротко махнул нам рукой внаправлении одной из групп, мы подошли и пристроились в последнем ряду, вещьмешки положили на землю у ног и оперлись на копья.
Харакс встал перед строем и громко произнес, - Мыотправляемся в Мемфис, туда идет ассирийская армия и мы встанем в рядызащитников города. Вопросы есть?
Вопросов ни у кого не было и Харакс замолчал, чего-тоожидая, вскоре к нему подошли несколько египтян, чиновников и писцов и всталирядом, переминаясь с ноги на ногу. Через несколько минут к ним присоединилисьдвое, военный в доспехе и человек в официальной белой хламиде с длиннымбагровым жгутом у пояса.
На военном был панцирь из бронзовых чешуек,которые ложились рядами, будто перья на крыльях Хора. Каждая пластинка былаотполирована так, что играла светом, и казалось, что бронзой покрыто всё его тело.На голове — шлем с высокой гребёнкой, увенчанной позолоченным уреем — коброй,символом царской защиты. Он явно был какой-то крупной шишкой.
В правой руке он держал боевой топор с длинным топорищем,отливающий красноватым железом — редкостью и гордостью Египта того времени. Напоясе, подвешенный к кожаным ремням, висел изогнутый, богато украшенныймеч-копеш, любимое оружие египетских командиров. Левой рукой он слегка опиралсяна щит из слоёного дерева, обтянутый кожей и расписанный солнечным диском
Он не спеша подошел к нам и выверенными, мерными шагамипрошелся перед строем. В нем не чувствовалось напыщенности и лишнего величия —скорее властное спокойствие человека, привыкшего повелевать. Высокий рост,широкие плечи, медная кожа, на которой отблескивали золотистые искры утреннего солнечногосвета.
«Я Нефер Хор, — произнес он внятно, — военачальник,поставленный фараоном для командования армией из греческого Нома. Я воевал 15лет в Ханаане и Ливии и на моей стороне неизменно были Боги и боевая удача. Мыпринимаем вас на службу фараона».
Человек в белой хламиде выступил вперед и громкопроизнёс:
— Я Пенптах, — писец из палат военачальника Нефер Хора имне поручено оформить договор.
Перед нами развернули два свитка — один длясвященнослужителей и военной канцелярии, второй — для Харакса. Пенптахторжественно взял один из папирусов, и стал читать вслух условия договора:
— За каждого воина от фараона будет выданаванс — одна неделя жалованья наличными, зерно и масло на первую десятидневку, ежедневныепайки в виде жетонов на хлеб и пиво; еженедельная оплата серебром будетпоступать через местного смотрителя. Кроме того — продовольственные жетоны изнак воинской идентификации. Взамен воины будут повиноваться командиру, будут честны,храбры и будут достойно исполнять свой воинский долг.
— Они не отступят от знамен Его Величества, но будутстоять, где им велено, пока дыхание в их груди.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.